Рой Викерс.

Департамент нераскрытых дел (сборник)



скачать книгу бесплатно

Roy Vickers

DEPARTMENT OF DEAD ENDS

MURDER WILL OUT


Печатается с разрешения литературных агентств Curtis Brown UK и The Van Lear LLC.


Серия «Золотой век английского детектива»


© Roy Vickers, 1949, 1950

© Перевод. Т. А. Осина, 2016

© Перевод. В. И. Агаянц, 2016

© Издание на русском языке AST Publishers, 2017

* * *

Рой Викерс (настоящее имя – Уильям Эдвард Викерс, 1889–1965) – классик британского детектива, автор более 60 романов. Однако по-настоящему обессмертили его имя знаменитые рассказы о Джордже Рейсоне, талантливом детективе из Департамента нераскрытых дел Скотленд-Ярда, сначала публиковавшиеся в знаменитом журнале «Парсонс магазин», а потом составившие сборники 1947 и 1949 гг.

Департамент нераскрытых дел

Посвящаю Д.?Л.К., художнику в жизни, чье интеллектуальное и эмоциональное мужество рождает глубокое знание и сочувственное понимание людей – в том числе и тех несчастных, кто трагическим образом опустился до убийства



Резиновая дудка

[1]1
  В рассказе упоминается оперетта Ф. Легара «Веселая вдова». Главного героя Данило автор неоднократно называет князем, в то время как в оперетте он носит титул графа. Главная героиня рассказа – Соня, в то время как в оперетте – Ганна. Персонаж с именем Соня в списке действующих лиц отсутствует. Автор, разумеется, имеет право на собственное видение, но нам, читателям, все же не мешает помнить первоисточник. – Здесь и далее примеч. пер.


[Закрыть]

Глава 1

Если бы вы пришли в Скотленд-Ярд и спросили, где находится департамент нераскрытых дел, то скорее всего услышали бы серьезный и искренний ответ: такого отдела в лондонской полиции не существует, потому что в наши дни он носит иное название. Но даже если департамент уже не занимает отдельного помещения, можете не сомневаться, что дух его по-прежнему витает над теми многочисленными папками с отчетами, рапортами и протоколами, которыми мы по праву гордимся.

Департамент нераскрытых дел начал свое существование в овеянную духом свободы эпоху короля Эдуарда VII и собрал у себя все, от чего отказались другие подразделения полиции. Например, тщательно зарегистрировал улики, обладавшие досадным свойством доказывать невиновность очевидно виновного человека. Полки департамента ломились от экспонатов, которые должны были попасть в «Черный музей», но по каким-то неведомым причинам не попали. Его фотографии непрестанно раздражали молодых амбициозных следователей, напоминая о необходимости создания портретной галереи мошенников и преступников всех мастей.

Департамент безотказно принимал неравнодушных добровольцев, стремившихся помочь полиции собственными неуместными наблюдениями и абсурдными версиями.

Пропуском, как правило, служила письменная рекомендация ответственного за рассмотрение дела старшего офицера, указывавшая на нелепость предоставленных сведений.

С точки зрения стандартной логики и здравого смысла папки департамента хранили никому не нужную дезинформацию, а сотрудники полагались главным образом на внезапное озарение и неожиданную догадку. Однажды убийцу повесили в результате банального каламбура, основанного на его имени.

В обязанности департамента нераскрытых дел входило выявление соответствий между людьми и предметами, не имеющими определенной логической связи. Иными словами, деятельность сотрудников представляла собой полную противоположность научному расследованию. Детективы полагались исключительно на случайность, способную нейтрализовать ту удачу, благодаря которой преступник так часто ускользает от полиции. Нередко одно дело смешивалось с другим, а правильный вывод следовал из ошибочного рассуждения.

Именно так произошло в истории с Джорджем Манси и его резиновой дудкой.

Прошу заметить, что резиновая дудка не имеет ни малейшей логической связи ни с самим Джорджем Манси, ни с убитой им женщиной, ни с обстоятельствами убийства.

Глава 2

До двадцати шести лет Джордж Манси жил в Чичестере на средства от аптеки, которую умело содержала миссис Манси, его овдовевшая матушка и управляющий с двумя помощниками, такими же как сам Джордж. О ранней юности героя нам известно только то, что в школе он получил стипендию, рассчитанную на три года, но отмененную уже в конце первого семестра – судя по всему, не за плохое поведение. Несколько раз подряд молодой Манси проваливал экзамен на лицензию фармацевта, а потому в аптеке отвечал за продажу мыла, грелок и фотореактивов.

Жалованье составляло два фунта в неделю. По субботам Джордж отдавал всю сумму матери, а та неизменно возвращала ему пятнадцать шиллингов на карманные расходы. В средствах сына она не нуждалась, а деньги принимала исключительно ради поддержания его уверенности в себе. Джордж в свою очередь не замечал, что матушка покупает ему одежду и оплачивает другие расходы.

Мистер Манси не имел друзей и очень мало интересовался радостями жизни, которые, как правило, вызывают интерес у молодых людей. Почти все свободное время он проводил с матерью, к которой питал глубокую привязанность. Обходительная, но властная особа, кажется, даже не замечала, что преданность сына граничит с ребячеством, а тому нравилось, что матушка принимает за него решения и даже несколько ограничивает личную свободу.

После смерти миссис Манси Джордж бросил работу в аптеке и около восьми месяцев словно лунатик бродил по Чичестеру. Затем бизнес был продан, завещание утверждено, и в непосредственное распоряжение молодого человека поступила сумма в размере восьмисот фунтов. Еще две тысячи фунтов ожидались по истечении трех месяцев. Судя по всему, эту часть юридической процедуры наследник не понял, поскольку о получении двух тысяч так и не заявил. Адвокатам не удавалось найти его до тех пор, пока имя не появилось в газетах. Деньги, таким образом, остались нетронутыми и пригодились для защиты в суде.

Молодой человек казался вполне нормальным, хотя заметно отставал в развитии. Наглядным доказательством этого факта служило то обстоятельство, что на стенах его комнаты красовались фотографии актрис и портреты неизвестных соблазнительных девиц, вырезанные из еженедельников определенного толка. Уезжая, мистер Манси наивно оставил всю эту картинную галерею пожилой поварихе – в качестве прощального подарка.

Джордж забрал восемьсот фунтов банкнотами и золотом и, без сожаления расставшись с родным домом, отправился в Лондон, где остановился в районе Пимлико, в дешевом, но респектабельном пансионе, и принялся провинциально, неуклюже познавать жизнь.

Это был тот самый год, когда весь Лондон насвистывал мелодии из оперетты Легара «Веселая вдова», а название Театра Дейли было у всех на слуху. Руководствуясь чьей-то случайной рекомендацией, мистер Манси забрел в театр и купил билет в бельэтаж.

Сезон только начинался, а потому логично предположить, что, сидя в ложе в повседневном костюме, купленном в магазине готовой одежды, молодой человек чувствовал бы себя крайне неловко, если бы рядом не оказалась особа, тоже одетая в неподходящее платье.

Особу эту звали мисс Хильда Колмер. В свои сорок три года она не обладала ни малейшей физической привлекательностью, но одета была аккуратно и со вкусом, хотя и старомодно.

Со временем департамент нераскрытых дел получил исчерпывающую историю странного ухаживания.

Знакомство этих не вполне обычных людей завязалось своеобразно, с беседы после спектакля, в тесноте и толчее театрального фойе, причем инициативу взяла на себя мисс Колмер.

– Если позволите обратиться без формального знакомства, то замечу, что мы оба не слишком вписываемся в общую картину.

Ответ мистера Манси прозвучал несколько неожиданно:

– Совершенно не вписываемся! Собираетесь ли вы прийти сюда снова?

– Конечно! Постоянно сюда хожу. Иногда дважды в неделю.

В течение следующих четырнадцати дней оба трижды посмотрели «Веселую вдову», однако на двух первых спектаклях так и не встретились. После третьего, выпавшего на субботний вечер, мисс Колмер пригласила мистера Манси прогуляться следующим утром в Баттерси-парк.

На лоне природы оба избавились от смущения и с внезапной легкостью завязали дружеские отношения. Джордж принял приглашение на ленч. Мисс Колмер привела гостя в удобный, хорошо обставленный особняк из восьми комнат, где обитала вместе с пожилой тетушкой, которую поддерживала материально. Помимо собственного дома новая знакомая располагала годовым доходом в шестьсот фунтов, надежно обеспеченным ценными бумагами, однако все эти обстоятельства не имели значения для Джорджа Манси, поскольку из своих восьмисот фунтов он еще не истратил и пятидесяти, а о женитьбе на мисс Колмер в это время не помышлял.

Глава 3

Ни он, ни она не имели постоянного занятия, так что могли встречаться в любое время. Мисс Колмер вызвалась показать Джорджу Лондон. Строевым шагом она прогнала Джорджа по Тауэру, Британскому музею и прочим обязательным для посещения достопримечательностям, попутно зачитывая вслух соответствующие отрывки из путеводителя. Ни в театры, ни в мюзик-холл они не ходили, поскольку мисс Колмер считала эти заведения фривольными и легкомысленными («Веселую вдову» она считала оперой и на этом основании причисляла к явлениям культуры, а не к развлечениям). Удивительно, но мистеру Манси такое начало понравилось.

Не приходится сомневаться, что чопорная старая дева, на шестнадцать лет старше его самого, затронула в душе Джорджа некую чувствительную, особенно отзывчивую струну, однако ни в малейшей степени не импонировала той части его натуры, которая отвечала за расклейку по стенам спальни фотографий неотразимых красавиц.

На «Веселую вдову» мисс Колмер больше не ходила, однако Джордж время от времени посещал Театр Дейли в одиночестве. Дело в том, что оперетта Легара зримо воплощала его сокровенные мечты. Можно предположить, что молодой человек представлял себя мистером Джозефом Койном, который в образе князя Данило из вечера в вечер отвергал прекрасную Соню только для того, чтобы в финале та с неудержимой страстью бросилась в его пламенные объятия. Опасная фантазия для скромного молодого человека из провинции, уже начавшего терять стеснительность!

Не следует удивляться, что остатки стеснительности стремительно растаяли в тот момент, когда однажды, проводив мисс Колмер, в пятидесяти ярдах от ее дома Джордж встретил молодую горничную, вышедшую, чтобы отправить письмо. Возможно, девушка мало походила на мисс Лили Элси[2]2
  Лили Элси (урожд. Элси Ходдер, 1886–1962) – популярная английская актриса и певица Эдвардианской эпохи, снискавшая популярность благодаря главной роли в оперетте Ф. Легара «Веселая вдова».


[Закрыть]
в роли Сони, однако в белом чепчике с лентами по тогдашней моде выглядела прелестно. К тому же она мило улыбалась, держалась естественно и свободно, а разговаривала вполне дружелюбно.

Разумеется, это была Этель Фербрасс. Мистеру Манси она уделила не больше пяти минут. Очень короткий диалог со стороны может показаться слегка странным.

– Такая хорошенькая девушка и в прислугах! Когда у вас свободный вечер?

– Завтра после шести. А вам-то что за дело?

– Буду ждать на углу. Честное слово.

– В обещании участвуют двое. Меня зовут Этель Фербрасс, если угодно. А вас?

– Данило.

– Надо же! Что за чудное имя! Данило… а дальше?

Джордж не предполагал, что придется срочно придумывать фамилию, и нашелся не сразу. Назваться Смитом или Робинсоном было неловко, а потому он ответил коротко:

– Князь.

Надо заметить, что живым воображением Джордж не отличался. Встретившись с мисс Фербрасс следующим вечером, он не придумал ничего лучше, как повести ее на «Веселую вдову», и даже совершил глупость, купив программку. Однако имен героев Этель так и не прочитала. Едва открылся занавес, внимание ее сосредоточилось на мисс Лили Элси, на которую, как ей казалось, она была похожа (в то время так думали все хорошенькие девушки). Мистера Койна и его героя она попросту не заметила. А ведь если бы задумалась о странном совпадении имен, то смогла бы заподозрить нового знакомого в обмане. И в этом случае мистер Манси получил бы возможность благополучно дожить до глубокой старости.

Однако она ни о чем не задумалась.

Глава 4

Этель Фербрасс полностью соответствовала созданному фантазией Джорджа идеальному женскому образу. Жизнь становилась все слаще. При этом ничто не мешало молодому человеку при свете дня наслаждаться дружбой с мисс Колмер, утонченные радости которой ни в малейшей степени не зависели от его влюбленности в прелестную горничную.

В начале сентября Этель получила отпуск и провела две недели в Саутенде в обществе Джорджа. При этом мистер Манси ежедневно писал мисс Колмер длинные письма и подробно рассказывал, как заменяет аптекаря – давнего приятеля матушки, отбывшего на отдых. Он действительно устроил так, что ответные послания приходили в местную аптеку. Мисс Колмер адресовала корреспонденцию Джорджу Манси, в то время как в отеле пара зарегистрировалась под именем мистера и миссис Князь.

Таким образом, вымышленный князь Данило превратился в свободного, не скованного цепями условностей господина и почувствовал себя в новой роли вполне уверенно. Для Этель Фербрасс, несомненно, настало счастливое время. Щедрый спутник снял апартаменты. (Подумать только, собственная ванная! Можно наслаждаться сколько душе угодно!)

Джордж арендовал для подруги машину с шофером – тогда это удовольствие стоило десять фунтов в день. Угощал шампанским всякий раз, когда хотелось пить, и покупал немыслимо дорогие подарки.

Удивительно, что по окончании отпуска Этель все-таки вернулась к прежней работе. Но вернулась. Душа ее не ведала корысти.

В Лондоне мистер Манси с удовольствием встретился с мисс Колмер. Бесконечные дружеские прогулки возобновились, как и почти ежедневные визиты во время ленча или обеда, что оказалось весьма кстати, поскольку небольшое приключение в Саутенде пробило ощутимую брешь в оставленном матушкой капитале.

Уходить из уютного дома пораньше ради нескольких минут наедине с Этель уже не хотелось. После двух недель совместной жизни короткие встречи утратили прежнее очарование, к тому же прелестная горничная посвящала Джорджу свободные вечера и воскресенья (правда, последние предполагали досадную необходимость пространно лгать, объясняя мисс Колмер причину отсутствия).

В середине октября мистера Манси снова неудержимо потянуло на «Веселую вдову». Дурной знак, свидетельствующий, что мечта угрожала в очередной раз затмить реальность. Этель тем временем утратила радость жизни, часто плакала и досаждала угрюмым ворчанием.

В начале ноября мисс Фербрасс представила чрезвычайно веские аргументы в пользу скорой свадьбы, разговоры о которой прежде отодвигались в туманное будущее.

К этому времени Джордж, уже отчаянно устав от назойливой подруги, все чаще обдумывал возможность покинуть ее в затруднительном положении. Кажется достаточно странным, что только угроза Этель рассказать обо всем мисс Колмер заставила Джорджа смягчиться, сделать хорошую мину при плохой игре и все-таки жениться.

Глава 5

Туманным утром Джордж и Этель заключили брак в расположенном на Генриетта-стрит регистрационном бюро, однако жених записался не под собственным именем, а под псевдонимом Данило Князь. На свадьбу из Банбери приехали мистер и миссис Фербрасс. Родителям затея не понравилась, хотя с точки зрения положения дочки в обществе союз можно было рассматривать как шаг на следующую ступеньку социальной лестницы.

– Где же собираетесь провести медовый месяц? – осведомилась миссис Фербрасс. – Конечно, если вообще планируете медовый месяц.

– Поедем в Саутенд, – ответил лишенный воображения Джордж и действительно во второй раз повез жену в Саутенд.

Апартаменты уже утратили актуальность, а потому пара остановилась в маленьком семейном отеле. Джордж начал неразумно ревновать к постояльцам, хотя те всего лишь проявляли любезность к несчастной молодой женщине. В самую отвратительную погоду он таскал жену на прогулки, так что в конце концов простудился. Настойка эвкалипта и горячий пунш превратились в основные атрибуты приморского городка, в сознании Этель прочно связанного с шампанским и душистой солью для ванн. Однако, несмотря на неприятности, пришлось провести в Саутенде ровно две недели, так как Джордж снова сказал мисс Колмер, что замещает знакомого аптекаря.

По имеющимся в департаменте нераскрытых дел сведениям, пара покинула город тридцатого ноября в три пятнадцать, первым классом. Поезд следовал до Лондона без остановок и, как правило, пользовался популярностью, однако в этот день пассажиров набралось не больше дюжины. В одном из вагонов первого класса не оказалось никого, кроме мужчины с маленьким ребенком, закутанным в красную шаль. Этель хотела разместиться в его купе – должно быть, в тайной надежде на то, что попутчик попросит помощи в обращении с младенцем, – однако Джордж не собирался заниматься детьми прежде, чем отцовские обязанности станут абсолютно неизбежными, и пара устроилась в другом купе.

В отличие от мужа Этель с радостью готовилась к предстоящей роли матери. Перед отъездом из Саутенда она зашла в один из тех небольших магазинчиков, что рассчитаны на торговлю летом, однако чудесным образом продолжают работать даже зимой, и вернулась оттуда с объемистым пакетом, который тотчас и открыла в напрасной надежде развеселить Джорджа.

В пакете оказались игрушки: детское ведерко, несоразмерно маленькая деревянная лопатка, такая же крошечная лодочка и резиновая дудка, оплетенная красной и синей шерстью. Дудка предназначалась для детей и, чтобы не поранить нежные десны, была изготовлена из резины. Мундштук скрывал небольшое устройство, издававшее резкий, раздражающе громкий звук.

Этель приложила дудку к губам и дунула.

Возможно, в эту минуту она представила, как то же самое делает ее ребенок, а возможно, после печального медового месяца бедняжка отчаянно пыталась развеять грусть в надежде, что муж обратит на нее внимание и примет участие в шутливой игре. Однако факты доступны нам исключительно в изложении Джорджа.

«Я сказал: «Не шуми, Этель, я читаю». Или что-то в этом роде. А она ответила: «Хочу поиграть, чтобы развеселиться». И снова начала дуть. Поэтому я схватил дудку и выбросил в окно. Больно я ей не сделал; как показалось, она даже не особенно обиделась. Ссоры не возникло, и до самого Лондона я продолжал читать газету».

На станции Фенчерч-стрит супруги получили багаж и ушли с вокзала. Возможно, пакет с игрушками Этель оставила в вагоне, потому что больше о нем ничего не было слышно.

Во время уборки в поезде под сиденьем одного из купе первого класса было обнаружено закутанное в красную шаль тело ребенка. Как установили впоследствии, младенец не был намеренно убит, а умер относительно естественной смертью, от судорог. Однако прежде, чем это выяснилось, Скотленд-Ярд начал поиски человека, вошедшего в поезд с ребенком на руках, подозревая его в убийстве.

Путевой рабочий обнаружил на рельсах резиновую дудку и сдал в полицию. Детективы прочесали магазины Саутенда и узнали, что в городе была продана одна-единственная резиновая дудка, а купила ее неизвестная продавцу молодая женщина. На этом ниточка оборвалась.

Резиновая дудка поступила в департамент нераскрытых дел.

Глава 6

Когда медовый месяц подошел к концу и пара вернулась из Саутенда, от доставшейся в наследство солидной суммы осталось всего-навсего сто пятьдесят фунтов. Мистер Манси привез жену в меблированные комнаты на Ледброк-Гроув, а спустя несколько дней снял квартиру и обставил мебелью, купленной за тридцать фунтов.

Судя по всему, нетактичных вопросов о деньгах Этель не задавала. Каждое утро сразу после завтрака Джордж уходил из дома, якобы на работу, а на самом деле бесцельно скитался по Уэст-Энду до того часа, на который была назначена встреча с мисс Колмер. По воскресеньям он по-прежнему любил приходить в Баттерси на ленч, только теперь история получила зеркальное отражение: всякий раз предстояло придумывать новую замысловатую ложь для Этель.

– В последнее время ты очень изменился, Джордж, – заметила мисс Колмер в одно из воскресений после ленча. – Подозреваю, что у тебя интрижка с балериной.

Мистер Манси не очень ясно представлял, кто такая балерина, однако слово звучало внушительно и в то же время безнравственно, поэтому, чтобы окончательно не утонуть во лжи, ответил:

– Она не балерина, а бывшая горничная.

– Это не важно. Все, что меня интересует, это любишь ли ты ее, – продолжила мисс Колмер.

– Нет! – честно признался Джордж.

– Жаль, что тебе, так преданному науке, приходится тянуть такой груз. Право, Джордж, почему бы не избавиться от этой женщины?

Действительно, почему? Джордж удивился, что простая мысль не пришла в голову ему самому: ведь достаточно сменить место жительства, перестать называть себя смешным именем Данило Князь, и главная проблема жизни разрешится сама собой. Оставалось только вернуться на квартиру и собрать вещи.

Этель встретила мужа с неожиданной горячностью:

– Ты сказал, что собираешься на воскресное собрание Общества психологической взаимопомощи, а на самом деле встречался в Баттерси-парке со своей мисс Колмер. Да-да, я все время за тобой следила! А потом пошел к ней домой. Теперь я даже знаю адрес: Лорел-роуд, пятнадцать. Ума не приложу, чем тебя так зацепила эта высохшая старая дева! Пора бы ей узнать – и я намерена немедленно об этом сообщить, – что неприлично зариться на чужого мужа!

Поскольку Этель уже поспешно надевала пальто и шляпу, Джордж бросился к ней, чтобы остановить. Под ноги попалась комфорка, ставшая ненужной после установки новой газовой плиты и превратившаяся в хлам, который следовало бы выбросить уже несколько недель назад, но Этель использовала ее в качестве подставки для утюга.

Понимая, что если она пойдет к мисс Колмер и устроит скандал, то ему уже никогда не удастся вернуться в уютный дом, Джордж схватил тяжелую комфорку, толкнул Этель на кровать и несколько раз подряд с силой стукнул по голове. После этого нашел все имевшиеся в доме полотенца и другие тряпки, засунул под кровать, тщательно вымылся, собрал чемодан и ушел.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42