Роджер Чарльз Андерсон.

Сражения великих держав в Средиземном море. Три века побед и поражений парусных флотов Западной Европы, Турции и России. 1559–1853



скачать книгу бесплатно

Военно-морская активность христиан во время осады Сент-Элмо ограничилась несколькими попытками прорвать блокаду в том или ином направлении. Вице-король Сицилии действительно обещал подкрепление, но категорически не желал рисковать своими галерами без прямого приказа из Испании. Судя по всему, его намного больше интересовало присоединение мальтийских галер к его флоту, чем выполнение возложенной на него части сделки. Одна мальтийская галера уже была на Сицилии, другая к ней вскоре присоединилась. 29 мая шевалье Сент-Обен вернулся из «круиза» по африканскому побережью и обнаружил противника, расположившегося между ним и его базой. Шесть турецких галер вышли из Марсаш-локка на перехват. Шевалье пришлось бросить фрегат, который он вел на буксире, и спасаться. К счастью, только одна из турецких галер оказалась достаточно быстрой, чтобы представлять опасность, и она удалилась, как только Сент-Обен предложил схватку. Он увидел турок в районе мыса Пассаро, но смог уйти от них и благополучно добраться до Сиракуз.

Имея две мальтийские галеры в качестве эскорта на часть пути, два рыцаря, Сальваго и Миранда, 4 июня пришли в Борго на небольшом фрегате. Миранда присоединился к защитникам форта Сент-Элмо, а Сальваго вернулся, поскольку имел приказ сделать все возможное, чтобы получить помощь от Сицилии. Вице-король не сделал практически ничего, но, по крайней мере, позволил племяннику великого магистра Корнюссону, который уехал с Мальты 23 мая, посадить 400 человек на две его галеры и отправиться к Мальте. Эта попытка оказалась бесплодной. Корнюссон проявил недальновидность, показавшись у Гозо при свете дня, и едва успел спастись на Сицилии.

Наконец вице-король согласился направить две галеры и небольшое число солдат для освобождения Сент-Элмо, пока не стало слишком поздно, и 16 июня Хуан де Кардона, генерал сицилийских галер, вышел из Сиракуз с двумя своими кораблями и двумя мальтийскими галерами, на борту которых было 600 солдат. Их предстояло высадить в южной части острова, если, конечно, форт Сент-Элмо еще держался. Погода была неблагоприятная, и Кардона в ночь на 19-е сумел высадить на берег гонца, которому предстояло установить связь с гарнизоном Нотабиле. Гонец получил ответ, что подкрепление еще может успеть помочь форту. Но из-за плохой погоды галеры отнесло к Поццало на Сицилии, и связь с ними оказалась невозможной. Прибытие другого гонца, отправленного из Борго, для чего лодку переправили по суше в Марсаскала, заставило Кардону вернуться на Мальту. В районе Пьедра-Негра на южном берегу он заметил свет, который должен был показать, что высадка безопасна, но Кардона заподозрил вражескую уловку и вернулся в Поццало, где его наконец отыскал гонец из Нотабиле, который задержался на Гозо из-за плохой погоды. Кардона снова вышел в море и 30 июня прибыл к Пьедра-Негра в третий раз. Форт Сент-Элмо пал неделей раньше, но мальтийские командиры получили разъяснение великого магистра, что это не должно повлиять на их действия. В конце концов Кардона тоже согласился высадить войска.

Сделав это, он сразу вернулся на Сицилию, а прибывшие войска беспрепятственно добрались до Нотабиле, откуда сообщение было отправлено в Борго. 4 июля, после долгого ночного перехода из Нотабиле к юго-восточному углу Большой бухты, подкрепление достигло Борго на лодках.

Осада Сент-Элмо длилась месяц. Осада главных фортификаций – вдвое дольше, но ее конец был иным. Лишенные энтузиазма неудачами, турки не хотели встречаться с новым противником, и долгожданное прибытие 9 тысяч человек с Сицилии склонило их к отступлению. Предварительные операции этой второй осады начались 30 июня, а первый генеральный штурм последовал 15 июля. До конца августа их было еще несколько. Решающая попытка была намечена на 7 сентября, но от нее отказались из-за высадки тем самым утром свежей армии. К 12 сентября на острове остались только пленные турки, и в море не было видно их кораблей.

Тем временем в Мессине Гарсия де Толедо медленно собирал войска и корабли, одновременно обдумывая возможности их использования. В мае Альваро де Базан с 19 галерами вышел из Севильи, и после злоключений у испанских и африканских берегов в конце июня он привел флот в Барселону. В Паламосе он взял 8 только что построенных галер и 8 посланных с Сицилии ему навстречу. Еще 3 корабля присоединились к нему в начале июля в Генуе и 2 – в Чивитавеккье. Там он узнал, что форт Сент-Элмо пал и что турецкий флот, насчитывающий около 60 галер, стоит у берега между ним и Неаполем. Часть этой информации была правдой, часть – ложью. Предполагаемый крупный турецкий флот оказался 10 галерами Дориа, направлявшимися в Ливорно, чтобы доставить войска. В конце июля Базан добрался до Мессины с 42 галерами, включая две из Неаполя. По прибытии или скорее по возвращении Дориа флот, находившийся в распоряжении вице-короля, составил 90 галер и 45 парусников.

Немного раньше имела место еще одна попытка доставить небольшое подкрепление осажденному городу. Дориа предположил, что несколько галер вполне могут проникнуть в бухту раньше, чем турки успеют им помешать. Он утверждал, что их потеря будет не важной, если только они сумеют высадить войска в нужном месте, и предложил лично возглавить экспедицию. Этого вице-король не позволил, но согласился, чтобы две мальтийские галеры и одна частная попытались высадить на остров отряд из тысячи человек. Генерал савойских галер Андреа Прована настоял на сопровождении их на своем флагманском корабле. Заранее был послан гонец, чтобы обеспечить подачу нужных сигналов, и 13 июля был осуществлен переход, но турки не дремали, и великий магистр дал сигнал, чтобы высадку не начинали, и галеры вернулись на Сицилию.

11 августа Гарсия де Толедо созвал военный совет, на котором, после бурных обсуждений, было решено оставить суда, погрузить на 60 лучших галер как можно больше солдат и попытаться высадить их без боя. Христиане были убеждены, что в распоряжении турок более ста галер, пригодных для использования. Правда, вероятнее всего, единовременно могли выйти в море не больше 50 кораблей, причем на всех не хватало людей и амуниции. При встрече существовала вероятность нанести им поражение, но если сражения удастся избежать – тем лучше. Решение было хорошим, но его исполнение опоздало. Только 21 августа флот наконец вышел из Мессины в Сиракузы, и 25-го числа он подошел к Мальте, доставив 10 тысяч человек.

Следующие две недели были полны ошибок и разочарований. 27-го флот покинул мыс Пассаро и направился к острову Лампедуза, расположенному в 70 милях к вест-норд-весту от Мальты, но попал в полосу сильного восточного ветра, который отнес корабли до Фавиньяны – острова, расположенного у западной оконечности Сицилии, где 29-го они бросили якоря. Тем временем Дориа, который вышел из Сиракуз 23-го, чтобы установить связь с гарнизоном Гозо и ждать главные силы флота у Лампедузы, потерял несколько человек и сам был ранен в стычке с небольшим турецким кораблем, и вернулся в Ликату. После короткого визита в Трапани флот 2 сентября снова отошел от Фавиньяны, миновал соседний остров Линоза, расположенный рядом с Лампедузой, и оттуда направился к Гозо. По пути корабли разделились, и хотя 4-го они снова соединились, вице-король решил вернуться на Сицилию, так и не сделав попытки высадиться на Мальте. Прибыв к Паццало 5 сентября, он соединился с Дориа, который прибыл к Линозе в надежде найти его там. Тот сообщил, что в направлении Гозо все чисто, и стал настаивать на возвращении. Соответственно, 6 сентября флот вышел с Сицилии в третий раз и уже на следующий день, рано утром, высадил войска в бухте Мелекка, что на северо-западной оконечности острова Мальта. Как только это было сделано, галеры снова вернулись на Сицилию, чтобы взять еще четыре тысячи человек. Но чтобы удостовериться в том, что все заинтересованные лица знают, что прибыла помощь, они прошли мимо Большой бухты и дали залп из бортовых орудий. Около 80 турецких галер вышли из Карантинной гавани, возможно, с намерением вступить в бой, но к тому времени, как они оказались в море, христианский флот уже был вне досягаемости.

Турки решили, что должны уйти с острова, не встречаясь с прибывшей на помощь армией. Всю ночь шла эвакуация. Посадка на корабли велась у форта Ринелла, в самом дальнем заливе Большой бухты. 8-го числа окопы были пусты, а остатки армии находились на кораблях.

Потом турки передумали. По-прежнему нигде не было видно испанцев, которые на самом деле еще не добрались до Нотабиле, да и дезертир сообщил, что их не больше пяти тысяч человек. Несмотря на потери, у турок было вдвое больше людей, и представлялось вероятным, что поражение прибывшей на помощь армии автоматически повлечет за собой успех. В ночь на 10 сентября Мустафа снова высадился на остров во главе войск, а Пиали повел галеры на запад, в залив Святого Павла, для поддержки. На следующий день две армии встретились, и успеха добились испанцы. Турки были обращены в бегство, и только огонь с галер спас их от полного уничтожения. Уцелевшие снова были взяты на борт, флот поднял паруса и 12-го ушел.

Тем временем вице-король вернулся в Мессину и погрузил еще четыре тысячи человек на 50 лучших галер. 13 сентября, находясь в районе Сиракуз, он заметил флот турок, вероятно направлявшийся домой. Он сразу высадил войска на берег и двинулся к Мальте, чтобы забрать те войска, которые были там. Необходимости в них больше не было, а их присутствие могло лишь усложнить снабжение острова продовольствием. 17-го, оставив две мальтийские галеры, он направился к побережью Греции в надежде перехватить часть неприятельского флота. 21-го числа, находясь у островов Стривали, что к югу от Занте, вице-король услышал, что турки уже были на Занте и 50 их галер направились на юг. Все еще надеясь перехватить вражеские корабли, он повел флот к Цериго (Китира), куда прибыл 23 сентября. Было замечено несколько турецких кораблей, но большая часть флота находилась или в архипелаге, или под защитой орудий Модона. 1 октября вице-король отказался от дальнейших попыток и 7 октября вернулся в Мессину.


Не добившись успеха на Мальте, султан обратил свой взор на север и возобновил войну в Венгрии. В мае 1566 года он лично возглавил армию, но во время осады Сегеда (Сигета) умер. Его преемник, Селим II, продолжал войну с императором еще год, а потом, вознамерившись изгнать венецианцев с Кипра, согласился на восьмилетнее перемирие.

Тем временем его флот добился еще двух успехов. В апреле 1566 года Пиали с сотней галер появился у Хиоса, сверг генуэзских правителей острова и от имени султана вступил во владение островом. После этого он направился на запад, вызвав нешуточное беспокойство на Мальте, где великий магистр начал поспешно укреплять свой новый город Валетту, или, возможно, испанские позиции на Голетте. В начале апреля вице-король Сицилии посетил оба пункта, после чего направился в Геную, чтобы принять войска и встретиться с испанскими галерами, а Дориа с 50 галерами отвез подкрепление сначала на Мальту, а потом в Голетту. Так сложились обстоятельства, что ни одно из этих двух мест не было в опасности. Турки были в районе Занте 24 июня, а 10 июля достигли Корфу. Они пренебрегли привычным обменом любезностями с венецианскими властями, но не выказали никаких враждебных намерений и 12-го снова отправились в путь в сторону Валоны. Оттуда Пиали ушел в Рагузу, чтобы потребовать удовлетворения за помощь, оказанную кораблями Рагузы при освобождении Мальты10, и дальше по Адриатике к острову Лисса, а его разведчики забрались еще дальше. Приближение турецкого флота вызвало срочную мобилизацию значительного количества венецианских галер, но пока турки довольствовались демонстрацией силы. Они вернулись в Валону и оттуда совершили набег на итальянское побережье в районе Ортоны.

В это время Гарсия де Толедо занимался в основном защитой Мальты и Голетты. Две его галеры имели столкновения с турками возле Занте 24 июля, а Дориа со своими 12 галерами – в районе Паксоса, недалеко от Корфу, 14 июля, сразу после того, как они прошли. Но из-за недостатка портов на юге Италии он не желал предпринимать никаких масштабных действий в направлении Адриатики. Наконец 20 августа он вышел из Мессины с 80 галерами, но лишь для того, чтобы вернуться уже 22-го, узнав, что о противнике не слышали с 6-го числа и, вероятно, турки ушли к Превезе. Позже это подтвердилось. Поэтому он «уволил» Дориа и флорентийцев, отправил небольшую эскадру к Голетте и больше ничего не стал предпринимать.

Четыре мальтийские галеры под командованием Педро де Мендосы должны были войти в объединенный флот, но опоздали. Другие крейсировали в Леванте в поисках трофеев и рабов. Так продолжалось несколько лет. Помимо этого, христиане ничего не делали. В 1567 году турецкий флот овладел Наксосом, где издавна у власти пребывал венецианский род, а в 1569 году Пиали снова двинулся к Валоне, имея около ста галер.

Осенью 1567 года Гарсия де Толедо ушел со своего поста генерал-капитана. Его преемником стал Дон Хуан Австрийский, побочный сын Карла V, а значит, сводный брат Филиппа II. В 1568–1569 годах новый командующий был занят на западе, сначала выполняя рутинные обязанности в районе пролива, затем подавляя мавританское восстание на юге Испании. В его отсутствие не получилось создать сильный флот в итальянских водах по причине споров из-за старшинства.

Тосканский командир Альфонсо д’Аппиано, хотя и был готов сотрудничать с Хуаном де Кардоной, генералом сицилийской эскадры, отказывался признавать Дориа в качестве лейтенанта генерал-капитана. Поэтому он увел 10 своих галер из Мессины в Ливорно. Позднее, в 1569 году он служил под командованием Луиса де Рекесенса, назначенного Доном Хуаном лейтенанта, и упрямство этого офицера обернулось потерей половины эскадры во время шторма в Лионском заливе вместе с другими итальянскими галерами.

Ожидаемая атака на Голетту имела место в начале 1570 года, но со стороны суши. Улуч Али, в 1568 году ставший наместником в Алжире, в конце 1569 года вторгся в Тунис. Он вынудил непопулярного Хасана искать убежища у испанских покровителей в Голетте и осадил крепость. Когда новость об этом достигла Сицилии, мальтийские галеры находились в Мессине – готовились сопровождать парусники с провизией на Мальту. Новый вице-король, маркиз де Пескара, настоял, чтобы этот флот использовался для освобождения оказавшегося под угрозой аванпоста, поскольку о нуждах Мальты можно позаботиться позже. Плохая погода и болезни на некоторое время задержали экспедицию, но в апреле она все-таки вошла в Голетту и обнаружила, что ее гарнизон вполне способен постоять за себя. 1 мая мальтийские галеры вернулись домой, и спустя несколько дней всем тревогам относительно судьбы Мальты пришел конец. Стало точно известно, что турецкий флот, приготовления которого встревожили все Средиземноморье, собирается атаковать Кипр.

28 февраля 1570 года турецкий посол в Венеции потребовал немедленной сдачи острова, который республика, как преемник длинной череды христианских королей, удерживала с 1489 года. Требование было с негодованием отвергнуто, закономерным следствием чего стала война. Между прочим, вероятность такого требования признавалась довольно-таки высокой. Время должно было решить, когда требование будет выдвинуто и как встречено. Что касается первого аспекта, представляется вероятным, что на решение султана оказала некоторое влияние информация о пожаре в венецианском арсенале, произошедшем в сентябре 1569 года. В действительности было уничтожено только четыре галеры, но слухи многократно преувеличили ущерб. Якобы имевшее место ослабление венецианского флота предполагало, что момент для нападения на зависимое государство, которое он должен защищать, весьма удачный.

Когда под угрозой находилась Мальта, Венеция ничего не сделала, чтобы помочь. Но теперь республика громко требовала помощи – папы и всего христианского мира. Пий V без колебаний согласился сделать все от него зависящее, но христианские правители пылкого энтузиазма не проявили. На самом деле только король Испании отреагировал на призыв благосклонно, и то, вероятно, опасаясь, что следующими будут атакованы его владения. Но и при этом он не спешил начать активные действия. Его приказ Дориа присоединить свой флот к венецианскому был отдан только в середине июля.

Объединенный флот, когда присоединение наконец произошло, состоял только из эскадр Венеции, папы и испанских владений в Италии. От самой Испании, Флоренции и Мальты реакции не было никакой. В случае Флоренции это объяснялось тем, что контракт герцога с Испанией на использование его 10 галер истек и его принятие титула великого герцога Тосканского из рук папы оскорбило Филиппа II. Эскадра с Мальты отсутствовала по другой причине – из-за постигшей ее катастрофы в начале года.

Было трудно решить, к какому из трех подразделений – испанскому, венецианскому или папскому – следует присоединиться мальтийским галерам. Они действительно вышли в море и должны были в начале июня присоединиться к венецианцам, но вернулись, захватив несколько мелких турецких судов у берегов Сицилии. 26 июня они снова вышли в море, повинуясь воле папы, чтобы войти в состав эскадры Дориа. Добравшись до Мессины, новый мальтийский генерал, Сент-Винсент, обнаружил, что Дориа увел 50 своих галер в Голетту за припасами. Он также собирался, если получится, перехватить Улуч Али, который, как ожидалось, должен был принять в состав основных сил своего флота алжирскую эскадру. Это ему не удалось. У острова Зембра, что в Тунисском заливе, он узнал, что алжирцы уже проследовали в направлении Триполи. Поэтому продолжил путь в Голетту, а оттуда обратно на Сицилию11.

К несчастью для мальтийцев, стандартный путь из Алжира, Туниса и даже Триполи к Архипелагу проходил вдоль берегов Сицилии и юга Италии. Пока Дориа был в море, Сент-Клемент находился в Трапани, выполняя конвойное сопровождение для вице-короля Сицилии, и как раз собирался вернуться на Мальту с припасами. Улуч Али, со своей стороны, подошел к мысу Пассаро и там узнал о перемещениях мальтийцев. Надеясь перехватить их, он вернулся к Гозо с 19 галеотами и стал ждать. На рассвете 15 июля две эскадры заметили друг друга.

Застигнутый врасплох, Сент-Клемент потерял голову и устремился прочь, даже не попытавшись удержать все свои корабли вместе. «Капитана», или флагманская галера, и «Сан-Джованни» направились на север к сицилийскому берегу, а «Патрона» (вторая по старшинству), «Санта-Мария де ла Виктория» и «Санта-Анна» пошли на северо-запад. 12 галеотов под командованием Улуч Али бросились в погоню за первой парой, а семь оставшихся кораблей – за второй. Галера «Сан-Джованни» была захвачена без сопротивления, но «Капитана» вполне могла достичь в безопасности Ликаты, если бы штурман не позволил ей увалиться под ветер от этого места. Но даже когда это произошло, все еще был шанс добраться до Гиргенти. Однако вместо того, чтобы предпринять такую попытку, Сент-Клемент решил укрыться в устье небольшой реки возле Монтекьяро, в 10 милях восточнее. Если бы он вступил в бой с противником, то имел все шансы отбить атаку. Но в условиях общей паники и неразберихи на борту галера села на грунт. Сент-Клемент ее немедленно покинул, а турки смогли снять ее с мели и увести.

Тем временем «Санта-Мария» и «Санта-Анна», заметив, что их преследователи растянулись, попытались атаковать лидеров, пока не подоспели остальные. К несчастью, на «Санта-Анне» запутался фок, когда его спускали, и, прежде чем парус сумели расправить, галера была окружена. Преодолев упорное сопротивление, турки ее захватили. «Санта-Мария» добралась до Гиргенти – ее больше не преследовали. Эта катастрофа стоила ордену трех галер и 80 рыцарей. Сент-Клемент и два старших офицера на флагманской галере были приговорены к смерти за трусость и казнены.

Улуч Али вернулся со своими призами в Алжир 20 июля. Изначальной целью его путешествия было получение помощи для захвата Голетты. Вероятнее всего, он узнал от пленных, что силы султана уже полностью заняты и что большой христианский флот собирается как раз между ним и Левантом. В любом случае он не предпринимал никаких попыток двинуться на восток до следующего года.

На самом деле высадка турок на Кипре уже произошла. Почти сразу после получения ответа венецианцев 25 галер были посланы на Родос. Пиали покинул Дарданеллы в мае с 80 галерами и 30 галеотами. Мустафа-паша (другой человек, не тот, что командовал сухопутными силами на Мальте) последовал за ним 21 мая с еще 36 галерами и крупным флотом транспортов. Пиали направился к Негропонту, разграбил венецианский остров Тенос, хотя и не взял форт, и присоединился к Мустафе на Родосе в начале июня. Их совместный флот состоял из 350 кораблей, в том числе 160 галер12. Располагая такими силами, турки покинули Родос 14 июня и направились в Феника-бей (Финике), что в 100 милях к востоку, на материке, чтобы взять на борт армию. Они появились у Кипра 1 июля и высадились на южной стороне острова, не встретив сопротивления.

Тем временем венецианцы мобилизовали свой флот быстрее, чем решили, как его использовать. Через месяц после начала войны они спустили на воду и оснастили 80 галер – в дополнение к 56 кораблям, уже в эксплуатации или доступным в окрестных портах. Они также переоборудовали 11 из своих galere grosse – торговых галер – в тяжеловооруженные галеасы. Джироламо Дзане был назначен генерал-капитаном и ушел из Венеции 30 марта во главе значительной части своего флота. До сих пор венецианские приготовления были такими же активными, как у противника, но теперь произошли перемены. Дзане пришел в Зару 13 апреля и там оставался два месяца, причем, пока шли переговоры с папой и с Испанией об объединении их сил с силами республики, на кораблях каждый день возрастало число заболевших. Даже когда венецианский флот наконец ушел из Зары – это произошло 12 июня, – он переместился всего лишь к острову Корфу, где оставался с 23 июня до 23 июля. Иными словами, он находился в 800 милях от Кипра, когда турки подошли к острову и обосновались там.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16