Рима КорсаК.

Счастье больше не секрет



скачать книгу бесплатно

– Простите. То, что вы сказали, так неожиданно. Сколько вы прожили вместе? – ничего лучше я в тот момент не придумал.

– Всю жизнь. Столько, сколько себя помню. Такое ощущение, что даже больше, чем одну жизнь, ведь мы с ней почти не расставались, всё делали вместе, всегда были рядом, – проговорил старик.

Я смотрел на этого странного человека. А тот вглядывался в видимое только ему документальное кино, словно проматывал сцены из прошлой жизни. Одну за другой, перебирая любимые фрагменты и с трепетом пересматривая некоторые из них. Я будто сам увидел, как на его лице проступают отблики этих картин. Невероятно, но я почувствовал себя свидетелем тех эпизодов. Если бы меня спросили: о чём они? Я ответил бы: точно не знаю, но о том, о чём каждый мечтал бы. Хотя бы очень робко. О чём-то очень тёплом и нежном.

– Мы были вместе и рядом не просто физически сопровождая друг друга, – продолжал старик. – Мы были заинтересованы друг в друге, увлечены и пропитаны друг другом, поэтому у нас всё было общее, не только дети и дом. Одинаковые ценности, взгляды, интересы. Даже не было такого понятия, как «твоё» и «моё», было всё «наше». Никакой твоей жизни. Никакой моей жизни. Общая жизнь, одна на двоих.

– Простите мою бесцеремонность… это так прекрасно, то, что вы описываете… Однако вы не выглядите безутешным вдовцом…

– Вот что я вам скажу на это, – уверенно начал мой собеседник, – А не кажется ли вам, что не только моё, но и ваше положение становится неутешительным?

– Простите, не понимаю о чём вы?

– А тут не понимать, тут чувствовать надо. Вы не думали о том, что можете получить удар?

Я даже машинально отставил одну ногу назад. Может, этот дюжий старик от горя выжил из ума и сейчас-то я и почувствую землю своих предков.

– Удар. Солнечный удар. А вы что подумали? Скоро полдень. И здесь не самое лучшее место для экскурсии по земле предков. Поэтому на правах местного жителя приглашаю вас к озеру, которое раньше было деловым центром деревни. Помимо всего прочего, там прохладно и есть где отдохнуть с дороги.

Может, и впрямь солнце припекло мне голову, ведь я не заметил, как принял приглашение, съехал с дороги и направился вместе со своим проводником мимо деревни, в сторону холмов вдоль узкой полоски берёзового леса. В смятении я смотрел на дорогу прямо перед собой, тем более, управляться с ней было трудновато – дикая, без покрытия, проложенная по основанию холмов, крутая и покатая.

– Откуда вы узнали про землю предков? – наконец решился спросить я.

– Элементарно, добрый человек! – в своём стиле продолжал загадочный спутник, – Я много что про вас знаю.

– Так, значит, вы меня узнали?!

– Вас все знают. Во всяком случае, те, кто считает, что недостаточно быстр, недостаточно хорош и ещё не всего достиг в этой жизни. Как обещает ваше шоу, «Fast & Good: Change Your Mind & Mood». Как я понимаю, измени своё мышление и настроение, чтобы стать быстрее и лучшее. И будет тебе успех и счастье.

Правильно понимаю? Я смотрел русскую версию, в английском не силён.

– Простите, вы узнали меня и вас это ни капельки не смущает?

– Меня вообще ничто не смущает в этом мире, – тихо, но убедительно произнёс он. И сразу же добавил, – Считай, приехали, добрый человек!

– Вы меня упорно называете «добрым человеком». Я какой угодно, но вряд ли добрый. И потом, хотелось бы узнать, как мне к вам обращаться?

– Зовите просто – Бабаев. А впрочем, как вам удобно. Меня ведь ничто не смущает, вы же теперь знаете. Конечно же, добрый, какой ещё вы можете быть, если нашли время приехать на землю предков?.. Держите курс на беседку, видите её? Там, возле сосен и остановимся.

И только сейчас я обратил внимание, что мы оказались в ещё более живописном месте. Горные вершины и лысоватые холмы остались позади. А перед нами неожиданно вырос пригорок, из которого торчали высоченные деревья-карандаши. Они равномерно от края до края покрывали всю площадь пригорка, и потому беседка едва проглядывалась. «Где же озеро?», подумал я. Но стоило нам пешком подняться на самый верх, и оно соизволило появиться во всей своей красе. Как в лучших традициях хорошо продуманного шоу – в самый нужный момент, когда его уже успели заждаться: «Ladies and gentlemen! Представляем вашему вниманию Озеро Ваших Предков!»

– Красота-то какая! – вырвалось у меня.

– Располагайтесь. А я пока попрошу, чтобы нам привезли поесть.

– Да у меня еда с собой, не стоит беспокоиться, – поспешил отказаться я.

– Но вы же особый гость на своей земле предков. А она щедрая на угощения. Скоро всё будет.

Он отошёл, видимо, чтобы обратиться в местную службу доставки, а я никак не мог решить, на чём сосредоточить свою мысль и вертел головой. Озеро было небольшое, может, чуть больше стадиона, но не такой правильной формы, немного с кривизной. Пригорок, казалось, всем своим весом и ростом навалился на воду, чуть изменил очертания берега и создал тем самым зрительный эффект панорамного обзора на само озеро и окрестности. Уютная беседка была своего рода смотровой башней, откуда открывался впечатляющий вид на объёмную декорацию волнообразных холмов – плавных, оливкового оттенка, местами ощипанных, временами с густой зелёной растительностью. И, видимо, для усиления зрительного эффекта, всё это дублировалось на голубом экране озера. Там, у самой кромки воды сосны даже отступили от берега, чтобы не создавать помехи на этом идеальном изображении.

Отдохнув в прохладе хвойного воздуха, я почувствовал, что не могу им надышаться. И поймал себя на мысли, что готов его даже съесть, проглотить, насытиться им про запас. Да и просто хоть чего-нибудь поесть, признаться, тоже уже хотелось. Интересно, служба доставки у них оперативно работает?

Но никакой службы доставки не было. Бабаев сам поднимался по пригорку с увесистым ящиком в руках.

– Откуда это у вас? – поинтересовался я.

– Это мои бабаевцы.

Я посмотрел вниз и увидел ярко оранжевый прогулочный вездеход, с которого радостно махали руками два то ли подростка, то ли молодых человека.

– Подумал, будет лучше отправить их домой, – продолжал Бабаев, – поскольку есть ещё вещи, которые могут смущать этих молодых людей. Например, живой Ярослав Мудрый. Я сказал им, что у меня важная встреча и попросил подготовить угощение – то, что выросло на нашей земле. Как вы и хотели.

– Откуда вы знаете, чего я хотел? И почему, собственно, вы со мной возитесь? Я же свалился вам на голову, и должно быть отвлекаю от дел.

– Какие у меня теперь могут быть дела? У меня никогда не было собственных, отдельных от жены занятий. И можно сказать, несколько дней назад я полностью отошёл от всяких дел. Поэтому смело распоряжайтесь моим временем. И угощайтесь.

И весёлый вдовец принялся ловко накрывать стол в беседке. А я удивлялся представленной, как на элитном прилавке, экзотике.

– Неужели всё это растёт здесь? – спросил, показывая на изобилие изысканных фруктов и ягод. Яблоки и груши – маленькие, большие, красные, зелёные, пятнистые. Жирные гроздья винограда. Чёрный жемчуг смородины, ароматная малина, клубника крупными сердечками. Шершавая солнечная дыня, гигантские и мелкие помидоры. И ещё много чего, очень вкусного, редкого, дорогого даже для меня, вполне состоятельного человека.

– И это всё настоящее?! И вот так запросто здесь растёт? – не переставал удивляться я, не зная с чего начать.

– Угощайтесь, угощайтесь. Вот тарелка. Вот, пожалуйста, ножичек, салфетки, вода, если захотите помыть. Хотя всё чистое. Вот свеженький арбузный сок. Уверен, такого вы ещё не пробовали.

Я жадно набросился на аппетитные лакомства, хотелось всего и сразу.

– Угощайтесь, угощайтесь, – приговаривал Бабаев, придвигая ко мне то одно, то другое, – теперь вы понимаете, что я имел в виду, когда говорил: всё как вы хотите. Ну, чувствуете?

– Ага… Вкусно, – мычал я набитым ртом.

– Чувствуете, какая она, земля предков, особенная? Всё ведь из неё. Вся жизнь от неё. Сила – в земле, в земле же корни, из земли всё живое происходит и в неё же должно возвращаться. И здесь происходит всё именно так! – как эхом отзывалось каждое слово Бабаева.

– Я это уже где-то слышал! – застыл я с грушей в руке и сливой во рту, – Де жа вю какое-то. Со мной это точно было.

– Конечно с вами, с кем же ещё.

– Со мной? – в раздумье проговорил я и отчего-то спросил, – Может, вы и про меня всё знаете? Конечно, помимо того, что знают все про Ярослава Мудрого, – признаться, я даже почувствовал, что уже нервничаю. Ведь я до сих пор не представляю, с кем всё это время имею дело. Кто этот Бабаев? Почему Бабаев? Местный житель, проходимец? Почему он так дорого и молодо выглядит? Ну, конечно, если торгует фруктами, то может себе позволить всё что угодно, в том числе такие волосы и зубы. Но не наглость же, чтобы так бесцеремонно общаться с незнакомым человеком, тем более со звездой. И вообще, я уже не знаю, чего ожидать от него в следующую минуту.

– Всё, знаю, всё, добрый человек.

– Ну почему вы настаиваете на том, что я добрый?

– Вы же настаиваете на том, что вы Мудрый. А разве вы мудрый? Я всего лишь предлагаю вам более объективную характеристику – добрый. Доброта – хоть и не мудрость, но половина мудрости.

Это суждение застало меня врасплох. Я задумался. И Бабаев застыл и вновь превратился в скалу. Лишь в глазах его струилась жизнь, как вода в родниках бурлит и плещется среди окаменевших скальных пород, где-то там, в потаённых местах, у себя на уме. Я подумал, что никогда не видел таких глаз – с двойным дном, но не с подвохом. Наоборот, глубоких и ясных, приглашающих, обещающих каждому, кто осмелится туда заглянуть, открыть и второе, и третье, а кто пожелает и поглубже.

– А как вы думаете, что могут сказать ваши глаза? – прервал ход моих мыслей Бабаев.

От неожиданности я машинально зачерпнул горсть малины, закинул её в рот, вероятно, чтобы повременить с ответом. И упёрся глазами в дыню, пытаясь взглядом просверлить в ней дырку, наверное, в надежде, что могу часть своих мыслей, самую сокровенную, перепрятать в полость этого сочного плода, где-то между семенами. И тут на моих глазах дыня рассеклась на две ровные половины. Сок брызнул, часть мыслей вместе с ним растеклась по столу. Неужели мои глаза на такое способны? Лишь в следующую секунду я заметил, как Бабаев с ножом в руке продолжал рассекать дыню, но уже на более мелкие кусочки. Один из них, причём именно тот, что из самого центра – он ловко поднёс ко рту и съел. Вместе с моими сокровенными мыслями, как в тот момент показалось.

– Так вот, ваши глаза говорят о подлоге, – продолжил Бабаев.

– Простите?..

– О подлоге, который вы совершаете ежедневно. Вся ваша жизнь – подлог. Но искусная, надо сказать, подделка, очень напоминающая подлинник. Вот что я вижу в ваших глазах. Разве вы не за этим сюда приехали, на землю предков?

– За чем «за этим»? Какой подлог? Что вы имеете в виду?

– Разве не затем вы приехали, чтобы внести кое-какую ясность в свои мысли, в свою жизнь? Попытаться найти себя настоящего? В настоящем месте ваших настоящих предков. Вся ваша жизнь – подлог и есть! Вот что вас беспокоит, понимаете вы это или нет.

– Ну, в чём же подлог? – возмутился я неожиданной беспардонностью, – моя жизнь меня устраивает! Я живу там, где хочу, с кем хочу, занимаюсь тем, чем хочу. Да нет ничего такого, чего я не могу себе позволить.

– Даже позволить себе быть счастливым?

– Да, я счастлив! Я доволен своей жизнью! – выпалил я в ответ почти не думая.

– «Если я так счастлив и свободен, то почему так напряжены и суетливы дни мои». Слыхали такое выражение? Вот в этом-то и есть подлог! Каждый день убеждать себя в том, что ты счастлив. Но чувствовать при этом, что счастливей от этих слов не становишься, – Бабаев сказал так, будто имел на это все основания. И тут же продолжил, – Ну, посудите сами, что вы можете себе позволить? Только настоящего, того, что делает человека счастливым? Вы можете себе позволить говорить правду тогда, когда захотите, тому, кому захотите и столько, сколько захотите? Можете себе позволить отпуск не на две недели, а на два года? Или выключать средства связи тогда, когда захотите и на столько, на сколько захотите? Можете себе позволить скинуть чешую Ярослава Мудрого, наконец, и вновь стать самим собой, Славой Якиным? Ведь даже имя Ярослав Мудрый вам не принадлежит. Поправьте меня, если это не так. Или скажете, если вам доступны любые сервисы, отыщется среди них и такой, что избавит вас от страха, сомнений и тревог? С хорошей скидкой за предоплату на год вперёд? – последнюю фразу он произнёс с той же праздничной интонацией, с которой обычно я сам произношу рекламные тексты.

– Уж не хотите ли вы, Бабаев, сказать, что именно сейчас, в эту самую минуту, я вижу перед собой человека, который никогда не врёт, ничего не боится, не зависит от обстоятельств и всегда делает только то, что хочет?

Ничуть не смутившись, Бабаев коротко ответил:

– Да. И счастлив от этого!

– Ну вот, приехали! Ехал на землю предков в Уральские горы – приехал в какой-то уральский ашрам. По всей видимости, вон та гора – уже не столько южно-уральская, сколько северно-Гималайская! А вы тот самый святой старец, который знает о счастье всё! – я сказал это, как если бы: «Я, конечно, сижу за вашим столом и ем ваши фрукты, но это не значит, что мне можно скормить всё, что взбредёт в вашу голову!»

– Да, я счастлив. И счастье для меня никакой не секрет, – сказал Бабаев так, будто произнёс: «Хороший сегодня денёк, не находите ли?». Это совсем сбило меня с толку. Я всегда хотел встретить человека, который, наконец, скажет, что знает о счастье всё. Но думал, что тот мудрец, всё-таки, произнесёт эту особенную фразу как-то по-другому: загадочно, многозначительно, может быть даже высокомерно. Но уж никак не закусывая её виноградом.

– У вас на днях умерла жена. Как вы можете быть счастливы? – я попытался подловить этого деревенского счастливчика.

– Вам может быть это не совсем понятно, но счастливого человека ничто не может сделать несчастным. Тем более такое естественное событие, как смерть, пусть и близкого. Это повод для грусти, для прощания со старой жизнью, но не для несчастья. Я вижу, настало время немного рассказать о себе, ведь всё-таки вы сидите за моим столом и едите мои фрукты.

Я опять насторожился, а Бабаев продолжал:

– Вы у меня в гостях, так получилось, потому разрешите отрекомендоваться. Я живу здесь около пятидесяти лет, это земля и моих предков тоже. А родился и вырос, примерно как вы, в большом городе. Учился, осваивал профессии, кем только не был: рабочим на разных заводах и стройках, пробовал себя артистом, музыкантом, певцом и даже шоуменом. Из этого, правда, ничего толкового не вышло. Но я угодил в интересную творческую среду и постепенно освоил новые профессии. Стал заниматься рекламой, дизайном, даже созданием развлекательных проектов, да, примерно как вы. И, знаете ли, кое-чего добился и уже начал думать, что могу многое себе позволить, в свои-то молодые годы. В общем, вы понимаете… Но, как-то проснулся утром и подумал: «Сегодня хороший день для того, чтобы умереть».

На этих словах меня уже передёрнуло, будто ток пробежал по позвоночнику, но я старался не подавать вида и собрал всю свою профессиональную хватку в кулак, не желая сдаваться.

– Я вдруг ясно увидел: вся моя жизнь – подлог, – продолжал Бабаев, – И такая жизнь меня больше не устраивает. Да что там жизнь, я сам себя не устраиваю. И однажды вместо того чтобы в очередной раз усесться за рабочий стол, я насел на себя. И не слез, пока не изменился сам и не изменил всю свою жизнь.

– И стали счастливым, хотите сказать? Вы, наверное, потеряли свою работу и поэтому…

– Я потерял свои страхи, добрый человек. И перестал бояться того, чего не существует. В один прекрасный день я просто принял решение стать счастливым.

– За один день? Вот так моментально стали бесстрашным и счастливым? – я не переставал искать слабые места, за которые можно было бы ухватить этого самоуверенного человека.

– За один день я только понял, что если и вправду захочу, могу стать бесстрашным и счастливым. А вот на то, чтобы стать таковым, потребовалось, конечно, куда больше времени. Но это отдельная история.

– А вы точно понимаете, с кем сейчас говорите? Ведь «Fast&Good» – не единственное моё шоу. Всё-таки я занимаюсь, и весьма серьёзно, другими направлениями, куда более тонкими.

– Тоньше, чем леска на дедушкиных удочках? – спросил и будто проткнул взглядом Бабаев. Я даже покрылся холодным потом, как росой, где-то внутри задрожал, услышал стук собственного сердца и подумал: «Вот меня и насадили на кукан!»

– Вы кто: экстрасенс, телепат? Откуда вы знаете про дедушкины удочки? Откуда знаете про землю предков? Как вы вообще можете всё это знать?!

– Так же, как могли бы знать и вы. Про кого угодно. В том числе, и про меня. И ничего здесь удивительного. Вам же доводилось видеть таких людей и раньше, в ваших любимых ашрамах. Их лица говорили вам о том, что эти люди знают обо всём на свете. Но просто никто из них не сказал вам в лицо, что знает всё о вас. Некоторые лишь намекали на это, не правда ли? И отправляли вас назад, к своим корням, к примеру. Ведь так? Не потому ли вы здесь?

Я не знал, что сказать на это. Не знал, что и думать. Что делать дальше.

– Называйте как угодно, – продолжал Бабаев, – ясновидением, сверхспособностями, психологическими фокусами. Видеть человека насквозь – совершенно естественно. Стоит только осмелиться пошире открыть глаза и немного иначе сфокусировать свой взгляд. Вам действительно это интересно?

Я поймал себя на мысли, что уже не считаю этого человека возмутительным хвастуном. Наоборот, готов внимательно слушать каждое его слово. И он видится мне всё интереснее и интереснее.

– Вам действительно это интересно? – повторил вопрос Бабаев, – Или вы приехали сюда всё же не за этим?

«А ведь я и впрямь не понимаю, зачем приехал», – мелькнуло в голове, в которой уже случилась полная неразбериха. Я не успевал задавать возникающие вопросы, не мог толком на чём-то конкретном остановить своё внимание.

– Знаете, Бабаев, – сказал я вслух, – до сих пор не понимаю, зачем я здесь. Я окончательно запутался. Но то, что я от вас слышу, мне интересно.

– Хороший вопрос «зачем». Почаще бы его себе задавали, и, может, не пришлось бы летать в космос, преодолевать часовые пояса в поисках того, не знаю чего и вот так вот, как вы сейчас, морщить лоб. Ну, скажите себе хоть раз, зачем вам называться Мудрым, когда вы далеки от мудрости? Зачем вы тратите так много времени на то, чтобы увеличивать ряды своих обожателей? И так мало на то, чтобы действительно стать хоть чуточку мудрее?

– Но это же моя работа!

– То есть ваша работа – это натянуть на себя лучшие достижения косметологии, стоматологии и прочие биотехнологии, вылезти вон из кожи и умножать поголовье ротозеев вокруг вашей персоны? Назвались бы тогда Ярослав Дивный! Зачем же сразу Мудрый?

– Да как вы можете говорить такое! – вспылил я, – Как вы можете осуждать то, чем пользуетесь сами?

– Чем, вы полагаете, я пользуюсь?

– Ну как же. Ваши волосы, рост, кожа, мышцы, ваши зубы, наконец. Не один фургон фруктов, видимо, ушёл на то, чтобы так выглядеть.

– Да, вы правы. Вы даже сами не знаете, насколько правы. Пришлось съесть не один фургон фруктов, чтобы так выглядеть. И заметьте съесть, а не продавать. Кстати, я не торгую овощами и фруктами. Думаю, это удивит вас, но всё, что на мне и при мне – настоящее.

– Ну, уж в это я не поверю! Даже не надейтесь! Таких зубов в природе не существует! Как впрочем, волос и всего остального! Тем более, в вашем возрасте. Ведь, как я понял, вам далеко за шестьдесят. Вы должно быть намного старше моих родителей, хотя и выглядите чуть моложе.

– Да вы раскусили меня! Мне далеко за шестьдесят. И я уж точно не буду, как ваши ротозеи открывать рот пошире, чтобы вы разглядели мои зубы, во всей их натуральной красе. Вы не только слишком долго плавали, Ярослав, вы слишком далеки от природы…

Теперь я точно заглядывал ему в рот. А Бабаев продолжал:

– …от природы, которая способна щедро одаривать не только зубами. Скажите, зачем вы покупаете воздух для спальни?

– Странный какой-то вопрос вы задаёте! Чтоб дышать…

– Перепрессовка с весьма сомнительными ароматизаторами – это у вас, чтоб дышать. А структурированная водка, значит, за тем, чтобы пить? – не унимался этот ясновидец.

– Ну, если я могу себе позволить дышать более качественным воздухом или пить безопасную водку, почему бы и нет?

– Безопасную? Водку? – засмеялся Бабаев.

– Что вы смеётесь? Это забота о здоровье, это признак уровня жизни, в конце концов.

– Уровень жизни это ещё не жизнь. Жизнь начнётся тогда, когда ответите на вопрос, зачем она вам такая, которая не нравится и не устраивает.

– Откуда вы знаете про мою жизнь? Меня по большому счёту всё в ней устраивает, – с вызовом сказал я, как боец, который напрашивается на удар, заранее зная, что способен увернуться.

– Что вы тогда по этим мудрецам, как по бабам таскаетесь, когда вас свои три бабы дома ждут?

– Простите? – удивился я, и сразу почувствовал, что пропустил удар, – У меня жена и дочь.

– Две дочери. Вторая вот-вот на подходе. Рисковое дело, не правда ли, в наше-то время рожать самой. И вместо того, чтобы быть рядом с ней, вы опять проводите выходной в компании очередного старика.

Это был настоящий удар матёрого профессионала, который сбил с ног и ещё некоторое время я отходил от него. В семейную тайну про беременность жены были посвящены только самые близкие и группа личных врачей. Зачем людям знать, что жена Ярослава Мудрого, как древний человек вынашивает и рожает сама? Что про меня подумают? Что я дикарь, женоубийца или сектант, чтобы ради бредовых идей заставлять жену рисковать собственной жизнью? Как я объясню, что случилось настоящее чудо? Что произошло совершенно естественное зачатие без всякой стимуляции? Доктора долго не могли поверить, как такое стало возможно помимо их участия. Но, глядя в свои приборы, всё-таки пришли к выводу, что организм моей жены хоть и не подготавливался специально, как у профессиональных рожениц, но вполне может справиться с вынашиванием ребёнка. Под ежедневным наблюдением врачей, конечно же. И вот, жена там, с докторами, на третьем месяце, а я здесь, с человеком, который утверждает, что знает всё. В том числе, и об этой весьма щекотливой ситуации в моей семье и даже больше, чем я. Как-то очень странно и жутковато всё это.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6