PC Magazine/RE.

Журнал PC Magazine/RE №9/2012



скачать книгу бесплатно

Новости
Новости и комментарии: pcmag.ru/news

Раздел подготовил Максим Белоус


Больше Ricoh на российском рынке

Компания Ricoh известна прежде всего своей офисной печатной техникой, ориентированной на заказчиков из среднего бизнес-сегмента. Однако на современном рынке печати оставаться на месте значит стагнировать, и потому компания ставит своей целью освоение смежных рынков, и в первую очередь – потребительского принтерного сектора в развивающихся странах. Так, планы Ricoh в отношении российского рынка весьма масштабны.

Рассказу об этих планах и была посвящена пресс-конференция, состоявшаяся в Москве 23 августа. Синити Нодзи, генеральный директор Ricoh, сказал, что в своей области компетенции компания уже достигла глобального первенства: по данным IDC, в 2011 г. она стала мировым лидером (по занятой доле рынка) в сегменте цветных и монохромных МФУ формата А3. В целом устройства для офисной печати (к которым относятся МФУ и копиры) под маркой Ricoh отлично продаются в развитых странах Европы, Америки и Азии.

Однако специфика развивающихся рынков такова, что обособленные копиры и комбайны-МФУ на них сейчас востребованы в очень ограниченном объеме. Предпочтение отдается принтерам, причем, по возможности, недорогим. Так, в прошлом году доля офисных устройств печати (от общего объема реализованных печатных аппаратов) во Франции составила 21 %, в Германии – 13 %, а в России – лишь 5 %. По приведенным Синити Нодзи данным Gartner, это всего-то 135 тыс. устройств, и Ricoh в этом сегменте занимает только четвертое место с долей 7,9 % – после Kyocera, Xerox и Canon.

При этом российский рынок печатного оборудования де-факто – крупнейший в Европе. База установленных принтеров, МФУ и копиров превышает у нас 2,8 млн. аппаратов; больше, чем в Германии или Франции. Однако их большинство составляют обособленные принтеры и PC (персональные копиры и картриджные МФУ). На долю же продуктов, по которым лидерство компетенции Ricoh бесспорно, приходится лишь 5 % отечественной установленной базы.

Мириться с такой ситуацией и продолжать выпускать лишь те устройства, которые компании уже удаются отлично, значит обречь себя на стагнацию и потерю даже имеющейся доли рынка в дальней перспективе. В Ricoh это прекрасно осознают и потому намереваются продвигать на российском рынке более интересные с точки зрения широты потенциального спроса продукты: лазерные и гелевые принтеры.

Уже по итогам нынешнего года компания намерена занять минимум 1 % российского сегмента лазерных принтеров, а к исходу 2014-ого утвердиться на позиции в 5–6 %. Это может выглядеть не самой амбициозной задачей, однако конкуренция между изготовителями лазерных устройств на нашем рынке велика. Именно долю в 5 % следует рассматривать как «порог активного присутствия», начиная с которого узнаваемость марки в глазах потенциальных потребителей стабилизируется, а компания-изготовитель занимает уверенную позицию в пятерке ведущих участников данного сегмента.

Столь агрессивное продвижение в высококонкурентной области невозможно в отсутствие тщательного стратегического планирования.

Ricoh в данном случае делает ставку на переход к двухуровневой системе дистрибуции. Основным ее партнером на российском рынке становится компания «Ресурс-Медиа» (более 5300 клиентов на всей территории страны, из них 2300 – постоянных; более 51 % продаж – в региональном канале).

На первом этапе популяризации своих SOHO-продуктов Ricoh уделит особое внимание федеральным торговым сетям – в частности, сотрудничеству с крупнейшей в России сетью магазинов бытовой техники и электроники «Эльдорадо». Второй этап будет предусматривать продажи в В2В-канале через дилерскую сеть «Ресурс-Медиа».

Что же касается собственно устройств, которые помогут Ricoh реализовать амбициозные планы по завоеванию прочных позиций в отечественном сегменте SOHO-печати, то это продукты семейства Aficio – первая серия домашних лазерных аппаратов от изготовителя профессиональной офисной техники. В семейство входят принтер Aficio SP100, МФУ (копир-принтер-сканер) Aficio SP100SU и МФУ (копир-принтер-сканер-факс) Aficio SP100F.

В этих продуктах воплощены те достижения Ricoh, благодаря которым компания достигла лидерства в основном своем продуктовом сегменте. Так, Aficio SP100 можно считать самым компактным лазерным принтеров в мире – его высота составляет лишь 119 мм. Все аппараты семейства малошумны, поскольку их конструкция не предусматривает вентиляторов благодаря продуманной фирменной системе терморегуляции, эффективно справляющейся с отводом тепла даже в отсутствие активных элементов.

Пиковая нагрузка для домашних аппаратов Aficio может достигать 10 тыс. отпечатков в месяц; скорость печати для всего семейства – 13 стр./мин при разрешении 1200 x 600 точка/дюйм. Отметим и такое уникальное для «белого» принтерного рынка предложение, как оригинальный тонер для перезаправки картриджей устройств Ricoh. На принтеры с заправленными им картриджами сохраняется фирменная гарантия изготовителя.

Выполнять такую заправку (рекомендовано не более двух циклов для сохранения оптимального качества отпечатков) необходимо в сервисных центрах или у сертифицированных партнеров компании. Чрезвычайно мелкодисперсный тонер при недолжном обращении с ним может попасть в глаза и дыхательные пути незадачливого перезаправщика, что не лучшим образом скажется на его здоровье.

Помимо лазерных и гелевых аппаратов, Ricoh намеревается продвигать в России свои проекторы – и уже предлагает серию из 13 разнообразных моделей, от начальных PJ WX2130 и PJ X2130 (от 23?800 руб.), вертикальных ультракороткофокусных PJ WX4130 и PJ WX4130N (от 64?950 руб.) до стационарных профессиональных моделей PJ X6180N и PJ WX6170N (от 151?500 руб.).

Apple от Samsung недалеко падает – или наоборот

Коллегия присяжных в составе девяти человек, включая сотрудника социальных служб, инженера и безработного любителя видеоигр, приняла сторону Apple в патентном споре с Samsung. Адвокаты купертинской компании сработали отлично и сумели убедить присяжных заседателей, что прямоугольник со скругленными углами, безусловно, является объектом патентного права. Остается лишь предполагать, какое влияние окажет этот вердикт на мировой рынок смартфонов уже в самое ближайшее время.

Первой реакцией на победу Apple в патентном споре стало самое серьезное с кризисного октября 2008 г. – более чем на 7 % – падение акций Samsung на сеульской бирже. Американский суд назначил корейской компании штраф в 1,051 млрд. долл., признав, что из шести указанных адвокатами Apple патентов она нарушила пять. Конечно, дело еще не закончено – наверняка оно пройдет все возможные уровни апелляций. Однако пока в Купертино торжествуют важнейшую и поистине беспрецедентную (по масштабу заявленного и скомпенсированного судом ущерба) победу.

Тим Кук, нынешний глава Apple, так прокомментировал вердикт коллегии присяжных: «Для нас речь шла не о деньгах или патентах. Речь шла о ценностях. Оригинальность подхода и новаторство – вот наши ценности; мы живем, чтобы создавать лучшие на планете устройства. Создавать для того, чтобы радовать наших клиентов, а не для того, чтобы кто-то другой их копировал».

Samsung же, таким образом разом записанная в изготовителя поддельных елочных игрушек, считает победу Apple поражением тех самых потребителей. Победа эта, по ее мнению, выразится в сокращении выбора, уменьшении темпов подлинных инноваций и росте цен на смартфоны.

Логика здесь вполне очевидна: патенты Apple, факт нарушения которых признали присяжные, охватывают самые важные особенности дизайна и функционирования современных смартфонов. Например, использование одного пальца в мультисенсорном интерфейсе для пролистывания, а двух или более – для масштабирования картинки на экране. Или защитное стекло, покрывающее всю переднюю панель смартфона (дисплей вместе с его обрамлением). Или скругленные углы и ровную кромку коммуникационного терминала (ровную – в том смысле, что ее гладкую линию не нарушают выступающие элементы вроде явно торчащих краев качельки управления громкостью и т.?п.)

Присяжные заседатели проделали титаническую работу. После длительного наблюдения за прениями и общения с адвокатами, в ходе чего прояснялись (по крайней мере, должны были проясняться) технические и юридические тонкости взаимных претензий двух компаний, члены коллегии получили внушительные 18-страничные опросники. На основании работы с ними и должен был быть вынесен вердикт. Эти документы насчитывали около трех сотен вопросов, ответить на которые (отметив галочкой нужный квадратик или вписав свое суждение в отведенное для этого поле) нужно.

Заполнение опросников подразумевало скрупулезное изучение (в свете поставленных перед коллегией вопросов) 28 смартфонов и планшетов Samsung, в отношении которых Apple сформулировала свои претензии. Корейская компания в свою очередь усмотрела в iPhone, iPad и iPod Touch нарушение пяти своих патентов, в основном касающихся способов обработки и передачи различных данных.

Одним из главных аргументов Apple стал 132-страничный внутренний меморандум ответчика, озаглавленный Relative Evaluation Report on S1, iPhone и датированный 2 марта 2010 г. Этот меморандум содержит буквально покомпонентное сравнительное описание смартфонов Apple iPhone и Samsung Galaxy S1, а также перечень «указаний к усовершенствованию» последнего. Как утверждали юристы из Купертино, по большей части «усовершенствования» свелись к копированию особенностей функциональности и дизайна iPhone. Коллегия присяжных, как видно, это мнение разделила.

Бальзамом на душу Apple стало свидетельство одной из крупнейших розничных сетей Америки, Best Buy, о том, что некоторые покупатели Samsung Galaxy Tab возвращали устройство сразу же после приобретения, поскольку, оказывается, хотели купить iPad и просто спутали два планшета. Тут, впрочем, даже коллегия присяжных не встала на сторону купертинской компании: перепутать прямоугольники с соотношениями сторон 16:9 и 4:3 при должной рассеянности можно, конечно, но с точки зрения здравого смысла практически нереально.

Адвокаты Samsung в своих контраргументах апеллировали в основном к тому, что сами претензии Apple на «изобретение» оберегаемых ее патентами особенностей цифровых терминалов фактически необоснованны. Так, американская компания Circle Twelve Inc. в 2004 г. представила, а в 2006-м начала продавать интерактивный дисплей-стол DiamondTouch. Именно в этом продукте, а не в устройствах Apple впервые на коммерческом рынке воплотились принципы мультисенсорного (в частности, жестового) управления.

Другое устройство, «планшет Фидлера», было предложено еще в 1994 г. инженером Роджером Фидлером в качестве терминала для чтения электронных текстов; естественно, до коммерческого воплощения дело тогда не дошло. Однако прямоугольная форма и скругленные углы у фидлерова планшета уже присутствовали, так что, если бы патентная заявка Apple на «оригинальный инновационный» дизайн своего смартфона проверялась бы соответствующими органами тщательно, ни о каком prior art купертинской компании речи бы в данном случае не шло.

Так или иначе, приговор судом первой инстанции вынесен. Теперь придут в движение шестерни апелляционной системы, и через какое-то время станет окончательно ясно, победила Apple в патентном споре Samsung на территории США или нет. Тем временем в глобальном масштабе ситуация с аналогичными исками складывается неоднозначно: в Германии правота Apple была частично признана, в Великобритании и Австралии Samsung сочли невиновной, в Южной Корее решили, что обе компании покусились на интеллектуальную собственность друг друга.

Замечание адвокатов Samsung о том, что победа Apple повредит в итоге покупателям, имеет под собой немалые основания. Запрет на воспроизведение самоочевидных элементов физического и функционального дизайна заставит конкурирующих изготовителей вкладывать немалые средства в разработку альтернативных решений либо оплачивать право на использование запатентованных, что отнюдь не приведет к удешевлению их продуктов. Для самой же Apple снижение цен на имиджевые смартфоны ох как невыгодно.

По оценкам тайваньских аналитиков, фабричная стоимость всех компонентов 16-Гбайт iPhone 4S не дотягивает и до 190 долл. США. Даже с учетом расходов на сборку, тестирование, упаковку и доставку норма прибыли с его продаж находится на невиданном для нынешней ИТ-индустрии уровне. С реализации одного iPhone купертинская компания получает около 400 долл. – эти данные как раз всплыли в ходе судебного противостояния с Samsung непосредственно из внутренних документов Apple. Понятно, что для защиты курицы, несущей золотые яйца, можно сделать очень многое.

Мегафон со вкусом мяты

Продавать сотовые аппараты с жесткой привязкой к оператору по российским законам запрещено. А вот «брендированные», покупатели которых сохраняют фактическую возможность сменить оператора, но получают определенные бонусы за лояльность, – пожалуйста. Первый на отечественном рынке смартфон на платформе Intel Atom как раз и представляет собой такой «брендированный» аппарат – «МегаФона» Mint.

Лояльный клиент, пусть и весьма скромный в своих (зато регулярных!) тратах, выгоднее в средне– и долгосрочной перспективе, чем случайный транжира, – это подтвердит любой учебник по организации продаж. Неудивительно, что отечественные сотовые операторы раз за разом предлагают своим абонентам брендированные планшеты и смартфоны с сопутствующими услугами и спецпредложениями – в надежде, что покупатели таких продуктов присягнут им на верность.

Чем «эксклюзивнее» выводимый на рынок продукт, тем выше интерес потенциальных покупателей к нему. Для «МегаФона» сотрудничество с Intel очень привлекательно. Долгие годы рекламной кампании «Intel Inside» сделали свое дело. Даже самый далекий от компьютерных премудростей человек в курсе, что Intel – это процессоры, и это круто.

Правда, процессоры в настольных системах и ноутбуках, а не в планшетах и смартфонах. Но и что с того? ИТ-журналисты и прочие спецы в Интернете и офлайновых медиа в один голос твердят, что современные «умные» телефоны и есть компьютеры. Немного другие, да; какие-то там приговаривают слова про «платформы», «архитектуры» и «х86-совместимость», но суть-то ясна! Компьютеры! Intel берется делать компьютеры – разве может у нее выйти что-то не то?

Может или нет – покажет только время. Если вернуться с обывательского уровня суждений на более объективный в технологическом отношении, окажется, что великая микропроцессорная компания в области компактных персональных терминалов отстает от более скромных по капитализации изготовителей ARM-процессоров.

Проблема в том, что смартфон и даже планшет – существенно иное по потребительским свойствам и сценариям применения устройство, чем ноутбук. Intel, совершенствуя свои мобильные ЦП, год за годом имела дело с габаритными формфакторами и очень емкими аккумуляторами.

Соответственно, в жертву непременной обратной совместимости х86-процессоров и инструкций приносилась подлинная энергоэффективность, которая в свою очередь ставилась во главу угла разработчиками ARM-процессоров, изначально предназначавшихся для устройств с весьма скудными по емкости аккумуляторами. ОС для них создатели не чурались при необходимости переписывать с нуля.

Семейство процессоров Atom возникло и развилось как ответ на появившуюся на самом пике кризиса 2008–2009 гг. потребность рынка в дешевых, пусть и низкопроизводительных нетбуках и неттопах. Однако и тут требованием № 1 стала совместимость новых ЦП с прежними программными инструкциями. В итоге по энергоэффективности «атомы» хотя и превосходили прочие процессоры Intel, включая печально известные «ультранизковольтные» CULV, но соперничать с ARM-решениями не могли.

Тогда Intel это не слишком расстраивало – казалось невероятным, что рынок смартфонов и тем более планшетов ожидает такой взлет. Но он все же состоялся, и теперь микропроцессорная компания изо всех сил старается нагнать несущийся впереди локомотив ARM. Фора у последнего до сих пор есть, и немалая: проклятие обратной совместимости прочно удерживает даже новейшие Atom в цепях избыточного энергопотребления.

Эти процессоры чересчур универсальны для решаемых портативными цифровыми терминалами задач. Многоядерные современные ARM уступают «атомам» в обсчете последовательных сложных математических проблем, однако моментально вырываются вперед, стоит ОС поставить перед ними несколько мелких задач разом.

Так или иначе, первый смартфон на Intel Atom (Z2460; платформа Medfield) до отечественного рынка добрался. Цена его, прямо скажем, внушает некоторое недоумение – 17?990 руб. за аппарат с 4,03-дюйм дисплеем, одноядерным процессором и под управлением Android 2.3.7. Серьезно, для второй половины 2012 г. это было бы непростительно много, если бы речь шла о любой другой платформе.

И все-таки первый блин не вышел совсем уж комом. Точнее, даже два блина: практически полный аналог MegaFon Mint, изготовленный на том же дочернем предприятии Foxconn, по тем же чертежам, реализует во Франции и Великобритании оператор Orange, а в Индии – Aircell. В Китае же Lenovo продает уже свой «атомофон» – LePhone K800.

Понятно, что аппарат начал разрабатываться еще два года назад – об этом свидетельствуют четыре управляющие кнопки на передней панели, в точности соответствующие спецификациям неактуальной на сегодня (по крайней мере, в среднем и премиум-классе смартфонов) Android 2.3. Однако разрабатывала его все-таки Intel, так что небрежной поделкой назвать его никак нельзя.

MegaFon Mint не поражает продолжительностью автономной работы. Даже официальные данные указывают на 5 ч (максимум) Web-серфинга с использованием сетей 3G, до 45 ч воспроизведения музыки и до 8 ч телефонных разговоров. Зато качество сборки ни малейших нареканий не вызывает, а дисплей и вовсе далеко выбивается из общего ряда TFT-матриц, которыми снабжались аппараты на Android 2.3, – он великолепен по цветопередаче и четкости изображения (разрешение – 1024 x 600).

Наше собственное приложение PC Magazine/RE (см. в Google Play) встало на смартфоне как влитое и отлично работает. Intel и «МегаФон» говорят, что «провели масштабную работу с целью адаптировать платформу Android», включая разработку специальных приложений и сервисов «МегаФон», – фактически это сводится к набору фирменных виджетов и обоев с логотипами сотового оператора.

Смартфон содержит 10,7-Гбайт встроенную память, почти целиком доступную пользователю. Адаптер для карт microSD отсутствует. Объем ОЗУ – 1 Гбайт, максимальная частота ЦП – 1,6 ГГц. Поддерживаются Bluetooth 2.1, WiFi 802.11b/g/n, (micro)USB 2.0 с режимом Mass Storage, WiDi, NFC, GPS/ГЛОНАСС. Основная камера – 8-Мпиксел. Есть 3,5-мм гнездо для гарнитуры, разъем mini-HDMI, щель для карты microSIM.

Особенности платформы х86 проявляются в данном случае в практически полном отсутствии в том же Google Play совместимых с нею приложений, и прежде всего – игр. Текущая «прошивка» смартфона не предусматривает поддержки несжатого аудиоформата FLAC; нет аппаратного ускорения декодирования MPEG-4 и множества программных видеокодеков. Вообще, набор ПО для MegaFon Mint пока очень скуден – в комплекте поставки нет даже установленного файлового менеджера.

И тем не менее этот аппарат – серьезнейшая заявка Intel на включение в гонку за лидерство теперь и на смартфонном рынке. Насколько удачной окажется для нее этот забег, увидим уже в ближайшие месяцы. Наверняка с «атомофонами» на Android примутся соперничать еще и x86-аппараты на Windows Phone 8, так что общая ситуация на рынке окажется сильно запутанной – по крайней мере, вплоть до конца текущего года.

И пожалуй, в потребительском отношении это самый что ни на есть праздник: ведь когда в борьбе за рынок схлестываются амбициозные и богатые ресурсами игроки, рано или поздно дело доходит до стремительного снижения цен на самые привлекательные продукты – наряду с постепенным увеличением их привлекательности с каждой новой версией. Запасаемся попкорном!

Фрески XXI века

Лучшие современные принтеры обеспечивают максимальное разрешение в единицы тысяч точек на дюйм. Сингапурские инженеры из агентства A*STAR (Agency for Science, Technology and Research – Агентство науки, технологии и исследований) работают над технологией, позволяющей уже сейчас создавать изображения с плотностью около 100 тыс. точка/дюйм – на самом дифракционном пределе оптического излучения.

Технология металл-наноструктурной печати уже реализована в лабораторной установке Института исследований материалов и инженерного дела (Institute of Materials Research and Engineering, IMRE), курируемого A*STAR. Но для коммерческого ее воплощения потребуется существенная доработка технологического процесса. Пока создание полноцветных изображений сверхвысокого разрешения ведется методом электронно-лучевой литографии, а готовые картинки приходится разглядывать в микроскоп.

В основу металл-наноструктурной печати лег хорошо известный современной физике эффект плазменного резонанса. Если осветить потоком белого света металлическую пластинку нанометровых размеров, электроны на поверхности такой пластинки будут резонировать в ответ на четко определенную длину световой волны. Какую именно – зависит от размеров пластинки и ее материала.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17