Рамил Мамедов.

Закон равновесия. Сборник рассказов



скачать книгу бесплатно

© Спартак Осепян, 2016

© Рамил Мамедов, 2016


ISBN 978-5-4483-2363-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Знакомство на улице Z

Из здания вышел И.

Потемнело слишком рано, небо заполнено метавшимися из края в край черными птицами. Вороны, сгустившись, создали одно гигантское небесное одеяло, которое обрывалось в краях, а иногда падало на землю и опускалось слишком низко, окутывая черной прохладой незащищенные части лица.

Изящный московский конструктивизм сжался под натиском технологических изменений. Колоссальная метаморфоза привела к тому, что теперь художнику крайне сложно измерить пейзаж обычной русской хандрой. Слишком много ярких огней, музыки, звуков.

Внешность изменилась, а имперские ксенофобы, как бессмертные тени художественных творений, все так же стирают свои каблуки об уличную брусчатку, с привитым страхом взирая на черную бороду И. Он встретился с ними взглядом, почувствовав неприличный озноб, пропустил негатив мимо, затем поймал себя на мысли, что вновь скачет из одного мыслительного образа в другой.

Очередная бесконечность дней, напоминающих собой многолистовой календарь с пометками на рецепты или христианские праздники, оборвалась и канула в пустоте прошедшего времени. Последовательность отрицала возможную импровизацию, следующим этапом после рабочего дня, как всегда, теплый, но не совсем уютный дом.

И. повернулся спиной к прохожим людям и всему городу, уперся взглядом в стену многоэтажного здания, и понял, как он устал. От повседневных попыток удушья, возможно, громко сказано, как посчитал сам И., но он устал от постоянной борьбы за существование, за возможность есть, спать, курить. Изо дня в день одни и те же вопросы задавали ему люди, а он, в свою очередь, отвечал им давно заученными шаблонами. Нервы висели на пределе, а лень глубоко погрузилась в вялые мышцы. Но, возможно ли что-то изменить? Плюнуть на работу, дом, обязательства, сесть в первый попавший троллейбус, доехать до какого-нибудь места – аэропорта, бара или публичного дома и разжечь там безмятежье, невзирая на правила и этикет…


Запах спиртного вперемешку с сигаретным дымом и пением саксофона доносился из маленьких тонированных окон полуподвального помещения на улице Z. У входа в кафе под названием «Одержимость» стоял высокий лысый парень в черном костюме, галстуке и лакированных, царапанных туфлях. В одной руке он держал телефон, рассматривая фотографии topless, в другой сигарету. И. никогда не слышал о таком заведении, хоть и находилось оно на соседней улице от его работы. В очередной раз И. поймал себя на мысли, насколько узкий и малочисленный город, в котором он живет.

Недолго размышляя, а точнее, не давая себе возможности долго размышлять, молодой человек с черной бородой, решил войти в кафе. Слишком скоро на пути его остановил лысый охранник:

– Ты куда?

– Туда, – глухо ответил И., указывая кивком вниз, в сторону уходящей лестницы, откуда доносилось медное пение.

– Столик заказан?

– Нет.

– Это плохо.

– Почему?

– Я не могу тебя пустить.

У нас только по записи.

– Ну что ж… – И. хотел было повернуться, чтобы уйти (возможность поднять белый флаг и сегодняшнему дню), как охранник оборвал его на полуслове.

– Подожди. Давай вместе покурим.

И. не стал сопротивляться. Достал сигарету, встал рядом с лысым парнем. Они молча курили, вместе смотрели на фотографии моделей в телефоне охранника. Ничего не менялось и не происходило, только машины перестали ездить и тротуары опустели.

В кармане завибрировал мобильник. И. поднес голубой экран к глазам, разглядывая электронные буквы: «Как дойдешь до дома напиши. Мне не понравился твой голос». Сообщение от мамы. Подумал же сразу – может пора вернуться на Кавказ, домой?

Сигарета тлела и почти обжигала ногти. И. смотрел на кирпичную стену здания напротив и думал, закурить еще одну или уйти вон. Не понимая почему, но ему пригрелось место рядом с охранником. Сложно сформулировать свою мысль, чтобы понять, зачем ты здесь – именно в этом городе, в этом месте? Важно только, что тебе комфортно. Комфортно же? Без ответов и лишних слов, он уперся тупым взглядом в стену и тянул время.

– Слушай, – охранник перестал курить и посмотрел на И., – тебе не холодно?

– Нет.

– А мне холодно…

Еще бы! Середина марта, а ты в пиджаке, еще и с лысой головой.

– Может, зайдем внутрь? Я немного погреюсь, – продолжил охранник.

– У меня не заказан столик.

– Я что-нибудь придумаю.

– Хорошо, – И. пожал плечами и последовал за лысым.

Уже через минуту он направлялся в середину зала в одиночестве. В гардеробе И. сдал одежку молодому чернокожему парню, который в ответ не дал номерок. На вопрос о номерке, тот ответил что-то на языке, где много гласных и нет шипящих звуков, затем махнул розовой ладонью перед лицом, хлопнул его по плечу и широко улыбнулся.

К своему удивлению, И. практически не обращал внимания на причудливость происходящего, казалось, будто здесь он не первый раз, персонал его знает, оттого и встречает с теплом, как своего. Но это не могло быть правдой, один из немногих дней в стагнационной жизни И., который проходит в движении – сегодня. В это заведение никогда раньше он не заходил. Тем не менее, желательно не придавать этому большого значения.

В центральном зале, где играла музыка, свободных столиков оказалось не так уж и мало. И. выбрал маленький, круглый, рассчитанный на две персоны, с видом на «звездную ночь» справа и танцевальную площадку, а за ней и сцену с музыкантами, слева.

Вечер превратился в плавание морской пены у скалистых берегов. Медное пение в развилку проходило по тонким улицам центрального округа, оставляя на влажном асфальте следы непринужденности и расслабления. Время от времени, на танцевальной площадке появлялись красивые пары: стройные мужчины в костюмах, женщины в черных или ярких платьях, медленно повторяющие скучные па.

И. откинулся на спинку стула, неспешно потягивая медовый виски. В воздухе «Одержимости» парило очарование, движения, находящихся внутри людей полностью адаптировались под ритм музыки, стали волнообразными, мягкими и нежными. И., как и все гости, медленно вертел головой, рассматривая всё и всех вокруг. Он встречался взглядами с молодыми девушками, те игриво ему улыбались. Взрослые люди учтиво поднимали бокал.

Он почувствовал, как и на его лице появилась улыбка, глаза увлажнились, напряжение в спине упало.

Замерзающий от мартовской прохлады лысый охранник, время от времени заглядывал внутрь. Замечая И., сидящего почти в центре зала, оголял белые зубы и по-дружески подмигивал.

Через полчаса, может час (а лучше – через некоторое время, ведь минуты перестали казаться тяжелыми, и секундная стрелка не колотила между зубьев, а плыла по ним), И. услышал за спиной женский голос:

– Я никогда раньше не видела Вас, – легкая пауза на осмысление. И. все еще не видел ее, но понимал, слова явно адресованы ему. Продолжая лежать на спинке стула, он глотнул виски и закрыл глаза, чтобы не быть «пойманным», но только решился ответить, как женщина продолжила:

– А Вы молчаливы, загадочны, мне это нравится, – она обошла его. И. открыл глаза. Перед ним стояла высокая девушка лет тридцати, в черном платье до колен, с обнаженными плечами и тонкой шеей. Губы покрашены в бледно-розовый цвет, короткие ухоженные ногти, прическа «каре» с ярким золотистым отблеском, – меня зовут Мелисса. А как Ваше имя?

– И.

– Я не могу до сих пор понять: Вы совсем не болтливый человек или сконфужены?

– Если это вопрос, – начал И., постепенно приходя в себя, – то я не буду на него отвечать, затаю интригу.

– Мне всегда нравились мужчины с черной бородой, – девушка села за столик, облокотилась на белое покрытие, чуть вытянулась вперед, – по мне, так борода – это знак мужского интеллекта.

– Боюсь, что сегодня с Вами, Мелисса, многие не согласятся.

– Закажите мне мартини, И. И давайте перейдем на «ты».

– С удовольствием, – ответил парень, подзывая официанта.

Удивляясь самому себе, он не терял контроль над рассудком, не пьянел и не чувствовал себя скованно, что случалось с ним практически всегда при знакомстве с женщинами. Прямая атака вперед со стороны Мелиссы и открытые лести не сбили с ног И. Он понимал, что это – особенная игра, распространенная среди «потерянного поколения» или последователей Чарли Паркера, когда модно и важно быть свободным.

– Мы можем узнать друг друга получше, – Мелисса перебирает ноги под столом, будто нервничает, – расскажи о себе, И.

– Особо мне нечего рассказать, моя жизнь не слишком контрастная. Обычный офисный работник с двумя высшими образованиями. Люблю домашних животных, но никого не держу. Люблю Хемингуэя, Одри Хепберн и «Место встречи изменить нельзя».

Мелисса расхохоталась. В этот момент она выглядела еще более обаятельной.

– Извини, – она прикрыла бледные губы, растянутые в улыбке, указательным пальцем, – мне понравился твой взгляд, когда ты перечислял, что любишь. Он был… м-м-м… воздушно-трогательным.

– Никогда о своем взгляде подобного не слышал.

– Не обращай внимания на мою реакцию. У тебя добрые, но грустные глаза. И, кстати, хороший вкус.

Официант «обновил» бокалы. Мелисса уже молчала, игриво улыбалась, смотрела на руки И.

– Значит, ты любишь читать?

– С чего ты решила? – спросил И.

– А у меня чутье на все, что связано с литературой.

– Требую подробностей, – И. продолжал лежать на спинке стула, внимательно рассматривая девушку напротив. С каждой минутой она казалась ему красивее, но очарование его не опускалось до пошлостей, ведь дело было не во внешней красоте (на что Мелисса, конечно, не могла пожаловаться), а всецело в происходящем: нежный джаз, спиртное, теплое, дружеское отношение со стороны персонала и посетителей, но самое главное – полная отключка от внешнего мира, без съемной квартиры и работы, без утреннего пробуждения и торопливой дороги неизвестно к чему… Без чужого города.

– А все просто, дорогой И., я профессиональный литератор, поэтесса и критик.

– Правда? – И. удивленно поднял брови вверх, затем решил исправить глупо сформулированный вопрос, – впрочем, почему бы и нет.

Мелисса вновь расхохоталась.

– Такая реакция бывает часто, – продолжила девушка, остановив короткий порыв смеха, – почему-то все считают, что молодая девушка-литератор – это странное создание маленького роста, в сером платье и кофточке в горошек, в толстенных очках, с кипой пыльных книг в обнимку, которая только и мечтает о последнем рыцаре, но со здравым рассудком. – Мелисса продолжала хихикать, ей понравилось собственное сравнение, – это, как с твоей бородой, понимаешь?

– Теперь понимаю. Но все равно – это удивительно. Приятно удивительно.

Они продолжали пить и делиться любопытными историями о событиях из своих и чужих жизней. Через некоторое время они заказали поесть. И. перестал лежать на спинке, подтянулся вперед к собеседнице. На фоне плавного пения саксофона их разговор покрывался все более живыми нотами. Девушка прочитала несколько своих стихотворений, поделилась мнением о современном российском кино, сказала, где можно найти ее статьи в интернете, в каких журналах. И. рассказал о своем доме, о родителях, о скучной работе, но больше слушал ее. Он узнал, что Мелисса любит морепродукты и пробежки по утрам, что она полиглот, а еще, восхищается Бадди Ричем и безума от голоса Синатры, что рост у нее 174 см и сложно найти высокого мужчину, чтобы можно было находиться рядом с ним в обуви на каблуке. И самое главное, И. узнал, что у нее никого нет.

Песня сменилась на знакомую «Dream a little dream of me», и он решил пойти на шаг, который всегда казался ему сложным, даже не подходящим к его внешнему виду. Он пригласил Мелиссу потанцевать. Девушка активно согласилась, с легкостью поднялась со стула, улыбнулась парню и обняла его за шею. Они медленно раскачивались из стороны в сторону, как до этого делали другие пары. И. – парень высокого роста, поэтому не чувствовал себя скованно рядом с ней. Обнял девушку за талию, но прижал ее слишком близко к себе (причиной была его неопытность, ни как иначе), отчего услышал игривый смешок Мелиссы. От нее пахло спиртным, лавандой и шоколадом. И. посмотрел на ее лицо, увидел улыбку, закрывающиеся глаза, она чувствовала себя комфортно. Парень провел рукой по гибкой спине, прижавшись своим виском к голове девушки, уловил легкий поцелуй в шею.

– Из тебя получился бы хороший танцор, – сказала Мелисса, когда они уже сидели за столом и вновь пили спиртное, – есть чувство такта.

– Я так не считаю, – скромно ответил И. Он все еще не мог прийти в себя от танца, поцелуя. – Каждый раз, когда я представляю себя танцующим, мне становится противно, и… это может показаться глупым – стыдно.

И. остановил свою речь в ожидании, что девушка его перебьет, скажет «брось ты, все у тебя хорошо получается, и вообще ты молодец», но Мелисса молчала. Она внимательно смотрела на парня с черной бородой, изучая каждый миллиметр.

«Эта безумная женщина, – как позже скажет И., – оказалась еще и чутким собеседником».

Пауза затянулась, возникло гипнотическое чувство, как на приеме у доктора Шарко. Она почти не моргала, грудь не поднималась вверх, а сложенные пальцы у подбородка совсем не двигались. Только улыбка временами становилась шире. Нарушил тишину официант:

– Уважаемые гости, «Одержимость» прекращает свою работу через 15 минут, я вынужден попросить Вас рассчитаться.

И. пришел в себя, поднял брови вверх:

– О, извините. Конечно. А который час.

– Без пятнадцати пять. Прошу прощения.

Официант испарился, оставив счет на столике. И. удивленно посмотрел на часы – гарсон не обманул. Он пришел в это кафе почти сразу после работы, пролетело больше восьми часов.

Провожать Мелиссу не возникло необходимости, жила она в том же доме, где находилось кафе. Они стояли на улице и выпускали струйки серого дыма в бесцветную прохладу мартовского утра.

– Ну, что? – начала девушка, улыбаясь, – как ты себя чувствуешь, ведь тебе через несколько часов на работу?

– Я прекрасно провел время. Очень редко так отдыхаю, признаюсь честно. Даже не верится, как так быстро пролетело время. – И. глубоко затянулся. – Это благодаря тебе.

– Не нужно! – улыбка ее стала еще шире, – скажи мне, ты хочешь продолжения?

– Я думаю, мы не найдем сейчас подходящего заведения.

– Ты и в правду очень редко отдыхаешь, – Мелисса глухо засмеялась. И. долго не мог понять, к чему она клонит, пока девушка не начала говорить прямо, – Ты мне очень понравился, в тебе есть что-то особенное: иногда ты слишком взрослый, а иногда, как ребенок. Возможно поэтому, я попрошу не так много…

– Не пойму.

– Двадцать тысяч и пошли ко мне.

– То есть…

И. еще долго молчал, как казалось ему, стоял ошарашенный и неприятно удивленный. «Да, ты все правильно понял», – ответила Мелисса, продолжая улыбаться, но на этот раз более стыдливо, будто ей было неловко от того, что она предложила. Все восемь часов пролетели в памяти, но в голове не укладывалось, как можно сочетать в себе столько всего прекрасного и тем временем…


– Много знаков препинания, очень сложные предложения, непонятно, о чем идет речь – сказал лысый парень, выкручивая руль вправо. Охранник предложил, даже, по-дружески настоял довезти И. домой, когда увидел того бродящего по улице Z. Через десять, может, пятнадцать минут (этой ночью, время для И. потеряло обычные границы) парень с черной бородой узнал о Жоре, что тот по образованию авиаконструктор, по призванию – иллюстратор, а по профессии – охранник.

Лысый парень двигал автомобиль вперед в сторону области. По радио играла песня «hedonism» современной английской рок-группы, Жора активно подпевал, потом обратился к И.:

– На тебе лица нет, что случилось?

– Ты знаешь, что означает слово «ossimoro11
  Ossimoro – (итал.) «сочетание несочетаемого».


[Закрыть]
»? – И. смотрел вперед, взгляд приклеен к дороге.

– Только люди могут сочетать в себе несочетаемые вещи. По-моему, еще австрийский психолог намекал на это.

– Я чужой в этом городе, Жора, – И. повернулся в сторону водителя, когда заметил, что тот остановил автомобиль у обочины, – через пару часов мне на работу, я вновь сяду за стол и начну копаться в бумагах, отвечать на звонки, повторять одни и те же слова и двигаться к сомнительным целям.

– Ты не хочешь этим заниматься?

– Нет, не хочу, но дело не в этом.

– А в чем же?

– Устал от ограничений. Всю свою сознательную жизнь веду к решению каких-то проблем, но откуда берутся эти проблемы, понять не могу, – И. замолчал, ему начало становиться противно от собственного нытья. Он поймал себя на мысли, что в очередной раз отступает от важного, продолжая винить в этом многополосные дороги. И. поднял глаза на водителя и увидел, как тот терпеливо ждет продолжения.

– Я сегодня хорошо провел время и мне это понравилось.

– Это самое главное, но, кажется, я начинаю понимать, к чему ты клонишь, – нахмурив брови, охранник плавно закачал головой, – я сам из Твери.

– Сегодня я сумел по-другому взглянуть на некоторые вещи.

– И?

– И ничего. Все закончилось.

Охранник включил левый поворот и тронулся с места, песня по радио перестала играть, в машине повисла тишина. Еще несколько минут они ехали молча, уткнувшись взглядами в блестящий асфальт сквозь потеющее лобовое стекло, продолжая крутить в головах ураганы мыслей, пока Жора не заговорил:

– По-моему, тебе не нужно останавливаться, И. Нет счастья в бездействии, покопаться в бумагах и ответить на скучные звонки ты всегда успеешь. А день Z все ближе. Так же?

Черная борода ничего не ответил. Всю оставшуюся дорогу они молчали.


И. стоял у подъезда своего дома, докуривал последнюю сигарету, напряженным взглядом смотрел в кирпичную стену многоэтажного здания и перекручивал в голове все, что происходило с ним последние сутки. Картинки в голове менялись вспышками. Напряжение спадало. В ушах играл оркестр, он закрыл глаза, повернулся спиной к стене, шагнул вперед и вызвал такси: адрес – центр, улица Z.

Двухсотлетний ковер

1995 год.


Мальчик тихо подошел к висевшему на стене ковру, незаметно для остальных прижался носом к ворсу, принюхиваясь к тонким ароматам, таящимся внутри. От ковра, как и всегда, пахло горячим тестом, жареными орехами и ванилью. Мальчик закрыл глаза, с головой нырнув в ароматное удовольствие.

– Серёж, что ты делаешь? – спросил глава дома, отец мальчика, Арсен. Мужчина высокого роста, с крепкой спиной и массивными плечами носил черные, густые усы и часто улыбался. Мало кто знал, что за внешней громоздкостью и грубостью скрывается очень добрый человек.

– Ничего, пап, – ответил мальчик, плавно отходя от ковра. Отец посмотрел на него с нежной улыбкой и яркими искрами в карих глазах, затем повернулся в сторону своего собеседника, двоюродного брата Николая и продолжил с ним общаться.

Все, кроме трудящихся на кухне женщин, расположились в гостиной в ожидании новой порции горячего чая. Двоюродный брат отца вместе с другом семьи Эхтирамом сидели на скрипучем диване. Самым младшим в компании мужчин был сосед Андраник, вечно получавший от друзей избыточную порцию шуток и издевательств.

Серёжа вместе с сыном дяди Николая Суреном сидели на полу на очередном узорчатом ковре, вместе рассматривая ярко иллюстрированную энциклопедию о динозаврах. Весь их дом, можно сказать, был усыпан коврами. Одни из немногих дорогих вещей, которые эмигранты в те годы смогли перевезти в свои новые дома в России.

В гостиную вошли женщины с посудой и подносами. Впереди шла мама мальчика, тонкая и хрупкая, небольшого роста с пышными кудрявыми волосами. В одной руке она держала большой глиняный чайник, из носика которого густой нитью вился пар, во второй руке массивную хрустальную вазу, наполненную нарезанными ромбами пахлавой. Грациозно уложив все на журнальный столик, она уступила место шедшей следом жене Эхтирама, тете Раисе, у которой в руках круглый хромированный поднос с конфетами, гатой22
  Распространенное закавказское национальное кондитерское изделие.


[Закрыть]
и чищенным грецким орехом. Последней в комнату вошла жена дяди Коли, она несла гравированные стаканы для чая.

Мужчины собрались в кучу вокруг маленького журнального столика, активно принявшись за сладости. Мама Серёжи разливала чай. На несколько секунд в комнате повисла странная, совсем не подходящая этому дню, тишина. Арсен посмотрел на свою жену, гостей и довольный тем, что все проходит в радости и веселье, начал говорить:

– Эхтирам!

– Да, брат.

– Ты последний фильм с Ван Даммом видел?

– Последний, какой видел – это «Кикбоксер», – ответил Эхтирам, затем посмотрел в сторону хозяйки дома, – у тебя волшебные руки, Сати, очень вкусная пахлава.

– Спасибо, это еще немного не получилось, кривая вышла, – ответила мама Серёжи.

– Неважно, зато сладкая, как мед, – сказал Эхтирам.

В разговор вошел дядя Коля:

– А что за фильм-то, Арсен? У тебя есть?

– Да, я недавно кассету купил. Сейчас поставлю, – ответил глава семьи, затем посмотрел на сына. В глазах отца Серёжа прочитал все, что нужно было ему знать. Мальчик быстро бросил конфету в рот и подошел к телевизору. Сел на колени перед TV-тумбой, достал необходимую кассету и занялся настройкой видеомагнитофона. Через несколько мгновений на экране появилась картинка: в центре сцены в боевой позе по пояс обнаженный, стоит актер. Начинается схватка.

– О, Серёж, оставь тут, не мотай, – крикнул дядя Коля, чуть не разлив на себя горячий чай. Мальчик незаметно отошел от телевизора, продолжая наблюдать за реакциями взрослых и тем, что происходило на экране. Бой начался через минуту. За это время женщины успели покинуть комнату, чтобы не мешать мужчинам сидеть более комфортно (гостиная не вмещала в себя столько людей) и заодно прибраться на кухне.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2

Поделиться ссылкой на выделенное