Райан Рюбен.

Цветок для её величества



скачать книгу бесплатно

– Из Англии. Ну да, вообще-то из Шотландии. Но его величество король несколько лет назад отправил меня сюда.

– Правда? – удивленно переспросил Джек, в его голосе сквозило сомнение. – И в каком же качестве, позвольте спросить?

– Я… Я был… его садовником. Можно сказать, что я здесь для того, чтобы искать растения. Они такие невероятные, эти цветы. А холода здесь намного суровее, чем я предполагал. Я, в общем-то, привык к жаре…

Его голос стал тише, потом старик совсем умолк и погрузился в свои грезы.

– Мои познания в географии не так хороши, как должны быть, – произнес Джек, терпение которого постепенно иссякало. – Но что-то я не припомню, чтобы Англия отличалась особенно жарким климатом, и уж точно не Шотландия.

– Вы правы. – Мужчина допил остатки чая из кружки. – Но, знаете, я собирал растения в основном в Африке.

– В Африке? – выпалил Роберт, глаза его загорелись. – И вы видели львов? Добыли хоть одного?

– Ну разумеется, Роберт! – с осуждением бросил Джек.

– Один лев чуть меня не убил! – воскликнул незнакомец. – Уверяю тебя, молодой человек, что я никогда бы не осмелился вновь противостоять льву.

– Ты можешь себе такое представить, Джек? – взволнованно спросил Роберт. – И какого же он был размера? Как вы его убили? У вас было ружье или вы воспользовались копьем? – Роберт вскочил и метнулся через всю комнату, там он подхватил игрушечное ружье и издал несколько звуков, похожих на выстрелы.

– Хватит, Роберт! – Джек строго взглянул на брата. Он принял такую позу, в которую часто становился отец. – Я уверен, что мистер Мэссон слишком утомлен, чтобы развлекать тебя историями. Оставь его в покое!

– Мне это совершенно не трудно, мистер Грант, совершенно не трудно, – заверил пожилой мужчина, прежде чем обернуться к Роберту и сказать приглушенным заговорщическим тоном: – В Африке также есть бегемоты. Знаешь, какие они? Hippopotamus amphibius

Роберт слушал раскрыв рот, как незнакомец детально описывал зверя. Джек же покинул летнюю кухню, прошел через гостиную, пересек главный зал и вошел в столовую. Там он заметил мать: она как раз наводила последние штрихи на праздничном столе. Отступив на пару шагов, она довольно улыбнулась, любуясь безупречно выполненной работой.

– Красивый стол, мама. Я бы сказал, самый лучший из всех, что я видел.

– Спасибо, Джек. Но я думала, ты будешь присматривать за своим гостем, разве нет?

– Если хочешь, я могу пересказать его басни о львах и бегемотах. Теперь я знаю, что мистер Фрэнсис – слуга короля Англии, он и тебе охотно что-нибудь расскажет. – Джек умоляюще взглянул на мать. – Я выполнил все, о чем ты меня просила, и позаботился о нем. Но больше я этого не вынесу. Где Смитерс? Он уже готов выезжать?

– Ты не можешь отправить его прямо сейчас, Джек. Дороги еще обледенелые, это слишком опасно, – сказал отец, проходя мимо в домашнем халате и держа в руках гроссбух. – Кстати, все эти рассказы о львах, возможно, были бы интересны читателям нашей газеты, как раз то, что нужно.

Может, ты из него вытащишь пару каких-нибудь историй, пока наши гости не придут, как думаешь? Ты же говорил, что тебе надоело писать некрологи.

– Можно подумать, что выдуманные истории о диких животных – это как раз то, о чем я всю жизнь мечтал, – возразил Джек.

– Ну правда, Джек, я уверен, что ты преувеличиваешь, – согласилась Мэри Грант и тем самым закончила словесную перепалку отца и сына. – Львы здесь, в Канаде? Бедолаге, наверное, действительно сильно досталось. Может, и мне стоит на него взглянуть?

Она в последний раз придирчиво окинула взглядом праздничный стол и отправилась в летнюю кухню, ведя за собой Джека.


Несмотря на весь хаос событий в тот день, Мэри не могла не улыбнуться открывшейся ей картине при входе в приятно теплую летнюю кухню: глаза Роберта расширились от удивления и горели любопытством. Он сидел как пришитый на деревянном сундуке, который притащил и поставил напротив старика. Гость, все еще с толстенным дневником на коленях, сбросил с себя одеяла и описывал невероятные сцены с бойкостью и живостью, какие только позволяли его ослабленные легкие.

– …И если ты думаешь, что они просто купаются, то имей в виду, что они под водой бегают так же быстро, как и на берегу! Ох, а есть еще отравленные стрелы… Но, погоди, мне нужно вернуться к началу. Дай-ка вспомнить… это было в 1772 году. Ах ты господи, неужели действительно уже прошло целых тридцать три года? Подумать только, а? Как быстро летит время!

Мэссон не слышал, как они вошли. Джек остался стоять в дверях рядом с матерью и демонстративно зевнул, прикрыв рот. Нахмурившись, она кивком показала, чтобы Джек вошел. Он нехотя повиновался.

Удовлетворившись тем, что старик не носится по дому как сумасшедший, а значит, не сможет помешать праздничным приготовлениям, Мэри в последний раз окинула комнату взглядом, прежде чем тихо притворить за собой дверь.

Мэссон поднял голову, словно услышал, как закрылась дверь, взглянул на пожилую женщину, которая все еще была погружена в рукоделие. Немного помолчав, он вновь повернулся к Роберту, горько улыбнулся и начал свой рассказ.

– Это случилось горячим летним днем в Лондоне: я помню так отчетливо, словно это произошло вчера. Все началось с недоразумения.

Глава 4

Май 1772 года, Лондон

Не было никакой возможности укрыться от солнца, которое немилосердно жгло Айана Болтона и Джеймса Симмонса. Оба мужчины стояли в конце Крейн-Корт, в узком тупике, отходящем от Флит-стрит. Там располагалось председательство Королевского общества. Мужчины находились у маленького столика, который выставили перед главным входом, чтобы не мешать движению знаменитых членов научного общества. На чугунной решетке позади них висела небольшая табличка, на нее с помощью шаблона были нанесены аккуратные черные буквы – виднелись слова «Ботаническая экспедиция».

– Похоже, улицы запружены, – произнес Симмонс и взглянул, прищурившись, из-под треуголки на солнце. – Они наверняка еще приедут.

– Но уже двадцать пять минут одиннадцатого, – заметил Болтон, захлопнул крышку часов, положил их обратно в карман и вытащил платок. – Разве вы им не писали, что нужно быть в десять у южного входа? Покажите-ка мне еще раз это объявление.

Он засунул пальцы под накрахмаленный галстук, немного ослабил его и вытер пот со лба. Рассматривая газету, которую Симмонс быстро развернул на столе, он следил за тем, чтобы не сполз парик. Объявление было обведено карандашом. Когда Болтон уже в седьмой раз за это утро перечитывал его, он даже не мог представить, как можно было написать яснее и доступнее, чтобы все соискатели прибыли к южному входу представительства Королевского общества первого мая, самое позднее в десять часов утра. Объявление заканчивалось словами: «С этого момента заявки больше приниматься не будут. По всем вопросам обращаться к мистеру Болтону, секретарю сэра Джозефа Бэнкса».

Болтон разочарованно фыркнул, после того как дочитал текст.

– Разве это не очевидно, что южный вход – это именно здесь? – спросил он озабоченно. – Может быть, вам стоило повесить табличку побольше?

– Табличку изготовили по вашему заказу, сэр. Позвольте сделать замечание: если уж джентльмен не в состоянии определить, где южный вход, тогда зачем он вообще нужен? В конце концов, тот, кто хочет занять должность исследователя растений, должен уметь отличать юг от севера. – Симмонс улыбнулся собственной шутке, снова складывая газету.

– Смею ли я вам напомнить, Симмонс, что вы еще, ко всему прочему, мой ассистент и должны меня поддерживать? Вам стоило бы знать, что сэр Джозеф может запросто выставить нас за дверь, если мы придем с пустыми руками. И неважно, будет идти речь о юге или о севере!

Вдали раздался звон колоколов церкви Сент-Мэри-ле-Боу, возвестив о половине одиннадцатого. Болтон тихо выругался, беспомощно наблюдая, как по Флит-стрит мимо проходят пешеходы: ни один из них не поворачивал в сторону Крейн-Корт. Никто не заглядывал сюда даже из интереса! Болтон снова устало потер лоб, и его парик опять чуть не съехал.

– Ну, хорошо, Симмонс, хватит. У вас случайно нет родственника, у которого как раз нужная квалификация? – Болтон разве что не бился в истерике.

– К сожалению, все мои люди находятся в колониях, сэр, откуда родственники моей жены, – презрительно хмыкнул тот. – Их способностей к навигации хватает лишь на то, чтобы найти дорогу в мой дом, а вот выйти оттуда они уже больше не могут.

Болтон уставился на маленького ассистента сверху вниз, совершенно не понимая, как этот проклятый человек может так несерьезно воспринимать ситуацию.

– Что вы предлагаете, что мне ему рассказать? А? И что делать с Адмиралтейством? А с королем? О боже!

Болтон так интенсивно потел и был так расстроен, что Симмонс уже больше не понимал, катятся ли у того по щекам капли пота или слезы.

– Погодите минутку, сэр. – Симмонс взглянул куда-то мимо Болтона, на мужчину, который к ним приближался. – Может, счастье еще не покинуло нас?

Болтон посмотрел в ту же сторону, куда и Симмонс, и тоже заметил мужчину, который свернул с Флит-стрит на Крейн-Корт. Под мышкой он нес видавший виды деревянный ящик размером со шляпную коробку.

Зеленые глаза мужчины блестели, выделяясь на его серьезном лице. На вид ему было не больше тридцати лет. Он был крепко сложен и, подходя, одергивал и поправлял аккуратное платье, словно ему было в нем не совсем удобно. Создавалось впечатление, что вещи новые, может, даже куплены специально для такого случая. Он был чисто выбрит, хотя носил длинные волосы. Когда-то каштановые, они выгорели от солнечных лучей, под которыми потемнела его кожа. Очевидно, второпях мужчина завязал волосы в хвост, выглядывавший теперь из-под треуголки. Она, в отличие от прочей одежды, была старая и затасканная.

Молодой человек был высокого роста и горделиво выпячивал грудь вперед. Он держал спину прямо, что говорило об известной уверенности, целеустремленности. Все это вкупе с ростом и комплекцией словно бы говорило остальным: «Лучше посторонитесь, не мешайте движению и уж точно не преграждайте мне путь».

Но Болтон не был настроен сейчас соблюдать тонкости этикета, он просто схватил под руку Симмонса, поспешив навстречу молодому человеку. Когда тот завидел парочку, то почуял неладное и инстинктивно левой рукой перетащил на грудь деревянный ящик на ремне, высвобождая правую для драки. Потом парень свернул вправо, чтобы обойти обоих, но мужчины тоже сменили направление. Когда, казалось, столкновение было уже неизбежно, Болтон улыбнулся молодому человеку уверенно и дружелюбно, как только мог, и распростер руки, перегораживая улицу, со словами:

– Мы уж думали, что вы никогда не придете! Пожалуйста, поторопитесь, сэр Джозеф уже ждет.

Мужчина опустил ящик и спросил с отчетливым южно-шотландским акцентом:

– Сэр Джозеф Бэнкс? Он ждет меня?

– Конечно, – торопливо ответил Болтон, и его улыбка стала еще шире, хотя, казалось, шире уже некуда. – Он как раз встретился с представителем Адмиралтейства и решает, кто примет участие в экспедиции. Нам стоит поторопиться.

– Боюсь, речь идет о каком-то недоразумении, – настойчиво возразил незнакомец. – Я пришел, чтобы принести семена и экземпляр Paeonia albiflora в качестве образца.

Болтон взглянул на Симмонса, но тот в ответ лишь пожал плечами.

– Из Китая, – добавил молодой человек и взял в руки деревянный ящик. – Их прислал мистер Айтон для мистера Соландера.

– Семена? – воскликнул Болтон, которого обуяло нечто среднее между замешательством и разочарованием.

– Да, семена. Меня зовут Фрэнсис Мэссон. Я садовник, состою на службе его величества в ботаническом саду Кью-Гарденз.

– Семена, – почти беззвучно повторил Болтон. – Значит… никакой не исследователь.

Он отвел взгляд.

Но на хитром лице Симмонса уже проявилась улыбка:

– Вы сказали «садовник», сэр?

– Простой садовник, точнее не скажешь. Я… – продолжил Мэссон.

Но Симмонс перебил его дрожащим от волнения голосом:

– Значит, вы наверняка обладаете выдающимися знаниями о цветах и растениях, не правда ли?

Симмонс зыркнул на Болтона, который в ответ воодушевленно кивнул. Тут Симмонс протянул руки, положил их на широкие плечи Мэссона, хотя едва до них доставал, и цепко впился взглядом в глаза высокому молодому человеку.

– Мистер Мэссон, сэр, судя по всему, вы обладаете крепким здоровьем? – спросил он и сильно похлопал того по плечу, словно проверяя сказанное.

– Да, конечно, – ответил Мэссон, пытаясь высвободиться из удивительно крепкой хватки маленького мужчины. – Собственно, я боюсь, что уже слишком поздно, и мистер Айтон наверняка на меня осерчает…

– Вы можете определить, где север, а где юг?

– Само собой. Но теперь извольте отойти в сторону, – ответил Мэссон, постепенно теряя терпение.

– Тогда, сэр, вы именно тот человек, который нам нужен! Не так ли, мистер Болтон?

Болтон тщательно смерил взглядом Мэссона и снова повернулся к Симмонсу. Постепенно озабоченность на его лице сменилась улыбкой. От осознания случившегося и переизбытка чувств он смог лишь вымолвить единственное слово:

– Абсолютно.

Глава 5

Времени терять было нельзя; Симмонс с Болтоном потащили протестующего молодого человека ко входной двери и повели по обшитым деревом, пропахшим табачным дымом и старыми книгами коридорам.

Сэр Кристофер Рен[3]3
  Сэр Кристофер Рен (1632–1723) – английский архитектор и математик, который перестроил центр Лондона после великого пожара 1666 года. Создатель национального стиля английской архитектуры – так называемого реновского классицизма.


[Закрыть]
, Сэмюэль Пипс[4]4
  Сэмюэль Пипс (1633–1703) – английский чиновник морского ведомства, автор знаменитого дневника о повседневной жизни лондонцев периода Реставрации.


[Закрыть]
, граф Галифакс[5]5
  Чарльз Монтегю, граф Галифакс (1661–1715), – английский государственный деятель и поэт, соратник Исаака Ньютона.


[Закрыть]
, Исаак Ньютон – ни один не улыбался. Более того, они уныло глядели из-под пышных париков на потомков, которые торопливо следовали по коридору мимо портретов. По мнению Королевского общества, эти деятели заслуживали быть в первых рядах свободного от предрассудков мира. Мэссон не мог избавиться от чувства, что почтенные господа с нескрываемым презрением смотрели на него, когда его тащили за рукав мимо.

Разумеется, Болтон не был настроен проводить экскурсию или успокаивать духов усопших. Он сейчас не думал и о живых членах Королевского общества, которые медленно расхаживали взад-вперед или просто стояли, погрузившись в глубокомысленные раздумья. Этих троица просто распихивала всех в стороны, торопясь в кабинет сэра Джозефа на первом этаже.

– Цветы – это просто новое золото, мистер Мэссон, – запыхавшись, произнес Болтон, громко стуча туфлями с серебряными пряжками по массивным деревянным ступеням. – Ученые хотят их немедленно исследовать, торговцы хотят их продавать, да и что это за господское поместье, если в нем нет собственной коллекции экзотических растений? Нам нужны отважные люди, которые отправятся на поиски этих драгоценностей. Сэр Джозеф щедро отплатит вам за ваше смелое решение вызваться добровольцем.

Вверху, на лестнице, Болтон так быстро, как только мог, пытался подготовить Мэссона к грядущему собеседованию.

– Вы только подумайте, – пыхтел он, – сэр Джозеф такой же человек, как и мы все. Он дышит тем же воздухом и любит хорошие шутки, как и все остальные. Значит, вы просто отвечайте на его вопросы. Если вы не будете нести вздор, заикаться и медлить, все пройдет как нельзя лучше. Нет совершенно никакого повода, чтобы нервничать. Вам все ясно, мистер Мак-Мастертон?

– Его зовут Мэссон, сэр, Фрэнсис Мэссон, – поправил Симмонс, а Болтон уже повторно стучал в тяжелую дубовую дверь.

Как только из кабинета раздалось короткое рявкающее «Войдите!», Болтон поправил жилет, ослабил нашейный платок, молча призвал Небеса на помощь и распахнул двустворчатую дверь.

– Нет, погодите, – настойчиво зашептал Мэссон и попытался удержать Болтона за руку, но было уже слишком поздно.

Распахнутая дверь явила взгляду большой, просторный, залитый светом кабинет. Раздвижные окна по обеим его сторонам были открыты, и любое дуновение ветра, малейший сквозняк охлаждали и проветривали комнату. Чтобы горы документов, сложенные в стопки, не перемешались, сверху на них положили ископаемые окаменелости ракообразных, чучела животных, разноцветные кристаллы – бесконечные странные и удивительные предметы, которые использовались не по назначению, а как пресс-папье.

Посреди комнаты стоял Джозеф Бэнкс – натуралист, путешественник, рыцарь его величества, ставший в возрасте всего тридцати лет от роду легендой.

Мэссон слышал, что люди, встречаясь со знаменитостями, часто разочаровывались или были неприятно поражены, потому что личность оказывалась не такой великолепной, как слухи о ней. Впрочем, Бэнкс не разочаровал Мэссона.

После того как Бэнкс узнал, что корабль его величества «Индевор» отправляется в кругосветное плавание, чтобы наблюдать проход Венеры против диска Солнца, он использовал все унаследованное состояние и родственные связи, чтобы заполучить место на судне. Когда министр навигации стал препятствовать ему в этом, Бэнкс принялся действовать через голову Адмиралтейства и заручился поддержкой правительства в том, что будет участвовать в плавании. Кроме того, он пожертвовал на экспедицию вдвое больше, чем сам король, и эта сумма оказалась в сто раз большей, чем жалованье капитана корабля Джеймса Кука за год.

Сейчас Кук стоял по диагонали от Бэнкса и смотрел на все так, словно наблюдал какую-то комедию, разве что не смеялся. Он был почти на двадцать лет старше Бэнкса и носил мундир капитана королевских военно-морских сил.

Именно Кук командовал кораблем во время трехгодичного кругосветного путешествия, но во время триумфального возвращения в родной порт прошлым летом Бэнксу тоже удалось разделить славу героев, несмотря на бурю противоречивых эмоций в обществе.

Бэнкс брал с собой в путешествие уважаемого ботаника Даниэля Соландера, им вместе посчастливилось найти более трехсот видов растений и привезти их домой. Большинство из них оказались доселе неизвестными науке. Успех Бэнкса вознес Англию на первое место в ботанических исследованиях, также невыразимо возросло значение садов Кью-Гарденз и работ, которые там проводились. Официально директором садов считался Уильям Айтон, но все знали, что Бэнкс, не так давно заведший дружбу с королем, воспользовался ею, чтобы превратить Кью из декоративных монарших садов в настоящий ботанический музей с прекрасной коллекцией. Если бы не Бэнкс, Мэссон до сих пор стриг бы живые изгороди, вместо того чтобы заниматься каталогизацией обширной коллекции растений со всего света.

Несмотря на то, что оба мужчины были примерно одинаковой комплекции и возраста, Бэнкс выглядел значительно привлекательнее Мэссона из-за несколько грубоватых черт лица садовника. Мэссон благодаря своему происхождению и воспитанию с детства приучился к покорности и почтительности, чего у Бэнкса не было и следа, особенно в отношении лорда Сэндвича, который сейчас стоял напротив него. Министр навигации, человек плотной комплекции, согнувшись над бесконечными техническими чертежами и планами, которые лежали на столе перед ним, постоянно отирал шелковым платком лоб и верхнюю губу от пота.

Болтон, откашлявшись, сказал:

– Лорд Сэндвич, сэр Джозеф, капитан Кук, могу я вам представить…

– Ах, мистер Болтон! – перебил его Бэнкс. – Вы как нельзя вовремя! Это, должно быть, наш доброволец.

Бэнкс поднялся и тут же обратился к Мэссону:

– Скажите, сэр, вы могли бы путешествовать налегке?

Мэссон вопросительно взглянул на Болтона, но пухленький ассистент лишь закрыл глаза, потея от волнения.

– Ну, так что? – переспросил Бэнкс. – Если вы отправитесь в тяжелое длительное морское путешествие, сможете ли взять с собой как можно меньше багажа?

По лицу Кука скользнула ироничная усмешка, а старый лорд либо был глух, либо не хотел выказывать своих эмоций.

– Я… Наверное, я бы постарался взять как можно меньше вещей с собой, сэр, – наконец ответил Мэссон.

– Великолепно! – воскликнул Бэнкс так громко, что старый лорд рядом с ним вздрогнул.

«Значит, все же не глухой», – подумал Мэссон.

– Поздравляю, вы зачислены! – вскричал Бэнкс и продолжил деланно радостным тоном: – Тщательная проверка показала, что вы как нельзя лучше отвечаете всем строгим критериям, которые выдвинуло Адмиралтейство.

Пожилой лорд тоскливо глядел на документы через лупу, а Кук взялся за подбородок, явно стараясь подавить приступ смеха.

– Поскольку вы способны путешествовать налегке, – невозмутимо продолжал Бэнкс, – вы примете участие в этой важнейшей экспедиции к мысу Доброй Надежды вместе с капитаном Куком. Вы проведете несколько лет в голландской колонии, в том регионе, изучая эту необжитую и до сей поры не нанесенную на карты местность, что, конечно, повлечет за собой мои существенные расходы. Вы опишете и соберете тысячи видов растений, которые еще не известны науке, тем самым внесете вклад в величие и значение ботанических садов нашего короля в Кью. Помимо зависти мировых научных кругов, ваша работа наверняка принесет Англии новые доходы, и это как раз в то время, когда страна в них так нуждается.

– Простите, сэр, вы сказали про мыс Доброй Надежды? – переспросил Мэссон с ноткой паники в голосе, когда Бэнкс сделал паузу, чтобы вновь набрать в легкие воздуха.

– Ну, хватит, сэр Джозеф, – вдруг выпалил лорд, его интеллигентное на вид, но сердитое лицо помрачнело еще больше.

– Мистер Болтон, – невозмутимо произнес Бэнкс, игнорируя тем самым как лорда Сэндвича, так и Мэссона, – выбрал вас, несомненно, из-за богатого опыта и знаний в области естественных наук и ваших выдающихся достижений в ботанике и исследованиях за границей. Таковы масштабы, на которых зиждется моя репутация.

Мэссон снова взглянул на Болтона, рассчитывая услышать подтверждение, что это всего лишь шутка, но тут же понял, что Болтон вот-вот потеряет сознание.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6

Поделиться ссылкой на выделенное