Рахим Каримов.

Камила



скачать книгу бесплатно

Однажды, когда Камила после уроков спускалась со школьного крыльца, она столкнулась с тремя девушками, которые оживленно о чем-то перешептывались. Увидев Камилу, стали над ней насмехаться.

– За что только любят этого подкидыша? – бросила с усмешкой одна.

– Удивительно! – подхватила вторая. – А ведь у нее нет ни отца, ни матери.

– Видно правду говорят, что ее мать была распутницей, – съязвила третья.

От этих слов в глазах девушки потемнело, и две крупные капли соскользнули на щеки, ставшие пунцово-красными. Но Камила сдержалась и, бросив хмурый взгляд в сторону сплетниц, молча прошла мимо них.

Да, в этом мире человек долго может не знать о себе немало важного. Зато окружающие знают о нем слишком много.

Девушка шла, не чуя под собой ног, и не заметила, как дошла до дома. Когда Айбарчин-апа, шившая на суре халат, увидела Камилу, сердце ее екнуло от тревожного предчувствия. И она поспешила вслед за девушкой, проскользнувшей в свою комнату, где Камила, упав на кровать и уткнувшись лицом в подушку, дала волю своим слезам.

– Доченька, родная, – ласково заговорила Айбарчин-апа, – кто нибудь обидел тебя?!

Девушка не ответила.

– Родная ты моя, не пугай меня, скажи? Может быть, учительница поругала? Ну, что случилось? Расскажи, пожалуйста…

Камила, оторвав голову от подушки, хотела что-то сказать, но захлебнулась в слезах и не смогла произнести ни слова. Потребовалось время, прежде чем она, всхлипывая, наконец, спросила:

– Почему девушки обозвали меня подкидышем?!

Вот и дождалась Айбарчин-апа вопроса, ответить на который когда-то так боялась. Но она уже давно смирилась с необходимостью ответить на него и даже ждала, когда девушка спросит о своих родителях. Видно пришла пора узнать Камиле всю правду. Где-то в глубине души пожилая женщина была даже рада этому. Тяжело хранить горестные тайны, когда тебе уже под пятьдесят. И Айбарчин-апа вздохнула с облегчением.

А Гуландом, все эти годы бывшая рядом со своими родными, уже научилась входить в тело сестры и ее руками обнимать, а устами целовать свою доченьку и смотреть на сиротку глазами Айбарчин-апы. Это стало возможным потому, что обе они одинаково сильно любили Камилу. Намерения обеих совпали, и дух Гуландом в очередной раз вошел в тело сестры…

Айбарчин-апа вышла во двор, приставила тяжелую лестницу к стене дома и забралась на чердак. Там отыскала небольшую плоскую шкатулку, аккуратно завернутую в целлофан, где хранился альбом с фотографиями матери девушки в студенческую пору.

Камила рассматривала старые фотографии со слезами на глазах, а Айбарчин-апа рассказывала ей о судьбе матери. Когда девушка пролистала альбом до середины, ее взгляд остановился на фотографии, где рядом с Гуландом стоял симпатичный чернобровый молодой человек – отец Камилы.

Глава 9 

Камила окончила среднюю школу "на отлично" и решила осуществить свою мечту – изучить английский язык в университете, где когда-то училась ее мать.

Чтобы это сбылось и девушка не испытывала нужды, Айбарчин-апа много работала: стирала чужим людям, шила, работала на табаке, разводила шелковичных червей и заготавливала коконы, старалась побольше вырастить в своем саду и огороде на продажу. И ей удалось скопить немного денег. Так что Камила может спокойно ехать в город.

Тяжело было на душе у пожилой женщины, когда на автовокзале провожала Камилу и ее подружку Шахисту. Хотя девушки пока ехали лишь сдавать документы, Айбарчин-апа не находила себе места. "Не хочется мне расставаться с Камилой даже на короткое время", – подумала она, когда автобус тронулся с места, увозя будущих студенток в большой город.

***

Назвав свою единственную дочь Гуландом, Максуд, сам того не подозревая, создал для себя еще одну проблему. Дильфуза в общении с ним стала более сдержанной, а в последние месяцы ревность в ней заговорила во весь голос. Каждый раз, когда муж возвращался домой поздно, то обязательно в семье возникал скандал. И в этот раз случилось именно так. Приехали зарубежные партнеры, и Максуд весь день знакомил их со своим предприятием, а вечером иностранных гостей пригласил на ужин в ресторан отеля "Интурист". И, как водится, просидели до утра.

Дильфуза всю ночь не ложилась спать, беспокоилась, волновалась. А подвыпившего мужа встретила словами, процеживая их сквозь зубы:

– Я знаю, почему свою дочь вы назвали Гуландом! Мне это надоело. Сколько можно терпеть?! Можете идти к своей первой любимой…

Слова жены тяжело ранили Максуда. Сердце сжалось от боли: "Откуда Дильфуза знает о Гуландом?" – промелькнуло в его голове. "Ах, да. Ведь я сам рассказал молодой жене в первые дни после свадьбы о своих однокурсниках и показал студенческий фотоальбом. Листая его, Дильфуза обратила внимание на фотографию самой красивой девушки – Гуландом." Максуд назвал жене ее имя, не предполагая, что это аукнется через столько лет".

До чего же догадливы эти бабы! Им достаточно услышать из уст мужей имя другой женщины, а остальное дополнит их ревнивое


воображение. Будут исподлобья поглядывать на своих чуть-чуть запоздавших с работы мужей, даже позволят себе присмотреться – не остался ли на лице след от губной помады, понюхать – не пахнет ли от них чужими женскими духами.

Дильфуза все не могла успокоиться. Она то рыдала, неосознанно добиваясь, чтобы муж пожалел ее, то кричала на него, не подбирая слов.

– Я, как дура, сижу целыми днями и ночами дома, ожидая вас, а вы… всю ночь где-то шляетесь, развратничаете со шлюхами. Чем лучше меня ваша Гуландом?! Ответьте, почему вы любите не меня, а эту потаскуху, которая сегодня с одним, а завтра с другим…

– Хватит! Перестань! – не выдержал Максуд этого потока брани. – Прикуси язык. О чем ты говоришь?! Ее ведь нет среди живых!

Максуд побледнел, голос его дрожал, и телом овладела нервная дрожь… Он терял контроль над собой. Захотелось ударить жену, но сдержался, выбежал из дома и, не желая думать ни о чем, сел в свой "Лимузин", выехал за ворота и нажал на "газ", стремясь выжать из машины предельную скорость…

***

Камила с подругой приехали в город к десяти часам утра. Узнав у прохожих, где находится университет, сели в городской автобус. Через полчаса были уже на остановке около учебного заведения. Осталось только перейти дорогу. Посмотрев по сторонам, как их учили в школе, девушки стали переходить на противоположную сторону. И вдруг из-за поворота с бешеной скоростью выскочила длинная белая машина. Камила не успела ничего сообразить, как оказалась под колесами автомобиля. Шахиста, увидев подругу, лежащую на обочине в луже крови, истошно закричала.

Максуд, ошеломленный происшедшим, выскочил из машины и, расталкивая начавших собираться зевак, подбежал к бездыханной, истекающей кровью Камиле. Не ожидая приезда "скорой помощи", дрожащими руками подхватил тело девушки и с помощью ее подруги, поддерживающей голову Камилы, и сердобольных прохожих уложил на заднее сиденье "Лимузина", усадил рядом с собой Шахисту и погнал автомобиль к ближайшей больнице, полностью сосредоточившись на дороге, боясь сбить еще кого-нибудь.

А рядом с Камилой сидела другая девушка, очень похожая на нее. Плечи Гуландом сотрясались от плача. Но никто не видел ее и не слышал…

Глава 10 

Серые облака, заполонившие небо, сгущались, становясь, все темней и темней. И тут из-за черных туч показалась арба. Запряженный в нее осел стучал копытами, как по выложенной камнями дороге. Скрипели большие колеса. Садык-арбакеш со своей женой Хадичой сидели, прижавшись, друг к другу. Вдруг поднялся ураган и начал раскачивать арбу из стороны в сторону, а затем подхватил, поднял в воздух и завертел, словно мельницу. Хадича-апа чуть не упала на землю, но успела обеими руками ухватиться за колесо, повиснув над облаками. А Садык-ака судорожно сжимал вожжи, пытаясь удержаться на арбе.

Айбарчин-апа, в ожидании Камилы уснувшая на суре, проснулась в испуге. Сердце ее бешено колотилось. Надо же такому присниться?! Она поспешно зашептала слова молитвы.

***

Темнело. А Камилы все не было. Вдруг с улицы донесся шум подъехавшей машины, и тут же во двор вбежала Шахиста:

– Тетя, тетя, переоденьтесь, поедем в город, заторопила она и сбивчиво объяснила: – Поедем навестить Камилу. Она лежит в больнице, в тяжелом состоянии. Ее сбила машина.

Айбарчин-апе показалось, что небо обрушилось на нее. Она побледнела, ноги стали подкашиваться. Если бы не Шахиста, поддержавшая ее, пожилая женщина упала бы на землю.

За рулем машины Айбарчин-апа увидела незнакомого богато одетого мужчину лет тридцати пяти – сорока с проседью на висках. Максуд подробно рассказал о случившемся несчастном случае. Пожилая женщина расплакалась, и ему пришлось ее успокаивать. Когда Айарчин-апа немного пришла в себя, Максуд завел машину и белый "Лимузин", поднимая клубы пыли, помчался по дороге по направлению к городу.

Несколькими часами позже они уже были в частной больнице доктора Акрамалиева. В это время судьба Камилы решалась в операционной. Айбарчин-апу усадили в приемной на стул. И она вздрагивала каждый раз, когда хлопали двери или мимо проходил кто-нибудь в белом халате. И вставала – ждала, чтобы ей что-нибудь сказали о состоянии Камилы. Шахиста, как могла, успокаивала ее:

– Тетя, успокойтесь. Вот увидите, Камила поправится. Это я вам говорю. Вот увидите…

Девушка старалась быть убедительной, а у самой сердце сжималось от страха, и она с тревогой посматривала в ту сторону, где находилась операционная. Максуд же все это время ходил взад и вперед, курил сигареты одну за другой.

Операция длилась несколько часов. Врачи сделали все возможное, чтобы спасти Камилу.

Выйдя из операционной, доктор Акрамалиев подошел к Максуду.

– Доктор, – встретил тот хирурга, – каково состояние девушки?

– Тяжелое, очень тяжелое. Сильно пострадала голова, руки-ноги тоже. Если даже поправится, боюсь, чтобы не стала инвалидом.

– Можно надеяться на хорошее?

– Все зависит от Аллаха. Не скажешь о плохом, не случится и хорошее. А кем она будет вам?

– Никем… Но, доктор, она должна жить. Я на все готов, лишь бы она не умерла. Хочу, чтобы она поскорее выздоровела.

– Больная, пока не придет в сознание, будет находиться в реанимационном отделении. Не беспокойтесь, лечением девушки займусь сам.

– Спасибо, доктор, благодарю

Айбарчин-апа через силу заставила себя взглянуть в глаза Максуду. Беспокоится о Камиле, как родной отец, но ведь именно он виноват в том, что случилось.

– Апа, пожалуйста, не убивайтесь так. Доктор сказал, что все будет в порядке.

– Слава Аллаху,– сказала женщина, немного успокоившись, и опять расплакалась.

Чуть позже они разбудили Шахисту, нечаянно уснувшую на диване. Когда вышли из больницы, звучал призыв азанчи к утреннему намазу. Айбарчин-апа и Шахиста хотели вернуться в кишлак, но Максуд уговорил их поехать к нему домой.

Роскошные узорчатые ворота из чугуна открыл садовник. Айбарчин-апа и Шахиста удивленно переглянулись. Им показалось, что они попали не в дом, а в настоящий дворец.

Глава 11 

Васила-апа соскучилась по Севаре, постоянно думала о ней, и дочь часто появлялась в ее снах. И вот дождалась. Из Ташкента приехали дочь с зятем Акмалем и его родители, которых на машине привез младший брат зятя – Асрор. Акмаль – однокурсник Севары. Если бы они не полюбили друг друга еще в студенческие годы, то навряд ли Васила-апа согласилась бы, чтобы дочь увезли в такую даль. Ведь она у нее единственная. Но против судьбы не пойдешь. Аллаху, видно, было угодно, чтобы они поженились.

У Василы-апы и матери Акмаля – Халисхан-апы нашлось много общих тем для бесед. Они подолгу сидели за пиалой чая и вели нескончаемые разговоры о детях, их семьях и судьбах. Васила-апа вспомнила своего Мансура. Младшая невестка Бернара – узбечка, но родилась в Москве, где живут и работают ее родители много лет. Училась вместе с Мансуром. После свадьбы остались жить в столичном городе. А в Ош приезжали лишь один раз – в позапрошлом году. А как хочется чаще видеть своего младшего, невестку, внуков. Если бы были крылья, сама полетела бы к ним…

***

– Максуд-ака, Максуд-ака, возьмите, пожалуйста, трубочку,– позвала к телефону брата Севара, сидевшая в гостиной с невестками, делившимися с нею своими радостями и печалями.

– А кто спрашивает?

– Из больницы. Какой-то Акрамалиев.

Максуд быстро прошел к телефону и взял трубку:

– Я слушаю.

– Ассалом – алейкум.

– Ваалейкум – ассалом. Я слушаю вас, Закир Акбарович. Все в порядке?

– Слава Аллаху! Если помните, когда вы приходили в последний раз навещать Камилу, я говорил, что скоро ее выпишем.

– Да, да я помню.

– Так вот, мы ее сегодня выписали. Просьба, известите, пожалуйста, об этом ее родственников. Из села каждый день приезжала ее мать, но последние дни почему-то ее не было. Может быть, захворала…

– Не волнуйтесь, доктор, все сделаю, как надо. Большое спасибо за звонок. Я сейчас же приеду.

Пока Максуд разговаривал по телефону, невестки успели рассказать Севаре о трагедии, случившейся несколько месяцев назад. Сестра с обидой обратилась к брату:

– Разве так можно? Мы ведь вам не чужие. Вы нам ничего не сообщили.

– Да, сестренка, да. Но ты прости меня. Мы не хотели вас тревожить. Слава Аллаху, все позади. Кстати, сегодня ее выписали. Но, к сожалению, никто не приехал за ней. Я хочу привезти Камилу к нам домой. По дороге заеду в какой-нибудь магазин, куплю ей одежду.

– Можно я тоже с вами поеду? Ведь вы один не сможете купить девушке одежду!

– А что скажет Акмаль?

– И он с нами поедет. Я сейчас его позову.

По дороге в больницу они побывали в универмаге "Саидмухтар". Тщательно осмотрели все отделы и сделали много покупок – приобрели платья, несколько пар обуви, кофточку, золотые сережки и цепочку, колечко…

В палату Камилы с подарками вошла Севара. Увидев ее, Камила поднялась с кровати.

– Здравствуйте, вы ко мне?!

– Здравствуйте, вы Камила? Мы пришли за вами. Я сестра Максуда-ака. Он ждет вас внизу. Вот одежда. Переоденьтесь, пожалуйста, – попросила Севара, положив свертки с покупками на кровать.

Девушка, глядя на дорогие подарки, покраснела. Такой роскошной одежды она никогда не имела. Было стыдно принимать дорогие подарки, но и обижать отказом она не могла – Максуд-ака столько сделал для нее, что большего не мог бы сделать и родной отец.

– Апа, зачем так тратились? Мне очень неловко! Это вы зря. Сегодня – завтра мама приехала бы. Потерпела бы еще несколько дней в больнице.

– Не говорите так, сестренка. Не обижайте нас. Теперь мы вам не чужие. Не надо стесняться. Если захотите, мы вас сегодня же отвезем домой.

Когда Камила с Севарой вышли из больницы, их встретил Максуд с большим букетом цветов в руках. Когда он увидел красивую, модно одетую девушку, сердце его тревожно застучало, и сам он побледнел – ему показалось, что перед ним стоит Гуландом – так Камила была похожа на его возлюбленную. Нет, этого не может быть…

Камила сидела на сиденье машины, не зная, как себя вести. Ее, выросшую в кишлаке в скромной обстановке, сильно смущали и это внимание, и дорогие подарки. Платье казалось тесным, золотые украшения – тяжелыми. Хотелось ощущения свободы и уюта, какое давало привычное, простенькое ситцевое платье.

Когда они приехали и вошли во двор дома, где жил Максуд, первое, что бросилось девушке в глаза, был фонтан. Ей показалось, что она его когда-то уже видела. Но когда? Этого вспомнить не могла. В это время Дильфуза, зовя свою дочку, закричала: "Гуландом, где ты? Гуландом!" Камила, услышавшая имя матери, от неожиданности вздрогнула.

Глава 12 

Камила, оказавшись в настоящем дворце, растерялась. Первой ей на встречу вышла Дильфуза. Она, улыбаясь, обняла девушку, бросила через ее плечо сердитый взгляд на Максуда. Какая-то неясная тревога закралась в сердце женщины, сразу же, как увидела Камилу. "Уж не та ли это девушка, что на фотографии из студенческого альбома Максуда-ака?" – спросила она сама себя.

Асрор, вышедший из дома вместе с Сиявушем, не мог оторвать взгляда от гостьи – девушка поразила его своей красотой и неподдельной скромностью.

– Добро пожаловать, милая, просим, – встретила гостью Васила-апа, протянув руки, чтобы обнять Камилу.

– Ах, какая девушка. Мне бы такую невестку! – невольно вырвалось у Халисхан-апы.

– Камилахан, идемте, сестренка, – пригласила засмущавшуюся гостью Севара, в душе разделяя восхищение свекрови.

Все вошли в дом. Во дворе остался только Асрор. Он был ошеломлен: "Разве можно быть такой красавицей?". Молодой человек тяжело вздохнул. Ему понравилось в ней все: и темные волосы, заплетенные в длинные мелкие косички, и густые черные брови, и тонкий стан.... Если бы еще вчера кто-нибудь в кругу его друзей сказал про любовь с первого взгляда, Асрор рассмеялся бы громче всех. А сейчас он почувствовал, что с ним что-то произошло, и он больше не сможет жить без этой девушки.

Зал для приема гостей занимал весь первый этаж дома – дворца. Роскошь его обстановки и отделки ослепили Камилу. Ее усадили на диван, покрытый бархатом. Остальные расположились в мягких глубоких креслах. После короткой молитвы, прочитанной Мардон-ака, Васила-апа спросила у девушки:

– Как чувствуете себя, доченька? Поправились? Последний раз я видела вас в больнице. Тогда вы были плохи. Слава Аллаху, теперь выглядите хорошо. Вы очень напугали нас тогда…

– Спасибо, бабушка, я вас опять потревожила. Я столько вам доставила хлопот…

– Дай Бог здоровья вашей матери – Айбарчиной. Она, оказывается, очень застенчивая. Мы ее еле-еле уговорили остаться ночевать. А на следующее утро она сразу же уехала в кишлак – так переживала за свою корову. Как узнает, что вас выписали, очень обрадуется.

– Ну, ладно, вы, молодые, посидите, поговорите. Чувствуйте себя как дома. А мы с Халисхан-апой поднимемся наверх – близится время вечернего намаза. Ну-ка, отец, благословите молодежь…

После намаза Халисхан-апа начала разговор о Камиле:

– Васила-апа, кем приходится вам это девушка-красавица?

– Мы не хотели беспокоить вас. Сколько раз Мардон-ака предупреждал сына, чтобы не ездил на машине с большой скоростью. Не слушался. И вот – сбил девушку. Слава Аллаху, что она осталась жива. Камила и ее мать хорошими людьми оказались. Никуда не пожаловались. Конечно, и мы не сидели, сложа руки. Несколько месяцев Максуд обивал пороги больницы. Денег на лечение не жалели. Слава Аллаху, с девушкой теперь все в порядке.

– Ой-бой, вас действительно Аллах спас. Иначе…

А в это время внизу Севара показывала Камиле фотоальбом брата.

– Берите, сестренка, фрукты, угощайтесь. Налить вам напиток?

– Спасибо, апа, спасибо, – отвечала Камила, продолжая листать альбом, словно кто-то торопил ее. К тому же усердствовала и Гуландом. Нет, дорогой читатель, не та, призрачная, а маленькая девочка – дочь Максуда. Она сама перелистывала странички, если Камила, по ее мнению, слишком долго рассматривала фотографии.

Молодой Максуд-ака кого-то очень напоминал Камиле, но кого она не могла вспомнить. И вдруг перед ее глазами оказалась уже виденная однажды фотография – молодая Гуландом и ее возлюбленный – отец Камилы.

– Это мой папа, – закричала маленькая Гуландом. – Он был студентом.

 У Камилы сдавило виски, она сжала голову двумя руками, перед глазами все поплыло, и девушка потеряла сознание.

Глава 13 

Когда Камила пришла в себя, на улице уже светало. Сильно болела голова – сказывалась полученная в аварии травма. Девушка огляделась вокруг. Она лежала на двуспальной кровати в хорошо обставленной спальне. "Где я?" – удивилась Камила и постаралась восстановить в памяти, что произошло с ней. Вспомнила фотографию. Разве она могла предположить, что Максуд-ака – ее отец, бросивший когда-то мать? И теперь она в его доме.... Нет, она не должна здесь оставаться! Надо поскорее уйти, уехать домой, в кишлак. Там Айбарчин-апа, там ее место.

Девушка встала с постели, сняла золотые украшения и положила их на столик – она не может принять такие дорогие подарки. Приоткрыв дверь в коридор, Камила в комнатных тапочках, стараясь ступать бесшумно, спустилась по лестнице вниз и вышла во двор.

Садовник подметал дорожки сада и не увидел, как она проскользнула за приоткрытую калитку, бросив прощальный взгляд на фонтан. Камила вспомнила, когда она его видела, вспомнила и про тюбетейку, выловленную Максудом. Как она хотела тогда, чтобы на его месте оказался ее родной отец! И вот она бежит из этого дома, от своего найденного отца…

Выскочив на улицу, девушка побежала, не оглядываясь.

***

Айбарчин-апа встала рано, зажгла огонь в очаге и в казане испекла чевати – блины. Она сегодня обязательно должна навестить Камилу. Теперь можно спокойно оставить свой двор без присмотра. В прошлый раз, когда ездила навестить Камилу, украли корову. Говорят же, что на бедного человека собака может напасть, даже когда он на верблюде. Что поделаешь?!

Она возила Камиле молоко, айран, каймак, а заодно и продавала часть молочных продуктов торговкам по оптовым ценам и на вырученные гроши покупала кое-что из городской еды для дочери. Теперь без коровы она не сможет побаловать девушку. Все сбережения, накопленные на учебу дочери, ушли на лекарства. Да и сколько их было?! Если бы не Максуд и его семья, разве бы хватило этих денег на лечение?!

***

Камила быстро шла по почти пустынным улицам, спрашивая у одиноких прохожих дорогу до старого автовокзала. Мимо нее изредка проносились автомашины. Иногда они притормаживали, и водители предлагали симпатичной, хорошо одетой девушке подвезти ее. Но Камила не обращала на них внимания, ускоряя шаг. Когда она пришла на автовокзал, автобусы из районов только-только начали приезжать.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6