протоиерей Георгий Бреев.

Псалмы. Читаем вместе



скачать книгу бесплатно

© ООО ТД «Никея», 2018

* * *

Предисловие

Накануне крестных страданий Господь и Спаситель наш Иисус Христос торжественно входит в Иерусалим. «И приступили к Нему в храме слепые и хромые, и Он исцелил их, – пишет апостол и евангелист Матфей. – Видев же первосвященники чудеса, которые Он сотворил, и детей, восклицающих в храме и говорящих: осанна Сыну Давидову! – вознегодовали и сказали Ему: слышишь ли, что они говорят? Иисус же говорит им: да! разве вы никогда не читали: из уст младенцев и грудных детей Ты устроил хвалу?» (21: 14–16).

Господь ссылается тут на псалом пророка и царя Давида (8: 3). И евангелист доносит это до нас.

А вспомните момент, когда после Тайной Вечери ученики шли с Господом в Гефсиманский сад. Они тогда пели псалмы.

Ещё один эпизод. Воскресший Спаситель явился апостолам Луке и Клеопе на дороге в Еммаус. Христос упрекал их, ведь они сомневались в Его воскресении: «О несмысленные и медлительные сердцем, чтобы веровать всему, что предсказано пророками» (Лк. 24: 25). Тут Он имел в виду и псалмы. А вечером, обращаясь к одиннадцати апостолам, снова объяснял: исполнилось написанное «обо Мне в законе Моисеевом и в пророках и псалмах» (Лк. 24: 44).

Псалтирь удивительно соединяет Ветхий и Новый Завет. В ней раскрывается высокий смысл поиска Бога и служения Ему. Апостолы, воспитанные в ветхозаветной церкви, употребляли псалмы в богослужении, – и эта традиция продолжается теперь. Даже таинства начинаются псалмами.

С глубокой древности святые отцы единодушно относились к псалмам как к духоносному источнику. И почитали их выше и важнее, чем иные богословские трактаты. Почему? Да потому, что псалмы – это боговдохновенные гимны, живые слова, приносимые Творцу. Их могли составить только носители Божественной благодати, находившиеся в состоянии обращённости к Создателю.

И для нас Псалтирь является высшей школой духовного просвещения. Прежде всего, молитвенной. Псалмы дают нам то, что не сможет дать самое высокое чисто человеческое вдохновение. В болезни, скорби, грехе, унынии, даже отчаянии мы обращаемся к ним. Таково свойство псалмов: в них заключено знание глубин страждущего человеческого духа.

Так давайте же поговорим о псалмах, чтобы понять их мудрость, почувствовать красоту и незаменимость для нас.

Кафисма первая

Псалом первый

Первый псалом не имеет надписания – заглавия, предваряющего остальные псалмы: Псалом Давиду, не надписан у еврей, 1. Эту особенность отмечали все исследователи Псалтири. В VII веке блаженный Феодорит, ссылаясь на древних переводчиков, говорил: «Они не осмелились при переводе к словам Духа приложить что-либо от себя». И, в частности, дать заглавие псалму.

Блажен муж, иже не иде на совет нечестивых, и на пути грешных не ста, и на седалище губителей не седе, но в законе Господни воля его, и в законе Его поучится день и нощь (1–2).

Блажен муж, который не идёт на совет нечестивых, и на путь грешников не встаёт, и на седалище губителей не садится…

Обратите внимание: слово блажен торжественно утверждает подлинного Автора псалмов – Духа Святого. «Никто не благ, как только один Бог» (Мк. 10: 18).

В начальных стихах псалма сразу раскрывается внутреннее состояние человека. Оно двойственное: мы имеем в себе бессмертную душу, дыхание Духа Божия – и в то же время поражены грехом. Образ Божий в человеке искажён, но он не уничтожен.

Блаженство – то же счастье, его ищут все люди.

Но счастье не преходящее, переменчивое, а постоянное, неизменяемое. Блажен тот, кто понял: жизнь – это благо, дар Божий. У блаженного человека чистая совесть, он усвоил разумом и сердцем истины, открывающие радость бытия, его смысл.

Слова блажен муж относятся и к женщинам. Древним языкам было свойственно такое обобщение. Муж – начальник рода. Но без женщины-матери род обречён на бесплодие и вымирание. Прекрасной иллюстрацией этому является евангельское родословие Спасителя (см. Мф. 1: 1–17, Лк. 3: 23–38). Там перечисляются имена праотцев. За каждым из них, как само собой разумеющееся, стоит имя женщины – продолжательницы рода.

И только иногда включаются женские имена – словно некие вехи, указывающие путь развития рода.

Блаженство – ещё не святость, но уже причастность ей. С приходом в мир Сына Божия провозглашены новозаветные заповеди блаженства (см. Мф. 5: 3–12).

Бог, Единый по существу, но Троичный по ипостаси, являет Свою Божественную природу через Совет. «Совет Превечный открывая, Тебе, Отроковице, Гавриил предста», – проповедует Церковь в великий праздник Благовещения Пресвятой Девы Марии.

В Священном Писании совет – это способ общения во всём: в мыслях, чувствах, действиях. Интересно отметить, что Спаситель не отказал в праве составить свою общность даже падшим духам и сказал, что если сатана разделится сам в себе, утратив единство, то не устоит его царство (см. Мф. 12: 26).

Псалмопевец называет блаженным всякого, кто не иде на совет нечестивых – собрание людей, утвердившихся в дурных наклонностях. Человек, уклонившийся от общения с такими людьми, избежит внутреннего разрушения. Дальше в псалмах это тоже определено: «С преподобным преподобен будеши… и со строптивым развратишися» (17: 26, 27).

Слова не иде удерживают и одобряют тех, кто уклоняется от беззаконных действий. Грех «влечёт тебя к себе, но ты господствуй над ним», сказал Господь Каину, омрачившемуся завистью к брату (Быт. 4: 7).

Нечестивые – люди, отрёкшиеся от Бога. Они не хотят знать Его и воздавать почитание Ему. Им свойствен весь набор человеческих страстей: развращённость, вседозволенность, зло, лукавство, коварство. В конце первого псалма мы увидим, что кроме совета нечестивых существует и совет праведников.

Блажен тот, кто на пути грешных не ста. Обратите внимание на само слово «путь». Пророческий дух видит: жизнь человека – это дорога к вечности. Не случайно в псалмах часто повторяется глагол «идти». Очень важно, как мы пройдём свою жизнь на земле: правым или левым путём. Не заблудимся ли?

Именно крайними заблуждениями отличаются пути грешников. Попавшему на них тяжело выбраться на верную дорогу. Учтите: псалмы говорят не о внешних ориентирах, а о внутренних, духовных.

С древних времён они закреплены в десяти заповедях Божиих – постоянном, неизменном законе жизни людей: не убей, не укради и так далее.

И на седалище губителей не седе. Седалище – это трон, кресло, возвышенное место для сидения. В присутствии других могли сидеть лишь те, кто обладает властью: цари, военачальники, судьи. У них особое положение в обществе, они определяют судьбы людей.

Одно жестокое, несправедливое слово может погубить многих. Пророк и царь Давид называет губителями начальников, злоупотребляющих властью, не имеющих ответственности, не понимающих, что власть дана им от Бога – и надо сделать её инструментом справедливости.

Великие мыслители всегда страшились власти.

Премудрый Соломон возвеличен Богом за то, что осознал свою неспособность управлять жизнью народа, царства и молил Господа о даровании ему мудрости. Благоговейные мужи скрывались и бежали от архиерейства, страшась ответа перед Богом за каждую вручённую им душу. Трон жестокого царя, кафедра неправедного судии, амвон лжеучителя – всё это становится седалищем губителей.

Счастлив знающий закон Божий и утвердившийся в нём: в законе Господни воля его. Все мысли, сердечные чувства, воля праведника сосредоточены на законе Господнем. Предлог «в» (в законе Господни) позволяет почувствовать эту устремлённость к Слову Жизни. А слова воля его подчёркивают окончательность и неизменность выбора. Ни на небе, ни на земле нет ничего, идущего в сравнение с законом Божиим по силе благодатного воздействия на человека. Всё видимое и невидимое лишь говорит о Творце. И только Священное Писание может дать невыразимую полноту Богопознания.

И в законе Его поучится день и нощь. Тайноводческий дух пророка-псалмопевца открывает новую ступень, на которую восходит тот, кто утвердился в законе Божием. Поучение день и ночь – это откровение о том, что впоследствии было заповедано Господом Иисусом Христом, апостолами и святыми отцами: «Трезвитесь, бодрствуйте, непрестанно молитесь» (см. Мф. 26: 41; 1 Фес. 5: 17). Молитва собирает ум, сохраняет от парения и скитания, очищает от страстей, соединяет с Богом, становится источником духовных и телесных благ.

О спасительной силе молитвы говорит следующий стих псалма: И буде яко древо, насажденное при исходищих вод, еже плод свой даст во время свое, и лист его не отпадет, и вся, елика аще творит, успеет (3).

Дерево – это мистический образ праведника, способного устоять во время разбушевавшейся стихии, не погибнуть в засуху. Сравнение с деревом подчёркивает величие того, кто укрепился волей в законе и поучается ему. Мощное дерево, растущее у источника, поражает всех красотой, свежестью, мощностью кроны, богатыми плодами, густой тенью в жару.

Исходище вод не может не напоить. И слово Божие не может измениться. Об этом говорит Христос: «доколе не прейдёт небо и земля, ни одна иота или ни одна черта не прейдёт из закона, пока не исполнится всё» (Мф. 5: 18).

В Священном Писании благодать Божия часто именуется живой водой, которая очищает, освящает человека (см. Ин. 4: 10). Праведник никогда не остаётся духовно бесплодным. Его жизнь, поступки воздействуют на окружающих. А если Бог дал ему дар слова – пророческий, проповеднический или просто способность излагать это, человек принесёт огромные плоды, которыми потом будут жить поколения людей. Священное Писание передавали пророки – и слова их остались на века.

Дерево, питаемое чистыми водами источника, является символом духовности и праведности, имеющей начало от Бога. Праведники – дерево насажденное, а не случайно занесённое, оно возделано заботливой рукой. Это открывает, что не всякая духовность – от Бога. Господь не велел людям вкушать плоды от древа познания добра и зла – и исключил путь «всезнания» (Быт. 3: 5). Есть в Библии и другие примеры, из которых видно: Творец решительно запретил приносить Ему чуждый огонь, самоличную форму богослужения (см. Чис. 26: 61). Подлинная духовность – от Духа Божия. «Не всякому духу верьте», – заповедали апостолы (см. 1 Ин. 4: 1).

На Древнем Востоке идея бессмертия часто передаётся словами «растение жизни», «древо жизни». В Новом Завете повторяется, что сила роста – во власти единого Бога. «Да и кто из вас, заботясь, может прибавить себе росту хотя на один локоть?» – говорит Спаситель (Мф. 6: 27). И апостол Павел писал: «Я насадил, Аполлос поливал, но возрастил Бог» (1 Кор. 3: 6).

Любое дерево приносит только ему свойственные плоды: еже плод свой даст во время свое. Через семена, заключённые в плодах, воспроизводится жизнь природы. «Не может дерево доброе приносить плоды худые, ни дерево худое приносить плоды добрые»; «Итак, по плодам их узнаете их», – учит нас Спаситель мудрости безошибочного различения доброго и злого (Мф. 7: 18, 20). «Рождённое от плоти есть плоть, а рождённое от Духа есть дух» (Ин. 3: 6).

В нашем мире всё определено временными сроками, происходит во время свое: рождение, плодоношение, смерть. Праведник – не исключение из законов земного бытия: для него отведено время, сфера деятельности, место на свечнице, чтобы жизнь его была светом миру и солью земли (см. Мф. 5: 13–14). Жизнь праведных – в руках Божиих, и Господом направляются их стопы.

И лист его не отпадет. Листья украшают дерево, придают ему благообразие. Это символ внешних дел человека. И ещё, по мысли святых отцов, листвием (листвой) называется всё, что внешне необходимо для духовной жизни: воспитание, образование науками, искусствами. Листва нужна для органической жизни, но если нет плода, жизнь становится пустоцветом, обречённым на вымирание, а лист – лишь красивой внешностью.

Всё, свойственное человеку: его характер, природные особенности, приобретённые навыки, – не отпадет, не уничтожится при стяжании благодати Божией, а сохранится и расцветёт.

Во временной жизни праведник всё успеет сделать: вся, елика аще творит, успеет. Жизнь каждого из нас идёт своим порядком. Мы строим планы, часто хотим стать генералами. Но мало кто принимает во внимание самого опасного врага наших замыслов – время. Оно подстерегает нерадивых и ленивых на каждом шагу. Как евангельский тать, обкрадывает духовно и физически, посмеивается над нашими иллюзиями (см. Ин. 10: 10). Многие, не стяжав духовных основ, к концу жизни сидят у разбитого корыта.

Самое трудное – увидеть вечное в потоке времени, постичь суету и механичность преходящего мира. «…сия есть победа, победившая мир, вера наша», – писал Иоанн Богослов (1 Ин. 5: 4). Вера – мост, соединяющий два мира: временный и вечный. Движение времени побеждается Божественной благодатью. Земля становится матерью, в лоне которой мы рождаемся для Небесного Отечества. И успеет тот, кто здесь осуществит своё призвание.

Не тако нечестивии, не тако, но яко прах, его же возметает ветр от лица земли (4). Двойным отрицанием, словно похоронным набатом, псалом возвещает нечто трагичное, пришедшее к завершённости: не тако нечестивии, не тако. Что это? Конец пути человека, в жизни которого всё было не так, как заповедано Господом. Не так оценена жизнь – дар Божий. Не так воспринимался мир – временный и вечный. Неразумное, плотское отношение к себе и своей душе – образу Божию, умноженное на дурную беспечность, низводит нечестивца до скотского состояния. И даже до праха земли. Ветер времени, поднимая этот прах, развевает его, уносит в безвестность: яко прах, егоже возметает ветр от лица земли. Презревший небесное лишается и земного. Талант отбирается у того, кто зарыл его в землю (см. Мф. 25: 25).

Ветер – ветр – это сама природа нашего мира, постоянно меняющая свой лик, ускользающая. Всё, не укоренённое в вечности, падает и разлагается от лица земли. Но где же то место, где суждено этому праху осесть? Евангелие обозначает его как «тьму внешнюю: там будет плач и скрежет зубов» (Мф. 8: 12).

Грандиозные замыслы нечестивых всегда оказываются пустыми, хотя это не сразу видно. То, что не соединено с Богом и Творцом, обязательно исчезает. Это прекрасно понимали праведники: в видимом мире всё разрушается – даже горы.

Сего ради не воскреснут нечестивии на суд, ниже грешницы в совет праведных (5). Не встанут нечестивые на суд, не войдут грешники в совет праведных. Этот стих смутил меня и моих товарищей, когда мы учились в Духовной академии. У нас был хороший преподаватель древнееврейского языка, и мы как-то задали ему вопрос:

– Как же так: «не воскреснут нечестивии на суд»?

Церковь говорит о всеобщем воскресении, а они что же – не воскреснут и не будут судимы? Но в евангельской притче о Страшном Суде сказано: все станут перед лицом Господа – и грешники, и праведники (см. Мф. 25: 31–46).

Преподаватель объяснил нам, что славянский перевод псалма здесь не точен. Оказывается, грешники не приобщатся свету воскресения, который определит и усугубит их участь. Суд уже осуществился над ними, и восстанут они, чтобы принять наказание. Подобно тому, как убийцу, взятого в момент совершения преступления, ведут на суд не для доказательства вины, а для вынесения приговора.

Впервые в псалме из сословия нечестивых выделяются грешники: ниже грешницы в совет праведных. Блаженство и нечестие – понятия взаимоисключающие, а грешник – нечто среднее между ними. По природе он тяготеет к роду блаженных, знает Бога. А по действиям – подобен нечестивым, отступил от заповедей Господних, не исполнил их.

Его участь менее сурова. Он восстанет на праведный суд, но не войдёт в совет праведных – сообщество святых. Тут отразились представления, свойственные Ветхому Завету. Искупитель Христос имеет власть прощать грехи кающимся грешникам и вводить их в Царство Божие.

И последний стих: Яко весть Господь путь праведных, и путь нечестивых погибнет (6). Все мы существуем перед лицом Божиим. Праведнику Создатель особо покровительствует: весть (знает) Господь любящих Его. А нечестивые неминуемо идут к гибели.

Первый псалом поётся за всенощным бдением.

Как ключ, он открывает вход во Святилище, где идёт постоянное служение Богу. Псалом называется предначинательным. В начале серьёзных книг обычно бывает предисловие, объясняющее, о чём здесь пойдёт речь. И он подобен такому предисловию: в нём говорится о двух путях жизни, которые выбирают люди, – праведном и нечестивом. О том, как совмещаются оба пути: человек может изменить праведности и предпочесть грех, а может отказаться от нечестия и стать на путь оправдания. Вся Псалтирь говорит об этом.

Псалом второй

У каждого псалма есть основная мысль. Второй псалом Давида-царя считается мессианским, потому что в нём присутствует прямое указание на Мессию – Христа, Помазанника Божия, пришествия Которого ожидал богоизбранный народ Израиля. Спаситель должен был открыть новый путь народам, просветить язычников.

Пророк и царь Давид тоже был Помазанником Божиим и даже прообразом Христа. Ему было обетовано: Спаситель родится на земле от его потомков. Господь возлюбил Давида за кротость, чистосердечие, мужество и дал ему высочайшее ведение духовного мира, непоколебимую веру, талант полководца и строителя царства Израилева. А ещё – самый высокий дар слова, исполненного пророческой силы и божественной поэзии, способность выражать поэзию в музыке. И всё это богатство дарований имело единую цель – славить имя Господне денно и нощно вместе с ангелами, людьми и всем тварным миром.

Мы знаем, какие свирепые бури претерпел Давид в течение жизни. Он прозревал умными очами: всё это происходит именно из-за тех великих даров благодати, которые излил на него Господь. И ему нетрудно было постичь в пророческом откровении, что подобное, но только в большей степени, будет происходить на земле и с Мессией.

Итак, начало второго псалма такое: Вскую шаташася языцы, и людие поучишася тщетным? (1). Пророк задаёт вопрос: вскую – для чего блуждают народы, не имеющие спасительной веры в Творца неба и земли, не обращающиеся к Нему сердцем и умом? Их жизнь поэтому – хождение в лабиринтах заблуждений. Такой путь всегда бессодержателен, на нём человек учится тщетному – пустому. Об этом предупреждал апостол Павел: наступят времена, когда люди будут очень много учиться, но не научатся истине (см. 2 Тим. 3: 7).

Апостол прекрасно передал дух праздности, господствовавший в греческом городе Афины. Представители знати, люди избранные готовы были постоянно поучаться тщетному: всё время проводили в спорах, диспутах, обсуждая мифологию, астрологию, многообразные религиозные традиции. Для этого в ареопаг приглашали представителей иных народов, чтобы они рассказывали о своих верованиях, философских взглядах (см. Деян. 17: 18–21). А простой народ в Афинах интересовался магией, разного рода суевериями. Вот одна из причин брожения умов, вызывавшего возмущение в целых странах.

Когда апостолы стали проповедовать Христа со властью, совершая множество чудес, разве могло общество, закоренелое в языческих представлениях, не прийти в смущение, зависть и негодование?

Предсташа царие земстии, и князи собрашася вкупе на Господа и на Христа Его (2). Из Священной истории известно о многократных попытках языческих царей объединиться и низложить Израильское царство, разорить святыни народа. Нечто похожее происходило и после воскресения Христа, когда апостолы получили власть благовествовать среди язычников. Правители многих стран, как отмечено в Книге деяний, строго запрещали проповедь Спасителя или просто изгоняли апостолов. И Пётр словами второго псалма объяснил пророчество царя Давида: Предсташа царие земстии, и князи собрашася вкупе (см. Деян. 4: 24–29). Здесь слово предсташа выражает мысль не о военных действиях, а, скорее, о единодушии правителей в неприятии благовестия о Христе. Цари и князи, столкнувшись с тем, что непонятно и соблазнительно для них, тоже стали объединяться и противостоять апостольской проповеди.

Противление слову Божию всегда было и будет.

Суть мирской жизни – в скрытой вражде против Бога, поэтому на земле всегда бушуют войны. И злые духи признавались в этом Христу через гадаринского бесноватого: «…что Тебе до нас, Иисус, Сын Божий? Пришёл Ты сюда прежде времени мучить нас» (Мф. 8: 29).

Верующим людям, тем, кого Господь избрал на служение Себе, важно сохранить верность Его воле. Иначе человек начинает внутренне склоняться не к духовному, а к телесному – и сразу жизнь его становится натуральной, приземлённой. Он теряет укреплённость в Боге, благодатность.

Расторгнем узы их и отвергнем от нас иго их (3). Эти слова часто приписывают народам, которые не хотят выполнять волю Творца: «Зачем нам такие узы?» Но, мне кажется, тут пророк обращается к людям, любящим Бога. «Цари земстии» через свои решения, законы часто создают для них «узы» – трудные условия существования. Не всегда связывают физически, но стараются повлиять на духовную жизнь, склонить к неверию.

Расторгнуть эти узы – не значит поднять мечи и начать войну с власть имущими, которые борются с Господом и Его Помазанником Христом. «…наша брань не против крови и плоти, но против… духов злобы поднебесных», – учит апостол Павел (Еф. 6: 12).

Живый на Небесех посмеется им, и Господь поругается им (4). Бог не враждует с человеком, не смеётся над ним. Но Он меняет жизненную ситуацию вокруг людей и народов. Ничто не вечно. И часто оказывается: нужно было не бороться, а терпеть и молиться, чтобы дух противления Богу исчез.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6