Полина Ребенина.

Дорога к храму. Сборник стихов



скачать книгу бесплатно

www. landing.superizdatelstvo.ru

Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения правообладателя.

© Полина Ребенина, 2017

© ООО «Супер Издательство», 2017

Дорога к счастью

Вечный вопрос

Вечный вопрос – кaк cтaть счастливым? Как создать счастливую семью? Что лучше – отдавать или брать? Жить для других или только для себя? Служить другим людям и вследствие этого, как полaгают многие, стать несвободным? Оказаться в зависимости от другого человека – хорошо это или плохо?

Человек – существо социальное, поэтому в течение жизни мы вступаем в разного рода контакты и союзы с окружающими людьми. Но вне зависимости от того, какой это союз – дружеский или семейный, в нем могут сложиться сложные взаимоотношения, при которых нередко один из союзников начинает доминировать над другим и подавлять его желания и волю.

Вероятно, допустимо и даже неплохо находиться в зависимости от доброго, любящего тебя человека, но и в этом случае есть риск потерять личную свободу. Но попасть в зависимость к человеку эгоистичному и злому страшно. Это означает – стать заложником его жестоких мыслей и поступков.

Много веков и даже тысячелетий в мире господствовала традиционная модель семьи, в которой мужчина отвечал за материальное обеспечение, а женщина рожала детей и занималась домашним хозяйством. Во многих странах Востока и в Африке такая модель сохраняется до сих пор. Эти отношения были достаточно гармоничными и соответствовали природной роли мужчины и женщины. Такой семейный союз отвечал основополагающим потребностям мужчины и женщины в любовной близости, социальном общении, деторождении, совместном домашнем хозяйстве. Однако такой союз предъявлял определенные требования к его членам – верность, постоянство, единство, четкое разделение ролей и функций.

Но уже в XVIII–XIX веке в Европе и в России появились отдельные представительницы женского пола, которые пожелали большей самостоятельности и свободы и начали вносить некоторые изменения в традиционную модель семьи. Появилась семья без любовной близости, например, союз поэта А. Блока и Л. Менделеевой, в котором молодой муж заявил своей жене примерно следующее: “У нас с тобой будут особые отношения, я не унижу тебя обладанием, а ты навсегда останешься моей Прекрасной Дамой!” Известно, что через несколько лет такого брака бедная Люба впaла в отчaяниe от противоестественных отношений, сначала пыталась соблазнить своего необыкновенного мужа, а позднее пустилась в откровенный разгул(2). Такими же были отношения и в известном союзе – Фридрих Ницше, Пауль Рэ и писательница Лу Андреас Саломе, которые жили вместе, и оба мужчины были страстно влюблены в свою “прекрасную даму”, страдали, но не переходили границы дружеских отношений. Впоследствии Лу вышла замуж, но и со своим мужем прожила сорок три года, не вступая в интимные отношения(3).

То, что раньше считалось естественным следствием любви в браке – рождение детей, стало необязательным с изобретением и повсеместным использованием противозачаточных средств, неумеренное употребление которых, как известно, негативно влияет на фертильность женщин.

Многие из них, постоянно употребляя противозачаточные средства, настолько подавляют процесс овуляции в своём организме, что впоследствии родить ребенка становится для них невозможным. И страдают они всю жизнь от того, что по собственному недомыслию лишили себя самого прекрасного чуда на земле – материнства. Ведь это высшее предназначение женщины, не выполнив которого большинство из них не может ощущать себя счастливыми.

Женщины на Западе, да и в России вынуждены были начать работать после того, как правительства в послевоенное время пришли к выводу, что рабочих рук для восстановления экономики не хватает. Конечно, были некоторые феминистки, которые радовались и кричали о свободе и равенстве, но большинство женщин были вынуждены выйти на работу под давлением государственной политики. И в результате их роль в жизни радикально изменилась: они не только стали выступать как жены и матери, но и принимать участие в общественном производстве. Не все женщины этим довольны. Многие, особенно когда дети ещё маленькие, чувствуют себя перегруженными. Они просто разрываются на части. Мне пришлось видеть разных пациенток во время врачебного приема, и есть немало женщин-домохозяек, которые стремятся “выйти в люди” и начать работать, и, наоборот, работающих, которые мечтали бы полностью посвятить себя семье. Очевидно, как всегда, истина лежит где-то посередине.

Жёны стали работать, у них появился собственный доход и вместе с этим независимость от мужей. Мужчины не чувствуют свою ответственность за семью в той же мере, как раньше, ведь есть и другой работник – жена. Женщина часто вынуждена трудиться вдвойне: и на работе, и выполняя роль хозяйки дома. Нарушается баланс, который складывался в течение тысячелетий, когда в семье были два мира – мужчина и женщина, дваполюса – плюс и минус, которые притягивались друг к другу и не могли существовать один без другого. А современная европейская семья превратилась в союз двух равноправных партнёров, которые в принципе могут существовать и по отдельности.

В Скандинавии семья превратилась в экономический союз, когда оба работают, и все домашние обязанности делятся пополам, даже с ребёнком сидят по очереди: полгода она, полгода он. Только грудью мужчина ребёнка не кормит, но, возможно, скоро он и это сможет делать при соответствующем гормональном лечении. Все счета, которые получает семья, также делятся пополам: пятьдесят процентов оплачивает жена, пятьдесят процентов муж. И сексуальная функция семьи нарушена: ведь даже если у мужчины есть желание, а у женщины его нет, и он всё-таки настаивает, то она – как независимый и свободный партнер – может заявить в полицию и обвинить мужа в изнасиловании. И не имеет значения, что они официально женаты. Смысл семьи теряется, поэтому всё больше людей на Западе делают свой выбор в пользу одиночества.

Если до перестройки в СССР все семьи жили примерно одинаково, и доход их существенно не отличался, то всё изменилось с наступлением лихих девяностых. С приходом дикого капитализма в России появились богатые люди. Это стало “лакмусовой бумажкой”, которая выявила хищнические наклонности у части женщин, начавших искать богатого партнёра, чтобы жить за его счет, ничем себя не обременяя. Они считают, что имеют на это полное право, так как муж должен обеспечивать семью, но забывают, что в традиционной семье женщина тоже тяжко трудилась, рожая и воспитывая восемь-десять детей, полностью ведя домашнее хозяйство и подчиняясь своему мужу.

Эти современные российские женщины мечтают иметь домработницу, рожают одного, максимум двоих детей, да еще требуют, чтобы у детей была няня, и никакие другие обязанности выполнять не хотят. Они живут в свое удовольствие, ходят в фитнес-клубы, делают маникюры-педикюры и пластические операции, чтобы сохранить красоту, и при этом желают, чтобы муж их содержал и им подчинялся. То есть в перестроечные и постперестроечные годы возник новый класс женщин-паразитов, желающих беззаботно существовать за счёт своих богатых мужей, не неся при этом никакой ответственности.

И широкие душой русские мужчины нередко попадаются в расставленные ловушки. Этого как огня боятся расчётливые западные мужчины, и поймать их в те же сети значительно труднее. Они боятся, что жена начнет доминировать и будет подавлять их волю. Опасаясь этого, многие европейцы – и мужчины, и женщины – предпочитают одиночество радостям семейной жизни. Они боятся попасть в зависимость от чужой воли, которая далеко не всегда бывает доброжелательной, боятся, что их просто используют, а в худшем случае высосут все соки и выбросят. Недаром существует поверие, что в любом союзе один подлец, а другой дурак.

Хотя и “на старуху бывает проруха”. Вот как описывает наша соотечественница, живущая в Америке, русских женщин, приезжающих туда на постоянное место жительства: “У нас в России много девушек таких есть, которые, к сожалению, себе всяких папиков ищут, у которых есть деньги, и они на их шее висят. Эти девочки сюда тоже приезжают. Меня от этого немного выворачивает. Мне просто жалко американских мужчин, которые ошарашены красотой русской девушки, которая вся такая super nice. А на самом деле что её интересует? Во-первых, деньги, во-вторых, получение документов. Потом она вытирает об него ноги и уходит. Таких русских девочек за четыре с половиной года я видела миллиард. Мне обидно за свою нацию, потому что они теперь все думают, что мы меркантильные сучки. Русские”. (1)

Осмелюсь присоединиться к этому мнению и сказать, что и по моим наблюдениям потребительское отношение среди российских женщин наблюдается чаще, чем на Западе.

Вместе с тем в годы перестройки и постперестроечное время появился в России и другой тип женщин, которые сумели сколотить капитал, разбогатели и полностью поработили своих менее удачливых мужей.

Лев Толстой писал: “Все счастливые семьи похожи друг на друга, каждая несчастливая семья несчастлива по-своему” (4). Великий писатель начал этой загадочной фразой свой бессмертный роман “Анна Каренина”, но не раскрыл, чем же конкретно счастливые семьи похожи друг на друга, в чем именно залог их гармоничного сосуществования. Образцом счастливой семьи и антиподом несчастливых семей Карениных и Облонских выступает в романе гармоничный союз Константана Левина и Кити Щербацкой. Эта семья построена на традиционных ценностях: жена – хозяйка и мать, муж – хозяин и труженик, который в работе на земле и благоустройстве деревенской жизни видит своё назначение. Именно в этой семье уважались и поддерживались традиционные ценности: супружеская верность, преданность и четкое разделение ролей и функций, что и отличало её от двух других союзов. В этой модели традиционной семьи, скорее всего, и видел Толстой залог семейного счастья.

В этой книге, состоящей из отдельных новелл, мне бы хотелось раскрыть хитросплетения разных человеческих взаимоотношений, которые не всегда складываются счастливо и на пользу всех заинтересованных лиц, и попытаться разобраться, что же лежит в основе счастливого союза. Здесь описываются отдельные жизненные истории и коллизии, которые имели место в действительности. Естественно, все имена и места действия изменены, а образы главных героев во многом являются собирательными. В конечном итоге я стремилась вместе с читателями понять, что нужно сделать, каким надо быть, чтобы стать счастливым, и чем конкретно “все счастливые семьи похожи друг на друга”?

Берегиня

В старину некоторых женщин особо отмечали и называли Берегинями. Согласно славянским преданиям таковой могла стать только очень сильная, славящаяся добротой женщина, которая подарила миру много потомков и воспитала их достойными людьми.

Вот такой Берегиней и была моя бабушка Ольга Дмитриевна Юдина. В юности была она скромной и весёлой умницей и труженицей. И внешне была очень милой девушкой – невысокая, стройная, с длинными кудрявыми каштановыми волосами, с синими глазами, всегда чисто, аккуратно одетая и причёсанная. Добрая, деятельная, весёлая и шутливая. Это было просто чудо, а не девушка.

После окончания гимназии начала Оленька учительствовать в средней школe городa Весьегонска. Там и встретила учителя физики и математики Павла Титкова, который и стал её настоящей любовью на всю жизнь. Павел не был картинным красавцем, но был сильным, мужественным, умным, сдержанным, ироничным, и по нему сохли все учительницы в школе, а он смотрел только на милую, весёлую, честную и недоступную Олю Юдину. В школе часто бывали учительские вечеринки, на которых Павел играл на скрипке, а Оленька – на виолончели. Никто их не учил играть на этих инструментах, и в музыкальные школы они не ходили, но играли очень хорошо. Бабушка мне уже в старости рассказывала, что Павел так прекрасно, дивно играл на скрипке, что она его именно за это так сильно на всю жизнь и полюбила. Павел был увлекающимся, страстным, как все Титковы, и, несмотря на его ещё молодой возраст, были у него любовные истории и раньше, до встречи с Оленькой.

Бабушка Оля была весёлой, но чистой и очень серьёзной девушкой, и сердце её можно было завоевать только таким же чистым и серьёзным отношением. Павел знал, что лёгкой любви от неё добиться невозможно, и, встретив такую настоящую девушку, он и сам на время стал серьёзным и настоящим. Он совсем потерял голову, не давал Оленьке проходу, ухаживал за ней, обьяснялся ей в любви. В конце концов встал перед ней на колени и попросил стать его женой. И бабушка согласилась стать его женой. Они обвенчались в 1914 году. Ей было тогда двадцать четыре, а ему двадцать два года.

И в том же году началась Первая Мировая война. Новоиспеченный муж Павел Васильевич Титков и брат Оленьки Степан Дмитриевич Юдин были призваны в армию, оказались в одном взводе, и увезли их на запад, в самый дальний конец великой России, в Польшу, где они сражались против немцев.

* * *

Молодая жена Оля так соскучилась, так стосковалась по своему единственному, по своему любимому мужу Павлу, что решила поехать к нему на фронт. Как она добиралась в действующую армию на фронт, один Бог знает. Где можно, ехала на поезде, а в основном на телеге или в кибитке, запряженной лошадьми: ”Эй, ямщик, скорее трогай!”, – от одного постоялого двора до другого. Перемена лошадей – и снова в путь. Ехала одна, и дорога заняла, наверное, несколько недель. Совершенно одна и с очень небольшими деньгами проехала пол-России, прошла каким-то образом через все военные кордоны и нашла-таки своего Павла в далёкой Польше.

Все в полку, и не меньше других сам Павел, были поражены таким небывалым поступком – приездом Оленьки на фронт, на передовую. Повидала Оленька своего горячо любимого мужа, побыла с ним несколько дней, а потом вынуждена была отправиться обратно, поскольку дольше оставаться с ним ей не позволили. Не было возможности для жены находиться в действующей армии. И проделала она тот же далёкий путь обратно, но уже не одна, а с маленькой жизнью, плодом их любви, с моей мамой под сердцем.

Сколько же любви, страсти, верности, преданности, внутренней силы, самоотверженности было в этом её поступке! Как сильно Оля любила своего мужа, как рвалась к нему, как мечтала быть вместе с ним! Она не могла просто сидеть сложа руки и плакать в ожидании или утешаться с другими кавалерами, как делали её родственницы и подруги, многие другие молодые жёны. Оленька была верной и сильной. Она полюбила один раз и навсегда и поехала к своему мужу на край света, чтобы быть рядом с ним, чтобы помочь ему, чтобы разделить его жизнь и судьбу. И поэтому проехала она тысячи километров по ужасным российским дорогам, мучилась, недомогала, но сильнее всего было стремление оказаться рядом с Павлом. Она летела, как на крыльях, к своему единственному. И верила, что и она была его любимой и единственной.

Через восемь месяцев после возвращении из Польши родила бабушка Оля их первую дочку, Марию, мою маму. А через год приехал на побывку её брат Степан и рассказал своим родителям и сестре Оле, что Павел на фронте «шалит», не хранит верность своей жене и встречается с другими женщинами. Для бабушки это стало тяжёлым ударом. Наверное, в первый раз она, чистая и верная, столкнулась с предательством и вероломством. И не от кого-то чужого, постороннего, но от самого близкого и любимого человека, её мужа, ради которого она была готова пожертвовать всем.

* * *

В Петербурге захватили власть большевики. Они выступали за поражение своей страны, России, в войне, поэтому обьявили всеобщую демобилизацию, и солдаты и офицеры стали возвращаться домой. Вернулись и Павел Титков со Степаном Юдиным в Весьегонск. Они оба стали уже унтер-офицерами царской армии.

Зажили Павел и Ольга мирной семейной жизнью в родительском доме Титковых в старом Весьегонске. Оба продолжали учительствовать. Оля родила одну за другой четырех дочек – Марию, Татьяну, Зинаиду и Веру. Павел ждал сына, сердился, что рождались только девочки, и когда родилась последняя из них – Верочка, он полгода даже к её кроватке не подходил, так был недоволен, что опять получил не сына, а дочку.

Оля везде поспевала: и работала, и за детьми ухаживала, и дом вела, и в огороде копала и сажала, и в поле пшеницу сеяла на зерно. Она мне рассказывала, что трудиться приходилось не покладая рук, и схватки обычно начинались, когда она работала в поле или на огороде. Тогда она шла домой, и «добрый» Павел не отказывал, запрягал лошадь и отвозил её в больницу. А Павел жил дома барином, в семейных делах принимал участие небольшое, был вечно занят делами общественными или ”государственными”. Времена были непростые, непонятные, дела творились на Руси страшные. Естественно, что терпеть тот новый порядок, а точнее, беспорядок, тиранию, которые принесла c собой новая большевистская власть, местная интеллигенция не могла.

Самые активные её представители начали тайком собираться и строить планы, как сбросить ненавистную советскую власть. И, конечно, Павел Титков не мог остаться в стороне и вошёл в эту организацию. Семья Титковых-Юдиных числилась у новых властей среди неблагонадежных как семья бывшего царского унтер-офицера. Бабушка рассказывала, что как-то нагрянули местные чекисты с обыском к ним домой. Перевернули, перетряхнули весь дом, но ничего не нашли. А Павел сидел ни жив ни мертв, потому что прятал в доме револьвер и знал, что за хранение оружия его немедленно расстреляют. И бабушка знала, где муж хранил оружие, и пока чекисты обыскивали одну комнату за другой, выскользнула из дома под каким-то благовидным предлогом и выбросила револьвер в уборную. Так она его спасла от неминуемой смерти в тот страшный день. Чекисты всё равно забрали дедушку ”по подозрению”, и он просидел в тюрьме целый год, но в конце концов его выпустили, очевидно, за отсутствием улик.

* * *

Гражданская война закончилась, но бедам и невзгодам не было конца. Крайняя нужда и голод поразили всё население России, и семье Титковых-Юдиных приходилось тяжело. Вечная труженица, бабушка Оля, выбиваясь из сил, тащила семейный воз… Её день был расписан по минутам. Вставала ни свет ни заря в четыре часа утра, бежала доить корову, потом выгоняла её на пастбище, возвращалась и топила печку, ставила в печь чугунки и сковородки, готовила еду на день. А потом поднимала детей, кормила их, ждала соседскую девчонку-няню, которая присматривала за детишками, пока она была на работе, и бежала в школу. Потом рабочий день в школе. Она преподавала математику. Её любили и дети, и учителя, потому что она была доброй, внимательной к детям и старалась учить их на совесть.

А после школы опять домой – к детям и мужу Павлу (если он дома был): накормить всех, прибрать, посуду вымыть, постирать, детьми заняться, огородом. Вечерами она ещё находила время заниматься математикой с отстающими учениками. Придут они к ней домой, она разложит листочки бумаги, поставит тарелку с морковкой на стол и учит их решать задачки. А потом корову надо домой пригнать и опять её подоить. И ещё на ночь печь истопить. А по ночам строчила на швейной машинке – дочкам платьица из старья перешивала. Трудилась она денно и нощно, но была всегда весёлой, неутомимой и умудрялась шутить и создавать в доме удивительную атмосферу любви и счастья.

Четыре дочери Ольги и Павла росли, как грибочки. Как рассказывала наша весьегонская соседка: «Иду я мимо дома Титковых, а в каждом окошке сидит по девчонке, и каждая морковку грызет!» Но, конечно, они не только на морковке выросли, ведь готовила моя бабушка необыкновенно вкусно – она была на это мастерица. Было бы из чего готовить, и если было из чего, то готовила такую еду, что пальчики оближешь.

Жили они в основном натуральным хозяйством, то есть морковку, картошку, капусту, огурцы, горох бубушка выращивала на собственном огороде, молоко давала корова, телёнок шел на мясо. Хлеб, муку и соль покупали в сельпо. Из леса приносили чернику и грибы. Дедушка был заядлый рыбак, поэтому в доме часто бывала рыба, которую бабушка и жарила в печи, и вялила, вывешивая на чердаке, и пекла пироги со щукой.

* * *

В эти годы появилась у Павла новая спасительная идея – уехать в Сибирь, подальше от Советской власти, притеснений и голода, там обустроиться и зажить спокойно и в достатке. Стал уговаривать бабушку поехать с ним. Но она отказалась, хоть и горько ей было расставаться с любимым Павлом, но она не хотела рисковать маленькими детьми и отправляться с ними в путь в полную неизвестность. В Весьегонске им жилось тяжко, но здесь она всё-таки как-то умудрялась справляться, здесь жизнь былa привычной, и родные – братья и сестры были рядом.

Павел рассердился, собрался и уехал в Сибирь один, бросив семью. Бабушка осталась совсем одна и в полном неведении, доведётся ли им ещё свидеться. Тосковала она и ждала своего, несмотря ни на что, любимого и единственного, хоть и непутёвого мужа.

Прошел год. Как-то, возвращаясь с работы, услышала бабушка от соседки, что вроде бы её Павел в Весьегонск вернулся. Побежала домой, отворила калитку и увидела… палочку подорожную, прислонённую к забору. Сильно забилось её сердечко, и кинулась она в дом, а там действительно сидел её любимый Павел, измученный дальней дорогой. Она его ни о чём не расспрашивала и ни в чём не упрекала, а приласкала, напоила-накормила. И была счастлива, что её муж наконец-то вернулся из дальних странствий домой.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2

Поделиться ссылкой на выделенное