Петр Люленов.

Родить, чтобы воспитать



скачать книгу бесплатно

Он, будучи малограмотным, посчитал, что если бы жил честно, то есть на пятьдесят три трудодня в месяц, то его семья точно голодала бы, чего он допускать не хотел. И поэтому умеренно рисковал и брал столько, чтобы себя обезопасить. Потому что знал – за тонну украденного зерна вора посадят в тюрьму, а за килограммы проворовавшегося только штрафуют на товарищеском суде. И он приносил домой килограммами. Корм сразу скармливал животным и никакой запас не создавал. То есть, даже умеренно воруя, был все время начеку. Делал это очень осторожно, чтобы не попадался в лапы властным органам. Потому что знал, кто попадется, тому власть имущие люди – не прощают! А Фома этого боялся.

Здесь необходимо отметить, что в те тяжелые времена так думали и так поступали все колхозники, и Фома Перцев был одним из них. Однако если остальные работники хозяйства в период уборочных работ усиленно думали, как наиболее безопасно занести домой по полной сумке убираемой продукции и помалкивали, то Фома об этом тоже думал, но не всегда молчал. Особенно когда напивался, открыто говорил об этом. И, может быть, не желая этого, убеждал своих детей, что в наше время, работая в колхозе, надо воровать. Потому что если не украдешь, то пропадешь и с голоду умрешь. И поступая так необдуманно, он нацеливал своих детей на то, чтобы они с малых лет учились умело воровать. А обзывая всех подряд ворами, он утверждал: «Вот посмотрите сами и вы убедитесь, что, даже немного воруя, колхозники еле-еле сводят концы с концами. Зато крупные воры, такие, как председатель колхоза, специалисты и бригадиры – живут роскошно. Вы оглянитесь и невооруженным глазом увидите этих воров, которые живут в больших домах с заморской мебелью. Все купили себе легковые машины. Спрашивается, на какие деньги они их приобрели?» И для убедительности отец семейства перечислял всех селян, у которых были легковые машины, и задавал своим членам семьи вопрос: «Разве может бригадир на свою зарплату в сто двадцать рублей кормить свою семью и еще накопить денег, чтобы купить себе «москвич»? Черта с два! Эти легковые машины нельзя купить, живя только на зарплату! Сказки все это! И я в такие сказки верить не собираюсь». И гордый за то, что он знает всю правду о сегодняшней жизни, складывал три пальца на руке, показывал детям дулю и утверждал: «Не научитесь воровать, будете вот такое получать. И умрете с голоду», – клал указательный палец в рот и демонстрировал, как голодный человек сосет палец.

Отец семейства считал, что, поступая так, проводит воспитательную работу со своими детьми. То есть учит их, как правильно надо поступать в нынешнее сложное время. И был убежден, что обязан ориентировать детей на мелкое воровство, без которого сам не мог обойтись. И еще был уверен, что и в дальнейшем умеренное воровство в колхозе будет процветать, пополняя мизерные доходы колхозников. И не научить своих чад, как правильно себя вести в этой обстановке, он, как родитель, не имел на это право.

Однако Фома Перцев не понимал, что его дети, как промокашка, впитывают каждое грубое слово, сказанное полупьяным родителем, и с этих пор начинают себя нацеливать на воровство.

Потому что отец ясно им толкует: «Работая в колхозе, не украдешь – с голоду умрешь». А самый старший из детей, Илюша, начиная с первого класса, не нацеливал себя на то, чтобы хорошо учиться, чтобы успешно окончить школу, поступить после школы в учебное заведение, чтобы получить специальность, затем начать работать хорошо, зарабатывать и за счет этого устроить свою будущую жизнь. Он все время думал о том, что как только подрастет, станет вором. Начнет умело воровать, заимеет много денег и будет жить роскошной жизнью. Поэтому Илюша всегда внимательно выслушивал сказанное отцом: «Не украдешь – не проживешь», ? и эти слова глубоко проникли в ум подростка. Вот это и привело к тому, что ребенок себя нацеливал на будущую воровскую, легкую и роскошную жизнь. И твердо себя ориентируя на такую ошибочную жизнь, подросток тогда еще не понимал, что жизнь очень сложна. И даже вор тоже встречается с большими жизненными проблемами, и не все ему дается легко и просто. А когда в этом разберется, то исправить уже ничего не сможет. Но проследим за всем по порядку.

Надо сказать, что в доме Фомы Перцева была одна женщина, которая не соглашалась с такими рассуждениями молодого хозяина. Это старая мама Фомы и бабушка Илюши Перцева. Слушая сына, она смело вступала с ним в спор. Обвиняла его в том, что он плохо воспитывает своих детей и доказывала, что воровство – это очень греховное дело. И, говоря об этом, напоминала сыну о десяти Божьих заповедях, одна из которых гласит: «Не укради». Обращаясь к внукам, бабушка требовала: «Не слушайте папу! Истинно говорю вам, что и без воровства можно прожить хорошую жизнь», ? и приводила в пример себя и их покойного дедушку, с которым она прожила длинную и хорошую жизнь, притом без воровства. И этим примером бабушка доказывала, что с помощью упорного труда они с мужем вырастили пятерых детей.

Фома любил свою маму и первоначально не спорил с ней. Он только морщился, отрицательно качал головой и убеждал свою мать, что нынешние времена совершенно другие. И при детях доказывал старой женщине, что когда Бог писал свои заповеди, колхозов еще не было. А сегодня, работая в колхозе, без воровства жить невозможно. Но бабушка не сдавалась и всегда доказывала сыну, что воровство – это большой грех перед Всевышним Творцом. Поэтому нельзя воровать, чтобы этим не грешить. И снова требовала от внуков не верить отцу и не воровать, чтобы не гневить этим Бога. Видя, что дисциплинированную и глубоко верующую в Бога бабушку невозможно убедить в том, что современную жизнь надо строить на воровстве, и боясь, что его «воспитательная» работа не достигнет цели, Фома стал убеждать свою старушку-маму, что воровство в колхозе – это никакой не грех. И Бог за такое воровство не наказывает, потому что берут колхозники из общей кучи. А куча эта складывается из урожая, в который вложили труд все колхозники. И приведя в пример себя, при детях твердил: «Как ты, мама, не понимаешь, что я не лезу в карман к какому-то человеку! И не вытаскиваю его кошелек с деньгами! Я привожу к нам домой корм с колхозной фермы, то есть из общей кучи, где лежат корма всех колхозников. И мое воровство не обеднит одного человека, и Бог за это меня не станет наказывать. Иначе он должен будет наказать за воровство всех колхозников, и у него тогда не останется ни одного праведного человека, и все умершие люди перейдут к дьяволу. Потому что, воруя сумками продукцию, все колхозники становятся грешными».

Будучи уверенным, что этим веским примером убедил свою старую маму, что воровать из общей кучи не грешно, Фома начинал довольно смеяться. И дети дружно поддерживали смех отца, что очень огорчало бабушку.

Однако старая женщина не собиралась так просто сдаваться. Она не соглашалась с доводами своего взрослого сына и начинала его убеждать, что воровать из общей кучи еще более великий грех перед Богом. Так как здесь в обиде остается много людей, которые трудились на выращивании общественного урожая. Но соглашалась с Фомой, что дьявол сегодняшних людей ориентирует на воровство, чтобы забрать к себе их грешные души, когда те предстанут перед Богом. И строго предупреждала сына: «И тебя сатана одолел! Немедленно остановись! Подумай и о своей душе! Учти, Бог никому не прощает воровства и тебя тоже накажет за это греховное творение!»

Фома не имел ответа на упрек матери. Выслушивая справедливый ее упрек, он часто молчал и не сердился на нее. Иногда улыбался и только пожимал плечами, что означало: сегодня без воровства обойтись невозможно. И тогда бабушка шла дальше. Она обвиняла сына, что он неправильно воспитывает своих детей, соблазняя их на грехотворение через воровство. Услышав это обвинение, сын морщился, потому что не видел здесь своей ошибки. И бабушка, обращаясь к внукам, снова требовала: «Не слушайте отца! Он сегодня выпил многовато самогона, вот и болтает, не понимая, о чем говорит! Бог никому не прощает сотворенные грехи. А Божью заповедь «Не укради» все люди обязаны выполнять. Слушайте бабушку и никогда не воруйте!»

И после этого требования бабушки, адресованного внукам, хмельной глава семьи сердился на маму, обвинял ее в том, что она агитирует его детей, чтобы они не слушались отца. И снова доказывал, что она не понимает современную жизнь. И доказывая, что только он рассуждает правильно, повышал голос и спрашивал: «Ну, как ты, мама, не понимаешь, что сегодня мы живем совсем в другое время?! Сейчас нет той частной собственности, которая была в ваше время. Сегодня мы работаем в колхозе, где все является общим и, в конечном счете, ничьим. И как я могу в таком случае не учить своих детей умению воровать, когда знаю, что на сегодняшний день все воруют. И не дай бог, если мои дети послушаются тебя и, работая в колхозе, не станут помаленьку воровать. Тогда что с ними будет? Они не смогут даже прокормить себя! Ведь платят в колхозе очень мало. Ну, как я смог бы прокормить вас, если бы не воровал с фермы корма? Тогда мы не имели бы домашнюю скотину. А где в таком случае мы бы взяли молоко, масло, сыр, сало, мясо, брынзу, яйца? И откуда бы я взял деньги, чтобы одеть и обуть своих детей, если не буду продавать ежегодно трех кабанов?»

Перечисляя все это, молодой хозяин нервно загибал пальцы и когда загнул все десять пальцев, то поднял вверх сжатые кулаки и крикнул: «Вот все это мне дают ворованные с фермы корма! И без этого вы все были бы голодными! Неужели и после этого ты, мама, не поймешь, что, работая в колхозе, нельзя обойтись без умеренного воровства. Вот тебе пример, что сегодня невозможно выполнить божью заповедь ”Не укради”!» ? и сердитый Фома опустил поднятые кулаки и разжал пальцы на руках. Мать смотрела на взволнованного взрослого сына, затем перевела взгляд на подрастающих внуков и на этот раз не стала возражать. Потому что то, о чем только что говорил молодой хозяин семьи, было правдой. Хоть и горькая, но правда. Поэтому старая женщина встала, оскорблено закачала головой и, ничего не говоря, пошла к выходу. Но у дверей она обернулась и дрогнувшим голосом сказала: «Поступайте как знаете. Но всегда помните, что воровство является большим грехом перед Богом».

И почувствовав, что своими неопровержимыми доводами смог убедить даже свою старую маму, что в наше время без воровства обойтись невозможно, Фома тоже встал. Он подошел к матери, но даже не улыбнулся ей и не попросил прощения за оскорбление, а, повысив на нее голос, сердито изрек: «Мои дети должны жить по-современному. А сегодня, работая в колхозе, без умеренного воровства нельзя обойтись. Учти, мама, это не те времена, когда вы с отцом были молоды».

Старушка-мать промолчала, хотя в душе она не могла согласиться с рассуждениями выпившего сына, но понимала – на самом деле времена изменились и, к сожалению, в худшую сторону. И ничего больше не сказав, открыла дверь, вышла из комнаты, села на уличную скамейку перед домом, глотнула свежего воздуха и подумала: «Сына своего в воспитании упустила. Его полностью одолел дьявол и крепко держит в своих лапах. Поэтому сегодня я не смогла Фому убедить, что воровство есть большой грех перед Богом. Но внуков своих я не должна упустить. Они будут знать десять Божьих заповедей и выполнять их как Божий закон. Человек, не знающий и не выполняющий законы, завещанные нам Богом, не может быть хорошим человеком. Вот почему каждый должен бояться Бога. Поступая так, человек меньше будет грешить. Поэтому я должна научить своих внуков закону божьему и уберечь их от того, чтобы они не стали антихристами».

И с этого дня бабушка начала проводить необходимую воспитательную работу со своими внуками. К сожалению, и здесь опоздала со своими благими намерениями. И большого успеха в этом не имела, потому что сын ее не поддерживал и все время твердил своим детям, что в сегодняшнее время если не украдешь, то с голоду умрешь. И не только так говорил, но и требовал, чтобы они учились воровать. А когда бабушки не стало, то воспитательный процесс с детьми полностью перешел в руки отца. И когда его мальчики подросли и в летние каникулы начали работать, помогая колхозу убирать выращенный урожай фруктов и овощей, отец пошел дальше в своем ошибочном воспитании детей. Он начал требовать от взрослеющих детей, чтобы они после работы приносили домой по полной сумке убираемой продукции. Этому воспротивилась мать детей, но не потому, что дети нарушали Божью заповедь «Не укради». Она объясняла отцу, что дети еще маленькие, и они не могут и не должны по вечерам приносить домой по полной сумке фруктов или овощей. Но глава семьи не собирался с этим соглашаться. Он кричал на жену и каждый раз убеждал ее, что она в корне неправа и требовал от детей не слушаться маму. Грозился, что накажет мальчиков, если они и в следующий раз придут с работы домой с пустыми сумками. А от их матери требовал, чтобы она помалкивала и не мешала ему правильно, по-современному, воспитывать детей.

Вот так и жила семья молодого хозяина Фомы Перцева. Вот такими были соседи деда Никодима Стойнова, которые жили справа от его дома. Но у него были и соседи с левой стороны от дома. Такие же простые и обыкновенные люди, но совсем по-другому воспитанные.

2. Горожанка

По соседству, с левой стороны дома деда Никодима жила молодая семья. В отличие от Фомы Перцева эти молодые люди не были наследниками дома, а жили в нем на правах квартирантов и совсем короткое время. Но расскажем обо всем по порядку.

Дело в том, что бывшие хозяева этого дома умерли от голода в 1947 году. Их дом опустел, и когда в селе снова нормализовалась жизнь, в том числе и заработала сельская школа, этот опустевший дом стал собственностью сельского совета и использовался для квартирования учителей, которые не имели собственного жилья. Одной из квартиранток этого дома была молодая учительница Александра Васильевна Окунева, которая по завершению учебы в педагогическом институте была направлена в село для работы учительницей начальных классов. В то время направление учителей на работу было строго контролируемым мероприятием со стороны Министерства образования. И поступали так в связи с тем, что в селах не хватало учителей, куда и направляли студентов-выпускников педагогических вузов. И чтобы они не сбежали от сельской «ссылки», им не выдавали сразу дипломы, а вручали их после трех лет отработки в селе. После отработки положенного срока по месту назначения молодые педагоги получали свои дипломы и имели право на свободное устройство на работу в желаемом населенном пункте. Вот почему студенты называли время обязательной отработки в указанном селе сельской «ссылкой». А в связи с тем, что они в основном были жителями городов, селяне называли этих молодых учителей горожанами. Вот и Александру Васильевну Окуневу сельские жители прозвали горожанкой.

Сначала горожанка жила одна в пустующем доме. Ей помогли отремонтировать одну комнату, поставили там крестьянскую печку, а в фойе дома построили большую плиту, на которой могли бы готовить еду жители двух квартир этого дома. Но в связи с тем, что вторая квартира пока пустовала, молодая учительница жила одна и пользовалась плитой в фойе, которое ей служило кухней и одновременно столовой. А единственная жилая комната служила ей рабочим кабинетом и спальней. Мебель в квартире девушки была более чем скромная: одна односпальная панцирная кровать, один рабочий стол, на котором она складывала тетради, книги и готовилась к очередным занятиям в школе, и две табуретки. На единственном, но большом окне, выходящем во двор, висели две скромные занавески, а на стене тикали настенные часы-ходики. Была еще радиоточка, из которой молоденькая учительница узнавала о событиях, происходящих в стране и за рубежом. В фойе тоже мебели было мало: грубый деревянный стол, на котором хозяйка готовила еду и за ним же обедала. Когда садилась есть, то табуретку приносила из жилой комнаты. Вот и все более чем скромное убранство жилой комнаты и кухни-столовой.

Надо отметить, что молоденькая горожанка трудно привыкала к сельской жизни, но не роптала. Она знала, что через три года отсюда уедет к своим родителям, которые жили в большом городе и имели там трехкомнатную квартиру со всеми удобствами. Поэтому нацелила себя на мужественное преодоление сельской «ссылки», после чего получит свой диплом учителя-биолога и будет работать в городе преподавателем биологии. С трудом привыкала к нелегкой сельской жизни: зимой топила печку, разжигала дровами плиту и готовила на ней еду. Там же, для бытовых нужд, грела воду, которую брала из уличного колодца. Продукты питания приобретала в сельском магазине, а молоко, овощи, картофель и фрукты покупала у соседей. И в основном у семьи Фомы Перцева, которые держали дойную корову и продавали молоко по пятьдесят копеек за литр, пополняя этим свой скромный семейный бюджет. Вот так тяжело и скромно жила молоденькая девушка, начинающая учительница, Александра Васильевна Окунева, прозванная селянами горожанкой. И с нетерпением ждала, когда пройдут эти три ссыльных года.

Надо сказать, что жители села уважительно относились к учителям, которые обучали грамоте их детей. И даже старались им помогать, чтобы они лучше приспособились к сельской жизни. Сельский совет обеспечивал квартирантов топливом на зиму, в основном это были дрова. Иногда давали и каменный уголь, который получали целевым назначением по распределению из района. А соседи квартирантки часто к ней заходили, иногда заносили вкусную крестьянскую еду или кусок свежеиспеченного хлеба. И своим посещением подтверждали свое уважение к грамотной интеллигентной девушке. Заходили в гости к молоденькой учителке (так ее называли старые соседи) бабушка Домникия и дедушка Никодим Стойновы. Заходя в гости, всегда благодарили преподавательницу за то, что она обучает грамоте их внука от дочери Даши – Петю Ганева. Он учился во втором классе, и его учительницей была Александра Васильевна. Старый сосед называл молоденькую учительницу доченькой и всегда спрашивал, чем ей помочь. Но молоденькая хозяйка квартиры вежливо благодарила дедушку Никодима и отвечала, что ни в чем не нуждается. А бабушка Домникия, когда пекла хлеб, каждый раз приносила учителке половинку его еще горячего. Та краснела, говорила, что это много, но сразу отламывала себе корочку от еще горячего хлеба и аппетитно ее съедала. Поступала так, чтобы не обидеть гостью, но от остального хлеба отказывалась и всегда говорила: «Зачем вы мне приносите столько много хлеба? Вы старые люди и я вам должна помогать! А не вы мне!»

Бабушка Домникия на эти слова обижалась. Всегда убеждала учителку, что они с дедом живут небедно, а половину булки горячего хлеба она, как хозяйка дома, каждый раз кому-то дарит. И делает это с целью, чтобы Бог засчитал ей эту доброту и простил ей грехи, которые она имеет. Бабушка убеждала девушку, что, поступая так, не обеднеет, а наоборот – Бог за ее доброту еще больше ей помогает. И только поэтому они с мужем уже долго живут совместной и благополучной жизнью. После этого объяснения молоденькая хозяйка квартиры больше не отказывалась от недельного бабушкиного подарка. Всегда брала половину горячего хлеба, благодарила старую соседку за это и желала ей здоровья. Бабушка Домникия оценила учителку как очень вежливую девушку, но обратила внимание, что когда она благодарила ее за подарок, то Бога никогда не упоминала. И отнесла это на счет того, что девушка, наверное, была комсомолкой, а все комсомольцы являются антихристами и в Бога не верят. Но такой вывод сделала только для себя и даже своему набожному старику об этом не сказала.

Увидев, что эта молоденькая девушка живет очень скромно, но на жизнь никогда не жалуется и ничего не просит, а вначале даже от горячего хлеба отказывалась, старики-соседи поняли, что горожанка очень умная, работящая, не ноющая и требовательная к себе девушка. И таких людей нельзя не уважать. И дед Никодим ей предложил: «Если когда-нибудь потребуется моя помощь, то скажешь мне, и я, чем смогу, – помогу. И прошу тебя, доченька, – не стесняйся! Учти, я уже старый человек и мне надо делать людям добро, чтобы Бог признал эту доброту и простил мне мои многочисленные грехи.

Не забывай, что волею судьбы я стал твоим соседом и, как добрый сосед, чем могу, обязан помогать. Так поступают все добрые люди. Не зря в народе говорят, что добрый сосед часто заменяет родного брата».

Девушка улыбнулась старику, сказала спасибо за доброе предложение, подтвердила, что пока ни в чем не нуждается и заверила, что когда будет нуждаться в помощи, то обязательно обратится к старому соседу. Когда девушка говорила, то дед Никодим ее внимательно разглядывал и с точки зрения опытного мужчины оценил ее как привлекательную девушку. Заметив, что ее разглядывают, девушка покраснела. Снова улыбнулась, и на одной щечке ее красивом улыбающемся лице появилась приятная ямочка. Это еще больше усиливало красоту молодого женского лица. И будучи опытным мужчиной, старик думал: «Дураками будут наши сельские парни, если упустят момент и не познакомятся с этой красивой и умной девушкой. Она стройная, терпеливая, женственная и в то же время мужественная и работящая девушка. Такие невесты нечасто попадаются: чтобы были красивы не только внешне, но и душой». Обратив внимание, что старый сосед ее разглядывает, молоденькая соседка опустила глаза и снова покраснела. Старик заметил, что девушка стушевалась, улыбнулся ей и неожиданно признался: «Если бы мне было сегодня двадцать пять лет, то я непременно в вас влюбился бы. Женился бы на вас и из села никуда не отпустил бы! Но что поделаешь, когда приближаешься к семидесятилетию?! Поэтому и говорят люди: всему свое время».



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15

Поделиться ссылкой на выделенное