Павел Сурков.

Queen. Все тайны Фредди Меркьюри и легендарной группы



скачать книгу бесплатно

Серия MUSIC LEGENDS & IDOLS


© Сурков П. В., 2017

© ООО «Издательство АСТ», 2017

* * *

Как появилась эта книга
(вместо предисловия)

На телевизионном экране в утренней программе «120 минут» возник грустный комментатор и сообщил, что в Лондоне, в своем доме, от последствий пневмонии скончался музыкант известной рок-группы Queen Фредди Меркьюри.

Собственно, на этом все и закончилось – даже никаких развернутых сюжетов тогда, в 1991 году, на умирающем советском телевидении не показывали. Но перестройка давала о себе знать – теперь в новостях могли рассказывать не только о смерти очередного партийного бонзы из сопредельного государства (да уже толком и не было их, этих сопредельных государств, мир трещал по швам) – а могли упомянуть и о смерти рокера.

Фредди был нам знаком – Queen до СССР так и не доехали, но успели в 1986 году отыграть в Будапеште. Допуск группы на территорию социалистического государства в глазах советских чиновников от культуры автоматически возносил группу в ранг не совсем «своих», но как минимум давал понять, что слушать Queen уже не совсем запретно, и точно – можно.

Они и пришли в нашу страну во всем своем королевском величии – фильм «Куин» в Будапеште» крутили во всех кинотеатрах, от 10 до 20 копеек за билет, двухчасовое действо с документальными вставками (конечно, об этом концерте вы тоже прочитаете в этой книжке), и где-то в глубине души хотелось верить, что увидеть живых «квинов» мы сможем – здесь уже были и Оззи Осборн, и Uriah Heep, и даже Элтону Джону оказалось можно.

Но – увы.

Что случилось после смерти Фредди – вы, я думаю, знаете. Сотни, тысячи публикаций, обращение посмертной славы культ, странные биографические книги – и так далее, и так далее…

Зато теперь – остановите на улице любого и спросите: «Кто такой Фредди Меркьюри?» – и молодое поколение вам точно ответит: «Певец-гомосексуалист, умер от СПИДа». Не правда ли, не слишком достойная память об одном из величайших музыкантов XX века?

О Фредди выходят десятки книг, но нет ни одной, которая бы ставила своей целью разобраться в его творчестве, понять, чем же так ценно нам огромное творческое наследие, которое он оставил нам за свою недолгую жизнь? Нет, куда интереснее почитать очередной сборник жареных фактов на тему: «Он был «голубым», но любим мы его не за это».

Сперва эта книжка рассматривалась как первая творческая биография Меркьюри – мне действительно хотелось написать книгу о том, как именно Фредди работал, как он сочинял и записывал свои бессмертные песни. А в итоге – пришлось погрязнуть в самом настоящем расследовании истинных фактов биографии великого музыканта. И из творческой биографии книга превратилась в своеобразное расследование.

В этой книжке не будет сочных биографических фактов – зато будут опровержения многих историй, которые отдельные биографы Фредди выдают за истинные.

В этой книге не будет досужих домыслов, не подтвержденных фактической основой – каждый факт перепроверялся не по одному разу, и результаты этих проверок тоже нашли свое отражение в тексте. Полагаю, отдельные граждане могут начать меня ненавидеть за этот текст – и, вправду, есть за что, ведь эта книжка просто призвана разрушить несколько сильно устоявшихся мифов о Меркьюри. Но ничего не поделаешь, говорить правду – легко, а вот слушать – не всегда.

Я встречался со всеми героями этой истории: с музыкантами и менеджерами Queen, с друзьями и родственниками Фредди – десятки часов интервью, дни и часы, проведенные в архивах и библиотеках, поиск новых источников и новых свидетелей. И все ради одной цели – у Фредди Меркьюри должна быть биография. Настоящая. Невыдуманная. Истинная.

Я очень надеюсь, что у меня получилось ее написать. И я очень надеюсь, что в лучшем из миров, где наш герой, согласно его верованиям и верованиям его предков, бесспорно, находится – он хоть одним глазком да и углядит этот мой текст. И я очень хотел бы верить, что ему – понравится.

Я правда старался.

И для вас, дорогие читатели, и для него.


Облегающие трико стали обязательной частью образа Меркьюри середины 70-х


Но уже в конце 70-х он сменил трико на кожаную одежду: черный и красный – были его любимыми цветами

1. Фаррух

5 сентября 1946 года в семье Боми и Джер Балсара произошло радостное событие – у них родился сын Фаррух.

Урожденные иранцы, Боми и Джер жили на острове Занзибар, где Боми работал кассиром в Верховном суде и формально числился сотрудником Британского правительства. Джер следила за домом, и семья, по меркам Занзибара, считалась если не состоятельной, то, по крайней мере, принадлежала к крепкому среднему классу.

Маленький Фаррух рос крепким и здоровым ребенком. «Он постоянно улыбался, – вспоминала Джер. – Я практически не помню, чтобы он плакал, как многие младенцы. Он был на удивление смешливым ребенком – и очень общительным. А еще он просто обожал фотографироваться – с самого младенчества».

Местный фотограф щелкнул годовалого красавчика – и это был первый шаг к славе маленького Фарруха. Портрет Фарруха занял первое место на местном конкурсе фотографии, и фотограф увеличил снимок и выставил его в витрине своего фотоателье. И смеющийся Фаррух еще долго привлекал посетителей к фотографу, впервые прославившему будущую рок-звезду.

В пять лет Фарруха отдают в школу – в местное миссионерское учебное заведение, где англиканские монашки давали детям начальное образование. Обстановка в школе была более чем строгая – условия приближались к спартанским. Однако религиозного давления на учеников со стороны монашек-учительниц не наблюдалось: ученикам разрешалось исповедовать собственную религию.

Семья Фарруха исповедовала зороастризм – древнюю религию, где во главе угла стоял свободный выбор благих деяний, с верой в Ахура-Мазду, Благого Творца, мудрого и всесильного. Но в школе Фаррух изучал и Библию, и уже тогда малыш впервые поразился, сколь близки верования его предков и христианская религия: и там, и там священные тексты учат добру и дают надежду на спасение и вечную жизнь.

Тут важно другое: вопреки многим предположениям, зороастризм и христианство не противоречат друг другу, более того – зороастрийские жрецы напрямую упомянуты в евангельских текстах: они – это маги, волхвы Бальтазар, Каспар и Мельхиор, которые принесли младенцу Иисусу дары с востока – золото, ладан и смирну. И в этом древнем документарном подтверждении непротиворечивости двух религиозных концепций юный Фаррух определенным образом находил утешение: будучи рожденным в зороастрийской традиции, он воспринял и традиции авраамические, сохранив при этом верность вере предков.

«Он с самого детства был чрезвычайно эмоционален и любопытен, – вспоминала Джер. – У него была цепкая память, те вещи, которые ему нравились, он схватывал и запоминал буквально на лету».

Когда Фарруху исполняется шесть лет, у него рождается сестренка Кашмира, и родители решают отправить старшего сына в Индию, к родственникам. В 1954 году восьмилетний Фаррух переезжает в Панчгани, что недалеко от Бомбея, где поступает в английскую школу Св. Петра. Именно там одноклассники начинают называть его на британский манер – Фредди. Ни сам Фаррух, ни его родители не возражают.

В школе царила жесточайшая дисциплина. Сам Фредди так вспоминал о школьных годах: «Это было сложное время, но именно там я понял, как важно уметь распоряжаться собственным временем и четко планировать свой день. У нас были хорошие учителя – может быть, излишне строгие, но хорошие».

В книге дворецкого Меркьюри, Питера Фристоуна, спустя много лет мы прочтем довольно странное свидетельство, что Фредди, дескать, с детских лет привык к роскоши: якобы и в доме его отца постоянно были слуги, и в школе у него был личный камердинер. На самом деле, это не так. В доме Балсара были приходящие работники – но их задачей было помогать матери, занятой с двумя детьми, по хозяйству. А уж ни о какой прислуге в школе Св. Петра не могло быть и речи – это была классическая школа для мальчиков, созданная в соответствии с британскими традициями – ее аналогом мог бы служить Царскосельский лицей: полный пансион, фактически спартанские условия, жесткое воспитание и строгость со стороны учителей и воспитателей (специальных работников, которые следили за детьми в свободное от занятий время – но назвать их прислугой язык не поворачивается).

О причинах подобных домыслов и инсинуаций мы еще поговорим позднее, а пока что вернемся в школу, где юный Фредди постигает основы наук. Он оказался весьма способным учеником – демонстрировал прекрасные результаты в истории и английском языке, великолепно рисовал, но был при этом и чрезвычайно одарен спортивно. «Я плохо играл в крикет и не умел бегать на длинные дистанции. А вот в спринте я был хорош», – вспоминал Фредди. Ему покорился настольный теннис – он даже стал чемпионом школы, а также Фредди демонстрировал неплохие результаты в боксе. Правда, когда мать узнала о спортивных пристрастиях сына, она немедленно написала ему длинное письмо с просьбой прекратить боксировать: «Ты же знаешь, какой это жесткий вид спорта, тебя могут покалечить».

Но самое главное – Фредди неожиданно продемонстрировал склонность к музыке: у мальчика оказался великолепный слух. На это обратил внимание директор школы, который написал родителям мальчика о том, что талант стоит развить – и родители наняли для Фредди учителя музыки. Так Фредди начал учиться играть на фортепиано – а в школе организовал свою первую группу с говорящим названием The Hectics («Беспокойные»).

Музыкального наследия The Hectics не оставили: сохранилось лишь несколько снимков, где ребята позируют на камеру, одетые в одинаковые костюмы. Группа выступала на школьных вечерах и исполняла разные народные песенки и вокальные стандарты. Сам Фредди нашел дома у своей бабушки старый проигрыватель и начал коллекционировать пластинки – оттуда The Hectics и брали большую часть своего невеликого репертуара.

«Вообще-то детство у меня было совершенно обычное, ничего экстраординарного. Я ходил в школу, как все, учился всему тому же, чему учат всех детей – не могу сказать, что я был уж слишком талантливым ребенком», – так Фредди впоследствии отзывался о собственном детстве. Тем не менее среднюю школу он заканчивает неплохо – у него отличные оценки по английскому, истории и рисованию, да и по остальным предметам хорошие отметки.

В 1962 году 16-летний Фредди возвращается к родителям на Занзибар. Он хочет взять короткую паузу после окончания школы и определиться с тем, где продолжать обучение. Но тут в судьбу нашего героя в первый раз вмешивается политика.

В начале 1964 года британское правительство принимает судьбоносное решение по передаче Занзибара (бывшего на тот момент британским протекторатом) арабскому султану. Уже через неделю Занзибар провозглашает независимость, и после ухода британцев на острове начинается восстание. Черное население не хотело менять британскую власть на арабскую – и свергла новую власть. Революция сопровождается массовыми убийствами арабов, индийцев и европейцев – и семья Балсара принимает решение немедленно переехать в Великобританию.

Они обосновываются в Фелтхеме, Боми работает бухгалтером, а Фредди решает поступить в художественный колледж. Для получения проходного балла, он поступает Политехническую школу в Айслуорте, а на каникулах подрабатывает, чтобы откладывать деньги на колледж.

Вспоминает мама Фредди: «Он уже тогда был удивительно щедр. Ему удалось скопить где-то 70 фунтов, когда он пришел ко мне и сказал: «Мама, мне нужна моя чековая книжка». Я поинтересовалась, зачем, а он сказал, что его другу срочно нужно 50 фунтов. Я спросила: «А когда он их отдаст?» – а Фредди только пожал плечами и сказал, что это не имеет значения. Он уже тогда был готов отдать своим друзьям все, что у него было».

Подготовительные занятия принесли пользу: в сентябре 1966 года Фредди поступает в Художественный колледж в Илинге на курс графической иллюстрации.

Художественный колледж оказался настоящим кладезем для мировой рок-музыки: помимо нашего героя в нем учились Ронни Вуд из The Rolling Stones и Пит Тауншенд из The Who. Но и мировому искусству колледж много дал: его выпускниками были знаменитый иллюстратор Толкина Алан Ли и фотограф Том Райт.

Поступив в колледж, Фредди меняет место жительства – он уезжает из тихого и патриархального Фелтхема в Кенсингтон, где снимает крохотную квартирку. Кенсингтон в конце 60-х – настоящая мекка авангарда и нового искусства: здесь раскинулся знаменитый рынок, где торгуют самой модной одеждой и только что вышедшими пластинками, здесь же – магазин «Биба», в котором юный Фредди подрабатывает в свободное от учебы время.

У Фредди появляется новый герой – он становится преданным поклонником Джими Хендрикса, чьи плакаты украшают стены нового жилища Фредди. Он покупает себе подержанную гитару, безостановочно слушает записи своего кумира – и пробует сочинять первые песни. «Времени на занятия особо не было, – вспоминал Фредди. – Приходилось подрабатывать, чтобы хоть как-то прожить, нужно было при этом еще и учиться, так что я лихорадочно заучивал основные аккорды, чтобы суметь сыграть на гитаре хоть какую-то мелодию».

В деле освоения нового инструмента Фредди помогает его приятель – Тим Стаффел. Тим прекрасно разбирался в музыке и играл на бас-гитаре в любительской группе Smile. В отличие от Фредди, который пока даже не задумывался о серьезной музыкальной карьере, у Тима уже была действующая группа – и они даже планировали записать свою первую пластинку.

Любопытный Фредди попросил Тима взять его на репетицию. Тот согласился – и так состоялось знаменательное знакомство: на гитаре в Smile играл студент астрономического факультета Брайан Мэй, а на барабанах – учащийся на стоматолога Роджер Тейлор.


Яркие кимоно, ставшие частью еще одного сценического образа, Фредди привез из первых гастролей по Японии

2. Smile и Ibex

Брайан Мэй родился в 1947 году в Лондоне. На семилетие отец подарил Брайану акустическую гитару, и мальчик стал фанатично учиться играть. Уже через пару лет он играл весьма прилично и начал просить отца подарить ему электрогитару: Брайан мечтал о Fender Stratocaster.

Денег у Мэя-старшего на приобретение дорогой гитары не было, и тогда отец предложил Брайану сделать инструмент самостоятельно. «Мы с отцом соорудили дома целую мастерскую, – вспоминал Брайан. – Для начала мы нарисовали чертеж – и по этому чертежу из самых разных частей собрали гитару. Например, гриф у нее сделан из каминной доски 200-летней давности, а рычаг – из стального лезвия старого ножа. Кстати, о грифе – на нем я сознательно сделал 24 лада, а не 22, как у всех остальных гитар. И еще – в нем есть две дырочки короеда, который много лет грыз камин».

Уникальный инструмент делался два года – маркеры ладов и колки Брайан и его отец сделали из старых пуговиц, а корпус отделали красным деревом – отсюда и название, которое Брайан дал своему детищу: Red Special. Работа над гитарой завершилась изготовлением звукоснимателей: Брайан купил набор датчиков Burns Tri-Sonic и перемотал их в обратном направлении, чем изменил их полярность, и экранировал, чтобы снизить фон.

Довершает специфический саунд гитары Мэя и своеобразное звукоизвлечение, Брайан ставит на гитару толстые струны, а играет на них 12-пенсовой монетой, а не медиатором. Позднее, когда 12-пенсовки выйдут из обращения, а наши герои перейдут в беспрекословный статус международных звезд, Британский монетный дом выпустит партию увенирных 12-пенсовиков с профилем… нет, не королевы, а Брайана! Беспрецедентный случай в истории монетного дела!

Но, впрочем, до этого еще далеко – пока что Брайан лишь делает первые шаги на музыкальном поприще. Но и будучи уже титулованным гитаристом, настоящей рок-звездой, Брайан признавался: «В душе я все равно все тот же мальчишка с гитарой. Меня мало кто может понять – даже в группе, я постоянно вожусь с гитарным звуком, пробую какие-то новые штуки. Мне безумно нравится плотный, сочный, громкий звук – и порой приходится идти на компромисс, важно, чтобы звук был адекватен песне, песня – важнее моих амбиций как гитариста. Это – тот самый момент, когда заканчиваются споры, а в дело вступает рациональность».

С новой гитарой можно было начинать серьезную рок-н-ролльную жизнь, хотя и об учебе Брайан тоже не забывал. Он учится в Хэмптон-скул, а затем поступает в престижный лондонский Имперский колледж на факультет физики и математики. Душа Брайана лежала к астрономии, и он даже начал готовиться к защите диссертации, опубликовав две научные статьи – в журнале Nature и в вестнике Королевского астрономического общества.

Свою первую группу – «1984», названную так в честь знаменитого романа Джорджа Оруэлла – Брайан собирает в 1964 году. Группа достигает определенных успехов – в 1967 году они даже аккомпанируют Джими Хендриксу на одном из клубных концертов. Но ровно через год состав разваливается – в группе остаются только двое: сам Мэй и уже знакомый нам Тим Стаффел, игравший в «1984» на бас-гитаре, а заодно бывший вокалистом. Два друга решают найти барабанщика и организовать новый коллектив.

Они дают объявление, подкупающее своей амбициозностью: «Требуется барабанщик класса Митча Митчелла/Джинджера Бейкера» – и одним из первых откликнувшихся на объявление был студент медицинского факультета Роджер Тейлор.

Роджер Мэддоуз-Тейлор родился в 1949 году. В восемь лет мальчик увидел, как его кузина играет на гитаре и тоже захотел научиться играть на этом инструменте. Однако родители вместо гитары, которая казалась великовата для малыша, подарили Роджеру укулеле. Мальчик быстро освоил азы игры и немедленно сколотил свою первую группу под названием The Bubblingover Boys, которые начали играть скиффл. В 11 лет мальчика отдали в хор, но Тейлору хотелось научиться играть на барабанах. Свою первую барабанную установку он смастерил сам из старых кастрюль, и, глядя, с каким упоением мальчик колотит по жестянкам, отец сжалился и подарил Роджеру настоящие барабаны.

В 14 лет Тейлор вместе с друзьями основывает свою вторую группу – Cousin Jacks. В ней Роджер сперва играет на гитаре, но затем пересаживается за барабаны. Группа просуществовала недолго, всего год, но Тейлор не сидит на месте, а начинает играть в команде под названием Johnny Quale And The Reaction.

После окончания школы Роджер едет в Лондон, чтобы учиться на стоматолога. Тут-то ему на глаза и попалось объявление Мэя и Стаффела. Молодой и амбициозный барабанщик, весельчак и балагур, обладавший хорошим высоким голосом, естественно, пришелся по сердцу Брайану и Тиму. Так группа Smile приобрела своего третьего и последнего участника.

Впрочем, состав группы был не слишком стабилен – костяк коллектива составляли Тим, Брайан и Роджер, а к ним периодически присоединялись то сессионные клавишники, то второй гитарист Крис Смит, то басист Майк Гроуз, периодически на концертах освобождавший Стаффела от обязанности играть на бас-гитаре: Тим мог просто петь. И, надо сказать, определенных успехов Smile достигли: помимо того, что Брайан и Тим активно писали песни, группу оценили и в узких кругах прогрессивных поклонников: однажды Smile доверили выступить на разогреве у Pink Floyd.

Фредди любил приходить на репетиции Smile и даже по-хорошему завидовал Тиму: у того была настоящая группа, они сочиняли песни, а у Фредди в активе пока был лишь школьный опыт игры в The Hectics.

В 1969 году Фредди получает диплом по специальности «графический дизайн» и решает активно заняться музыкальной карьерой. Он знакомится с группой Ibex из Ливерпуля, приехавшей покорять Лондон. В группу входили гитарист Майк Берсин, басист Джон Тейлор и барабанщик Мик Смит, и им срочно требовался клавишник и вокалист, так что Фредди пришелся как раз ко двору.

Вспоминает Мик Смит: «Мы все неплохо владели инструментами, но толком петь никто из нас не умел. А Фредди нас сразу покорил – у него был очень сильный голос, при этом он был совершенно не кичлив. С ним мы поняли, что наконец-то состоялись как коллектив и можем чего-то добиться».

Этим же летом Фредди и Роджер открывают лавочку на Кенсингтонском рынке: денег, которые концертами зарабатывают Smile и Ibex, на жизнь явно не хватает. Друзья начинают торговать одеждой, которую сами дорабатывают – делая авторские вещи в псевдовикторианском стиле. Торговля идет довольно бойко – Роджер однажды под шумок загнал даже пальто, принадлежавшее Фредди.

Музыканты Smile и Ibex дружат между собой – они даже начинают снимать общую квартиру на Ферри Роуд. «Мы там все тусовались с ночи до утра, – вспоминает Мик Смит, – и в квартире, которая предназначалась для троих, порой собиралось десятка полтора человек. Каждое утро начиналось с одного и того же ритуала: Фредди просыпался первым, доставал свой белый «Телекастер» и начинал играть и петь Tommy The Who. Он знал всю пластинку от начала до конца».

Джефф Хиггинс, еще один друг Фредди того периода, вспоминал об одном занятном случае: «В квартире завалялась старая акустическая гитара – расстроенная в хлам, которую никто толком настроить не мог. Но однажды пришел Брайан, повертел ее – и начал играть на ней Martha My Dear The Beatles. И он одновременно играл на этой старой гитаре и басовую партию, и партию фортепиано – все на гитаре, представляете? Я смотрел на это открыв рот, Брайан был просто великолепен».



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4

Поделиться ссылкой на выделенное