Павел Мочалов.

Танкист Мордора



скачать книгу бесплатно

– Эй, боец, пику подними! – Гудрон, похоже, и дыхания не сбил. – Становись, орочье отродье!

Поредевший десяток торопливо построился, поедая грозного начальника глазами. Гудрон прошелся вдоль строя, неуловимо напоминая старшину Макухина, обнаружившего крупное упущение суточного наряда.

– Еще недовольные есть? – неожиданно рыкнул на строй Гудрон. Орки откачнулись назад, и даже Сереге захотелось заорать «Никак нет!».

– Так вот, девочки. – Гудрон обвел тяжелым взглядом десяток и обнажил крупные клыки. – Если еще хоть одна вонючая пасть откроется не по делу или если я замечу хоть малейшее непочтение к начальникам, поставленным над вами самим Темным Властелином, пожалеет весь десяток. Не понимаете кочанами капусты, которые у вас вместо голов, поймете через ноги или другие, гораздо более нежные места. Ему, – палец Гудрона указал на распростертое в пыли тело бывшего командира, – давали шанс на исправление, даже два. Как он им воспользовался, все видели. Вопросы есть?

– Никак нет! – рыкнули восемь орочьих глоток.

– Командуй, Зирган.

Вновь назначенный десятник выбежал на кривых ногах из строя и, размахивая сломанным шестопером покойного Гурлуга, что-то завопил. Десяток сделал поворот «направо», заставив Серегу усмехнуться, а Гудрона поморщиться:

– Позанимаешься с ними вечерком, Зирган. Худшего назначишь собирать дерьмо во дворе. Все, вперед.

– Поехали, – приказал Анарион троллям. Танк качнулся и покатился вперед. Орочьи пятки снова ударили в пыль.

Дальнейший путь проходил без происшествий, и через час танк вкатился на полигон, представлявший собой ложбину между двумя высокими щебнистыми грядами. Шириной метров в триста и длиной почти в километр заполненная мелкозернистым песком ложбина упиралась в выветренную скальную стенку. Вдоль скалы виднелись фрагменты крепостных стен с воротами, пара низких башен из бутового камня и кирпича и еще какие-то сооружения. Весь ближний край полигона заполняли разнообразные метательные машины, как целые, так и разобранные. Грудами лежали разнокалиберные камни, и посреди всего этого средневековья гордо красовался аккуратно сложенный штабель зеленых ящиков. Тролли подкатили танк к штабелю и по команде Анариона установили его на более или менее ровной площадке.

– Пока свободны, но ждете здесь, – распорядился Анарион. Тролли выдохнули, ссутулились и побрели в тыл полигона, переворачивая по пути попадающиеся камни и тыча подобранной корягой в щели.

– Чего это они? – спросил Серега, спрыгивая с танка.

– Змей ищут, – махнул рукой Анарион, – или ящериц, что попадется. Шкура у них каменная, желудок почти такой же, а жрать они хотят постоянно. Вот и ищут, чего поймать. Эй, Зирган, скажи своим, чтобы не разбредались, попадетесь троллям там, где не видно, – конец.

Орки и так являли собой образец воинской дисциплины, переминаясь с ноги на ногу в строю из двух шеренг и косясь на Гудрона, с комфортом расположившегося в тени единственного чахлого деревца.

Серега с Анарионом пошли смотреть ящики, за которыми Серега обнаружил бронзовую трубу на деревянном срубе, направленную в поле.

– А это что, пушка, что ли?

– Пушка.

Только использовать ваши снаряды мы так и не смогли. Товарищ прапорщик сильно ругался, косорукими нас обзывал, ну и разными другими, не совсем понятными словами. Единственное, чего мы добились, – выстрел каменным ядром. Потрошили заряд, порох вручную запихивали в пушку, забивали пыж, ядро и поджигали с торца раскаленной проволокой. Сколько труб разорвало, сколько орков поубивало за эти годы, – не счесть. Но дело даже не в прочности, в конце концов, мы опытным путем создали сплав, позволяющий делать до тридцати выстрелов, – Анарион похлопал трубу, – но точность, Сергей Владимирович, точность никуда не годилась. Хорошо отрегулированная катапульта кладет в переводе на ваши меры килограммовую стрелу на дальности триста метров в круг с радиусом тридцать сантиметров и пробивает при этом доску толщиной пять сантиметров. А это сооружение? Дальность стрельбы, конечно, больше, но разброс, не говоря уж о скорострельности… В общем, Повелитель приказал все работы по этой теме закрыть. Товарища прапорщика хотел обратно вернуть, но ему у нас понравилось, сами понимаете: вино, женщины, слуги. Переселили на Нурнен, там хорошо, совсем не так, как здесь, в Горгороте. Больше я его и не видел. А пушку Повелитель приказал оставить, как образец технической мысли.

– А вы сами-то местный? – заинтересовался Серега.

Лицо Анариона словно подернулось камнем:

– Нет, я – нуменорец.

У Сереги отпала охота расспрашивать дальше, и он вернулся к чисто техническим проблемам:

– Потребуется заряжающий внутри танка и пара-тройка подающих снаружи.

– Но вы же рассказывали, что заряжать можно специальным механизмом?

– При запущенном двигателе. Да и не уверен я, что автомат заряжания вообще работает. Она же учебная, для вождения.

– Ничего, назначим орков. Эй, Зирган, ну-ка трех самых толковых сюда! Остальных расставь в оцепление, чтобы ни одна живая или мертвая душа незаметно не подкралась.

Вместе с орками подошел Гудрон:

– Господин капитан хочет стрелять лично?

Серега пожал плечами:

– А кто еще-то?

– Но все эти стреляющие штуки наших инженеров периодически разваливаются или взрываются, – озабоченно почесал затылок Гудрон, – а я отвечаю за вашу безопасность. Может, кого-то из орков заставим? Если с вами что-то случится, Повелитель сдерет шкуру, натрет меня солью и прибьет к стене Лугбурза. А когда я сдохну, натянет шкуру обратно и превратит в живой труп. Я не преувеличиваю кару, господин, скорее преуменьшаю.

Анарион тоже покачал головой:

– Он прав, господин капитан. Всякое бывает. И мне заодно достанется.

– Да надежная машина, – не совсем уверенно пробормотал Серега, – чего с ней будет? А как я растолкую этим баранам, что нужно делать?

– Вы зарядите пушку, потом покинете машину, а с проволочкой мы пошлем орка, – предложил Анарион.

– С какой проволочкой? – не понял Попов.

– С раскаленной, чтобы выстрелить.

– Да нет, – засмеялся Серега, – там специальный спуск – механический. Ладно, уговорили.

Попов залез на место командира танка. По правде говоря, штатным снарядом из танковой пушки он не стрелял, такое занятие планировалось только в мае с выездом на окружной полигон. Весь стрелковый опыт первого семестра ограничивался тренировкой из 14,5-мм стволика, который вставлялся в ствол настоящей пушки и позволял натаскивать бестолковых пока курсантов без больших материальных затрат.

К счастью (только сейчас стало понятно, что к счастью), Попов сумел схлопотать двойку по огневой подготовке как раз за танковую пушку. Усилиями подполковника Халикова исправление оценки превратилось для Сереги в долгое и мучительное мероприятие. В течение целого месяца во время самоподготовки он отправлялся на кафедру к Халикову и пытался пересдать «неуд», тянувший естественно назад в социалистическом соревновании все отделение, взвод, ну и роту, наконец. Все это доходчиво объяснял Попову командир роты майор Казакевич, закатывая его во внеочередной наряд. «Вам, товарищ курсант, наверное, времени не хватает в течение дня, чтобы подготовиться? – с преувеличенной заботой интересовался Казакевич. – Вот ночью и подучите». В коротких промежутках между бесконечным мытьем туалетов и надраиванием паркета в центральном проходе Попов честно пытался зубрить, но пересдать не мог.

Пушка уже начала сниться Сереге в кошмарах, постоянно обрастая детальками, названия и назначения которых Попов не знал. Коварный Халиков в этих снах неизменно тыкал указкой в одну из только что выросших прямо на глазах курсанта деталей, и, не дождавшись вразумительного ответа, укоризненно качал головой: «Не знаете, товарищ курсант. А ведь скоро сессия. И как вы будете отвечать, ведь в билетах две трети вопросов связаны с материальной частью? Я уже не говорю о дальнейшей службе. Что же вы расскажете солдатам, если сами ничего не знаете? Анекдоты травить будете? Идите и готовьтесь как следует. Родина должна получить специалиста, а не просто хорошего парня».

Незаметно количество проведенных в обнимку с техническим описанием пушки часов вдруг переросло в качество, и в один из декабрьских вечеров Попов неожиданно для самого себя ответил на все вопросы подполковника-педанта. Халиков задумчиво почесал щеточку коротко постриженных усов, на всякий случай проверил Серегины карманы на предмет наличия шпаргалок и молча исправил в журнале через дробь двойку на пятерку. Распираемый законной гордостью, Попов показал журнал сержанту Петренко, но в ответ получил привычное:

– Ну ты и тормоз, Поп. Целый месяц исправлял, баржа волоокая, а мне за ваши двойки Казакевич каждый день задницу на немецкий крест разрывает, понял? Уйди, чтоб глаза тебя не видели.

Серега тогда обиделся на всех сразу: на упертого татарина Халикова с его педантичностью, на Казакевича с его методами воспитания, на Петренко вообще за все, ну и на себя, бестолкового, заодно. Сейчас же Попов испытал чувство глубокой признательности, но только к Халикову. Казакевича вместе с Макухиным и Петренко он с большим удовольствием увидел бы в кресле у Бхургуша. Мило бы побеседовали о том, кто у нас тут тормоз и баржа волоокая, а кто капитан Мордора. (Кстати, что такое «баржа волоокая», Петренко? Как не знаете? А зачем вы так капитана Мордора называли? Может быть, вот эти чудные тиски для мошонки помогут вам ответить? Что значит больно? А Попову, по-вашему, не больно, когда его так обзывают?)

Сладкие мечты прервала орочья морда, сунувшаяся в люк:

– Господин, снаряд!

Серега принял снаряд с зарядом, очищенные от смазки и укопорки под руководством Анариона, вручную вложил их в казенник, а в качестве досыльника использовал обрубок толстой деревянной палки. Клацнул, закрываясь, затвор. Попов снял с блокировки ручной спуск и перелез к наводчику, где выставил дальность в прицеле на девятьсот метров и вывел угольник прицела на вершину кирпичной башни. Выбрался наверх и позвал Зиргана.

Зирган, естественно, выбрал самого щуплого и невзрачного бойца. С трясущимися руками и ногами тот кое-как влез на танк, с ужасом косясь внутрь железного монстра. Сереге пришлось трижды объяснить, на какую деталь необходимо давить. Все так же трясясь всем телом, орк залез в люк наводчика и скорчился на сиденье.

Серега спрыгнул на землю.

– Уши затыкайте, – обратился он к Анариону и Гудрону. – Мы снаружи машины, так что ударит – будь здоров.

Убедившись, что все выполнили его команду, Попов заорал орку:

– Давай, жми!

Пару секунд стояла давящая тишина, нарушаемая лишь свистом ветра и шумным дыханием немного трусившего Гудрона. Серега уже хотел подойти к танку, как вдруг земля под ногами вздрогнула. Тугая волна воздуха ударила в лицо. Танк присел на подвеске и выплюнул ярко-оранжевое пламя, окутываясь пылью. Тусклая в солнечном свете точка трассера пронеслась над башней и врезалась в скалу, полыхнув дымным разрывом. Машина покачалась на торсионах, выгоняя ресивером плотный рукав порохового дыма из ствола, и застыла. Медленно оседала поднятая выстрелом пыль. Слева от себя Серега с удивлением обнаружил Гудрона, стоящего на четвереньках. Ни один из орков на ногах не остался: кто как мог хоронились за валунами и в выбоинах. Из танка доносилось монотонное подвывание стрелка. Справа с расширенными глазами стоял побледневший Анарион.

– Ну вот, – бодро сказал Серега, – все работает как надо. А вы-то чего? Вы же стреляли из своей пушки?

– Это было давно, – слегка заикаясь, ответил Анарион, – и не настолько страшно.

Поднялся на ноги и Гудрон:

– Потрясающе, господин. В мире мало вещей, которые могли бы меня испугать, но это…

– Привыкнешь, – хмыкнул Серега, – не так там все и страшно. А вот прицел выверять надо – промахнулись мы мимо башни. Или дальность точнее поставить.

– Господин капитан хочет сказать, что надеялся попасть с первого раза? – удивился Анарион.

– Ну, в общем-то, да. С места ведь стреляли. А прапорщик ваш про точность стрельбы не рассказывал, что ли?

– Не всем рассказам товарища прапорщика мы безоглядно верили, – замялся Анарион.

– Господин капитан, – подал голос Гудрон, – Повелитель!

Серега обернулся. Над пустыней поднималось быстро приближающееся облако пыли. Через пару минут уже можно было разглядеть несущегося впереди облака черного всадника. Следом виднелся конный отряд из двадцати человек, как понял Серега, личный конвой Майрона. Только поднявшиеся из-за камней орки вновь попадали ниц. Согнулась в глубоком поклоне спина Анариона, и Попов решил тоже поклониться. Подъехавший Майрон легко спрыгнул с коня. Серега почувствовал его руку на плече и поднял голову. На лице майара цвела улыбка.

– Замечательно, Сергей Владимирович! Вы оправдываете мои надежды.

– Рад стараться, – кривовато улыбнулся Серега, – но вы же не видели выстрела.

– Зато слышал! – Улыбка Майрона стала еще шире. – Как я понимаю, все работает?

– В общем, да. Попасть в цель только не удалось.

– Ну, не прибедняйтесь, Сергей Владимирович, самоуничижение не идет капитану Мордора. Первым выстрелом на таком расстоянии попасть в цель можно только случайно, если не контролировать полет камня. Но такие энергозатраты… впрочем, я уже вам рассказывал. А контролировать полет вашего снаряда я не могу в принципе. Как и никто другой в мире, – довольно потер руки Майрон, – повторите мне на бис?

Орки суетились со следующим снарядом. Серега извлек из танка скулящего стрелка и осмотрел орудие. Ржавая и гнутая ловушка стреляного поддона не сработала, и стальной стакан валялся под пушкой, исходя дымом. В остальном, насколько видел неопытный курсантский взгляд, все было в норме, и Попов решил выстрелить сам. Майрон все время торчал сверху, заглядывая в люк. Серега поднял голову:

– Куда и чем стреляем?

Глаза майара загорелись.

– Сначала попробуем на максимальное пробивание, потом – на разрушение крепостных ворот.

– Тогда пусть дают бронебойный, – распорядился Серега, – и стреляем по правой башне, которая из кирпича. Вы бы слезли с танка, господин.

Майрон спрыгнул на землю, а вместо него Попов увидел Гудрона:

– Господин позволит мне помочь?

– Садись на место командира, – распорядился Серега.

Гудрон неуклюже, цепляясь одеждой за разные выступы, сполз в соседний люк и устроился на сиденье, ощупывая руками приборы и механизмы.

– Э, ручонками поосторожнее, – остановил его Попов, – принимай сверху снаряд и запихивай его вон в то отверстие, только аккуратно!

Гудрон, не дыша, принял снаряд и пропихнул в зарядную камору.

– Теперь заряд, он до конца не зайдет. Вот. Теперь бери вон ту палку и жми на поддон, только на капсюль не дави. Ну, вон на тот большой кругляш не попади, а то взлетим на воздух вместе с танком.

Гудрон приналег на импровизированный досыльник. Поддон заряда встал на место, сбивая лапки экстракторов, и клин затвора скользнул вправо, мягко выбив палку из лап Гудрона.

– Ну вот, молодец, – Серега показал опешившему орку большой палец, – палку подбери и ничего не трогай. Как скажу – закроешь уши.

Гудрон кивнул, выудил с пола палку и вцепился в нее, как ребенок в любимую игрушку. Серега пристроился к прицелу. Первый раз стреляли кумулятивным снарядом, и был перелет, значит, верхушку угольника надо опустить. Место разрыва отчетливо чернело на желтой скале. Серега отметился по нему, и чуть опустил пушку. С другой стороны, сейчас в стволе бронебойно-подкалиберный снаряд с высокой начальной скоростью, а башня находилась в пределах прямого выстрела.

– Должен попасть, – пробормотал Серега, упираясь лбом в резиновый налобник и устраивая ногу на механическом спуске. – Гудрон, уши закрывай!

Гудрон зажал лапами уши и даже поджал ноги к животу. Попов ухмыльнулся и надавил на спуск. Звонко ударил выстрел, отключая слух. Прицел вместе с головой прыгнул назад, и Серега похвалил себя за то, что не забыл предостережения тех, кто уже стрелял из танка, – прижимайся как можно плотнее к прицелу и не бойся. Испугаешься, начнешь отводить голову назад – неизбежно получишь синяк под глазом.

Справа пушка уже возвращалась накатником в исходное положение, загрохотал поддон, и боевое отделение окуталось тошнотворным пороховым дымом. Закашлялся Гудрон, но Попову было не до него – сквозь облако пыли он пытался увидеть, куда пошел снаряд. За мгновение до того, как изображение в окуляре окончательно пропало в желто-сером облаке, он все-таки заметил исчезновение стремительной красной точки в каменной башне.

– Класс! – Серега выбрался из люка, сел на крышу башни и оглянулся. Орки опять попрятались в щелях и под камнями, Анарион в стороне встряхивал головой, будто в уши ему попала вода, а вокруг них носились обезумевшие лошади личного конвоя Темного Властелина. Один из всадников запутался в стремени, и конь тащил отчаянно орущего человека по камням. Помогать было некому, остальные всадники конвоя либо лежали на земле, либо – на спинах лошадей, из последних сил пытаясь справиться с испуганными животными. На фоне хаоса майской розой цвела довольная физиономия Майрона. Сложив руки на груди, он счастливо жмурился, как кот, объевшийся сметаной.

– Ве-ли-ко-леп-но! – по слогам почти пропел Майрон. – Сейчас все успокоятся и поедем, посмотрим!

* * *

Успокаивались долго. Двое из конвоя сильно разбились, и их пришлось увезти в крепость. Потом отбивали у троллей лошадь, которую они поймали и собирались освежевать прямо на месте. Затем выяснилось, что капитан Мордора на лошадях никогда не ездил, близко к ним не подходил и вообще боится этих животных. В конце концов, выбрали самую смирную конягу, Гудрон подсадил (а вернее, посадил) Попова в седло и повел лошадь в поводу.

Майрон сразу упылил в район мишеней и, пока Серега с Гудроном добирались, уже успел все там облазить, оставшись крайне довольным увиденным. Подъехав к башне поближе, Попов понял причину такой радости. Полуторную кирпичную кладку снаряд прошил навылет. Соседние с пробоиной кирпичи выбило, и по телу башни змеились широкие трещины. Мало того, Серега случайно попал в межэтажное перекрытие, собранное из толстых дубовых плах, теперь раздробленных в щепу и провалившихся внутрь башни. Ну и на выходе, уже теряя скорость и, возможно, повернувшись, снаряд вынес целый кусок стены, после чего с чувством выполненного долга глубоко зарылся в песчаный откос.

Майрон обратился к Анариону:

– Я ошибаюсь, или башне хватит пары таких попаданий, чтобы рухнуть?

– Вы совершенно правы, господин. Два, максимум три попадания. Обязан лишь отметить, что это – имитация настоящей крепостной башни, созданная для пристрелки осадных орудий. Реальные башни нуменорских укреплений гораздо мощнее.

– Зато реальные башни укреплений в Эрегионе бывают и похуже, – возразил Майрон, – они там слишком надеются на своих магов-недоучек.

Серега потрогал ворота, сбитые также из дубового бруса и скрепленные толстыми железными полосами.

– Ну что, вынесем? – Майрон от нетерпения даже приплясывал на месте, что совсем не шло Темному Властелину.

– Осмелюсь заметить, – вступил в разговор Анарион, – что здесь сквозная пробоина не поможет. Дерево очень упругий материал, и мы можем дырявить его раз за разом без особого успеха, пока не перебьем скрепы, причем в нескольких местах, господин.

– Что предлагаешь?

– Как вы помните, во время испытаний мы с помощью товарища прапорщика взорвали несколько снарядов. Сила взрыва достаточна для того, чтобы сбить ворота с петель.

– Вы взорвали несколько снарядов? – удивился Серега.

– Ничего сложного, Сергей Владимирович, хороший костер и больше ничего. Когда товарищ прапорщик показал нам такой фокус, мы немедленно разделили весь запас снарядов на мелкие партии и разложили по расщелинам Горгорота во избежание роковых последствий.

– Да, Анарион молодец, – похвалил инженера Майрон, – лет десять назад молния, не удивляйтесь, Сергей Владимирович, в Горгороте по весне бывают и грозы, ударила в одно из таких хранилищ. Ящики загорелись, сволота орочья вместо тушения разбежалась по норам, склад и бабахнул. Даже в Лугбурзе слышали. Из всех трусов уцелел только один, который и шепнул Бхургушу на ушко, как было дело.

– Тогда стреляем осколочно-фугасным. Разрешите начать, господин? – упоминание Бхургуша резануло по сердцу воспоминанием утреннего позора.

– Погоди, – задумался Майрон, – хочу посмотреть действие по живой цели и попробовать магическую защиту. Значит так. Шатер там уже разбивают, еду и напитки подвезут. Отпразднуем первый успех, а пока нам приготовят все необходимое для следующего эксперимента. Кстати, Сергей Владимирович, за Майроном служба никогда не пропадает. Подумайте над своей первой наградой.

Развернув лошадей, они поехали к исходному рубежу, где уже суетилась охрана, поднимая большую круглую палатку из шелка.

– Если можно, господин, – замялся Серега, не зная, как понравится его желание Майрону, но тот перебил:

– Валары меня забери, Сергей Владимирович, вы опять о той девке? Я же отдал ее вам. Можете даже ее убить, если она так хочет, я разрешаю. И не в подвале она давно, а в вашей прихожей, под дверью сидит.

– Бхургуш… – начал опять Серега.

– Да не трогал ее Бхургуш, как женщину, если вы это имеете в виду. Не трогал. Снял два ногтя, и все. Такие операции в Эрегионе коновалы проводят по медицинским показаниям чуть ли не каждый день, еще и за деньги. Больно, конечно, но не смертельно. Можешь ее ночью утешить.

– Но, господин, вы моментально вылечили мои порезы, – Серега невольно потрогал шрам на лице, – нельзя ли так же?



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9