Павел Мочалов.

Танкист Мордора



скачать книгу бесплатно

– Ну, – хмуро буркнул Серега.

– Чистая правда. Продолжим? С девчонками отношения не сложились, потому что просто их боялся. В десять лет поделился с товарищем по секрету, что лучше всех из класса девочка Алла. На следующий день тебя дразнил весь класс, даже девчонки. Дразнили неделю, а хватило на всю оставшуюся жизнь, ведь так? В пятнадцать пришла первая любовь – и что? Сначала мучился и терзался сомнениями – а вдруг я ей безразличен? Когда же девушка сама сделала шаг навстречу – испугался, рванул в кусты. Затем…

– Все! – Серега вскинул руку, как бы пытаясь оттолкнуть майара. – Не надо!

– Конечно, – чувствовалось, что Майрон удовлетворен, – вы и так знаете, что я скажу дальше: про училище, про отношения во взводе и роте, про всю вашу армию в целом. Про девушку Ирину и юношу Олега…

– Все, все! – Попова уже трясло. – Я понял, к чему вы клоните. Мне надо подумать. Хорошенько.

– По-моему, тут и думать нечего. Я предлагаю совсем другую жизнь. Да, в ней не будет мамы и бабушки, но ведь их и так довольно скоро не стало бы. Зато здесь ты будешь господином. Верная служба Майрону, тем более служба по внутреннему убеждению, весьма выгодна. Это не только вкусная еда и хорошая одежда, расторопные слуги и покорные женщины. Это власть, Сергей Владимирович, над тысячами, десятками, сотнями тысяч жизней и возможность делать только то, что сам хочешь. Надо почувствовать, ощутить, как ломается чужая воля, увидеть, как бывший опасный враг валяется у тебя в ногах и молит о пощаде, а затем насладиться зрелищем его смертной муки. – Голос Майрона заполнил пространство. Он вдруг стал ощутимо выше, багровая тень распахнула крылья за спиной, и даже ветер стих.

Зарокотал вулкан, и башня мелко задрожала, воспринимая рвущуюся наружу мощь. Громыхнул грозовой разряд, рассекая багровую тучу над вулканом росчерком молнии, удивительно долго горевшим во тьме. Как-то не походило все это на происки империалистов, и Майрон сейчас выглядел как демон, а не как резидент ЦРУ. Все же Попов сделал последнюю попытку:

– Если я все-таки откажусь?

Багровая тень исчезла, и Майрон вновь вернулся к привычным размерам, перестала содрогаться башня. Майар ухватил Серегу за рубашку на груди и притянул к себе:

– Тогда будешь служить из страха, – почти шепотом сказал он, – как большая часть моих слуг. Идеальный порядок предполагает и идеальные наказания за его нарушение. У тебя нет выбора.

«Самоубийство», – мелькнула мысль.

– Категорически не советую, – Майрон отошел к краю площадки, – посмертие будет ужасным. Самоубийство и в вашем мире не везде приветствуется, а здесь вообще все по-другому. Так и будешь продолжать службу. Только, как бы понятнее объяснить?.. Неживым. – Майрон мрачно усмехнулся. – Нет у тебя выбора, Сергей, да, по сути, никогда и не было, и здесь, у нас, и там, у себя.

– Это же насилие. Как можно делать от души, зная, что тебя принуждают?

– Ты попробуй пожить так, как я предлагаю. Ты в жизни и не видел еще ничего.

С женщиной спал? Не отвечай, я сам знаю, что нет. А упоение боя? Когда жизнь напряжена, как натянутая струна, и ты знаешь, что или тебе, или врагу сейчас придет конец? Упоение властью? Впрочем, я пошел по второму кругу. Ладно, чтобы легче решить, мы сейчас посетим еще одно место. Пошли.

* * *

Снова лифт, только теперь вниз. Глубоко вниз, понял Серега, гораздо ниже подножия башни. Майрон сосредоточенно молчал, а в животе Попова начал собираться тошнотворный комок липкого страха. Увиденное превзошло самые ужасные ожидания.

Низкий каменный тоннель с ровным полом уводил в глубину подземелья. Серега ожидал увидеть на стенах чадящие факелы, но коридор не освещался вообще. Вместо факелов вокруг Майрона возник круг ровного света:

– Для тебя, Сергей, – прокомментировал майар. – Мне, как ты понимаешь, свет не нужен.

– Спасибо, – выдавил Попов, таращась по сторонам. До сих пор из всех застенков Серега видел только гауптвахту, да и то в качестве часового, поэтому было чем впечатляться. Справа и слева попеременно открывались боковые коридоры, перекрытые железными решетками, и около них навытяжку стояли плохо различимые фигуры. Воздух сделался каким-то липким, а вонь стояла такая, что гость начал дышать ртом.

– Орки-надзиратели, – бросил Майрон на ходу, поймав невысказанный Серегин вопрос. Между тем из очередного бокового коридора выскочил человек, бросился к ногам Майрона и застыл, старательно упираясь лбом в пол. Майар небрежно ткнул его носком сапога и, когда человек поднял голову, коротко приказал:

– Приготовь пятый бокс для дознания.

Человек снова ударил головой об пол, облобызал сапог Майрона и растворился в темноте, из которой теперь раздавались чьи-то тягучие стоны, почти мычание. Серегин страх разбух до огромного чугунного ядра, потянувшего желудок куда-то вниз, придавливая мочевой пузырь. Челюсти пришлось крепко сжать, иначе зубы начинали отбивать дробь. Майрон продолжал идти вперед, не обращая внимания на запахи и звуки.

– Нравится? – неожиданно спросил он.

– Н-не очень, – еле вытолкнул из себя Попов.

– Мне нравится, – хмыкнул Майрон. – Те, что находятся здесь, уже никогда не смогут помешать мне или верным слугам. Они могут проклинать, могут некоторое время упорствовать на допросах, пытаться плюнуть в лица палачей и тому подобное. Заканчивается одинаково – рассказав наконец-то все, что меня интересует, они молят о смерти, даже самой мучительной, но только избавляющей их от пребывания в руках мастеров. Любого из мнящих себя «свободной расой»: человека, эльфа, гнома, не важно кого, можно довести до совершенно скотского состояния, поверь мне. Нужен лишь специалист. Вот, собственно, мы и пришли.

Коридор раздвоился, Майрон пошел направо и остановился перед черной дверью, заподлицо утопленной в стене.

– Бокс номер пять, специально для людей, – приглашающе кивнул гостеприимный хозяин. – Для гномов и эльфов у нас специализированные номера.

Дверь бесшумно распахнулась. Стиснув зубы, Серега шагнул за порог. В глаза брызнул ослепительно белый свет, и пока он моргал, пытаясь хоть что-то разглядеть, чьи-то сильные и умелые руки схватили его сзади. Серега попытался взбрыкнуть, но к одной паре рук добавились еще и еще. В две секунды Попова донага раздели, усадили в деревянное кресло и прочно зафиксировали толстыми кожаными ремнями. Кресло перевели в горизонтальное положение, и, обливаясь потом, Серега увидел над собой непроницаемое лицо Майрона.

– Сергей Владимирович, первый этап дознания. Беспомощный голый человек, слепящий свет в глаза и мастер допроса, аккуратно перебирающий ваши мысли. Большинство ломается уже в этот момент. Но иногда попадаются любители поиграть в героев или же нам надо полностью подавить волю человека. Тогда мы переходим ко второму этапу – физическому воздействию.

Кресло перешло в вертикальное положение, свет умерил яркость, и Попов смог оглядеться, покрываясь крупными мурашками. Пол, стены и даже потолок облицованы белой плиткой. Вдоль трех стен стояли сверкающие начищенным металлом приспособления, назначение которых Серега предпочел бы никогда не знать. Вдоль четвертой располагалась глубокая ванна. В углу рдела сухим жаром раскаленная плита. На двух металлических столиках, оснащенных колесиками, аккуратно разложены разнообразные ножички, ножницы, пинцеты, щипчики и щипцы, пилки и пилы, молоточки и т. п. Попов почувствовал, что находится на грани обморока. Майрон ласково потрепал его по щеке:

– Иногда мы оставляем здесь узника на некоторое время, во время обеда, например, или при смене мастеров допроса, и знаете, были случаи полного сумасшествия.

– Неудивительно, – просипел Попов.

– Особенно эффективно процесс изменения личности идет, когда человек не понимает, за что ему причиняют страдания, – тоном университетского лектора продолжал Майрон. – Он вроде бы все готов рассказать или уже рассказал. Он не чувствует никакой вины, ни настоящей, ни мнимой, а ему все больнее и больнее. Причем, обратите внимание, Сергей Владимирович, боль не должна быть запредельной, а к ней всегда должен быть примешан ужас. Поэтому мы обязательно рассказываем, что и как собираемся делать. Например, самое простое и легкое, даже скажу, банальное – вбивание игл под ноготь с его последующим снятием. Архаичный, да по большому счету и малоэффективный способ, на эльфах и гномах вообще не работает. У большинства людей этот метод вызывает какой-то панический ужас. Да что там говорить, Бхургуш, покажи…

В поле зрения возник здоровенный, голый по пояс детина. Подкатив столик, Бхургуш перевел кресло в положение, в котором Серега смог увидеть свои ноги, взял из металлической коробки здоровенную кованную трехгранную иглу и покрутил ее перед глазами Попова. Майрон продолжал комментарий:

– Как видите, не штопальная иголка вашей бабушки, Сергей Владимирович, а специально изготовленный инструмент пытки. Одна из граней позволяет ей скользить по ногтевому ложу, а обращенное вверх ребро приподнимает ногтевую пластинку, локально отрывая ее от тканей и воздействуя тем самым на нервные окончания. Первая игла проводится по центру ногтя до кутикулы, еще две вбиваются с краев, отделяя ноготь. После того, как жертва в полной мере ощутит все болевые эффекты, палач специальными плоскогубцами удаляет иглы, захватывает наполовину оторванный ноготь и вытягивает его из тела. Новички делают это рывком, но наши профессионалы никогда не торопятся, давая время прочувствовать весь процесс.

На последних словах Майрона морда орка в Серегиных глазах поплыла, двоясь, но тут же под носом оказался резко пахнущий клочок ткани. Попытавшееся убежать сознание вернулось на место. Между тем палач схватил жесткими, как наждак, пальцами большой палец на Серегиной ноге и стал примеривать иглу к ногтю. В панике жертва попыталась отдернуть ногу, но не позволили ремни и лапа орка.

– За что! – завопил Серега, обливаясь потом и ища глазами Майрона. – Я же почти согласился!

– Почти не считается, – раздался откуда-то из-за спины спокойный голос майара, – давай, Бхургуш.

Орк снял свободной лапой со столика молоточек и размахнулся.

– Ааа!!! – заорал, не помня себя Попов, зажмуриваясь и сжимаясь от ожидания неминуемой боли. Сердце бухнуло в виски, чтобы тут же провалиться куда-то глубоко в живот. Пальцы орка разжались, выпуская ногу, но боли все не было. Приоткрыв глаз, Попов с ужасом ожидал узреть изуродованный палец, но увидел лишь ухмыляющуюся морду палача, ковыряющего иглой в желтых клыках.

– Уф… – выдохнула несостоявшаяся жертва. Кресло перевели в вертикальное положение. Орк, скалясь, поигрывал молоточком. В поле зрения вновь появился Майрон:

– Достаточно, Сергей Владимирович? В принципе, я могу продемонстрировать и более замысловатые приемы и способы.

– Спасибо, я все понял, – сдался Попов, – лучше иметь вас хозяином, нежели врагом. Надеюсь, первоначальные условия остаются в силе?

– Здорово, – расхохотался Майрон, – смертный, находясь в моей пыточной, пытается диктовать мне условия договора. Однако мне это нравится, Сергей. Материальный интерес всегда предпочтительнее, нежели страх. Например, Бхургуш обожает допрашивать юных девушек, потому что я всегда нахожу возможность оставить его с жертвой наедине. – Майрон подмигнул Сереге. – Собственно говоря, он и от юношей не отказывается, да, Бхургуш?

Орк осклабился, всем видом показывая, что души не чает в хозяине и готов за него в огонь и в воду.

– Молодец, – похвалил палача Майрон, – сейчас ты поможешь помыться и одеться Сергею Владимировичу, а затем проводишь к выходу. Я жду в кабинете. Лифт сам привезет на нужный этаж.

* * *

Когда чисто вымытый, причесанный и даже слегка благоухающий Серега вошел в кабинет Майрона, тот задумчиво взирал из глубокого кресла на вращающийся глобус, положив ноги на каминную решетку.

– Входи, Сергей, садись. Теперь ты один из нас, вернее, почти один из нас. Чуть позже окончательно утвердим статус, а пока позволь на «ты» и без отчества. Меня отныне можешь звать просто и без причуд – Господин.

– Да… господин, – запнулся на непривычном обращении Серега.

– Итак, наши стартовые позиции: ты переходишь на обеспечение капитана Мордора, получаешь личных слуг, служанок, телохранителей, свободу передвижения в рамках гарнизона. Жить будешь рядом со мной. Питание, какое хочешь и в любое время. Музыку или танцовщиц можешь заказать прямо через повара. Если понадобится что-то бытовое – одежда, обувь, баня, массаж и так далее, обращаешься к моему дворецкому. Просто дергаешь за колокольчик и передаешь просьбу тому слуге, который появится. Если вдруг промедлят или будут обращаться с недостаточным почтением, то можешь убить слугу.

– Как убить? – остолбенел Серега.

– Насмерть, конечно. Если проступок не очень тяжелый, лучше отрежь ухо или палец.

– Кто определяет тяжесть проступка? – не понял Попов.

– Ты и определяешь, что тут непонятного. Это власть, Сергей. Точно так же поступай с людьми или орками, которые будут подчинены в порядке службы. Если не хочешь марать руки сам, то поручи телохранителю. С орками вообще не церемонься, ведь они уважают только силу. Чуть что не так – бей. Любое неподчинение – смерть. Будешь миндальничать – сожрут. В прямом смысле слова. Понял?

– Да.

– Вот и славно. В топографии разбираешься?

– Так, немного. – Сознаваться в стабильном «трояке» по военной топографии он не стал.

– Это хорошо. Я дам тебе карты Средиземья, и посмотришь на досуге, чтобы сейчас не отвлекаться. Далее запомни, что все оперативные вопросы ты обсуждаешь только со мной и подчиняешься только мне лично. Всех остальных можешь смело посылать к морготовой бабушке. Осознал?

– Да, господин.

– Быстро учишься, молодец.

– В подвал не хочу, – усмехнулся Серега.

Майрон расхохотался:

– Это необходимость, Сергей. Жизненная. Мне бы пришлось слишком долго тебя уговаривать, а вот Бхургуш умеет быть таким убедительным. Ладно, забудь про подвал. Эльфийским шпионом ты вряд ли станешь, а люди, выполняющие мои приказы, в лапы Бхургуша, как правило, не попадают.

– Надеюсь, господин.

– Твой танк уже доставили из Горгорота. Орки должны были вылизать его до блеска снаружи, а внутрь я им соваться запретил, правильно?

– Да, конечно правильно. Меня смущает одна проблема, господин. Вернее, две.

– Начни с главной.

– Обе главные. Во-первых, даже если танк остался технически исправным, для того, чтобы он двигался, необходимо топливо и масло.

– Неужели думаешь, что в Мордоре нет масла? – то ли в шутку, то ли всерьез, возмутился Майрон. – Да и с топливом полный порядок. Если тебе надо, орки сведут под корень все Зеленолесье. Только скажи.

– Ты смеешься, господин? При чем тут дрова? Я же не Емеля на печи, – слегка обиделся Серега.

– А ну пойдем посмотрим, – легко вскочил на ноги Майрон, – заодно с Лугбурзом познакомишься.

Серега вздрогнул. Майрон снова захохотал:

– Нет, это не брат Бхургуша, Сергей. Мы сейчас находимся в Лугбурзе. Те, кто меня боится, зовут крепость Барад-дур: оба названия подходят.

* * *

Снаружи Лугбурз Сереге не понравился. Крепость и башня, вознесшаяся над ней, кричали о претензиях хозяина на мировую значимость, и в то же время терялись на фоне величественной громады Ородруина. Солнце раскалило черный камень, и внутренний двор, окруженный высокими стенами, напоминал духовую печь. Ветер, столь освежающий наверху, внизу швырялся песком, пылью и даже мелкими камешками. Отвратно пахло орками, и, судя по свежим экскрементам, шныряло их здесь немало, но, стоило появиться Майрону, все словно вымерли.

– Свиньи, – поморщился Майрон, – сколько ни наказывай, все равно гадят где попало, такая уж натура.

Кучки вспыхнули синеватым пламенем и, потрескивая, исчезли. Смрад, повисший в воздухе, снес особенно сильный порыв ветра, закрутивший небольшой смерчик в углу двора.

– Так лучше. Правда, хватит ненадолго. Перестарался слегка Мелькор при их создании, а мне теперь переделывать. Ты еще не видел исходный материал, Сергей. Те вообще солнечного света боялись. Хороша была бы армия, которая на восходе вдруг бросает бой и ищет, в какую щель забиться. Можно, конечно, закрывать на время сражения солнце, но, во-первых, магия отнимает дополнительные силы, а во-вторых, как быть с отрядами, действующими отдельно? Пришлось поработать. Сейчас еще все далеко от совершенства, – вздыхал Майрон, пересекая двор.

Серега от усмешки удержался, как и от сочувствия. Зато фокус с огнем ему понравился. Майрон не щелкал пальцами, не выдергивал из несуществующей бороды волосков, не совершал замысловатых пассов руками. Силен, с некоторым уважением подумал Попов. В подвале со страху он не обратил внимания на то, как Майрон столь же легко осветил пространство вокруг себя. Может, и правда волшебник, или все заранее подготовлено?

– Обижаешь, Сергей, – отозвался его мыслям Майрон, – как тебе еще доказать, что я майар, состоявший в свите Ауле, а затем осознавший правоту Мелькора? Я вечен, как Вселенная. Это-то тебе, закоренелому материалисту, понятно? Я не волшебник и не маг, а часть сил Вселенной. Мое желание нужно для сотворения того, что недалекие людишки называют магией и чудом.

– Зачем тогда армия, крепость, мой танк, наконец, – озадачился Серега, – если для победы достаточно только желания, господин?

– Я не всемогущ, – поморщился Майрон, передергивая плечами. Было видно, как неприятно ему признавать недостаток собственного величия. – Действуют и другие силы. Кроме того, закон сохранения вещества и энергии работает и в этом мире. Чтобы сжечь орочье дерьмо, я зачерпнул энергии Ородруина. Если вулкан будет слишком далеко, в чьем-то очаге погаснет огонь и так далее. Мы пришли.

Перед Майроном распахнулись черные двери, за которыми в полумраке угадывался большой зал. Как только глаза привыкли, Серега увидел в центре зала родную «семьдесятдвойку». По углам от танка метнулся рой теней, и лишь один из орков остался на месте, дрожа всем телом. Майрон неторопливо направился к танку, и орк бухнулся на колени, пытаясь лбом продавить черные мраморные плиты.

– Господин, мы все сделали, – прохрипел орк в пол.

– Принимайте, Сергей Владимирович, – при подчиненных Майрон перешел на уважительные формы.

Серега обошел машину, невольно поглаживая броню. Орки вылизали танк. Машина блестела, так, как будто только сошла с конвейера в Нижнем Тагиле. Вычистили даже мельчайшие углубления. Лишь царапины и сколы краски, да отшлифованные грунтом гусеницы напоминали о том, что танк повидал многое. На лобовом листе Серега с удивлением обнаружил остатки командирской сумки, сложенный по обрывкам конспект по вождению боевых машин и даже противогазную сумку с документами. Тут же стояли обрезки валенок и лежал выстиранный зимний комбинезон. Пирамиду венчал шлемофон, неестественно чистый мех которого ярко белел в темном зале.

– Я приказал собрать все, что лежало вокруг танка, – отозвался на изумление Сергея Майрон, – вдруг понадобится.

– Но сумку-то я закопал?

– Я вас умоляю, Сергей Владимирович. – Майрон даже по-театральному слегка заломил руки. – Ваши вещи не только пахнут человеком, но и человеком из другого мира. Орки их чуют за многие мили, все равно, что гриф – падаль. Как вы думаете, почему вас так быстро нашли? Я ведь мог только приблизительно обозначить район контакта.

– Я благоухал как падаль на мили вокруг? – осмелился пошутить Попов.

– Именно, – вполне серьезно ответил Майрон.

– А те, которые на меня напали, они здесь? – желание отомстить нахлынуло вдруг и сразу.

– Здесь, господин, – снова прохрипел так и не поднявший головы орк.

– Сюда! – негромко приказал Майрон, но его тихие слова для орков прозвучали грохотом вулкана. Из угла, скуля и подвывая, на животах выползло несколько тел. Остановившись перед Майроном, орки затихли. Серега видел, как крупная дрожь сотрясает их тела и шевелятся нечесаные космы на затылках.

– Гурлуг, я правильно помню слова о том, что человек должен быть захвачен целым и невредимым? – ласково поинтересовался Майрон. Орки затряслись еще сильнее, распространяя вокруг себя смрад. Гурлуг вжался лбом в мрамор и, заикаясь, выдавил:

– Да, господин.

– Да, господин, – повторил негромко Майрон, – значит я все-таки господин, но мой приказ не выполнен, так? Человек захвачен, но мне приходится его лечить и приводить в относительный порядок. Кто первый решил развлечься с пленником?

Гурлуг не успел ответить, глаза Майрона вдруг полыхнули багровым огнем, и один из орков завопил что-то нечленораздельное, корчась на полу. Товарищи по несчастью расползались от него в стороны, не смея поднять головы. Неожиданно орка охватило багрово-фиолетовое пламя, Серега невольно прикрыл ладонью глаза. Вопли перешли сначала в вой, затем в неразборчивое бормотание, и орк затих, распадаясь на полу кучкой черного пепла.

– Вот так, – глаза Майрона вновь стали голубыми, – человек остался жив, и только это подарило нарушителю моего приказа быструю смерть. Если бы он серьезно пострадал или, не дай Мелькор, умер, кара была бы ужасной, Гурлуг. Ты, кажется, тоже ударил нашего гостя по голове?

– Я опасался, господин, что он сможет бежать по дороге в Лугбурз. – Теперь и спина Гурлуга начала заметно дрожать.

– Один человек от десятка орков, для которых Горгорот – родной дом? – притворно удивился Майрон. – Ну-ка, поднимись.

Гурлуг встал на дрожащие ноги, и Серега узнал того, как теперь оказалось, не-человека, который командовал поисковой командой.

– Чем ударил? – поинтересовался Майрон.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9