Павел Астахов.

Квартира



скачать книгу бесплатно

Он снова повертел ключом – без толку. Нагнулся, пригляделся и с ужасом увидел, что замок явно поменян, а чуть ниже на двери появился еще один – врезанный уже сегодня. Павлов замер и сделал последний шаг – с силой вдавил кнопку дверного звонка. Еще и еще раз. И вот тогда за дверью послышались голоса и шаги. Кто-то повозился с замком. Дверь открылась, но… лишь на длину дверной цепочки. На Артема смотрели две пары настороженных и совсем незнакомых глаз.

Самозванцы

– Чего надо? – Дуэт невидимок с подозрением разглядывал ночного гостя.

Артем зажмурил и снова открыл глаза. Стоять на пороге собственной квартиры и отвечать на вопрос, что ему здесь понадобилось, было нелепо, странно и до некоторой степени обидно. Павлов перевел дыхание, сделал короткую паузу и, убедившись, что наваждение не проходит, криво улыбнулся:

– Я не понял, вы кто? Как вы попали в чужую квартиру?

Захватчики переглянулись.

– Мы вселились по решению суда. У нас все бумаги в порядке. А вы-то сами кто?

– Артем Павлов, с вашего позволения, – выдавил адвокат, – хозяин этой квартиры.

Он взялся за ручку двери, с силой дернул ее, но цепочка, когда-то установленная по настоянию отца, была привернута основательно. Люди за дверью от такого резкого жеста отпрянули и попытались захлопнуть дверь в квартиру. Но Артем удержал ее и тут же попросил:

– Подождите! Я не буду больше рваться, но мне нужно разобраться. Поймите, до сегодняшнего дня я жил в этой квартире.

– Долго? – почему-то спросили из-за двери.

– Очень. Всю жизнь. И вот я вернулся с работы и вижу новый замок, а затем и вас. Что я должен думать в этой ситуации?

Захватчики замерли, а он принялся лихорадочно соображать, кто может помочь в этот поздний час, да еще в такой глупейшей ситуации. Полез было в портфель, но тут же вспомнил недавний разговор, охнул, порылся в кармане и вытянул карточку участкового капитана Аймалетдинова. Это было ровно то, что надо.

– Секунду, – скупым жестом потребовал внимания Артем. – Это, скорее всего, досадное недоразумение. Давайте разберемся вместе. Предлагаю позвать участкового. Он все-таки представитель исполнительной власти, вот пусть и разберется. У вас ведь все документы в порядке, значит, бояться нечего?

Захватчики переглянулись и кивнули:

– Согласны. Звоните.

Артем быстро набрал оставленный участковым номер телефона, и Аймалетдинов практически сразу ответил – довольным мурчащим голосом:

– Ал-ло-оу.

– Рашид Эльдарович, адвокат Павлов вас беспокоит. Вы не могли бы подойти сейчас ко мне домой? Очень срочный вопрос, – ободрился Артем.

– Павлов? А-а-а, добрый вечер. Подойти? Сейчас? Так уже время вроде как позднее. У нас с вами как-то не складывается разговор на ночь глядя. Зачем? – хитрил мент.

Артем усилил напор:

– Я вас очень прошу, товарищ капитан. В моей квартире посторонние люди. Они ее заняли. Я не могу попасть в свою квартиру. Понимаете?! Не на улице же мне ночевать! Если вы не придете, могут быть непредсказуемые последствия.

В телефоне сама собой возникла пауза.

– Вы на что намекаете? Что за последствия? – осторожно поинтересовался капитан милиции и обреченно вздохнул: – Ну, хорошо.

Сейчас подойду. Ждите. Минут через пять-семь буду.

Беженцы

Довольно быстро взаимно стоять перед приоткрытой дверью и смотреть друг на друга в щель стало тягостно.

– Скажите, хоть как вас зовут? – предложил Артем. – Сколько вас там вообще?

«Подселенцы» переглянулись.

– Нас трое. Я – Николай, моя жена Лида и дочь Лялечка. Только она уже спит. Так что я прошу вас говорить потише.

– Хорошо, – согласился Артем, – только я не пойму, там же мои вещи… Неужели у вас не возникло мысли, что эту квартиру занимать незаконно?

Оппоненты заволновались.

– Мы ваши вещи не трогали, – начал оправдываться Николай. – И вообще, у нас есть все бумаги, что квартира пустая. Поэтому нам ее и предоставили.

– Мы, знаете ли, тоже пострадавшие, – с надрывом подхватила Лида. – Два года как мыкаемся. Нас бомжами сделали такие, как вы, юристы!

Павлов увидел, что затронул больное, и развел руками, демонстрируя миролюбивость своих намерений.

– Да вы не волнуйтесь. Я же вижу, что вы не воры и не налетчики. И вообще, давайте попробуем потише говорить, тем более у вас там девочка спит. Кстати, сколько ей? – попытался заигрывать адвокат.

– Полтора года вчера исполнилось, – с нежностью произнес мужчина.

Артем мысленно посчитал и удивленно переспросил.

– Так вы что, скитались с беременной женой?

– Да-а-а. А вы откуда знаете? – насторожился Николай.

– Вы же сами сказали, что бомжуете два года, а дочке полтора, значит, полгода с беременной женой были без жилья. Так ведь? – резонно возразил Артем.

– Ну, так, – Николай вздохнул. – Вы даже не представляете, что такое забирать жену из роддома в ни-ку-да! Понимаете? В ни-ку-да! – надрывно взвыл мужчина.

– Я вас понимаю, – сочувственно кивнул Павлов.

– Ничего вы не понимаете! – вспыхнула Лида. – Как вы можете это понять? Живете в таком шикарном месте. Ни забот, ни хлопот!

Павлов невесело рассмеялся:

– Вообще-то, сейчас вы в «шикарном месте», а я на улице. Никому не желаю попасть в мое положение. И, уж поверьте, я вас понимаю, как никто.

Сложно сказать, что подействовало – то, что Павлов перестал удерживать дверь, или искренние слова, но его попытались рассмотреть получше. Глаза Николая приблизились к цепочке, и Артем увидел наконец лицо молодого мужчины, заросшее бородой, усами и длинными волосами. Этакий «геолог», вернувшийся из очередной экспедиции.

В этот момент и послышалось позади тяжелое сопение. Капитан Аймалетдинов наконец добрался до квартиры адвоката.

– Здравжелаю! Ну что, граждане, в чем проблема? Господин Павлов, кто у вас там засел? – Он протиснул свой нос в щель и скомандовал: – Эй, граждане, а ну выходь по одному!

При виде стража порядка лохматый «геолог» Николай снял цепочку и предстал перед адвокатом и милиционером в полный рост – в тапочках на босу ногу и замызганном махровом халате. Но Аймалетдинова сейчас интересовал вовсе не самозахватчик.

– А я вас предупреждал, – повернулся он к адвокату и укоризненно покачал головой. – А вы мне не верили. И вот к чему это привело. А теперь ко мне обращаетесь. Ладно, сейчас разберемся.

Участковый снова повернулся к двери и сурово гаркнул:

– На каком основании заняли квартиру? Документы! Паспорта! Поторопись, поторопись! – и нагло шагнул вперед. Через плечо кивнул Павлову: – Заходите за мной.

Опешивший от такого демарша Николай ретировался и скрылся в комнате Артема, где, видимо, хранил документы, а Павлов с Аймалетдиновым прошли на кухню. Капитан по-хозяйски расселся за столом и, не стесняясь, заглянул в чайник. Подтянул чистую чашку и налил себе одной заварки. Сделал глоток и подмигнул так и оставшемуся стоять Артему:

– Не волнуйтесь, господин адвокат. Бывает. – Потом сделал хитрые глаза и почти шепотом ехидно спросил: – А что товарищ генерал-полковник? Не помог вам? Да-а-а, дела-а-а…

Артем заиграл желваками, но, по сути, Аймалетдинов был прав. А тем временем в кухне появился Николай и его жена Лида, совсем юная девочка с измученным и запуганным бледным лицом. Николай положил на стол перед Аймалетдиновым толстую пластиковую папку с резинками. Лида стояла рядом и, утирая непросыхающие слезы, дрожала всем телом. Павлов даже подумал, что она из того типа дам, которые все решают через свою слезливость. Капитан же тем временем разбирал документы.

– Так-так. Посмотрим. Свидетельство о рождении ребенка, свидетельство о браке, паспорта. Один и второй. Тэк-тэк, ага. Прописочки-то и нет. Выписан, выписана. Что ж так-то? – укоризненно оглядел он парочку и продолжил разбор бумаг. – Определение суда, исковое заявление, протокол, исполнительный лист, договор соинвестирования, договор уступки прав на строительный объект, договор на право оформления договора соинвестирования, у-уфф! Сколько же у вас тут всякой всячины?

– Так больше двух лет судимся, товарищ капитан, – напряженно выдавил Николай. – Три решения суда, три исполнительных производства. Толку – ноль. Если б не надоумили мудрые люди пойти с иском, так мы и сегодня бы на улице ночевали. Я больше суток у судебных приставов дежурил…

– Секундочку! Я-то здесь при чем? – возмутился Павлов; он через плечо капитана пытался вчитаться в документы, но никак не мог связать эти бумаги с заселением в его квартиру.

Николай пожал плечами:

– А ваша квартира числится свободной. Прописанных нет.

Аймалетдинов почесал затылок:

– Так-то оно так. Действительно, хозяин умер неделю назад. Только вот гражданин Павлов сын его и пока проживает в квартире. Правда, не прописан… – он укоризненно посмотрел на Артема.

В его глазах Павлов ясно читал все, что думает по его поводу участковый. И об унижении, которое он испытал от разговора по телефону с заместителем министра, и об отказе напоить чаем, и о самой профессии адвоката Павлова, мешающего «восстанавливать правопорядок». Однако вслух капитан вдруг заявил:

– Значит, так, граждане… Судебные приставы для меня не указ. Гражданин Губкин и вы, гражданочка, одевайтесь и на выход с вещами. Ошибочка произошла. Здесь проживает адвокат Павлов, а вы квартиру заняли незаконно. Попрошу освободить помещение!

Участковый встал, напялил фуражку и резко вытянул руку, указывая на выход. И так все время дрожавшая гражданка Губкина затряслась еще сильнее и зарыдала:

– Как?!! Куда?!! Ой-ой-ой! Боже мой! Опять?! Я этого не вынесу…

Пожалуй, она рухнула бы на пол, если бы ее тут же не подхватил муж.

– Лидочка, не плачь. Все образуется. Все равно это жилье было временным. Не про нашу честь квартира на Арбате. Давай будить Лялечку, – он сам едва сдерживал слезы.

Павлов потер виски, выдохнул воздух и решительно встал между Аймалетдиновым и супругами.

– Секунду. Товарищ капитан, огромное спасибо, что так быстро разобрались. Дальше мы сами. Никуда они не пойдут на ночь глядя, – он подтолкнул Николая. – Идите к ребенку, я все улажу.

Николай, подхватив свою жену, скрылся в комнате, и Артем повернулся к капитану:

– Еще раз спасибо. Правда, мы же не звери, посреди ночи выталкивать людей на улицу. Да еще с ребенком.

Участковый усмехнулся:

– Не я этого хотел. Вы попросили! – с ударением на последнем слове произнес он.

Павлов лишь развел руками:

– Ну, бывает. Нет, вам реально спасибо, а то бы я сегодня на улице ночевал. Так хоть домой вошел. Честно говоря, я не думал, что такие вещи могут и у меня в квартире происходить. Читаю, слышу, дела веду, но… не ожидал.

– Хм. Бывает. Ладно. – Аймалетдинов махнул рукой и двинулся на выход. Дорогу он уже запомнил.

Артем проводил его до двери и на пороге протянул руку. Капитан чуть помедлил, как бы разглядывая протянутую руку, пожал ее и сказал на прощание:

– Но только больше, Павлов, я, как пожарная команда, к вам не прибегу. Прощайте. За квартиру вашу тоже ручаться не буду. Всякие дела у нас на участке случаются… – многозначительно поднял он брови и поспешил вниз по лестнице.

Артем вздохнул. Ему порядком надоели эти недосказанности, хотя и без них ситуация неуклонно накалялась. Возможно, подселение супругов Губкиных было простой ошибкой судебных приставов. Тогда ее можно быстро и безболезненно, если не считать нервы и чувства самих Губкиных, разрешить утром. А если это не ошибка? А что тогда? Артем задумался. Выселение Коробкова, отключение коммуникаций и, наконец, просто физическое заселение чужих людей в квартиру отца… события выстраивались в ясную роковую череду.

«Что это? Квартирное рейдерство? Жилищный коллапс?»

Артем зашел в кабинет. На самом краешке его диванчика примостились Николай и Лида, и смотрели они на хозяина этого диванчика испуганно и даже затравленно.

«У них, похоже, вообще мебели нет… – отметил Артем. – Или у родителей держат».

– Все. Пока вас никто не тронет. Можете ложиться спать. И, кстати, Николай, дайте-ка мне ваши бумаги. Странный у вас какой-то договор. Я все равно не усну, пока не разрешу эту загадку. Посижу, помозгую… – Павлов зевнул.

– Только… господин Павлов… есть проблема, – Николай замялся и переглянулся с женой.

– Мы вас узнали. Это ведь вас все время по телевизору показывают? – подтвердила она.

Артем удивленно поднял брови.

– Ну и что? В чем проблема? – Он не понимал, к чему клонит эта парочка.

Николай обреченно опустил плечи.

– У нас нет таких денег, чтобы заплатить за вашу работу, – почти прошептал Губкин.

Артем на мгновение опешил, а затем, сокрушенно покачивая головой, рассмеялся. Эти многократно кем только не ограбленные люди, невзирая ни на что, пытались оставаться прямыми и честными.

– Будем считать, что у меня Ленинский субботник.

Дядя

Третья турка кофе «по-арбатски» и темная зимняя ночь постепенно подходили к концу, когда Артем Павлов наконец уловил смысл комбинации, проделанной с семьей Николая Губкина. Ловкие ребята организовали трест, точнее, «товарищество на вере», собирая с будущих владельцев квартир деньги из расчета полтысячи долларов за квадратный метр. Николай, в частности, сдал пятьдесят тысяч, рассчитывая на квартиру площадью под сто метров. Однако поперек его планов встали еще три таких же инвестора, внесшие такие же суммы за такие же метры. И не было бы никакого спора, если бы организаторы построили три одинаковые квартиры. Но они строили только одну. Одну – на троих. А потому лишь один из пайщиков имел шанс заполучить жилплощадь в построенном доме. И этим счастливчиком оказался отнюдь не Николай Губкин.

Естественно, в данной ситуации Павлов советовал бы идти в суд; выиграть такой процесс не составляло особого труда. Если бы не пренеприятнейшее «НО». Это «НО» заключалось в том, что ни одной из имеющихся на руках у Губкина бумаги не было написано как положено, по закону. Все договоры носили какую-то косвенную форму. То есть по названию и по фразам они вроде бы обуславливали приобретение Губкиным квартиры по окончании строительства, но все – через массу условностей и условий, вписанных между строк этих соглашений. Павлов уже в который раз перечитывал объемные документы и все никак не мог ухватить все время ускользающую обязанность девелоперов хоть что-то и когда-то в обозримом будущем горе-инвестору отдать. Он допил кофе и взъерошил волосы.

– Ну и ребус! Ай да волшебники! Ну, ничего, братцы, мы вас прихватим с другой стороны.

Он тут же начал заполнять чистый лист понятными лишь ему сокращениями и цифрами. Постепенно исписав одну страницу, взял вторую и третью. Наконец остановился. Бросил ручку и, вскочив из-за стола, выдал несколько па степа. Отстучал незамысловатый мотивчик и заслуженно похвалил самого себя:

– Ну, Павлов! Ну, молодец! Возьми с полки пирожок. Попались, голубчики.

Довольный найденной схемой, он хлопнул в ладоши и только сейчас увидел стоявшую в дверях крохотную девочку с соской-пустышкой во рту. Белобрысенькая, с голубыми глазами девчушка изумленно глазела на смешного дядьку, который сперва плясал, а теперь хлопал сам себе в ладоши. Малышка улыбнулась и тоже захлопала в ладошки. Артем присел перед ней на одно колено и приложил руку к груди.

– Здравствуй. Я – Артем. А ты кто?

Девчушка вытянула соску, удивленно подняла бровки и ответила:

– Ля-ля, – и тут же вернула пустышку на место.

Позади девочки появилась мама. Она спешно обхватила ее руками и быстро залепетала:

– Ой, простите, извините нас. Она проснулась и сбежала. Кроватки нет детской. Слезла с кресла, и вот. Извините.

– Да о чем вы?! – рассмеялся Артем. – Не надо извиняться. Мы с ней здорово пообщались. Отличная девчонка! Лялька?

– Откуда вы знаете? – насторожилась мамаша.

– Она сама мне сказала.

Мама девочки покачала головой и грустно произнесла:

– Ах, если бы… из-за этих скитаний у нее что-то нарушилось. Врач говорит, нервное. Вообще ничего не говорит. Хоть тресни!

– Но… – попытался возразить адвокат, но женщина всхлипнула, порывисто подхватила хрупкого ребенка на руки, прижала к себе и, сглотнув слезу, поцеловала в пушистые кудряшки. Павлов на мгновение отвел глаза, а потом все-таки подошел к ним и мизинцем пощекотал девочке ее маленькую ладошку. Та улыбнулась и, отдернув ручонку, снова достала изо рта соску. Павлов тихонько наклонился над малышкой, подмигнул ей и повторил:

– Я – Артем. А ты кто?

– Ля-ляська! – звонко закричала девчонка.

Ее мама чуть не выронила ребенка.

– Чудо! Чудо какое! Коленька! Лялечка заговорила! Боже мой! Какое чудо! – она уже не сдерживала слез.

Из коридора прибежал растрепанный и, кажется, еще более лохматый, чем накануне, Николай Губкин.

– Что? Кто? Что случилось? Лида! Что происходит?

– Она сказала «Лялячка»! – счастливо всхлипнула мать.

– Нет. Неправильно, – возразил Артем и снова дотронулся мизинцем до ладошки Ляли и повторил: – Ля-ля-ська!

– Ля-ля-ська! – словно эхо отозвалась девочка.

Теперь уже Николай растроганно шмыгнул носом, и Артем, глянув на часы, поднял руки:

– Так. Соседи! Хватит разводить сырость! Лида, готовьте нам с Николаем завтрак. А ты, Лялечка, иди к папе.

Он подхватил ребенка, передал Губкину и кивнул на свободный стул:

– Садись! И слушай, что я надумал. Для тебя, Николай, это единственный путь к жилью. Да и Ляле полезно попрактиковаться в юриспруденции.

Артем слегка прикоснулся к ее ручке губами, и девочка, словно кокетливая барышня, захихикала и внятно произнесла:

– Дя-дя!

Договор

Пока Лида хозяйничала на павловской холостяцкой кухне, Артем втолковывал Николаю свой план действий. Идея была проста. Адвокат предложил не гнаться за призрачной квартирой, которую так и не построили, а вернуться к самому началу истории – с одной целью: вернуть вложенные первоначально деньги, признав договор незаключенным, так как не был оговорен существенный момент – точное описание объекта будущей купли-продажи. Раз не оговорили, что это будет за квартира, какая у нее будет планировка, точный метраж, расположение комнат, балконов, санузлов, то и признавать этот договор состоявшимся бессмысленно.

– Иначе договор получается ни о чем. То есть о чем-то вроде квартиры, но о какой точно, неясно. Я не могу продать вам машину вообще, а не конкретный «Запорожец» или «Мерседес». Ясно?

Артем подхватил вилкой кусок омлета со сковородки и описал круг перед носом жующего Николая. Тот кивал и с восхищением следил за рассуждениями адвоката. Никто и никогда столь доходчиво не объяснял суть правоотношений, в которые их занесла нелегкая два года назад.

– А как же упущенная выгода? – внезапно поинтересовался Губкин.

Павлов одобрительно кивнул:

– Молодец! Ты, Микола, делаешь успехи. Не было ни полушки, а тут целый алтын! Аппетит приходит во время еды. Так, Ляля? – Павлов подмигнул продолжавшей завороженно следить за ним девочке, и та охотно кивнула в ответ:

– Тяк!

– Вот. И ребенок согласен. А устами девочки Лялечки сейчас на этой кухне глаголет сам господь бог! Так что, родители, прислушайтесь к дочке. Короче, Коля, то, что ты называешь «упущенной выгодой», это все имеет денежное выражение. Правильно?

– Ну да. Я про деньги. – Николай даже покраснел от возбуждения.

– Что ж, Николай, – поддержал его адвокат, – все верно. Вы не касса взаимопомощи! Они на ваши деньги строились, бизнес развивали. Почему же им все, а вам ничего? Несправедливо. А закон любит справедливость и разумность. Так?

– Тяк! – громко и звонко повторила Ляля.

– О! – поднял указательный палец вверх Артем. – Прислушайтесь, родители. Будущий юрист, точно, подрастает. А сколько взыскать, вы еще не думали?

Николай засмущался, и Павлов, прикинув, что могло набежать за два года, сам же и предложил:

– Разумно взыскать процент за пользование чужими деньгами. К вашим пятидесяти внесенным это еще почти четверть. Итого шестьдесят три.

Лида с Николаем переглянулись, и Губкин вздохнул:

– Ну, если вы так в этом уверены, то пусть так и будет. Мы вам доверяем. Но только еще один вопрос, – он жалобно посмотрел на Павлова. – Можно мы пока у вас поживем?

Уже позавтракавший Артем посуровел и поднялся из-за стола.

– Только при одном условии!

Губкины снова переглянулись и в унисон пролепетали:

– Мы согласны на все. Какое?

Пожалуй, если бы потребовали почку или глаз, отдали бы, не задумываясь. Артем сдвинул брови так, что даже Ляля перестала улыбаться.

– Вы немедленно, прямо сей же момент… дадите мне ключ от нового замка.

Отказ

Выйдя из подъезда, Артем, вопреки обыкновению, присел на лавочку, мысленно перебрал все, что ему предстояло сделать, и загрустил. Он просто обязан был до конца выяснить, как именно погиб отец. Однако этому обещанию, данному себе, мешало другое обещание, данное Варваре Серафимовне, – навестить выселенного посреди ночи Коробкова. К этому добавлялось взятое на себя обязательство помочь Губкиным. Ну и ситуация со своей собственной квартирой требовала немедленных действий; несмотря на уже лежащий в кармане ключ от нового замка, он, выросший в этих стенах, юридически был никем.

– И с чего начать?

Предпочесть одно другому было попросту невозможно, а главное, над ним дамокловым мечом висели текущие интересы клиентов, отодвинуть которые для адвоката совершенно немыслимо – такая уж это профессия.

Артем энергично выдохнул и решительно поднялся со скамьи.

– Пять минут потрачу у следователя, и – в суд.

И все двинулось по плану: в Главное следственное управление при ГУВД Артем добрался, как и рассчитывал, быстро. Так же быстро мог решиться и вопрос о возбуждении уголовного дела по факту гибели отца. Но следователь Иван Ильич Зоткин улыбался, пожалуй, слишком широко, чтобы действительно заниматься проблемами адвоката. Заявление Павлова с требованием возбудить уголовное дело, поданное почти неделю назад и переданное по цепочке исполнителей, лежало прямо перед ним – но и только.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8

сообщить о нарушении