Олег Пауллер.

Псы войны. Противостояние



скачать книгу бесплатно

– Даже наших советников?

– Даже их. Мои соотечественники Вас любят и слушают, пока Ваша страна бесплатно нам присылает оружие, машины, продовольствие. Посмотрим, что будет, когда Вы захотите получить деньги…

– Зачем Вы мне это говорите?

– Хочу, чтобы вы не питали иллюзий в отношении их, – Алек махнул рукой на бредущих вереницей вооружённых людей.

Солдаты особой роты, подбадриваемые Алеком, вытянувшись в цепочку, дружно шагали по грунтовой дороге. Одеты они были в френчи и бриджи, сшитые из тонкой хлопчатобумажной ткани местного производства, лёгкие ботинки на каучуковой подошве и кепи. У многих за спиной висели широкие шляпы, сплетённые из местной соломы. Они одинакового хорошо спасали от палящего солнца и тропического дождя. Изучив особенности туземцев, Евгений изменил порядок марша. По уставу было положено делать десятиминутный привал после каждых пятидесяти минут движения, но Акимцев решил не соблюдать этих правил и останавливал колонну каждые два-три часа. После пятнадцати-двадцати минут отдыха, он вновь подымал солдат и вёл их вперёд. Стремясь как можно быстрее достичь Коро, он решил не делать перерыва на обед и перед выходам приказал раздать солдатам двойную порцию фуфы. Однако, получив обеденный паёк солдаты, несмотря на строгий запрет, съели его загодя. В результате марш к Коро занял у отряда Акимцева всего тридцать часов. До боганской границы было свыше сорока километров… Алек с пятью автоматчиками первым вступил в деревню. Он беспрепятственно прошёл место засады, в которую три недели назад попал отряд Двакки. Пока основная часть особой роты двигались к Коро, Евгений в сопровождении Эвалта осмотрел место боя. Исходя из условий местности, противник очень удачно расположил своих немногочисленных бойцов. Естественно, что весь расчёт был построен на безалаберности африканцев. Любой тактически грамотный офицер прежде, чем двигаться к деревне должен был осмотреть холм, контролировавший выход из джунглей.

– Что же вы, Эвалт, просмотрели противника? – спросил Евгений сержанта.

– Я находился в арьергарде, – ответил сержант на ломанном русском. – Двакка даже не спросил меня, когда повёл своих людей по той тропе. Когда началась стрельба, я только успел вывести своих людей из джунглей, – замахал руками сержант. – Они почти взяли высоту и заставили замолчать пулемёт, если бы…

– Если бы что?

– Снайпер, который засел где-то там, – сержант показал в сторону опушки. – Он не видел выхода на тропу, но прекрасно простреливал склон. Двое или трое моих бойцов получили выстрелы в спину.

– Вот как, – удивился Акимцев. – Ситуация не из приятных.

Капитан вспомнил свою стычку у бомы Дюма по дороге в Турек, а потом перестрелку у Виндубрюкке. Он рассеяно ходил между камней, представляя картину того боя. По его наблюдениям на холме занимали оборону трое, от силы четверо человек. Потом он стал спускаться с холма и чуть ниже тропы обнаружил несколько воронок от противопехотных мин и осколки гранат.

Эвалт шёл рядом за Евгением и с любопытством осматривал место боя. По пути он разговаривал с сержантом:

– Эвалт, какое у Вас странное имя для африканца! Откуда оно взялось?

– Это не имя – это псевдоним, кличка.

– Кличка? Но вы же под ним числитесь во всех списках!

– Видите ли, капитан, меня так записали ваши кадровики, когда я приехал в Союз. А потом я решил его не менять. Моё настоящее имя – Алистер Эфионг.

– Так ты родственник генерала Филиппа Эфионга?

– Да, – опустил голову Эвалт. – Я его двоюродный племянник.

– Ты же должен был воевать на другой стороне!

– Мою семью захватили в плен федералы в самом начале той войны. Только мне удалось сбежать и добраться до Гвинеи, – напрягся сержант. – Там я поступил в ряды АФФ и быстро заработал доверие…

– Как?

– Вам лучше этого не знать, капитан. Зато русские они мою мать и сестрёнок из лап федералов. К сожалению, отца и брата спасти не удалось, – поник головой Эвалт. – Потом меня заслали к дяде, но я не справился…

– Не справился?

– Точнее, было поздно – Биафра уже капитулировала. Дядя помог мне выправить документы и …, – – задумался сержант. – Так я стал Алом Эвалтом…

Акимцев спустился ниже тропы и наткнулся на два окопчика, рассчитанных на пару стрелков. Он оглянулся и увидел следы разрывов осколочных гранат и, вероятно, клейморов. Значит это был главный рубеж обороны!

– Вероятно, засаду устроили отборные бойцы, а их командир – прирождённый тактик, – произнёс он вслух. – Надо с ним держать ухо востро.

– Да, шеф, – подтвердил Эвалт. – Они сражались как дьяволы! Сколько моих бойцов положили, а их было гораздо больше…

– Почему Двакка не занял холм? Это же так очевидно!

– Не знаю, капитан. Мне кажется, что он не ожидал встретить врага здесь. Ведь они воюют по-другому!

– Кто?

– Аборигены. Их главная цель – захватить бому или сензал и перебить всех мужчин! Двакка мыслил также…

– Вот и поплатился!

– Да, капитан.

Когда Акимцев в сопровождении Эвалта вошёл в деревню, его поразило спокойствие, с которым его встретили жители, стоявшие у своих лачуг. С виду они была довольно примитивна: три стены, сплетённые из прутьев, промежутки между которыми замазаны латеритом, и что-то вроде свёрнутой циновки над входом.

– Не иначе это работа Алека, – подумал Акимцев, медленно вышагивая по узкой улочке. Когда они приблизились к центру, Эвалт что-то спросил у одного из туземцев, стоявшего у входа в одну из лачуг. – О чём это он? – поинтересовался Евгений.

– Объясняет куда нам идти, а заодно рассказывает, как любил Кимбу.

– Вот как? А ещё?

– Обещает показать всех, кто помогал «людям из-за гор» …

– Это кто такие?

– Те, кто был здесь неделю назад. Люди, устроившие засаду Двакке…

– Интересно, что он может о них рассказать?

Эвалт довольно долго общался с туземцем, изредка прерывая его длинные тирады короткими репликами. Минут через десять он что-то сказал словоохотливому туземцу. Тот вдруг запнулся на полуслове и боязно посмотрел на Акимцева.

– Что он тебе рассказал? – поинтересовался Евгений.

– Ничего существенного. Он сказал, что здесь было около десятка людей в форме, которыми командовал один белый. Сюда их привёл местный колдун по имени Борот. Сначала эти люди расстреляли отряд Двакки, а потом уничтожили «пантер», которые ночью проникли в деревню, чтобы убить всех людей-из-за-гор. Потом часть из них ушла, а остальные жили здесь почти неделю. Вчера они ушли в Ойе…

– Что такое Ойе?

– Деревня к северу. Она должна быть на схеме, которую я составил.

– Ах, да, – медленно произнёс Акимцев. – Я забыл. Скажи, Эвалт, почему он так странно на меня смотрит?

– Я ему сказал, что Вы, капитан, брат того белого, – безмятежно произнёс сержант.

– Зачем?

– Чтобы он меньше болтал о наших врагах. Я почти уверен, что он укажет на тех, кто является его личным врагом, или кому он завидует. Реальных пособников «людям –из-за-гор» среди них будет не более двух-трёх.

– Ты в этом уверен?

– Спросите лейтенанта Мванзу – он тоже так думает. Даже местный колдун Борот не является нашим врагом. Скорее местные хотели избавится от грабежей Двакки, чем поддержать «людей-из-за-гор»…

– Почему ты так думаешь, Эвалт?

– Видите ли, капитан, я немного познакомился с ним за те несколько дней, что мы провели вместе. Это был бандит в погонах…

– Значит ты его намеренно завёл в засаду?

– Нет, конечно! Я просто не мешал ему принимать идиотские решения…

– Значит ли это, что я на тебя не могу рассчитывать?

– Вовсе нет, капитан. Я буду в точности исполнять ваши приказы до тех пор, пока…

– Пока?

– … пока они будут справедливы. До сих пор у меня не было основания сомневаться в Вашей честности.

– Спасибо на добром слове, а пока я хотел бы увидеть старосту. Надеюсь, что мы с ним поладим…

– Старосту? – удивился Эвалт. – Зачем?

– Послушать, что он скажет, объяснит, что здесь произошло.

– Он ничего нового не сообщит Вам, капитан. Лучше идём в факторию, где расположился лейтенант Мванза. Вероятно, староста и деревенский колдун тоже там.

– Согласен! От них мы узнаем гораздо больше, чем рассказал этот завистливый недоумок, – произнёс по-русски сержант и кивнул в сторону побелевшего от страха и неопределённости негра.

– Ладно, идём, – произнёс Акимцев и двинулся в направлении, которое указывал Эвалт.

– Это правильное решение, товарищ!

Алек встретил начальника улыбкой. Он распахнул узкую дверь, ведущую в полутёмный пакгауз фактории:

– Проходите, товарищи, нас уже ждут местные власти.

Акимцев первым перешагнул порог и задохнулся от спертого воздуха, наполненного запахом свернувшейся крови, пота и полуразложившегося дерьма:

– Что здесь такое? – промычал он.

– Бывшая база наёмников, – громко ответил Алек и включил освещение. При тусклом свете лампочки Акимцев разглядел валяющиеся на полу бинты, упаковки от медикаментов и сгустки крови. У дальней стены валялись несколько трупов, а посередине – прямо под лампой – были прикручены два сморщенных старых негра.

– Знакомьтесь, товарищ капитан. Джубал и Борот! – громко произнёс Алек. – Староста и колдун! Они помогли «людям-из-за–гор» перебить наших товарищей.

– Если они помогали нашим врагам, то почему не ушли вместе с ними? – задал резонный вопрос Акимцев. Эвалт перевёл. Ответил Борот:

– Двакка грабил бому. Нам это не нравилось. А пантеры сами вошли в Коро. Они не спросили нас. Если бы они говорили с нами, то не попали бы в ловушку, которую им устроили «люди-из-за-гор» …

Джубал перебил колдуна и стал перечислять ошибки пантер…

Акимцев полчаса слушал рассказы стариков и пришёл к выводу, что их вины в разгроме Двакки нет. Остальное его не интересовало.

– Вот что, Алек, – сказал он. – Отпусти этих почтенных людей по домам. И попроси старейшину их очистить этот пакгауз от мусора. Мы используем его под склад.

Краем глаза он наблюдал за реакцией своих подчинённых: челюсть Алека отвисла от удивления, Эвалт же многозначительно ухмылялся.

– Товарищ капитан, – попытался образумить Акимцева Алек. – Это Вам ничего не даст. Завтра здесь будет министр Флет и всё начнётся сначала. Старики обречены!

– Это мы ещё посмотрим, – зло произнёс капитан. – Ни один волос не упадёт с голов жителей деревни!

Вечером следующего дня в Коро прибыли основные силы батальона под командованием Буассы. Надо было готовится к выступлению на Буюнгу. Не теряя лишнего времени, он в присутствии Эвалта решил расспросить ветеранов первого взвода, участвовавших в недавнем рейде к перевалу. Их рассказ его разочаровал: со слов бойцов выходило, что командир их взвода, недавний курсант ОУЦа, поступил очень самонадеянно. Он двигался без боевого охранения и завёл двадцать пять своих людей в засаду. Он был убит первыми выстрелами из пулемёта, потом уцелевших бойцов закидали гранатами и обстреляли из винтовок и автоматов. Спастись удалось восьмерым. Вместе радистом и его охраной они прошли через гилеи к одинокому холму, с которого их вывез вертолёт. Противник их не преследовал.

– Вероятно, у них недостаточно сил, – предположил сержант.

– Очень на то похоже, – согласился с ним Акимцев. – Отпусти людей: они устали после длительного перехода. И я тоже, пойду завалюсь спать. Завтра выступаем!

Выспаться не удалось: Алек, как обычно, оказался прав. Всю ночь деревню будоражило: шли аресты. Уставший Акимцев спокойно спал в своей палатке, установленной за пакгаузом и не слышал всего этого. Он был уверен, что его приказа никто не ослушается. Каково было его удивление, когда его разбудил Эвалт и сообщил о происходящих событиях. Наскоро одевшись капитан в сопровождении сержанта побежал на площадь. Стояло раннее утро. Арестанты были выстроены на центральной площади в одну шеренгу. На отдалении от них толпились жители деревни, окружённые несколькими десятками солдат под командованием полковника Буассы. Они не столько сдерживали толпу, сколько пялились на пленников, стоявших на коленях. Их было двух дюжин человек, в основном, стариков. Когда Акимцев появился на площади, Флет ходил вдоль строя, поигрывая пангой. Он что-то кричал своим высоким тонким голосом, а стоявшая за его спиной толпа подвывала. К своему удивлению, Акимцев увидел в шеренге пленников и своего «осведомителя», и старосту Джубала, и колдуна Борота.

– Что происходит? – спросил он стоявшего неподалеку Алека.

– Показательная экзекуция. Их всех перебьют, хижины разграбят, а женщин раздадут… – меланхолично ответил собеседник. – Как это здесь принято…

– Это надо остановить!

– Остановить? – лицо Алека перекосила усмешка. Он кивнул на министра: – Этого остановит только пуля.

– А Буасса?

– Буасса не будет вмешиваться – себе дороже. Особенно после того, как его вывели из состава министров.

– Но кто-то это может сделать?

– Это сделать? – удивлённо произнёс Алек. Тут его лицо прояснилось: – Это сделать можете только Вы, капитан. Только Вы.

– Я?

– Да. Джу-джу Флета на Вас не подействует.

– Да? А на тебя?

– На меня? – в глазах Алека промелькнула искра удивления. – На меня тоже не подействует, но я не хочу ссориться с колдуном…

– Понятно, – сказал Акимцев и потянул «стечкина» из кобуры. Его разум застлала ярость…

Следующие пять минут рассыпались в памяти Евгения на какие-то несвязанные между собой эпизоды. Рука, отрубленная пангой, падает на жухлую траву… Чёрные, удивлённые глаза колдуна, оглянувшиеся на его окрик… Новый удар окровавленным тесаком по голове очередной жертвой… Ствол, направленный в голову садиста. Его обезумевшие глаза… Грохот выстрела… Обмякшее тело… Кровь… Растерянность толпы… Тихий гул голосов… Руки, подхватившие Евгения… Потолок, плетённый из соломы… Мягкая циновка… Чей-то убаюкивающий голос…

– Ну и дел ты наворотил, капитан, – раздался вдруг над ухом громкий голос Зигунова. – Если бы не твои заслуги, не миновать бы трибунала. Эк тебя угораздило связаться с колдуном!

– Где я?

– Как где? В Гинкале, в госпитале! Уже три дня не приходишь в себя.

– А где мои люди?

– Батальон сейчас должен быть километрах в десяти от перевала. Послезавтра выйдет на перевал!

– Что со мной произошло?

– Сами не понимаем. Наш доктор обследовал – ты совершенно здоров, говоришь, ходишь…

– Но я себя совершенно не помню! Что произошло в последние три дня?

– Как тебе сказать, – хмыкнул майор. – Ты убил министра правительства Зангаро в изгнании и помутился рассудком. Это – официальная версия. Однако. Все местные считают, что это – амок.

– Да?

– Тебя проверили на наркоту – чисто! Непонятно, что случилось. Может объяснишь?

– Могу. Я остановил экзекуцию ни в чём не повинных людей. Помню, что застрелил Флета, после того, как он стал рубить пангой пленников. В его глазах было что-то звериное: я не мог его остановить по-другому…

– Свидетели говорят, что Флет напал на тебя всем своим своё джу-джу. Но оно ему не помогло – он умер после того, как ты всадил в него всю обойму из своего «стечкина» …

– Слава богу, одним садистом меньше…

– Могу с тобой согласится, – миролюбиво произнёс Зигунов. – Сообщи, когда будешь чувствовать себя более или менее нормально…

– Я и сейчас в норме!

– Очень хорошо! В Загорье направляется третий батальон АФФ. Пойдёшь с ним.

– Когда?

– Послезавтра. Готов?

– Так точно!

– Вот и отлично, Евгений Николаевич! Твоё счастье, что ты знаешь перевал и его окрестности, а то Петров давно бы тебя отправил в Москву.

– Он здесь был?

– Да! Раза два. Был очень зол на тебя. Впрочем, это – его обычное состояние.

– Знаю. Вероятно, я его сильно подвёл…

– Да уж точно. Он на сутки задержался в Габероне, улаживая наши дела. Наши славные африканские друзья требовали твою голову: ты лишил их джу-джу…

– Они же марксисты!

– Вот, вот! То же говорил и Алек. Во время совещания, он был на твоей стороне, доказывая, что нам в Коро нужна надёжная тыловая база, а не сборище озлобленных негров. Я его поддержал, Буасса был против…

– Спасибо. Кто сейчас ведёт людей на перевал?

– Мартын, а Алек остался в Коро.

– Капитан Босс же не понимает савинду!

– Ему придан твой переводчик из наших…

– Коренев?

– Да, – кивнул Зигунов, – а на базу Лунёв послал двух новичков – Проскурина и Зинченко. Он их знает с Занзибара. Вроде неплохие ребята. Я их отдал на выучку Липкину.

– Будь с ними поосторожнее и расспроси о них у Белкина. Он считает, что это – стукачи…

– Обязательно спрошу при встрече, – нахмурился Зигунов. Он вдруг засуетился и встал. – Ладно отдыхай, капитан, мне пора идти…

– До встречи в Гинкале, – вздохнул Евгений и слабо пожал руку майора. Зигунов остановился при входе в палату и произнёс:

– Есть ещё одна новость!

– Плохая?

– Хорошая!

– Какая?

– Наш посол в Зангаро сообщил, что начальник жандармерии в Кларенсе застрелился.

– Ну и что?

– Это он заварил всю эту кашу в Зангаро!

– Обстоятельства известны?

– Пока, нет. Выясняют. Думаю, что это очередные местные разборки. Кто-то что-то не поделил, вот и отправил его к праотцам.

– Туда ему и дорога, – произнёс Акимцев. Когда дверь за Зигуновым закрылась, он стал размышлять о том, как этот безвестный человек изменил его судьбу и, вероятно, карьеру…

В то время, пока капитан прохлаждался в госпитале, в Габероне шли горячие споры о его судьбе. Глава правительства Зангаро в изгнании потребовал от Голона расстрела офицера, убившего его министра.

– Послушайте, товарищ Дерек, – пытался образумить его политический советник. – Ведь это ваш министр превысил свои полномочия и стал резать мирных жителей прямо на площади…

– Это наши традиции, – упорствовал министр. – Вы их должны уважать…

– Традиции традициям рознь, – поддержал своего советского коллегу майор Такон. – Если вы, господа министры, и ваши люди будут себя вести так дальше, то моё правительство перестанет поддерживать ваше движение…

Голон бросил мимолётный взгляд на Такона, стараясь понять, куда он клонит. При его словах министры Дерека совсем растерялись: Оббе отвёл глаза, а Куин надулся.

– Но, Морис, – попробовал возразить Дерек, – мировое национально-освободительное движение Вам не простит…

– Ах, оставьте свои высокопарные речи, – махнул рукой Такон. – Без нашей поддержки вашим людям не продержаться и дня…

– Товарищ Голон, почему Вы молчите? – вдруг вскочил с места Дерек. – Он нас шантажирует!

– Товарищи, успокойтесь, – покровительственным тоном произнёс советник. – Никто не собирается лишать вас поддержки, но, надо признать, что эксцессы на освобождённых территориях недопустимы! Пожалуйста, развивайте вашу мысль, товарищ майор!

Такон ядовито улыбнулся и продолжил свою речь:

– Уважаемые камрады, я со всей твёрдостью хочу заявить, что Богана не отказывается выполнить свой интернациональный долг перед народами Зангаро! Более того, мы направим технические и артиллерийские подразделения для непосредственной поддержки вашего движения, но при одном условии…

– Каком? – не выдержал Дерек.

– В ваше правительство войдёт представитель бакайя Прем Кокус. Он займёт место покойного Энгера Флета…

– Но он же ренегат, – прошептал Куин. – Как его можно включить в революционное правительство?

– То, что он видит социализм по-другому, ещё не делает его предателем, товарищи, – вмешался в разговор Голон. – Мы беседовали с ним на различные темы и пришли к определённому пониманию…

– Кроме того, министр из племени бакайя в составе вашего правительства докажет отсутствие национализма, – добавил Такон.

– А без этого никак нельзя, – затравленно посмотрел на Голона Дерек. Тот отрицательно мотнул головой:

– Нет, товарищи, никак нельзя. А про нашего военного советника – забудьте…

Совещание в интендантском архиве

Саймон Эндин прилетел в Луис третьего сентября в начале второго пополудни. Преимущества военного борта заключалось в том, что можно было не тратить время на формальности в аэропорту. Бывший британский военно-транспортный самолёт «Ланкастерец» был давно снят с вооружения и каким-то чудом сохранился в составе ВВС Гвиании. Как пояснил капитан Берт Эверар его приобрели во время гражданской войны у какой-то частной авиакомпании и использовали для перевозки высшего командного состава. Действительно, салон самолёта имел всего девять пассажирских мест, и все они были заполнены военными чинами в звании не ниже майора. Единственным штатским на борту был Эндин, который вместе со своим сопровождающим удобно устроился на сидениях спереди. Начальник экипажа выказывал особые знаки внимания им, и в течение полёта остальные гвианийские офицеры постоянно косились на странную пару. Эндин обратил на это внимание и спросил спутника об этом:

– Не обращайте на них внимания, – беззаботно пояснил капитан. – Чтобы получить место на этом борту надо иметь разрешение командующего Южным округом или иметь особое предписание Генерального Штаба…

Эндин оглянулся и увидел военного интенданта, сидящего в самом конце салона. Он вспомнил, что видел его в «Эксцельсиоре». Саймон усмехнулся и кивнул в их сторону:

– Этот тоже?

– Этот? – потянул Эверар, оглядываясь. – Ах этот! Он – из службы безопасности. Следит за нами…

– И Вы так спокойно говорите об этом, Берт!

– Они нам не помеха. Скорее – дополнительная охрана. Между прочим, его напарник остался в Уарри и наблюдает за нашими подопечными.

– Зачем Вы это допускаете, капитан?

– Военная разведка не должна быть замешана в расследование дела «Гвенко», мистер Харрис, – тихо прошептал Эверар. – И не спрашивайте меня больше об этом. Я, и так, много сказал Вам лишнего.

– Понял, – также тихо ответил Эндин. Он отвернулся к иллюминатору и стал любоваться пролетающими внизу облаками. Перелёт из Уарри в Луис занял чуть более получаса. Прямо к трапу самолёта подкатил военный джип, который доставил Эндина в отель «Американа». Здесь Эверар распрощался со своим подопечным, передав его прямо в фойе полковнику Роджерсу. Он был одет в лёгкий полотняный костюм для гольфа и напоминал скорее страдающего сплином английского аристократа, чем старого разведчика.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26