Олег Пауллер.

Псы войны. Противостояние



скачать книгу бесплатно

– А что военные?

– Военные сейчас молчат: идёт большая чистка. В ней принимают участие Ваши коллеги по линии военного министерства…

– Так вот почему наш посол так занят! – догадался Гуль.

Ужин был превосходным, пиво – отличным, а информация Эндина – разнообразной. Удовлетворённый прежде всего самим собой, дипломат вернулся в отель и лёг спать. Мистер Уолтер Харрис решил ещё побродить по городу. На одном из приморских бульваров он наткнулся капитана Эверара и перекинулся парой слов.

– Как идут дела?

– Нормально, мистер Харрис. Подозрения от Вас отведены. Ру высылают во Францию, а Шевалье объявлен в розыск. Ему предъявлено обвинение в организации взрыва «Гвенко». Мистер Блейк роет носом вокруг этого дела, но Прайс ему перекрыл доступ к материалам. Он собирается лично доложить о результатах расследования президенту: всё-таки это экстраординарный случай.

– А что с Блейком?

– Вероятно, в скором времени его вышлют из Гвиании. Хотя у него есть сильный покровитель – вождь Джеймс Маджаи. Он номинирован на пост вице-президента. Его кандидатуру в понедельник должны утвердить на совместном заседании обеих палат парламента.

– Спасибо за информацию, капитан. Это Вам на текущие расходы – произнёс Эндин, протягивая Эверару конверт. – Как поживает твой шеф?

Разведчик положил деньги в карман и кивнул головой:

– Старик держится крепко: на пенсию не собирается.

– А комиссар?

– Прайс довольно часто использует наших людей для проведения следственных действий. Говорит, что нынешняя полиция не умеет работать.

– Это хорошо. А что ещё собирается дальше делать? Ведь Шевалье в розыске, остальные – не удел.

– Пойдёт по следу Мутото. Комиссар привлёк пару специалистов по финансам, чтобы проштудировать его кассовые книги. Надеюсь, там нет Ваших следов?

– Естественно нет. Вы же сами знаете! Все официальные платежи шли через Амбопу.

– Ясно. Ещё по пиву?

– Нет, сэр. Мне пора.

Эверар незаметно выскользнул из паба и растворился в темноте. Эндин пожалел, что забыл спросить его про Ядвигу. Он хотел окликнуть капитана, но было уже поздно. Так и не заказав второе пиво, Саймон побрёл в отель: надо было сообщить сэру Джеймсу обо всём.

Гуль дотащился до отеля и завалился спать. Ночью его мучили кошмары. Ему снились джунгли, танцующие негры, какие-то толстые голые мулатки призывно махали ему руками, бездонный бассейн со взявшейся из ниоткуда акулой. Несколько раз он просыпался, вскакивая в постели и размахивая руками. В какой-то момент он случайно сбил противомоскитную сетку: её пришлось снова натягивать. Провозившись с ней четверть часа, Адриан окончательно потерял душевное равновесие и пошёл к холодильнику. Из него он достал джин, тоник, смешал их наугад и выпил. После этого Гуль завалился в кровать и забылся тяжёлым сном. Проснулся он поздно, голова болела, в животе бурлило, хотелось пить и есть. Заказав завтрак по телефону, Гуль решил принять душ. Когда он закончил водные процедуры, столик был сервирован, а в кресле напротив него развалился Крейг Смелли:

– Извините за непрошенное вторжение, мистер Гуль, – произнёс он. – Я ещё вчера узнал, что Вы приехали и ищете встречи с послом и весь вечер пытался дозвониться, но не смог.

Поэтому я приехал сюда с утра пораньше.

Увидев красные от бессонницы глаза Адриана, он добавил:

– Вам плохо спалось?

– Да. Всю ночь мучили кошмары. Чем обязан, мистер Смелли?

– Ваша встреча с послом состоится только в начале следующей недели, поэтому я хочу пригласить на уик-энд.

– Вот как? Я – такая популярная персона в Луисе? Интересно, кто меня хочет видеть на этот раз?

– Торговая фирма «Соваж» устраивает пикник на берегу океана. Её хозяйка узнала, что Вы прибыли в Луис и захотела познакомиться с Вами, мистер Гуль.

– Это уже вторая миллионерша, которая подбивает ко мне клинья, – возмущенная произнёс Адриан. – Позвольте поинтересоваться от кого она узнала?

– От меня. На пикник приглашён сам Джеймс Маджаи. Слышал о таком? – Адриан вяло кивнул, не понимая к чему клонит собеседник. Ему было всё равно, что твориться в Гвиании. Тем временем, собеседник продолжал: – Его прочат на должность вице-президента. Голосование по его кандидатуре состоится в понедельник, и он хорошо настроен к британцам.

– Знаю, знаю. Уже слышал об этом. А кто ещё будет?

– Дирекция фирмы, глава местного отделения «Шелл», пара-тройка европейцев, ну и, естественно, я и Гарри Блейк…

Гуль недовольно поморщился: общество будет незнакомым, но хоть какое развлечение. Вдруг он увидел, что его завтрак совсем остыл. Он присел к столику и начал судорожно намазывать тост джемом. Смелли какое-то время наблюдал за собеседником с интересом, но потом ему это надоело.

– Так Вы поедете? – прервал он занятие дипломата.

– А у меня есть выбор? – язвительно спросил Адриан.

– Конечно. Вы можете остаться в отеле до понедельника. Плавать в бассейне днём и ходить в бар вечером в надежде подцепить какую-нибудь смазливую шлюшку.

– Я же женатый человек, мистер Смелли!

– Обещаю, скучать не будете. Лучше пить джин на берегу океана, чем потеть в этом грёбаном отеле. Пусть даже он самый лучший в Луисе…

– Хорошо, но как к этому отнесётся посол?

– Я проинформировал его об этом. Он настоятельно рекомендует Вам согласиться с моим предложением, – с напором сказал разведчик. Это – в интересах Империи!

Дед Адриана начинал простым каменотёсом. В Великую Войну ему очень повезло: он был призван в мостостроительную часть и всю свою воинскую службу просидел в тылу, ремонтируя укрепления Адена. В самом конце войны ему пришлось немного пострелять: их подразделение атаковали то ли арабские разбойники, то ли турецкие дезертиры. Получив нашивку за ранение и медаль, он вернулся домой на побывку домой и сразу женился на дочери своего довоенного босса: дефицит мужчин после Соммы и Ипра был настолько велик, что его тесть согласился на брак. После свадьбы деда отправили на Ближний Восток: строить мосты через канавы, которые там называют реками. Вместе с генералом Алленби он дошёл до Дамаска и получил медаль Победы. После возвращения на родину он стал помогать своему тестю. Послевоенный бум позволил расширить дело и построить кирпичный завод. Вскоре на свет появился дядя Адриана, а затем его отец и тётка. Дед дал своим детям образование: дядя получил диплом инженера-строителя, тётка – учителя, а отец – финансиста. Во время Великой Депрессии тесть потерял почти все свои сбережения: его хватил удар, и он умер: так дед Адриана стал хозяином каменоломни Салли, расположенной неподалеку от Кингсбриджского аббатства. Его соседство позволило пережить тяжёлые годы: монахам постоянно требовался камень и другие строительные материалы. В 1938 году дядя получил диплом инженера, и дед передал управление своим бизнесом сыну, а сам до конца своих дней работал десятником в собственном карьере:

– Это я умею лучше всего, – поговаривал он, отвечая на вопросы внуков. В самом конце войны его убила бомба. Немецкие бомбардировки надолго обеспечили семью Гулей работой: как и продовольствие, строительные материалы были дефицитным товаром для британцев до середины пятидесятых. Накануне войны дядя добавил к своему производству бетонный завод и получил подряд на реконструкцию военного аэродрома.

Мать Адриана была итальянкой. Отец привёз её на остров после того, как английские войска освободили Абиссинию. Одинокая белая женщина в чужой стране была практически беззащитна от озверевших от одиночества мужчин в британских военной форме и дикарей – эфиопов и афаров. Молодой клерк казначейского департамента взял её под свою опеку и, она ответила взаимность. Так на свет появился Адриан: местом его рождения был Асэб. Работа в оккупационной администрации позволила отцу наладить нужные связи. После войны он помог брату приобрести списанную технику и нанять рабочих-иммигрантов. В послевоенные годы строительный бизнес процветал, к тому же отец стал крупным страховым агентом. Средства позволили определить маленького Адриана в закрытый колледж в Стортфорде. Этот городок располагался недалеко от военного аэродрома, который обслуживала строительная компания «Гуль и Гуль». Его начальник, полковник Стенли, был настолько любезен, что дал рекомендацию юному Адриану. Отсюда ему открылась дорога в Кембридж. Частная закрытая школа воспитала у Адриана твёрдость характера и умение находить компромисс. Затем их отшлифовал Тринити-колледж и ЛСИ. Год службы во флоте Её Величества придали определённый лоск его внешнему виду, включая короткую причёску, бритую шею и непроницаемый взгляд римского официанта с суровым взглядом янтарно-жёлтых глаз. В начале шестидесятых его приняли на дипломатическую службу и отправили в Дурбан в качестве экономиста-аналитика. После года практики его отозвали на дополнительное обучение. Этому он был обязан своему шефу, который характеризовал его как «блестящего, напористого и динамичного молодого человека» …

Адриан усмехнулся, вспомнив старого консула, который только и делал, что дрых на задней террасе, попивая розовый джин со льдом и листая местные газеты.

– Вы, молодой человек, вечно торопитесь со своими экономическими обзорами, – каждый раз говорил, когда его подчинённый приносил очередной документ. – Скоро у Вас совсем не будет работы. Когда информация закончится, Вас отправят в какую-нибудь дыру типа Виндхука или Блантайр-сити. Попомните мои слова…

Так в точности и произошло: Адриан оказался вице-консулом на Пембе, а потом – вторым секретарём на Занзибаре. Во время восстания он проявил выдержку и благоразумие, в результате чего спас группу британских подданных из рук разъяренных повстанцев. За это верховный комиссар Тимоти Кроствэйт представил его к награде. С апреля 1964 года Адриан Гуль некоторое время был политическим советником свергнутого султана Сеида Джамшида, который вместе с семьёй получил убежище в Великобритании. Два года спустя его перевели в департамент Западной Африки, где он стал заниматься анализом экономической информации. Здесь он познакомился с сэром Джеймсом Мэнсоном. С тех пор их связали довольно крепкие партнёрские отношения: глава МэнКона получал эксклюзивную информацию по интересующим его вопросам, а дипломат пристроил свою молодую жену на должность аудитора в одну из многочисленных британских «внучек» концерна. Работа была не пыльная, но хорошо оплачиваемая. Кроме того, старший Гуль периодически страховал сотрудников и некоторые контракты МэнКона на крупные суммы, а фирма «Гуль и Гуль» получала подряды.

– Ты у меня, упрямая обезьянка, – каждый раз говорил отец, после каждого такого случая. Он всегда отсылал часть полученных денег по почте сыну, хотя мог этого не делать. Так что интересы Британской Империи в лице сэра Джемса Мэнсона и лично Адриана Гуля в данном случае полностью совпали…

– Сдаюсь, – Адриан картинно поднял руки. – Когда ехать?

– Минивэн компании «Шелл» заедет за Вами ровно в полдень. Вы узнаете его по эмблеме

– На сколько мы уезжаем?

– До понедельника. Вернёмся часов в десять и сразу поедем в посольство. Думаю, посол Вас немедленно примет. Так что собирайте вещи, – Смелли посмотрел на часы. – У Вас осталось всего полтора часа на сборы. Пока Вы укладываетесь, я отъеду по делам. Встретимся уже на месте.

Минивэн опоздал на пять минут. Он подлетел к парадному входу отеля, и растрёпанный шофёр-мулат засуетился, помогая носильщикам грузить багаж. Одет он был в выгоревший на солнце зелёный комбинезон, на рукаве которого красовалась красная раковина – эмблема концерна «Шелл». Гуль налегке прошёл в салон и обнаружил там трёх загорелых европейцев в белых полотняных костюмах. Они чопорно поздоровались с ним и представились. Когда Адриан назвал себя, в их глазах мелькнула искра удивления, но и только. В салоне повисла тишина: играло только радио водителя, который с прилежанием, свойственным только полукровкам, расставлял кофры дипломата. Гуль лениво следил за ним. Через несколько минут всё было аккуратно уложено, и машина двинулась на запад. Полвека назад вокруг Луиса, столицы Гвиании, располагались обширные болота. Они тянулись от устья Бамуанги до западной границы на несколько десятков километров. Часть этой никому не нужной территории получила «Шелл» в концессию сроком на 30 лет. Это произошло ещё при доминионе: с тех пора она была полновластной хозяйкой. За десять лет инженеры «Шелл» осушили болота и вырыли прямые мелиоративные каналы, свели мангры и через них проложили широкую бетонную дорогу от столицы к устью Бамуанги. Она была перегорожена шлагбаумами, которые охраняли африканцы в оранжевых касках и такого же цвета резиновых плащах. Они были вооруженные старыми британскими винтовками, оставшимися со времен второй мировой войны. Чтобы проехать сквозь эти кордоны, надо было получить специальный пропуск у представителя компании в Луисе. Это всё выложили Адриану его попутчики. Один их них по имени Чарли, занимался пропускным режимом, другой был главным финансистом отделения, а третий – начальником службы персонала. Все они работали и жили в Луисе, а теперь были приглашены на пикник.

– Мы сейчас едем в нашу штаб-квартиру, оттуда вертолёт нас доставит на остров «Эрэр», где собственно и состоится вечеринка. Вечером в воскресенье мы поплывём через лагуну на пароходике компании, – в общих чертах описал программу Чарли.

– А что такое «Эрэр»? – поинтересовался Адриан.

– Вы никогда не слышали про «Эрэр», мистер Гуль? – удивлённо спросил кадровик.

– Нет, – откровенно признался дипломат.

– Позвольте пояснить. «Эрэр» – означает «Отдых и релаксация». Это – посёлок отдыха для нашего персонала. Он построен по аналогии с подобными заведениями в Юго-Восточной Азии, созданными для американских солдат. На искусственном острове построены пятнадцать бунгало, к каждому из которых приписана девушка и бой. Они выполняют все прихоти жильца…

– Что, и даже сексуальные?

– А вы как думаете? – ухмыльнулся Чарли. – Все! За это им платят немалые деньги.

– Тринадцать американских долларов в сутки, – зачем-то уточнил бухгалтер. – Шесть – бою, пять – девушке, два – врачу…

– Зачем это нужно компании?

– Руководство хочет, чтобы наши нефтяники и остальной персонал из Европы могли безопасно развлечься и расслабиться. Они снимают, так сказать, своё напряжение пять дней в месяц. Девушек, конечно, им меняют…

– Так, что мы едем в публичный дом?

– Нет, что Вы, мистер Гуль! Туземцы рассматривают секс как естественное продолжение их основных обязанностей по домашнему хозяйству, – засмеялся кадровик. – Девушкам никаких премиальных за это не полагается и даже не думайте давать им чаевые – это только их развращает…

– Наверное содержание этого острова обходится компании в копеечку? – Адриан перевёл разговор на другую тему.

– Мы предпочитаем называть его зоной, – мягко поправил Гуля Чарли.

– Нет. Что вы! – залился соловьём финансист. – Наши европейские сотрудники довольно часто отдыхают в «Эрэр»: они чаще предпочитают истратить здесь шестьдесят пять баксов, чем лететь в Европу или сидеть в кабаках Луиса. Довольно часто нашу зону снимают и для таких мероприятий как наша. На этот уик-энд он арендован компанией Соваж. Её хозяйка арендовала «Эрэр» на три дня и заплатила за это девять тысяч!

– А я раздобыл меню, – вдруг похвастался кадровик и вытащил какой-то список. – В него включено сто восемь блюд.

– Да, мадам Соваж, превзошла саму себя.

–…сегодня к обеду подадут по четыре холодных и горячих блюда, все вегетарианские, и восемь видов фруктов.

– Фи, – произнёс Чарли. – Я люблю мясо.

– Мясо будет на ужин. Он состоит из тридцати двух блюд. Из них овощных только восемь.

– Это уже лучше, а что будет завтра?

– Обед из двенадцати блюд, холодных и горячих, – углубился в чтение кадровик, – и четыре вида фруктов. Ужин – восемнадцать блюд и те же фрукты…

– А в воскресенье?

– Обеда не будет, – деловито произнёс кадровик. – Только ужин на пароходе – двадцать четыре холодных блюда: птица, свинина, овощи…

– А какая кухня? Местная?

– Нет. Она выписала из Гонконга целую бригаду поваров. Они будут специально нам готовить…

– Разве в Гвиании китайская кухня в диковинку? – поинтересовался Гуль.

– В Луисе почти нет китайцев. Есть арабы, греки, даже индийцы и вьетнамцы, но настоящих китайцев нет.

– Интересно. Почему?

– А я почём знаю? – пожал плечами Чарли. – Вероятно сбежали во время последних гражданских беспорядков.

– Колониальная администрация предпочитала завозить индийцев, в основном, мусульман – пояснил кадровик. – Они не дали конкурентам развернуться.

– Угу! Гвиания – самая настоящая мусульманская страна! Почти как Нигерия!

– Ну это ты преувеличиваешь, Чарли! Здесь мусульман от силы процентов двадцать…

– Зато лезут во все дыры и своих родственничков тащат!

– Это точно!

Вялотекущую беседу прерывали частые остановки минивэна у многочисленных шлагбаумов, перегородивших бетонку. Наконец он преодолел последний блокпост на пути к штаб-квартире «Шелл». Это было длинное белое здание, одиноко стоявшее на плоской равнине, где когда-то были бесконечные болота, тянувшиеся до самого океана. Рядом с ней находилась бетонная полоса аэродрома с небольшой диспетчерской будкой и длинным пакгаузом. Рядом с ним одиноко стоял самолёт, возле которого суетились люди. Они тянули к нему шланги от большого оранжевого бензовоза, стоявшего неподалеку.

– Мы летим на этом самолёте? – поинтересовался Гуль у собеседников.

– Нет, что вы, – ответил за всех Чарли и махнул рукой в сторону. – За нами прилетит вертолёт, а остальные поедут на прогулочном катере.

Гуль посмотрел в том направлении, куда указывал менеджер. Милях в трех от взлётной полосы на солнце серебрились огромные шары и высокие цилиндры нефтеочистительного завода. Дорога огибала его по дуге и уходила к посёлку, где жили рабочие. Прямо за ним располагалась «джетти» – узкий пирс, выходящий далеко в зеленые волны Атлантики. Параллельно ей туда тянулись трубы от нефтеочистительного завода: полдюжины блестящих металлических змей. Издалека было видно, что у пирса стоял танкер с красной раковиной на борту. Минивэн скользнул за металлическую сетку, ограждавшую штаб-квартиру и остановился. Чарли вышел из салона и вошёл в здание. Буквально через пару минут он высочил из него и быстро вернулся. ОН сел рядом с водителем и кинул через плечо:

– Вертолёт нас уже ждёт, летим!

Минивэн тихо покатился по двору штаб-квартиры и обогнул здание: за ним находилась вертолётная площадка, на которой стоял «Белл-206», на борту которого красовалась ракушка «Шелл». Его пилот, суровый малый лет двадцати пяти, меланхолично жевал резинку и никак не отреагировал на прибытие пассажиров. Даже на оклик Чарли, он почти не отреагировал: только переключил какие-то рычажки. За то время, пока вещи и пассажиры были перенесены в салон вертолёта, его винт стал набирать обороты, издавая «вуп-вуп-вуп».

– А Гарри с нами летит? – вдруг спросил лётчик у Чарли.

– Мистер Блейк? Нет, он будет позже вместе Маджаи, – ответил начальник безопасности. – Мы летим вчетвером…

– Это хорошо, – сказал пилот, двигая челюстями. – Места будет больше.

Адриан рассмотрел пилота повнимательнее. Несмотря на желтоватую кожу, у него была совершенно европейская внешность и открытое, располагающим к себе лицо. Он изящно управлял летательным аппаратом, который сделал круг над заводом и устремился на юго-восток. Гуль стал смотреть по сторонам: на севере извивалась лентой Бамуанга, за ней угадывались джунгли. На западе было видно, как на берег обрушиваются бело-зелёные волны Атлантики, но самое интересное было внизу: вся территория болот была разделена на прямоугольники мелиоративными канавами и покрыта сетью узких дорог и труб, соединявших между собой нефтяные вышки. Здесь производилось главное богатство Гвиании – нефть. Вертолёт быстро рассекал пространство: в некоторых местах квадраты сменились зелёными зарослями болот, лента реки выросла в размерах и повернула к югу. Вертолёт сделал круг и стал снижаться: внизу показался сад, среди которого была разбросана дюжина белых домиков, соединённых бетонными дорожками. Чуть дальше располагались два здания покрупнее, а за ними – вертолётная площадка.

– Прилетели, – удовлетворённо произнёс Чарли. Смотрите, нас уже ждут…

Адриан посмотрел в окно и увидел десяток негров, толпившихся у площадки. Рядом с ними стояли четыре небольших кара для гольфа. После того, как вертолёт сел, его пассажиров и багаж погрузили на них и развезли по бунгало.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26