Олег Кравченко.

Под звездопадами



скачать книгу бесплатно



Олег Кравченко


Под звездопадами




ГЛАВА 1


Каждый раз, когда над головой раскатами свирепого грома бушует огненная канонада, я ложусь на дно сырого окопа и смотрю на пролетающие вверху вспышки. Словно самый сильный звездопад, они мерцают над головами, венами длинных сплетений траншей и наспех сколоченными блиндажами. Немая темнота ночи уходит, превращаясь в грохочущий яркий день.

Сколько их там? Сотни? Тысячи? Миллионы? Небо горит, пылает от смертоносной силы, вселяя неудержимый ужас и благоговение перед убийственной красотой. Порой несколько молний отделяются от основной стаи и летят вниз, прямо на нас, на наши тонкие лабиринты окопов. Где-то далеко, неслышное, заглушаемое бесконечными канонадами, звучит эхо взрыва, поглощая новые жизни. Система защиты не в состоянии справиться со всеми снарядами, которые посылает наш заботливый враг, и малая часть из них все же достигает своей цели.

Давно, кажется, еще в прошлой жизни, мы прятались в укрытия, напихивались в хилые блиндажи, даже не предполагая, что стоит одному такому снаряду упасть рядом, как он оставит после себя только большую воронку в несколько десятков метров. Ничего не спасет от смерти: ни металл, ни бетон, ни земля. Мы привыкли к этому: к взрывам, смерти, разрушению, к пониманию того, что жизнь может оборваться в любую минуту. Так легче.

– Ты долго здесь валяться будешь? – мою ногу пинает тяжелый ботинок и вдавливает кожу своими огромными протекторами. Это Эрнест.

– Подожди, – я киваю вверх. – Красиво.

– Тебе они еще не надоели? – его широкое лицо появляется как раз надо мной, закрывая огненные вспышки и расплываясь в улыбке. – Вставай! Быстро! Там коньяк парни раздобыли. Поднимайся, если выпить хочешь.

– Эх, зачем выпивка, если есть такая красота? Отойди, пожалуйста, не мешай, – сонным тоном прошу его я.

– Ну ладно, смотри, как хочешь. Я пошел, – он развернулся и медленно побрел прочь.

– Подожди. Я же знаю, что сами вы не справитесь, помощь нужна. Сейчас встаю.

Пропустить коньяк я не могу, приходится оторвать взгляд от вспышек, мелькающих в узком проеме и пойти с ним. В предвкушении скорой выпивки Эрнест быстро ведет меня вперед, перескакивая через вытянутые ноги гвардейцев, сидящих по обеим сторонам окопов, опершись о земляные стены спинами.

– В общем, сегодня с утра Артуру захотелось выменять что-то съедобное, видите ли, его желудок не в состоянии переварить то дерьмо, которым нас кормят в последнее время, – на ходу перекрикивает он небесный грохот. – Помнишь те часы, которые он стащил с руки трупа около недели назад?

– Да! – кричу я в ответ, прокручивая в памяти, как Артур отрезал руку у одеревенелого тела после неудачных попыток стянуть с кисти узкий браслет. Я с Эрнестом и Винсентом тогда стояли на стреме, пока Артур делал всю грязную работу.

Слушая, как нож нервно ходит по охолоделой коже, как ломается прочная белая кость, превращаясь в заостренное копье, выглядывающее из красновато-черного месива. Меня ненароком вырвало. Он еще спрашивает, не забыл ли я. Да как такое можно забыть? Это по-настоящему мерзко и низко.

– Не помню только, они позолоченные или полностью золотые? Ладно, это неважно, – продолжает свой рассказ запыхавшийся Эрнест. – Артур отправился в глубь правого фланга в надежде подороже их выменять и набрел случайно на одного парня, у которого было припрятано около двух литров домашнего коньяка, приготовленного, наверное, для особого случая. Я не знаю точно, какую он там лапшу на уши навешал этому пареньку и всем остальным, но вернулся Артур только около часа назад, неся с собой два литра коньяка, пакет еще свежего хлеба, банку тушенки и толстое теплое одеяло. Представляешь, целых два литра!

– А он хоть вкусный? – поинтересовался я, еле успевая за товарищем.

– Кто? Коньяк? А разве в этом дело? – скривившись от удивления, посмотрел Эрнест через плечо с таким видом, будто я ляпнул несуразную чушь.

– Ну и в нем тоже.

– Послушай, Оскар, хочешь чего-то вкусного, выпей сока свежевыжатого, конечно, если ты его здесь найти сможешь, – в негодовании крикнул мне Эрнест. – А в выпивке вкус совершенно неважен, главное, чтоб с ног сбивала и давала возможность забыться. Если бы весь алкоголь был на вкус, как помои или моча, мы все равно его пили.

Пристыженный, я замолчал, и мы быстро преодолели остальной отрезок пути.

Небольшая компания расположилась в маленькой земляной нише, вырытой в стене длинной траншеи. Артур, Франц, Дин, Генрих и Винсент плотно сидят кругом, подогнув ноги под себя и опершись спинами о рыхлую землю. В центре гордо возвышается немного отпитая пластиковая бутылка с темно-коричневой жидкостью, две больших банки тушенки и перевернутая каска, доверху заполненная свежим хлебом.

– Так, вы же обещали, что пить не будете, пока я за Оскаром сбегаю, – расстроенно сказал Эрнест, глядя, как две стальные кружки ходят по кругу, из рук в руки, а друзья отпивают обжигающую горло жидкость, даже не морщась.

– Если бы еще дольше ходили, вообще ничего и не осталось, а тут еще пить и пить, – улыбаясь, ответил Франц, взяв бутылку, и потряс ее в руках.

– На, выпей, – сунул мне кружку Винсент, сделав перед этим поспешный большой глоток.

Коньяк горьким комом поплыл по пищеводу и проник в пустой желудок, в котором болтались только две старые лепешки, съеденные с утра. На глазах выступила легкая пелена слез, и я поспешно принялся закусывать только что выпитое пойло, взяв пару кусков хлеба из каски.

– Да, довольно крепкий, не спорю, – улыбаясь, сказал Артур, укутанный в новое одеяло

– Может, его с водой развести? – спросил я, резво перемалывая мелко порезанные кусочки, которые в эту минуту показались безумно вкусными.

– И испортить выпивку? Ты что? Привыкнешь, вот мне уже нормально идет, – заступился за честь коньяка Франц.

Компания немного уплотнилась, и мы с Эрнестом плюхнулись между ними. Натянув на себя край теплого одеяла рядом сидящего Артура и оперившись спиной о рыхловатую землю, я продолжал жадно набивать живот хлебом, макая его в тушенку, и попивать горький напиток всякий раз, когда он попадал мне в руки. В голове зашумело, а движения стали немного заторможенными, да и коньяк уже не казался таким отвратительным.

Здесь, в холодной земляной яме, под грохочущим осколком видимого неба, тесно зажатый со всех сторон своими друзьями, с полным животом алкоголя и размякшего теста, я вдруг ощутил настоящий уют. Мне хорошо. В эту самую минуту теплая волна спокойствия и защищенности наполнила тело, заняв каждый атом и клетку. Не знаю, может, выпивка на меня так подействовала, но мир вдруг сжался до нескольких метров, а все, что дальше, показалось необычайно далеким и неважным. То, что за этими земляными стенами, – лишнее, безразличное для меня и не имеет никакого смысла. Важен лишь крошечный момент настоящего и место, где это происходит.

– Будешь? – от пьяного философствования отвлек Дин, доставший из кармана пачку сигарет и предлагающий мне одну из них.

– Да, давай, – обхватив обветренными губами узкую, сероватую гильзу сигареты, я с большим наслаждением втянул приторно-горький туман во все легкие.

– Как вы, не знаю, но я с удовольствием покурил бы что-то нормальное, а не эту труху, – заявил Артур, пробуя пустить густой дым кольцами.

– А есть выбор? – саркастически спросил у него Дин.

– Нет, конечно, выбора у меня нет, но вот если бы был… Вроде на следующий месяц нам провизию довезут, может, там хоть сигареты нормальные будут, – продолжал Артур.

– Ага, конечно, жди, могут и еще хуже дерьмо привезти, – бросил Генрих, все это время сидевший в глухом молчании в самом дальнем уголке нашей ямы.

– Да куда же хуже? – спросил удивленный Артур.

– «Пятая гвардия», например, если ты их не курил, то счастливый человек, – посмеиваясь в кружку, ответил Эрнест. – Вот уж настоящее дерьмо.

– Ну такого, к счастью, не пробовал, зато курил «Дальний берег», почти пять долларов за пачку отдал, но оно того стоило, – похвастался Артур.

– Ничего себе, пять долларов, да за такие деньги в бордель сходить можно, – возмутился вдруг Эрнест.

– Я бы с удовольствием заглянул в бордель хоть сейчас, – поддержал его заплетающимся от выпитого языком Франц.

– А кто бы тебя туда пустил в таком виде? – добродушно посмеялся Винсент. – Поди, выгнали бы и на порог не пустили.

– Кстати, мне брат рассказывал, что за линией фронта, там, где он служил, около двух километров, располагался небольшой публичный дом для гвардейцев, и им разрешали раз в месяц его посещать. – Сказал вдруг Дин.

– А где он служил-то? – спросил заинтересованный Эрнест.

– Где-то в Центральной Африке.

– О-о-о, ну ты сравнил. Там только и остались что дикари, лазающие по деревьям и ворующие еду, – разочарованно сказал Эрнест. – Там-то намного спокойнее, чем здесь. Там просто рай – руби деревья, иногда убивай пару-тройку дикарей, набивай себе пузо фруктами и бегай в бордель. Многое бы отдал, чтоб меня послали именно туда.

– Шутишь? Нам выпала такая честь, а ты бы отсиделся за вырубкой деревьев? – в недоумении посмотрел на него Генрих. – Именно здесь и сейчас творится история, именно мы сейчас творим эту историю, и именно мы вернемся домой настоящими победителями, с наградами и почетом.

– Ну, именно мы-то и погибнуть здесь можем. Мы же не знаем, что будет дальше и как вся эта операция обернется. Героями-то хорошо быть, не спорю, но ведь и сдохнуть тоже не хочу, – оправдался перед воинственно настроенным другом Эрнест. – Это только ты у нас такой храбрый, а я, знаешь ли, люблю спокойствие. И от борделя по соседству уж точно не отказался бы, а то самому себе дрочить уже рука подустала. Тем более что с женщиной был уже около года назад.

– Я вот, кстати, вообще ни разу не посещал подобное заведение, секс за деньги мне кажется уж больно отвратительным, – вмешался в разговор Винсент.

– Глупый ты. Отвратительно – это грязные гвардейские бордели, еще и подцепить что-то можно, если не предохраняться. Сколько там стоит час? – спросил Артур у Эрнеста.

– Да около двух – десяти долларов, все зависит от качества обслуживания и женщин, но в среднем пять долларов будет стоить, – с видом настоящего ценителя пояснил Эрнест, отхлебывая коньяк, находящийся в его руках уже довольно долгое время.

– Пять долларов, значит? Ну, так вот, я в одном доме публичном был, так там цена – семьдесят долларов за час, и это даже не за лучший номер и женщину. Но обслуживание там шикарное, все чисто, убрано, ну а девушки умопомрачительные просто, красавицы, страстные, пылкие и послушные, не те грязные бревна, которые попадаются в дешевых притонах. Вот там не страшно и без защиты заниматься, тем более что в чеке идет графа о страховке, и они вынуждены заплатить штраф, если ты там что-то подцепишь, – похвастался своими похождениями Артур. Он частенько любил чем-то блеснуть и, как правило, в любой уместный и не очень момент. Но мы привыкли к этой его особенности и почти не обращаем уже на нее никакого внимания, хотя поначалу это нас довольно сильно раздражало.

– Ну, не знаю, как по мне, уж лучше сходить четырнадцать раз в дешевое место, чем один раз в дорогое, – не унимался Эрнест. – Да и обслуживание не такое уж там и убогое, как ты говоришь. Ведь, правда, Оскар?

– А что я? – недоумевая, спросил я, почти не слушая. Мои мысли унеслись далеко отсюда.

– Ну, помнишь, мы с ребятами тебя вытянули в город, еще тогда, в Вене?

– И?

– Мы же тебя в бордель потянули. Представляете, он никогда до того момента с женщиной не был, – сообщил всем присутствующим Эрнест. – Так как тебе там обстановка? Ведь нормальная же, правда?

– Даже и не знаю, я-то один лишь раз там был, мне не с чем сравнить, – замялся я.

– Один, два, сто, какая разница. Ты ведь помнишь, какая там была обстановка. Все выглядело довольно прилично? – продолжил он давить так, что мне стало не по себе.

– Да перестань ты на парня налегать, не видишь, он покраснел весь. Оскар, успокойся, здесь ничего зазорного нету, – заступился за меня Артур.

Смущенный, я отвернулся в сторону, не желая разговаривать и вспоминать ту далекую ночь, когда по всей Вене и миру бушевало настроение праздника, а я, вытянутый Эрнестом, Отто и Маркусом через узкое окно казармы, бродил по счастливому городу в поисках приключений.

В чернеющей дали разноцветными мириадами взрывались салюты, разбиваясь по небосводу маленькими крошками. Все бары, кафе и улицы были забиты, казалось, государство отмечает праздник начала последней войны.

– Послушай, Оскар, сегодня для тебя великий день, – взвинченным голосом наставлял меня Отто, быстро шагая по ухабистому асфальту квартала красных фонарей. – Ты хоть знаешь, что там и как? Учить не нужно?

– Думаю, что справлюсь, – сбивающимся голосом ответил я.

Сердце выскакивало из грудной клетки, бешено стуча внутри под воздействием неконтролируемого волнения, тестостерона, адреналина и капли алкоголя. Маркус, местный и Единственный, кто хорошо знал город, вел нас дальше, в глубь района, вдоль пестрых реклам и вывесок, которые светились всевозможными красками. Отто считал себя моим наставником и просто не мог допустить, чтоб я отправился на фронт девственником, поэтому он и решился выбраться именно сегодня в город на свой страх и риск. А Эрнест, с которым я в то время почти не общался, увязался за нами вслед, чтоб не торчать в казарме и повеселиться перед дальней дорогой, тяжелым бременем нависавшей над завтрашним днем.

– Слава Единству! – закричал в полные легкие он, запустив через крыши высоких домов, стоящих одним длинным рядом, бутылку из-под выпитого пива.

– Границы долой! – эхом закричали мы и еще несколько человек на улице, стараясь не обращать внимания на его пьяные выходки.

– Маркус, долго еще? – спросил изнывающий от нетерпения Эрнест.

– Да нет, мы почти пришли, – ответил он спокойным голосом.

– Парни, подождите, я забегу еще пива куплю, – попросил нас Эрнест и направился в ближайший магазинчик.

– Да хватит тебе уже, целый день пьешь! – крикнул ему вслед Отто, но тот уже ничего не слышал, проворно заскакивая в зеленую дверь, которая стукнула о маленький звоночек, сообщая продавцам о новом посетителе. – Еще и попасть не сможет. Ох, и тревожно из-за него, чтоб там он нам все не испортил, еще и беду какую накличет. Зачем только его с собой брали?

Он резко обернулся ко мне, переключаясь на другую тему:

– Послушай, Оскар, ты, главное, не волнуйся, если что, они там должны разобраться. Девушки опытные, все сами знают, так что держи себя в руках, я-то знаю, каким неловким первый раз может быть.

Подождав Эрнеста, у которого на лице сверкала лучезарно-широкая улыбка, когда он вышел из лавки, мы двинулись дальше. Оказывается, что продавец, увидев его гвардейскую синюю форму, обслужил его бесплатно, и он никак не мог нарадоваться этому факту.

– Представляете, захожу, а они Такие: «Для героев все бесплатно», – беспрестанно твердил он. – Для героев! А я-то еще и не воевал вовсе, а уже герой. Вот такие продавцы, понимающие всю суть, достойны уважения, они-то знают, кто герои, пускай и будущие, а кто нет.

– Пришли, – с чувством выполненного долга объявил Маркус, когда мы встали у неприметного входа в трехэтажное здание, на вывеске которого красовалась синяя, под стать нашей форме, надпись: «Пристанище усталого гвардейца». Как правило, в таких заведениях приоритетно обслуживались именно военные, и для них делались скидки.

– Я готов! – выбросив недопитое пиво прямо на землю, так, что пенистая жидкость и мелкие осколки разлетелись в стороны, заявил Эрнест и, шатаясь, втиснулся в дверь.

Спертый, тяжелый воздух, смешанный с ароматами разных духов и благовоний, ударил в ноздри. Пройдя по грязному ворсистому ковру, покрывающему неровный пол, мы уперлись прямо в стол заказов, за которым сидел упитанный мужчина, наспех отпивающий крепкий кофе из большой чашки и протирающий красные от усталости глаза.

– Здравствуйте! – обратился к нему Отто. – Нам бы по девушке.

– Да-да-да, сейчас, – замешкался мужчина. – Извините, сегодня наплыв, как никогда, сейчас свободных проверю. – Он принялся просматривать записи в маленьком планшете, лежащем на столе, тыкая по экрану пухлыми пальцами, и поспешно протер лоб, покрытый каплями испарины. – На данный момент свободных нет. Извините. Через десять минут одна будет в двадцать третьем, и все, остальные только через часа два.

– Вот черт! – выругался Отто. – Маркус, здесь поблизости нет больше нормальных мест?

– Их-то хватает, только навряд ли картина там другая будет. Тем более здесь цены самые дешевые в городе, а то и в целом округе.

– Да по хрен, пошли вместе! – заплетающимся языком, еле стоя на ногах, сказал Эрнест. От здешней духоты его развезло еще больше. – Что, я членов ваших не видел, в душ-то вместе ходим.

– Ладно. Выбор у нас небольшой, – задумчиво молвил Отто. – Маркус, ты идешь?

– Нет, не хочу. Я лучше на улице вас подожду, больно душно здесь.

– Ну, дело твое, – Отто обратился к администратору: – Втроем ведь можно? – Тот утвердительно махнул головой. – Уж прости нас, Оскар, но тебе придется лишиться своей девственности в нашем присутствии, мы-то тоже трахаться хотим. Сколько на час будет?

– На час, за троих, – промямлил себе под нос администратор, считая цену, – четыре доллара.

Отто достал две потрепанные банкноты из кармана и положил их прямо на стол.

– Завтра отдадите, – грубым тоном сказал он нам. – А где номер находится?

– На третьем этаже, направо, самый последний по коридору. Двери там пронумерованы, думаю, вы найдете нужный, – вежливо ответил администратор.

– Ты не переживай, – попытался меня успокоить Эрнест, когда мы уже поднялись на нужный этаж. – Все нормально будет. Если хочешь, то можешь первым быть, а мы уже с Отто потом, после тебя, я-то непривередливый.

– Да все нормально, – как можно спокойнее произнес я, чтоб не показаться ханжой. Я плелся за ними сзади, медленно переставляя налитые свинцом ноги, пытаясь оттянуть как можно дальше предстоящий момент. Я в принципе был готов к обычному сексу с проституткой, но вот заниматься этим перед стоящими рядом друзьями я никак не готов. Но брел за ними следом, как безвольное, не решающееся проявить свое мнение и характер существо, подчиняясь решению более сильного покровителя. Стыдно за себя, того прошлогоднего, который боялся всего происходящего, а главное, своего мнения.

Длинный коридор, усыпанный мелкими яркими лампами на обитых пластиком с имитацией дерева стенах, был полностью забит людьми. Синие одинаковые формы и штатские одежды мелькали туда-сюда, выходя и заходя в отдельные комнаты. Тяжелый воздух был наполнен стонами и хрипами, доносившимися из-за тонких перегородок. Атмосфера чрезмерной похоти и разврата давила на голову, вкупе с невыносимыми ароматами стойких одеколонов, пота, феромонов и перегара. «Зачем только согласился на все это? Зачем поддался их влиянию? Зачем пошел сюда?». Но эти все «зачем» были только в моей голове, я был слаб, чтоб озвучить их.

Мог бы развернуться и уйти, но не ушел. Мог возразить, но промолчал. Мог много чего сделать, но не стал. Старые петли узкой двери с серебристым номером двадцать три, прочно прибитым к дереву, скрипнули, и оттуда поспешно выскочил высокий мужчина, на ходу надевающий тонкую ветровку. Все, дороги назад больше нет. Или заходить, или поднять себя на смех, чтоб друзья подумали, будто я последний трус. Не знаю, что б я выбрал, если этот выбор настиг меня сейчас, но в то время, год назад, я выбрал первый вариант и нехотя вошел внутрь вслед за товарищами.

Уличный воздух, лившийся через два открытых окна, шевелил маленькие обрывки серых штор, наполняя крошечную комнатушку приятной прохладой. Настольная лампа, стоящая на тумбочке, скудно освещала помещение, и приходилось сильно напрягать глаза, привыкшие к яркому коридорному свету.

– Привет, мальчики, – произнесла полностью обнаженная женщина лет тридцати, сидящая на краю широкой постели. Собственно, кроме кровати, здесь почти ничего и не было, разве что лампа, тумбочка и худой шкаф.

Я застыл, замер пришпиленный к порогу, прямо в открытом дверном проеме, не в силах пошевелиться и сделать хоть шаг.

– Оскар, какого хрена стоишь? Закрой быстро дверь, – крикнул Отто, выводя меня из ступора. – Ты сюда смотреть пришел? Раздевайся, или я первый буду.

– Да-да… Сейчас, – трясущейся рукой я захлопнул дверь и попытался снять свои штаны, безрезультатно расстегивая тугую пуговицу потными пальцами.

– Первый раз? – спросила безразличным голосом женщина.

– Да. Волнуется малец, – ответил за меня Отто. – Да успокойся ты. Что тут сложного: достал и вставил.

– Действительно, давай быстрее, а то ведь и мы хотим, – подхватил Эрнест.

Тяжелая бляха ремня на штанах с грохотом упала на грязный пол, из щелей которого просочились маленькие столбцы пыли. Я стоял по пояс голый перед своими друзьями и опытной проституткой, мучаясь от стыда.

– Помоги ему, а, – попросил Отто женщину. – А то он вообще растерялся.

– Эх, – она поднялась. – Вы бы знали, сколько таких я вижу каждый день.

Холодная рука осторожно взялась за мой скукоженный от стыда член и принялась легонько его массировать огрубелыми пальцами. Некогда красивое лицо, побитое тяжелым трудом и временем, было в паре сантиметров от меня. Мелкая россыпь морщинок покрывала белую кожу с коричневыми вкраплениями родинок на щеках, а в редких волосах пряталась заметная седина. Два равнодушных зеленоватых, отстраненно глядящих в сторону островка балансировали в белом молоке глаз, исполосованном красными венками усталости.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7

Поделиться ссылкой на выделенное