Олег Колмаков.

Жуткие игры славянского бога



скачать книгу бесплатно

* * *

…Хоть и прожил Сашка совсем немного – каких-то, двадцать лет – однако повидать за эти годы, он успел всякое. Пережил и перетерпел парень, действительно много. И, тем не менее, так тоскливо на его душе – как нынешней ночью – ещё никогда не было…

С самого детства, Саня мечтал быть военным. Свою жизненную цель: стать офицером – он поставил перед собой ещё в школе, после того как потерял обеих своих родителей и, вместе с младшей сестрой, остался на бабушкином иждивении. Окончив СПТУ, пытался поступить в танковое училище, но «провалился» на первом же экзамене («на этом чёртовом сочинении»)…

Справедливости ради здесь следует отметить: что, не поступив в «военку» – наш Санёк, особо не отчаялся. «Подумаешь!.. Не вышло в этот раз, получится в следующий!..».

Осенью, он ушёл на «срочную» – рассчитывая уже через год поступить в училище, используя льготы предоставленные военнослужащим, проходящим военную службу. Романтика армейской службы, продолжала манить юношу, не давая ему покоя.

От природы, Александр был физически крепок, вынослив и высок ростом. Потому и попал он в ВДВ – подобные качества в десантуре, всегда были в цене. А после «учебки», парень очутился на Афгано-таджикской границе.

Та граница, скажу я вам – в начале 90-х прошлого века – это, вообще, особая тема…

Здесь, ощущением скорого развала Советского Союз – была пропитана вся политическая обстановка, некогда дружественной республики. Эти же настроения, присутствовали и в войсках, дислоцированных на территории Таджикистане. Предчувствуя не самые радужные перспективы, связанные с неминуемым масштабным сокращением, а так же лишённая центрального управления армия – по сути, брошенная на произвол судьбы – медленно деградировала. Пьянство и воровство в среде офицеров стало, если не нормой, то уж точно – обыденностью. Само понятие «офицерская честь», перестало иметь какой-либо смысл. Глупые и необдуманные приказы, за которые никто не нёс никакой ответственности – отдавались, практически, ежедневно. Этим разбродом и шатанием, не преминули воспользоваться и бандитствующие формирования, с территории сопредельного государств.

Вывод советских войск с территории Афганистана, был завершён более двух лет назад и на границе через реку Пянж, воцарилось определённое спокойствие. Однако на смену воинствующих по идейным соображениям моджахедов – пришёл не менее жестокий и изощрённый враг – наркокартель, переправлявший на территорию Таджикистана сотни килограмм отборного героина, который и расползался по бескрайним просторам Союза.

Именно здесь, юношеские иллюзии по поводу идеализации профессии военного, у Сашки и начали постепенно таять. Увидев изнанку армейской реальности – он, уже не хотел, куда-либо поступать. Желание было лишь одно: побыстрее выбраться из этой «жопы» и поскорей вернуться домой…

…Ещё вчера, Сашкина рота вступила в неравный бой с фактически регулярной армией афганского наркосиндиката, пытавшегося переправить через границу караван смертельного порошка.

А уже сегодня, от этой роты остался лишь взвод, без офицерского командования, да ещё и плотно зажатый в горном ущелье. На помощь двум десяткам, оставшимся в живых солдат – особо, никто не спешил. Нафиг надо было, кому-то подставлять свою голову под пули и отдавать жизнь, фактически ни за что. «Не смогли, по-доброму, договориться с боевиками, сами ввязались в эту отчаянную и бессмысленную бойню – вот пусть сами, из неё и выпутываются»…

А караван с азиатской «дурью», тем временем, благополучно и беспрепятственно миновав границу, ушёл вглубь содружества. Час-другой и боевики, сопровождавшие груз, вернувшись назад. Они, просто на просто, закидают ущелье гранатами, и пиши: пропало…

Кто б только знал, как не хотелось Александру, погибать на чужбине. Тем более тогда, когда до долгожданного «дембеля» оставались считанные месяцы и все его мысли, потихоньку начинали витать уже далеко на «гражданке»: с водкой, друзьями и порочными девицами. Однако и стушеваться, схалявить, прикрыться спинами сослуживцев, не говоря уже, о добровольной сдаче в плен – он так же, был не в праве…

– …Саня!.. Тебе не кажется, что пора бы и что-то предпринять!.. Из оставшихся ребят – по званию, ты старший!.. Тебе, сержант, и рулить!.. Тебе, и карты в руки!.. Пацаны устали ждать грамотного, командирского решения!.. С наступлением темноты, как пить дать, перережут нас, словно ягнят или, того хуже, живьём сжарят!.. Давай-ка подумай: как нам, с наименьшими потерями выбраться из этого гребенного каменного мешка!..

То, о чём так тягостно размышлял сейчас Сашка, взял да и озвучил рядовой Чернышев, по прозвищу Чёрт. Получил он эту «кликуху», за свой неуёмный характер, весёлый нрав и патологическое свойство, вечно попадать в какие-либо невероятные переделки.

Андрей Чернышев, единственный (не считая самого Александра) из остатков роты, являлся «старослужащим» и был на год старше самого сержанта. Тем не менее, выше «рядового» – из-за своих постоянных «залётов» – в армейской иерархии, он никогда и не поднимался. Впрочем, и сам Андрей, не особо к этому стремился. Сашку, вообще, удивляло: как этот парень, до сих пор, не попал в дисбат или тюрьму.

Любому старшему по званию или должности, тяжело иметь в своём подчинении неформального лидера, беспрекословного авторитета, коим и являлся в подразделении Чернышев. Ох, и намучился Сашка, с этим Чёртом. Ведь приказы и распоряжения сержанта, не редко исполнялись солдатами, лишь после одобрения рядовым Чернышевым.

И вот, кажется, настал для Александра тот самый час, когда Андрей потерял свойственный ему кураж и, похоже, был сейчас несколько растерян. Подобным, благоприятным для сержанта случаем, грех было бы не воспользоваться.

– Мужики!.. – по-товарищески, обратился Сашка, к собравшимся вокруг него солдатам. – …Ни для кого не секрет, что мы, по уши в дерьме!.. Чтоб прорываться с боем, у нас слишком мало сил!.. Двадцать бойцов – это ни армия, и даже не рота!.. Однако и ждать, ничего не делая – смерти подобно!.. Ведь помощи нам ждать, уже не откуда!.. Посему я принимаю – как мне кажется – единственно правильное решение!.. Два-три человека, останутся здесь!.. Имитируя прорыв, они стянут на себя большую часть сил противника!.. Остальные, с наступлением сумерек и с первыми выстрелами, спустятся по верёвке вниз!.. После чего, двинутся вдоль обрыва, по правому склона, уже к своим!.. Итак!.. Здесь остаюсь я, и ещё кто-то!.. Естественно, по его же, собственному желанию!..

– Сержант, можешь рассчитывать на меня!.. – выкрикнул один, из военнослужащих.

Тут же, его примеру, последовали и остальные солдаты.

– Я, тоже останусь!.. И я!.. И я, не подведу!.. Сержант, ведь ты, меня знаешь!.. – наперебой, заголосили солдаты.

– Стоп!.. Всем, тихо!.. – рявкнул Сашка. – …Что, за балаган?.. Повторяю ещё раз: здесь, остаются двое!..

– Тогда, бросим жребий!.. – вновь, предложил кто-то.

– Ага!.. И ты, сержант, будешь участвовать в этой «лотереи» – на равных со всеми, условиях!.. – оживился Чернышев. В его руках, уже был коробок спичек. – …Жуть, как люблю я, всевозможные «русские рулетки»!..

– Обожди ты, со своим жребием!.. – возмутился Александр. – …Быть может, кто-то и вовсе не имеет желания, подставляться под пули!..

– Да кто ж будет, их спрашивать?.. – игнорируя возражения старшего по званию, Чернышев продолжал возиться со спичками. – …Мы в армии, или как?.. Не знаешь – научим; не хочешь – заставим!..

– Раненые, в любом случае, уйдут!.. – Сашка, всё же попытался, оставить за собой последнее слово. – …И хорош, пререкаться со старшими!..

– Да какой ты, «старший»?.. – усмехнулся Чёрт. Он быстро пришёл в себя и уже вновь был на «коне». – …«Мужики, я тут, принял решение»!.. – писклявым голосом, Андрей передразнил сержанта. – …Ты б, Саня, ещё заплакал!.. Нет, чтоб гаркнуть!.. Дескать: ты, засранец; и ты, недоделок – останетесь здесь и будете прикрывать наши задницы!.. Остальные, мелкими перебежками, за мной!.. Короче, вот двадцать пять спичек!.. Так уж и быть – раненых, мы отпустим!..

Вмешиваться – дабы повлиять, каким бы то ни было способом, на дальнейшее развитие событий – Александр, был уже не в состоянии. В который уж раз – невероятным и, в то же время, наглым образом, рядовой Чернышев вырвал из его рук бразды правления. Сержанту оставалось лишь наблюдать и, наравне с остальными солдатами, уповать на «слепой» жребий.

«…А быть может, этот самый Чёрт, именно сейчас, и спасает мне жизнь?.. Возможно, до гробовой доски, я буду вспоминать его, лишь добрым словом!..» – совсем уж неожиданная мысль, вдруг мелькнула в голове Сашки…

Андрей, тем временем, отвернулся. Закрывая своими телом руки, он быстренько перетасовал «колоду» спичек. А затем, резко развернулся к военнослужащим, протягивая перед собой пучок спичечных головок.

– Ну, смертнички!.. Начнём, что ли?.. Игорёха, будешь первым!.. – Чернышев обратился к ближайшему, от него, солдатику. – …Тяни!.. Длинная!.. Везучий ты, Маслов!.. Теперь, Иван!.. Длинная!.. Тоже, счастливчик!.. Славка!.. Длинная!.. Поздравляю!.. Вован, теперь ты!..

Беспрекословно подчиняясь Андрею – молодые люди, по очереди, тянули свою судьбу. О чём думал каждый из них в свой роковой момент; о чём молил Бога; что переживал – оставалось лишь догадываться. Однако поводов для грусти – ни у кого, из участвующих в жребии, пока что не было – сегодня, им сопутствовала удача.

Наконец, очередь дошла и до сержанта.

– …Санёк, тебе тянуть!.. – по-дружески, Чёрт подмигнул старшему.

Слегка прищурившись, Александр выдернул-таки из рук Андрея, свою спичку.

– Короткая!.. – огласил «приговор» Чернышев. – …Вот видишь!.. А ты, Саня, волновался!.. Поехали дальше!.. Костя!.. Длинная!.. Миха!..

Пока «разыгрывалась вторая путёвка в никуда», Александр был сам ни свой. Судорожно мусоля в своих руках обломок спички – с каменным лицом, он молча размышлял о своём.

«…Что ж я, невезучий-то такой?.. Ну почему, именно мне досталась эта, роковая спичка!.. Эх, и зачем только Чернышев-гад, придумал этот злосчастный жребий!.. Ведь я, в общем-то, уже настроился на смертельный бой!.. И тут, на тебе – шанс!.. А после, как помойной тряпкой по харе!.. На, дескать, умойся!..»

Меж тем солдаты – напряжённо следившие за «русской рулеткой», в которой неудачника, наверняка поджидала смерть – затаили дыхание. В руках у Андрея остались две спички, одна из которых и была «пропуском на тот свет», ради жизни товарищей.

– …Ну, Лёха!.. Не мандражи?.. В «барабане» осталось, лишь два патрона!.. Давай-ка, дружок, вытягивай свой счастливый билетик!.. – усмехнулся Чёрт. На его лице, не возможно было прочесть: ни страха, ни волнения. Казалось, что не судьба его сейчас решается, а так, плёвый вопрос.

«Пока, я трясусь от страха – он, этот Чёрт, вовсю шутит!.. Двужильный он, что ли?.. Или напрочь лишён чувства, самосохранения?.. – ревностно размышлял Александр, глядя на Чернышева. – …Возможно поэтому – пацаны будут всегда тянуться, именно за ним, а не за мной!..»

Лёшка Кучеренко из города Новосибирска выдернул-таки, как ему тогда показалось, самую длиннющую спичку в своей жизни. Испытав глубочайшее облегчение, сибиряк хихикнул, как-то по-идиотски…

Вторая, роковая спичка – так и осталась в руках Чернышева.

«Слепым» жребием – похоже, остался доволен и сержант: «…Глядишь, с этим Чёртом – везунчиком от Бога – ещё и водочки, опосля удастся попить!..»

– …Сдать, весь боезапас!.. С собой возьмёте, минимум!.. – Александр отдавал последние распоряжения, с определённой долей злобы и зависти. – …И чтоб, через десять минут, духа вашего здесь не было!..


Молчаливым взглядом провожали они товарищей, уходящих в полумрак предгорья. Потом, Андрей с Сашкой принялись готовиться – пожалуй, к самому серьёзному и самому важному бою в их коротких жизнях.

– Ну что, старшой?.. По взрослому, повоюем?.. – рассовывая по карманам гранаты, ухмыльнулся Чёрт.

– Да какой, я теперь «старшой»?.. Давай уж, по-простому!.. По имени!.. – недовольно поправил его Александр. После чего, пристально взглянув в глаза сослуживца, неожиданно поинтересовался. – …Скажи честно!.. Зачем, сшельмовал?.. Почему из всех спичек, была сломана лишь одна?..

– Откуда знаешь?.. – встрепенулся Андрей.

– От верблюда!.. Думаешь, я не видел, как в твоей руке осталась последняя – такая же, как и все предыдущие – длинная палка!..

Андрей засмеялся и отвёл в смущении взгляд.

– Саня, глазастый ты наш!.. Просто я, посчитал необходимым, составить тебе компанию!.. Извини, Санёк!.. Но по характеру – ты, через чур мягкий!.. Пропал бы ты здесь, без меня!..

– А кабы не я вытянул ту, злосчастную спичку, а кто-то иной?.. – не унимался старшина.

– Ты что ж, действительно думаешь: чтоб я оставил этих «салабонов-первогодок», без «дедовского» надзора?.. Хочешь, не хочешь – а кому-то из нас, необходимо было остаться!.. Вот я и принял, самостоятельное решение!..

– Дурак, ты!.. – покачал головой, сержант. – …Коль принял такое решение, тогда держись!.. А вообще-то: спасибо!.. Ни в этой, так в следующей жизни – обязательно верну тебе, этот должок!..

– Перестань, старшина!.. Какие между нами, могут быть долги?.. Мы ведь теперь, как братья – с оружием в руках, будем защищать друг друга!.. До последнего!..

* * *

– …Ты чего? – проснулась Лариса, супруга Юрий Александрович, когда тот вернулся в спальню.

– Да так, ничего!.. Просто, перекурил!.. – залезая под лёгкое покрывало, шепотом ответил муж.

Он долго не мог уснуть: ворочался, ворошил в памяти, прожитые годы. Сердце кололо всё острее и острее.

«Главное, уснуть – и всё успокоится!.. – повторял про себя Громов. Когда же боль переросла в невыносимую – он всё же предпочёл обратиться к помощи, домашней аптечки. – …Ещё б найти, нужные мне, капли!..»

Оперевшись, о край кровати, Громов приподнялся, и уж собирался было, встать на ноги – как вдруг рука его, почему-то ослабела и Юрий Александрович, всем своим телом рухнул на пол.

Сильно ударился головой – но, как ни странно – никакой боли, он при этом, не почувствовал. Напротив, испытал какое-то облегчение. Тяжесть в груди, неожиданно пропала, как бы сама собой. И, вообще – ни с того, ни с сего – во всём его теле, вдруг появилась невиданная доселе, лёгкость.

«Что, со мной?.. Почему, я не чувствую себя?.. Почему не ощущаю, тяжести своего тела?.. Почему, какой-то невидимой силой, меня поднимает под самый потолок?.. И как получилось, что я вижу самого себя, лежащего у кровати?..

Вот и Лариска проснулась!.. Наверняка, я разбудил её, шумно упав на пол!.. Она что-то кричит, суетиться, пытается развернуть моё тело на спину!.. Теперь, она бежит к телефону, вызывает «неотложку»!.. Но зачем?.. Ведь я, ни в чём, не нуждаюсь – я свободен и полностью самодостаточен!.. Выходит не зря, привиделся мне сегодня, Витька-покойничек!..

Кстати, который сейчас, час?.. А вот, и настенные часы!.. Чудно видеть их, на одном с собой уровне!.. Без трёх минут, четыре – скоро «закукуют»!.. О боже, какой кайф ощущать полную невесомость!.. Вот значит, как уходят люди, в мир иной!.. Да, точно – это смерть!.. Моя смерть!.. Ведь об этом, я где-то уже читал!.. Правда, не верилось мне тогда, в какую-то иную, загробную жизнь!.. А оно, вон как, всё вышло – оказалось, я действительно существую!.. Существую после смерти!.. Ура!.. Вот бы, рассказать кому!.. Так, не поверят!.. Интересно: а как я, сейчас выгляжу?.. Нужно поскорее найти зеркало – пока в квартире не занавесили все предметы, отбрасывающие отображение!..

Детей, конечно, жалко!.. Вон они – уже проснулись!.. Плачут!.. Как же они теперь, без меня?.. Ну, ничего не поделаешь – батя, скончался!.. Старшей, уже восемнадцать!.. Да и младший, в свои пятнадцать – далеко не ребёнок!.. Ребята они, смышлёные – как-нибудь, и без отца выкрутятся!..

И что ж это меня, всё время куда-то тянет?.. Давай-ка, посмотрим!.. Ну, точно, на кухню!.. Вот, и моя последняя, так и не докуренная сигарета!.. И пустая бутылка, из-под моего последнего пива!.. Всё ясно – меня влечёт, в открытое настежь окно!.. Ладно, не буду сопротивляться: в окно – значит, в окно!.. Ох, каким большим и красивым кажется город, в эти утренние часы и с этой-то высоты!.. А там, за насыпью, мой родной завод!.. Уже скоро, начнут меня искать!.. Будут звонить, узнавать: дескать, почему Громов не вышел на работу!.. Вот смеху-то будет, когда узнают, что я!.. Так, стоп!.. Куда это, меня понесло?.. Что это ещё: ни то тоннель, ни то какая-то гигантская белая воронка?..»

* * *

– …Эх, Синюга!.. И заживём мы с тобой, скоро!.. – продолжал мечтать Василий, шагая с бродяжкой, по шпалам. Он так увлёкся своими полупьяными иллюзиями, своим придуманным миром, что и не обращал внимания на безумный грохот, мчавшегося по соседнему пути, поезда.

– Ты разве, не слышишь?.. – крикнула ему, прямо в ухо бомжиха.

– Чего?.. – вопросительно кивнул головой Угрюмый.

– Вроде, гудит что-то!.. – продолжала орать не менее пьяная нищенка, тащившая за собой весь свой скарб.

– Сейчас посмотрим!.. – завертел головой Васька. А когда оглянулся назад, то мгновенно понял, что уши его, уже давно раздирает электровозный гудок, несущегося прямо на них поезда. К сожалению, предпринимать что-либо, было уже поздно…


Машинист электровоза, ещё издали, увидел на своём пути, кое-как плетущихся, оборванцев. Включив звуковой сигнал, он ещё и попытался остановить многотонный состав, успевший разогнаться до приличной скорости. Однако уж слишком длинным был тормозной путь, да встречный «товарняк», заглушавший его гудок – так и не позволили ему, предотвратить трагедию. Оба бомжа, словно мошки – в буквальном смысле, были размазаны о буферную часть локомотива…


Мгновенная смерть – это такой исход, при котором погибший, расставаясь с жизнью, практически не испытывает каких-либо мучений. Именно такая участь, настигла участников похода «за счастьем», под колёсами скорого поезда «Москва – Владивосток», в трёх километрах от Омского железнодорожного вокзала.


«…Как же, так получилось, что я, ничего не почувствовал?.. Просто приподнявшись, над пронёсшимся, прямо подо мной электровозом – я взял, да и взмыл в самое небо!.. А где, кстати, Синюга?..»

«Заруби себе, на носу: никакая я тебе, не Синюга!.. Отныне, прошу обращаться ко мне, как к Раисе Максимовне!..»

«Во, дела!.. Я разговариваю, не открыв рта!.. Не иначе, телепатия!.. Очевидно, она летит где-то рядом, и мы можем общаться с ней, мысленно!.. Во, чудеса!..»

10 июля 1991 года. Та же ночь

– …Юрий Александрович Громов, родившийся 5 марта 1950 года, умерший 10 июля 1991-го, в 3:57 местного времени, от инфаркта?.. Это так?.. – тихо произнёс чей-то голос.

– Верно! – ответил Юрий, оглядываясь по сторонам, в надежде увидеть того, кто задал ему, сей вопрос. Однако ничего – кроме белого, как молоко, и все обволакивающего тумана – он так и не различил.

Только что, пролетев белоснежный, витиеватый и длиннющий коридор, он оказался в каком-то непонятном, безграничном и невесомом объёме.

Абсолютная тишина и покой этого: ни то безразмерного сосуда, ни то безграничного помещения – создавали комфортные условия, для фривольных и абстрактных размышлений. Они же, располагали и к простому и беспечному разговору. Потому Громов, с нетерпением и ждал продолжения, начатого было, диалога, с неизвестным собеседником. Вот только следующего вопроса, так и не последовало. За то, после гнетущей и продолжительной паузы, переполняемой звенящей тишиной, Юрий Александрович, вдруг.… Нет, он не увидел и даже, не услышал – а скорее ощутил, каким-то неведомым ему чувством – появление, в том же самом пространстве, ещё кого-то.

– …Кто здесь?.. – с опаской, осматриваясь по сторонам, поинтересовался Громов.

Однако, вместо ответа – Юрий Александрович вновь услышал, уже знакомый ему, тихий и успокаивающий голос.

– …Василий Иванович Угрюмов, родившийся 18 ноября 1945 года, погибший 10 июля 1991-го года, в 4:07 местного времени, в трёх километрах от омского железнодорожного вокзала, под колёсами пассажирского поезда?.. Правильно?..

– Очевидно, так оно и было!.. – тяжело вздохнув, ответил мужской бас. После чего, добавил. – …Не ужель, действительно, отмучился?..

«…А ни тот ли это, Василий Иванович?.. Мой, заводской наставник?.. – неожиданно для самого себя, вдруг припомнил Громов. – …Мы ж с ним, лет пять, в одной бригаде трудились!.. У нашего Василия Ивановича – помниться, жена умерла!.. А после, ещё и дом сгорел!.. Да!.. Мужику, уж точно, не позавидуешь!..»

«Я это, я!.. И на заводе я ишачил, и жену потерял, и дом мой сгорел!.. А ты, кто таков, будешь?» – ответил мужской бас.

«…О, как оно было, на самом деле!.. – Громов уловил ещё один, уже женский голос. —…Оказывается – жена твоя, умерла и дом твой, сгорел!.. Выходит, не было ни армии, ни полковника, ни Москвы?.. Получается: ты врал мне, с самого начала!.. А я то, дура, уши развесила!..»

«Чудно!.. – в удивлении, усмехнулся Юрий Александрович. – …Я, лишь невзначай подумал, а мою мысль – не только услышали – её тут же, принялись обсуждать!..»

«А собственно, чего ж ты хотел?.. – усмехнулся мужчина, назвавшийся Василием. – …Ведь мы, умерли!.. Теперь ни украсть, ни пёрнуть – всё на виду!.. Прямо, как в общей бане!.. К тому же глухо, как в танке!.. И кто ты, бывший человек, есть?.. Или кем, по крайней мере, недавно был?..»

«Громов я, Юрий Александрович!.. – гордо представился Юрий.

«Ну конечно, я тебя помню: и работали, и пили вместе!.. Не плохим ты был, парнем!.. Видала Синюга, каких орлов я из дворовой шпаны, в мастера выводил!.. – порадовался за себя Угрюмов.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7

Поделиться ссылкой на выделенное