Олег Ярошик.

Проблемы законности и справедливости в уголовном судопроизводстве России



скачать книгу бесплатно

Защита письменно обратила внимание следователя на предвзятость выяснения обстоятельств дела, давление на свидетеля и неточный и неправильный протокол допроса свидетеля, не соответствующий его показаниям. Кроме того, во время допроса следователь не вел его протокол, однако потом лишь исправлял набранный на компьютере текст, что дало основания защите полагать, что следователем уже были зафиксированы текст протокола допроса, вопросы следователя и ответы допрашиваемого свидетеля, что также является недопустимым. Очевидно, именно этим объясняется предвзятость следователя, его уход из кабинета «советоваться», после чего он во время продолжения допроса потребовал возобновления протокола допроса, который к тому времени уже был подписан сторонами. Обвиняемый и его защитник при таких обстоятельствах отказались продолжать допрос и заявили письменные возражения на незаконные действия следователя. В последующей жалобе прокурору адвокат просил учесть вышеизложенные обстоятельства и обеспечить объективное расследование. Надо сказать, что заместитель прокурора МВО – начальник Следственного отдела прокуратуры округа объективно изучил дело и дал соответствующие письменные указания.

Экспертное исследование полностью подтвердило доводы обвиняемого и его защиты. Дело было прекращено за отсутствием в действиях обвиняемого состава преступления. Однако следователь по делу полковника ФСБ С., именно тот, в оранжевой футболке, в нынешних органах не потерялся. Наверное, потому, что курс и генеральная линия у него были правильные. Современные. Сегодняшние. Отвечающие требованиям целесообразности.

Велика и неприглядна, крайне отвратительна роль в этом деле некоторых должностных лиц военной прокуратуры одного из гарнизонов МВО, которые, таким образом, любыми путями хотели загнать (по другому не скажешь) это весьма сомнительное дело на недостоверных сфальсифицированных доказательствах в суд для рассмотрения по существу. Кстати, и судьи гарнизонного суда, рассматривая жалобы обвиняемого и его защиты в порядке ст.125 УПК, и действительно очень искренне сочувствуя при этом, поддерживали обвинение, оставляя эти жалобы без законного и должного рассмотрения, точнее рассматривали их формально, не по существу, а значит – незаконно, необоснованно и несправедливо.

Один из руководителей Центра ФСБ России задавал свои профессиональные вопросы автору, недоумевая и искренне пытаясь понять логику поведения военных следователей, истинные причины такого поведения, а главное, методы и цели этих нынешних следователей и их глубоко надзирающих прокуроров.

Вопрос «Куда мы катимся в правоприменении и почему?» – повис в воздухе.

К чести тогдашнего начальника (наверное, еще старой закалки и формации) Следственного отдела военной прокуратуры округа, отменил он постановление о привлечении в качестве обвиняемого (крайне редкий и фантастический случай в нынешней практике), дал он указание проверить, выяснить и учесть все доводы защиты, назначить и провести по делу повторную экспертизу.

Так дело в отношении полковника ФСБ за отсутствием состава преступления в его действиях было прекращено…

Как-то очень похоже это уголовное дело по своей гибельной настойчивости на дело в отношении командира атомной подводной лодки капитана 1 ранга Лаврентьева…

Карательное какое-то следствие, еще более непонятное какое-то уж очень настойчивое правосудие.

«Что основано на лжи, не может быть право. Учреждение, основанное на ложном начале, не может быть иное, как лживое. Вот истина, которая оправдывается горьким опытом веков и поколений», – писал К.П. Победоносцев в статье «Великая ложь нашего времени» (1884 г.).

Из следственно-судебной практики

Другой пример современного досудебного следствия и государственного обвинения – это уголовное дело в отношении командира и матроса АПЛ «Нерпа», которое, как зеркало, отражает современные особенности российского правосудия.

Версия несовершенного программного обеспечения управления общекорабельными системами следствием не рассматривалась вообще. Следствие даже не пыталось изъять и провести экспертизу программного продукта. Разработчик системы (фирма-производитель) ОАО «Концерн НПО «Аврора» отказался предоставить комиссии ВМФ России свои компьютерные наработки по причине «коммерческой тайны». В материалах дела отсутствовали какие-либо данные о том, что следствие пыталось найти тех, кто несет ответственность за поставку некондиционного фреона, смешанного на две трети с ядовитым тетрахлорэтиленом, вообще не предназначенном для тушения огня.

Информация к размышлению

По данным открытых источников, экономия фирмы, поставившей флоту эту смесь, составила 5,5 млн. рублей. Ремонт лодки обошелся в 1,9 млрд. и 20 человеческих жизней. Реальной ответственности никто не понес. В том числе и за нечестный (!?) бизнес.

2011 год. Объединение «Маяк» в Челябинской области, являющееся ведущим предприятием ядерного оружейного комплекса России, закупило у выигравшей тендер консалтинговой компании 30 тонн огнетушащего порошка для автоматической системы тушения. Выяснилось, что из 30 тонн 25 – фальсификат. Пишут, что скандал дошел даже до прокуратуры и Госдумы, но был по-тихому замят. Фирма-поставщик понесла лишь ответственность рублем, ей всего-то… не оплатили сомнительную поставку…

Следственный эксперимент по настоящему уголовному делу доказал полную несостоятельность и версии следствия, и чистосердечных признаний (случайно ввел семизначный (!) код команды на подачу огнегасителя), от которых назначенный виновником матрос отказался на первых заседаниях суда.

Результаты эксперимента признали даже специалисты производителя, подтвердившие: матрос мог активизировать систему ЛОХ только при условии несовершенства системы управления лодкой.3232
  см.: «Никто не ответит за „Нерпу“. Государство демонстрирует полное нежелание искать виновных в катастрофе на подлодке. Есть лишь желание добиться осуждения стрелочников», «НГ», октябрь 2011.


[Закрыть]

Ранее ряд общественных организаций, в том числе ветеранов Тихоокеанского флота (в званиях до контр– и вице-адмиралов включительно) выступили в защиту обвиняемых. Офицеры-отставники указывали на то, что в магистралях системы пожаротушения фреон почему-то оказался смешан с ядовитым тетрахлорэтиленом, что и привело к гибели людей. Соответственно, судить надо тех, кто причастен к попаданию в систему данного газа, а не стрелочников – трюмного машиниста и командира, делают вывод флотские офицеры.3333
  см.: «Машинист, а не стрелочник», там же, октябрь 2011.


[Закрыть]

По мнению ветерана подводного флота А. Горбунова, «следствием все было сделано по минимуму. Упустили огромное количество важных экспертиз. Не была сделана химическая экспертиза. Основной ошибкой следствия является то, что оно отказалось выяснять причинно-следственную связь между некачественным фреоном и гибелью людей. Несмотря на заявления специалистов о том, что фреон в чистом виде не может служить причиной смерти, этот вопрос даже не рассматривался. Причина отказа матроса от показаний не ясна… Зная методы работы Военного следственного комитета, нетрудно предположить, что давление было… Непроработанность программного обеспечения, отсутствие в России тренажеров данной системы – все это в совокупности привело к аварии. Главное, что никто так и не стал разбираться в истинных причинах аварии, и она может повториться. Только на борту уже не будет профессионала Лаврентьева, и спасать людей и корабль будет некому. По мнению же обвинения, вина капитана состоит в том, что он не обеспечил должный уровень подготовки личного состава. На самом деле виновных двое – это разработчик противопожарной системы и ее поставщик».3434
  см.: «Моряки стали стрелочниками», «МК», 09.07.2011 г., «Нерпа» в заложниках у закона», там же, 15 октября 2011.


[Закрыть]

А теперь несколько слов о другом уникальном цинизме. Через два дня в распоряжении следствия оказалась телеграмма и пояснительная записка А.Г. Головастикова, ведущего сдаточного механика заказа 201 «Борей» (АПЛ «Юрий Долгорукий»), который сообщал о фактах несанкционированного срабатывания арматуры системы ЛОХ, причины которых были не выяснены. Он также сообщал об установлении программных ловушек после повторного срабатывания. Следствие не дало никакой оценки этой информации, посчитав, что нештатные ситуации на Юрии Долгоруком (система управления ОКС «Радий)» не имеют никакого отношения к трагедии на «Нерпе». Лодки разные! Однако система управления ОКС Радий на АПЛ «Юрий Долгорукий» – аналог СУ ОКО «Молибден-И» на «Нерпе»!

Разработчик всех этих систем – НПО «Аврора», заинтересованные специалисты которого и дали заключение о надежности системы «Молибден-И».

Проблемы с автоматикой существуют практически на всех головных заказах ВМФ РФ. На лодке «Санкт-Петербург» (Проект «Лада») корабельная автоматизированная система «Литий» стала поводом для конфликта между промышленностью и военной приемкой. Как минимум один раз АПЛ «Санкт-Петербург» имела все шансы повторить судьбу «Нерпы»: система «Литий» зависла и перегружалась три минуты в тот самый момент, когда лодка шла в подводном положении полным ходом. Если бы система управления кораблем отключилась во время совершения маневра (например, всплытия или погружения), последствия могли быть драматичнее.

После ЧП на «Нерпе» были заблокированы отсечные стойки автоматизированной системы управления кораблем на всех лодках проектов «Борей» и «Ясень». Эти проекты считаются будущим морской составляющей ядерной триады России. Их курирует лично президент страны. Толку только нет. Точные причины сбоя систем на АПЛ «Нерпа» и «Юрий Долгорукий» до сих пор не установлены. Никакой оценки этим фактам следствие не дало, сведений о нештатных ситуациях на других лодках не затребовало. Вместо этого следователи ограничились версией о «человеческом факторе», противоречащие этой версии факты не исследовались, а вещественные доказательства исчезли из материалов дела. (Прим. авт.: А ведь все версии должны быть выдвинуты, расследованы и объективно оценены. Вызывают сомнение и методы следствия: почему именно специалисты «Авроры» ткнули пальцем в человеческий фактор – матроса? Почему именно этим специалистам были поручены исследования о надежности системы? Чтобы следствие было гладким (необходимость обосновать одну версию, самую удобную?).

Весьма похожи эти методы на те, которые применялись следствием при расследовании другого весьма сомнительного уголовного дела, в отношении КВС (командира воздушного судна), совершившего недавнюю аварийную посадку в порту Домодедово).

Такое следствие само по себе является преступным, так как является посягательством на обороноспособность государства, а значит – на его безопасность и национальные интересы. Кроме того, не является ли подрывом государственности утрата веры прежде всего в правосудие и закон, точнее, его применение? Однако следователи всегда могут оправдаться наличием действующего УПК – их руководства к действию по выявлению и изобличению виновных лиц, которое они понимают буквально, выборочно и произвольно. И еще – весьма изобретательно… А там вот, в суде, при рассмотрении и дела, в условиях состязательности… И так далее…

Добивайтесь установления объективной истины, опять же в условиях состязательности сторон, декларированной сегодняшним уголовно-процессуальным законом. Да вот только работник судебной системы (именно так, а не федеральный судья) должен обладать небывалыми мужеством и волей, а не инстинктом самосохранения, чтобы, рассматривая дело по существу, принимать объективные и действительно законные решения.

Не ищите в деле обвинительных улик…Первым долгом вы должны его спросить, к какому классу он принадлежит, какого он происхождения, какое у него образование и какова его профессия. Вот эти вопросы и должны разрешить судьбу обвиняемого. В этом смысл и суть Красного Террора.

В. Лацис.

Для расстрела нам не нужно доказательств, ни допросов, ни подозрений. Мы находим нужным и расстреливаем. Вот и все.

А. Гольдин.

Тогда как же оценить доводы военных прокуроров (государственных обвинителей) по поводу «отсутствия сведений о существовании» «Журнала замечаний и предложений по СУ ОКС «Молибден-И» как такового? Как расценить эти доводы и с позиции здравого смысла, и с точки зрения закона, а главное – с позиции интересов государства. Что важнее – дело «вытащить» любыми средствами или все-таки установить истину? И если истину, то какую? Ведь изъятый в ходе досудебного производства «Журнал замечаний», невыгодный обвинению и по сути полностью опровергающий это построенное обвинение, кто-то из должностных лиц вынул из дела, спрятал или даже уничтожил.

В этой связи вспоминается фильм «Случай в квадрате 36-80» из теперь уже далекого прошлого. Помните? «Хваленый компьютер фирмы Кью» сломался, после чего пошли несанкционированные запуски ракет с американской АПЛ. Наш тогдашний океанский флот и его дальняя авиация предотвратили трагедию и спасли мир.

Здесь же речь идет несколько о другом. Как можно так расследовать дело, если речь идет о системных неполадках в работе аппаратуры автоматизированной системы управления кораблем на всех лодках проектов «Борей» и «Ясень», которые считаются будущим морской составляющей ядерной триады России. И которые курирует лично президент страны. Или президенту не докладывают? Тогда вновь возникает вопрос – а на кого вы работаете, уважаемые прокуроры? Не выполняете ли вы свой служебный долг, исходя из ложно понимаемых интересов своей службы и действующих требований Уголовно-процессуального кодекса, чем причиняете своими действиями особую опасность и особый вред охраняемым законом интересам обороноспособности государства и его безопасности.

Является ли такое следствие проведением враждебной деятельности в ущерб внешней безопасности Российской Федерации как иное оказание помощи иностранному государству, иностранной организации или их представителям в форме особо квалифицированного подрыва обороноспособности РФ и ее Военно-морского флота (см. статью 275 УК РФ – «Государственная измена»). Или же речь идет всего лишь о каком-то излишне ретивом исполнении служебных обязанностей вопреки интересам службы и правосудия, то есть о деятельности, осуществляемой из ложно понятых интересов службы? Так что же это за деятельность? Медлительность по недомыслию, преступная халатность или все-таки государственная измена?

Трудно и невозможно понять, что дело «Нерпы – это повод установить объективную истину в причинах неполадок и неисправностях государственной важности, имеющих весьма далекие последствия? Вместо этого вы выделяете материал и направляете его в УМВД города, где находится завод-изготовитель. И все…

Информация к размышлению

Система управления «Молибден-И» была опытным образцом военной техники. Межведомственных испытаний она не проходила. Основной разработчик системы умер в самый разгар монтажа на корабле. Сведения о допущенных специалистами-наладчиками ошибках при монтаже системы документально подтверждаются «Журналом замечаний и предложений по СУ ОКС «Молибден-И», который вели операторы системы – члены экипажа лодки. С мая по октябрь 2008 года в Журнале зафиксировано 55 неисправностей и сбоев системы. Последний – за 19 дней до выхода в море. Очень любопытная судьба у этого Журнала. Сразу после аварии Журнал был изъят, что подтверждается протоколом обыска. А потом Журнал исчез.

Вот что написано в кассационной жалобе военных прокуроров: «…Сведения о существовании данного журнала как такового, его изъятии органами предварительного следствия в уголовном деле отсутствуют…» (Прим. авт.: В переводе с юридического на русский это означает: «На нет и суда нет. Журнала как такового в природе не было никогда, а значит, и речи ни о чем нет. Виноваты-то злодеи»).

Какие могут быть в связи с этим комментарии? В условиях состязательности сторон все средства хороши, а применяемые методы являются единственно правильными?

Однако один комментарий все-таки имеется. Слепое повиновение действующим ошибочным приказам и инструкциям (Приказ № 100 бывшего Главкома ВМФ о возложении ответственности на сдаточного капитана в нашем случае), кодексам и указаниям (действующий Уголовно-процессуальный кодекс и сложившаяся на протяжении последних лет его применения порочная и вредная так называемая следственно-судебная практика) никогда не способствовало укреплению государственных интересов.

Автор подчеркивает, не законным правам и интересам граждан (каким-то там командиру лодки и его матросу), а интересам – государственным.

За месяц до выхода в море на заводские испытания командир АПЛ пишет пророческие письма в три адреса: первому заместителю гендиректора завода-изготовителя, ведущему военпреду заказа и начальнику ТУ ТОФ. Выполнял ли этим командир лодки требования Приказа № 100, за невыполнение которого его же и предали суду? Так кого надо было сажать в действительности?

«Корабль к выходу на ЗХИ в настоящий момент по системе «Молибден-И» – не готов… Система не обеспечивает живучесть корабля и имеет ряд конструктивных недостатков… Указанные недостатки в работе системы «Молибден-И» в случае аварийной ситуации на корабле в море в подводном положении способны привести к гибели корабля и экипажа».

Лаврентьев требует от НПО «Аврора» разработать программу испытаний «Молибден-И» и провести их в полном объеме с участием экипажа. Представители разработчика «Молибден-И» НПО «Аврора» и КБ «Малахит» отнеслись к требованию командира формально. Они лишь провели работы по устранению замечаний…

А через три года после аварии на «Нерпе», когда дело находилось на рассмотрении в суде, на лодке вновь произошло ЧП. 5 марта 2011 года в 0 часов 38 минут в системе пресловутого «Молибдена-И» произошел сбой, в результате которого без команды оператора сработала сигнализация перепада давления в трубопроводах системы ЛОХ…Подачи огнегасителя в отсек не произошло лишь потому, что после ноября 2008 года управление системой ЛОХ на «Нерпе» было переведено в ручной режим. Как в ноябре 2008-го автоматически регистратор событий на «Молибдене-И» зафиксировал подачу команды как если бы ее набрал оператор системы, то есть человек. На этот раз специальная комиссия пришла к четкому выводу о том, что причина несанкционированного срабатывания системы ЛОХ – в некачественном программном обеспечении общекорабельного компьютера. Руководитель комиссии потребовал от НПО «Аврора» предоставить программное обеспечение на экспертизу. На что получил категорический отказ с формулировкой: «Это наша интеллектуальная собственность». Именно на основе расшифровки показаний автоматического регистратора был привлечен к уголовной ответственности матрос экипажа лодки. Можно добавить, и явки с повинной, полученной от него после его задержания…

Руководитель ВСУ СК РФ по ТОФ В. Грунин поясняет, что причиной отмены ранее оправдательного приговора стали грубые нарушения уголовно-процессуального закона и адвокатской этики, допущенные стороной защиты. К примеру, адвокаты заявляли, что матроса принуждали к признанию вины, хотя признательные показания он давал в присутствии своих защитников. Так присяжных склонили к мнению о якобы «заказном» характере дела. Матрос и вовсе был представлен «жертвой произвола» правоохранительных органов. К тому же распространялись небылицы в СМИ, что во второй отсек был подан ядовитый газ тетрахлорэтилен вместо безопасного хладона (фреона), что и послужило якобы причиной гибели людей. Правда в том, что оба эти вещества одинаково воздействуют на человека. Фреон лишь быстрее тетрахлорэтилена вытесняет кислород, потому он и используется в системах пожаротушения. Установлено, что люди на «Нерпе» погибли не от отравления, а от нехватки кислорода. Учитывая, что огнегаситель был подан матросом внезапно, многие не успели воспользоваться дыхательными аппаратами. К таким выводам пришли эксперты.

Следующие мифы защиты в том, что причиной трагедии явилось несанкционированное срабатывание автоматики подводной лодки. Но на «Нерпе» установлена регистрационная аппаратура, которая фиксирует все параметры работы приборов и действия экипажа. По ее данным было выяснено, что команда на подачу огнегасителя во второй отсек АПЛ «Нерпа» была набрана с пульта управления, которым воспользовался матрос. Лаврентьев же утверждал, что в трагедии виновата установленная на лодке «сырая» аппаратура. Но такие высказывания из уст офицера прозвучали лишь после того, как он был привлечен в качестве обвиняемого по уголовному делу. Лаврентьев не принял должных мер к обучению экипажа. А матрос, будучи неосведомленным о принципах и предназначении установленной на «Нерпе» новой техники, внезапно для находящихся на лодке людей включил систему пожаротушения, что и привело к трагедии.3535
  см.: «Командир атомной подлодки „Нерпа“ и его подчиненный вновь стали подсудимыми». «КП», 12.07.2012.


[Закрыть]
В интервью «Известиям» военный прокурор ТОФ С. Коломиец заявил, что «факт отравления людей ядовитым огнегасителем – самое распространенное заблуждение… Люди погибли не от отравления, а от удушья – нехватки кислорода. Из каких именно компонентов состояла огнегасящая смесь, в данном случае не имело значения, поскольку она вытеснила кислород».

Доводы обвинения убедительны, однако российская пресса приводит не менее убедительные доводы и прямо называет происходящее откровенной диверсией против государственных интересов. В тексте предъявленного Лаврентьеву обвинения говорится: «…погибли в результате асфиксии (удушья) в замкнутом пространстве в сочетании с острым ингаляционным отравлением веществом, входящим в состав огнегасящего вещества из системы пожаротушения». Оказалась, только один эксперт – заведующий отделением медико-криминалистической экспертизы 111 ГГЦСМиКЭ МО РФ – безапелляционно утверждает, что «токсическое воздействие входившего в состав огнегасящего вещества тетрахлорэтилена в данном конкретном случае не проявилось ввиду очень быстрого наступления смерти от асфиксии (удушья). Для токсического воздействия тетрахлорэтилена необходима определенная временная экспозиция, которой в данном случае не было, иными словами, смерть от удушья наступила гораздо быстрее, чем она наступила бы от возможного отравления тетрахлорэтиленом… Наличие тетрахлорэтилена в составе огнегасящего вещества в данном случае никак не повлияло на причину и скорость наступления смерти. Наличие в составе смеси огнегасящего вещества только хладона 114В2 в данном случае привело бы к таким же последствиям…»



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19