Ольга Репина.

Книги про девочек и их секреты



скачать книгу бесплатно

Ольга Репина
Милая Элен из Бриджсвила

Глава 1. Знакомство с семьей Митсвудов

На юге славного острова Британия, на каменистом побережье пролива стоит небольшая и уютная деревенька Бриджсвил. В ней живет много добропорядочных англичан, и наш рассказ о семье Митсвудов. Их небольшой домик живописно расположился на окраине Бриджстауна и утопает в зелени, создавая контраст с пейзажем за деревней: дороги в каменистых развалах побережья, пожухлая трава и вид пенящегося прибоя.

Семья Митсвудов не велика, но и не мала. Посчитайте сами: глава семьи мистер Ник Митсвуд – бывший капитан, умеющий много порассказать о жизни, миссис Тора Митсвуд – его жена и домохозяйка, их дочь – Вэлла Порксайд, художница, их зять – Симон Порксайд, мелкий бизнесмен, все время находящийся в разъездах, и, наконец, наша главная героиня – внучка бабушки и дедушки, дочь мамы и папы – Элен Порксайд.

Элен этим летом исполнилось шесть лет, у неё голубые глаза и белокурые вьющиеся волосы, нос кнопкой и всегда критически поджатые розовые губки. Никто из родственников, знакомых или друзей не желал бы попасть ей на язычок, так как она очень ехидна и остра на словцо, к тому же при плохом настроении она ещё и ворчлива, что иногда осложняет жизнь окружающим. Но Вы, уважаемый читатель, не подумайте плохо про нашу милую Элен. Она, как все маленькие и хорошенькие девочки, хохотушка и болтушка, а ворчливость её, хочу вас уверить, качество наследственное. Дедушка Митсвуд славился во всей округе своей ворчливостью, а старожилы Бриджсвила ещё помнят прабабушку Элен, мать мистера Митсвуда – старую миссис Керолайн Митсвуд. Уж с её ворчанием и дурным характером не мог сравниться никто в округе. Вообще-то, Элен понемногу похожа на всех своих родственников: например, нос и глаза у неё от бабушки Гвендолен Порксайд, которая живет в городе Йорк на реке Уз, прекрасные вьющиеся волосы – от папы Симона, который в далеком детстве был платиновым блондинчиком и страдал от насмешек друзей и повышенного внимания старых леди, звавших его «ангелочком» и одаривавших при всяком удобном случае конфетками в золотых оберточках.

Теперь, когда вы познакомились со всей семьей Митсвудов, обратим внимание на дом, в котором они живут. Кстати, вы заметили, что семью называют Митсвудами, а не Митсвудами и Порксайдами? Этим все обязаны мистеру Митсвуду – главе семьи и её капитану в бурном плавании по морю жизни. И дом свой он строил с расчетом, что в нем будет жить его дочь Вэлла со своими будущими детьми. Ведь мистер Митсвуд обожает детей и, в первую очередь, свою единственную внучку Элен, проказницу и озорницу.

Дом Митсвудов стоит на дороге, ведущей к морю. Старые деревья шумят в саду, цветники и клумбы украшают дорожку, выложенную камнями и ведущую от ворот к самому дому. Вся семья очень любит свой сад и следит за тем, чтобы он выглядел живописно и опрятно. Элен часто работает в саду с бабушкой Торой и дедушкой Ником, который считает, что нет грязной работы, и приучает Элен к трудолюбию.

У неё есть свой инвентарь, который смастерил ей дед: маленькие зеленые грабли, лопатка с красной лакированной ручкой, фиолетовое ведерко. Все это Элен хранит в большом пустующем гараже рядом с инструментами взрослых.

Для Элен каждое посещение гаража – это путешествие в незнакомый мир, полный новых открытий, ведь здесь ей дают забивать маленьким блестящим молоточком гвозди в доску, крутить гайки, смотреть в старый бинокль, щелкать никому не нужными выключателями, катать прозрачный стеклянный шарик по полу… Да мало ли чем интересным можно заняться в старом гараже, переполненном, как пещера Али-Бабы, разными сокровищами!



Да еще с дедом, увлекающим своими рассказами о далеких путешествиях, которые он описывает с большими преувеличениями. Ведь все знают, что мистер Митсвуд был капитаном на небольшом сухогрузе с малочисленной командой. Но Элен все принимает за чистую монету, слушает деда увлеченно, и лучшего слушателя у мистера Митсвуда, мы думаем, не будет никогда.

Но мы отвлеклись, и вот уже миссис Митсвуд зовет семью обедать. Отправимся с ними и мы, чтобы хорошенько осмотреть все внутри. Столовая, две спальни, детская, кабинет деда, гостиная – вот и весь дом. В нем витает особый дух спокойствия и уюта. Ведь бабушка Элен – миссис Тора Митсвуд, известна своим безупречным вкусом и умением рукодельничать. Давным-давно она покорила молодого капитана Митсвуда своей расшитой шелковой ширмой с японской девушкой и павлином, которую он увидел на благотворительном базаре в местной школе. Он познакомился с юной мисс Торой, купил ширму, и теперь эта семейная реликвия украшает гостиную семьи Митсвудов. Шелк слегка выцвел, но и теперь все гости обращают на неё внимание, не говоря уже о том, что мягкое и уютное кресло под ширмой – любимое место Элен. Она, будучи еще младенцем, из всех интересных вещей в доме выделила японку и павлина, столь необычно и искусно вышитых. Став взрослее, тайком от бабушки, пробиралась в гостиную и гладила маленькими пальчиками скользкие шелковые стежки вышивки: красное с яркими цветами кимоно девушки, её черные волосы, желтый веер, изумрудно-переливчатые перья пышного хвоста павлина. Теперь же, переживая втайне ото всех захватывающие рассказы деда, Элен часто сидела на старом кресле и глядела в лицо красавице, которая улыбалась своей загадочной улыбкой и, казалось, манила девочку в неизвестные сказочные дали. Зная пристрастие Элен к ширме, над ней посмеивались. И хотя давно нужно было сменить обивку на мебели и обои в гостиной, ремонт не начинали, жалея Элен: ведь она лишилась бы своего любимого уголка.

В комнатах висело много картин, так как мама Элен – миссис Вэлла, была неплохой художницей. Раз в месяц она отбирала несколько картин и отвозила их в город, пристраивая в маленькие подарочные магазинчики, разбросанные по старому центру и рядом с портом. Картины были недорогие и раскупались хорошо. Элен любила, когда мама ездила продавать картины, ведь за этим всегда следовал какой-нибудь запоминающийся подарок, иногда нужный, а иногда просто бесполезный, но очень дорогой сердцу Элен: её синий костюмчик с матросским воротником, соломенная шляпа с алым шелковым маком, разноцветный воздушный шар, ракушечные бусы, свисток с перьями, зеленая на шнурке бутылочка с мыльными пузырями… Все это и многое другое было привезено мамой Вэллой из этих поездок. «Мамочка, ты волшебница! – кричала Элен, получив очередной подарок. – Как ты узнала, что именно эта вещь была мне сегодня просто необходима?» На что мама Вэлла смеялась и отвечала: «Я и без всякого волшебства знаю, чего ты хочешь и о чем мечтаешь!».

В Бриджсвиле её звали Высокая Вэлла, так как она имела рост пять футов девять дюймов, а непослушную гриву волос и строгие серые глаза дополняли вытертые джинсы и старые широкие свитера, которые она постоянно носила. Элен обожала свою маму, так как при кажущейся строгости, более мягкого человека нельзя было найти. И Элен частенько этим пользовалась, особенно, когда очень хотелось, чтобы кто-нибудь почитал ей сказку. Поэтому мама Вэлла перед сном обычно читала Элен детские книжки с яркими картинками и фантастическими сюжетами, которые затем надолго занимали девочку, а её альбом после вечернего чтения заполнялся рисунками. Почти всегда это были принцессы в старомодных пышных платьях и восточные красавицы в шароварах, тюрбанах и прозрачных накидках.



В комнате Элен почетное место занимал столик, на котором в глиняном кувшинчике стояли кисти и карандаши, лежали краски в разнокалиберных коробках. Над столом была прикреплена деревянная доска. На нее кнопками прикалывали рисунки Элен: скромные пейзажики, цветы, портреты друзей. Рисунки сменяли друг друга, а затем попадали в большую папку из потертого синего бархата. Ее подарила Элен бабушка Тора. Эта синяя папка досталась миссис Митсвуд ещё от бабушки, которая тоже хранила в ней свои рисунки и знаменитые гербарии.

А в одном из ящичков этого стола у Элен была спрятана коробка с нарисованными на обтрепавшейся крышке красными цветами. В ней она прятала свои самые дорогие вещички: маленькие кольца со стразами, брелок с перламутром, старые бусы обеих бабушек, пластмассовое сердечко, медальон в форме обтесанной пирамиды и многое-многое другое. Элен редко показывала посторонним эту заветную коробку и, сидя в комнате на мягком диванчике, одна перебирала и пересматривала свои сокровища.

Глава 2. Папа приехал!

Утро в семье Митсвудов начинали бабушка Тора и собака Глэдис. Как, уважаемый читатель, мы не познакомили тебя с собакой Элен? Эту непростительную ошибку мы должны немедленно исправить! Итак, познакомьтесь. Это Глэдис – собака породы бассет-хаунд. Ей почти столько же лет, как и Элен. Они выросли вместе в этом доме, и Глэдис по праву считается членом семьи Митсвудов. Так вот, миссис Митсвуд и Глэдис – самые ранние пташки в доме – начинали утреннюю жизнь на кухне, где миссис Митсвуд, шурша накрахмаленным передником, готовила завтрак, а Глэдис, лежа в облюбованном углу на цветных плитках пола, следила за передвижениями старшей хозяйки внимательными и грустными глазами цвета перезрелого крыжовника. Но грустный взгляд Глэдис – игра и сплошной обман, на которые мог купиться только человек, впервые её увидевший. Эта собака, длинная, как торпеда, приземистая, с широкой грудью и мощными лапами, могла с одного прыжка свалить теленка. Но её флегматичная морда, забавно висящие до земли уши и грустные глаза, смущавшие своей кротостью, сбивали с толку. Но у того, кто видел, как она носилась по каменистым склонам, поросшим травой, слышал грозный лай, пропадали всякие иллюзии относительно ее безобидности. Однако все домочадцы и соседи любили Глэдис за добрый и веселый нрав, приветливость и незлобивость. Когда мистер Кларк, одинокий сосед Митсвудов, замечал в густой траве длинное черно-бело-рыжеё тело и высоко поднятый серповидный хвост, он всегда подзывал Глэдис и долго разговаривал с ней, облокотившись на изгородь. Темы его бесед были разнообразные, начиная с международного положения, которое не давало спокойно жить этому джентльмену, заканчивая последней светской сплетней из «Таймс».



Глэдис лежала, вытянувшись на траве, положив голову на передние лапы, и смотрела на мистера Кларка умными глазами, в которых мелькало некоторое сожаление и сочувствие. «Да, – казалось, думала она, – как хлопотна и непонятна жизнь людей, и как я ценю свою собачью свободу. Нет, ни за что на свете не хотела бы я быть на их месте и мучиться с пар-ла-мен-том, кри-зи-сом и бюд-жет-ным (Р-р-гав!) де-фи-ци-том!». Все это можно было прочитать в её взгляде, и мистер Кларк, думается нам, это понимал. Но ценил Глэдис за то, что она была единственным существом, которое выслушивало его до конца, не перебивая и не внося свои соображения во время его речи.

Глэдис была куплена папой Элен в одной из его многочисленных коммерческих поездок, в Лондоне, в большом и шикарном зоологическом магазине. Мистер Порксайд счел возможным для себя истратить на понравившегося щенка всю прибыль от двухмесячной деятельности, чем весьма удивил и жену, и её родителей. Но когда малышка Глэдис была извлечена из большой хозяйственной сумки, в которой её перевозили, то все недоумение семьи Митсвудов сменилось чувством бесконечной признательности мистеру Порксайду и нежности к новому члену их семьи. Длинные ушки Глэдис, толстенький хвостик, крепенькие лапки и умильная мордочка растрогали всех. Так Глэдис поселилась в семье Митсвудов, а мистеру Порксайду была прощена крупная и незапланированная растрата никогда не лишних в любой семье денег.

Сегодня ожидалось очередное его возвращение из затянувшейся поездки. Все ждали сюрприза, так как мистер Порксайд был на них мастер, имел склонность к розыгрышам, любил побренчать на гитаре и носил бороду, с которой никак не хотел расстаться.

Все домочадцы считали, что именно поэтому у него не клеилась работа коммивояжера, а бабушка Тора имела собственное мнение на сей счет и, глядя на своего непутевого зятя, думала, что ему хорошо было бы выступать на эстраде или в цирке.

Итак, день начался. Встал пораньше и давно уже напевал свои излюбленные мелодии мистер Митсвуд. Мама Вэлла, убрав в спальнях и гостиной, подметала дорожки в саду.

Элен тоже целое утро готовилась к встрече. После раннего подъема и уборки в своей комнате она спустилась в кухню, где колдовала над плитой бабушка Тора. Глэдис лежала в своем углу и вылизывала переднюю лапу.

Семья быстро позавтракала и принялась за свои обычные дела, так как приезд мистера Порксайда ожидался во второй половине дня.

Но не успела Элен взять скакалку, мама Вэлла разложить краски, а мистер Митсвуд закурить неизменную сигару, как стремительно развивающиеся события скомкали планы семьи и завертели всех в бурном водовороте.

Сперва послышались непонятные гудки, а затем странный звук с посвистыванием и лязганьем. Глэдис залаяла и стремглав бросилась к калитке, ведущей на дорогу. Все побежали за ней. Мистер Митсвуд первым увидел нечто, двигающееся к дому, и застыл возле калитки, словно вкопанный.

По дороге ехал автомобиль. Да еще какой! Ярко-красного цвета с откидным верхом, коричневыми кожаными сиденьями, блестящими никелированными бамперами и огромным рулем.

Машиной управлял небольшого роста человек с черными выразительными глазами, седой стриженной головой и густыми мохнатыми бровями. Когда он улыбался, видны были белые крепкие зубы. Одет незнакомец был незатейливо: клетчатая рубашка, замшевая жилетка с большим количеством бахромы и видавшие виды брюки, прикрывавшие поношенные ботинки.



Рядом с ним сидел счастливый мистер Порксайд. Волосы и борода его растрепались, воротник рубашки расстегнулся, а галстук сбился набок.

Миссис Митсвуд так поразил вид зятя, что она в первую минуту даже не обратила внимания на незнакомца и его машину.

А встреча шла своим чередом. Элен визжала, Глэдис громко лаяла, Вэлла улыбалась, мистер Митсвуд потирал подбородок, а лицо миссис Митсвуд отражало беспокойство.

Глава 3. Незнакомец

Мистер Симон Порксайд первым вышел из машины и сразу же подхватил на руки болтавшую от радости руками и ногами Элен. Затем потрепал Глэдис, обнял Вэллу, пожал с чувством руку мистеру Митсвуд и издалека поклонился миссис Митсвуд.

– Разрешите вам представить… – сказал он, повернувшись к незнакомцу. – Мсье Жиль, директор цирка шапито, который я имел честь посетить сегодня в городе.

– Очень приятно! – учтиво сказала миссис Митсвуд.

– Очень любезно с вашей стороны, что вы нас посетили! – сказал мистер Митсвуд.

– Привет! – прокричала Элен под лай Глэдис.

– А что это за машина? – наконец-то спросила миссис Митсвуд. – Это ваша, мсье Жиль?

– Э-э-э, – замычал мсье Жиль. – Как вам сказать! Вчера была моя, а сегодня уже его.

Тут он ткнул пальцем в мистера Порксайда, который при этом заморгал глазами, как будто сам не верил услышанному.

– Симон, ты купил эту машину? – удивленно спросила Вэлла. – А наше летнее путешествие в Париж?

– Не волнуйся, дорогая, – ответил чересчур спокойно мистер Порксайд. – Машина стоит недорого, зато посмотри, какая это красотка!

И, набравшись храбрости, он продолжал:

– К тому же, я собираюсь поехать с цирком в турне по стране в качестве работника этого цирка.

Все удивленно воззрились на папу Симона, а миссис Митсвуд слабеющим голосом прошептала:

– Какого работника?

– Цирка! Цирка, бабушка! – пояснила ей Элен, которую единственную обрадовало это сообщение.

Миссис Митсвуд почувствовала себя нехорошо.



«Боже мой, – подумала она. – Только сегодня мне приснился непутевый зять в рыжем клоунском парике и с приставным носом. И вот, пожалуйста! Что подумают соседи!» Представив последствия, она побледнела, и ноги у нее подкосились. Поэтому Вэлла и мистер Митсвуд, взяв миссис под руки, медленно повели ее в дом, виновато оглядываясь на гостя.

Когда Симон Порксайд и мсье Жиль проводили их сочувственными взглядами и повернулись к машине, то увидели, что в ней уже хозяйничает Элен. Она крутила руль, нажимала, как могла, на педали, рычала и урчала, изображая работу мотора.

– Папа! – с восторгом воскликнула она. – Как здорово, что ты купил эту машину, как прекрасно, что ты будешь работать в цирке! А меня с собой возьмешь?

– Конечно, дочь, возьму, – ответил мистер Порксайд. – А теперь вылезай и пойдем. Мы с мсье Жилем слегка проголодались и устали.

– Милый папа! Дорогой мсье Жиль! – с придыханием закричала Элен. – Я сама приготовлю вам тосты, омлет и сварю свою любимую овсянку!

– Какой милый ребенок! – хохотнул мсье Жиль. – Только вот овсянку, пожалуй, не надо, я её терпеть не могу.

Глава 4. Про то, как важно уметь читать, чтобы не испортить завтрак

Когда страсти слегка улеглись, и вновь прибывшие отдохнули, переоделись и спустились в гостиную, то увидели следующую картину: за красиво сервированным столом с голубой вышитой скатертью, разместились мистер Митсвуд с газетой в руках и Вэлла с мотком пряжи. Глэдис лежала рядом с холодным камином.

Окинув цепким взглядом всю эту благодушную обстановку, мсье Жиль изрек:

– Мне всегда нравился покой и уют в таких сельских домах, как ваш.

Мистер Митсвуд и Вэлла приятно улыбнулись на это замечание. В это время Элен с подносом в руках, а за ней миссис Митсвуд с сервировочным столиком на колесах, появились в гостиной.

– Прошу к столу, – важно сказала миссис Митсвуд.

– Попробуйте, это готовила я, – добавила Элен. – Знаешь, папа, теперь я примерная девочка, и бабушка учит меня готовить, мыть посуду и подметь на кухне пол.

– Это очень, очень похвально! – быстро отозвался мсье Жиль, опередивший своей репликой мистера Порксайда. – Когда я был таким же, как и ты, моя бабушка не могла мной нахвалиться перед своими приятельницами, таким я был послушным мальчиком. И особенно она гордилась тем, каким я был помощником на кухне.

Миссис Митсвуд с сомнением повела бровью, услыхав эту тираду, давая понять, что она лично в это слабо верит, и что мсье Жиль не мог, по её мнению, быть добропорядочным помощником своей бабушке, особенно на кухне.

– Ну что ж, к столу, – сказал мистер Порксайд и потрепал Элен по белокурой головке. – Я с удовольствием отведаю завтрак, приготовленный тобой, моя милая.

В это время он подумал о том, как быстро летит время, что совсем ещё недавно малышку Элен катали в колясочке, меняли ей пеленки, и вот уже она кормит семью завтраком.

Когда все расселись по местам, и миссис Митсвуд с милой улыбкой открыла крышку серебряной фамильной кастрюльки, в которой ещё её бабушка варила овсянку, произошло «нечто ужасное».

Так потом говорила сама миссис Митсвуд, в сотый раз описывая неприятный для неё момент, когда, по её словам, «ей, как хозяйке, был нанесен сокрушительный удар».

– Элен, – вдруг обеспокоено спросила она, держа крышку и с озадаченным лицом принюхиваясь к пару, вырывающемуся из кастрюльки. – Когда мы варили кашу, где ты брала коробку с хлопьями?

– В столе, бабушка, – невозмутимо ответила Элен. – В такой большой железной банке, на ней ещё нарисованы большие зеленые буквы и симпатичный песик.

– Боже мой, – простонала миссис Митсвуд. – Мы сварили собачью кашу! Придется вам довольствоваться омлетом и тостами. Хорошо, что запах показался мне подозрительным!

– Вот видишь, дорогая, – сказала мама Вэлла. – Твоё нежелание учиться читать сыграло злую шутку с бабушкой, папой и мсье Жилем.

– Кстати, – заметил вездесущий мсье Жиль. – Буквы-то не рисуются, а пишутся, милая Элен.

– Вот, к слову, очередной шедевр нашей внучки, – добавил мистер Митсвуд, подмигнув при этом всем взрослым.

Он, не вставая, протянул руку к полке с книгами и взял небольшой лист бумаги, который пустил по кругу на всеобщее рассмотрение.

Все засмеялись. Большими корявыми буквами на нем было написано:

«НА ВГЛАЖНОЙ ЗИМЛЕ ХАРАШО РАСТЕТ МАРКОФКА».

Элен заерзала на стуле, а мистер Митсвуд пояснил:

– Это они с бабушкой штудировали книгу по огородничеству, и наша грамотная мисс решила сделать для себя выписки.

– М-м-да, дорогая, – задумчиво произнес папа Симон. – Тебя пора серьёзно готовить к школе, но в этом доме ни у кого нет времени заняться тобой!

И он с вызовом посмотрел на миссис Митсвуд.

– Позволь тебе заметить, дорогой зять, – сразу же парировала та, – что у каждого в этом доме есть свои обязанности, и Элен не настолько заброшена, как ты пытался только что здесь представить. А ошибки… Что ж, в шесть лет ты сам писал грамотно?

Пока длился этот спор, Элен потихоньку встала, подошла к отцу и незаметно вытянула из его рук листок со своими каракулями. Затем отнесла его на кухню и порвала на мелкие кусочки. Здесь её и застал мсье Жиль.

– Ха, – сказал он, – хороший конец для такой рукописи. Но ты не расстраивайся. Все мы когда-то начинали читать и писать. Над всеми нами, – чтобы слегка подзадорить, – смеялись родственники.

– Вот, например, был у меня такой случай, – продолжал он. – Когда мне исполнилось шесть лет, как и тебе сейчас, я приготовил сюрприз для любимой бабушки – рисунок ко дню рождения. И чтобы она его не увидела раньше времени, закрыл дверь своей комнаты, а с обратной стороны повесил самодельную табличку с жирной надписью: «НЕВСХОДИТЬ!» Знаешь, как смеялись мои родные, и как горько плакал я? С тех пор я стараюсь писать без ошибок. Поэтому ты не обижайся, а учись. Вообще, ты мне нравишься, и мне кажется, что мы станем друзьями.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2