Ольга Погодина-Кузмина.

Адамово Яблоко



скачать книгу бесплатно

Игорь ступил на горячие ступени крыльца и застыл от счастливого восторга: отсюда открывался вид на море, голубое до рези в глазах, и дрожащая гладь бассейна повторяла этот острый голубой с точностью глянцевой открытки.

– Да пошли, еще насмотришься на эту лужу, – позвал Вадик. – Шеф тебя ждет. Сказал – прямо к нему.

В доме пахло свежесваренным кофе. Смуглая девушка с угольно-черными волосами, выбивавшимися из-под платочка, вынесла на подносе завтрак. Вадик, улыбаясь, преградил ей дорогу.

– Комо босс? Проснулся? Но дормир? – и повернулся к Игорю: – А хочешь, сам ему кофе отнеси? Крикнешь, если что-то надо. Да иди, не бойся, говорю, он ждет.

Георгий Максимович полулежал в постели, опираясь на подушки; небольшая постриженная бородка придавала ему сходство с разнеженным султаном из восточной сказки. Словно прочитав мысли Игоря, он обернул голову краем простыни и подмигнул:

– Входи к своему господину, любимая наложница. Оставь эти яства, мы отдадим им дань позже.

Игорь поставил поднос на стул и тут же оказался в кровати.

– Ну, как ты добрался, малыш? Не устал? – целуя, раздевая, Георгий Максимович гладил и жадно осматривал его шею, плечи, живот, словно проверяя, всё ли цело.

– Нет, – ответил Игорь. – Только меня во Франкфурте все время клеили… какие-то арабы. В аэропорту.

– Вот мерзавцы! Обижали моего зайца…

– Никто меня не обижал, – возразил Игорь, помогая снимать с себя одежду. – Просто приняли не за того.

Георгий Максимович кивнул удовлетворенно.

– Ну еще бы, посмели бы они.

Его лицо с размягченными, отекшими со сна чертами приобретало то властное выражение, которое так завораживало Игоря. Воздух в комнате струился от жары. Жар разгорался в них обоих, как в деталях работающего механизма. Все, что делал Георгий Максимович, было немного стыдно, но обжигающе приятно, и Игорь хотел, чтобы это длилось как можно дольше, но почему-то он помнил и о том, что дверь в коридор не заперта, и может войти горничная, и нужно сдерживаться, чтобы не вскрикивать слишком громко. Он успешно справлялся с этой проблемой, кусая ладонь и подушку, пока не начал задыхаться от счастья, переполнявшего его изнутри.

Потом подъехала машина, где-то в доме захлопали двери, стало слышно, как под окном работают поливальные устройства. Как сквозь дрему, Игорь вспомнил, что он в Испании, что вокруг море, пальмы, синее небо – волшебная сказка, в которой он оказался по какому-то недосмотру высших сил.

Георгий Максимович поцеловал его в затылок и с хрустом потянулся, взял с подноса стакан с апельсиновым соком и, дав Игорю сделать несколько глотков, залпом допил остальное.

– Позавтракать я уже не успею… Ладно, нельзя иметь всё сразу – и море, и по колено. Устроим разгрузочный день.

Он встал под душ, не закрывая двери в ванную, позвал:

– Иди-ка, прослушаешь инструкцию.

Игорь отодвинул стеклянную шторку.

– Нет уж, не ко мне! Так я точно никуда не попаду, а мне нужно ехать.

Вот что – я дам тебе Вадика, он покажет город. Пообедайте, тут много ресторанчиков вокруг, сходите на пляж.

Он быстро говорил, быстро намыливал свое могучее тело – подмышки, живот и половые органы.

– Вечером, видимо, ожидаются гости. Устроим вечеринку. Буэно? Устрицы и вино.

Игорь улегся обратно на кровать и, чтобы скрыть огорчение, закурил. Дома он нафантазировал, что они будут в Испании только вдвоем, вместе будут купаться и загорать, вместе гулять по морскому берегу и станут так близки, что больше никогда не смогут разлучиться.

Застегивая сорочку, поглядывая на него в зеркало, Георгий Максимович спросил:

– Что такое?

Игорь отрицательно мотнул головой: «ничего», хотя страшно хотелось ухватить его за галстук, дернуть за причесанные, надушенные волосы: «Не уходи! Не бросай меня здесь с этими чужими людьми, которые всё про нас знают!» Но когда тот подошел и щелкнул по носу, Игорь смог только робко пробормотать:

– Возвращайся поскорее.

Сквозь жалюзи на открытых окнах слышно было, как завелась и отъехала машина, как Галина и Анатолий Алексеевич начали о чем-то спорить во дворе. Игорь тоже принял душ, выпил остывший кофе и осмотрелся в комнате, где почти не было мебели – только кровать и встроенный шкаф да несколько репродукций на стенах.

Чемодан, из которого Георгий Максимович доставал галстук и белье, стоял распахнутым на стуле. Игорь поддался любопытству и заглянул внутрь. Рассмотрел кожаный несессер с серебряными щетками для волос, стопку тонких полотняных рубашек с инициалами на карманах. В потайном отделении, которое он обнаружил случайно, зацепив клетчатую подкладку, лежали презервативы, пакетик белого порошка и папка с документами, подписанная красным фломастером: «Альмагест».

В шкафу висел один только светлый льняной костюм. Внизу, в большом выдвижном ящике, обнаружились теннисные ракетки, несколько пыльных кляссеров с марками и коробки с поблекшими мумифицированными мотыльками. Аккуратно напечатанные ярлычки сообщали: Максим Измайлов-Козырев, коллекция №…

С самого дна ящика Игорь достал пачку фотографий и с волнением рассмотрел высокомерное лицо молодого человека с тонкими правильными чертами, с густыми и темными, как у Георгия Максимовича, волосами. Глаза у него были такие же серые, только совсем холодные, без насмешливых искр в глубине.

Игорь почувствовал укол ревности, заочной нелюбви к этому надменному убийце бабочек, и убрал фотографии.

В майке и шортах Вадик стал похож на Кена, друга куклы Барби. Его мускулистые руки и икры, покрытые пшеничной растительностью, привлекали взгляды официанток – те весело переговаривались и строили ему глазки, а он хмурился, вчитываясь в меню. Затем признался:

– Меня папа на курсы испанского направлял. Я вроде учил, учил, а в голове только кура, потому что «галина». А то, знаешь, бывает, люди только овощи едят. Или только рыбу, а куры не едят вообще.

Все же ему удалось объясниться со смешливой официанткой, блеснув главным своим козырем: «Дос платос де карне фрита, пор фавор». Уплетая жаркое, он дружелюбно спросил Игоря:

– Ты сам-то откуда? Питерский? А я пять лет как переехал. Знаешь такой веселый городишко Качканар? Ну, считай, повезло.

Он подмигнул официантке.

– Бабы местные в сексе ни с чем не сравнимые, отвечаю на личном опыте. Мы здесь регулярно расслабляемся. Я вообще с папой поездил – и в Штаты, и по Европе, он меня часто с собой берет. Ко мне особое доверие. Только не надо тут улыбаться, я не в вашей теме, даже не мечтай. Просто шеф ценит людей, на которых можно всецело положиться.

Пыльная дорога к морю петляла между стен и заборов из белого песчаника.

Как только они вышли из ресторана, замолчавший было Вадик снова начал болтать.

– Папа много ездит, потому что у него по всей Европе связи. Типа клуб по интересам и по бизнесу заодно – ну ты понял. Они когда встречаются, на них смотреть – одна умора. Щиплют друг друга, целуются. Так и не скажешь, что миллионами ворочают. Только между нами, ясно?.. А папа у них ценное звено. Во-первых, языки все знает – в испанском шарит, в итальянском. По-французски вообще в совершенстве. А во-вторых, он такой человек, что ему можно большие бабки доверить. Он для них офшоры держит, ну и всякое такое, лазейки находит. В общем, по финансовым потокам. Если подумать, пашет-то он как лошадь. Тёрки, наезды, конфликты. И все на нем замкнуто. Мне что еще нравится, что он в общении простой. Пальцы не гнет, как всякая ботвинья, разные там типа крутыши. Бывает, конечно, обложит по матушке или наорет. Тоже на своей планке, понятно. Но в принципе всегда по делу.

Игорь, начавший уже уставать от жары, от смены впечатлений, хотел спросить, долго ли еще идти. Но море вдруг открылось за поворотом, словно раскинутое по песку синее покрывало.

– Пляж тут конкретный, – заверил Вадик, – песочек золотой… И глубина хорошая. Ты плавать-то умеешь?

Они спустились на пляж.

Игорь сразу разделся, вошел в воду и с наслаждением поплыл. Метрах в двадцати от берега нырнул, открыл под водой глаза. В зеленоватом сумраке мерцало дно, маленькие рыбы как черные пули разлетелись в стороны. Оттолкнувшись от дна, он перевернулся в воде, глотнул воздуха и снова нырнул.

– Эй, ты так больше не шути! У меня аж дыхалка сбилась, – выходя из воды, пожаловался Вадик. – Поплыл и поплыл, а потом раз – и нету его. Я уж думал, ногу свело или там что… Меня бы папа за яйца повесил!

– Да не волнуйся, я плаваньем занимался.

– Так предупреждать надо!

Игорь ударил по воде и обдал его веером брызг.

– Ну ты же не обязан меня охранять…

– А чем я тут, по-твоему, занимаюсь?

Игорь облил его снова, и Вадик погнался за ним по воде, споткнулся, вскочил, отплевываясь соленым песком, и сам засмеялся над своей неуклюжестью. Игорь хохотал вместе с ним, снова чувствуя счастье, которым наполнял его запах моря, тонкий росчерк кипарисов на высокой скале, ожидание новой близости с Георгием.

– Какое очарование, – проговорил, подсаживаясь на соседний топчан, оплывший жиром пожилой мужчина с бескровным ртом и с узкими глазами. – Какая красивая пара! Вы откуда, мальчики, из какого отеля? У меня есть особое предложение для вас. Все безопасно и оплата вперед.

Игорь почувствовал, что краснеет от стыда и отвращения, и сразу хотел уйти, но Вадик разглядывал незнакомца внимательно и спокойно.

– А ты бы двигал отсюда, дедуля, пока самого не того, – процедил он наконец сквозь зубы.

Старик усмехнулся.

– Разве же так повезет, цветочек?

– Кто-о тут цветочек? – Вадик угрожающе шагнул вперед.

Старик ничуть не испугался.

– Юный Геркулес, Бельведерский торс! Браво, браво, как мы умеем играть мышцами! Без шуток, детки, хороший гешефт. Не поверю, что таким молодым и красивым не нужны денежки. А делать ничего почти не надо. Только вы вместе, ваши шалости наедине… И как насчет качественного видео?

Вадик сжал кулаки.

– Ты меня не понял, старый хрен? А ну вали, пока не дали в бубен.

Старик поднялся и отступил на шаг, продолжая улыбаться.

– Dios mio! Какой темперамент…

И наконец отошел от них, крикнув напоследок:

– Подумайте, мои хризантемы. Завтра буду ждать на этом же месте!

Вадик сплюнул на песок.

– Вот холера! Это он на тебя повелся.

– Да нет, ты, кажется, ему больше понравился, – возразил Игорь, про себя зная, что Вадик прав, что это к нему, Игорю, липнут такие люди, чутьем падальщиков распознавая в нем испорченность.

Вадик передернул плечами и засмеялся.

– Да уж больно старый. Был бы лет на дцать помоложе…

– И что тогда?

– Тогда бы я ему без базаров в башню закатал за такие предложения. Пидор бельведерский! Ладно. Окунемся и надо уже возвращаться. Лучше заранее придем, а то папа ждать не любит.

Тогда, глядя ему в лицо, Игорь решился задать вопрос, который давно уже приготовил:

– А у него много было… ну, таких, как я?

– Были, – пожал плечами Вадик. – Правда, постарше в основном, лет двадцать пять. И сюда никто не приезжал. – И тут же спохватился: – Вообще-то, папины личные дела – это закрытая информация. Я в это не лезу и тебе не советую – здоровее будешь.


Солнце уже опускалось к линии горизонта. Игорь обгорел, его пошатывало от усталости, и путь в горку до особняка дался ему с трудом. Вадик надавил кнопку, ворота разъехались, и в первую секунду Игорь подумал, что они ошиблись адресом – по двору группами рассредоточились охранники в темных очках и в белых, с пятнами пота рубахах, у забора протянулось серебристое рыбье тело лимузина, тут же сверкали антрацитовым блеском бока двух черных «мерседесов». Случайным пятном в черно-белых декорациях гангстерского боевика казалась группа немолодых мужчин, расположившихся на террасе дома. На некоторых были цветастые майки, нелепые панамы и бейсболки, кто-то уже разделся до трусов. Они оживленно беседовали, размахивая руками, перебивая друг друга. Георгий Максимович тоже был там.

Вадик сразу посерьезнел.

– У папы гости. Пойду переоденусь. Надо присмотреть.

Игорь остановился посреди двора, не зная, что делать, потом решил войти в дом, но чужой охранник преградил ему дорогу.

– Не стрелять! Свои! – весело крикнул заметивший его Георгий. – Поднимайся сюда!

Игорь поднялся на террасу; гости обернулись и замолчали, как по команде, уставились на него. Один, рыжий толстяк в очках, даже вскочил со стула, обмахиваясь панамой.

– Измайлов, вот за этого мальчика я ненавижу тебя дополнительно! Где ты его взял? Таких уже сто лет не производят! Куда ты его уводишь? Пусть выпьет с нами! Измайлов, не будь единоличником, полцарства за посмотреть!..

– Смотри-ка, ты обгорел, – игнорируя реплики своих гостей, Георгий повел Игоря в дом, через холл во внутренний двор.

Там струилась вода из чаши мраморного фонтанчика. Парень примерно одних с Игорем лет, в десантном камуфляже, в высоких ботинках, с плохо скрываемым любопытством рассматривал в воде белых лягушек. На бортике фонтана лежали животами, свесив вниз головы и руки, трое мальчишек лет десяти.

– Эй, – позвал Георгий Максимович парня. – Пойдем-ка, нужна твоя помощь. Как тебя зовут?

Тот с готовностью подошел.

– Гера.

– А это Игорь.

Он привел их в ту же спальню Максима, где уже не было чемодана, взял с полки в ванной комнате флакон и вручил Гере.

– Тебе задание. Игорь сейчас примет душ, а ты потом его намажь… спину, ноги – всё.

– Не надо, я сам, – отдернулся Игорь.

– Надо. Без разговоров. И займитесь чем-нибудь – осмотрите парк, там есть беседка, водопад. Возьмите на кухне сок и фрукты, я распоряжусь. Позовем вас, когда освободимся.

С улыбкой, от которой Игорю захотелось всем весом наступить ему на большой палец ноги, Георгий Максимович оглядел Геру.

– А Гера это что у нас – Герман, Герасим или Геракл?

– Генрих, – ответил тот.

– Ну я на тебя полагаюсь, Генрих.

В ванной, увидав себя в зеркало – красное лицо, воспаленные губы, песок в волосах, – Игорь с горечью сообразил, что хрупкий женственный Гера с фарфоровыми щеками очень выигрывает при сравнении.

Под душем кожу запекло, затем стало лучше. Игорь попытался все же отделаться от Геры, но тот только вскинул упрямый подбородок.

– Мне дали задание, и я его выполню.

Жесткими маленькими ладонями он начал растирать спину Игоря. Спросил:

– А ты здесь живешь? Как называются эти жабы?

– Не знаю, – ответил Игорь. – Я только утром приехал.

– А откуда?

– Из Петербурга.

– А мы из Москвы. Но сейчас живем тут недалеко, в лагере в горах, у местных скаутов, по обмену. В принципе нормально. Дисциплина, тренировки, язык изучаем. Но у нас в резиденции, конечно, лучше все поставлено. Не сравнить.

Когда они вернулись к фонтану, мальчишки все еще рассматривали лягушек. Анатолий Алексеевич принес большой пакет с бананами, с красноватыми апельсинами, целую упаковку лимонада в жестяных банках. Попросил:

– Вы бы увели этих мелких архаровцев от греха. А то лягушки дорогие, мне за них голову снимут.

Гера предложил Игорю:

– Можно пострелять. Здесь же частное владение? У меня пневматика.

Мальчишки тут же облепили его:

– Гера, мы тоже! Давай постреляем! Мы с тобой!

В глубине парка они нашли беседку, о которой говорил Георгий. На перилах Гера расставил банки с лимонадом, разложил апельсины. Достал из плечевой кобуры пневматический пистолет.

– Конечно, из боевого оружия интереснее, но главное – практика. Нужно упражняться каждый день. Только тогда будет результат.

– Вы спортсмены, что ли?

– А ты что подумал? Террористы?

Поколебавшись, Гера протянул пистолет Игорю.

– Хочешь первый?

Игорь попал в одну банку. Она брызнула фантой и запрыгала по земле. Откинув белокурую голову, Гера сощурил светлые глаза.

– А ты левша? Я тоже могу с левой.

Он твердо вытянул руку и начал стрелять. Банки взорвались разноцветной пеной, заливая пол беседки, траву.

– Не расстраивайся, просто у меня больше тысячи часов наработано.

И он пустил по контрольному выстрелу в головы апельсинам.

– А почему ты так одет? У вас какая-то организация? – полюбопытствовал Игорь.

– Да. Это молодежное крыло партии.

– И что вы там делаете?

Гера взглянул на него холодно.

– Если в двух словах – работаем на возрождение России.

Мальчишки с воплями начали прыгать по банкам, выдавливая остатки пены. Только сейчас Игорь заметил, что все они светловолосые и сероглазые.

– Вы фашисты, что ли?

– Еще раз услышу – и ты об этом пожалеешь, – с нажимом пообещал Гера. – Да, мы верим в особую расу белых людей, но фашистов мы ненавидим – они хотели истребить русский народ. А мы, наоборот, призваны остановить вырождение нации. Когда придет время, мы очистим страну от подонков, маргиналов и черного зверья. Мы займем ключевые посты в управлении.

В парке стало уже совсем темно, только беседку освещали прожекторы. В кустах звенели цикады, вдалеке шумело море. Мальчишки притихли, сели рядом с Герой на ступени беседки.

– А кто такие маргиналы? – решил выяснить Игорь.

– Это наркоманы, алкоголики, бомжи. Еще извращенцы, психически больные, евреи и женщины, которые бросают своих детей.

Пухлые губы его сомкнулись в одну линию, и взгляд наполнился решимостью.

– И что вы с ними будете делать? – спросил Игорь.

– Это все сделает Бог. Или космический разум, если тебе так больше понятно, – почти с угрозой проговорил Гера. – Нужно только выждать время. Все равно они уже вымирают от наркотиков и водки. А мы придем, когда понадобится новый, здоровый генофонд.

Один из мальчишек, самый младший, обнял Геру за шею.

– Гера, дай нам пострелять! Хоть разик, Гера!

– А ты что у них, воспитатель? – спросил Игорь. – Зачем вас сюда привезли?

Тот снова посмотрел на него строго и подозрительно.

– Что-то слишком много вопросов ты задаешь. Ты, вообще, кто такой? Кем ты тут приходишься?

«Никем», – хотел ответить Игорь и вдруг осекся, подумав, что ответ будет слишком точным.

Когда их, наконец, позвали в дом, синяя ночь, сгущаясь, уже скрыла сад и море, только огни отелей мерцали во мраке по всей длине побережья. Машины разъехались, во дворе остался один «кадиллак», на котором Вадик привез Игоря из аэропорта.

Георгий Максимович сидел возле бассейна в халате, распахнутом на груди. По его босым ногам стекали струйки воды. Рядом полулежал в шезлонге темноволосый кудрявый человек, тоже в халате и в сандалиях. Вблизи Игорь понял, почему лицо кудрявого кажется ему знакомым. Он выглядел старше и некрасивей, чем по телевизору, но спутать было нельзя – это был известный политик, депутат, лидер какой-то партии. Его выпуклые холодные глаза равнодушно скользили с предмета на предмет. Глаза Георгия блестели.

– Ну вот, уже получше выглядишь… Это вы стреляли в парке? Будем надеяться, соседи не заявят в полицию.

Стол у бассейна был сервирован как в ресторане. На круглом блюде, на подушке крошеного льда, источая острый запах моря, мерцали перламутром крупные шершавые раковины. На горлышке обернутой полотенцем бутылки, покоившейся в серебряном ведре, виднелась красная полоска сургуча. Прижатый пепельницей листок бумаги, мелко исписанный цифрами и буквами, почему-то привлекал к себе взгляд – Игорь сразу понял, что это номера банковских счетов. Заметив, куда он смотрит, Георгий Максимович сложил листок и убрал в чехол нетбука, подмигнул.

– Ты знаешь сказку про Алису в стране чудес? Лучше представь, что тебе все это снится.

Игорь почувствовал, как рассеянный взгляд кудрявого человека наткнулся на его лицо и остановился.

– Породистый, – произнес тот без всякого выражения. – Припиши его к своим активам.

Усмехнувшись, Георгий поднял бокал.

– Выпьем за вещи, которые украшают жизнь.

Игорь видел, как мальчишки – отряд Геры, – повинуясь едва слышному приказу, быстро разделись догола и попрыгали в бассейн. А Георгий Максимович взял изогнутый нож и начал с усилием раздвигать створки раковины.

– Нам нужен хлеб, промолвил Морж, и зелень на гарнир, а также уксус и лимон, и непременно сыр. И если вы не против, то начнем наш скромный пир…

– Открой-ка рот, – обратился он к Игорю. – Вот так, умница. И глоток вина. Вкусно?

Студенистый, пахнущий сырой рыбой комок слизи скользнул в горло. Игорь с трудом заставил себя проглотить устрицу, но зачем-то кивнул.

– Да…

Георгий Максимович открыл еще одну раковину, выжал лимон, взял за подбородок Геру.

– А теперь запей…

Представитель молодежного отделения партии мотнул головой.

– Я не пью спиртного.

– Это не спиртное. Это благодатный дар богов, в нем искры вечности. Давай-ка за здоровье Владимира Львовича.

Гера выпил. Владимир Львович медленно встал, снял сандалии, сбросил халат и, совершенно голый, направился к бассейну.

Георгий, казалось, не замечал того, что происходит.

– Ну как, заяц? Не завербовали они тебя в свой гитлер-югенд? – спросил он Игоря.

– Мы и не вербовали, – возразил Гера. – Пожалуйста, не надо нас так называть.

Обескураженный, Игорь смотрел, как голый Владимир Львович ложится на воду, на детский резиновый круг. Георгий Максимович потрепал Геру по волосам.


– Аргоубийца Гермес, похожий на юношу видом, с первым пушком на губах – прелестнейший в юности возраст… Вот что, снимай-ка свою амуницию.

Обернувшись, он сделал кому-то знак, и Игорь только тогда увидел Галину в белом переднике, с полотенцами в руках, с совсем другим, чем прежде, – угодливым и простоватым – выражением лица.

– Галина Яковлевна, выдайте нашему гостю халат, а то он совсем сомлел в своем обмундировании.

– Конечно-конечно, пойдемте, – улыбнулась она и повела Геру в дом.

Мальчишки в воде играли в пятнашки, издавая резкие звонкие вопли. Владимир Львович колыхался на волнах.

– Ну, как прошел день? – спросил Георгий, подливая себе и Игорю вина. – Нашли общий язык с Вадимом? Он компанейский парень. Хотя обслуга есть обслуга. Забавно бывает наблюдать, на какие компромиссы идет их обывательское сознание…



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11

Поделиться ссылкой на выделенное