Ольга Овчинникова.

Автостопом до алтайского яка



скачать книгу бесплатно

И тут я случайно бросаю взгляд на свои запястья и вижу глубокие шрамы, как будто я когда-то вскрывала себе вены, причём глубокими мощными разрезами. Вдоль и поперёк. О, фа-а-ак! Пялюсь на это круглыми глазами и замечаю ещё несколько на локтевых сгибах. Откуда? Пока я смотрю, бордовыми уродливыми линиями они проявляются всё ярче, после чего тускнеют и исчезают, как не бывало.

Джая замечает мои мысли и осторожно поясняет:

– Твоя прошлая жизнь, – таким тоном, что понятно: подробностей не будет.

Выпиваю залпом вино, и морщусь: вкуса давно не осталось, только переживание едкого спирта. Ангел в свою очередь пьёт через трубочку, потихоньку опустошая свой стакан с Пина Коладой. Так и сидим.

– Я хочу понять одну простую вещь, – продолжаю как будто торговаться я, потирая руки там, где только что были шрамы. – Можно ли любить безболезненно?

– Не можно, а нужно. Показать? – сочувственно спрашивает и одновременно предлагает Джая.

– Да, давай.

– Глаза закрой, – говорит Джая серьёзным голосом.

Закрываю. Жду. Мягкий серебристый ветер с розоватым отливом начинает спирально закручиваться вокруг меня, окутывает и постепенно усиливается. И вдруг я ощущаю себя внутри огромного столба из мощной энергии, наплывающей снизу и текущей вверх. Это похоже на перемещение неких частиц, как песчинок при песчаной буре, но в виде цилиндрического коридора, который ведёт на небо. Завораживающий поток мурашек настолько захватывает своим участием, что я перестаю дышать. Меня колотит, как от тока; трясёт так, словно я в аэродинамической трубе и коллайдере одновременно. Ощущения фантастические. Хочется быть в них вечно, но всё заканчивается так же внезапно, как и началось.

Открываю глаза. Ощущения божественные. Мне так хорошо, что хочется улыбаться и просто быть, – резкая метаморфоза.

– Лучше скажи мне, – вдруг замечает Джая, – почему ты пьёшь одна? Это признак алкоголизма, между прочим.

– Я же по чуть-чуть… – удивляюсь я. – И потом… Нас же двое!

– Уверена?

– А с кем я тогда разговариваю? С призраком, что ли?

Джая пожимает плечами и плавно растворяется в воздухе. Я вижу светло-зелёную штору, перед которой Он только что сидел. Кресло тоже исчезает. На табуретке продолжает сонно лежать кошка, мирно глядя свои кошачьи сны. Исчез, даже не потревожив её!

Затем Джая появляется вновь, кошка снова оказывается на Его коленях, и Он, глядя мне в лицо, констатирует:

– Не только пьёшь одна, но ещё и разговариваешь с призраками. Не порядок!

Не буду об этом думать. Мозг, выключенный вином, отказывается решать задачи.

– Пошли лучше потанцуем, – говорю, хватая Джая за руку, вполне, кстати, тёплую и ощутимую, и тащу танцевать. Он встаёт с табуретки так же деликатно, опять ничуть не потревожив кошку.

В воздухе начинает звучать «Lili was here». Некая красотка Лили, наверняка в красном, облегающем стройную фигуру платье с открытой спиной побывала там, а затем ушла, медленно и виртуозно двигая ягодицами.

И теперь некто вдыхает запах её сладковатых ванильных духов, пребывая в светлой печали. «Лили была здесь».

Мы танцуем сальсу, топчась по крупинкам рассыпанного по полу сахара – Джая уверенно ведёт, с лёгкостью закручивая меня в разные стороны. Руки переплетаются и тут же распутываются обратно. Он просто ас. Откидываюсь назад, запрокинув голову, и знаю, что Джая удержит – на то Он и Ангел-хранитель. Танцует Он, вжав крылья, чтобы не задевать стены узкой кухни.

– Я ещё и петь могу, – замечает Джая, читая мои мысли. Я начинаю заразительно хохотать, закрыв глаза и запрокинув голову. – И ещё умею вязать белые шарфики. Спицами, – многогранным баритоном добавляет Он, мягко улыбаясь.

В итоге Лили уходит, а Джая в романтическом порыве подхватывает меня на руки и уносит в комнату, где мягко опускает на кровать, накрывает сверху пуховым одеялом, и я мгновенно засыпаю.

…Просыпаюсь утром от холода: скомканные одеяло и плед лежат на полу. Это был сон?

Босиком прихожу на кухню, волоча за собой плед. На столе – пустая бутылка и два стакана, тоже пустых. В одном из них – трубочка от коктейля. Пол кухни усыпан хрустящими сахарными крошками. На столе – белоснежный кружевной платок. На ладони красная линия, нарисованная карандашом. Значит, было.

В голове в глубоком отдалении раздаётся деловитый голос Джая:

– Готовься. Сегодня вечером устрою тебе… Регрессию…

– Чо? – переспрашиваю я, услышав незнакомое слово. Глаза упорно слипаются.

– Погружение в прошлые жизни, вот чо, – поясняет Он и дальше уже не отвечает ни на какие вопросы.

Глава 3

«Да почему як-то?» (Очередной удивлённый дальнобойщик).

Сижу, придавленная кошкой к дивану и читаю про то, почему покончила с собой Роза1515
  «Бегущая с волками», Кларисса Пинкола Эстес.


[Закрыть]
. Роза – это женщина, мечтающая гулять в широкополой шикарной шляпе по Мичиган-авеню, изображая важную даму, – и она выходит замуж за фермера. Хорошенький деревенский домик, замечательный муж, замечательные дети, и всё вообще долгие годы замечательно, кроме одного: нет исполнения главной мечты.

И вот однажды она моет полы в доме, надевает свою лучшую шёлковую блузку, длинную юбку с пуговицами, и, конечно же, широкополую шляпу. После чего вставляет в рот дуло мужниного дробовика и нажимает на курок…

– Бах! – громким голосом раздаётся за ухом.

Подскакиваю на полметра вверх, захлопывая и роняя книгу.

– … (Проститутка)1616
  Здесь и далее курсивом выделено определение нецензурного слова, представленного в тексте многоточием (прим. автора).


[Закрыть]
! – невольно вырывается из меня.

– Тоже рад тебя видеть, – улыбается во весь рот Джая: опять возник ниоткуда.

– Ты напугал меня! – откладываю книгу подальше, руки трясутся.

– Регрессия. Не забыла?

– Да помню. Но… это хотя бы безопасно? – хочу уточнить на всякий случай.

– Однозначно безопаснее, чем падение с крыши, – уверяет Он, потирая руки. – Наверное. Вот и проверим.

– Ты что, никогда не проводил этого раньше? – нервным голосом переспрашиваю я.

– Почему же? Много раз. Когда-нибудь даже научусь, – «утешает» меня Джая. Жгучий, прям, юморист. – И потом тебя надо познакомить с проводником.

– Проводник? Кто это? – всё больше округляю глаза я.

– Твоё тотемное животное. Тоже Ангел. Проводник в путешествиях по прошлым жизням. Надеюсь, ты веришь в реинкарнацию1717
  Реинкарнация – в восточных религиях: учение о повторном воплощении души после смерти тела в другое существо; переселение душ (прим. автора).


[Закрыть]
?

– Да, – отвечаю Ему, нервно сглатывая. Во что угодно тут уже поверишь…

– Вот и чудненько, – и Джая бормочет себе под нос: – Хорошо, что вы, тётки, любите на себе всякие практики испытывать… – и Он нетерпеливо потирает белые узкие ладони друг о друга.

Эх, Роза, Роза… Рано или поздно каждый человек пытается наверстать что-то в жизни – то, чего ему не хватило к тому самому моменту «кризиса средних лет», когда реально начинает ехать крыша, если этого не восполнить. Вот дайте одному кругосветку на самокате, и хоть убей его! Должен поехать и совершить её, иначе жизнь прошла зря!

Вот боится кто-то тракторов. И он идёт, сдаёт на права, дует в деревню и садится на трактор!

Кому-то надо любовь испытать – «бес в ребро» или куда там ещё ниже пояса… Ударяются некоторые во все тяжкие, ибо чувствуют, что опаздывают на свою собственную жизнь, не испытав самое главное: любовь. А потом приползают обратно, к заплаканным бывшим жёнам, помятые и виноватые. Но я сейчас не об этом.

Называется это состояние «Как же меня всё утомило», и, думаю, большинству оно знакомо. Хочется всё бросить – вот прям всё-всё – и уйти из дома за хлебом, с одной авоськой, чтобы никогда не вернуться обратно.

Но я всегда возвращаюсь, потому что дома ждёт кошка.

– Доверься, – говорит Джая, снимает с ноги горчичный носок, выворачивает его и вытряхивает сахарный песок, попутно шевеля пальцами ноги. – Будет страшно, но сегодня нужно кое-что перепрограммировать.

– Что именно? – я немного нервничаю, мягко говоря.

– Одну из твоих прошлых жизней.

Звучит «заманчиво».

– Джая, а… где Твои крылья? – с удивлением замечаю, что мой Ангел сегодня бескрыл.

– Крылья… Где же они… – Он почёсывает спину, закинув руку через плечо. – А надо?

– Но… Ты же… Ангел?

– Ангелы не похожи на людей, тем более, крылатых. Крылья и образ облегчают тебе восприятие, но и только.

– Но… – сопротивляюсь я, взмахивая руками и желая поспорить.

– Закрывай глаза и ложись на пол, – торопит Джая.

Подчиняюсь, тяжко вздыхая: опускаюсь пластом на пол, послушно закрываю глаза и пытаюсь успокоиться. Джая начинает руководить.

Дыхательные техники на расслабление.

Выход из физического тела, похожий на блуждание мысли: так же легко, как мысль выходит из головы, можно выйти из тела и подняться к потолку, например, или выше. Ещё выше. Назад, в прошлое, в одну из сотен когда-то прожитых жизней.

Я приближаюсь к земле из белого пространства, где бесконечность, пустота и неуютное одиночество, и вскоре начинаю различать землю и траву.

Мелькает изображение мужчины, довольно высокого и рослого, со средней аккуратной чёрной бородой. Он в раздумьях: «Пора или не пора забивать её на мясо? Солнце так сильно греет, мясо может и испортиться…» – думает он. Осознаю себя в чьём-то теле и понимаю, что он размышляет обо мне. Я… свинья? Вот это поворот!

Как меня можно съесть, я же всё чувствую и понимаю? И я слышу его мысли!

– Что видишь, проговаривай, – слышится голос Джая рядом со мной.

– Мужчину… Ярко светит солнце, зелёная трава наподобие газонной, корыто и высокий коричневый забор из длинных деревянных досок. Наверху доски забора заострёны, образуют частокол. Он высоченный, этот забор! Мне страшно, ужасно страшно, слёзы… Я уже предчувствую, как меня убивают, расчленяют и превращают в мясо.

Пл?чу. Ситуация безнадёжная: сейчас меня убьют. Палящее солнце наполняет этот колодец жарой.

– Джая, почему я понимаю его мысли? – в панике хнычу я, ища поддержки. – Это ужасно!

– Опиши свой ужас, – просит Джая.

– Он вокруг, словно ещё одна оболочка. По ней волнами бегут искры, в виде непрерывных дорожек. Цвет от серебристого, будто это электрические молнии, до кумачового, наподобие костра.

– Представь в себе пробку, как в ванной. Выдерни её.

Представляю, и ужас утекает вниз подобно воде или вуалевой ткани, с воронкой и водоворотом. Так гораздо легче.

– Что там с забором? – спрашивает Джая невозмутимо.

– Он новый, коричневый и очень высокий.

И тогда Джая громким голосом командует мне:

– Метайся! Бейся об него! Ищи гнилые участки!

– Он но-о-овый! – в бессилии кричу я. – Это невозможно!

– Плохо прибиты доски! – кричит Джая. – Это твой мир! ТВОЙ МИР! В нём нет! Ничего! Невозможного!

И я начинаю панически бегать по загону, стукаюсь о стены, доски хрустят, но они грубые и крепкие. Это новые доски, свежепокрытые тёмной морилкой, и сломать их с первого раза трудно. Я бьюсь, застряв в заборе, как в западне.

Джая набирает воздуха в лёгкие и кричит мне прямо в ухо и в полный голос:

– БЕГИ! ВЫБИРАЙСЯ ОТТУДА!

Я пыхчу, кряхчу, но доски держат крепко: протараниваю острыми краями отломанных досок глубокие раны в боку. Мне надо решиться – или я вырываюсь наружу посредством ран, или торчу тут, застряв в заборе. В итоге беспомощно плачу, обвиснув на досках:

– Я застряла.

– БЕГИ-И-И! – ещё громче кричит Джая. – Двигай ногами, продирайся!

И я делаю рывок, вырываюсь из этого пространства, из забора и бегу, спотыкаясь, прочь.

– Беги быстрее! – продолжает руководить Джая. – В безопасность! За границу безопасности! И ещё дальше границы безопасности! Ещё! Дальше!

Я не понимаю, как смогу выжить в диком лесу, переполненном хищниками, и просто бегу, – бегу вдоль леса, стремительно, довольно быстро и не зная куда. В конце концов издалека до меня доносится долгий голос Джая:

– Ищи тех, кто тебе бли-и-изо-о-ок.

И тут я выскакиваю на поляну, где прямо передо мной оказывается стадо диких кабанов. Завидев меня, они панически разбегаются в разные стороны, и звонким гулом по лесу разносится топот множества ног. Потом возвращаются и с любопытством исследуют моё появление. Знакомимся. Меня принимают в стадо.

…Возвращаюсь обратно, в настоящее.

Открываю глаза. Джая уже нет, только кошка, вытаращив глаза, нюхает носки зачётного горчичного цвета, которые валяются рядом на крошках сахара. Я была свиньёй, зашибись… Вот так регрессия…

– Завтра продолжим, – слышу в голове голос Ангела. – Переваривай пока. Немного поплющит.

…Дальше я живу будто в параллельном мире – как в театре, но в роли зрителя, – наблюдая собственную жизнь. Нет прошлого, нет будущего, и всё происходит параллельно, с одновременным проживанием миллиарда своих же жизней. Так утверждает Джая: и прошлые, и настоящие, и даже будущие жизни проживаются здесь и сейчас, именно в этот момент времени.

Весь день мне попадаются повторяющиеся цифры. Машины с номерами «111» и «555», или, например, «448» и «337». Люди демонстративно разглядывают меня в упор, проходя мимо, и даже обернувшись, я вижу их изучающие взгляды.

…Еду в газели, сидя рядом с водителем: я боюсь и машин, и перемен. Сейчас мне нужно хоть какое-то подтверждение от Вселенной, что я делаю правильный выбор. Любая поддержка. Хоть что-то. «Дорогая, – обращаюсь к Ней, – дай мне знак».

Тут же на дороге начинает твориться что-то странное: светофор загорается красным и одновременно мигает зелёным светом. Дорога многополосная. Тормозим.

Замечаю, что перед нами стоит машина с номером «555». Вдруг слева равняется с ней… ещё одна, с номером «555». И, не успев даже удивиться, вижу, как по самой крайней полосе справа подъезжает и останавливается… третья машина с номером «555»! Три машины в ряд с одинаковыми номерами!

Кричу водителю:

– Смотрите!

Водитель тоже видит это немыслимое совпадение и радостно кричит:

– Ого! – быстро доставая телефон, чтобы сфотографировать, но светофор даёт уверенный зелёный, и сначала быстро уезжает машина слева, а потом в потоке теряются и две остальные.

…Назавтра Джая приходит снова.

– Сегодня вы, наконец, познакомитесь, – и Он предвкушающе улыбается, надевая тёплые и чистые, с любовью постиранные мною носки. – Готова?

– Тотемное животное, да?

– Ага, – и Он расплывается в улыбке.

Закрываю глаза. Дышу. Джая расслабляет меня словами «внимание в кончиках пальцев», «в веках», «левая половина тела расслаблена» и прочее; при этом Он хрустко грызёт яблоко. Улыбаясь от такого проводника, обмякаю. Кошка уютно спит рядом, свернувшись в калач.

…Прямо передо мной течёт ручей, заросший местной осокой. Шагая с кочки на кочку, аккуратно перехожу его. Кочки плотные, похожи на пеньки.

Передо мной широкое пустынное поле. Высокая пожелтевшая и высохшая трава напоминает солому: она шуршит на ветру. Сверху плывут рваные белые облака и слепят глаза не хуже солнца. Чуть дальше – забор и деревянный, серый домик, похожий на охотничий. Вдалеке виднеется хвойный лес и горы с верхушками, слегка покрытыми снегом. Тайга. Вокруг тихо и спокойно.

– Туман, – слышу рядом голос Джая, смачно жующего яблоко. – И будь готова.

Да я прям пионер сегодня! Начинает сгущаться белый туман, прохладный и шелковистый на ощупь. Он густеет, густеет и вскоре я перестаю видеть дальше собственной руки: протягиваю её в белую молочную гущу воздуха, ощущая чьё-то присутствие. Он справа, и он огромный. Стоит и ровно дышит. Тянусь рукой, и пальцы натыкаются на жёсткую, длинную, густую, слегка спутанную шерсть. Из тумана показывается чёрный бок какого-то животного. Оно большое. Гораздо больше меня самой! Пытаюсь определить, кто это. Не медведь – агрессии нет. Животное продолжает спокойно стоять и звучно вдыхать и выдыхать воздух через огромные лёгкие.

Туман начинает постепенно расходиться, и из него вырисовывается большой спокойный чёрный як: вижу его умный внимательный карий глаз. Смотрит на меня, продолжая ровно дышать – мирный, спокойный – даётся гладить и распутывать пальцами свою густую, чуть свалявшуюся шерсть, космами покрывающую туловище. Глаз тёмный, не моргающий, очень мудрый и проницательный, в нём нет ни страха, ни лжи.

О, здравствуй, здравствуй, дружище! Родственный, дружелюбно настроенный Ангел-проводник… Запускаю пальцы в шерсть возле его левой лопатки, и он начинает осторожно идти, увлекая меня вперёд. Это так мощно и сильно – такая поддержка – что страх пропадает. Я готова идти, доверившись своему тотемному животному, и чувствую его Силу и поддержку. Окончательно успокаиваюсь. Идём.

– Десять… девять… – считает Джая от десяти до нуля.

На цифре «ноль» впадаю в какое-то оцепенение, похожее на гипноз. Туман опять сгущается, и як пропадает в нём, растворяясь.

Открываю глаза.

Джая жуёт палочку от яблока.

– Джая… Как мне увидеть яка вживую? – в потрясении от нового знакомства спрашиваю Его, приподнявшись на локте.

– Яки… Дикие яки живут довольно далеко отсюда, – размеренно отвечает Он, внимательно глядя на меня. – Это на границе с Монголией, там, где Горный Алтай. Четыре с половиной тысячи километров отсюда и на высоте от двух километров и выше над уровнем моря.

Это так далеко… И так высоко…

Кошка продолжает невозмутимо дрыхнуть.

Як становится для меня символом завершения чего-то важного в жизни, а заодно и целью путешествия. Хотя любое путешествие совершается ради процесса, а не ради цели.

– Знаешь, что? – задумчиво произносит Джая, меняя тему. – Тебе нельзя столько пить.

– Я мало пью! – отмахиваюсь от Него, созерцая несколько пустых бутылок из-под вина, стоящих вдоль стены и ещё несколько – под столом. И в своё оправдание: – Они давно тут стоят!

– Ну да, ну да. Целых три дня, – Джая задумчиво констатирует сухие факты, жуя палочку от яблока.

Глава 4

«А не страшно?» (Каждый первый встречный).

– Отвезёте меня на дорогу? – прошу я соседа Игоря невинным голосом: он только что вернулся с улицы и разувается в прихожей. Мои слова слышит его жена Лена, и в этот же момент раздаётся звонок в дверь – заходит наша общая подруга, соседка Маша.

– Ты слышала? – встревожено спрашивает её Лена.

– Что? – Маша пропустила мою фразу. Я в это время глупо хихикаю, впадая в детство – это от волнения.

– Зачем тебе на дорогу? – спрашивает Игорь.

– Я поеду путешествовать автостопом, по России, – отвечаю я правдой, которая звучит глупо и легкомысленно.

Все участники разговора смотрят на меня, ожидая объяснения или хотя бы справки из психбольницы. А лучше и того, и другого, но ничего из этого у меня нет.

– Завещание написала? – наконец комментирует эту фразу проницательная Маша.

– Страховку оформила? – вторит ей Лена требовательно-тревожным голосом, а я продолжаю звонко хихикать: дурацкая привычка.

– Куда тебя отвезти-то? – пытается уточнить и заодно оценить характер опасности сосед, стоя в одном ботинке.

Меняю стратегию:

– Мне надо на дорогу, которая ведёт на Опочку: там Духова Гора, место Силы. Хочу её посмотреть! – выпаливаю с честными глазами.

Редко кому удаётся понять: шучу я или нет. Про Алтай я не говорю ещё и потому, что он кажется мне не ближе Луны. Да дальше, дальше! Вряд ли я смогу туда добраться даже за ближайшую пятилетку. Это – цель ради ориентира.

– А-а-а! Опочка! – сосед кивает головой. – Это ж совсем близко отсюда!

– Ну да! – я согласно поддакиваю.

– Конешн отвезу! Когда? – отвечает он, наклоняясь и снимая второй ботинок.

Ура. Ура, ура, ура.

– Послезавтра, – уф… Кажись, прокатило… – А за котькой моей присмотрите? – продолжаю публично подлизываться я.

– Разумеется! – сосед рад, не говоря уже обо мне: пристроить кошку было моей основной задачей.

Внутренне облегчённо вздыхаю. Договариваемся на послезавтра, утро, и я молниеносно линяю за дверь, чтобы никто не передумал. Обе соседки, кажется, в шоке. Если я скажу, что еду на Алтай исключительно ради живого яка, меня точно сочтут ненормальной. Сарлык даже, а не як: так называется он на Алтае.

Итак… послезавтра! И теперь надо успевать. Собираю вещи по давно написанному списку – их уже гора, и она ещё не содержит главное: спальник, палатку, сублиматы и, собственно, сам рюкзак, куда всё это должно уместиться, – всё это я заберу завтра в городе. Плюс, ладно, так и быть, оформлю страховку. Надо ещё докупить продуктов и налить воду в бутылку.

Я планирую ехать автостопом. Впервые.

Что же я беру с собой…

Так… Фотоаппарат, дополнительный аккумулятор, карта памяти – это святое.

Два телефона. Один держит зарядку, а со второго можно выходить в интернет: его мне дала встревоженная подруга Таня:

– С ума сошла? Ты хоть в интернет иногда выходи… В кафешках, на заправках же есть wi-fi…

– … Как выходить-то? – кручу в руках смартфон, держа его кверх ногами.

– Разберёшься. Фоткай номера машин, в которые садишься и сразу мне высылай.

Бесценная моя Танюшка.

Так, дальше… Продукты. Сублиматы, которые включают курицу с гречкой, рисом, картофельным пюре и просто куриное мясо. Плюсы их в том, что они лёгкие, долго хранятся и быстро готовятся: залитый кипятком сублимат за пять минут распухает в три раза, превращаясь с приемлемую и почти домашнюю пищу. Минусы, разумеется, в стоимости и в том, что кипяток всё-таки нужен.

Посуда. Пластмассовая пиала, кастрюлька, бутылка на 1,5 литра. Говорят, на Алтае проблем с водой нет. Некоторые люди берут с собой фильтр для очищения воды. Я же надеюсь обойтись опробованной версией: кучей активированного угля и марганцовкой.

Средства гигиены. Зубная щётка, пробник с зубной пастой, бактерицидные салфетки, антибактериальное мыло в виде обмылка, туалетная бумага, шампуни-пробники, гребешок, перчатка-мочалка, гигиеническая помада, крем для рук, бритвенный станок. Вместо полотенца беру футболку.

Аптечка. Куча лекарств, эластичные бинты, выкручиватель клещей, антибактериальные салфетки. Вытряхиваю все таблетки из коробок, чтобы уменьшить вес, складываю их в пакет и взвешиваю в руке… Ох… Мои потенциальные болячки весят слишком много!



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15

Поделиться ссылкой на выделенное