Ольга Манскова.

Масик



скачать книгу бесплатно

© Ольга Манскова, 2017


ISBN 978-5-4485-0752-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Часть 1. Коты и их преподаватели

Глава 1. Неожиданный друг

День был как день. Не солнечный, но и дождь не лил, хотя и был вероятен. Нормальный, типичный осенний день. Ничем не примечательный. Средний…

Таким же средним было и настроение Жорика. Он брел ранним утром вдоль по улице: полусонный, абсолютно не выспавшийся. До занятий оставалось минут пятнадцать, когда он выскочил из входных дверей общежития, и традиционно забыл захватить зонт. Проснуться он тоже, похоже, забыл. И теперь шел своей обычной, изо дня в день повторяющейся дорогой; совершенно на автомате.


Но постепенно, по ходу движения, Жорик начал просыпаться; и теперь смотрел вокруг более осмысленным взглядом, выделяя будничные мелочи. А у киоска на перекрестке он даже заметил нового кота.

Коты там наличествовали всегда. Их привлекал мутного вида прилавок рядом с газетным киоском: окошко, из которого за деньги желающим выдавалось пиво, газированные напитки и беляши. Конечно же, местных котов интересовали последние. И потому хвостатые жильцы домов, расположенных напротив этой закусочной, любили посещать эту территорию: рыжий, здоровенный котище, черно-белая элегантная кошечка и белый, пушистый, молоденький котик.

К котам Жорик проявлял повышенный интерес, в особенности с тех пор, когда однажды «ради прикола» сыграл в «Мороувинде» за хаджита, и ему понравилось. С тех пор он постоянно в свободное время «рубился» в «Мороувинд» и был и в этой игре, как и в «Обливионе» исключительно кошачьей породы и носил гордое имя Мурр. А новые игры Жорик не слишком любил…


Итак, он увидал у газетного киоска нового в этих местах кота. Причем, кот был не слишком приметный, серо-полосатый. Только грудь его украшало небольшое белое пятнышко. И в это время кот внимательно следил за парнем-студентом, который пил пиво. Допив содержимое пластикового стаканчика, парень стал разворачивать лежавший перед ним на столике беляш. Беляш смачно выронился на землю.

– Тьфу ты, чёрт! – выругался парень. Потому что кот, не будь дурак, проворно просочился мимо его ног и ловко ухватил беляш зубами. А после этого, конечно же, дал газу и проворно вскочил на чугунную ограду за киоском. Усмехнувшись, Жорик как раз перешел на ту сторону улицы, где находился киоск; он, проходя мимо старинной институтской ограды, весело подмигнул коту. Тот сидел уже по другую сторону забора и спокойно хряпал уворованный беляш. Подмигивание он проигнорировал.

«Настоящий хаджит!», – подумал Жорик, и бодрой походкой направился к входу Горного корпуса. Как раз и студенты сейчас напирали на его дверь мощным валом. Общая толпа подхватила и Жорика, увлекая внутрь здания.


Вскоре он, наконец, выбрался из давки и пошел по лестнице, на второй этаж. И звук его шагов гулко раздавался по коридору.

Сегодня у него было целых пять пар.

«Вам бы такое расписаньице!» – мысленно, по сложившейся традиции, пожелал он своим, всегда менее обремененным преподавательской нагрузкой, коллегам. Его, как молодого да раннего, умудрились озадачить по полной.

Жорик был преподавателем культурологии… И потому, он к концу этого дня уже заранее намеревался явиться домой с совершенно сизым, еле ворочавшимся во рту, языком.


*

И действительно, так оно и было в шесть вечера, когда он возвращался домой той же дорогой. Кроме того, в его желудке, уже переварившем булочку, купленную пропрыгом в буфете, наблюдалась торричеллиева пустота, а всякие желания, кроме единственного: добраться скорее до своей теплой комнаты, постели и кофе – отсутствовали вовсе.


К тому же, когда он вышел на улицу и направился домой, как раз начался довольно крупный дождь, грозящий перейти в ливень. На улицах большей частью было пусто. Газетный киоск, мимо которого он пронесся с утра, был уже закрыт, уличное кафе рядом – тоже.


«Стоп! – отдал себе мысленное приказание Жорик, заметив мимоходом краем глаза небольшое серое пятнышко между газетным киоском и уже закрытым лотком с беляшами. – Это же тот кот!» Он подошел поближе. Кот, щемившийся промеж двух стенок, подался к нему и слабо мяукнул. Да, несомненно, это был его утренний «хаджит»… Жорик присел на корточки и погладил кота по голове, отметив, что на ухе у животного начиналась парша.


– Да ты, братец, видать, не первый день по улице путешествуешь! – сказал тихо Жорик коту. – Заболел, бродяга! Или – хозяева из-за парши и выставили?

Кота ему было жалко. Любое животное, особенно не кормленое и не леченное, могло «сгореть» от парши буквально за месяц. И почти ничего не помогало. Но он случайно знал хорошее от этой напасти средство: надо было смазать места на ушах, покрытые паршой, маслом чайного дерева – и всё прошло бы дня через два-три. Так ему однажды пояснила его знакомая, девушка-ветеринар, у которой жили два откормленных, холеных кота и которая одного из них вылечила подобным образом.


– Ну что, кот, пойдешь ко мне? Вылечу, а там – видно будет, – предложил Жорик, беря на руки кота и засовывая его под куртку.

По дороге кот вел себя относительно хорошо. Сидел смирно и не вырывался, только урча басом в особо опасных местах с большим количеством машин и слегка выпуская коготки. Свободной рукой Жорик слегка приглаживал его по голове в такие минуты.


– Ну, вот мы и дома! – наконец сказал он, открыв дверь комнаты и запуская кота вперед. Тот сразу растворился где-то, предположительно под кроватью…


Вот так само собой и получилось, что Жорик обзавелся котом. И это хитрое животное совершенно ему не мешало, хотя он и был постоянно занят: то пропадал на работе, то сидел и писал диссертацию. Уши кота, помазанные маслом чайного дерева, быстро вылечились. Правда, попытка его помыть ни к чему не привела: кот боялся воды до смерти и защищал себя отважно. Весь исцарапанный до крови, Жорик решил прекратить бойню: оно того не стоило. И с этих пор больше никогда не возобновлял подобных попыток. Да и кот в последующие несколько дней сам привел себя в надлежащий вид, став чистым и холеным.

В общем, котейка оказался покладистым, и абсолютно не мешал Жорику. Единственным неприятным фактором было лишь то, что новый пушистый друг в первый же день пометил все углы: с испуга, наверное. А так, даже в поставленный для него в углу ящичек с песком он не ходил: предпочитал прогуляться на улицу через форточку. Этаж, к кошачьему счастью, у хозяина был первый.


Он назвал кота Василием. Васька любил устраиваться у Жорика на коленях, в особенности тогда, когда хозяин играл в компьютерные игры, и громко мурчать. Но оставался кот на коленях, только когда приходил сам. Любые попытки Жорика в другое время взять его на руки он рассматривал как посягательство на своё кошачье достоинство: тут же спрыгивая, громко говорил что-то, похожее на «Бу!», и рассасывался или под кроватью, или в проеме форточки.


Так они и жили, пока однажды…

Глава 2. Новая жизнь

Был обычный вечер, осенний, относительно теплый. Из форточки, открытой настежь, раздавались привычные звуки: карканье ворон, шелест листьев, отдаленный звон трамваев. В остальном было тихо. Кот сидел на форточке, нюхая воздух и любуясь полной луной. Его шерстка серебрилась от падающего на неё лунного света.

До чертиков «нарубившись» в Мороувинд, Жорик встал с кресла, лениво потянулся, выключил компьютер и, в полной темноте, решил, прежде чем пойти принять душ, сделать небольшую серию пассов по Кастанеде, которые не делал целую вечность, но которые практиковал, будучи студентом.


Делая пассы, он вдруг осознал, что кто-то на него пристально смотрит. Жорик поднял голову – и встретился, глаза в глаза, с желтыми, пронзительными, светящимися в темноте глазами Василия… И вдруг ощутил, что шерсть – именно шерсть! – у него самого становится дыбом, и всё его тело при этом как-то выворачивает наизнанку. Затем он почувствовал, что и вовсе, мир исказился, дрогнул и поплыл, – и вот он уже воспринимает его, будто из темноты огромного колодца, будучи одновременно здесь – и не здесь, и к тому же вверх ногами… Затем комната вновь покачнулась, заколебалась и вновь перевернулась. Постепенно, восприятие мира приобрело прежнюю резкость…

Только что-то всё равно было не так…

Например, все предметы теперь фосфоресцировали легким туманным зеленым цветом, а размеры луны увеличились раз в шесть. И звуки за окном слышались так четко, будто вороны каркали непосредственно в уши. Да и трамваи проносились с таким шумом, будто резко приблизились и теперь громыхали в трех метрах от него. К тому же комната была просто громадной. И… к Жорику приближались огромные, покрытые редкой шерстью, человеческие ноги. Они были босые, с корявыми неподстриженными ногтями.


Он прижал к голове уши, одновременно издавая нечленораздельный звук. Кто-то в этот момент дотронулся до его спины чем-то голым и склизким, и Жорик ощутил это прикосновение необыкновенно чувствительно, каждой клеткой не только своей кожи, но и своего мозга. Затем от неожиданности он бросился в сторону, снова издал утробный звук, и вдруг с ужасом осознал, что перемещается на всех четырех конечностях… Лапах? К тому же, какой-то человек определенно хотел его поймать… И тут он рванул вперед. При этом сам удивился своей ловкости. Жорик вскочил на подоконник, подпрыгнул, уцепился когтями за край форточки, подтянулся… И, не раздумывая, сиганул сверху в черный проем: в теплую осеннюю ночь, манящую своими дикими, первозданными, чарующими звуками.


*

Итак, он отважно выпрыгнул, но потом вдруг испугался улицы, её многообразных звуков и опасностей, и теперь сидел под кустом и дрожал. Он теперь… кот? И всё это случилось так неожиданно… Мысли у Жорика, несмотря на полную трансформацию, оставались человеческими.

«Я – кот? А кто же завтра будет вести лекцию? И вообще – что теперь делать? Может, попробовать снова запрыгнуть в окно… Вначале надо зацепиться лапами за подоконник… У Васьки ведь получалось… Но, и – что дальше? Не пойду же я к студентам… В таком виде, – мучился раздумьями Жорик. – А ещё… Странно, кто же там был, в моей комнате?» – и ему при этой мысли стало страшно. Он помнил отчетливо: там находился другой человек. И он видел его голые ноги… Но откуда он взялся?

Нереальность происходящего нахлынула на него, и Жорик, неожиданно для себя, протяжно, уныло завыл.


В это время по улице, вдоль стены общежития, шли пьяные студенты. И уже приближались к коту. Парней было четверо.

– Стась, будешь еще пива? – спросил один из них.

– А как же! – ответил другой.

– Смотри, братва! Кот! Пушистый!

– Как фраер: грудка беленькая, сам – черненький… Давай его пивом напоим! Поймаем – и в глотку зальем!

– Ой! А это, кажется, Жорика кот. Препода нашего по культурологии. Кот из его окна спрыгнул, я видел. Он на него и похож, на препода. Вылитый Жорик. Впрочем, он – неплохой, в общем-то, препод.

– Да ну их всех, преподов! Давай кота поймаем. Они такие смешные, когда их за шкварник держишь – и пива в глотку льешь.


И тут он вчистил. Жорик так никогда еще не бегал. Он теперь не знал, где он, кто он: ощутил один сплошной страх и ужас. Но это не мешало ему очень быстро перебирать лапками. Только бы смыться! После того, как он порядком пробежал по темной улице, теперешний кот остановился и прижал уши, сделался маленьким-маленьким. Чтобы никто не увидел. «Где это я? Кажется, на газоне. И куда теперь?» – подумал он. Вдруг, откуда ни возьмись, собаки. Большие, злые. Одна – серая, другая – черная. Слюна с пасти капает. Кот снова опрометью ринулся прочь. И – на дерево, вцепился в него всеми когтями – и стал карабкаться вверх. Потом на ветке устроился, и сидит. А внизу собаки прыгают и лают… Пока их не позвал кто-то.


Сидел он на том дереве аж до самого утра. Когда стало совсем светло, слез осторожно. Собак давно уже не было; и Жорик пошел, семеня лапками, куда глаза глядят. Стараясь держаться тех мест, где людей побольше.

Потом вдруг слышит: « Кис-кис-кис…» И смотрит: навстречу две девушки идут. Красивые. Одна из них кота увидала – и зовет.

Жорик подошел, потерся спинкой о ноги той девушки, что его позвала. И сел около неё. Смотрит жалостно. Может – покормят.


– Лена, это же мой Масик! Смотри! – вдруг сказала эта незнакомка.

– А ты уверена? – спросила её другая. – Может, это кот какой бомжацкий, уличный. Может, у него глисты, блохи…

– Нет, это мой кот! Масик. И я его уже неделю, как ищу! Потерялся, бедненький. Иди сюда, котик! – и она погладила Жорика по спинке.

И кот замурлыкал.


– Ну ладно, Зойка, мне на пару пора! Завтра встретимся. А у тебя сотовый звонит! – сказала ей подружка.

– Пока! – сказала Зоя и достала из кармана сумочки телефон:

– Алё! Мама, уже иду! Мы с Ленкой сопромат сделали, нам помогли. И чертежи всю ночь чертили в общаге. Домой сейчас приеду. Мне сегодня на занятия во вторую. Да. Целую. Жди.


Зоя с трудом запихала кота в сумку, так, что снаружи остался торчать кончик хвоста, и села на трамвай. Жорик смотрел теперь в щелочку – через стык между кожей сумочки и началом «молнии», и ему казалось, что этот трамвай едет целую вечность. Его окружали резкие запахи, громкие звуки, неприятные люди…

Выйдя из трамвая, девушка довольно долго шла пешком. И, наконец, дошла; поднялась на второй этаж старого дома, позвонила в дверь.

– Зоя, ты? – раздался голос.

– Я.

С двери изнутри сняли цепочку, провернули замок. И Зоя вошла вовнутрь. Похоже, что к себе домой.

– Мама, а я Масика нашла. Вот он! – сразу же, с порога объявила она и открыла сумку.

И кот – сокровище-то какое! – вывалился наружу.


Глава 3. Кот или не кот, вот в чем вопрос…


Тем временем, этой ночью, в общежитии, в комнате Жорика, происходило тоже нечто весьма странное. Там стоял посреди комнаты абсолютно голый мужчина. И тупо смотрел на форточку, в которой только что растворился кот. «Куда так спешно устремился мой хозяин, к тому же приняв облик кота? Постойте… Хозяин?!» – теперь он был в ступоре. От непривычно напряженной мысли ему внезапно захотелось есть. Он подошел к своей миске. Тупо уставился на свежую рыбью голову. И тут до него начало доходить… «Я только что был котом. Я был котом, наверное, несколько лет. Но я же – человек!» – незнакомец был озадачен. Он ощупал свой торс руками. Потом взял с кресла домашний халат хозяина и спешно напялил. Уселся в кресло, вначале тут же по привычке свернувшись там клубком. Но стало неудобно, и он расправил спину и принял вертикальную позу.


«М-да… Всё, что осталось в доме от моего хозяина, это синие плавки, валяющиеся на полу», – подумал этот человек, только что бывший котом. – Похоже, что мы с ним махнулись телами». Он включил свет, осмотрел себя и ощупал своё лицо. Первое, что бросилось в глаза – длинные, заскорузлые ногти на руках и ногах. Он подошел к зеркалу и критически осмотрел заросшее лицо и патлатую шевелюру… Нет, его тело определенно не было телом Жорика!


Лицо, смотревшее теперь на него из зеркала, оказалось так себе: не красавчик, но и не урод. Уши, правда, были страшно поцарапанными: наследие кошачьей жизни. Он смотрел на себя – и, вроде бы, узнавал. То есть, чем дальше, тем больше крепла в нем уверенность, что он – человек, а не внезапно очеловечившийся кот. Что он когда-то родился и был человеком, а вот котом стал по какому-то недоразумению. «Что я за человек? Кем был? Как и где жил? Абсолютно ничего не помню. Даже – как меня зовут… Хозяин звал меня Васькой. Бабка-хозяйка, у которой я жил – просто Полосатиком. Вот и все имена, что есть у меня в наличии… Гм… Что я несу? Просто, я не помню своего имени. Своего настоящего, человеческого имени. Во всяком случае, пока», – осознал он, наконец.


Потом подумал: «И что же мне делать дальше? Куда идти? В психушку?» Но тут же в голову ему пришла более здравая мысль: «А что, если просто представиться на время преподом Жориком? Пока суть да дело… Я в бытность котом хорошо изучил повадки и привычки моего хозяина. Да и хату ему посторожу до возвращения, а там – видно будет. Надо будет обязательно найти его. Этого Жорика».

Похоже, он был примерно одного роста и примерно одного возраста с бывшим хозяином серого, полосатого кота… Правда, он был более подтянутым и мускулистым человеком, чем Жорик. Но, в общем, если слегка постричься, побриться, оставив небольшие усики… Покрасить волосы в более темный цвет… Одеть чуть-чуть тонированные от солнца очки…


Часа три он потратил на ванну и приведение себя в надлежащий вид. Неизвестно, что подумали соседи по общежитию, с которыми у Жорика был общий санузел: когда он закончил, было около трёх ночи. Тем более что новый жилец использовал краску для волос соседки: в смежной комнате блока жила семейная пара. Он покрасил этой краской и волосы, и усы. И результат его, в принципе, удовлетворил. Конечно, полного портретного сходства не было, но… Кто на работе внимательно разглядывает своих коллег?

Потом он примерил пиджак и брюки хозяина: они были великоватыми и странного фасона, но не сильно спадали. И, если ремешком подтянуть… Рубашка у этого парня, преподавателя, была тоже несуразная, ярко-розовая. Пиджак – мешковатый, цвета детской неожиданности. А ещё, он всегда носил галстук. «Странный парень. Но типан он был, по сути, добрый, и даже спас меня от парши, – подумал бывший кот. – А теперь надо как-то спасать его самого: сходить за него на работу… Он, определённо, работает преподавателем… В том вузе, где я когда-то учился. Учился? Ага, хоть что-то помню… Как же, все-таки, меня зовут? Ладно, оставим на потом. Сейчас узнаем, как зовут хозяина».

Теперешний заместитель Жорика пошарил в шкафу и обнаружил на полочке деньги и документы. А так же, расписание занятий. «Хоть буду знать, какие предметы, так сказать, преподаю. Завтра – понедельник (вернее, уже сегодня), и у меня две пары. Долго я, конечно, не продержусь, а потому надо будет как можно скорей найти… кота», – подумал он.

Задача осложнялась ещё и тем, что кота он видел только мельком, в темноте.

«Кажется, он – черный. С белым пятнышком на грудке, – подумал человек. – Ну и попал же я в неловкую ситуацию».

Вся история казалась ему мистической и зловещей, в которой он был нелепым и беспомощным. Но, несмотря на это, бывший кот решил плыть по течению и довериться судьбе… И барахтаться, по мере сил и возможности.

«Главное, не впасть в отчаяние. Жизнь – сложная штука. И для котов, и для людей… Не знаю, где выжить проще: на помойке или же в институте… И там и там – конкуренция», – философски подумал он. К счастью, способность думать, рассуждать и действовать по-человечески к нему понемногу возвращалась.

Глава 4. Кошки в литературе

– Георгий Владимирович, вы не проведете за меня лекцию для первого курса? – услышал новоиспеченный преподаватель, который решился заменить собою Жорика. Голос, который раздался ему вслед, был приятен. Он обернулся. – Я срочно должна встретить в аэропорту родственников. Свалились на меня неожиданно, как снег на голову! – его преследовала молодая преподавательница.


Бывший кот слабо мурлыкнул. Поскольку эта преподавательница была весьма миловидной. К сожалению, он понятия не имел, как её зовут. Поправив усики и поглаживая животик, он почесал себя за ушком, как бы раздумывая.

– Какой пар-рой? – спросил он мягко.

Тут их догнали студенты, и одна из девушек, сдавая реферат, назвала незнакомую ему до этого момента даму Оксаной Викторовной.


– Следующей, у вас как раз окно, я сверялась с расписанием, – быстрой скороговоркой пролепетала молодая преподавательница, глядя на коллегу с надеждой.

– А какова тема лекции?

– Как заместитель, вы можете прочитать, что угодно: о русском языке, о литературе, о культуре речи… Спасите меня, пожалуйста!

– Хор-рошо, Оксаночка! Но с вас – мор-роженое! – мурлыкнул ей в ответ «преподаватель Жорик» в розовой рубашке.

Она тотчас умчалась, на ходу застегивая плащ. А подставной «Жорик» внезапно осознал, что бытность котом наложила на него довольно сильный отпечаток: должно быть, она теперь сказывалась и в походке, и в движениях и даже… в манере говорить.


В аудиторию он зашел вальяжно. Сел на преподавательский стул и оглядел присутствующих. Это была какая-то женская дивизия: сплошь девчонки, одна другой краше, с талантливо нанесенной косметикой и пахнущие духами.


– Я замещаю Оксану Виктор-ровну и прочту вам лекцию на тему «Кошки в литер-ратуре», – начал он звёздно.

Аудитория затихла, и преподаватель в полной тишине застучал по плоскости стола костяшками пальцев.


– Мнэ-э… Все знают стихотворение про лукоморье, где дуб зеленый. Почему сказки великому писателю рассказывает именно ученый кот? Это наводит на мысль, что искусству телепатического общения эти существа были обучены еще во времена лукоморья – то есть, в то самое время, когда на Черноморском побережье обитал маленький злой народец с длинными бородами. И каждый из этих черноморов пользовался отравленными стрелами и хорошо разбирался в ядах. Кошек они не любили, так как, в общем-то, по праву считали соглядатаями и шпионами восточных народов, – это уже его так неостановимо понесло…


– Таким образом, у истоков русской литературной сказки лежит образ кота. Почему Пушкин пишет о Шамаханской царице? Потому что коты, пришедшие в Россию, были привезены из Персии. У Арины Родионовны был сибирский кот, а мы знаем, что наши сибирские кошки – потомки персидских.


«Надо останавливаться. А то я, чего доброго, начну излагать еще свою собственную кошачью генеалогию… Кстати, какой я был породы? Русский дворовой?», – подумал новоявленный преподаватель. Но в то же время продолжал…



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5

Поделиться ссылкой на выделенное