Ольга Манскова.

Камни Таэры I: Любовь и Закон



скачать книгу бесплатно

– Позднее, ты еще выведешь меня отсюда. Тут очень запутанные ходы, потайные двери… Я этого всего так и не запомнил. Но сперва – выполни одно дело. Знаешь, где король Ренуарий всегда прячет небольшую бутыль с крепким аморейским ликером?

– Говорят, в том зале, где он играет в хиндустанские шахматы со своими советниками?

– Да. Именно там. Если поднять крышку стола – там будет тайничок. Про него никто не знает, кроме советников. Ты должен – слышишь меня – должен! – подойти к этому столу, открыть тайник, достать оттуда бутыль – и вылить в нее содержимое этого сосуда, – и он протянул ему маленький золотой флакон, ловко достав его из поясного кармана. – Ты все понял? Служба твоя будет высоко награждена!

– Понял.

– Выполняй! Золотой сосуд, уже пустой, отдашь мне – а затем проводишь меня из дворца.


Себастиан уселся за небольшим столиком у окна, под картиной размером во всю стену. Картина изображала молящуюся всем богам Серафиму. А слуга в малиновом отправился по коридору вглубь дворца. Коридор освещался только редкими свечами в закрепленных на стенах подсвечниках. Лорелея решительно, на цыпочках, пошла следом за слугой, проскочив мимо закутка, где остался Себастиан.

Пока они долго плутали в самых различных комнатах и покоях дворцового лабиринта, причем слуга – абсолютно бесшумно, а Лорелея – вечно на что-нибудь натыкаясь, она с ужасом обнаружила, что по-прежнему отражается в зеркалах. Кроме того, ей пару раз показалось, что за ними, сзади, пронеслась легкая стремительная тень… Но, повернув голову в ту же сторону, она не обнаружила никого. Но, быть может, преследователь успевал спрятаться в портьерах многочисленных боковых комнат, мимо которых они следовали.

А потом слуга, наконец, вышел в небольшую, но роскошно убранную залу в форме многогранника. Стены, инкрустированные ценными породами дерева и драгоценными камнями, хорошо оттеняли изысканную мебель. Два светлых кресла тонкой ажурной резьбы из кости и шестигранный стол с инкрустацией из янтаря и яшмы всевозможных оттенков, располагались по центру. Лорелея невольно залюбовалась этой инкрустацией, изображающей осенний пейзаж, на миг позабыв, где она и что здесь происходит. Богатую обстановку завершал ковер на полу, явно дхараванской работы, со сложным магическим узором. А вдоль некоторых стен – там, где не было окон, закрытых сейчас тяжелыми портьерами – тянулись полки, уставленные старинными книгами с богато украшенными переплетами.

Но, проскользнув в многогранную залу следом за слугой, Лорелея вскоре почувствовала, хотя пока и не увидела, что следом за ними, теперь уж наверняка, прошмыгнула некая тень. Незнакомец укрылся за портьерой, закрывающей одно из окон. В это время слуга уже зажег свечи на подсвечнике, который стоял на столе, а потом открыл королевский тайник. Нахально порывшись в нем, он вскоре извлек бутыль с ликером и стал отвинчивать крышку. Затем, поставив уже открытую бутыль на стол, слуга из чехла, висящего на крючочке у него на поясе, извлек золотой сосуд, собираясь его распечатать.

И вдруг кто-то, одетый полностью в черное, мгновенно выскочил из-за портьеры и устремился к слуге в малиновом. По пути незнакомец выхватил с полки тяжелую книгу, подскочил сзади – и нанес слуге удар по голове. Тот тяжело рухнул на пол. Флакон выпал из его рук и отлетел прочь. И в этот момент Лорелея опознала в решительном незнакомце, из-за проворности которого до сих пор не могла рассмотреть черты его лица, шута Арэна… Он, одетый в черное облегающее трико и мягкие тапочки, так же неслышно подошел к лежащему слуге, наклонился над ним и произнес:

– Молись своему Крону, чтоб это был не яд! – и затем, подняв с ковра пузырёк, отвинтил на нем крышку, и, приподняв голову слуги, вылил ему в рот содержимое, и отбросил пузырек прочь. А потом, вдруг, быстро стал обшаривать руками стены и пространство комнаты, будто играя в детскую игру «узнал – не узнал», в которой тот, кто водит, должен вслепую поймать кого-нибудь и узнать на ощупь… И наткнулся на Лорелею.


– Кто ты? Приведение? – спросил он, обхватив незримую девушку.

– Я – Лорелея, – и она прокрутила, и очень быстро, кольцо у себя на пальце, чтобы стать видимой.

– Это – ты? – от удивления, Арэн даже отпрянул. – И что же милая девочка делает здесь? – спросил он.

– А… ты что здесь делаешь? И как ты его выследил? – и она кивнула на слугу.

– Я шел… По некоторым своим делам, когда что-то промелькнуло. Я увидел тебя – в зеркале. Но не успел узнать. И не сразу понял, что происходит. Похоже, что мы с тобой сейчас предотвратили преступление. Короля хотели отравить. Но я… возможно, убил его. Кажется, слуга мёртв… Идем отсюда, маленькая Лоло! Тебе-то тут явно не место! – сказал шут и, спрятав назад королевскую бутыль, закрыл стол и потушил свечи. А потом, увлек за собой девчушку, проведя по сложным комнатам дворца. Он знал его лабиринты в совершенстве.

– А теперь – рассказывай! – попросил он, затащив её в одну из небольших комнат отдыха, многочисленных во дворце. – Как ты очутилась в это время и в этом месте?

И она вкратце рассказала о событиях сегодняшнего вечера, о Себастиане… Рассказ потянул за собой разговор о том, как они с матерью попали в Аморею из Кронхорда. В общем, она рассказала Арэну всё о событиях последних дней. То, что знала сама.


– Значит, это не по своей воле леди Азалия и маленькая Лоло прибыли во дворец, – задумчиво сказал Арэн, когда девушка окончила свой рассказ. – И сопровождающие их лица – вовсе не сопровождающие, а повелевающие. Улица Роз, говоришь? Но это – после. Впрочем, я запомнил адрес…Но сейчас нужно срочно выручать твой амулет с аметистом.

– Но он…У церковника.

– Знаю я этого Отца Крона… Мы сталкивались. Где ждет слугу эта сволочь? В смысле – отец Себастиан?

– В комнате около лестницы – которая находится под той, где сейчас призраки режутся в карты, – ответила Лорелея, – Но я не найду дорогу туда.

– Нужно захватить кое-что, – и Арэн зашел в оружейную и взял со стены шпагу. – Теперь – пойдем. Я знаю, где комната с привидениями, которые играют в карты… Довольно близко отсюда.

И он натянул на лицо черную маску с прорезями для глаз.


Когда они уже приблизились к небольшой гостиной, где ждал слугу Себастиан, Арэн предупредил:

– Отойди подальше! Он очень опасен. И, на всякий случай, снова поверни кольцо.

Арэн вошел в комнату, и даже не успел выхватить шпагу из ножен. Но в левой руке у него мгновенно оказался кинжал, когда Себастиан, мгновенно среагировав, вскочил и первый сделал выпад, нанеся удар шпагой. Арэн, обладавший гибкостью кошки, ловко увернулся. Себастиан пролетел мимо, но тут же развернулся и нанес второй удар. Но Арэн умудрился остановить его шпагу кинжалом, а уже выхваченной шпагой нанести колющий удар, ранив в плечо. Затем, он подался вперед и оказался со спины у соперника. Он сделал ногой подсечку, и противник начал падать. Арэн нанес ему в спину еще один удар шпагой. Себастиан упал вперед лицом. Арэн с трудом вынул шпагу из его тела. Из раны хлынула кровь. Затем, шут перевернул труп лицом вверх и порылся в карманах. Шпагу он вытер прямо о рубаху покойного. А из одного из поясных карманов извлек амулет с аметистом, завернутый в носовой платок. Бой был окончен.

Затем шут подошел к Лорелее, бледной и дрожащей, и надел амулет ей на шею.

– Платок я сожгу. На всякий случай. А вам, юная леди, негоже разгуливать по дворцу в одной ночной рубашке. Марш в постель! Пройдемте.

И они проследовали вверх по лестнице. Увы, привидений там уже не было. Скорее всего, их испугали недавние происшествия.

– Дальше найдете сами дорогу, юная леди? А то, мне надо ещё вернуть на место шпагу.

– Конечно, я дойду сама.

– И – чтоб молчок! Никому… Даже матери. Завтра понаедут церковники – начнется расследование… – Арэн поморщился.

– Да, Арэн! Я ничего никому не скажу, – сказала Лорелея.

10

Тиона проснулась, когда солнечные лучи светили уже во всю. Мастер Цэн, похоже, куда-то вышел. Наверное, договариваться о поездке в Последний Предел. Сэдэр и Дэмэр уже тоже не спали, а укладывали в торбы провизию: сдобные булки, сухари, сушеную рыбу.

– С восходом тебя! – приветствовали они.

– С восходом! Когда выезжаем? – спросила Тиона.

– Прямо сейчас, вскоре. Хотели уже тебя будить, как только всё сложим. Мастер Цэн пошел помочь перенести Грана в повозку. Он вчера напился в хлам.


Немного погодя, все вышли на улицу. Трактирщик с мастером Цэном только что выволокли Грана, уложили, как полено, в повозку.

– Гэй, залазьте скорее! – крикнула путникам дородная полногрудая женщина. – Полезайте в повозку, трогаем!

Все ученики вместе с мастером Цэном залезли наверх: на сено, устилавшее часть деревянной повозки. В ней же стояла огромная корзина со свежей рыбой. Пошел у рыбарей улов!

– Розалинда! Привет мужу! – хихикнул Толстый Будрик.

– Святое! Ну что – трогаем? Эй, залетные! Вперед пошли! Но! – заорала она зычно.

Когда отъехали немного и колеса мерно загромыхали по пыльной дороге, Розалинда, обернувшись к ним, сказала:

– Вот так, соколики! Рыбари – в море, а бабы и девки наши – и обоз с рыбой в город иной раз свозить смоги, и сена накоси, и дров наруби, не говоря уже о щах и засолке.

Помолчав немного, она добавила:

– Вишь, вы люди нашенские, не стукачики или слухачи, не мяукните. Поэтому поделюсь: племяша везу к себе жить. Парень – из города. У мужа моего все сродники оттуда, слабак он у меня… Городской. Но дюже добрый, непьющий. А племяшу моему пока придется с нами порыбачить. Везде рекрут идет, по всей Архэе. Да что там! По всему Кронхорду… Церковники как взбеленились, велят Силу срочно расширять – и внутреннюю, и внешнюю. Пареньков от семнадцати всех подряд гребут, силком. На доброволке остались только наши две дальние деревни, что у озера Лэйд. Здесь и так народу мало живет, если еще уменьшить – не справимся мы с тяжелой рыбацкой работой. Сами вчера видали, что в озерах вместе с рыбой обретается. Говорят, что в море-океане – там и вовсе жуть. Но я не особо верю, что хуже бывает. Зато реки Вао и Лун до впадения в Ликийю – совсем чистые, ни одна тварь там не плавает. Намного чище самой Ликийи, хотя и она – не нашим местам чета, ведь там в устье цепь ангкорская установлена, от берега к берегу. Хитрецы – сиграмадцы, как-то колдунули над своими реками, и держат их в порядке. У них там – колдуны и ведьмы сильные, не нашим чета. Их там не гоняет никто, а – чтят. Уважают, значит. Я тоже по молодости кой-что могла, пока детишки не пошли. По мелочи: глаза отвести, суженого назвать, травку лечебную сотворить… Сейчас не балуюсь – и разучилась, и охота отпала. Будет тут охота, когда вот уже лет, поди, десяток идет истребление. Всех – хороших, плохих… Всех, кто хоть чуток колдовать может. Скучно становится. Нет ведьмаков – и счастья нет. Серо кругом. Люди – никакущие стали. Я, конечно, о городе говорю. Побывала вот. У сеструхи мужниной. Песен нынче не жалуют. Танцев не танцуют. На каждом углу только и слышишь, что: "Придите и покайтесь богу нашему Крону"… Как будто душу у народа отрезали. Можно только кушать и спину гнуть. Кто богат – тот и свят… А, не слухарьте меня, бабий треп…

– Да… Верно гутаришь, Розалинда, – поддержал беседу мастер Цэн. – А вот паренек, Гран… Он – тоже может что, по-колдовскому?

– А вот этого я не говорила, – неожиданно резко ответила Розалинда, и замолчала надолго.


И потому, далее ехали молча. Только Розалинда тихо мурлыкала под нос себе песенки. А Гран первое время мучился и скрючивался от боли, но мастер Цэн, сжалившись, намешал ему порошка из трав, растворил в воде и заставил выпить. Тот выпил, улыбнулся – и заснул. Спал ровно, спокойно. Телега тряслась себе и тряслась по ухабистой дороге. С одной стороны был лес, с другой – озеро. Несколько раз за дорогу останавливались, чтобы слегка перекусить. У Розалинды кроме хлеба и сушеной рыбы оказались еще сыр и вареные яйца.

– Я-то что… Сам из… неугодных. Просто, коли у паренька есть дар, то ему одни травки для здоровья нужны, а коли нет его – совсем другие… Эх, пришлось наугад выбрать. И кажется, угадал: на поправку парень идет, – будто себе в усы, пробормотал мастер Цэн на последней такой остановке. Но Розалинда услышала. Зыркнула на него быстро – и улыбнулась. А про то, каким именно был выбор травок – для колдунов, или для прочих – спрашивать не стала.


– Вы, как приедем, выходите из телеги, незадолго до въезда в саму деревню. И паренек мой пойдет с вами. Потому что в деревне сразу при дороге будет трактир, а в трактире живет сейчас слухач от внутренней Силы. Ходит, вынюхивает что-то. Вы с пареньком обходите деревню по правому краю – со стороны леса. Там с ним и расстанетесь. Мы ближе к тому краю живем – он пройдет к дому огородиками. Путь свой знает. А вы идите дальше так же прямо, по над лесом. Деревню минуете – пойдете вдоль озера. Там неподалеку лежит Старый Город – но вы сильно не любопытствуйте и не отклоняйтесь к нему, а продолжайте идти вдоль берега. Так дорога ваша будет длиннее, но зато город не захватите. Храм Луны на берегу озера стоит. Дойдете как раз. Там, прямо в нем, и заночуете. Вам приснится Лунная Дева – и ваша девушка излечится, если богиня Луны будет к ней благосклонна, – сказала Розалинда и пригласила их снова в повозку. – А доберемся мы совсем скоро.


А Гран проснулся только в самом конце дороги, когда впереди, у горизонта, дома уже показались. Той самой глухой рыбацкой деревни, что называлась весьма странно: Последний предел. Проснувшись, парень сразу взял в руки гусли: похоже, что он с ними никогда и не расставался надолго. Сыграл несколько лихих мелодий, а потом запел печально, глядя на лес и озеро:


– У самых зубцов колыхалось

Лернийское бурное море,

Когда лучезарный правитель

Сидел на великом престоле…

Стяжал невеселую думу

Он, помощь Ангкору алкая,

Простился с женою угрюмо,

В седло он вскочил, возглашая:


Не надо мне серебра, злата,

Камней самоцветных не надо,

Одна лишь награда для сердца -

Альграда, Альграда…

Не надо коней златогривых,

Мечей хиндустанских не надо,

Лишь только улыбкою милой -

Альграда, Альграда…


С такой невеселою думой

Покинул Альграду он вскоре,

Войска, что готовы к сраженью,

Собрал он в Великом Ангкоре.

Как сердце и честь повелели,

На помощь отправился к брату.

Стяжал небывалую славу,

Но нищим раздал всю награду…


Немного погодя Розалинда остановила повозку:

– Приехали, соколики! Слазьте! Пойдете сторонкой, по лесу. Ну что, племянничек! Огородами держи путь на домик с зеленой крышей. Там один такой. Собак не бойся: они только лают, но на людей не бросаются, смирные. Не укусят. Посвисти им немного и кинь кусок сала, если что. А там – и я подоспею. В таверне отмечусь – и подъеду, приду в огород. А вам, пташки залетные – покедова!


Дальше они пошли вдоль леса – так, как предложила им следовать Розалинда. У огородов, что начались за краем деревни – распрощались с Граном. У каждой семьи здесь было небольшое хозяйство и огороды, где сажали всего по мелочи. Только злаковых не сеяли, чтобы лес не рубить, и потому, мука была привозная.

Мастер Цэн хорошо знал окрестности Старого Города. Он нередко видал эти места взором ворона, да и сам бывал у служительницы Лунной Девы. А потому, он уверенно повел их дальше, самой короткой дорогой к Лунному храму.

Потому, вначале пошли лесом, по тонкой заросшей тропке, напрямик к началу Старого города. Давно заброшенный, он лежал в руинах: мощенные камнем улицы, величественные некогда, соединяли между собой полуразвалившиеся здания с колоннами, памятники, надгробья правителей с надписями на незнакомом языке, статуи в человеческий рост, изображающие людей и богов… На невысоком холме стояла выполненная из зеленого нефрита статуя многорукого бога с рогом-кубком в руке, сидящего верхом на большой рыбине. Следом тянулись изображения-рельефы с фавнами, кентаврами и русалками, львами и большими леопардами, дерущимися между собой. Над ними возвышалась стела с птицей – грифоном. Затем следовали пересохшие чаши фонтанов, на дне которых мозаикой были выложены золотистые рыбы с невероятно длинными хвостовыми плавниками, высокая стела с маленькой крылатой богиней из белого сверкающего камня на ней, а дальше – разрушенные дома с садиками, заросшими сейчас соснами, кленами и липами… И, совсем на окраине, – огромная площадь с храмом Лунной богини в центре. Впрочем, от храма осталось только большое квадратное возвышение, со всех четырех сторон к которому вели лестницы из бирюзового мрамора. На возвышении по кругу шли сохранившиеся высокие колонны под открытым небом, и с той стороны, с которой приближались путники, была впереди колонн статуя, изваянная из голубоватого полупрозрачного камня. Она изображала девушку-богиню с кругом – диском полной луны над головой и ущербной луной-лодочкой, расположенной концами-рожками вверх под косой богини. Богиня светлой луны была изображена полуобнаженной: одета лишь в короткую, гораздо выше колен, юбочку из леопардовой шкуры, выполненную из золота, и в легких сандалиях.

Мастер Цэн сел перед статуей в позу внутреннего созерцания. Отсюда, когда все поднялись наверх по мраморным ступеням, были видны и воды озера Лэйд, и остров с полупрозрачным Лунным Дворцом из горного хрусталя и лунного камня. На этот остров невозможно было доплыть никому, если этого не позволяла Хранительница – жрица Лунной Девы.

На мысленный зов, отправленный мастером Цэном, пришел ответ: легкий ветерок всколыхнул воды озера, и они подернулись рябью. Затем от Дворца отделилась легкая женская фигурка и направилась к ним прямо по воде. Приблизившись, Озерная Дева сказала:

– Здравствуйте, путники! Я, Хранительница дворца, приветствую вас!

Она была не молодой, но и не слишком старой женщиной с серебристо-серыми волосами, убранными в высокую прическу. Диадема в её волосах была серебряной, платье же – шафранно-желтым с золотой окантовкой. Все ученики и мастер Цэн поднялись со ступеней и поклонились Хранительнице.

– Мы хотим задать вопрос о том, каков наш путь – или же, попросить укрытия в Старом городе.

– Старый город не подходит для человеческого жилья, ответ же мой будет прост. Вы должны идти в Сиграмад, где вас не ожидают гонения. У вас будет все необходимое, чтобы пройти туда без вреда для себя. Ученикам предстоит еще взросление и обучение магии. Вам не нужно сейчас идти в Архэю. Путь через Сиренийский лес также невозможен: на границе стоят войска. Но никто не охраняет границу Непроходимой Пустоши. И по ней – ваш путь наименее опасен.

– Но как мы пройдем по Непроходимой Пустоши, где не ступает нога человека?– спросил мастер Цэн.

– Отсюда, от этого храма, я могу мгновенно перенести вас в любую точку Запретных земель. И перенесу вас в то место, где сходятся границы Запретной земли и обычного Сиренийского леса, вблизи Пустоши. Там вы заночуете. А с утра покинете Сиренийский лес и ступите в нехоженые земли. У вас есть всё, чтобы пройти по краю Пустоши – её кромке, имеющей законченную твердь: она опасна, но отнюдь не узка. Вы имеете дары, с помощью которых путь будет преодолим. У вас есть перстень Нэсэра, так называемый Перстень Демиурга, управляющий Душами Стихий, и клубок Рыцаря Ночи: он укажет путь. Надо ступить на земли Пустоши, высоко подняв вверх руку с перстнем, так, чтобы на нее падали солнечные лучи, и воскликнуть: «Желаю, чтобы твердь была под моими ногами и ногами моих спутников!» А клубок надо кинуть на землю – и сказать: «Веди нас, Рыцарь Ночи, и ночью и днём, указывая путь!» И шагать вам придется три ночи и три дня абсолютно без остановки, без сна и отдыха. Это тяжело – но безусловного зла нет в тех местах. И пройти их всё же можно. У вас также есть муррен, который отпугнет странных серых существ – ни живых, ни мертвых. И, возможно, что славная его ждет охота. А теперь, становитесь вокруг меня, а я стану в центре Лунного храма. Вы возьметесь за руки, образуете магический круг.

Они поднялись по лестнице в центр Лунного храма, где был обозначен серебром круг, и стали на этот круг, соединив между собою руки. Хранительница Лунного храма оказалась в центре.

– Закройте глаза и не открывайте, пока снова не приобретете вес! Сейчас вы станете невесомыми!

Тиона почувствовала, как поднимается в воздух, а потом их закружило, как в водовороте. Она лишь сильнее сжала руки своих спутников, а через несколько минут тело снова стало приобретать вес, а затем ноги коснулись земли. И Тиона открыла глаза, увидела, что все они находились теперь в густом лесу, и не было вокруг ничего, кроме леса.

– А теперь – прощайте! – сказала Дева Луны. – Может быть, когда и встретимся ещё, но сейчас вам предстоит долгий путь. Без меня.

И вдруг… Внезапно и быстро, исчезла.


Постояв так еще некоторое время, путники, наконец полностью ожили и стали подыскивать место для палатки, поскольку начинало темнеть. Не разбирая толком, в каком месте Сиренийского леса находятся: до или после границы Запретных земель, – они расположились на ночлег.

Тиона, как обычно, завернулась в вязаное одеяло и положила лунный камень под голову. Муррен устроился рядом с ней, и мысленно сообщил, что почти здоров.

– Я вскоре отправлюсь на ночную охоту. А потом вернусь в палатку, – сообщил он мысленно.

Тиона погладила кота по длинной рыжей шерсти.

– Мастер Цэн! А как же равновесие, необходимое Сиренийскому лесу? Мы же уйдем из него совсем – и неизвестно, на сколь долго, – спросила она учителя.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10