Ольга Лев.

Пятьдесят шагов в Бездну



скачать книгу бесплатно

– Дальнего Передела? – переспросила королева, нахмурившись.

– Да, на изначальном наречии. И это убеждает меня в том, что таинственный учитель родом может быть откуда угодно, но не из дальних земель. Люди Дальнего Передела уже давно, как и весь остальной континент, используют язык Взморья, как всеобщий. Изначальное наречие там можно услышать лишь в королевском замке, или во время обрядов.

– Наши враги пытаются очернить наших самых надёжных друзей, – владычица медленно прошлась по залу, не заметив жаркого взгляда, следившего за каждым её движением. – Тебе снова придется отправиться в путь. Ищут многие, но далеко не всем дано найти. Я надеюсь на тебя, Эльнориэн.

– Я никогда не позволю себе разочаровать вас, прекраснейшая Ириарэль, – эльф поклонился и покинул Светлый Чертог. Выйдя за дверь и оказавшись на галерее, он остановился и глубоко вздохнул. Сердце постепенно забилось ровнее. Он оглянулся, словно пытаясь сквозь двери увидеть силуэт самой прекрасной девы Эдель-Тора.

– Что ж, в путь, так в путь. Снова в путь, – Эльнориэн, наконец, заставил себя отойти от двери. Вскоре он уже был у ворот дворца. Там его ждал конь, белый, как молоко, с гривой цвета воронова крыла. На скакуне не было ни седла, ни уздечки. Конь слушался слов хозяина, а не поводьев.

– В путь, Первоцвет, снова в путь. И снова я не увижу её много-много дней, – тихо проговорил Эльнориэн, зарывшись пальцами в шёлковую гриву. А миг спустя, всадник на белом коне уже летел по дороге в гавань.

***

– Я говорил, и буду повторять много раз, – медленно, но от того не менее раздражённо вещал седой, как осенний вереск, старец, стоя в центре круга, образованного сидящими на коленях учениками, – для вас должно существовать три главных правила. Первое…

– Путь к цели столь же ценен, как и сама цель, – отозвался нестройный хор.

– Верно, – одобрительно кивнул учитель. – Второе?

– Сила ради познания, а не ради власти, – послушно проговорили ученики.

– Третье?

– Жажда власти над слабыми есть лишь проявление собственной слабости, – уверенно проговорил лишь один голос. Остальные одиннадцать учеников растерянно молчали.

– Учитель, но вы рассказывали только два правила, – осторожно напомнил один из учеников.

– Все три правила записаны в этом свитке, – старый маг взял со стола лист пергамента и помахал им в воздухе. – Вы приходите в мой дом уже семь лет. Все семь лет этот свиток лежит здесь. Неужели только один из вас жаждет знаний?

– Отриан без спросу прикоснулся к вашим бумагам, и вы ставите его в пример, учитель? – спросил голубоглазый юноша с правильными холодными чертами.

– Отриан получил свое наказание четыре года назад, – старец бросил взгляд на своего лучшего ученика, виновато опустившего голову, и вновь посмотрел на остальных, – но, не убоявшись наказания, Отриан, зная, что Третье Правило есть, нашёл и выучил его. Кто из вас читал о магии вне стен этого дома?

– Но, учитель! – вновь поднялся голубоглазый. – Вы сами велели слушаться лишь тех книг, что нам даёте вы!

– Верно.

Я запрещал вам учиться по другим книгам. Но я не запрещал вам их читать. За семь лет вы изучили многое, и теперь вы сможете использовать дарованную вам Девятью Небесами силу во благо ближним. Вам всем уже по девятнадцать лет, и вам пора жить своим умом. Пусть Третье Правило станет последним вашим уроком в моём доме, – учитель поднял руку, пресекая поднявшийся гул. – Я прощаюсь с вами и прошу помнить, для чего дарована вам ваша сила.

Поняв, что учитель не шутит, ученики поднялись, поклонились старцу и по одному стали покидать комнату. Отриан шёл последним, с надеждой оглядываясь на старика, но тот хранил невозмутимое молчание. И лишь когда юноша переступил порог, учитель окликнул его.

– Останься, Отриан. Твоё обучение только начинается.

С трудом удержавшись от крика радости, парень вернулся в комнату. Серые глаза его светились таким счастьем, что старик поневоле улыбнулся.

– Садись, – указал он на старое рассохшееся кресло и сам сел во второе такое же. Юноша послушался, робко сев на самый край. До сих пор в этом доме ученикам позволялось сидеть только на полу, или стоять.

– Скажите, учитель, почему вы отпустили остальных? Ведь у всех нас силы почти равны, – робко поинтересовался парень.

– Действительно, силы у всех вас равны, всем вам магия дана солнцем, но у остальных я не увидел ни жажды знаний, ни стремления к совершенству. Поэтому, только тебе я могу доверить более важное. Возможно, и учителем после меня станешь именно ты. По крайней мере, пока я в Тале других достойных не вижу. С этого дня я буду отвечать на любые твои вопросы, но и требовать от тебя стану гораздо больше. Ибо, хоть и заложен в тебе крепкий стержень, пока ты слишком юн, чтобы понять всю важность наших знаний и умений, а так же и всю их опасность.

– Тогда можно спросить вас, учитель? – мгновение посомневавшись, заговорил Отриан.

– Спрашивай, – разрешил маг.

– Что такое Бездна? – юноша невольно перешёл на шёпот, но старик вздрогнул, как от удара и так посмотрел в глаза парня, что тот пожалел о своём вопросе. Однако через миг учитель успокоился, и взгляд его стал просто пристальным.

– Прежде, чем я отвечу, скажи, откуда о ней узнал ты? – серьёзно спросил он.

– В доме моего отца, на чердаке, есть сундук со старыми вещами, ещё от прадеда. Там лежат две старые книги. В них уже почти ничего не разобрать, тем более, языка, на котором они написаны, я не знаю. Но на одной из страниц я нашёл четверостишие, переведённое с этого неизвестного языка на старый ритийский.

– Я не обучал вас ритийскому, – заметил старец.

– Верно, вы учили нас только языкам наших соседей, но у меня бабушка ритийка.

– И она обучила тебя старому наречию? На нём ведь и в Ритии уже лет двести не разговаривают.

– Её семья хранила верность этому языку потому, что он красивее нового, – улыбнулся Отриан, – так что я только старое наречие и знаю.

– И ты перевёл четверостишие?

– Да. На всеобщем это будет звучать так:

Расправишь крылья и взлетишь

Над Бездной силы покорённой,

Но в этой силе обретённой

Своей души не сохранишь…

Слово «Бездна» там пишется с заглавной буквы и потом не раз встречается в тексте.

– Откуда ты знаешь? Ведь язык тебе не известен.

– Я только это слово и разобрал, – смущённо пожал плечами парень.

– Хорошо, – учитель достал перо, чернильницу и бумагу. – Сможешь показать, как это слово выглядит на том незнакомом языке?

– Конечно, – Отриан взялся за перо, – я ведь с этой книгой уже два года бьюсь.

– Ещё кому-нибудь показывал? – настороженно спросил старец.

– Нет. Хотел сам разобраться, чтобы потом было чем похвастаться.

– Это хорошо, – старик забрал лист, взглянул на старательно выведенные руны и изумлённо покачал головой. – Эльфийский? Кем же был твой прадед?

– Мореплавателем. Он, как потом и дед, уехал на побережье и поступил на службу в военный флот Нардола. Потом вернулся. Соскучился по спокойной жизни маленького глубинного городка.

– Знаешь, принеси-ка мне сейчас обе книги, а потом мы с тобой продолжим этот разговор.

– Вы сможете перевести их? – восторженно спросил Отриан.

– Нет. Я знаю лишь, как выглядят эльфийские руны. Их язык среди смертных знают только короли Дальнего Передела да, возможно, кто-то из ритийских книжников. Но ты все же принеси их.

Отриан кивнул и стрелой вылетел на улицу. Не прошло и часа, как он вернулся и положил на стол тяжёлый предмет, бережно завёрнутый в серое сукно. Старик развернул ткань, осторожно открыл одну, затем другую книгу и на миг задумался. Пожелтевшие листы крошились в пальцах, чернила выцвели так, что местами от строк остался лишь бледный призрак, но при очень большом желании текст можно было прочитать.

– В твоей семье ведь кроме тебя не было магов? – спросил учитель, задумчиво водя пальцами по исчерченному трещинами переплёту.

– Нет. До меня не было, – в глазах юного мага светилось нетерпение.

– Разведи огонь в очаге. Холодно, – словно не замечая этого взгляда, велел старец.

Отриан бросился выполнять поручение. Сначала он хотел воспользоваться силой, чтобы зажечь поленья, но потом вспомнил, как учитель неоднократно запрещал тратить силу без необходимости. Кроме того, солнце уже клонилось к закату, а, значит, до утра силу накопить не удастся. Вздохнув, парень взялся за огниво. Вскоре в очаге вовсю затрещал огонь. Отриану совсем не казалось, что в доме холодно, весна принесла с собой тёплые вечера, но старики, наверное, мёрзнут больше.

– Спасибо, Отриан, – учитель встал, взял обе книги и приблизился к очагу. Замер, глядя в огонь, словно пытаясь заставить себя шагнуть в него. Наконец, решительно тряхнул седой головой и одну за другой стал вырывать из книг страницы и бросать в огонь.

– Учитель, зачем? – воскликнул поражённый Отриан.

– Вот теперь слушай, что такое Бездна, – словно не слыша возгласа, медленно заговорил старец. – Я собирался рассказать тебе о ней позже, лет через десять. Но, раз уж ты сам наткнулся на упоминание, лучше я расскажу тебе, чем ты, на свою голову, найдёшь другой источник. Ты знаешь, что есть солнечные маги, такие, как ты, силу которых питает солнечный свет. И есть звёздные маги, чья сила питается звёздным светом. Звёздные встречаются редко, во всем Нардоле их, наверное, трое. Но в остальном вы равны. Вы волею судеб рождаетесь в семьях обычных людей, у вас одинаковая сила, накопить вы её можете только в своё время суток и тратите довольно быстро. Но помимо Солнца и Звёзд существует ещё один, третий источник. Это Бездна. Она лежит за пределами этого мира, и доступа к ней у простых смертных нет. Зачерпнув из этого источника, ты становишься абсолютным магом с неиссякаемой силой, способной возносить горы к небесам.

– Разве у мага может быть столько силы? – удивился Отриан.

– Может. Но разум смертного не способен справиться с таким могуществом. В древние времена не раз находились маги, способные зачерпнуть из Бездны. Мир сходил с ума надолго, и только эльфы могли всё исправить.

– У эльфов тоже есть сила? – снова удивился Отриан.

– Не магия в привычном для тебя понимании. Нечто другое. Я не могу объяснить тебе, так как сам никогда с этим не сталкивался. Так вот, эльфы, в конце концов, запечатали Врата Бездны, скрыли их местонахождение и уничтожили всё, что могло указать к ней путь. Они надеялись, что о Бездне забудут, но прошло семьсот лет, а маги всё ищут Врата, передают друг другу сведения, которые сохранились, или которые удалось найти.

– Но зачем? Что хорошего в таком могуществе? Если даже не сойдёшь с ума, умрёшь от скуки. Что это за жизнь, если сразу можешь всё? А как же путь к цели, преодоление трудностей?

Маг улыбнулся, глядя на разгорячившегося ученика.

– Не многим нужны трудности. По крайней мере, осмысленно. Зато многим нужна абсолютная власть.

– Только власть? Но ведь эту силу можно использовать и во благо… – задумался Отриан.

– Были многие, кто считал и так. Но откуда мы, простые смертные, лишь немного одаренные силой, можем знать, что благо, а что нет? В праве ли мы вмешиваться в замысел тех, кто создавал этот мир? – старец смотрел уже не на ученика, а в огонь, медленно, с потрескиванием доедающий почерневшие листы.

– Истины о создании мира не знают даже эльфы, – напомнил юноша.

– Если они никогда не говорили об этом людям, это ещё не значит, что они не знают. Они живут почти вечность. Наверняка их память хранит куда больше тайн, чем мы можем себе представить. Обещай мне, Отриан. Если когда-нибудь кто-то предложит тебе отыскать Врата Бездны, не соглашайся. Ни во имя добра, ни во имя зла.

Отриан посмотрел в тёмные глаза старца и уверенно произнес, – Я обещаю вам, учитель.

***

– Посвящённые, – Хардиан обвел взглядом собравшихся в Круглом Зале, – полгода идут наши поиски, и теперь я хочу знать, есть ли результат.

– Ваше величество, – поднялся со своего места Мардин. Посвящённые, единые по званию и заслугам, по молчаливому согласию выбрали его старшим, – к сожалению, нам нечего представить вам. За эти полгода мы прочесали всё Взморье от берега до гор. Мы ничего не слышали о магах, пожелавших найти Врата.

– Я знал, что задача будет не из лёгких. Но я рад, что враг не обнаружен в моей стране. Мы продолжим поиски. Но теперь вы будете искать во всех странах Великого Союза, а так же в землях Пограничья и в Ритии, – король медленно обвёл взглядом зал. Он знал по именам всех Посвящённых и помнил заслуги каждого из них. Наконец, он сделал выбор. – Мардин. Ты поделишь Посвящённых на отряды. По тридцать человек отправятся в Ритию, Нардол, Пограничье и Дальний Передел. Тридцать человек останутся и будут продолжать поиски в землях Взморья. И по пятьдесят человек отправятся в Уголье и Просторье. Вам придется действовать скрытно. Вы не будете обращаться за помощью к правителям и не будете одеваться, как воины. Как можно меньше людей должно знать, откуда вы приехали, и никто не должен знать, зачем. Мардин, проводить распределение будешь, исходя из чистоты произношения и знания местных наречий.

– Ваше величество, – снова по молчаливому согласию воинов поднялся Мардин, – мы должны стать шпионами?

– В военное время, Мардин, это называется разведкой. А война уже началась. Вот только по непривычным для нас правилам, – голос Хардиана прозвенел закалённой сталью, пресекая дальнейшие возражения.

Круглый Зал опустел только после заката. Мардин покинул его последним. Наутро воину предстояло вместе с сорока девятью соратниками отправиться в Уголье, самое большое государство Великого Союза. Поздний вечер встретил его тёплым осенним дождем. Домой идти пока не хотелось, и Мардин медленно побрёл по сияющим сотнями огней улицам Великого Города. Ноги сами повели его к морю, и вскоре он оказался на крепостной стене. Полторы тысячи лет назад король маленького тогда прибрежного государства повелел сделать свою столицу неприступной для ритийских пиратов. Тогда был заложен первый камень. Теперь поднимавшаяся прямо из моря отвесная стена казалась творением самой природы. Со стороны города высота её не превышала тридцати локтей, зато по другую её сторону были двести локтей пустоты и подводные скалы. Стена огибала мыс, на котором стоял Великий Город, и исчезала, сливаясь с отвесными скалами. Мардин посмотрел на море, в которое проливным дождём рушилось ночное небо, и медленно двинулся на запад, кивая стоявшим через каждые сто шагов караульным. Вскоре он оказался возле Северной Башни. Чуть в стороне виднелась в свете сигнальных огней мраморная статуя эльфа, стоявшего на самом краю, спиной к обрыву. Мастера Эдель-Тора установили её шестьсот пятьдесят лет назад, но никто не знал, почему. Мардин приблизился к изваянию и впервые за много лет присмотрелся внимательнее. Высокий, не ниже самого Мардина, эльф обладал идеальными, как у всех его сородичей, чертами. Мраморный плащ развевался на ветру, обе руки были прижаты к груди, словно скрывая что-то под рубашкой. Но поразило воина не великолепное исполнение. Все статуи эльфийских мастеров являли собой произведения искусства. Мардина поразил взгляд мраморного эльфа. Такой взгляд воин видел лишь однажды, когда остался на поле боя один на один с противником. Тот юноша, единственный из всех, с кем случалось драться Мардину, не испытывал страха перед лицом смерти. Посвящённому его лицо вспоминалось до сих пор. Тот мальчишка умер со взглядом победителя. Тогда Мардин впервые подумал, что война дело не благородное, и нет такой причины, по которой люди должны убивать друг друга. Взглянув ещё раз на эльфа, словно пытаясь лучше запомнить мраморное лицо, воин пошел прочь. Когда он скрылся из виду, от угла башни отделилась высокая фигура. Сигнальные огни бликами отразились на светлых одеждах. Инголиан посмотрел вслед Посвящённому и приблизился к изваянию.

– Может, теперь что-то изменится? – тихо спросил он мраморного Хранителя. – И мы сможем вернуться домой…

***

– Дейдан! Дейдан! – окрик ворвался в сознание мастера и, наконец, вырвал его из цепких объятий сна. Юноша открыл глаза и обнаружил себя по колено в море. Волна незамедлительно захлестнула его по грудь. Дейдан вздрогнул от холода и посмотрел на полное по-осеннему крупных звёзд небо.

– Дейдан! – звонкий голос рассёк мерный рокот прибоя. Мастер обернулся. В двух шагах от него стояла его младшая сестра и смотрела на него широко открытыми глазами. Юноша взял её за руку и вывел на берег.

– Тарлик, что я здесь делаю? – тихо спросил он, когда холодная вода осталась на безопасном расстоянии.

– Если бы я знала. Просыпаюсь, выглядываю в окно и вижу, как ты идешь куда-то даже без рубашки. А ведь уже холодно! Я за тобой выбежала, звала, а ты не оборачивался. Я тебя догнала, а у тебя глаза закрыты… я испугалась, – девочка всхлипнула, но сразу взяла себя в руки. – Я хотела отца разбудить, но побоялась, что не успею и не буду знать, куда ты ушёл. А ты спустился по тропе так ловко, как ты и днём не спускаешься, и пошёл к воде. Я пыталась тебя остановить, а ты только какое-то странное слово повторял и всё шёл. Я испугалась, что ты так и уйдешь. Скажи, Дейдан, ты спал?

– Да, – на миг задумавшись, отозвался мастер, – я спал… но я ничего не помню. Что за слово я повторял?

– Язык какой-то незнакомый. Похоже на «татхе»… – неуверенно проговорила Тарлик.

– Тайтхэ, – машинально поправил её мастер, неожиданно вспомнив сон. – Ты говоришь, глаза у меня были закрыты?

– Да, как у крепко спящего, – кивнула девочка.

– Странно, ведь я всё видел, – юноша вспомнил, как проснулся от того, что прямо в глаза ему светит звезда. Сперва он удивился, потому, что ставни были закрыты. Но потом понял, что звезда светится не в небе, а где-то за пределами видимого. А ещё он понял, что немедленно должен отыскать источник этого света.

– Значит, это был сон… Мне нужен кто-то, кто может перевести это слово, – твёрдо проговорил Дейдан, помогая сестре преодолеть последние шаги тропы.

– Ты ведь даже не знаешь, что это за язык, – напомнила девочка, поплотнее заворачиваясь в платок.

– Это эльфийский.

– Серьёзно?

– Да. Это слово было в одной песне, про которую кое-кто сказал мне, что она эльфийская.

– Кто ж в Старинках тебе его переведёт?

– Я не говорю о Старинках. Эльфийский не то, что в рыбацких деревушках, в больших городах и то вряд ли знают. Я буду искать эльфов.

– Эльфов? – Тарлик остановилась. – Как ты собираешься попасть на Эдель-Тор? Туда не доплывешь на рыбацкой лодке.

– Туда, говорят, и на корабле не доплывёшь, не пустят. Рыбаки из соседней деревни говорили, что эльфы недавно приезжали в Великий Город. Может быть, они ещё там.

– Взморье далеко. Ты же не собираешься ехать туда? – испугалась девочка.

– Я пущусь в дорогу завтра утром. Так больше не может продолжаться. В следующий раз ты не успеешь меня остановить, и чем это кончится?

– Что скажет отец?

– Что ему нужен живой сын, – отрезал мастер.

Солнце ещё не достигло зенита, а Дейдан был уже далеко от родной деревни. Разговор с родителями оказался даже легче, чем он ожидал. Настоящей причины он, впрочем, сказать так и не решился. Сказал, что душа просит путешествий, что пора посмотреть мир и найти себя.

– Пожалуй, не соврал, – улыбнулся сам себе мастер, входя под сень тронутого осенним золотом перелеска.

***

Отриан сбросил вещевой мешок с плеча и с удовольствием растянулся в траве. Гора Тала оказалась намного выше, чем виделось снизу жителям городка. Но теперь четырёхдневный путь к вершине и вниз, наконец, закончился. Частокол, окружавший городок Тал, виднелся в каких-нибудь двухстах шагах.

– Хватит валяться, – сказал сам себе юный маг, – успеешь отдохнуть.

Натруженное тело с явным неудовольствием оторвалось от прогретой щедрым осенним солнцем земли, подобрало мешок с травами и двинулось вперёд. Дом учителя стоял за чертой города, и Отриан первым делом направился туда.

– И что заставляет самые ценные целебные травы расти так высоко, – проворчал он, когда густая предвечерняя тень горы накрыла его с головой.

Отриан поднялся на крыльцо, собрался постучать, но рука его так и замерла в воздухе. Дверь была не просто открыта. Она была выбита и висела на одной петле. Сбросив с плеча мешок, Отриан быстро припомнил самое удобное боевое заклятие и толкнул дверь. Из дома не доносилось ни звука. Маг осторожно переступил порог и огляделся. По комнате словно пронёсся ураган. Мебель была перевёрнута, прокравшийся в дверь сквозняк шевелил края разбросанных по полу листов. Деревянные стены и стропила местами были обуглены. Мельком отметив про себя формы пятен, маг припомнил, какими заклятиями они могли быть оставлены. В помещении царил сумрак, и юноша не сразу заметил лежащее у лестницы на чердак тело. А, заметив, пришёл в ужас.

– Учитель! – кинулся к нему маг и, упав на колени, коснулся застывшего восковой маской лица. Глаза старика были широко распахнуты, зрачки расширены.

– Заклятие остановки сердца, – тихо констатировал Отриан, вспомнив последние уроки. – Каким же по счёту оно было, если вы не смогли отразить его?

Юноша подавил первый порыв влить всю силу в заклятие исцеления. Жизнь покинула тело много часов назад, и вернуть её было уже невозможно. Поднявшись с колен, маг огляделся и нашёл среди валяющихся на полу предметов свечу. В её неверном свете удалось разглядеть чуть больше. Похоже, неизвестный враг, расправившись с хозяином, учинил в его доме настоящий обыск. Отриан стал медленно всматриваться в каждую вещь, пытаясь понять, что пропало. Добравшись до книжных полок, он обнаружил перевёрнутую шкатулку. Рядом лежала золотая цепь с медальоном и кольцо, которое подарили старому магу благодарные ученики.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6