Оксана Головина.

Вопреки всем сказкам



скачать книгу бесплатно

Глава 1

Тинка, мелкий бесёнок, сосредоточенно взбивал подушки на соседней кровати. Лиза поглядела на него с завистью и снова уткнулась сонным лицом в собственную подушку.

– Лиза-а-а! – опять позвала Серафима.

Девушка простонала и натянула одеяло на голову. И зачем всю ночь просидела за бабушкиными книгами? Теперь никак глаза не разлепить. На спину немедленно приземлилось нечто проворное, сбежало к ногам, засунуло тонкий хвостик под край одеяла, и принялось щекотать голые пятки ведьмы.

– А ну – брысь! – Лиза изловчилась, нырнула под одеяло и схватила шустрого Тинка за кисточку на хвосте.

Бесёнок зафырчал, сердито сверкнул глазами-бусинами и попытался цапнуть девушку за палец.

– Лиза!

Настойчивый голос, звучавший из другого конца дома, заставил обоих притихнуть и воровато выглянуть из-под одеяла.

– Иду, бабуль! – девушка щёлкнула пальцами по чёрному вздёрнутому носу бесёнка и соскочила на пол.

Лиза обулась и сонно вышла из комнаты, направляясь к кухне. Серафима была здесь. Дорогая бабушка… Хотя, это слово мало шло бодрой женщине, ловко управляющейся с ковшиком. На вид Серафиме было лет тридцать пять, не больше. Такова уж была её ведьмина природа. Хотя, в присутствии невестки, матери Лизы, ведьме приходилось скрывать себя.

Ведь людям не объяснишь, от чего это ты в свои положенные семьдесят, выглядишь как Моника Белуччи. Хотя от роду Серафиме было все сто восемьдесят семь, и вот это уж точно тайна из тайн, скрываемая даже от смертного сына.

Бабуля готовила завтрак, и всегда делала это сама. Никакой прислуги в доме никогда не было, в отличие от родительского особняка. Вот выльет Серафима жидкое тесто из ковшика на сковороду, да знай себе, книжку читает. Только пальцем и ведёт, когда блинчик с одной стороны подрумянится. Тот над сковородкой подлетает, к самому потолку, затем перевернётся и – шлёп обратно, золотиться до готовности. А тут уже и Тинка с лопаткой: сгребает ароматное добро со сковороды, да на тарелку выкладывает. Усердствует зараза так, что даже язык набок повесил.

– Наконец очнулась? – поджала губы Серафима, глядя на внучку поверх книжки.

«Любовная любовь»… Как она может это читать? Лиза присела на краешек стула, немедленно опустила на стол руки, и сверху на них устроила свою сонную голову.

– Угу, почти, – вздохнула она.

– Опять всю ночь просидела? Не дело это. Теперь заснёшь по дороге или на занятиях, – проворчала хозяйка дома.

– Как-нибудь до вечера дотяну… – внучка снова зевнула, немедленно прикрываясь ладонью, и потянулась к тарелке с блинчиками.

Тинка резво соскочил со столешницы и шлёпнул девушку лопаткой по пальцам.

– Вот чёрт! – Лиза сердито убрала руку, намереваясь вновь схватить зловредное существо за хвост.

Тинка высунул длинный язык, бессовестно показывая его хозяйской внучке. Серафима укоризненно покачала головой и нахмурилась.

– На моей кухне все должны сидеть тихо, как мыши! – глаза ведьмы потемнели, обещая конец суете.

– Я сейчас, бабуль, – Лиза поднялась со стула и отправилась к ванной, – может, от холодной воды быстрее проснусь.

– Поспеши, пока всё не остыло, – проворчала ей вслед Серафима, продолжая читать книгу.

Понедельник сегодня.

Понедельник – это страшный день. В календаре Елизаветы Нери этот день всегда был обозначен чёрным крестом. Ещё только зазолотился сентябрь, а ей уже становилась невыносимой учёба.

У бабушки так хорошо, всё лето можно быть собой и ведьминому делу обучаться. А какой толк в простом университете? Лиза всегда знала, чего хочет. В этот самый момент ей являлся образ её, самой верховной Юстианы. Вот на кого стоит равняться каждой ведьме. Но матери не объяснить, что зельеварение куда нужнее начертательной геометрии.

Так уж вышло, что бабушке Серафиме с детьми не повезло: сын родился, и сила ему не передалась. Невестка вообще из «простых смертных» была. Вот и возлагала бабушка все надежды на внучку. И сама Лиза так же предавалась своим мечтам и старательно училась. Хотя порой бывало, что от этих «стараний» дым над домиком Серафимы ещё несколько дней стоял.

Но лето прошло, и уже вторую неделю приходилось вставать ни свет ни заря. Лиза окунула лицо в прохладную воду, которую набрала в ладони и попыталась прогнать сонливость. С зеркала в ванной на неё смотрело сонное взъерошенное отражение.

Лиза взяла с полки под зеркалом расчёску и принялась приводить в порядок свои светлые волосы. Ими она в мать удалась. Ольга тоже была голубоглазой блондинкой. Вот только у матери пряди зеркальной гладью лились по плечам, а у неё вились, словно назло, и никакая сила не могла заставить их лечь спокойно.

Разве была хоть капля величия в этих «волнах»? Вот у бабушки Серафимы, как на зависть, такие чёрные, ровные. А как ловко она рукой знаки чертает… Лиза вздохнула и сонно провела пальцем по запотевшему зеркалу. По его краю немедленно пошли паутиной трещины, а затем громкий звон бьющегося стекла раздался на весь дом.

– Лиза-а-а-а! – буквально прорычала Серафима с кухни.

Девушка моментально отпрянула, боясь пораниться. Опять сила подвела её. Вот так всегда, когда не выспится. Раковина была до верха наполнена осколками зеркала. Только пластиковая рама печально покачивалась, вися на одном уцелевшем гвозде. Да, понедельник, он и есть понедельник…

Позже, под сердитые наставления бабушки, Лиза заставила себя съесть хоть один блин, и услышала, как к дому подъехала машина. Её шофёр прибыл. Вовремя. Сам мистер-пунктуальность. Лиза поднялась и выглянула в окно. Мужчина как обычно ходил у машины и курил. Этот человек работал на отца уже лет десять. Хороший он, добрый, только молчун.

– Одевайся, да поспеши, – велела Серафима вдогонку внучке, когда Лиза скрылась в своей комнате.

Девушка тщательно расчесала и собрала волосы на затылке, затем закрепила их двумя заколками. Лиза знала, что цены украшению не было. Поскольку подарил его Серафиме сам Рене Лалик, с которым бабушка когда-то познакомилась при встрече в «Бушероне». Чёрное дерево на заколках прекрасно сочеталось с цветками жасмина, выполненными из тонированной кости. Случись что с этим сокровищем, и не сносить ей головы. Но Серафима лично вручила эти вещицы своей единственной внучке, и всем пришлось смириться с данным фактом.

Лиза поправила воротник рубашки и осмотрела себя в ещё одном уцелевшем зеркале. Она задержалась, всё решая, надеть ли что-то потеплее. Но доверилась собственному чутью, обещавшему солнечный день. Твидовые шорты и балетки завершили нехитрый наряд студентки второго курса банфильского университета. Девушка схватила свою сумку, проверила, что телефон на месте в кармане и поспешила в прихожую.

– Бабуль, меня – нет! – выкрикнула Лиза, открывая двери.

– Будь осторожна. Ты меня слышишь? – отозвалась Серафима.

Но когда хозяйка дома выглянула в коридор, внучки и след простыл. Тяжко вздыхая, Тинка поплёлся в направлении разгромленной ванны и поволок за собой веник, огромный по сравнению с его мелким тельцем.

***

Машина мчалась по полупустой дороге. Сейчас можно было немного закрыть глаза и подремать: путь предстоял неблизкий. Как жаль, мать совсем не приветствовала путешествия из их особняка в домик бабули. По мнению Ольги Нери, это печально сказывалось на обучении дочери, и что ещё хуже – воспитании.

Как утверждала мать, бабуля разлагала во внучке всякую дисциплину. В такие моменты Лиза отчего-то всегда себе представлялась эдаким истлевшим полуразложившимся зомби, которым правила Серафима Беспощадная, наводя страх и мор на окрестные земли. До выходных придётся забыть о бабушкиных блинчиках и наглом Тинка. Лиза задумалась, разглядывая золотисто-медные рощи вдоль гладкой дороги.

Хорошо бабуле, она в обычной школе не училась. Занималась Серафима, сколько себя помнила, по сути, только лишь тем, чем ведьма и должна была. Лизе же велено было «грызть гранит науки» в простом университете, где никогда не преподавалось магических наук и конечно запрещено всякое колдовство.

Шурша шинами, машина остановилась на свободном месте университетской стоянки. Девушка попрощалась с водителем и пошла по извилистой, выложенной круглыми камнями дорожке, к центральному входу. У ворот Лиза привычно притормозила, щурясь от яркого солнца и глядя на кованую вывеску с названием университета.

«Банфильский университет». Ведьма всё гадала, кто такой этот Банфиль, но понятия не имела, как и само Управление университета. Но произносилось имя (якобы основателя) с благоговением и неким трепетом.

Красивый старинный замок, в котором располагалось одно из самых престижных учебных заведений страны, принимал студентов ещё с восемнадцатого века. Лиза прошла мимо каменных фигур, изображавших каких-то древних воинов, опиравшихся на свои мечи. Они выстроились в ряд между порталами и ярусом с окнами-витражами. Каждый раз ведьма украдкой фантазировала, что эти исполины, застывшие уже многие века, склоняли голову при встрече с нею.

– Здравствуйте, – с тёплой улыбкой Лиза кивнула одному из воинов, по её мнению самому симпатичному, и прошла по широкой лестнице.

Витражи над входом в университет переливались под лучами солнца. Девушка остановилась, когда до её тонкого слуха донёсся тревожный звонок.

– Занятия уже начались… – с тихим стоном проговорила Лиза.

Ведьма кинула быстрый взгляд на огромные часы над центральным входом в университет.

– Чёрт…

Теперь придётся стучать в дверь аудитории и вымаливать прощения у тощего профессора, который нарочно продержит её в коридоре минут пять и только потом смилостивится и отпустит к месту. Каждый раз Лизе в такие моменты не терпелось бородавку ему на нос посадить или плешью побольше, да поярче одарить. Нет, лучше вообще не ходить и пропустить первую пару. Девушка спустилась со ступеней и торопливо прошла во внутренний двор. Там Лиза остановилась, поскольку почуяла, что не одна. Кто-то тоже решил прогулять?

Она выглянула из-за угла и разглядела парочку, стоящую у фонтана. Вот значит как? Даже не прячутся. А ей достаётся каждый раз. Лиза вздохнула и подняла взгляд на здание университета, немедленно отыскивая окна ректорского кабинета. Вот уж по ком больше половины студенток сохло… И что в этом дядьке такого особенного?

Роман Викторович являлся им в коридорах универа крайне редко, заставляя сердца смертных студенток трепетать, а мысли об учёбе бесследно растворяться. Неизменно за ним следовала помощница, молчаливая спокойная женщина.

Имея дар, Лиза не могла не ощутить подобную силу в спутнице Нифёдова. Таинственная женщина была ведьмой, причём сильной. И нужно признать, что в отличие от неё, весьма талантливой. Сам ректор, конечно же, не подозревал, кем являлась его помощница.

Девушка кинула последний взгляд на окна и вернулась обратно к входу. Пройдя мимо нескольких статуй, Лиза выбрала более-менее уединённое место. Она села на широкий, нагретый солнцем бордюр и опёрлась спиной на огромный каменный сапог стража.

Глава 2

Можно было потратить немного времени на дополнение своих записей или подремать. Прошлая ночь выдалась насыщенной. Так уж вышло, что едва дар открылся, как поняла – её слушалась Катальма, древние знаки, которые использовали ведьмы ещё во времена проклятой инквизиции. Боевая линейка знаков давалась ей вполне легко, в отличие от целительной. Несомненно, данный факт привлёк внимание Верховной. В наши дни редкая ведьма могла бы открыть подобный дар. Был он и у прабабушки Пальмистрии, видимо от неё и передался правнучке.

Юстиана уже выказала своё желание принять её в качестве одной из учениц, как только достигнет ведьминого «совершеннолетия» и станет полнокровной. Лиза ждала этого момента и сомневалась в своих чувствах. С одной стороны льстило внимание Верховной, с другой – ничего так не желала, как свободы и возможности действовать по собственному усмотрению, жить так, как решит сама, никому не подчиняясь и не отчитываясь. Вне правил и условностей. Конечно же, это мечта…

Сейчас, днём, приходилось играть роль смертной студентки и послушной дочери, ради «легенды», как выражалась Юстиана. Да, в этом мире сёстрам необходимо скрывать свою суть, быть «как все» и ничем не выделяться среди простых людей. Потому и велено оставаться в семье, пока не призовут в ученицы. Или до тех пор, пока сама не обзаведётся собственной семьёй и не продолжит свою ложь в другом месте…

Но ночь в полной мере принадлежала ей, ведьме. Нет, пусть никто не подумает, она не наводила порчу на добропорядочных граждан и не пускала в ход магию, чтобы потешить своё самолюбие. Лишь пыталась управлять собственной силой и чертать знаки, повторяя их до тех пор, пока пальцы не сводило от усталости.

И сейчас, стоит обновить записи. Лиза закусила губу и достала из сумки свою драгоценность. Каждая уважающая себя ведьма владеет книгой заклинаний. Лиза себя уважала… Уже второй она год усердно пополняла записи и делала заметки в своей собственной книге.

Девушка устроилась удобнее, расположила книгу на коленях и собралась писать, когда поняла, что больше не одна во дворе. Тихо чертыхаясь, один из студентов торопливо прошёл мимо, не замечая её. Молодой человек зажал ладонью нос, и глаза ведьмы расширились от волнения, когда увидела, как у бедняги между пальцев потекла кровь.

Подрался с кем-то? Или здоровье слабое и носом кровь пошла? Она приподнялась на месте, торопливо пряча книгу обратно в сумку. Студент остановился возле одной из статуй, оставаясь в тени и прислонился с ней спиной, поднимая повыше голову.

– Почему в кабинет к медсестре не пошёл? – тихо проворчала девушка.

Она вздохнула, понимая, что снова стала жертвой собственной жалостливости. Оставаясь незамеченной незнакомцем, Лиза принялась сосредоточенно чертать целительные знаки указательным пальцем. Водила ведьма им медленно, тщательно повторяя одними губами заклинание. Но через пару минут Лиза с расстройством поглядела на несчастного студента.

Тот всё ещё продолжал мучиться. Знаки не действовали.

– Проклятая Катальма…

Упорно продолжая, Лиза приложила ещё больше силы, чувствуя, как руку стало покалывать. Через мгновение очертание знака вызолотилось в воздухе перед ведьмой.

– Получилось, – девушка прерывисто выдохнула, ощущая дрожь в руках от волнения.

Но странное дело, знак начертала, и он даже возник перед нею, а незнакомец по-прежнему заливал кровью двор.

– Да что не так? К чему же я его применила?.. – испуганно прошептала Лиза.

В тот же миг она наблюдала, как студент потерял свою опору, ранее прислоняясь к статуе, а во дворе неожиданно стемнело.

– Да быть такого не может… – ведьма подняла взгляд, как и незнакомец, с ужасом замечая нависшего над ними исполина, – вот чёрт…

Громадный воин опёрся на свой меч и опустил голову к ошарашенному молодому человеку, разглядывая его побелевшее словно полотно лицо. Он качнул каменной головой, и на студентов немедленно посыпалась штукатурка. Вдобавок облако пыли принялось опускаться сверху. Дальше хуже: воин вознамерился сойти со своего пьедестала, что вызвало страшный скрип и грохот где-то на опорах, у самой крыши крыльца.

– Стой! – Лиза громко чихнула, надышавшись горькой пыли.

Но её никто не слушал, продолжая сотрясать хрупкую арку над входом. На украшенных великолепными коваными рельефами дверях, пошла трещина.

– Стой! – повторила девушка, спрыгнула с крыльца и в последний момент успела схватить свою сумку.

На это самое место немедленно стал сапог каменного воина. Студент напротив – замер, словно изваяние, большими глазами наблюдая за ожившим воином. Статуя занесла ногу для шага, да так и остановилась. Спиной почуяла Лиза чьё-то присутствие. Тихим, но твёрдым голосом, неизвестный произнёс своё заклинание.

Моментально зажглись над их головами знаки, заставляя ожившее изваяние вернуться на место, снова опустить меч, и застыть среди своих древних товарищей. Второе заклинание коснулось несчастного студента, стирая ненужные воспоминания. Молодой человек будто очнулся. Он нервно кивнул головой, здороваясь с тем, кто стоял за спиной ведьмы и торопливым шагом удалился прочь со двора, всё ещё зажимая нос ладонью. Лиза рискнула обернуться, наталкиваясь на Дарину – помощницу ректора. Женщина гневно оглядела студентку и звонким голосом повелела:

– За мной, в кабинет! Немедленно! – её каблуки слишком громко застучали по ступеням, когда поднялась на крыльцо.

Лизе пришлось подчиниться. Вот невезение! И как же так вышло? Откуда взялся на её голову тот студент? Не стоило использовать Катальму. Но сила её была намного больше обычной линейки знаков, и помогла бы незнакомцу куда быстрее…

Стоило обеим подняться на второй этаж, где располагался ректорский кабинет, Лизу настойчиво затянули внутрь его. Тяжёлая дверь закрылась, отрезая женщин от внешнего мира. Ни один звук не мог просочиться за стены этого кабинета. Так что накричаться помощница могла от души, зная, что не будет услышана никем, кроме непутёвой девчонки.

– Что ты там творила, скажи на милость?! – зазвенел голос ведьмы.

– Я хотела остановить кровь, – пояснила Лиза, глядя исподлобья на стоявшую рядом женщину.

– Как можно быть настолько глупой, чтоб спутать заклинание заживления, с оживлением? – продолжала отчитывать Дарина.

Неужели она и в самом деле перепутала знаки? Лиза велела себе сдержаться и не повысить голос в ответ. Нет, нужно выбираться из этого кабинета и как можно скорее.

– Я не ожидала, что может выйти что-то подобное, – глухо попыталась оправдаться девушка.

– Я вынуждена буду говорить с Серафимой, – сухо заявила Дарина.

– Вот это совершенно лишнее… – встрепенулась Лиза, – зачем волновать её по таким пустякам?

Проклятье на её голову! Что же делать? Дарина, ничуть не смягчаясь, продолжила:

– Дай мне свою книгу, – она протянула к студентке руку, поворачивая её ладонью вверх.

– К ней нельзя никому прикасаться, – возмутилась Лиза.

– Дай её сюда! – повторила помощница ректора по слогам, и её глаза потемнели.

Девушка поджала губы и принялась искать в сумке книгу. Затем она нехотя вложила в протянутую руку свои записи. Дарина бережно пролистала страницы, хоть и пребывая в ярости, но уважая чужой труд. Помощница отыскала страницу с неудавшимся заклинанием, и на её лице застыло неподдельное удивление. Она повернулась к студентке, и пальцем ткнула на один из знаков.

– Если добавить его к заклинанию оживления, то есть большая вероятность, что оно ослабится, и подействует как заживление, – пояснила Лиза, заглядывая в собственные записи, – если использовать «Гайн» в заклинании, кровь остановится почти мгновенно.

– Знак «Гайн» ослабляет действие чужого заклинания, не позволяя врагу исцелить свои раны. В любом другом случае, он действует с одинаковой силой, и действие у него всегда – одно! – строго пояснила Дарина.

– Но…

– Вижу, тебя слушается Катальма. Значит, Верховная в курсе. Но Банфильский университет – моя территория и моя личная ответственность. Поэтому ты должна запомнить раз и навсегда, что здесь запрещено читать и использовать эти знаки. Не говоря уже о том, что это заметили смертные! – возмутилась помощница.

– Я поняла, – Лиза помрачнела под взглядом женщины.

– «Катальма» – боевые знаки, древние, ими нельзя пользоваться просто так. Времена открытой охоты на ведьм давно окончены, – голос Дарины дрогнул при последних словах, будто она и сама в это не верила, – по крайней мере, не ведётся открытых безнаказанных действий. Эти знаки стали историей.

– Мне действительно жаль, что всё так вышло, – проговорила Лиза, – у меня не было намерения устраивать подобное. Я очень благодарна за вашу помощь…

Дарина только собралась расспросить студентку как следует, но двери кабинета открылись, и вошёл ректор. Мужчина с удивлением глянул на гостей. Ведьма поджала губы. Начальник вернулся совсем не вовремя.

– Здравствуйте, – Лиза постаралась не выдать своего облегчения при виде Нифёдова.

При ректоре ведьма не станет её допрашивать. Значит, это отличный шанс выбраться на свободу.

– Здравствуйте, – улыбнулся мужчина, расстёгивая пиджак безупречного костюма, – Дарина, почему шумишь?

– Некоторые студенты, – помощница сверкнула взглядом на девушку, прекрасно понимая, что их разговор теперь окончен, – повадились разрисовывать крыльцо, чтобы придать ему более «живой» вид!

– Х-м, это не очень хорошо, правда? – ректор опустился в своё кресло, – но, Елизавета Николаевна больше не будет, верно?

Мужчина поглядел на студентку внимательным взглядом.

– Совершенно верно, Роман Викторович. Это больше не повторится… – Лиза ловко проскользнула мимо возмущённой ведьмы и быстро покинула кабинет.

Она сбежала по ступенькам и не останавливалась, пока не оказалась на первом этаже главного здания, в просторном коридоре. Ведьма собралась выйти во двор, когда увидела, как открылась дальняя дверь, ведущая в мужской туалет. Оттуда вышел уже «знакомый» ей незнакомец. Тот самый студент, из-за которого она так неловко попалась. Молодой человек умылся, приводя лицо в порядок. Светлые пряди волос на чёлке были влажными от воды.

Проходя мимо студента, Лиза заметила небольшое пятнышко крови на воротнике его рубашки. Ну вот, опять думала не о том, что пора бежать, а о том, как себя чувствует этот парень. Бледный, но вроде в норме. Ведьма обернулась, неожиданно замечая открытую улыбку незнакомца. Вот чёрт… Думал, что она на него пялилась?

– Привет, – молодой человек протянул руку, словно и в самом деле ожидал, что она кинется пожимать его ладонь.

Лиза не повелась, только коротко кивнула в ответ, и торопливо вышла во двор.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6