Нора Робертс.

Одержимость



скачать книгу бесплатно

– Не смогу идти, так поползу.

С трудом, с помощью Наоми, Эшли поднялась на ноги. Дышала она со всхлипами, не в силах справиться с болью. Наоми нашла сломанную ветку. Это помогло, но не слишком – дорожка после дождя стала топкой, как болото.

Они перебрались через ручей – после дождя тот бежал в полную силу – и вновь углубились в лес.

– Прости, я даже не спросила, как тебя зовут.

– Наоми.

– Красивое имя. Прости, Наоми, но придется остановиться на минутку.

– Хорошо, но только на минутку.

Тяжело дыша, Эшли прислонилась спиной к дереву. По лицу ее вперемешку струились пот и капли дождя.

– Это собака? Кто-то залаял или мне послышалось?

– Должно быть, Кинг. Дом мистера Харди неподалеку.

– Может, пойдем туда? Позвоним в полицию, дождемся помощи.

– Слишком близко.

Мистер Харди, как и ее отец, служил дьяконом в церкви. Прежде чем связаться с полицией, он позвонит ее отцу.

– Слишком близко? У меня такое чувство, будто мы прошли много миль.

– Даже одной не вышло.

– Ладно, – прикрыв на мгновение глаза, Эшли прикусила губу. – Ты знаешь мужчину? Того, что притащил меня сюда?

– Да.

– Знаешь его имя и где его можно найти?

– Да. Нам нужно идти. Нужно спешить.

– Скажи, как его зовут, – с трудом оторвавшись от дерева, Эшли вновь заковыляла по тропинке. – Это придаст мне сил.

– Его зовут Томас Боуз. Томас Дэвид Боуз.

– Томас Дэвид Боуз. Сколько тебе лет?

– Одиннадцать. В понедельник мне исполнится двенадцать.

– С днем рождения. Ты храбрая и умная девочка, Наоми. Ты спасла мне жизнь. Не каждой девочке такое под силу. Не забывай об этом, Наоми.

– Не забуду. Смотри, гроза уходит.

Наоми вела Эшли по лесу. По дороге было бы быстрее, но она успела познать страх и держалась теперь среди деревьев. Наконец они вышли на окраину крохотного городка Сосновый луг.

Наоми ходила туда в школу. И в церковь. А ее мать делала покупки на местном рынке. В офисе шерифа она не была, но знала, где тот находится.

Небо на востоке посветлело, и в лужах отразились первые огни. Они прошли мимо церкви и перебрались через мостик, под которым бежала узкая речушка. Сандалии Наоми промокли и теперь звонко шлепали по дороге. Эшли, прихрамывая, брела рядом.

– Что это за город?

– Сосновый луг.

– Где это? Я была в Моргантауне. Я учусь в Университете Западной Виргинии.

– Это в двенадцати милях отсюда.

– Я тренировалась. Бегала. Хочешь верь, хочешь нет, но я бегаю марафоны. Каждое утро выхожу на тренировки. Этот тип… он припарковался на краю дороги. Капот у машины поднят, будто что-то сломалось. Я слегка сбросила темп, тут-то он меня и схватил. Ударил, и я потеряла сознание. Очнулась уже в том погребе. Боюсь, мне придется снова остановиться.

Нет-нет, только не это. Никаких остановок. Идти и идти.

– Мы почти пришли. Видишь тот белый дом? На нем еще вывеска.

– Ведомство шерифа.

Слава богу. Слава богу.

Только тут Эшли дала волю слезам. Тело ее буквально содрогалось от рыданий. Наоми покрепче обняла ее за пояс и потащила к белому зданию.

– Ну вот, теперь мы в безопасности.

Эшли в изнеможении рухнула на узкие ступеньки. Наоми поплотнее закутала ее в одеяло и постучала в дверь.

– Думаешь, там кто-нибудь есть? Еще слишком рано.

– Не знаю. – Наоми постучала вновь.

Дверь распахнулась, и в проеме показался молодой человек со спутанными волосами. В лице его было что-то знакомое.

– Что тут за шум? – начал было он, но тут взгляд его упал на Эшли. – Господи помилуй.

Он быстро присел рядом с ней на корточки:

– Давайте-ка я отнесу вас внутрь.

– Помогите нам, прошу вас.

– Все будет хорошо, не волнуйтесь.

И хоть парень не выглядел таким уж силачом, он без труда поднял Эшли на руки… и слегка покраснел, когда распахнувшееся одеяло едва не обнажило ее грудь.

– Детка, – сказал он Наоми, – придержи, пожалуйста, дверь. Что это было? Несчастный случай?

– Нет, – ответила Наоми. На мгновение у нее мелькнула мысль: а не сбежать ли? Но она молча шагнула за порог.

– Давайте-ка я усажу вас вот тут, – взгляд его скользнул по синякам на горле Эшли, и в глазах его засветилось понимание. – Детка, видишь тот фонтанчик с водой? Почему бы тебе не принести… как вас зовут, кстати?

– Эшли. Эшли Маклин.

– Почему бы тебе не принести Эшли воды?

Он повернулся и только тут заметил нож, который Наоми держала у бока.

– Почему бы не отдать его мне? – произнес он безо всякого нажима. – Вот и умница.

Взяв у Наоми нож, он положил его высоко на полку.

– Мне нужно позвонить тут кое-кому, и первым делом я свяжусь с доктором. Он вас осмотрит. Но нам придется сделать несколько снимков. Это вам ясно?

– Да.

– Потом приедет шериф, и вам нужно будет ответить на ряд вопросов. Вы к этому готовы?

– Да.

– Вот и прекрасно. Попейте немного. Ты моя умница, – сказал он Наоми, которая вручила ему бумажный стаканчик с водой.

Схватив со стола телефон, помощник шерифа быстро набрал номер.

– Шериф, это Уэйн. Да, я знаю, сколько сейчас времени. У нас тут женщина, которая сильно пострадала. Нет, не авария. На нее напали, и ее нужно осмотреть. – Он понизил голос, но Наоми отчетливо услышала: изнасилование.

– Девочка привела ее. По-моему, это дочка Сью и Тома. Да, Том Боуз.

Поставив стаканчик, Эшли взглянула Наоми в глаза:

– Боуз.

– Да. Я Наоми Боуз. Тебе нужно попить.

– Ты права, детка. – Но Эшли не стала пить. Потянувшись, она обняла Наоми, прижала ее к себе.

Что-то надломилось в ней, что-то прорвалось наружу. Прильнув к Эшли, Наоми дала волю слезам.

Поймав взгляд Уэйна, Эшли пояснила:

– Ее отец, вот кто напал на меня. Томас Дэвид Боуз. А Наоми меня спасла.

Уэйн только что не присвистнул.

– Шериф, вам стоит поторопиться, – сказал он в трубку.

Два

Пришел шериф, и Уэйн отвел Наоми в другую комнату. Здесь он вручил ей шоколадный батончик и баночку с колой. Дома это сочли бы чистым баловством, но Наоми не стала спорить. Уэйн достал аптечку и начал обрабатывать ссадины и царапины – она заработала их, пока пробиралась с Эшли по лесу.

От Уэйна пахло фруктовой жвачкой – Наоми заметила желтую пачку, торчавшую у него из кармана рубашки.

С тех самых пор эта резинка ассоциировалась у нее с ненавязчивой добротой.

– Детка, кто твоя любимая учительница?

– Ну… не знаю. Должно быть, мисс Бличард.

– Если хочешь, я позвоню ей, попрошу прийти.

– Нет-нет, не нужно. Она все равно узнает. Все узнают, – в груди у Наоми что-то больно сжалось, и она быстро отвела взгляд, – но мне бы не хотелось при этом присутствовать.

– Как хочешь. Мы вызвали для Эшли медсестру – она будет сопровождать ее в больницу. Может, и тебе вызвать кого-нибудь со стороны? Кого-нибудь незнакомого?

– Мне никто не нужен. Что будет дальше?

– Прямо сейчас шериф беседует с Эшли. Потом ее отправят в больницу в Моргантауне, где врачи обработают ее раны.

– У нее болит лодыжка.

– Не волнуйся, с ней все будет в порядке. Хочешь какой-нибудь другой батончик? Повкуснее?

Наоми взглянула на сникерс, который она даже не открыла.

– Нет, сэр. Просто я никогда не ела шоколадки с самого утра.

– Даже на Пасху? – Улыбнувшись, Уэйн аккуратно залепил пластырем очередную царапину.

– Пасха – святой день. Он для молитв, а не для баловства, – заученно повторила она слова отца и тут же заметила, как в глазах Уэйна промелькнула жалость. Однако помощник шерифа лишь дружески похлопал ее по ноге.

– Что ж, скоро мы принесем тебе горячий завтрак. Посидишь тут одна с минутку?

– Я арестована, да?

Мягко и по-доброму он коснулся ее щеки:

– За что, детка?

– Не знаю, но вы собираетесь арестовать моего отца.

– Не думай об этом сейчас.

– Я видела его. Там, в лесу, когда он вылез из погреба. Он выглядел так странно, что я испугалась.

– Тебе нечего больше бояться.

– А что будет с мамой и с братом?

– Все хорошо. Они в полном порядке. – Он оглянулся, когда дверь комнаты распахнулась. Наоми знала мисс Летти – та ходила в их церковь. Но лишь сейчас она вспомнила, что мисс Летти тоже работает в офисе шерифа.

На плече у Летти висела красная сумка, на губах играла печальная улыбка.

– Привет, Наоми. Я принесла тебе кое-что из одежды. Это вещи моей дочки. Она пониже тебя и не такая худенькая. Но тебе все равно надо переодеться в сухое.

– Спасибо, мисс Летти.

– Всегда пожалуйста. Уэйн, шериф тебя ждет. А мы с Наоми посидим пока тут. Можешь переодеться вон там, в ванной.

– Да, мэм.

Одежда оказалась слишком велика, но Наоми потуже затянула пояс, так что джинсы выглядели почти впору.

Когда она вернулась, Летти сидела у стола, потягивая из большой кружки кофе.

– У меня тут есть расческа. Не возражаешь, если я расчешу тебе волосы, а то они все спутались?

– Спасибо.

Наоми заставила себя сесть, хоть и не знала, так ли уж ей хочется, чтобы к ней прикасались. Однако расческа скользила по волосам легко и бережно, и девочка расслабилась.

– Какие у тебя чудесные волосы.

– Они как пакля.

– Глупости. Они как шерстка у оленя – светлые и слегка выгоревшие на солнце. Густые и шелковистые. Детка, я хочу задать тебе пару вопросов. Возможно, они покажутся тебе неприятными, но нам очень нужно знать правду.

– А где Эшли?

– Ее собираются отвезти в больницу. Она спрашивала про тебя, хотела с тобой повидаться. Как ты, не против?

– Нет, мэм. Я тоже хочу ее увидеть.

– Вот и хорошо. Но пока что скажи мне, отец тебя когда-нибудь обижал?

– Что вы, мэм. Он никогда нас не бил – ни Мейсона, ни меня. Мама порой устраивала нам выволочку, но это так, несерьезно. Ей бы духу не хватило сделать нам больно. Мы больше делали вид, что это наказание, поскольку папа всегда говорил: «Розги пожалеешь – ребенка испортишь».

– Лично я не в восторге от этой фразы. И еще один вопрос, совсем уж неприятный. Он когда-нибудь прикасался к тебе неподобающим образом?

Наоми неотрывно смотрела вперед, пока Летти водила расческой по ее волосам.

– Вы имеете в виду, как с Эшли. Он изнасиловал ее. Я знаю про насилие, мэм. В Библии говорится про Силомских девиц. Он никогда так не делал со мной.

– Вот и прекрасно. А твою маму он обижал?

– Не думаю, мэм. Иногда…

– Все в порядке, – подхватив маленькую резинку, Летти ловким движением стянула волосы Наоми в хвостик. – Не нужно бояться. Скажи мне правду.

– Иногда казалось, будто он вот-вот сорвется, но такого ни разу не произошло. Если ему случалось по-настоящему рассердиться, он просто уходил из дома на пару дней. Так, остыть немного. Мама говорит, мужчинам нужно иногда побыть в одиночестве. Она не знала, мисс Летти. Мама не знала, что он мучает людей, иначе бы она боялась его. Боялась больше обычного.

– Людей?

Наоми по-прежнему смотрела прямо перед собой.

– Эшли сказала, что она пробыла в погребе день или два. Но там лежала еще веревка. И снимки на стенах. Фотографии других женщин, связанных как Эшли. Даже хуже. Мне кажется, они были мертвыми… Меня сейчас стошнит.

Летти помогла ей добраться до туалета, затем отерла лицо влажным полотенцем.

Она дала Наоми что-то мятное – прополоскать рот, по-матерински чмокнула в лоб.

– Хватит пока вопросов. Не хочешь отдохнуть?

– А домой мне нельзя?

– Пока что нельзя, детка. Но я могу отвести тебя к себе. Поспишь там немножко.

– Мне бы хотелось дождаться маму и Мейсона.

– Что ж, побудь тут. Я принесу тебе тост, попробуешь пожевать немножко. А сникерс можешь оставить на потом.

– Спасибо.

Летти встала.

– Знаешь, о чем я думаю, Наоми? Ты повела себя очень храбро, спасла эту бедняжку. Я горжусь тобой, правда горжусь. Побудь тут, а я скоро вернусь. Как насчет чая к тосту? Могу принести тебе чаю с медом.

– Вы очень добры, спасибо.

Летти ушла, а Наоми устало опустила голову на стол, но сон не шел. Она отхлебнула немного колы, но та была слишком сладкой. Ей хотелось воды. Чистой, холодной воды. Наоми вспомнила про фонтанчик в соседней комнате и поднялась.

Она шагнула за порог, чтобы спросить разрешения. И увидела отца.

Уэйн тащил того через комнату к большой металлической двери. На руках у отца блестели наручники, а на щеке красовался свежий синяк.

Он не выглядел ни злым, ни расстроенным. На губах у него играла ухмылка – вроде той, которая появлялась на его лице всякий раз, когда кто-нибудь пытался указать на его ошибки.

Взгляд его упал на Наоми. Она сжалась в ожидании ненависти. В ожидании гнева.

Все, что она получила, – полное безразличие. Секунда, и фигура отца исчезла за металлической дверью.

В комнате шумели какие-то люди, мелькали непонятные вспышки. Наоми казалось, будто она парит в воздухе. Будто ноги остались где-то еще, а тело зависло здесь само по себе.

Обрывки голосов назойливо лезли в уши.

ФБР, серийный убийца, судмедэксперты, жертвы.

Во всем этом не было ни малейшего смысла.

Никто не замечал Наоми, никому и дела не было до худенькой девочки в мешковатой одежде, с мертвенно-бледным лицом.

Никто не смотрел в ее сторону. А если бы и взглянули, мелькнула у нее мысль, не факт, что заметили бы.

Может, ничего этого просто не существовало. Может, не существовало ее самой.

И только боль в груди казалась вполне реальной. Как будто Наоми упала с высоченного дерева и от удара у нее перехватило дух. И не было сил ни вдохнуть, ни выдохнуть.

Все поплыло у нее перед глазами, свет из яркого стал нестерпимо тусклым. Будто луна зашла за тучи.

Надежно заперев Боуза, Уэйн вернулся в приемную – в тот самый момент, когда у Наоми закатились глаза. Он метнулся к ней, но не успел. Девочка мешком рухнула на пол.

– Принесите воды! Где этот чертов доктор? И что она вообще тут делает? – Бережно приподняв Наоми, он начал похлопывать ее по щекам, таким бледным, будто они и правда принадлежали призраку, а не ребенку.

– Ах ты, господи боже! Ей нужно было поесть, и я на минутку вышла из комнаты. – Летти присела рядом с кружкой воды.

– Не знаешь, видела она его? Видела, как я приволок этого ублюдка?

Летти лишь покачала головой:

– Меня не было минуты две от силы. Смотри, она приходит в себя. Наоми, детка, как ты себя чувствуешь? У тебя был обморок. Вот, глотни воды.

– Я упала в обморок?

– Ничего, все уже позади. Попей немножко.

Сознание вернулось, а вместе с ним и память. Глаза Наоми – два зеленых озерка – медленно закрылись.

– Почему он даже не сердится на меня? Ему все равно. Почему так?

По настоянию Уэйна она все-таки глотнула воды, после чего он снова отнес ее в соседнюю комнату. Здесь уже поджидали чай и тост. Наоми немного поела, и ей немедленно стало легче.

Потом все было как в тумане. Пришел доктор Холлин и осмотрел Наоми. Одну ее больше не оставляли. Уэйн вручил ей новую банку с колой.

В какой-то момент в комнате появился шериф. Шериф Джо Фрэнкс. Наоми знала его, так как училась в школе с Джо-младшим. У шерифа были широкие плечи и мощное тело. Крупная голова на плотной шее. Такое чувство, что было в нем что-то бульдожье.

Шериф устроился напротив нее за столом.

– Как ты себя чувствуешь, Наоми?

Голос у него был низким, с хрипотцой.

– Не знаю, сэр. Пожалуй, хорошо.

– У тебя была нелегкая ночь, да и день обещает быть не лучше. Ты понимаешь, что здесь происходит?

– Да, сэр. Мой папа мучил Эшли. Он запер ее в том старом погребе у сгоревшего дома. Он мучил не только ее, но и других женщин. Там, на стенах, были их фотографии. Я не знаю, почему он так делал. Не знаю, что заставляет людей делать такие ужасные вещи.

– А прежде тебе случалось бывать в том погребе?

– Я даже не знала, что он там есть. Нам нельзя заходить так далеко в лес. Только до ручья, и то с разрешения взрослых.

– А почему ты пошла туда сегодня ночью?

– Я… я проснулась. Стояла ужасная жара. Я сидела у окна и вдруг увидела папу. Как он вышел из дома. Я подумала, что он идет к ручью, охладиться. И мне тоже захотелось искупаться. Я взяла фонарик, надела шлепанцы и выскользнула на улицу. Вообще-то нам нельзя…

– Все в порядке, продолжай. Итак, ты пошла за ним…

– Я надеялась, что он не рассердится, когда увидит меня. Но папа не пошел к ручью, и мне стало любопытно. Хотелось узнать, куда он собрался. А когда увидела тот старый погреб, сразу подумала про велосипед. Решила, что он собирает велосипед на мой день рождения.

– У тебя сегодня день рождения, детка?

– В понедельник. Я очень просила, чтобы мне подарили велосипед. И я решила подождать – мне хотелось увидеть хотя бы одним глазком. Я спряталась и стала ждать, когда папа выйдет. Но потом…

– Что случилось потом?

На мгновение ей вновь захотелось уплыть, отключиться, но шериф смотрел на нее так по-доброму, что ей ничего не оставалось, как только продолжить.

– Он выглядел не так, как обычно, сэр. До того странно, что я напугалась. Я выждала, пока он уйдет. Мне хотелось знать, что же находится там, внизу.

– Сколько ты ждала?

– Не знаю. Мне показалось, что очень долго. На двери в погреб был засов, и мне пришлось потрудиться, чтобы отодвинуть его. Я спустилась вниз и услышала странный звук – будто кто-то скулил. Я подумала, может, это щенок. Нам не разрешали держать собаку, но я подумала, а вдруг. А потом увидела Эшли.

– Что именно ты увидела, детка? Я знаю, такое трудно вспоминать, но это поможет нам в расследовании.

И Наоми пересказала все, как было. В горле у нее пересохло, и она заставила себя глотнуть немного колы.

Шериф задал еще несколько вопросов, и она постаралась отвечать как можно яснее. Наконец он ободрительно похлопал ее по руке:

– Ты сделала доброе дело. Сейчас я приведу твою маму.

– Она здесь?

– Здесь.

– А Мейсон?

– Он у Хаффманов. Миссис Хаффман присматривает за ним, пока он играет с Джерри.

– Хорошо. Они с Джерри часто играют вместе. Шериф Фрэнкс, с мамой все в порядке?

В его глазах промелькнула какая-то тень.

– У нее тоже выдался нелегкий день. – На мгновение он умолк. – Ты сильная девочка, Наоми.

– Не такая уж я и сильная. Сначала меня стошнило, потом упала в обморок.

– Поверь мне, детка. Как-никак я полицейский, – по лицу его скользнула улыбка. – Ты очень сильная. И я хочу предупредить тебя: скоро тут появятся еще люди. Они тоже будут задавать вопросы. Люди из ФБР. Знаешь, что это такое?

– Вроде того.

– Они хотят расспросить тебя. И очень скоро тут появятся репортеры. Много репортеров. Тебе придется поговорить с людьми из ФБР, а вот с журналистами ты общаться не обязана.

Он вытащил из кармана визитную карточку:

– Это мой рабочий телефон, а на обороте я написал домашний. Можешь звонить мне в любое время дня и ночи. Захочешь поговорить со мной, звони. Договорились?

– Да, сэр.

– Спрячь это, а я схожу за твоей мамой.

– Шериф Фрэнкс!

Он повернулся к ней от двери:

– Да, детка?

– Моего папу отправят в тюрьму?

– Да, Наоми.

– Он знает об этом?

– Думаю, да.

Она бросила взгляд на колу у себя в руке, кивнула:

– Ясно.

Папу посадят в тюрьму. И как ей теперь ходить в школу, в церковь или с мамой на рынок? Это даже хуже, чем было с папой Кэрри Портерс, которого упрятали в тюрьму на два месяца за драку в баре. Хуже, чем в тот раз, когда дядю Бастера Крэвита посадили за продажу наркотиков.

Через неделю начнутся занятия в школе. Она придет, а все будут знать, что случилось. Что сделал ее отец, и что сделала сама Наоми. И как ей смотреть…

Дверь распахнулась, и на пороге возникла ее мать.

Выглядела она так, будто проболела не одну неделю. Осунувшееся лицо, красные, опухшие от слез глаза. Волосы торчком, будто к ним даже не прикоснулись расческой. На маме было выцветшее, мешковатое платье, которое она надевала обычно для работы в огороде.

Наоми со всхлипом поднялась на ноги. Сейчас ей хотелось только одного – прижаться к маме, спрятать голову у нее на груди, найти хоть капельку утешения.

Но из глаз у мамы вновь хлынули слезы. Сотрясаясь от рыданий, она опустилась на пол и спрятала лицо в ладонях.

И вот уже ребенку пришлось утешать мать.

– Не плачь, мама, мы справимся. Все будет хорошо.

– Наоми, они клевещут на твоего папу, говорят ужасные вещи. Утверждают, что это ты им сказала.

– С нами все будет в порядке.

– Это неправда. Этого не может быть. – Сьюзан сжала руки Наоми. – Ты все придумала. Тебе приснился дурной сон.

– Мама, я все видела.

– Ничего ты не видела. Скажи им, что ты ошиблась.

– Это не так. Эшли – девушка, которую он прятал, она сейчас в больнице.

– Она лжет. Это все неправда. Наоми, он твой папа, твоя плоть и кровь! Он мой муж. Полицейские ворвались к нам в дом, надели на твоего папу наручники и уволокли прочь.

– Мама, я сама перерезала веревки.

– Неправда. Прекрати лгать, Наоми. Ты должна прямо сейчас рассказать им, что все это твои выдумки.

Когда Наоми заговорила, голос у нее звучал тускло и невнятно.

– Я содрала скотч у нее со рта. Помогла ей выбраться из погреба. Она с трудом могла двигаться, и на ней совсем не было одежды.

– Нет.

– Он изнасиловал ее.

– Не смей наговаривать на отца! – взвилась Сьюзан.

– На стенах висели снимки. Фотографии других девушек. Еще там были ножи, на которых засохла кровь, веревка и…

– Не хочу, не желаю слушать. – Сьюзан прижала к ушам ладони. – Как ты можешь говорить такое? Почему я должна тебе верить? Он мой муж, мы прожили вместе четырнадцать лет. Я родила ему двух детей. Мы спали с ним в одной постели.

От гнева ее не осталось и следа. Опустив голову на плечо дочери, Сьюзан разрыдалась:

– Что же нам делать? Что теперь с нами будет?

– Все будет в порядке, – беспомощно повторила Наоми. – Мы справимся, вот увидишь.

* * *

В тот день они так и не смогли вернуться домой. Нужно было дождаться, пока полиция и ФБР все осмотрят. Но Летти принесла им их собственную одежду, зубные щетки и прочие мелочи. Наоми и ее мать она устроила у себя в гостиной, а Мейсон разделил комнату с ее сыном.

Доктор дал Сьюзан снотворное, так что она смогла наконец вздремнуть. Наоми приняла душ, надела свои вещи, зачесала волосы назад и только теперь почувствовала, что вновь стала собой.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6

Поделиться ссылкой на выделенное