Нил Харрис.

Волшебные неудачники



скачать книгу бесплатно

Дизайн Лесси Марлин

Волшебные разделы Кайла Хилтона


© 2017 by Neil Patrick Harris;

Печатается с разрешения автора и литературных агентств Kuhn Projects, LLC, The Grayhawk Agency Ltd. и Nova Littera SIA.


Копирование, тиражирование и распространение материалов, содержащихся в книге, допускается только с письменного разрешения правообладателей.

* * *

Гедеону и Харперу:

если вместе, то всё нипочём


Салют
(Всего лишь более выразительная форма приветствия)

Ты веришь в волшебство? Эй, ты! Да, я обращаюсь именно к тебе. Ну так что же? Ты веришь в волшебство?

Если ты похож на мальчишку, о котором вскоре пойдёт речь, то, должно быть, ответишь «нет». Но я уверяю тебя, волшебство витает повсюду. Да-да, это правда. Не веришь?

Посмотри-ка мне прямо в глаза и скажи, что ты его не видишь.

Во-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-олше-е-е-е-е-е-ее-е-е-е-е-е-е-е-е-ебство-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о.

Видишь, что я говорил? А что я, собственно, говорил? Хмм… О чём это я?

(Можешь уже прекратить надо мной смеяться. Разве я настолько забавный?)

Ну а теперь давай-ка попробуем быть серьёзными.

Для разных людей волшебство может означать совершенно разные вещи. Для одних волшебство – это вытащить кролика из цилиндра или распилить человека напополам, а затем (хотелось бы надеяться) снова собрать его воедино. Для других же волшебство – это свежий осенний денёк или нежное объятье любимого человека. Для меня это может быть историей, игрой, головоломкой или сюрпризом, от которого аж дух захватывает.

Видишь, волшебство умеет принимать любые формы и размеры, цвета и вкусы, запахи и чувства. Оно может даже принять форму книги – возможно, той самой, которую ты держишь сейчас в руках. А может, и нет. Не хочу забегать вперёд.

Но иногда бывает трудновато вспомнить о том, что достаточно лишь оглянуться в поисках волшебства этого мира – прямо как мальчику из этой книжки. Ты можешь быть занят, закручивая сладкую вату, или отвлечён сидящими на подоконнике птицами. Ты можешь быть попросту уставшим, приводя комнату в порядок, чтобы заметить его, – но я уверяю тебя, волшебство существует. Нужно лишь знать, где искать. (Используй свой нос! Или язык! Или глаза! Или свои мозги!) И конечно, порой ты можешь творить его самостоятельно.

Хотел бы ты узнать об этом побольше, юный читатель? Полагаю, что да. Очень хорошо. Тогда повторяй: СИМ-САЛА-БИМ!

Извини, но я не думаю, что ты действительно произнёс это вслух. Пожалуйста. Повторяй. За. Мной: СИМ-САЛА-БИМ!

Громче! СИМ-САЛА-БИМ!

Прекрасно.

Ты доказал, что ученик из тебя хоть куда.

А теперь переверни страницу…

ПОГОДИ, ПОГОДИ, ПОГОДИ… ПРИТОРМОЗИ…ОСТАНОВИСЬ!

Какой же я растяпа! Кажется, я сам себя всем этим загипнотизировал. Чуть не забыл рассказать о последней важной вещи прежде, чем мы начнём свой путь сквозь дебри нашей истории. (Барабанную дробь, будьте добры!) В первую очередь я должен объяснить тебе…

Как читать эту книгу!

я не могу указать тебе, когда или где читать эту книгу. в конце концов, ты можешь читать её в автобусе, или в самолёте, или верхом на телеге. ты можешь читать её, Пока чистишь зубы, или расчёсываешь волосы, или пРиводишь в порядок шерсть своего кота. ты можешь чИтать её в кровати, под кроВатью, или, быть может, паря над кроватью в нЕскольких сантиметрах. если угодно, ты можешь чиТать её в зеркале своей ванной вверх тормашками.

нет, я не могу указать тебе, когда и где Это делать, – и определённо, я не могу указаТь тебе – кАк. ты можешь читать её с открытыми глазами не менее успешно, чем с заКрытыми (знаешь, так тоже можНо). ты можешь чИтать её задом наперёд, или можешь попросить кого-нибудь почитать тебе вслух. можешь даже попробовать читать последние буквы некоторых слов отдельных фраз. ты найдёшь здесь по крайней мере один раздел, все заГлавные буквы которого ты зАхочешь отыскать, чтобы увидеть, что из них можно сложить (здорово иметь варианты, не так ли?).

главное, что ты должен Понять – внутри этОй книги ты найдёшь уроки по воЛшебству. читая главы одну за другой, ты узнаешь историю о приключеНиях, взгрустнёшь, поразишься и повеселишься нА славу (необязательно в этом порядке). а вот волшебные эпизоды (или, как я называю их, магичеСкие разделы, которые спрятаны тут и там) помогут тЕбе разобраться в сеКретах сценической магии.

ну а если ты возьмёшься читать и те, и другие главы по очеРеди, то, скореЕ всего, воскликнешь: «вот эТо да!», наслаждаясь приключениями и изучая вОлшебство одновременно. а чтобы получилось ещё веселее, я бы хотел посоВетовать тебе прочитать эту книгу и тем, и другим способом.

и теперь, чтобы передать магические секреты будущИм поколениям, которые смогут выполнить их С ещё большей ловКостью и дерзостью, я хочу разделить их с тобой. вот почему я на это Решился. но у меня есть одно условие: секретЫ нужно хранить в секрете. нельзя делиТься ими с друзьями и друзьями друзей. нельзя использовать их, чтобЫ обманывать своих соседей. нельзя выкрикивать иХ из окна.

и, пожалуйста, поверь мне, что Превратить гримасу в улыбку – самый ценный волшебный трюк на свете. гораздо бОлее ценный, чем в обратную Сторону!

присЛушАйся ко мне, юНый друг… и давай уже погрузимся в исторИю.

ты готов?

замечательно!

переворачиваЙ страницу…


Один


В темноте станционного парка, где-то на задворках города, из плотной занавеси тумана появился незнакомец. Разок оглянувшись назад, он бросился бежать вдоль паутины железнодорожных рельсов.

Вот тут, если ты хоть немного похож на меня, то можешь вздрогнуть, вообразив себе таинственного незнакомца, который выплыл из ночного тумана почти заброшенного станционного парка. Но тебе не следует волноваться. Это был просто тощий парнишка по имени Картер Локк. А если и стоит из-за кого-либо беспокоиться, так это из-за человека неподалёку – мужчины, который бежал за Картером по пятам и кричал:

– Картер! А ну вернись! Не убегай от меня, негодник! Я не собираюсь причинять тебе вреда!

Но это было неправдой. Ведь мужчина ещё как собирался навредить бедняге Картеру.

К счастью, мальчик об этом знал. Поэтому он бежал со всех ног, крепко сжимая свою сумку, и напряжённо вглядывался в темноту, чтобы понять, какой из поездов на путях чух-чух-чухает прочь из станционного парка. Рёв гудка оглушил Картера, и он споткнулся о рельс.

Но тут справа от него раздался знакомый металлический лязг. Это скрипела цепочка проржавевших, но ярких вагонов, набиравшая скорость и разгонявшая дымку. Теперь Картер видел это отчётливо. Перепрыгнув через рельсы, он помчался вперёд, пытаясь догнать поезд, набирающий ход. А с дальнего конца станционного парка продолжало приходить всё больше, и больше, и больше вагонов.

Красные, синие, зелёные, жёлтые, фиолетовые, алые, чёрные, оранжевые и снова алые.

Красочный поезд напомнил Катеру о первом волшебном трюке, который он когда-то увидел: к его лицу приблизилась ласковая рука и вытащила из-за уха красный шёлковый платок, к которому был привязан жёлтый, а к тому, в свою очередь, – синий, к которому был привязан зелёный, и так далее, и так далее, и так далее. Это было одно из немногих воспоминаний, сохранившихся у Картера об отце.

Он непроизвольно коснулся сумки, словно хотел убедиться, что маленькая деревянная коробочка всё ещё внутри. Она была там. Картер бежал рядом с поездом, провожая взглядом каждый его вагон в поисках ступени, на которую можно было бы примоститься. Позади него послышался шум осыпающегося гравия, а следом – голос, хриплый и жестокий:

– Картер! Не смей прыгать на этот поезд!

Лязг и скрежет не могли заглушить слов мужчины, который был уже гораздо ближе, – почти что прямо за мальчиком:

– У меня повсюду глаза и уши до самого Тимбукту! Ты никогда не сумеешь сбежать от меня! Слышишь? Никогда!



Картер попытался не думать о том, что случится, если мужчина его всё-таки поймает. Вместо этого он сосредоточил всё своё внимание на локомотиве. Его тяжёлые колёса, отражая свет фонарей, катились по рельсам. Проблема с поездами заключается в том, что они изготовлены из металла, и каждый вагон весит буквально тонну, если не больше. Как только они приходят в движение, то набирают бешеную скорость. Если бы Картер подошёл слишком близко – если бы он споткнулся, – яркий жёлтый вагон перемахнул бы через него, и мы бы с ним распрощались.

Жёлтый напомнил Картеру о запертой в клетке птице, которую он однажды видел в окне зоомагазина. Разве птицы не рождены летать свободно? Картер воспринял это как знак – вот вагон, на который он должен взобраться, тот, который увезёт его подальше отсюда. Лестница была довольно высоко. Прыжок на разгоняющийся поезд может показаться кому-нибудь невозможным или даже пугающим предприятием. Но Картер проделывал это так много раз, что для него всё было настолько же естественно, как вытаскивать монету у кого-нибудь из-за уха или перетасовывать колоду карт всего одной рукой.

Но это было легко и для человека, который преследовал Картера – к нашему большому сожалению. В тот самый момент, когда Картер уже собирался схватиться за лестницу, мужчина вцепился в его сумку и опрокинул мальчика на землю.

– Нет! – воскликнул Картер.

Они оба упали на гравий, прокатившись у самых колёс жёлтого вагона, который стук-стук-стук-стукал прочь по расшатанным рельсам, вторя бешеному сердцебиению Картера. Мальчику даже представлять не хотелось, что случится, если поезд уйдёт без него.

Поэтому он не сдавался. Свернувшись клубочком, мальчуган сделал кувырок, нырнул вперёд и выдернул сумку из рук преследователя. Как следует оттолкнувшись от рассыпающегося в разные стороны гравия, Картер бросился к последнему вагону уходящего поезда. На задней стенке вагона, рядом с открытой дверью, висела лестница. Ловкие руки Картера схватились за нижнюю перекладину. Сухожилия его напряглись, но пальцы крепко сжимали лестницу. Вскарабкавшись, он подтянул ноги к груди и прижался к задней стенке состава, который всё быстрее и быстрее набирал скорость.

Немного отдышавшись, мальчик забрался на верхушку вагона и уселся на крыше. Ветер трепал его волосы. Где-то впереди раздался ещё один сигнальный гудок.

Оглянувшись назад, он увидел мужчину, который стоял на коленях у рельсов. Он гневно поднял руки над головой и кричал ему что-то в ночи. Однако мужчина становился всё меньше, пока не превратился в точку на горизонте, в скором времени исчезнувшую. Картер помахал на прощание. Счастливо оставаться!

Этому городу. Госпоже Залевски. И мужчине, который его преследовал – хотя, если можно было бы пожелать ему оставаться несчастливо или провалиться в тартарары, Картер сделал бы именно это.

Небо озарилось бесподобным синим цветом – солнце поднялось над горизонтом. А спустя какое-то время знакомое покачивание и металлический лязг поезда успокоили сердце Картера.

Он спустился с крыши и забрался в вагон. Внутри на деревянных поддонах гнездились сотни ящиков. Устроившись рядом с ними, Картер положил под голову свою сумку, как подушку, и уснул, грезя о надежде и жребии, судьбе и приключениях. И ещё волшебстве, мысли о котором мимолётом пронеслись у него в голове.

Два


Сюрприз! Время отмотать наш рассказ немного назад!

Я понимаю, как неприятно останавливать повествование прямо в середине рассказа, но есть некоторые вещи, которые нужно узнать о Картере прежде, чем я поведаю тебе, что же случилось дальше. Такие вещи, например, как: кто же этот мальчишка? И почему он убегал? И кем был тот мужчина, который его преследовал? Я обещаю тебе, что мы вернёмся к побегу Картера довольно скоро. А если же этого не случится, я позволю тебе надеть на меня тугую смирительную рубашку. О, это просто кошмар!

Но как бы то ни было… поехали дальше!

* * *

Картер научился волшебным трюкам у дядюшки. И это совершенно оправдывало их название – они оставались всего-то лишь трюками. Никакого волшебства в них и в помине не было. Как это возможно? Каждый знает, что волшебства не существует – по крайней мере, именно в это верил мальчик.

С самого раннего детства Картер перестал доверять чудесным, счастливым, фантастическим вещам. И в этом не было его вины. Иногда плохие вещи случаются и с хорошими людьми.

Видишь ли, Картер родился в семье двух прекрасных людей. Улыбка его мамы сияла, словно солнце в безоблачный день на пляже. А папа умел вытаскивать монеты из-за ушей и заставлять колоду карт исчезать прямо в воздухе. Все вместе они жили в крошечном красном коттедже с белоснежными комнатами, к которому вела извилистая, окаймлённая лесом дорога за маленьким северным городком. Но вот в один день, когда Картеру было всего несколько лет, его родители не вернулись домой.

День спустя их всё не было. Прошёл ещё один день, но они не показывались. Когда сиделка позвонила в полицию, Картер продолжал надеяться, что это всего лишь один из фокусов его папы. Но прошёл ещё один день, и ему пришлось столкнуться лицом к лицу с ледяной и жестокой правдой: родители больше не вернутся. Это был их заключительный трюк по исчезновению.

Малыша Картера забрал к себе дальний родственник по имени Сильвестр «Проныра» Битон. Но ради нашего удобства, я буду называть его дядюшкой Картера.

Дядюшка Проныра был маленьким жилистым человеком, который всегда одевался в коричневый твидовый костюм с потёртыми швами и заплатками, прикрывающими съеденные молью дыры. У него были длинные, жирные волосы, стянутые на затылке в неряшливом хвостике, и бакенбарды, спускавшиеся к клочковатой бородке, едва прикрывающей его заострённый подбородок. Дядюшка Проныра рассказывал людям, что получил это прозвище потому, что был ловким, как лиса. Но Картер всегда думал о том, что дядя его больше походил на хорька. И это было более правдоподобно, ведь вёл он себя именно так.

Дядюшка был совсем не в восторге от того, что ему пришлось заботиться о мальчишке. Да и Картера не особенно радовала перспектива жить с этим хорьком. Но таковыми были обстоятельства, и Картеру пришлось с ними смириться.

Как и папа Картера, дядюшка Проныра выполнял волшебные трюки. Он мог, например, вытащить из носа мальчика платок и сделать так, чтобы тот чихнул водопадом монеток прямо в стакан. А затем заставить их снова исчезнуть – одну монету за другой. И это просто взрывало разум Картера – и нос, кстати, тоже.

Картер умолял своего дядюшку обучить его волшебству. В конце концов Проныра понял, что иметь помощника даже полезно. Поэтому он рассказал мальчишке всё, что знал сам. И оказалось, что Картер был прирождённым фокусником.

Довольно скоро он мог исполнять все трюки дядюшки – с той лишь разницей, что делал он это гораздо лучше. У Картера был особый талант. Пальцы его были длинными, а сухожилия отлично растянутыми, что давало рукам необыкновенную скорость и лёгкость в перетасовке карт. Он умел растворять монеты в воздухе и заставлять их появляться в другом конце комнаты. Он мог достать игральную колоду буквально из ничего. Он даже слегка изменил чихательный трюк дядюшки Проныры, используя кубики льда вместо монеток (что было довольно впечатляюще, учитывая средний размер человеческой ноздри).

И хотя Проныра не относился к тому типу людей, которые могут порадоваться способностям своего молодого племянника, улучшившего его коронный фокус, он был достаточно умён, чтобы найти в этом собственную выгоду – в тот момент, когда Картер чихал кубиками льда прямо перед ним. Поэтому на день рождения племянника, вместо того чтобы устроить ему праздничную вечеринку, дядюшка Проныра решил провести испытание. Выбрав на улице случайную пару прохожих, он отправил мальчика прямо к ним, чтобы тот показал своё первое шоу.



Но прежде дядюшка нервно пригладил светлые космы племянника на бок, ущипнул его бледные щёки и заставил улыбаться как можно дружелюбнее. Пара, казалось, была счастлива остановиться ради его представления.

Сперва Картер подставил колоду карт и попросил женщину выбрать одну из них и никому не показывать, спрятав между ладоней.

– А теперь держите её покрепче, – сказал он, – пока я думаю над тем, какую карту вы выбрали… Это бубновая королева?

– Да, так и есть! – ахнула женщина. Но когда она разжала ладони, чтобы взглянуть на карту, то воскликнула: – Она исчезла!

– Вы о ней? – спросил Картер, сжимая карту в собственной руке.

– Как ты это сделал? – воскликнул мужчина.

– Конечно же, с помощью волшебства, – ответил Картер, хотя для него это были только слова. Мальчик не верил в настоящее волшебство, но он знал кое-что о том, как отвлечь внимание людей на что-то одно, пока сам он сосредотачивался на другом. И уже более смелым тоном добавил: – А теперь, не могли бы вы отдать мне обратно карту, которую позаимствовали, сэр?

– Но я не брал никакой карты, – ответил мужчина.

– Тогда что же это лежит у вас в кармане?

Мужчина потянулся к нагрудному карману, и конечно же, внутри оказался бубновый король. Пара рассмеялась. С лёгким щелчком Картер извлёк из воздуха букет разноцветных бумажных цветов. Он подарил их женщине, а затем поклонился – точно как научил его дядюшка Проныра. Зрители были счастливы и всё хлопали, и хлопали, и хлопали в ладоши.

Дама поцеловала Картера в щёку. Мужчина вручил ему монету в пять центов. Гордый дядюшка потряс их руки, прежде чем отогнать племянника прочь.

А Картер сиял, словно медный пятак. Он развеселил молодую пару и, увидев их улыбки, вдруг вспомнил своих родителей и то, как они смеялись. Ему было всё равно, что никакой вечеринки не состоялось. Это был очень хороший день рождения.

По крайней мере, до тех пор, пока Картер не понял, что дядюшка Проныра утащил наручные часы мужчины и обручальное кольцо его дамы. Дядюшка его просто использовал. Картер знал слишком много подобных историй, в которых злодеи обворовывали совершенно невинных людей. Эти истории всегда заставляли его чувствовать себя так, словно кто-то украл у него родителей.

И всё хорошее, что переполняло его совсем недавно, вдруг улетучилось, словно воздух из воздушного шарика.

* * *

Куда ни посмотри, дядюшка Проныра не был для Картера идеальным опекуном. Как раз напротив. Ты уже знаешь, что он был вором, настоящим жуликом – из тех, кто обманывают других, заставляя их поверить тому, чего на самом деле нет.

Дядюшка довольствовался мелким жульничеством. Это означало, что он не занимался долгосрочными предприятиями, которые отнимали дни, а то и недели. Он делал всё как можно быстрее, воруя деньги и украшения в мгновение ока. А когда люди понимали, что их ограбили, дядюшка Проныра уже исчезал.

Именно по этой причине у Картера никогда не было дома. У него никогда не было друзей или собственной спальни. Он никогда не ходил в школу и не имел такого места, где смог бы почувствовать себя в безопасности. Когда им везло, Картер и дядюшка ночевали в приютах. В другие же дни им приходилось прятаться в глубинах тёмных переулков и постоянно перебираться из одного города в другой.

В конце концов, когда ты заставляешь исчезать чужие вещи, собственное исчезновение – это лучшее, на что ты способен.

Иногда дядюшка Проныра исчезал сам по себе, оставляя Картера в одиночестве на несколько дней. Мальчик понятия не имел, куда он девался – в опасности ли дядюшка и увидятся ли они когда-нибудь снова? Возвращался Проныра всегда без объяснений. Картер знал, что лучше не спрашивать его о том, где он был, особенно когда в глазах дядюшки Проныры появлялся жестокий злобный блеск, а на коже – синяки и царапины, которые объясняли всё лучше любой истории.

Оставаясь в одиночестве, Картер упражнялся в своих фокусах или находил ближайшую библиотеку. Он зачитывался книгами, в которых рассказывали о надежде, выдержке и чудесах, а ещё о конструировании поездов, гимнастике и рецептах пирожных. Со временем Картер уже мог отлично о себе позаботиться.

Годы шли, терпение Картера слегка пошатнулось. Его дядюшка был мошенником – Картер об этом прекрасно знал. Но тем не менее он продолжал надеяться, что Проныра вдруг выберет какой-нибудь городишко, устроится на работу и успокоится. Возможно, эта надежда была совсем неуловимой, а может быть, и вовсе несбыточной, но она была одной из немногих вещей, какие ещё остались у Картера. По крайней мере, до той весенней ночи…

– Видишь вон того человека? – прошептал Картеру дядюшка Проныра. – Я хочу, чтобы ты подошёл к нему и украл его часы.

– Сколько раз я говорил уже тебе? – воскликнул Картер. – Я не ворую.

Он придумал это правило несколько лет назад, когда осознал, что делает его дядя. Тогда он пообещал себе, что никогда не будет похож на Проныру. Несмотря ни на что.

– Ах ты, маленький… – прорычал дядюшка Проныра и грубо схватил его за воротник рубашки. Вдруг он заметил полицейского, который шёл по улице и вертел дубинкой. Дядюшка расплылся в лучезарной улыбке и нежно обнял Картера, словно любимого сына. – …Свет моих очей! О, добрый вечер, офицер!

Полицейский кивнул ему и продолжил прогулку. Когда же он скрылся из виду, дядюшка снова схватил Картера и выдохнул:

– Что ж. Тогда смотри, как работаю я.

Работа дядюшки Проныры всегда была одной и той же. Он не изобретал велосипед и не толкал тачки на заводе. Не выращивал ревень на ферме и не

дрессировал змей в зоопарке, чтобы те не кусали детей. Его работа заключалась в том, чтобы обворовывать других.

Пальцы Картера нащупали нечто прямоугольное в уголке кожаной сумки. Вся его жизнь умещалась в эту самую сумку. Там лежала колода игральных карт, три стаканчика, три монетки (у одной из которых была глубокая царапина на лицевой сторонке), несколько стеклянных шариков, запасная пара носков, верёвка, кепка и небольшая деревянная коробочка с инициалами. Эта коробочка, казалось, была закупорена навсегда, и не было никакой возможности её открыть, но Картеру было всё равно. Это было единственное, что осталось у него от родителей.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3