Николай Лузан.

Скрипаль. Березовский. Пешки в большой игре



скачать книгу бесплатно

– Николай Иванович, я не собираюсь рулить делами Гонсалеса, выведу на связи в Москве, а там пусть сам крутится.

– Не знаю, не знаю, Сергей. Я пока не вижу особых перспектив с Гонсалесом. Другое дело, если бы он служил.

– А его связи, особенно среди американцев на базе «Морон»? Если их проработать и выйти на вербовку агента, то получим такой источник информации, о котором можно только мечтать.

– Мечтаешь о своем суперагенте? По мне, так лучше иметь парочку удачливых агентов.

– Николай Иванович, но одно другому не помешает! Отказываться от Гонсалеса неразумно! Он очень перспективен! – настаивал Скрипаль.

– Ладно, Сергей, вижу, лавры Зорге не дают тебе покоя?

Скрипаль хмыкнул и с иронией ответил:

– А если лавры пустят корни в голову? Нет, она мне еще нужна.

– Ха-ха! – рассмеялся Сазонов. – Ну, какие твои годы, Сережа! У тебя все впереди, не сегодня, так завтра назначат на должность резидента.

– Спасибо, Николай Иванович, за такую оценку моего труда. Так ведь это же вы будете писать представление к назначению на должность?

– Напишу, можешь не сомневаться.

– Спасибо. Поэтому мне нужен весомый результат, чтобы было не стыдно смотреть вам в глаза. А с Гонсалесом он будет. Через пару месяцев выйду на его вербовку, а там пойдут серьезные оперативные материалы.

– Ладно, убедил, Сергей Викторович, – согласился Сазонов, но предостерег: – Только будь осторожен, особенно с нашими бизнесменами. По ним, по каждому второму тюрьма плачет.

– Я себе не враг, мне еще семь лет до дембеля. Все будет нормально, Николай Иванович! – заверил Скрипаль и покинул кабинет.

Заручившись поддержкой резидента, он через свои связи в Москве занялся поиском деловых партнеров для Гонсалеса. Среди бывших однополчан нашлось несколько, кто вел солидный бизнес. В конце декабря 1994 года Скрипаль организовал телефонный разговор Гонсалеса с одним из них, из дочерней компании «АЛК-М». Обе стороны высказали заинтересованность в сотрудничестве. Накануне новогодних праздников между ними начались переговоры, после Рождества возобновились и завершились заключением договора.

Гонсалес не знал, как благодарить Скрипаля, перед ним открывался гигантский российский рынок винной продукции. Успех они отметили застольем в ресторане при отеле «Милья Кастилья». Контракт с «АЛК-М» на поставки бочек и винной продукции из Испании в Россию сулил миллионные обороты. Луис находился на седьмом небе от счастья и пел «другу Сергею» восторженные дифирамбы. Скрипаль слушал и в душе радовался двойному успеху. Под кандидата в агенты ГРУ ему удалось подвести солидную деловую основу, а карман пиджака приятно оттягивал подарок Гонсалеса – коробочка из красного дерева, а в ней наручные швейцарские часы. Ресторан они покидали довольные собой, а еще больше результатом, каждому было, что доложить: Скрипаль – Сазонову, а Гонсалес – Идальго-Миллеру.

До начала марта 1995 года британская разведка через Гонсалеса продолжала подбрасывать Скрипалю дезинформацию по базе «Морон».

Он, в свою очередь, лоббировал его интересы в дочерней компании «АЛК-М». Весной, когда все финансовые и таможенные проблемы были устранены, состоялась первая сделка. Гонсалес продал в Россию винные бочки, получил шесть тысяч долларов и щедро поделился с «другом Сергеем», отдал больше половины. Она составила зарплату полковника за пол года. О деньгах и подарке – часах, Скрипаль, как положено, не доложил по команде резиденту Сазонову.

В тот день алчность убила в нем военного разведчика. Он принялся торопить Гонсалеса с новой сделкой. Но Идальго-Миллер не спешил и продолжал искусно разжигать денежные аппетиты Скрипаля. Новый бизнес-проект сулил уже не тысячи, а десятки тысяч долларов. Деловые партнеры Гонсалеса готовы были войти в него с серьезным капиталом. В последний момент сделка сорвалась.

Скрипаль было загрустил. Но Гонсалес не терял оптимизма и на каждой встрече предлагал все новые проекты. Проходили дни, недели, а они, так и оставались проектами. В самый последний момент сделка срывалась. Наступившая осень, казалось бы, поставила окончательный крест на их бизнес-мечтах. У Гонсалеса возникли серьезные проблемы, они отразились на Скрипале и его связях в компании «АЛК-М». Ее руководство было близко к тому, чтобы расторгнуть контракт. Выход из ситуации нашел Гонсалес и предложил подключить к бизнес-проекту одного из своих партнеров. Скрипаль колебался. Лишние свидетели занятия коммерцией ему были не нужны. В случае утечки информации к Сазонову он мог расстаться не только с должностью, а и вылететь со службы. Гонсалесу пришлось пустить в ход все свое красноречие, чтобы развеять опасения Скрипаля в надежности будущего партнера и убедить в перспективности делового сотрудничества.

Со слов Гонсалеса, Антонио Альварес де Идальго – испанец по происхождению, а по убеждениям чуть ли не коммунист, родился в Испании, в семье, не принявшей фашистский режим Франко и иммигрировавшей в Великобританию. Идальго приняли ее подданство, но не забыли свои исторические корни, после смерти Франко часть бизнеса перенесли в Испанию.

Визитной карточке самого Антонио можно было позавидовать. Выпускник престижного Кембриджского университета, участник торгов на Лондонской и Нью-Йорской товарно-сырьевых биржах, член наблюдательного совета ряда компаний и совета директоров концерна «Альбатрос», представлялся Скрипалю более чем серьезной фигурой. Он принял предложение Гонсалеса и согласился встретиться с Идальго.

Встреча состоялась в начале сентября 1995 года, в зале для VIP-персон в ресторане отеля «Милья Кастилья». Богатый стол и сам Идальго, внешностью и манерами напоминавший британского лорда, произвели впечатление на Скрипаля. На его фоне потерялся Гонсалес. Он напоминал мелкого лавочника, стал суетлив, угодлив и как-будто уменьшился в росте.

После нескольких минут общения с Идальго Скрипалю казалось что они уже давно знакомы. Тот обладал способностью легко находить контакт с собеседником и делать общение увлекательным и интересным. Этому способствовало не только блестящее знание русского языка; он не просто говорил, а и думал по-русски. Кроме того, Идальго хорошо владел экономической ситуацией в России и наряду с серьезными проблемами видел наличие уникальных возможностей для ведения бизнеса. По его мнению, они позволяли получать такие прибыли, которые были немыслимы ни в Испании, ни в Великобритании.

Их масштаб вызвал смятение в душе Скрипаля. Участие в проекте, которое предлагал Идальго, сулило не тысячи, а десятки тысяч долларов. Но он и концерн «Альбатрос» были далеки от интересов российской военной разведки, и потому Скрипаль испытывал большие сомнения в том, что Сазонов даст согласие на оперативную разработку очередного «делового партнера». Они отражалось на его лице, и не остались незамеченными Идальго. Он не стал углубляться в тему делового сотрудничества, взял паузу и предложил многозначительный тост.

– За взаимопонимание!

К нему присоединился Гонсалес и добавил:

– За взаимопонимание, которое движет дело!

– За взаимопонимание! – поддержал Скрипаль.

Они выпили, и инициативу в разговоре взял на себя Гонсалес. Он рассказал анекдот. Не столько его содержание, сколько забавный акцент в речи вызвал дружный смех. Обстановка за столом становилась все более непринужденной, Идальго снова вернулся к бизнес-плану концерна «Альбатрос» и предложил Скрипалю:

– Сергей, а давайте не будем замыкаться на формальностях.

– Каким образом? – уточнил Скрипаль.

– Ведь ничто не мешает, чтобы ваше сотрудничество с нашим концерном носило форму консультации, не так ли?

– Формально, таких препятствий нет, но у моего руководства на этот счет есть свой – негативный взгляд.

Идальго улыбнулся и заметил:

– Несмотря на этот, как вы говорите, негативный взгляд, некоторые ваши коллеги успешно сотрудничают и не только с нашим концерном.

– Сергей, фамилия Коноваленко вам что-нибудь говорит? – спросил Гонсалес.

– Говорит, а что? – насторожился Скрипаль.

– Так вот он…

– Луис, такие подробности ни к чему! – перебил его Идальго и снова обратился к Скрипалю. – Сергей, давайте посмотрим на возможное наше сотрудничество под другим углом?

– И каким же?

– Здравым. Вы и ваши коллеги участвуете в конференциях и деловых встречах, в том числе и в тех, что проводит «Альбатрос». Во время дискуссий даются оценки процессам, происходящим в различных сегментах российской экономики. А что мешает вам высказывать их, так сказать в приватном порядке?

– В общем-то, ничего. Но, видите ли, Антонио, здесь присутствует один этический момент, – мялся Скрипаль и не решался принять предложение.

– Какой?

– Здесь прозвучала фамилия Коваленко. Я его хорошо знаю, для меня это крайне неприятно.

Идальго бросил колючий взгляд на Гонсалеса; тот заерзал по стулу и поспешил заверить:

– Сергей, в «Альбатросе» умеют хранить тайны!

– Надеюсь. Поэтому я бы хотел, чтобы наши отношения не стали достоянием посторонних лиц, – подчеркнул Скрипаль.

– Конечно! Мы не меньше вас заинтересованы в сохранении их конфиденциальности.

– Хорошо! В какой сфере предполагаются консультации?

– В нескольких. Насколько нам известно, радиоэлектронная промышленность в России испытывает определенные трудности?

– Да, это так, особенно в области элементной базы.

– О! Мы уже говорим с вами на одном языке! Так вот, концерн «Альбатрос» готов подключиться к решению данной проблемы. Но для этого требуется понимание ситуации. И здесь мы рассчитываем на вашу помощь.

– Не знаю, не знаю, насколько я буду полезен. Это не совсем моя сфера деятельности.

– Сергей, не будем загадывать, давайте попробуем! Сколько вам потребуется времени на подготовку материала?

– Недели две-три.

– Я не тороплю, – не стал наседать Идальго и предложил: – Результаты вашего исследования желательно отразить в документальной форме, чтобы облегчить работу нашим специалистам, а также более полно оценить ваш вклад в, так сказать, денежном эквиваленте.

– Хорошо, – помявшись, согласился Скрипаль и предупредил: – Только не в письменном, а в электронном виде.

– О'кей, как посчитаете нужным, – не стал настаивать Идальго.

Для него уже не имело значения, в какой форме и в каком виде будущий агент передаст информацию. Он добился главного – Скрипаль своим согласием, как разведчик, сжег за собой все мосты. Чтобы не заострять на этом внимания опытный вербовщик Идальго перевел разговор на другую тему. С легкой иронией он рассказывал о своих летних приключениях на французской Ривьере. В ярких и сочных красках перед Скрипалем предстала совершенно иная жизнь. Она разительно отличалась о той, которой жил полковник ГРУ и той, что ждала его через семь лет после увольнения: нищенская пенсия и прозябание в двухкомнатной хрущевке. Идальго продолжал говорить. Скрипаль слушал этого баловня судьбы, и в его душе мутной волной поднимались зависть к нему и ненависть к начальникам и самой стране – СССР (а теперь России), службе которой было отдано без малого двадцать три года.

Встреча с Идальго и Гонсалесом измотала Скрипаля. Ссылаясь на усталость, он покинул ресторан и в смятенном состоянии возвратился домой. Профессиональный опыт подсказывал ему, сегодняшняя беседа выходила за рамки обсуждения очередного бизнес-проекта. Манера поведения Идальго и то, как он вел беседу, напоминали военному разведчику Скрипалю прием из собственного вербовочного арсенала. Не давало покоя и будущее «исследование» для концерна «Альбатрос», от него попахивало шпионским душком. Предполагал ли Скрипаль, что этот документ ляжет в досье будущего агента Немедленного и станет тем самым «камнем» на шее, что потянет его в омут предательства? Вероятно, да. Несмотря на это, у него еще оставался шанс выбраться из ловушки, подготовленной британской разведкой. Скрипалю требовалось сделать только одно – доложить резиденту Сазонову о содержании разговора с Идальго.

Корысть и представления о будущей богатой и сытой жизни, которую описал испанский британец, заставили полковника Скрипаля забыть о присяге и пересилили страх. Тайком от коллег, используя материалы из служебных документов, он подготовил первое шпионское донесение. Спустя три недели, они: Скрипаль, Гонсалес и Идальго, встретились в ресторане отеля «Милья Кастилья».

После обмена дежурными любезностями, Скрипаль, спеша избавиться от опасного груза – «письменных предложений для концерна «Альбатрос», передал их Идальго. Тот отметил оперативность в работе, но не стал вникать в детали «предложений», для него важнее было не экономическое изыскание будущего агента, а сам факт наличия документа. Теперь, когда на руках имелся серьезный компромат, казалось бы ничто не препятствовало вербовке Скрипаля. Но опытный вербовщик Идальго не стал форсировать события и решил до конца разрушить прошлые коммунистические убеждения и моральные устои российского офицера. После завершения застолья он и Луис затащили Скрипаля в стриптиз-клуб.

Полумрак, царивший в зале, сизые клубы табачного дыма не стали помехой для скрытых видеокамер, запечатлевших осоловелую физиономию Скрипаля на фоне пышных форм стриптизерш. В то время как он замаслившимися глазками пожирал их, Идальго и Гонсалес напевали в оба уха о его исключительности и тех неограниченных возможностях, что вскоре откроются перед ним в Испании или Британии. Скрипаль поплыл, но в последний момент взбрыкнул, вызвал такси и отправился под надежный бок жены.

Побег Немедленного из «медовой ловушки» потрепал нервы Идальго. Он с тревогой ждал очередной встречи со Скрипалем. Она была назначена все в том же ресторане отеля «Милья Кастилья». На нее Идальго отправился один. «Мавр» – Луис Гонсалес, свое дело сделал и мог удалиться. Истекло время, а Скрипаль так и не появился. Стрелки перевалили далеко за 19:00, когда он возник на входе в зал. Идальго с облегчением вздохнул. Причина задержки оказалось прозаической, в российском посольстве проходил прием. Прежде чем сесть за стол он, ссылаясь на необходимость срочных консультаций, вручил Скрипалю подарок, по тем временам дорогую новинку – сотовый телефон стоимостью в несколько тысяч долларов. С той минуты все переговоры будущего агента не составляли секрета для мадридской резидентуры британской разведки. В дальнейшем, за ужином Идальго не уставал нахваливать: «очень содержательный анализ Сергея, который дал богатую пищу для размышлений». Завершилась беседа очередной просьбой «друга Антонио» «помочь разобраться с вопросом, кто и чем занимается в российском посольстве в Мадриде и может способствовать продвижению бизнеса концерна «Альбатрос» в Россию».

До конца 1995 года они провели еще две встречи. Перед Рождеством Идальго выступил в роли Санта Клауса, по поручению совета директоров концерна «Альбатрос» «наградил» Скрипаля «премией» и передал 10 000 долларов наличными за «удачную реализацию одного из предложений Сергея». Приняв очередной шпионский аванс, теперь уже бывший сотрудник ГРУ, когда-то рвавшийся в разведку, чтобы защищать интересы Отечества на тайном фронте, в тот день в Скрипале окончательно умер. Нет никаких сомнений в том, что он хорошо знал, чем должна закончиться следующая встреча – вербовкой. Перед тем, как сделать последний шаг к предательству, он, видимо, искал оправдание. И, вероятно, находил в том, что такой страны как СССР, на верность которой курсант Скрипаль давал присягу, уже нет. Август девяносто первого, в его представлении, похоронил ее навсегда и сделал свободным от прошлых обязательств.

Покидал ресторан Скрипаль с новым «поручением» и 10 000 долларов в кармане. Но вряд ли они грели его мелкую душонку. В тот предновогодний день она была продана дьяволу. Сам искуситель в лице Идальго в Мадриде не задержался и на вторые сутки вылетел в Лондон для доклада. Ему было что доложить Мистеру Си – Дэвиду Спеддингу. Несмотря на рождественские каникулы, тот находился на рабочем месте и после рассмотрения материалов досье на Скрипаля принял одного из лучших своих учеников.

Согрев Идальго-Миллера теплой улыбкой, Спеддинг пригласил занять место у камина. Антонио склонил голову в поклоне и присел в кресло. Рядом расположился Спеддинг. Пламя весело потрескивало поленьями и теплыми бликами играло на лицах разведчиков. В воздухе ощущался еле уловимый запах горящей древесины – бука. Идальго-Миллер глубоко вдохнул, и на его лице появилась блаженная улыбка. Она не осталось без внимания Спеддинга.

– Нам дым отечества так сладок и приятен, не так ли, Пабло? – с улыбкой спросил он.

– Да, сэр. Для меня и моей семьи Британия давно стала родиной.

– Если бы у нее было больше таких сыновей как ты, Пабло, то ее величие оставалось бы непоколебимо.

– Спасибо, сэр. Я делаю все, что в моих силах.

– Предстоит сделать еще больше. Мы возродим былое величие Британии на обломках нашего извечного врага – России и за ее счет! Сегодня нам выпал исторический шанс и надо его использовать! Само название – Россия, должно навсегда исчезнуть из истории и с географических карт!

– Сэр, если мне не изменяет память, такой шанс был сто лет назад. Но все закончилось появлением чудовищного монстра – советской России.

– Шанс покончить с коммунистической заразой и Россией был еще раз – весной 1945 года!

– Как?!.. Это когда советские орды стояли у стен Берлина? – опешил Идальго-Миллер.

– Да! Да! Сэр Уинстон Черчилль со всей своей решимостью намеревался использовать этот исторический шанс!

– Какой?!

– В начале апреля 1945 года в его резиденции состоялось строго конфиденциальное совещание с участием членов Объединенного штаба планирования военного кабинета. Он поручил разработать план операции по нанесению внезапного удара по СССР. Операция получила кодовое название «Unthinkable» – «Немыслимое».

– Неужели такое было возможно?! – поразился Идальго-Миллер.

– Да. Свыше 200 наших, американских и французских, а также 15 отборных немецких дивизий, интернированных в Шлезвиг-Гольштейне и Южной Дании, только и ждали приказа, чтобы загнать русского медведя в берлогу.

– А что помешало, сэр?!

– Позиция Рузвельта. Он не поддержал сэра Черчилля, – с горечью произнес Спеддинг и заявил: – Теперь этот шанс появился у нас! Мы должны использовать историческую возможность и стереть Россию с лица земли! Но на пути к этой цели осталось последнее препятствие – ее ядерный арсенал.

– Да, сэр, это проблема, – согласился Идальго-Миллер.

– Россия напоминает обезьяну с гранатой. Но дело в том, что эта граната ядерная. Поэтому ее ядерные арсеналы надо поставить под международный контроль и затем уже делить территорию и ресурсы.

– Каким образом?

– Необходима информация, что у русских нет ни сил, ни средств обеспечить надежную защиту ядерных арсеналов и ракетных пусковых установок от террористов и сепаратистов, действующих на Северном Кавказе.

– А ее могут предоставить Оракул, Немедленный и другие агенты! – предположил Идальго-Миллер.

– Да, Пабло!

– Сэр, я готов хоть сегодня вылететь в Мадрид и провести вербовку Немедленного!

– Не спеши! Выдержим паузу. Нельзя исключать того, что твои контакты с Немедленным не остались без внимания русской контрразведки.

– Но КГБ уже нет, а нынешняя ФСК лишь бледная его тень.

– Ошибаешься, Пабло. КГБ вечно, пока существует Россия. Смертны лишь его названия, – остудил пыл Спеддинг и предложил: – Отдохни, ты по праву это заслужил! Работу по Немедленному продолжит Стронг и Пристли!

Идальго-Миллер не преминул воспользоваться этим предложением. Рождественские праздники провел в Лондоне, а затем отправился на юг, к морю. В то время как он отдыхал, мадридская резидентура МИ-6 наблюдала за Немедленным – Скрипалем. Их результаты ложились на стол Стронгу и не давали оснований для беспокойства.

Мистер Си – Дэвид Спеддинг, руководитель СИС с 1994 по 1999 год. Креатура консерваторов: премьер-министра Джона Мейджора и министра иностранных дел Дугласа Хэрда, он стал последним в длинном списке руководителей британской спецслужбы, имена которых хранились в глубокой тайне. После принятия «Закона о разведслужбах» («Intelligence Services Act») в 1994 году, руководитель СИС был выведен из тени и стал публичной фигурой.

Спеддинг не слишком жаловал прессу и журналистов, но то, что им удалось раскопать, не оставляло сомнений, в его лице к руководству британской спецслужбой пришел опытный профессионал.

Окончив в 1967 году Оксфордский университет, он, прежде чем приступить к оперативной работе, прошел специальную подготовку, но не в тиши и прохладе кабинетов на Воксхолл-кросс, 85 (Vauxhall Cross, 85), а в одной из самых горячих точек того времени – Ливане. В Центре по изучению арабского языка, располагавшегося в пригороде Бейрута – Шемлане. В нем Спеддинг осваивал азы разведки в условиях близких к боевым.

После завершения подготовки он под прикрытием второго секретаря посольства Британии в Бейруте приступил к работе в качестве оперативника-агентуриста в составе станции (резидентуры) МИ-6. Ее интересы распространялись не только на Ливан, а на весь Ближний Восток. В этом «кипящем котле» Спеддинг не только выжил, но и сумел создать широкую агентурную сеть среди арабских террористических организаций и добыть ценную информацию.

В конце 60-х, начале 70-х годов между террористами и британской резидентурой развернулась война не на жизнь, а на смерть. Спеддинг принимал в ней непосредственное участие и ходил по лезвию бритвы. В руководстве СИС решили не рисковать его жизнью. Он был отозван в Лондон и после короткой передышки направлен на другой опасный участок работы – в Чили.

Там, при поддержке СССР, президент Сальвадор Альенде устанавливал социалистический режим. Возникла угроза, вслед за Чили Латинская Америка перекрасится в красные цвета. В Вашингтоне и Лондоне не могли допустить этого, и тогда ЦРУ вместе с СИС приступили к осуществлению плана государственного переворота. 11 сентября 1974 года при штурме мятежниками президентского дворца Альенде погиб. К власти на штыках пришел генерал Пиночет. Не последнюю роль в этой операции сыграл Спеддинг, и очередное повышение по службе не заставило себя долго ждать.

Он снова возвратился на Ближний Восток в состав резидентуры со штаб-квартирой в Абу-Даби (Объединенные Арабские Эмираты), а затем в Аммане (Иордания). Большой опыт специальных операций, блестящее знание арабского языка и особенностей менталитета народов этого региона, быстро выдвинули Спеддинга в центр самых острых событий. Он принимал активное участие в операции по снабжению оружием правительственных войск Ирака, ведущих войну против ненавистного США и Британии режима аятоллы Хомейни в Иране.

В 1992 году Спеддинг возглавил Оперативное управление СИС. Оно, занималось глобальной разведывательной деятельностью. С этой задачей он также успешно справился и достиг того, о чем мечтает каждый британский разведчик. В 1994 году Спеддинг удостоился чести называться Мистером Си. Ему же выпала участь выйти из тени, предстать перед широкой публикой и оказаться под прицелом вездесущих журналистов.

Спеддинг одним из первых из числа руководителей спецслужб НАТО понял, на руинах СССР и КГБ рождается новый монстр в лице спецслужб ГРУ, СВР и ФСК. Интересы его и СИС все больше смещались от Ближнего Востока к России.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7