Николай Еремеев.

Путешествие с изумрудом



скачать книгу бесплатно

Чуть правее гостиная плавно переходила в столовую и кухню, отделённую от основного помещения тремя ступеньками. Своей чистотой, почти стерильностью, матовыми дверцами духовых шкафов и блеском другой кухонной утвари, эта часть дома больше напоминала современную операционную, нежели помещение для приготовления пищи телесной.

По всему было видно, что деньги сюда были вложены немалые, и хозяин с полным основанием гордился плодами своего труда. Между делом, заглянул Иннокентий Владиславович и в холодильник, проверяя, не забыл ли чего Константин. Однако, все его опасения были напрасны: Баринов всегда буквально выполнял распоряжения шефа.

– Теперь прошу сюда, – Порохов повёл рукой, как бы увлекая гостя дальше, к правому крылу здания.

Подойдя к двери, ведущей в бассейн, он резко отворил её и вошёл первым. Две нимфы, лет восемнадцати – двадцати плескались в прозрачной воде совершенно раздетые. Завидев вошедших мужчин, обе, как и были проинструктированы Костей, коротко взвизгнули и попытались прикрыть руками причинные места.

Хозяин хмыкнул, словно не ожидал увидеть их обнажёнными, и повернулся к Иван Петровичу.

– Кажется, не совсем ко времени зашли. Давай-ка, Иван Петрович, не будем девушек смущать, идём-ка лучше пропустим по маленькой, пока они себя в порядок приведут, – проговорил он, с удовлетворением отмечая, как огонёк интереса уже зажёгся в глазах гостя.

– Вы уж извините за неожиданное вторжение, – обратился он уже к девушкам. – Мы удаляемся, а вы, как освободитесь, составьте компанию старикам.

Всё пока шло как по маслу. Девушек Костя и впрямь привёз самых лучших. Обе фигуристые, с развитыми бёдрами и грудью. И смущение те сыграли совсем естественно. Определённо: Костя заслуживал особой благодарности за свой труд.

Да и Петровичу они, кажется, глянулись, легче будет потом разговор с ним вести. Увлекая за собой Соковнина, Иннокентий Владиславович просто физически ощутил явное нежелание того покидать бассейн.

– Как твои вкусы, Иван Петрович, не изменились в смысле выпивки? Чем бы тебя угостить? – обернулся он к гостю.

– Что тебе ответить? Конечно, для куражу, давай, по старой привычке, хлопнем водочки, пока девушки себя в порядок приводят. Но, я так полагаю, ты меня сюда не для выпивки совместной позвал. В наше время людей моего ранга (Соковнин специально выделил последнее слово), к великому сожалению, только для развлечений не приглашают. Поэтому для затравки – водочки, в сауне – пиво, а уж для разговора, как говорится – на десерт, скотч со льдом. Надеюсь, найдётся?

– А как же не найтись, всё найдётся в этом доме для дорогого гостя, – ответил Иннокентий Владиславович втайне довольный тем, что гость всё понимал правильно и сразу расставил все акценты.

До прихода девушек из бассейна устроились у камина в гостиной и успели выпить по паре рюмок, заедая водку зеленью и соленьями, завезёнными хозяйственным Костей.

Когда же гостьи явились пред светлы очи хозяина, и Иннокентий Владиславович и Иван Петрович были уже вполне веселы и раскованы.

– Иван Петрович, дорогой, – начал Порохов, – позволь представить тебе наших очаровательных фей. Вот это…

– Тамара, – одна из них, говоря это, коснулась рукой коротко остриженной чёлки.

– А я Марина. – добавила вторая, и, подойдя к столику, всплеснула руками: – Смотри подружка, вот так хозяева! Сами уже закусывают, а чтобы нас позвать, так нет.

– Уже зовём, – засуетился Иван Петрович, подвигаясь в широком кресле, как бы освобождая место и, не сводя глаз с Марины.

Девушка приняла его игру и присела на самый краешек. Она была необычайно хороша собой. Породистое лицо, гордая осанка, густая копна ярко рыжих волос. Махровый халатик, прихваченный девушкой в бассейне, еле прикрывал её крепкие, стройные ноги.

– А чем угощать собираетесь? Фи, неужели кроме водки ничего нет?

– Не обижайте старика, девочки, – успокоил Порохов, вставая, – всё есть в этом доме. Вот что, Тамара, – он поднялся с кресла: – ты не поможешь мне накрыть на стол? – и, не дожидаясь ответа, направился к кухне.

Иннокентий Владиславович уже понял, что Костя привёз самых настоящих профессионалок. Уж где он их берёт, одному Богу известно. Одно то, как девушки легко сумели перейти порог первичной неловкости, которая почти всегда возникает в момент знакомства, показывало, что и со всем остальным проблем у мужчин не возникнет.

– Нет, определённо, нужно Баринову премию выписать, – подумалось Порохову.

Кроме всех внешних достоинств, Тамара обладала ещё и несомненными способностями отличной хозяйки. В мгновение ока она вытащила из холодильника припасы, окинула их оценивающим взглядом и, видно решив что-то, приступила:

Острым ножиком нарезала дольками и сбрасывала в салатник сочащиеся соком мясистые азербайджанские помидоры, затем сноровисто нашинковала в ту же миску пупырчатых подмосковных огурчиков, по пучку грузинской кинзы и рыхани, головку красного, ялтинского лука. Немного подумав, накрошила мелко-мелко пару зубчиков чеснока, посыпала густо крупно намолотым чёрным перцем и солью.

Придирчиво окинув своё произведение взглядом опытной хозяйки, потянулась к бутылке с маслом. Приоткрыла пробку, понюхала: – Кубанское, жареное? – и увидев утвердительный кивок хозяина, сдобрила получившийся салат.

– Прошу отведать: салат “Дружба Народов”.

Иннокентий Владиславович с восхищением следил за ловкими действиями своей помощницы и даже на время забыл, что сам взялся нарезать копчёный сулугуни и бастурму.

Наломав крупными кусками свежайший грузинский лаваш, Тамара уже относила закуски к столику у камина.

Порохов, тем временем, открыл бутылку белого «Мерло»: именно это вино выбрала Тамара для себя и Марины. Затем, прихватив в свободную руку ещё и вазу с фруктами, подошёл к гостям.

Марина сидела рядом с Иваном Петровичем и, казалось, была полностью поглощена беседой. Однако, завидев приближающегося Порохова, встала и помогла расчистить место для вина и фруктов.

– За приятное знакомство. За то, чтобы оно было приятным для всех присутствующих, – произнёс Председатель, опрокидывая в себя очередную рюмку водки.

Девушки с одобрением посмотрели на мужчин и тоже выпили. Ледяная водочка маслянисто булькала, выливаясь, как кисель, из горлышка в рюмки. Пряный запах зелени, вид ледяной влаги, постепенно заполняющей рюмки до краёв, вызвал у сидевших за столом совершенно определённую потребность выпить ещё раз и немедленно. И именно водочки. Даже девушки, до этого воротившие нос от пролетарского, по их мнению напитка, тоже изъявили желание выпить по одной.

Постепенно, мужчины, не без помощи девиц, прикончили бутылку водки. Но алкоголь пока не действовал на пирующих. Сказывалось возбуждение от предвкушения удовольствия у Ивана Петровича и важности предстоящей беседы у Порохова. Кроме того, ну, что могло случиться с ними от бутылки водки, под свежую зелень, копчёный сулугуни и бастурму? Такое количество выпитого только распалило мужчин и добавило куражу.

– А что, девочки, может быть в сауну перейдём? – предложил изрядно повеселевший хозяин. А то мы после службы с коллегой попариться собрались, а тут такой сюрприз: вы прикатили. – Порохов как бы давал понять Петровичу, что с девушками знаком давно. Заодно, упомянув про коллегу, он продолжал готовить гостя к предстоящему разговору.

Девушки моментально «въехали в тему» и сразу потащили мужчин:

– Иннокентий Владиславович, душка, как хорошо, что про сауну вспомнил. Конечно, пойдём, там даже лучше.

Довольный таким поворотом дела Иван Петрович решительно поднялся и обращаясь к хозяину спросил:

– Ты пиво где держишь, – всем своим видом показывая, что готов в парную хоть сейчас.

– Пиво девочки из холодильника с собой захватят, а мы, давай-ка, вперёд пройдём, они всё равно париться не больно любят. Так посидят минутки три и не больше. Закалка у них не та, что у нас с тобой.

Эти слова он говорил больше для девушек, давая понять, как тем следует себя вести в парной. Путь в сауну проходил мимо бассейна, вода в котором уже успокоилась после купания нимф, и только слабый парок курился над поверхностью.

– Заодно и поплаваем, а, Иннокентий? – задорно спросил Соковнин. – Плавки для меня найдёшь?

– Зачем тебе плавки, Петрович? – удивился Иннокентий Владиславович. – Тебе и без них удобно будет.

– Точно удобно?

– Удобней некуда: это же сауна, – вслух сказал Порохов, а про себя подумал: – Я бы с такой жопой, как у тебя, вообще постеснялся при людях показываться. Даже в плавках.

Действительно, Ивана Петровича трудно было назвать стройным. Даже просто упитанным назвать его язык никак не поворачивался. Заплывшая многолетними наслоениями жира фигура выдавала в нём большого любителя застолий. Малоподвижный, кабинетный образ жизни также не способствовал поддержанию формы.

В предбаннике разделись. Порохов мельком посмотрел на себя в зеркало, с удовлетворением отметив, что, в отличие от Соковнина, он в свои пятьдесят с хвостиком был ещё ого-го, какой боец. Пожалуй, было бы времени побольше, мог бы и сам закадрить не самую последнюю девчонку. Но дела банка требовали отдаваться им полностью и без остатка. Вот и оставались на его долю лишь редкие подобные праздники жизни.

Парилка была просто раскалена. Только специальные полки из чудесного африканского дерева «абаши» спасали филейные части от неминуемого ожога. Натянув на головы фетровые шапочки, мужчины сидели на средних полках, и тяжело дышали, глядя в пол.

Минуты через две пришло облегчение. Лёгкие приноровились к высокой температуре и теперь каждый вдох не вызывал приступа кашля.

– Дом у тебя – мировой, загляденье, а парилка просто уникальная. Жаль, раньше меня не приглашал. – По всему чувствовалось, Иван Петровичу затея с баней понравилась.

– Иван Петрович, дорогой, я и сам-то сюда не очень частый ходок: всё дела, дела.

– Мужчины, можно к вам погреться, – игриво спросила Марина, приоткрывая дверь парилки.

– Заходите, только быстрее, чтоб жар не вышел, – мгновенно сориентировался Порохов.

Девушки, завёрнутые в простыни, словно в тоги, юркнули внутрь и присели на нижние полки.

Иван Петрович сидел, тяжело посапывая и медленно вдыхая раскалённый воздух. На носу его уже висела, но никак не могла оторваться и упасть, прозрачная капля. Вид повисшей капли был почему-то неприятен Порохову, но он решил не обращать на это внимания.

Не первый раз Иннокентий Владиславович сиживал в сауне с малознакомыми девушками, поэтому к наготе собственного тела относился спокойно. Не стеснялся. Иван Петровичу и стесняться было незачем: огромный жирный набрюшник опускался вниз, прикрывая всё его драгоценное хозяйство.

– Вы бы сняли простыни, девчонки, так парок лучше продерёт, – посоветовал Порохов, пересаживаясь на верхнюю полку.

– А и правда, Марина, пусть хоть что-нибудь продерёт, – быстро отреагировала Тамара, озорно поглядывая на Порохова и сдёргивая с себя простыню.

Марина тотчас последовала её примеру, а Иван Петрович задышал с удвоенной энергией. Да и было отчего: гладкая кожа, впалые животы, длинные ноги. Не то, что у такой знакомой со всех сторон и порядком поднадоевшей уже жены. Было отчего забиться сердцу! А уж груди!

У Тамары они были, словно у козы, с чуть длинноватыми, вздёрнутыми кверху сосочками, а у Марины более полные, с широкими розоватыми кругами вокруг плоских сосков.

Прекрасные тела девушек почти моментально покрылись бисеринками пота.

– Ой, как вы, мужчины, такой жар выдерживаете, не понимаю, – тяжело дыша, заметила Тамара.

– Какой уж там, внизу жар? Ты сюда поднимайся, вот тут самое оно! – пригласил её наверх Иннокентий Владиславович.

Девушки быстро сориентировались и пересели: Марина к Иван Петровичу, а Тамара – к хозяину, повыше. Но не прошло и минуты, как они запросили пощады: жар в парилке действительно был жестоким. Сказав, что ждут мужчин в бассейне, девушки пробкой выскочили наружу.

– Давай и мы пойдём, остынем? – степенно, поднявшись с полки, спросил у него Иван Петрович.

– На первый пот достаточно, – кивнув, согласился Порохов и тоже вышел в предбанник.

В небольшом холодильнике кроме пива обнаружили запотевшую бутылку водки: видно, стояла ещё с прошлых посиделок. Для поднятия боевого духа приняли по соточке, запили пивком и, совсем по-молодецки, голые, с криками: «банзай» выскочили в бассейн.

В воде Иван Петрович почувствовал себя гораздо уверенней. Здесь уже не было видно диких размеров его живота, покатых плеч и толстой задницы. Как огромный морж, он фыркал, выпуская изо рта фонтанчики воды, подныривал под Марину, и что-то с нею делал, отчего девушка взвизгивала и громко смеялась, хлопая ладошками по воде.

Порохов тоже не терял времени зря: уже достаточно возбудившись и приобняв Тамару, он вовсю ласкал её тело, не оставляя вниманием ни единого сантиметра его поверхности. Она уже начинала постанывать от вожделения. Занятые собой, они даже не заметили, как Марина, и Иван Петрович, покинули бассейн и вновь скрылись в предбаннике.

Возбуждение Иннокентия Владиславовича передалось и Тамаре. Она уже не просто стонала под ласками его рук. Сладострастная дрожь то и дело волнами пробегала по её телу. Не в силах более сдерживаться, она повернулась к Порохову, прошептала только: – Давай, миленький, ну, что же ты медлишь? Побалуй мою маленькую киску! – и впилась губами в губы Иннокентия Владиславовича.

Обхватив её упругий, но достаточно широкий задок, Порохов приподнял девушку повыше и, разведя её ноги, аккуратно и медленно стал насаживать на давно уже готовый к бою фаллос. Киска, как назвала её Тамара, действительно оказалась маленькой. Но очень эластичной и прекрасно смазанной.

В нетерпении Тамара попробовала быстрее податься вперёд, но Порохов ей этого не позволил. Всё так же медленно он продвигал своё копьё всё дальше и дальше, пока не достиг дна. Девушка, приняв его так глубоко, только коротко вскрикнула, но тотчас попробовала прижаться к нему ещё сильнее.

Однако, задумывал Иннокентий Владиславович по-другому. Так же медленно, как вводил, он начал и обратное движение. Тамара ещё раз вскрикнула, но, видимо, уже из боязни потерять столь драгоценный для неё инструмент.

Почти вытащив член наружу, Порохов вновь перешёл к поступательному движению вперёд. Так, медленно, но, всё убыстряя и убыстряя темп, начал он вести свою партнёршу к Олимпу экстаза. Сначала девушка только коротко вскрикивала в крайних точках его движений. Но по мере нарастания темпа её вскрики слились в один протяжный – даже не крик, нет, а в какой-то утробный вой.

Да, она действительно была хороша во всём! И снаружи она была хороша, как богиня, но и внутри он не находил в ней никакого изъяна. Это был как раз его размер. Настолько гармонично слились они в едином желании, что Порохов и помыслить не мог теперь кончить в одиночку. Хотя такое у него тоже нередко случалось, когда дело имел с проститутками.

Уже не в силах совладать с собой, Иннокентий Владиславовч довёл темп движений до максимального. Тамара уже просто выла в голос. Каким-то внутренним чутьём Иннокентий Владиславович понял, что вот, сейчас у неё начнётся оргазм. И, уже не сдерживая себя ни в чём, он сам задёргался в экстазе, почувствовав извержение семени.

Просто звериный рык, отражённый от поверхности воды и оттого ещё более сильный, разнёсся по бассейну. Схватки оргазма, одна за другой, не переставая, сотрясали тело Тамары, кажется, целую вечность. Наконец, они стали реже и тише. Постепенно девушка приходила в себя.

Бессильно обмякнув в руках Порохова, она даже не имела сил, чтобы просто держаться на воде. Да и у самого Иннокентия Владиславовича предательски дрожали коленки. Вот это была битва! Давненько он так не выступал. Пожалуй, лет пять, как. А с женой, так и вовсе больше десятка.

Подняв на Порохова счастливые глаза, она тихо прошептала:

– Спасибо тебе, – и, уже отплыв от него, смеющимся голосом сказала: – Баринов, когда нас сюда вёз, сказал, что двух старичков развлечь нужно. Я, конечно, не скажу про обоих, но что один из них точно большой половой разбойник, так это наверняка.

– Так ты говоришь, он меня старичком назвал? – Порохов, было, нахмурился.

– Да! И ещё червяком! Земляным червяком! – голосом пантеры Багиры из мультика про Маугли промолвила Тамара и засмеялась.

Поняв, что это была просто шутка (а, может и не шутка вовсе, может, Тамара быстро нашлась что ответить) Порохов засмеялся:

– Всё, понижаю его в звании сразу на две должности.

– Ой-ёй-ёй, какие мы сердитые и грозные, – плеснула она в него водой. Видно было, что девушка уже передохнула от полученного удовольствия и теперь пытается снова завести его.

Но Порохов не принял её игру. Что ни говори – девушка вполне приятная во всех отношениях, однако, собрались они здесь вовсе не за тем. Поэтому, хлопнув ладонью по воде, как бы заканчивая спор, предложил:

– Давай, пожалуй, выходить, а то там, в предбаннике, нас заждались поди.

Однако, когда дверь в предбанник была открыта, глазам Порохова и Тамары предстала чудная картина: Иван Петрович, широко открыв рот, закатив глаза и откинувшись на спинку кресла, полулежал совершенно счастливый, вытянув вперёд и немного раздвинув в стороны свои полные ноги.

Между ними, стоя на коленках, вовсю работала Марина. Правда, фронт работ был заслонен её густыми, огненно-рыжими волосами. Ритмично двигая головой вверх и вниз, она своей шевелюрой щекотала у Ивана Петровича в паху, доставляя тому, по всей видимости, неописуемое наслаждение.

На Иннокентия Владиславовича при виде этой картины накатило вдруг какое-то юношеское озорство. Легонько шлёпнув Тамару по мокрой попке, он привлёк её за талию к себе и тихонько, почти шёпотом, продекламировал ей на ухо слышанные им когда-то и запомнившиеся строки:

Я сосала давеча

У Ивана Саввича.

Он на вид холёненький,

А на вкус солёненький.

Тамара, которая в силу своего молодого возраста никогда раньше не слышала этого стихотворения, тихо прыснула в кулачок, и, не спуская глаз с работающей, как насос подруги, потянулась к уху Иннокентия Владиславовича:

– Так ведь он, вроде, Петрович, а не Саввич?

– Да какая разница, – еле слышно прошептал Порохов, крайне довольный увиденным. – Главное – сосала!

Дело, очевидно, шло к развязке. Вот уже руки Иван Петровича сползли с подлокотников кресла и опустились на голову Марины. Он уже не подчинялся её ритму, но задавал свой, совершенно невообразимый. Внезапно, весь вытянувшись, он как-то странно захрюкал (ну, точно – боровчонок, – подумал Порохов), руки его вдавили голову Марины к себе в пах, а ноги задёргались по полу.

Так продолжалось не более пяти секунд. Затем руки его упали, весь он обмяк и отпустил девушку от себя. Марина встала, обернувшись, увидела вошедших, но нисколько не смутилась. Наоборот, как бы с завистью посмотрела на подругу: уж той-то достался наездник покруче. Ещё бы: кричала Тамара, наверное, на весь коттеджный посёлок.

Увиденное неожиданно распалило вошедших. Порохов словно почувствовал себя лет на …дцать моложе, когда он мог вот так, запросто, с утра и до утра заниматься любовью. Тамара, словно некие флюиды от Порохова передались и ей, уже потянула Иннокентия Владиславовича назад, в бассейн.

Однако, тут случилось непредвиденное. Лежавший около минуты в отключке Иван Петрович вдруг приоткрыл один глаз, обвёл им помещение и, заметив стоящих голыми Порохова и Тамару, совершенно будничным тоном произнёс:

– Вы тоже, вроде, успели? Вот и ладненько. Теперь, девоньки, вы уж извините, но нам с Иннокентием Владиславовичем побеседовать необходимо.

– Блин, вот она: номенклатура, – подумал про себя уже достаточно заведённый увиденным Порохов, однако вслух сказал нечто обратное: – конечно, девочки, вы пока поплавайте, а мы пойдём, в гостиной посидим, побеседуем. Идите, плавайте.


В роскошном, белом махровом халате, надетом прямо на голое тело ещё в предбаннике, Иван Петрович, устроившись в широком и мягком кресле у камина, начал разводить огонь. Тем временем Иннокентий Владиславович выбрал на сервировочном столике пару широких стаканов с тяжёлым дном. Сыпанув в каждый до половины льда из хрустального, отделанного поверху серебром ведёрка, налил грамм по сто «Чивас Ригал» двенадцатилетней выдержки и присоединился к гостю.

Задумчиво глядя на огонь, со стаканом в руке, Иван Петрович ждал, что же скажет хозяин. Но и тот не спешил с разговором. Наконец, не выдержав, первым прервал затянувшуюся паузу гость:

– Славные девушки, жаль только, больше не доведётся вот так покувыркаться.

– Иван Петрович, дорогой, для тебя – хоть каждую неделю такие посиделки могу устраивать.

– Нет, Иннокентий Владиславович, как я понял, дело ты ко мне имеешь конфиденциальное и, как бы это сказать, приватное, что ли. Иначе, решали бы мы с тобой твою проблему у меня в кабинете. Разве не так?

– Так, Иван Петрович, так.

– А значит, если я возьмусь помочь тебе с твоей (тут он сделал ударение) проблемой, нам уж вряд ли придётся так вот ещё покуражиться. Ты же знаешь этих наших борзописцев: чуть, что пронюхают – со свету сжить постараются.

– Это точно, – вздохнув, согласился с гостем Иннокентий Владиславович. – Никакой управы на них нет. Раньше любому главному редактору только цыкнешь, репортёришка всё и забудет. А сейчас – хоть цыкай, хоть денег давай, всё одно: в дерьме извалять постараются.

– Ну, вот! Ты всё понимаешь. Если не возьмусь я твою проблему разрешить (он снова выделил слово «твою»), так вряд ли ты меня снова к себе на междусобойчик подобный пригласишь, или не так?



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7