Ника Соболева.

Сердце Арронтара. Две судьбы



скачать книгу бесплатно

Нарро… «Вера»… Интересно, почему родители назвали его именно так?

– А вы?

– Что – я?

– Вы… верите? В меня?

Глубокие тёмные глаза императора смеялись, когда он ответил, легко касаясь ладонью моих волос:

– Я бы не сидел здесь с тобой, если бы не верил. Но дело не во мне, и не в Эдди, и не в Грэе, и даже не в Нарро. Ты должна сама научиться жить, не оглядываясь на прошлое.

Я опустила голову.

– Арронтар остался позади. Отпусти его. И иди вперёд.

Позади…

– Но почему тогда так больно?

– Возможно, больно будет всегда. А может, всё пройдёт. Посмотрим, – император чуть сжал мою ладонь.

А я закрыла глаза, вспоминая… И обещая самой себе, что это в последний раз.

Смех брата, улыбку сестры, холодные глаза отца, гордую осанку мамы, пустую хижину, полную гнилых листьев, презрительные смешки за спиной, аппетитный хруст снега, шепот ветра в кронах деревьев, запах дождя и мокрой земли…

И дартхари.

Удивительно, но когда я сидела на крыше дворца, и император сжимал мою руку, я вдруг почувствовала, что родилась новая Рональда. Именно в тот миг.

Почему?

Возможно, именно тогда я по-настоящему смогла перевернуть эту страницу. Не простить, нет. И не забыть. Просто перевернуть и посмотреть вперёд.

– Спасибо.

– Тебе не за что меня благодарить.

Я улыбнулась.

– А за веру?

– За веру не благодарят. Так же, как и за любовь.

Если бы словами можно было убить, я бы умерла в тот же миг.

Я всегда считала, что не заслуживаю любви, и всех тех, кто относился ко мне хорошо, готова была бесконечно благодарить, а теперь оказывается, что за это не благодарят?..

А Эдигор улыбался, глядя на моё удивлённое лицо…

– Пойдём вниз? Тебя Эдди наверняка уже заждался. Да и поесть нормально тоже не мешает. Я голоден, а голодный император – это очень страшно.

Я кивнула и поднялась на ноги, неожиданно поняв, что проголодалась. Ведь время уже наверняка почти обеденное, а я до сих пор не съела ничего, кроме одного ямола. Да и его величеству пора возвращаться к делам, наверняка ему есть чем заняться, а он тут вместо этого со мной на крыше сидит.

А ещё я вдруг подумала, что теперь вовсе не против познакомиться с остальными членами венценосной семьи, ведь сам император оказался совсем не таким, как я представляла.

Вот только говорить это Эдигору я пока не решилась.


***


По дороге я расспрашивала императора об эльфах, которые накануне напали на нас с Карвимом. Я в полной мере осознала, почему Эллейн утром была не в духе – Эдигора тоже совсем не радовал тот факт, что узнать ничего толком не удалось, кроме одного – эльфы были уверены, что наниматель также является представителем их народа. Но когда я сказала императору, что это неплохая зацепка, тот лишь рассмеялся.

– Хороший маг он, вот и всё. И необязательно эльф.

– Но магией Крови ведь владеют только эльфы, – попыталась возразить я, вспомнив, о чём ещё рассказали напавшие на нас: наниматель был магом Крови.

Эдигор фыркнул.

– Это распространённое заблуждение.

Яркий пример – Эллейн. Она совершенно точно не эльф. Впрочем, я понимаю, что пример не очень удачный, Элли и Аравейн вообще нетипичные маги. Но, поверь мне, среди остальных рас тоже бывают маги Крови, даже среди людей, хоть и редко. Просто тёмные эльфы традиционно считают, что это их расовая особенность. Повторюсь, это заблуждение. Но в одном им не откажешь – именно тёмные эльфы создали самые извращённые проклятья. Тут уж они точно впереди всей империи.

– Сомнительное какое-то достижение… – пробормотала я, а Эдигор рассмеялся.

– Ну уж какое есть. Я в хороших отношениях с Повелителем Робиаром, и он охотно делится со мной всеми известными сведениями по проклятьям, пару раз эти сведения даже спасали жизнь главе Тайной службы, герцогу Кроссу, ночью ты должна была его видеть.

Я кивнула.

– Хотя кое-какие проклятья снять практически невозможно. К примеру, проклятье чёрной крови. Слышала про такое? Есть один способ, но для этого придётся пожертвовать жизнью. Нужно заменить кровь проклятого на собственную, а его кровь забрать себе.

– На подобное немногие способны, – пробормотала я, имея в виду не только моральную составляющую, но и физическую: не все маги смогли бы поменяться кровью. Я, например, знала, как это делается, но чисто теоретически. – И что теперь будет с ними? Я имею в виду эльфов. Их… казнят?

Император пожал плечами.

– Возможно, – а потом, кинув на меня мимолётный взгляд, улыбнулся и укоризненно сказал: – Тебя учили магии, Рональда, но совершенно упустили из виду светское воспитание. Если бы ты хорошо знала законы империи, то не задавала бы подобных вопросов.

Мне стало неловко. Я поняла это ещё путешествуя с Грэем – я была полным неучем по части законов, географии, истории и традиций других рас. Нет, конечно, что-то я знала, но уж по сравнению с императором…

– Ну-ну, не переживай. Это дело наживное. Да и учить тебя будет самый лучший учитель из всех возможных.

– Аравейн? – испугалась я. Нет, я, конечно, уважала главного придворного мага и императорского наставника, но вот учиться у него не хотелось совершенно.

– Нет, – Эдигор рассмеялся. – Аравейну вполне хватает учеников на данный момент. Да и не обучает он никого истории и законам, для этого во дворце есть другие учителя. Но обучать тебя… буду я сам, Рональда.

От удивления я остановилась посреди коридора, как будто меня кто-то в землю вкопал.

– В-вы? – пробормотала я, с недоумением уставившись на улыбающегося императора.

– Да. Тебя что-то не устраивает? – его голос чуть дрожал от смеха, и мне тоже вдруг стало смешно.

– Всё устраивает, – фыркнула я, сдаваясь: спрашивать Эдигора о том, почему он решил обучать чужую ему девицу, было совершенно бессмысленно. Он бы просто отшутился.

– Тогда будешь приходить сюда два раза в неделю. Когда именно, решим потом, – император, по-прежнему улыбаясь, подал мне руку. И я в который раз приняла её, мысленно поражаясь, как быстро, незаметно и непринуждённо этот человек вошёл в мою жизнь. И как умело он мной манипулировал.

Впрочем, последнее неудивительно. Император всё-таки.


***


Его величество отвёл меня в комнату, где был Эдди – он сидел на коленях у какой-то женщины и увлечённо рассматривал книжку размером с самого себя. Женщина мягко улыбалась, глядя, как он тыкает в страницы и что-то спрашивает, вскидывая голову, чтобы видеть её лицо.

Я поняла, кто эта женщина, ещё до того, как она повернулась к нам с лёгкой полуулыбкой на губах. И тут же Эдди развеял все сомнения, воскликнув:

– Мама! Дедушка! Посмотрите, какую книжку мне бабушка показывает! Идите сюда!

Бабушка. Императрица.

У неё было приятное лицо с мягкими чертами. Чуть смугловатая кожа, как у всех мирнарийцев – а императрица была именно мирнарийкой, уж этот факт я хорошо знала. Синее платье чрезвычайно ей шло, сеточка того же цвета держала тяжёлые тёмные локоны, оттеняя цвет глубоких серых глаз. Я бы назвала подобные глаза туманными – в них как будто клубился туман, закручиваясь в спирали…

И я вдруг вспомнила, что подобные глаза всегда бывают у эмпатов. Я читала об этом очень давно, когда мы с Карвимом проходили их. Всего один урок, но он отложился у меня в памяти.

Значит, императрица – эмпат?..

– Ана, позволь представить тебе ту самую Рональду, о которой мы так много слышали. Рональда, познакомься с моей женой – Дориана Альтерр, императрица Эрамирская.

Я собиралась почтительно присесть, но Эдигор так сжал мой локоть, что я совершенно не могла этого сделать. Чуть дёрнулась, чтобы высвободиться, но застыла, услышав вдруг тихий смех императрицы.

– Эд, ну зачем ты так официально? В конце концов, это же не приём. Иди сюда, Рональда, я очень рада с тобой познакомиться, – и Дориана кивнула на место на диване рядом с собой и Эдди.

– Я вас оставлю, – сказал его величество, когда я осторожно опустилась на диван рядом с императрицей. – Ана, я тебя прошу ещё раз…

– Я поняла, Эд, – она вздохнула. – Я не одобряю, но… обещаю.

– Спасибо.

Эдигор благодарно кивнул и вышел из комнаты. А мне оставалось только гадать, о чём они говорили. Сплошные загадки кругом.

Между тем Дориана посмотрела на меня, улыбнулась, и возле её глаз появилась паутинка из мелких морщинок, напоминающих солнечные лучики. Я никогда не думала, что императрица может быть такой. Удивительно мягкой и уютной. Как странно… и как замечательно.

– Сейчас принесут обед для Эдди и завтрак для тебя, Рональда. Ты, наверное, очень голодна?

Я кивнула.

– Мам, смотри! – мальчик дёрнул меня за рукав платья. – Тут книжка про птиц. Я таких никогда не видел! Смотри!

Я, улыбаясь, наклонилась над книгой. Она была действительно очень красивой, с цветными рисунками на весь разворот.

– Прочитай, что тут написано! Вот про эту птицу. Вот! – Эдди ткнул пальцем в морскую белую чайку, и я послушно начала читать ребёнку про понравившуюся птицу. А когда закончила и выпрямила спину, наткнулась на внимательный, но очень дружелюбный взгляд императрицы.

И не удержалась от вопроса:

– Вы эмпат?

Она кивнула.

– Наверное, это очень сложно? Всё время чувствовать окружающих…

Дориана улыбнулась.

– Да, непросто. Но во дворце почти на всех амулеты. Ведь здесь не только я эмпат.

– А кто ещё? – удивилась я. Надо же, ведь эмпаты вообще не так часто встречаются, а в императорском замке их даже не один, а несколько.

– Ещё Интамар. Ну и будущий эмпат сидит сейчас у меня на коленях.

– Эдди? – я едва не подпрыгнула. И вдруг вспомнила…

Ведь мальчик часто угадывал моё состояние. Его фраза, когда мы гуляли в парке с Араилис: «Не думай о плохом». И об эльфах, пришедших за мной в дом Карвима, он сказал, что они нехорошие… Я тогда ещё удивилась, а потом умудрилась забыть об этом факте.

И только теперь поняла…

– Мам?

Он смотрел на меня тёмно-карими глазами, в которых не было никакого тумана. Впрочем, его и не должно быть, ведь Эдди всего четыре года, он ещё сам не осознаёт, что эмпат.

Эмпатия обычно передаётся по наследству, но это явно не случай Эдди – если бы Грэй был эмпатом, глаза у него были бы как у императрицы..

– Всё хорошо, мой волчонок, – я улыбнулась и погладила мальчика по голове. – Читать дальше?

– Ты испугалась, – Эдвин нахмурился. – Чего ты испугалась?

Я не знала, как объяснить. Ведь учитель говорил, что многие эмпаты погибают в подростковом возрасте, когда полностью пробуждается дар – не выдерживают потока льющихся на них со всех сторон чужих чувств. И меньше всего на свете я бы хотела, чтобы это случилось с моим волчонком.

– Мама испугалась за тебя, Эдди, – я вздрогнула, услышав голос императрицы.

Мама… Она не просто знала, что мальчик считает меня мамой, она… приняла это? Так же, как император?

– Скажи ей, что всё хорошо. Правда ведь?

– Да, – он кивнул. – Всё замечательно, мам. А когда мы будем кушать?

Дориана засмеялась и схватилась рукой за висевший у неё на шее переговорник.

– Тадеуш, будь любезен, поторопись с едой. У меня тут голодный волчонок на коленях.

Я хмыкнула, услышав это определение. Кажется, оно понравилось и запомнилось императрице.

Секундой позже Дориана опустила руку и тихо сказала, обращаясь ко мне:

– Не волнуйся, Рональда. С Эдди действительно всё будет в порядке. Эмпатия не погубит его, это я могу обещать.

Её слова не избавили меня от тревоги окончательно, но стало легче, поэтому я благодарно кивнула и прошептала:

– Спасибо.


***


Остаток дня пролетел незаметно. Всё время я провела с императрицей и Эдди, ничуть не тяготясь этим. После завтрако-обеда мы прогулялись по саду, Дориана показала дворцовые конюшни, и от вида разнообразных лошадей Эдвин пришёл в настоящий восторг. А уж когда ему позволили покататься на одной из карликовых пород… В общем, я никогда ещё не видела Эдди таким счастливым. Да и сама отвлеклась от тревожных мыслей.

Поужинали мы тоже в замке, вместе с Грэем и императором. Поначалу я немного смущалась, но потом полностью расслабилась, с улыбкой слушая, как Эдвин рассказывает отцу и дедушке о сегодняшнем путешествии на лошадке. Я немного запуталась в столовых приборах, но после слов Эдигора о том, что в дворцовом этикете правила поведения за столом – это самое легкое, вот только непонятно, зачем всё-таки было создавать такое количество разнообразных вилок и ложек, развеселилась и успокоилась.

Возвращаясь в карете домой – на этот раз без Эллейн, зато с каким-то сурового вида магом из охраны самого императора – я спросила у Грэя, почему к ужину не спустился больше никто из венценосной семьи.

– Ты кого имеешь в виду? – улыбнулся мужчина, легко поглаживая по волосам уснувшего Эдди.

– Ну, Интамара, например. Или сестру императора с мужем. Или её детей. Сколько у неё детей, кстати?

– Трое. Наследник и Луламэй – сестра Эдигора – сейчас у Лемены.

– Это которая замужем за Повелителем тёмных эльфов?

– Верно. Старшая дочь Луламэй и герцога Кросса. А Дженна…

– Младшая дочь?

– Да. Она не до конца ещё оправилась после родов и предпочитает пока не спускаться. Лестницы её утомляют. А почему ты спрашиваешь?

Я смущённо улыбнулась.

– Интересно было бы познакомиться со всеми ними.

– Да? – Грэй удивлённо поднял брови. – Ты вроде не хотела? Почему передумала?

Мне показалось, или он действительно обрадовался этому факту?

– Всё оказалось совсем не так, как я себе представляла, – тихо ответила я, и Грэй, услышав это, понимающе улыбнулся.

Вечером, поужинав и уложив Эдди, я сразу же направилась к себе, не стала сидеть внизу вместе с остальными, хоть и было ещё довольно рано. Просто мне хотелось побыть одной.

Я старалась ни о чём не думать. И, обняв Элфи, села на кровать и застыла, глядя, как на Лианор медленно опускаются сумерки.

Болело сердце.

– Неужели я и правда сегодня разговаривала с дартхари? И зачем он приезжал? – шептала я, гладя своего хати по жёсткой шерсти. – И почему спрашивал у меня… такие странные вещи?..

Элфи молчал, только смотрел и лизал языком мои пальцы.

Я так долго сидела на кровати и ждала наступления ночи, что не заметила, как уснула.


***


Сегодня я знала совершенно точно, кого увижу во сне. Потому что после всех событий стремилась к Дэйну всей своей измученной душой.

Но я оказалась абсолютно не готова к тому, что случилось.

Шёл проливной дождь. Впервые за все эти годы. Тяжёлые капли стучали по озеру, вода в котором была свинцово-серой, тёмное, тревожное небо нависло над головой.

Холодно.

Мне впервые было холодно здесь. Волосы моментально намокли под дождём, и платье тоже. Ноги, так некстати босые, словно превратились в две ледышки.

– Дэйн! – крикнула я, обхватывая себя руками, чтобы хоть немного согреться.

Что это? Мне, конечно, было плохо, но не настолько. Нет, не настолько.

Я рискнула подойти ближе к озеру, потому что иначе не могла совсем ничего рассмотреть. Чуть не поскользнулась на сырой траве, но, удержавшись, вскинула голову и наконец увидела…

Он был здесь. Сидел на том самом месте, где мы когда-то познакомились, на берегу озера, поджав под себя ноги. И смотрел на воду, задумчиво поглаживая по голове какое-то животное, которое лежало, положив мордочку Дэйну на колени.

Проливной дождь обнимал его фигуру, и я внезапно поняла – дождь был отражением не моих, а его чувств. Но… разве так может быть?..

Я сделала ещё несколько шагов вперёд, и наконец разглядела, что за зверька гладит Дэйн – это был аксал.

– Дэйн! – крикнула я, поняв, что рядом с ним сидит самое опасное животное Арронтара. – Что ты делаешь? Это же аксал!

Друг не отреагировал, продолжая поглаживать зверя по носу. А сам аксал вдруг, приподняв голову, посмотрел на меня удивительно мудрыми тёмно-карими глазами. Будто всё-всё понимал.

– Дэйн?..

Я опустилась рядом с ним, стараясь не обращать внимания на сковывающий тело и леденящий душу холод.

Дэйн повернулся, и я вздрогнула, увидев его глаза, какие-то погасшие и безжизненные.

– Что случилось? Почему тут… так? – я развела руками.

Капли дождя стекали по его волосам, лбу, щекам…

– Прости, Ро, – сказал Дэйн тихо. – Сегодня у меня нет настроения.

– Почему?

Я опустила глаза, глядя, как аксал осторожно слизывает дождевые капли с пальцев Дэйна.

Я думала, что хуже просто не может быть. Но я ошиблась. Потому что он вдруг произнёс такое, от чего я оцепенела и телом, и душой.

– Сегодня – наша с тобой последняя ночь, Ро.

Я вздрогнула и подняла голову, наткнувшись на необыкновенно серьёзный, печальный взгляд Дэйна.

– Что?.. Что ты такое говоришь?

– Я больше не приду. Никогда, Ро.

Я схватила его за руку, даже не замечая, что впиваюсь выпущенными когтями в ладонь Дэйна.

Я хотела сказать, что это неправда. Я хотела сказать, что не отпущу его. Я хотела сказать… Я так много хотела сказать. Но почему-то не сказала. Только сидела, вцепившись в руку Дэйна, чувствуя, как по моим пальцам течёт что-то горячее…

Его кровь…

– Я приходил, потому что был нужен тебе. Ты и сама знаешь это. Теперь же… Я не приду, потому что я тебе больше не нужен.

– Нужен… – прохрипела я. – Дэйн…

Он вдруг притянул меня к себе, прижал и, обхватив ладонями лицо, прошептал, касаясь тёплым дыханием моих заледеневших губ:

– Нет, Ро. Теперь я тебе не нужен. Пока я с тобой, ты будешь стоять на месте, а ты должна двигаться вперёд. Вперёд, Ро. Вперёд, моя маленькая волчица.

Я не успела ответить – Дэйн поцеловал меня. Горячо и жадно, так, что всё моё тело вмиг согрелось. И даже струи обжигающе ледяного дождя, хлеставшего по щекам, не могли охладить жар, возникающий глубоко внутри и проникающий в каждую капельку крови.

Я забыла обо всём, прижимаясь к Дэйну всем телом, и в какой-то момент оказалась у него на коленях. Не знаю, куда делся аксал. Не знаю, куда делся весь мир, и почему дождь вдруг из холодного стал тёплым… И моих волос коснулся луч солнца…

Я ничего не знаю. Я знаю только, как ласковы были руки Дэйна, обнимающие мои плечи, как горячи были его губы, целующие мои, как прекрасна музыка, звучащая вокруг и внутри нас, и как не хотелось, чтобы это когда-нибудь заканчивалось…

Но это закончилось.

Дэйн перестал меня целовать и отодвинулся, заглядывая в глаза. И луч солнца, который секундой раньше касался моих волос, вдруг осветил его лицо… И я застыла, внезапно осознав…

В его глазах, вокруг зрачка, кружились и вспыхивали ярко-жёлтые искорки. Совсем как мои.

Какая же я была глупая!

Сон… Только самые талантливые маги Разума умеют ходить по снам… Я ведь сама читала эту фразу в своём пособии! Я ведь знала это, всегда знала!

Сон – проводник… Как я могла думать, что Дэйна не существует, что он – порождение моего сознания? Как?!

Только если…

Только если он сам хотел, чтобы я так думала.

– Прости, Ро, – сказал Дэйн серьёзно. – Когда-нибудь ты всё поймёшь. И знай – я никогда не лгал тебе. Так же, как и ты мне. Прости, Ро.

Я хотела сказать всё, что думаю о его поведении, но не успела – Дэйн наклонился и, легко коснувшись моих губ своими, прошептал:

– Прощай, моя любимая волчица.

Я схватилась за его рубашку изо всех сил, намереваясь держать и не отпускать, но… он просто исчез.

Исчез!

Растворился, будто и не было Дэйна, который всегда ждал меня на берегу этого озера. Который находил правильные слова. Благодаря которому я всё-таки смогла превратиться в волчицу…

И я расхохоталась. Я хохотала так, что слёзы выступили на глазах. Ещё никогда в своей жизни я так не хохотала.

А потом я побежала. Быстро, как молния, не обращая внимания на мелькающие вокруг стволы и кроны деревьев, уже на бегу превращаясь в белую волчицу, и пытаясь сделать только одно – нащупать своим Разумом маленькую ниточку, которая бы привела меня к Дэйну.

И я её нащупала.

Любой маг Разума, побывав в чужом сознании, оставляет там свой след. А Дэйн в моём сознании наследил основательно. И я, нащупав эту ниточку, рванулась вперёд, чувствуя, как подбираюсь всё ближе и ближе к его сознанию…

Пока вдруг не наткнулась лбом на прозрачную, но от этого не менее крепкую стену.

Я зарычала и прыгнула на неё.

Удар.

Прыжок.

Удар.

Ещё один прыжок.

Удар, и кровь, полившаяся из рассечённого лба.

Самый сильный за всю историю Эрамира маг Разума…

Я вновь расхохоталась.

– Они ведь имели в виду тебя, Дэйн! – закричала я, с силой ударяя лапой в стену из чистой магии Разума. – Именно тебя! Это ты написал моё пособие! Это ты разработал заклинание для Элли! Это ты переписывался со мной!

Удар. Стена даже не дрогнула. Я зарычала от бессильной ярости.

– Теперь я понимаю, почему не догадалась раньше. Только сильнейший из двух магов Разума может обмануть другого. И сейчас ты просто испугался, потому что я действительно становлюсь всё сильнее с каждым днём. «Теперь я тебе не нужен!» Да как ты смел сказать такое, Дэйн! «Я никогда не лгал тебе!» Да как ты…

Я зарычала, с удовлетворением замечая, что по стене пошла небольшая рябь, будто по воде во время сильного ветра.

– Клянусь, когда-нибудь я взломаю твой блок. Даже не надейся, что я оставлю эту затею. Клянусь, я взломаю! И проберусь в твой сон так же, как ты пробрался в мой!!!

Одно мгновение мне казалось, что там, за стеной, мелькнули, но почти тут же пропали, глаза Дэйна. А потом…

До боли знакомым почерком на прозрачной поверхности было выведено:


Последний урок

Ни к одному магу Разума нельзя пробраться в сон, даже к самому слабому, если он этого не хочет.

Стена, которую ты видишь – не только моя, но и твоя, Рональда.


И всё. И больше ни слова.

Я упала на землю, глотая горячие слёзы, и закрыла глаза, не в силах больше видеть стену, навсегда отделившую меня от Дэйна, и надпись, сделанную почерком того, которого я называла «невидимым учителем».

А потом я получила от него последний подарок – сон без сновидений, опустившийся и накрывший меня, словно мягкое одеяло.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9