Наталия Рай.

Башня. Книга вторая



скачать книгу бесплатно

Но почти год прошёл с момента, когда она трудилась на этом поприще, до выпуска новостей, в котором явно и нескрываемо потрясённый диктор сообщил, что потребление водки в России за последний год снизилось более чем на восемь процентов. Татьяна быстренько подсчитала, чтобы это значило в конкретных единицах. Поскольку считалось, что в России пьют практически все взрослые (хотя это никогда не соответствовало действительности! Впереди России в этом занятии довольно много стран, а мы не входим даже в первую десятку довольно длительные периоды), Татьяна общую численность населения приняла в сто миллионов (предположив, что остальные – дети). Если далее предположить, что половина населения в среднем пила довольно активно, т. е. раз в неделю выпивала пол-литра крепкого алкоголя, то в год выпивалось: 0,5 х 52 (недели) = 26 литров на человека. Татьяна округлила цифру до 30. 30 х 50 000 000 = 1 500 000 000 (литров в год по стране). Один процент от этого количества – 15 000 000 литров, а 8 процентов, соответственно – 120 000 000 литров. (Железнодорожная цистерна вмещает 60 тонн, то есть 60 000 литров жидкости. Так что скрывшаяся за словами диктора о 8 процентах жидкость могла бы заполнить 2000 штук железнодорожных цистерн. Грузовой состав, в среднем, состоит из 60—65 вагонов. Значит, это примерно 30 товарных составов!) Вот на сколько меньше стали пить в России. Пусть эти цифры приблизительны, но результативность воздействия акафиста – налицо!

Граждане, читайте акафисты! Читайте Псалтырь! Почитайте, любите Господа, Пречистую Матерь Его, Апостолов Его и всех Его святых! Ходите на исповедь! Причащайтесь Святых Таин – это поможет не только вам лично, но и всем вашим близким (потому что вы перестанете излучать нестерпимое зловоние, чреватое деятельным злом), а через них и Родине нашей многострадальной, а через неё – всей Земле. Ведь Земля-матушка – живое существо! Такое же живое, как вы и любой вам знакомый и незнакомый человек. Представьте, что вы раз в сто больше, а на вас живут толпы муравьёв, которые в одном месте кидают бомбы, в другом устроили свалку, в третьем построили Чернобыль… И так далее. И как бы вы себя чувствовали? Вот и она примерно так же себя чувствует. Так стоит ли нам удивляться всем переменам климата, землетрясением и прочим катаклизмам?

Правда, о результатах разных других своих трудов Татьяне предстояло ещё подождать информации. Так, она уже довольно давно трепетно ожидала известий о том, что возрождается Аральское море. Потому что она, опять-таки в астрале, море это почистила, откопала в нём парочку-тройку родников и стала ждать, когда вода настолько поднимется и очистится от засоленности, то есть когда рассол станет простой морской водой, что люди об этом догадаются сообщить по телевидению. Но, вероятно, время этой новости пока не пришло. Да и море Аральское находится не просто на окраине, оно, с некоторых пор – на территории другого государства…

(Через много лет Татьяна прочитает, что море продолжает высыхать, поскольку обе реки, его питавшие, так и гонят воду в рукотворные каналы).

***

Татьяна, конечно, сильно изменилась.

Но приступы прежней ярости всё-таки иногда ещё возвращались. Или, вернее, не ярости, а какой-то тоски, обречённости, невозможности переменить судьбу. Татьяна иногда вспоминала повесть Н. В. Гоголя «Страшная месть» об ужасной участи последнего в роду, за преступление предка своего бывшего колдуном и не имевшего совершенно никакой возможности им не быть. У Татьяны, конечно, возможности и удел были другие, но невозможность переменить собственную участь была та же. А человек настолько свободолюбивое существо, что любая обязательность ему тягостна. Особенно, когда истоки, причины, условия этой обязательности непонятны.

Эта непонятность давит на психику и время от времени Татьяна впадала в некую апатию, когда не хотела вообще ничего. И тогда она совершала поступки, за которые потом, искренне раскаявшись, просила прощения у Сил Света. Например, сразу после того, как Матрива, наконец, получила возможность покинуть дольмен и перейти в Небесный мир, чтобы вскоре удалиться на отдых, Татьяна в очередной раз оказалась в таком депрессивном состоянии. На конкретный вопрос Спутников, что с ней происходит, она сама не знала ответа. Ей просто было очень тяжело. Мозг лихорадочно работал, пытаясь найти выход, способ бегства. Хотя, спрашивается, куда можно убежать от Бога, который – везде?

Татьяну пытались усыпить, она, заметив это, вставала, шла на кухню, в ярости металась там. Или принимала душ. Варила кофе. Ложилась снова. И упорно не отвечала на вопросы Спутников. Тогда её незаметно привели куда-то, к какому-то зданию, со ступенек которого ей навстречу сбегала группа, в центре которой явно были Матрива и Богородица. Но ещё прежде, в момент, когда Татьяна осознала, что её опять насильно куда-то затащили, она вскочила, лишь спустя миг осознав, кто именно был там в первом ряду. Было стыдно, но этого было уже не вернуть.

Как и ещё многого было не вернуть, особенно – пропущенных дней, в которые она могла бы работать и хоть на йоту в этот день изменить положение вещей. Татьяна пропускала дни не только от усталости, последствием которой часто бывала полная апатия, но и от очередных взбрыкиваний. До чего же трудно обычному человеку примириться с тем, что его маленькая воля вынуждена покориться Высшей Воле! Что твой маленький разум просто не в состоянии понять и осознать то, что в отношении тебя замыслил Высший Разум. Что ты оказался в некоем списке порученцев, на которых возложены определённые обязанности и, независимо от того, разумно ли ты воспримешь сообщение о том, что твоё имя – в этом списке, или же будешь всеми правдами и неправдами вырываться и уворачиваться от выполнения порученного тебе, чужой волей, пусть даже и Высшей, на тебя возложенного – выполнять придётся всё равно! И вместо того, чтобы брыкаться, бунтовать и материться, стоило бы подумать над сложившимся положением вещей и начать работать…

…Существует так называемая фантастическая присказка о связях с небесной канцелярией. У Татьяны такая связь была. Честное слово! В какой-то день, безумно Татьяну удивив, ей поставили телефон, по которому она могла позвонить кому угодно. Ей сказали номера телефонов всех тех, с кем она могла связаться и чьи номера она тут же забыла. Но любой номер ей бы сказали в ту же минуту, как она захотела бы связаться с кем-то. У Маши, например, телефонный номер был 06. Татьяна попробовала позвонить. Удалось, как ни странно.

– Зачем мне, интересно, телефон, если я и так, с любой точки, где нахожусь, могу общаться с кем угодно, где угодно находящимся? – недоумевала Татьяна? Она имела в виду своё недавно приобретенное умение мысленно окликнуть любого ей знакомого представителя Сил Света и так же, мысленно, общаться с ним любое время и на любую тему.

– Положено, чтобы телефон стоял. Потому что ты-то можешь общаться с кем угодно и когда угодно, но с тобой, увы, далеко не всегда могут – когда ты затеваешь новую попытку уйти от нас…

Так что особого пристрастия к этому секретному телефону Татьяна не питала точно так же, как не питала его и к телефону обычному, земному. Она вообще предпочитала телефон использовать только для того, чтобы договориться о встречах с интересными и дорогими ей людьми. А если звонила по делам, то старалась получить информацию – как можно быстрее и и как можно более точную. Уверена была, что телефон именно для этих целей был изобретён и именно таким образом должен использоваться. А телефонное общение – нонсенс! Прибор, изобретённый для облегчения устройства встреч людей стал их, встреч, жутким суррогатным заменителем!

***

Да, но вернёмся к рабочим будням. Итак, самой ужасной, как легко можно было предположить, видя, что есть Америка и американцы, оказалась именно она. Этот континент был – нечто из ряда вон! Самая хищная, самая жестокая, самая безмилосердная, самая, наверное, тяжёлая для Господнего сердца страна… Татьяна не видела (не пыталась рассмотреть) никого конкретного, кто жил в Америке, но зато она видела всё, что находилось и на территории, занимаемой Америкой, и вокруг неё, и под ней в физическом мире. И в сопредельном измерении.

Начать с того, что астральная почва Америки нисколько не была похожа на обычную землю, а напоминала железную чешую. Которая начиналась примерно с четверти канадской территории, заползала на Америку Южную, но уже на уровне Мексики становилась пожиже, а примерно к середине Южной Америки – исчезала. Но в самом центре Америки Центральной, особенно возле столицы, возле мегаполисов и полигонов, – это было нечто! Толщиной в несколько метров и площадью примерно в гектар листы, которые броней даже язык не поворачивается назвать – «это» было совершенно непрошибаемо!

Несколько месяцев Татьяна ежедневно прогревала эту гору железа (которое было вовсе и не железом, но об этом позже) так старательно, что тепло и свет её сердца со временем начали проникать внутрь этих листов, а потом старалась внедрить между атомами этой субстанции зла силу и пламень своего разума. Жар своей души. Огонь своего сердца. И только когда и сердце, и душа, и разум совершенно изнемогали и не могли больше извергнуть ни единого грана энергии, Татьяна возвращалась домой, вся мокрая, как мышь под грозой. И приходилось минимум полчаса лежать на диване, потому что, тратя силы астральные, она, непонятным образом, столь же кардинально тратила и силы физические.

И когда Татьяне, после долгих изматывающих трудов всей команды Сил Света, в которой она работала, удалось, наконец, отодрать первый ослабший и истончавший «лист брони», и Татьяна, и всё братство испытали настоящее счастье. Но им пришлось ещё немало попахать, пока почва Американского континента была очищена вся. И то, чем выглядела под «бронёй» земля, больше всего выглядело, как кровавая гниющая, гангренная рана, в которой копошится масса злобных червей… А Земля-то ведь – живая!

Вторым астральным ужасом Америки были просто эвересты самого разнообразного оружия. Обычного, которое есть в каждом американском доме. На одном месте стоя, каждый из команды в секунду набирал такие горы самого разного оружия, что даже поднять их не мог, чтобы унести с этого места и скинуть в мусорную печь. Так что приходилось самым физически и духовно сильным превращаться в мусороносов. И чтобы очистить по-настоящему хотя бы один квадратный километр площади Америки от оружия, команда работала в этой малюсенькой точке, не покладая рук, не меньше месяца. А потом делала шаг вперёд и начинала с нуля. Даже не шаг, а передвижение ног на длину собственной ступни. Снова месяц-полтора, снова шаг вперёд…

Татьяне, с её ростом (шаг равнялся половине радиуса планеты) и силой (самая высокая гора была ей примерно по колено и могла быть легко передвинута), Америки той было – плевком закрыть. Но зло, найдя здесь самую питательную для себя среду, взросло на ней – в самых различных формах и видах – так высоко и мощно, что практически достигало орбиты Земли. И с этим надо было срочно что-то делать.

А вокруг (то есть, у берегов) и под (то есть, в глубинах недр) земной и астральной Америкой чего и кого только не было. Весь шельф на десятки, да даже сотни, километров от берега был густо утыкан чем-то, больше всего похожим на телевышки, но бывшим, на самом деле, энергетическими насосами. То есть, когда один Билл стрелял в другого, и когда из простреленного Билла начинала течь еда для тёмных – кровь, страх, боль, энергия жизни, страдание и так далее и тому подобное – в стане тёмных, которым принадлежали эти насосы, начинались пиршества.

Единственное, чего тёмные не могли употребить – раскаяние преступника и спасение пострадавшего. Преступники в Америке настоящее истинное раскаяние испытывали так редко, что если бы они эти случаи, как самые неординарные, записывали в книгу рекордов Гиннеса, записей вряд ли набралось бы даже на школьную тетрадь.

Команда Сил Света выдёргивала такую «вышку», то есть насос, и кто-то тут же оттаскивал её к мусорке. Другие, и часто в числе этих других была Татьяна, внимательно наблюдая, ждали у норы. Вскоре выползала нечисть, лишившаяся непрерывного и обильного потока жратвы – чтоб выяснить, в чём дело. Иногда это был огромный чёрный червяк, диаметром метров в тринадцать и длиной примерно в шестьдесят шесть. (Как выражается сатирик Михаил Задорнов, не дай Бог вам это представить на ночь!). Иногда это был гибрид дракона и стервятника, иногда нечто похожее на дракона, или на крокодила, или на акулу… Хотя это сходство было весьма относительным, но надо же с чем-то сравнить существо, чтобы понять, чего это существо стоит? Червя (или иную хищную тварь) быстро пеленали, завязывая, как сосиску, веревкой, причём обязательно с намордником, и тащили к Солнцу.

Были черви и иного рода. Даже земные черви весьма похожи на змей, отличаются, в общем, только размерами и ядовитостью. Черви же астральные, которых Татьяна обнаружила в теле американского континента, могли сто очков вперёд дать не только любой, самой ядовитой и сильной земной змее, но тысячам тысяч таких змей. Черви-змеи астральные были настолько ядовиты, что никакие оковы их брали: железо таяло от их яда, из всех пор сочившегося, мгновенно! Связать их было абсолютно невозможно. Посему Татьяне пришлось использовать единственно возможный способ: брать их руками за жабры и поштучно оттаскивать в Солнце.

И при этом астральные руки Татьяны (за кратчайший миг преодоления расстояния методом телепортации!) до самого локтя лишались не только кожи, но даже, кусками, мяса: яд червей выедал яму в месте попадания. И ему было совершенно плевать, земное это тело или астральное.

Спутники, кажется, не ожидавшие такой опасности, остановили Татьяну перед вторым червем.

– Сначала вымой руки! – и показали Татьяне таз с водой. Вода явно была не простой, потому что глубокие раны и язвы на руках стали исчезать прямо на глазах. Тем не менее, руки Татьяне немедленно забинтовали, как их бинтуют боксёрам, а потом сверху надели рукавицы, причём покрепче, чем из брезента.

Но ни рукавицы, ни бинты особо не помогли. Сбросив второго червя, Татьяна, вынырнув из Солнца, снова оказалась в, так сказать, медпункте, где с её рук сняли рукавицы (превратившиеся в лохмотья!), бинт и снова проделали операцию бинтования и надевания рукавиц – теперь уже двух пар.

Но и две пары не помогли. Результат был почти такой же. Так что дальше работать в этот день Татьяне просто запретили. Но ещё два дня она вытаскивала этих ядовитых чудовищ из их нор. Когда же она хотела на четвёртый день продолжить – чудищ этих в недрах Америки было неисчислимое количество! – ей велели отдыхать.

– Если ты три дня подряд занимаешься каким-либо делом, то потом и без тебя этим заниматься могут другие работники Сил Света. Так что лучше займись тем, чего никто не может сделать, только ты.

Солнце, да будет вам известно, светит и греет не только в земном мире. Но и в иных – как в ближайшем к нашему, измерении, которые Татьяна называла астральным, так и во всех иных Галактиках, как видимых в земные телескопы, так и не видимых, тоже есть своё Солнце, и оно великолепно выжигало из кого угодно всё, что можно было считать злом. (Татьяна, кстати, такой процедуре подвергалась не однажды: первый раз – со страхом, а потом, в следующие разы – сама просилась, потому что чувство очищения было такое, с каким самая лучшая, русская баня, не сравнится! – Солнце мыло душу!). А потом этих тварей отправляли на покаяние на другие планеты и нашей, и ближайших Галактик.

Татьяна со счёта сбилась, сколько таких «вышек» они надёргали не только вдоль американских берегов, но и на всей территории континента! (Кстати, случайно ли, что он находится в отдалении от основного массива земной поверхности, то есть от Европы и Азии?). А за двумя-тремя стоящими в ряд вышками обязательно скрывались впускные ворота в ад. (И, похоже было, что они открывались столь часто, что даже казалось, будто они и не закрываются полностью никогда). Не раз Татьяна вспоминала «Розу Мира»: первыми на неё кидались описанные Андреевым охранники при воротах: и огромные силачи, похожие на голых великанов, и некто вроде динозавров, вроде моржей с огромными, как у кенгуру, конечностями и много разной прочей швали (именно в книге Д. Л. Андреева можно найти подробное описание некоторых из этих существ, а ведь он описал их далеко не всех! И начисто промолчал о количестве существующих разновидностей и массе каждого вида. А ведь если представить, что каждый вид нечисти предоставляет одну особь для охоты на каждую человеческую душу, то мы бы ещё подумали, стоит ли быть столь безпечными!). Всех стражей связывали и по тому же пути отправляли на покаяние. А пленников (в своё время наплевательски отнесшихся к необходимости позаботиться о собственной душе!) освобождали.

Если провести аналогию с тюрьмой, то душ людей, отбывших свой срок в аду, нечисть вовсе не отпускала по истечении срока на волю. А превращала в безплатных рабов. И вопли и стенания несчастных причиняли Господу нестерпимую боль. И не меньшую – зрелище того, во что превратились те, кто был сотворён Им ангелами.

***

В один из дней Татьяна обнаружила на дне Атлантического океана, возле американского берега, на, наконец, расчищенном месте, ещё один квадратный люк. (Надо добавить, что слова «Татьяна подняла (сделала)» следует понимать – «в содружестве и при помощи с Силами Светами»). Подняв люк, Татьяна, как обычно, направила в открывшийся тоннель максимально возможный по мощности столб света из головной чакры, перемежая его с таким же светом из чакры сердца. Под этим двойным освещением и теплом стали приходить в себя пленники, заточенные вдоль коридоров тоннеля в железных клетках, больше всего похожих на зоопарковые.

Но не успела Татьяна толком понять, что те темные узловатые брёвнышки, лежащие навалом в клетках – не брёвнышки, а люди, как на неё бросилась группка пришедших в себя «добрых молодцев» – полуголых гигантов, вполне человеческого облика, но с жуткими лицами монстров. Они размахивали чем-то, похожим на мечеобразные дубины, и изображали жуткую бурю и натиск, но этим демонстрировали только собственный ужас. И ещё больше боялись оттого, что Татьяна даже ресницами не взмахнула, чтобы защититься. Потому что она не только не испугалась, а пожалела их: ведь эти несчастные уродцы явно понимали, что жизнь их в сей вот миг переменится наикардинальнейшим образом! Они, изображая храбрость и мощь, выказывали именно этим столь явный страх, что было просто невозможно их не пожалеть!..

– Ну, друзья мои, пошумели, попугали нас, хозяйский, так сказать, хлеб отслужили, а теперь пойдём-ка в иное место. Пора вам узнать, что есть края и вне вашего подземелья. Что есть и совсем иная жизнь. – Татьяна, абсолютно равнодушная ко всему их вооружению, взяла первых двух за талии, вынула из тоннеля и передала собрату, стоявшему выше неё, тот – стоявшему ещё выше, и так, по цепочке, великанов стали доставлять в солнечную купель. А после неё все они отправились на одну из планет учиться жизни в Божьих установлениях и любви.

Но оставались ещё пленники. Они так и лежали, не только не в состоянии подняться, да что там – бровью шевельнуть! Да, кажется, не все и глаза имели силы открыть! И Татьяна снова, но – бережно и нежно, стала направлять свет из Лилии и из сердца прямо в железные клетки, вливая силы в полумёртвые души пленников. Но процесс шёл крайне медленно, только один из сотни смог, через некоторое время, подняться на ноги. Татьяна тут же, одним мощным выдохом, сняла все решётки и уложила их друг на друга, создав, одновременно, и лестницу: тоннель довольно круто уходил вниз на неизвестную глубину.

Пришлось создавать нечто вроде воздушной подушки, с эффектом эскалатора, который потихоньку выносил бы пленников на поверхность. Потихоньку, увидев, что великаны исчезли, что явно происходят добрые перемены, некоторые пленники стали, хотя и с тяжким трудом, подниматься и выходить (плестись!) наверх самостоятельно. В них настолько проснулось осознание себя, что некоторые даже пытались, вдвоём-втроём, тащить с собой и более слабых, которые не то, что идти, сесть не имели сил.

Выход их на поверхность длился довольно долго, потому что пленников было неисчислимое количество! Всячески им помогая выбираться из чёрной ямы рабства, Силы Света всё-таки потратили достаточно много времени на операцию освобождения. Но Татьяна снова и снова спускалась на максимально возможную глубину и выискивала, вытаскивала на собственном, что называется, горбу тех, кто остался безразличным к происходящему, кто не пробовал даже посмотреть, кто это ходит рядом, кто не допускал и мысли, что происходящее может быть добрым, кто считал, что единственное для него счастье – умереть…

А потом, с огромной сердечной радостью, Татьяна все эти тоннели расширила так кардинально, что превратила бывший тоннель в ложе для нового озера, с углублением в центре: чтобы никогда больше они тоннелями не считались: чтобы никогда больше в этом месте было нельзя устроить такую каторгу!

– Но мы ведь освободили не всех? Даже, чувствую, в этом тоннеле. Ведь я до дна так и не дошла! – спросила, сомневаясь, Татьяна у Ведущих.

– Не всех. Но оставшиеся, то есть находящиеся на самых нижних уровнях, поднимутся, неизбежно, вверх – на много уровней, то есть их участь сильно облегчится. Совсем их освободить пока невозможно – они не искупили ещё своих дел.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8