Наталия Антонова.

Берегите Ангелов своих



скачать книгу бесплатно

Пролог

Солнце не торопилось выбираться из сонма тополиных ветвей и сидело там точно жар-птица на гнезде.

Интересно, какие дети бывают у жар-птиц…

Маленькая смешная мордашка выглянула из-за края белого пушистого облака и с любопытством посмотрела вниз, оглядывая окрестности.

В голубом заливе на медленных ленивых волнах качалась белая яхта.

Смеющаяся голубоглазая девушка с рассыпавшимися по плечам и спине золотистыми волосами влюблённым взглядом смотрела на своего загорелого мускулистого спутника.

И он отвечал ей не менее влюблённым взглядом.

– Это и будут мои мама и папа, – прошептала забавная милая мордашка, бережно поправила примятый краешек белого пушистого облака и скрылась.

Что это было? Ангелочек? Или просто видение…

Глава 1

Их любовная история начиналась, как начинаются многие истории любви, независимо оттого счастливым или печальным будет их завершение.

* * *

Её звали Настя, Настенька, Анастасия.

Это имя для дочки выбрала мама девочки ещё во время беременности, взяв его из старых добрых русских сказок, в надежде, что Настенька вырастет самой умной, доброй, красивой и счастливой.

И изначально всё складывалось именно так, как и мечтала мама – Настя росла смышлёной, милой и жизнерадостной.

Но потом мамы не стало.

И Настя почувствовала себя самой обычной девочкой…в самой обычной семье…

Папа Артур инженер. Мама Ася, вернее мачеха, медсестра.

Но назвать Асю мачехой у Насти никогда язык не поворачивался.

Папа женился на Аси, когда той было всего 19 лет, то есть всего на год больше, чем скоро исполнится теперь Насти.

Папе было 30 лет. А ей его любимой доченьке 10 лет. И получалось, что разница в их с Асей возрасте составляла всего девять лет.

Настя, ещё не оправившаяся от потери матери Асю приняла тяжело и смирилась с её появлением в доме в роли хозяйки только ради отца, которого боготворила.

Окружающие говорили ей, что родители очень любили друг друга, но папа погоревал всего ничего и привёл Асю, когда едва шесть месяцев прошло с тех пор, как не стало первой жены и они с Настей осиротели.

К счастью, Ася вовсе не была классической мачехой-злодейкой всё из тех же русских, да и зарубежных сказок. Она была самой обычной земной девушкой, мечтавшей о браке с любимым мужчиной и о детях от него.

Если и было в ней что-то сказочное, то только коса до пояса и походка лебёдушки. Точно она не медсестрой в детской больнице работала, а жила неспешной жизнью в уютной русской деревеньке позапрошлого века и каждый день по воду к колодцу ходила, неся на плече коромысло с двумя вёдрами полными чистой колодезной воды.

Потом как-то само собой получилось, что Настя переняла Асину походку и тоже стала ходить так же плавно и грациозно, точно несла невидимое миру коромысло и двумя вёдрами хрустальной воды.

Ей повезло в том, что Ася отца любила и её, его дочку, кровиночку приняла, как часть его самого и честно старалась заменить ей мать.

Но, увы, этого не получилось. Ничьей тут вины нет. Хорошо было уже то, что они ладили и не ссорились. Потом у Аси родился сын, которого назвали в честь дедушки Василием. И мачеха вся погрузилась в атмосферу материнства. Настя помогала ей, жалела её, когда Васька болел, плакал, целые ночи и Ася сама от усталости ползала по стенке.

Сколько Настя помнила себя, она старалась делать всё, чтобы не огорчать отца.

Не дерзила мачехе, была послушной. Училась на отлично, окончила школу с золотой медалью, её ЕГЭ был лучшим в школе.

Она подала документы сразу в несколько вузов. Ни она сама, ни её родители не сомневались в успехе и поэтому решили порадовать Настю и отправить её отдыхать на море, благо там жила родная тётка близкой Асиной подруги Раи – добрая пожилая женщина, которая с удовольствием согласилась приютить девочку на два летних месяца.

Звали тётушку Анютой.

Узнав о том, что едет на море Настя так обрадовалась, что заплясала на месте, и выбежавший из спальни Васька стал весело прыгать рядом с ней.

– Вася! Перестань! Ты эдак пол проломишь, и на голову соседям свалишься, – старательно притворяясь рассерженной, проговорила Ася.

Но маленький Вася был смышлёным ребёнком и маму свою видел насквозь. Не сердится она на него. Она в принципе серьёзно рассердиться не может. Но прыгать он перестал. Вместо этого повис на шее у отца.

И только тут Ася заметила, что радость исчезла с лица Насти.

– Ты чего, Настюха? – спросила она.

– Ой, а как же Васька? – воскликнула та.

– Васька? А что ему лбу здоровому сделается за время твоего отсутствия? – усмехнулась мачеха.

– Тебе же одной тяжело будет.

– Не говори глупости, – отмахнулась Ася, – я прекрасно справлюсь. И папа мне поможет.

– Да, Настёнок, – усмехнулся отец, – пора нам отвыкать от твоей опеки.

– Это ещё почему? – искренне испугалась девушка.

– Как почему, – он лукаво подмигнул дочери, – выросла ты, невестой стала. Оглянуться с Аськой не успеем, как ты замуж выскочишь и нас сделаешь бабушкой и дедушкой.

Настя почувствовала, как жар прилил к её щекам, и опустила глаза.

Как и все девочки её возраста, Настя мечтала о прекрасном принце и неземной любви. Но не рассказывать же об этом отцу.

– Мне ещё выучиться надо, – пролепетала девушка, и работу хорошую найти.

– Это, конечно правильно, – согласился отец, – сейчас без образования нахлебаешься лиха.

– И надеяться на мужчин в наше время не слишком осмотрительно, такие благородные, как твой отец вымерли, как мамонты, – Ася нежно посмотрела на мужа, – так что лучше самой твёрдо на ноги встать.

– Вот и я об этом же, – поддержала мачеху Настя.

– А, по-моему, одно другому не мешает, – заспорил отец, – мы, когда с твоей матерью поженились, оба были студентами.

Но под перекрёстными взглядами молодой жены и взрослой дочери Артур стушевался и махнул рукой.

Вечером Ася накрыла праздничный стол, вкладывая душу в импровизированные проводы дочери к морю.

Настя впервые уезжала из дома одна. И хоть девочка не была ей родной по крови, она давно привыкла считать её своей дочерью и поэтому сильно волновалась, хоть и не показывала виду, чтобы не огорчать мужа.

Настя тоже была переполнена эмоциями – радость, опасение и нетерпение боролись в её сердце, и ни одно чувство не могло одержать победу. Поэтому, устав бороться, они просто переплелись между собой и держали Настю в состоянии птенца готового, несмотря на все страхи выпрыгнуть из родительского гнезда.

Только птенец покидает гнездо навсегда, а Настя собиралась вернуться и задержаться в отчем доме ещё на несколько лет.

После бокала шампанского девушка слегка опьянела и сказала, что больше пить не будет.

– Это правильно, – похвалил отец, – всегда держи голову в трезвости, тогда и беды никакой с тобой не случится.

После ужина Артур увёл сына прогуляться перед сном. А Ася с Настей убрали со стола, перемыли посуду и стали укладывать Настин саквояж.

Особо шикарных вещей не было ни у мачехи, ни у падчерицы, но Ася, понимая, что девочке захочется выглядеть нарядной на курорте, достала из шкафа своё вечернее платье, которое надевала всего два раза и зная, что оно очень нравится Насте, стала его аккуратно укладывать.

– Что ты, Ася, не надо! – испугалась девочка.

– Надо, надо, – отозвалась та.

– Вдруг я его испачкаю, сомну, нет, я не возьму! Ни за что!

– Ещё как возьмёшь, – рассмеялась Ася, – я тебе мать или кто?

Девушка выглядела растерянной. Ася приобняла её за плечи, – брось, Настя, подумаешь платье, ну испачкаешь, отстираем. В крайнем случае, купишь мне другое с первой зарплаты.

– Так, когда она ещё будет моя первая зарплата, – протянула Настя.

– Когда будет, тогда и купишь, – отмахнулась Ася, и принесла из своего шкафа ещё новую блузку персикового цвета, яркий пёстрый сарафанчик и изящные туфли на шпильках.

Настя смотрела на все эти сокровища, как заворожённая.

Верхом щедрости Аси стал импортный купальник, который она ещё и не обновила, – вот, носи.

Настя кинулась мачехи на шею. Они нежданно-негаданно обнялись и обе заревели.

Прибывшие с прогулки мужчины застав их в таком состоянии лишились дара речи и замерли на пороге.

– Это что за разведение сырости? – спросил пришедший в себя Артур.

После вопроса отца, собравшийся было зареветь за компанию Васька, передумал и принял вид, по его мнению, достойный настоящего мужчины, то есть свёл брови и насупился.

– Ой, мальчики вернулись, – воскликнула Ася, – да мы тут так по-бабьи слегка разнюнились от избытка чувств.

– Понятно, а чай мы сегодня пить будем? – спросил Артур и приобнял сына, переминающегося с ноги на ногу.

– Конечно, будем, сейчас закончим сборы, а вы пока марш в ванну мыть руки, а потом поставьте на плиту чайник и достаньте из холодильника торт.

– Мам! А нарезать его можно? – завопил обрадованный Васька, тотчас забыв о сохранении солидности на лице.

Спать в этот вечер легли поздно. Даже для Васьки вопреки заведённому распорядку, было сделано на этот раз исключение. И он провертелся допоздна возле Насти, изо всех сил стараясь быть ей полезным.

На деле, Васька, конечно, путался под ногами и мешался, но любящая брата Настя этого не замечала. Время от времени она прижимала его к себе, чмокала в макушку и шептала, – котёночек ты мой миленький.

– Я скучать буду, – басил Васька.

– И я тоже, – признавалась Настя, – но время летит быстро, ты не заметишь, как я приеду домой.

– С гостинцами? – шмыгал носом брат.

– Конечно, с гостинцами, – прижимала его к себе Настя.

На следующее утро вставать всей семье пришлось рано. До вокзала ехать больше получаса, а в 9 утра поезд уже должен был отойти от перрона.

Глава 2

В начале лета в Настином городе светать начинало ночью…вернее в третьем часу утра.

А в семь утра уже день стоял.

Оранжевый солнечный шар, рассыпая золотистые искры, медленно и величаво плыл по небосводу.

В ослепительной синеве неба не было ни единого облачка.

– Какой сегодня замечательный день, – подумала Настя.

– Ну, ты готова? – окликнул её отец.

– Всегда готова! – весело откликнулась она, вспомнив, как он красочно рисовал ей своё пионерское детство, летние лагеря, походы.

А ещё она смотрела старые фильмы про детство советских детей и читала книги про «Артек».

– Наверное, в то время тоже было немало хорошего, – думала Настя, – ведь когда папа вспоминал о тех временах, его взгляд становился добрым и грустным одновременно.

До вокзала добрались быстро и комфортом. Отец специально для этого случая заказал такси.

Приехали пораньше, не удержались и забежали в кафе-мороженое. Взрослые пили кофе, а счастливый Васька объедался миндальным мороженым.

Потом, хотя родные ещё были в купе, мысли Насти уже были далеко-далеко от них, она словно наяву слышала шёпот набегающих на ракушечник волн и видела скользящие мимо белые лёгкие яхты и большие корабли.

– Просьба, провожающим покинуть вагоны, – раздался строгий голос.

И все сразу вскочили на ноги и стали говорить одновременно, перебивая, и не слушая друг друга, потом почти так же одновременно рассмеялись. И вот последние объятья и поцелуи.

Поезд медленно оторвался от перрона и двинулся в путь, сначала как бы нехотя, лениво двигая колёсами, а потом всё быстрей и быстрей.

Настя смотрела на бегущих следом родителей, улыбалась и махала им рукой.

Вася так высоко подпрыгивал на руках у отца, что Насте казалось, сейчас он взлетит, раскинув руки, и помчится догонять поезд уносящий прочь его сестру.

– Настя! Звони нам почаще! – прокричала Ася, сложив руки рупором.

Эта была последняя фраза, которую расслышала Настя.

Выйдя за пределы города, поезд помчался ещё быстрее.

– Вот она настоящая свобода! – пронеслось в голове у девушки, – или воля?

Она неосознанно попыталась проанализировать, чем одна отличается от другой, но вскоре забросила это занятие.

Тем более что в купе вернулось временно отлучавшееся семейство её попутчиков, состоявшее из мамы Сони, бабушки Аллы Дмитриевны и внучки подростка Мариши.

Две старшие женщины быстро заполнили столик едой и пригласили Настю присоединяться.

– Спасибо большое, – отозвалась девушка и достала свою жареную курицу, варёные яйца, помидоры, огурцы.

– Это дело, – похвалила Алла Дмитриевна, – сразу видно, что вас мама собирала в дорогу.

Настя согласна кивнула и улыбнулась. Она никогда никому не говорила, что Ася ей не мама…

А когда кто-то начинал допытываться, почему мама такая молодая, обе со смехом ссылались на наследственность.

Насте нравилось ехать в поезде. Ночью стук колёс убаюкивал её надёжней всякой колыбельной, а днём она смотрела на проносящиеся за окном пейзажи, лёжа на своей верхней полке или стоя в коридоре.

Пассажирки, ехавшие с ней, оказались на удивление сдержанными. Они не донимали её вопросами и не пытались излить душу.

Алла Дмитриевна читала Чехова, Соня листала толстый журнал на английском языке, кажется про историю моды, а Мариша редко отрывалась от своего айфона.

В общем, все были при деле, и сама поездка всё более и более увлекала Настю.

И вот они добрались до пролива. Вагоны переместили на паром.

И Настя вместе с другими пассажирами принялась любоваться водной гладью. Прямо над головами с громкими криками проносились чайки.

Возле борта колыхались медузы огромные, как блины из студня.

Когда некоторые из них попадали под винты и разрывались на части, у Насти замирало сердце. Её богатое воображение рисовала ей муку мученическую, которую испытывают эти безмолвные создания.

И вдруг раздались восторженные восклицания, почти все пассажиры радостно загомонили, и защёлкали фотоаппаратами.

Настя повернула голову в ту сторону, куда смотрели другие, и тоже чуть не завопила от восторга – их паром сопровождали сразу несколько дельфинов. Они гигантскими свечами взмывали в воздух, их влажные тела блестели на солнце и падали снова в воду.

– Какие красивые! – выдохнула она и тоже принялась снимать это чудо природы, надеясь поймать наиболее удачный ракурс.

– Вот Васька обрадуется, – подумала она.

Брат ещё ни разу не был на море, а её в детстве родители возили несколько раз.

Тогда ещё была жива мама, и она считала, что море просто необходимо для того, чтобы ребёнок рос здоровым и счастливым.

Настя вспомнила их самую последнюю поездку. Ей было семь лет. Они вот так же переправлялись на пароме. Отец держал её на руках. Смеющаяся мама стояла рядом. И почти точно так, как сейчас появились дельфины.

– А ты знаешь, – сказал папа, – что дельфины могут не спать и оставаться полными сил, если даже не спали 15 дней подряд?

Настя, конечно, этого не знала и наивно спросила, – это потому, что в море нет бабушкиных снотворных таблеток?

Папа весело рассмеялся, – нет, не поэтому, хотя таблеток в море и впрямь нет. Но понимаешь, Настёнок, природа так устроила дельфинов, что каждое мгновенье у них отдыхает лишь одна половина мозга, а вторая бодрствует. По мнению ученых, это свойство помогает дельфинам выжить.

Ведь дельфины не могут, как рыбы постоянно находиться под водой, им нужно всплывать на поверхность, чтобы сделать вдох.

– Прямо как Ихтиандру, да папа? – Вспомнила Настя недавно прочитанную вместе с отцом книгу Александра Беляева «Человек-Амфибия».

– Ну, примерно так, – согласился отец, – и чтобы вовремя заметить хищника, один глаз дельфина следит за происходящим над водой, а второй – за возможным появлением хищников.

– Круто! – восхитилась Настя и покрепче обняла отца.

Минуту спустя он опустил её на палубу, – виновато улыбнувшись, проговорил, – тяжёлая ты стала.

– Я расту, – серьёзно ответила Настя.

– Конечно, растёшь, – приобняла её мать и девочка счастливо улыбнулась.

– Папа, а что дельфины едят? – неожиданно спросила девочка.

– Рыбу, моллюсков, рачков разных.

– А клювы у них, как у птичек.

– Ну…

– Как жалко, что они не разговаривают, – вздохнула Настя.

– Ну, почему же не разговаривают. У них есть свой язык, состоящий из почти 14 тысяч звуковых сигналов, и на нём они общаются между собой.

– Но с людьми они не говорят, – стоял на своём ребёнок.

– Наверное, люди ещё не доросли до понимания дельфиньего языка, – пошутил папа.

– Наверное, – серьёзно согласилась Настя и вздохнула, – а дорастут когда-нибудь?

– Будем надеяться.

– Папа! А сказки про дельфинов есть?

– Сказок нет… Но есть легенды.

– Расскажи!

– Хорошо, слушай:

Помнишь, мы читали с тобой Куна «Древнегреческие мифы»?

Настя кивнула.

– Так вот древнегреческий бог света и покровитель искусств Аполлон часто изображался верхом на дельфине и по легендам нередко превращался в дельфина. Однажды приняв образ дельфина, Аполлон доставил жителей Крита в Дельфы, для того, чтобы они воздвигли там храм. А Аполлона стали называть Аполлоном Дельфийским и Дельфиниусом…

– А ещё, папа! – захлопала в ладоши Настя.

– Но, Настёнок, наш паром вот-вот достигнет берега.

– Папочка, ты успеешь рассказать ещё историю.

– Хорошо, но только одну.

Девочка согласно кивнула.

– Жил был в античном мире юный музыкант Орион и однажды он отправился в морское путешествие.

Но, по-видимому, не слишком тщательно выбирал владельца судна.

– Или тур оператора, – невольно усмехнулась Настя, но вернувшись в прошлое, снова услышала голос отца, – так или иначе, но команда корабля решила избавиться от музыканта, чтобы завладеть его имуществом.

Убивать его своими руками никто из разбойников, не захотел, и они предложили ему самому выброситься за борт.

Юноша пропел прощальную песню и бросился в морскую пучину. Но случилось чудо! Он не утонул, на помощь ему приплыл дельфин и отвёз музыканта домой. Разбойники же были сурово наказаны.

А дельфинов древние греки с тех пор стали боготворить.

– А дельфины, правда, могут спасти человека? – спросила Настя.

– Правда, – ответил Артур, – и таких случаев за историю человечества набралось немало.

Пролив остался позади, вагоны снова поставили на рельсы и впереди у семьи был самый счастливый отдых на море.

* * *

Вот только повториться, ему было не суждено.

Настя кончиком мизинца смахнула невольно набежавшую слезу и отошла от борта.

В Симферополе девушка направилась на автобусную остановку, чтобы отправиться на автобусе в маленький прибрежный городок к тётушке Анюте.

Но тут она услышала, как кто-то громко закричал, – Настя, Настя.

Замедлив шаг, она оглянулась.

– Фу! успел, – выдохнул облегчённо приблизившийся к ней мужчина среднего роста с намечающейся лысиной на макушке посреди каштановых волос и с большими внимательными глазами.

Насти он почему-то напомнил оленя из старой сказки про Снежную королеву.

– Вы, кто? – растерянно спросила она.

– Я Гриша, сын Анны Васильевны Ситниковой.

– Тёти Анюты?

– Тёти Анюты, – улыбнулся он.

– Но вы совсем не похожи на тётю Раю.

– А почему я должен быть на неё похож? – ещё больше развеселился мужчина.

– Так она же ваша сестра…

– Двоюродная. Ну, поехали?

Она кивнула, Гриша взял из её рук чемодан и хотел стянуть сумку с плеча.

– Сумку я сама, она лёгкая, – запротестовала Настя.

– Сама, так сама, – легко согласился он и быстро пошёл в сторону выхода. Настя едва успевала за ним.

Вскоре они оказались на площади перед вокзалом, и багаж Насти был помещён в багажник синего Жигулёнка. А сама Настя села на переднее сиденье рядом с Гришей…

Она мучительно раздумывала о том, как ей его называть – дядя Гриша или просто Гриша и Настя решилась на маленькую хитрость.

– А вы старше тёти Раи или моложе?

– Старше на 2 года. У меня у самого такая же дочура, как ты.

Настя облегчённо вздохнула, быть сыну тёти Анюты дядей Гришей. И бросила пробный камень, – дядя Гриша, а вы живёте вместе с тётей Анютой?

– Нет, ну что ты, – рассмеялся он, – я давно живу отдельно, сначала сам по себе, а потом с семейством. Пятнадцать лет назад мы купили квартиру в новом микрорайоне. Ты ведь, знаешь, теперь и в курортных городах высотки ставят?

Она кивнула.

– А мама живёт недалеко от моря, в нашем старом, но уютном домике. Я уверен, что тебе у неё понравится.

– А других жильцов там много? – осторожно спросила Настя.

– Каких других? – удивился он.

– Но ведь, на лето много туристов приезжает…

– А, это, – понял он её вопрос, – нет. Мама не сдаёт жильё. Мы с братом ей помогаем, да и пенсия у неё неплохая. Опять же маленькое хозяйство, свои овощи, фрукты. И хотя время от времени приезжают отдыхать и останавливаются у неё и мамины и наши с братом знакомые, сейчас она одна и будет очень рада твоей компании.

– Спасибо, дядя Гриша.

– Не за что. Отдыхай, набирайся сил. А то вы все северяне такие бледные, как спаржа, которую от света укрывают.

Настя весело рассмеялась его сравнению и ответила, – дядя Гриша, я не северянка. Мой город в Средней полосе России.

– По мне всё равно, в какой ты там полосе. Если у вас зима шесть месяцев, солнца кот наплакал, и моря тёплого нет, то все вы в моём понимании северяне.

– Ну, вы скажете тоже, – отмахнулась девушка.

– Скажи спасибо, что в чукчи или в якуты не записал, – пошутил он, – а то была бы жительницей вечной мерзлоты.

Настя смотрела на тянущиеся за окном горы, потом на береговую полосу и вдруг увидела пологий холм сиреневато-лилового цвета.

– Ой, что это? – спросила она.

– Где?

– Да вон, же, вон, – она махнула рукой в сторону проплывающего мимо холма.

– А это, лаванда, – он опустил стекло и в салон ворвался опьяняющий аромат, от которого у Насти сразу закружилась голова.

– Тогда знаю, – тихо проговорила она, – Ася лавандовое масло в аптеке покупает и добавляет в ванну.

– В аптеке, – хмыкнул он, – ну северяне вы даёте!

– Правда, правда, – заверила его Настя, – и пахнет хорошо, но не так сильно как здесь, – признала девушка.

– Это она на солнышке разомлела.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2

Поделиться ссылкой на выделенное