Наталия Шитова.

Девчонка с изнанки



скачать книгу бесплатно

– Хорошо, если так. А то я очень переживал, – просто сказал он, крутя в пальцах коньячный бокал.

Вообще-то я должна была оценить это откровение. Нежность и сострадание давались Йану труднее всего. Даже наедине, а уж в людном месте… Хотя, слов его, кроме меня, никто и не понял. А если бы и поняли, кто для него все эти люди?.. Может, и правда переживал, кто его знает. Вопрос – за что именно.

– Ты ещё легко отделался, Йан, со своими переживаниями. Я могла просто не вернуться. Ты забыл мне сказать, что эта шахта уже под колпаком, что в канале кто-то покопался, что меня ждать будут, что придётся удирать…

– Считаешь, мне докладывают о каждом потенциальном провале? – его и без того тёмные глаза налились чернотой. – Думаешь, если бы я знал, я бы скрыл это от тебя?

– Нет, конечно. Не считаю и не думаю, – отрезала я. – Я вообще не считаю, что могу рассчитывать на какое-то особое твоё отношение по старой памяти…

– Кира, в обязанности персонала не входит информировать меня о каждой сомнительной шахте. Я о ситуации ничего не знал, – Йан произнёс это холодно и даже с вызовом.

– Я тебя ни в чём и не обвиняю. Не знал так не знал. Зато теперь знаешь, что в твоей конторе полно идиотов, для которых наёмники – это просто мусор! Пусть ныряет в засвеченную шахту, ну не доберётся до места, какая разница, нового пошлём!..

– Я нашёл виновного. И он наказан, – холодно оборвал меня Йан.

– Виновного в чём?

– Я нашёл того, кто знал, что здесь с шахтой пытаются работать местные умельцы. Он не счёл нужным выдать тебе предупреждение. Он наказан.

– Выговор с занесением? – фыркнула я.

Продолжая держать в левой бокал, Йан положил на стол правую руку и накрыл своей огромной ладонью мою.

– Я свернул ему шею, своими руками, – сообщил он примирительно. – Это тебя утешит?

Он не шутил. У командора Йана не было чувства юмора.

– Это уже через чур, знаешь ли, – пробормотала я и убрала руку.

– Да, возможно, – согласился он. – Я тоже так подумал. Потом. Ну, будем считать, что одному идиоту не повезло. Но зато другим впредь неповадно. Теперь бегают и носами землю роют.

Следующую пару минут мы молчали. Не то, чтобы меня сильно потрясло услышанное, но было как-то не по себе. С Йаном шутки плохи, это я знала. Если вина была доказана, а проступок непоправим, мог и лично на тот свет отправить. Никто не решался перечить командору. Мне раньше позволялись наедине некоторые вольности, но и то, наткнувшись пару раз на оскорблённый ледяной взгляд, я старалась сдерживаться. А теперь надо быть ещё осторожнее.

– Почему ты решила лечиться здесь? – Йан, опустошив свой бокал, нарушил молчание. – Это был не очень-то разумный выбор.

– Дома и стены лечат. Слышал про такое?

Он презрительно усмехнулся:

– Да слышал. Пустые слова… Что эти стены могут?

– Йан, я тебя умоляю! Ну какое такое лечение мне было нужно? Отлежаться. И я выспалась за всю жизнь, за прошлое и на будущее.

– Хорошо, – кивнул он. – А какие у тебя планы на это самое будущее?

– Послать твою контору ко всем чертям.

Йан глотнул из своего бокала и внимательно взглянул мне в глаза:

– Это я понял.

Но я не об этом. Жаль, конечно, но это твоё право. А вот что ты собираешься делать потом.

Я отмахнулась:

– Понятия не имею. Я девушка легкомысленная. На два шага вперёд думать не приучена.

– Кира, я серьёзно.

– Йан, я тоже. И хватит уже. Есть, что сказать – говори.

Он пожал плечами:

– Дом на канале тебя ждёт. Ты знаешь, я купил его для тебя.

Я отставила полупустой бокал и откинулась на спинку стула.

– Нет, Йан. Я же тебе сказала: между нами ничего больше быть не может. Если ты собрался меня поить ради разговора об этом, то напрасно.

– Ты же свободная женщина. Ты так этим дорожишь…

– И что?

– Я тебе предлагаю и свободу, и жилище, и достаток, и положение…

– Положение содержанки? Мне? Это, по-твоему, свобода?

Он покачал головой:

– Никак не понимаю, что тебя так оскорбляет? Да, это свобода. Ты же знаешь гатрийские законы. Замуж тебя никто из наших не возьмёт, это да. Но ты будешь свободнее и счастливее любой гатрийки. Я готов для этого постараться. Ты же знаешь, как я… как я к тебе отношусь.

Он не мог понять, что не так. То есть, мог бы, конечно, понять, если бы захотел. Йан далеко не дурак. Но он не хотел меня понимать, не желал напрягать ту извилину, которая в мужском мозгу соединяет хотелку с понималкой. Некоторые мужчины не способны расшифровать простейшие женские эмоции и предпочитают всё списывать на блажь. Это меня обижало, и я столько раз пыталась ему непременно втолковать, что к чему да почему. А потом бросила это дело. Для того, чтобы научить гатрийского аристократа понять женщину, жизни не хватит.

– А ты знаешь, как я отношусь к тебе, – в тон ему подхватила я. – Я замечательно к тебе отношусь, Йан. Ты справедливый командор. Ты щедрый мужчина. Ты хороший любовник. Да, да, очень хороший. Но я не вещь, Йан. Я знаю, что ты готов мне предложить. Мне это не нужно. И больше мы с тобой об этом не говорим никогда, хорошо?.. Мой контракт заканчивается через месяц. Я не буду его продлевать. Может быть, я даже чип удалю. И я не буду твоей куклой.

– Зря ты… – начал было он, но осёкся. Потом продолжил с деланым равнодушием. – Как хочешь. Это твоё решение. Смотри не пожалей.

– Йан, всё прошло, понимаешь? – буркнула я, глядя на маленькую серёжку в его левом ухе. Такие серёжки на гатрийцах всё равно, что наши обручальные кольца. – Было и прошло, и не начинай сначала.

– У тебя кто-то есть?

Я чуть не подавилась последним глотком мартини.

– Ты что, ревнуешь?

– Нет. Просто хочу знать.

– В мою личную жизнь будешь лезть через месяц, когда перестанешь быть моим начальником. А я тогда с удовольствием пошлю тебя подальше. А пока просто учти, что…

Он не дал договорить, подался вперёд и цапнул меня за руку:

– Слушай меня, Кира! – спокойно сказал он, но в глазах появился злобный блеск. – Вот через месяц, когда я перестану быть твоим начальником, ты и будешь указывать, что мне учитывать. А пока, если уж между нами ничего не может быть… – не только в глазах, но и в голосе вылезла ярость. – Веди себя так, как должна вести себя наёмница с изнанки!

Вот же гад… С одной стороны, он прав. Впрочем, он прав со всех сторон. Либо я возвращаюсь назад, во времена бурного служебного романа с командором, и тогда вполне могу разбить пару тарелок под горячую руку. Любовнице прощается. Либо я в те времена не возвращаюсь, и тогда полностью вступают в силу правила служебной субординации. «Да, командор». «Слушаюсь, командор». Я всего лишь наёмница с изнанки. Как утверждает молва – одна из лучших, но от необходимости подчиняться это не спасает.

Что ж, ещё месяц потерплю. Больше терпела.

– Прошу прощения, командор.

Он скривился. Вообще, с тех пор, как Йан отпустил на лице эту кошмарную растительность, его мимику, и без того, весьма сдержанную, можно было прочитать лишь с трудом. Если бы не выразительные карие глаза, вообще ничего по этому лицу не поймёшь. Йану сорок, он в отличной форме. Он по-мужски красив, хотя и несколько грубоват на взыскательный вкус. А ещё он умеет распустить хвост перед девчонкой. Непонятно всё же, какого чёрта я тогда на него клюнула. Наверное, всё-таки сильно польстило внимание командора. Если бы я ещё по молодости лет умела отличить настойчивость от навязчивости, а любовь от желания обладать, цены бы мне не было.

– Значит, говоришь, восстановилась? – уточнил Йан, снова становясь строгим начальником.

На самом деле, чувствовала я себя всё ещё неважно. Слишком сильно помяло меня в повреждённом канале. Всё тело было сплошным кровоподтёком. Сейчас травмы уже так сильно не беспокоили, но это потому что я носила себя, как хрустальную вазу, береглась. Пожалуй, я была бы честна с командором при других обстоятельствах. Но теперь жаловаться Йану не хотелось. Я оказалась не готова показывать слабость перед бывшим любовником. Хоть это на самом деле глупо, и хуже от этой глупости будет только мне самой.

– Да, я же сказала, всё нормально.

– Что ж, я рад. Не так много у нас отличных курьеров, а уж курьер-проводников совсем не осталось. А такого уровня вообще единицы, – Йан коротко вздохнул. – Поэтому придётся выдать тебе новое задание, уж извини.

– Слушаю, командор.

– На оставшийся месяц поступаешь в распоряжение группы Шокера.

Шокер. В узких кругах курьерского департамента это имя стало легендой. Его мало кто видел, хотя почти все о нём слышали разные байки. Лучший оперативник под прикрытием. Лучший ловец. Лучший… Кругом лучший, если уж совсем коротко. Отлавливает преступников, сбежавших на изнанку или постоянно промышляющих тут, и доставляет их назад, на поверхность.

– Группа осталась без проводника, а у них серьёзная операция в разгаре, нужна поддержка, – закончил Йан.

– Хорошо, командор.

Надеюсь, что поддержка им нужна не прямо сейчас и не завтра, а то для полноценной оперативной работы я всё ещё сильно не в форме.

– Тогда у меня всё, иди, – холодно произнёс Йан. – Адрес тебе придёт на телефон.

– Я не очень дружу с телефонами. Сейчас работает, а возьмёт вдруг и заклинит.

– Кому ты это говоришь, а то я не знаю… Не волнуйся, ты получишь всю информацию, тем или иным способом, – равнодушно сказал он. – Удачи.

– Спасибо, командор, – я встала из-за стола. Посмотрела на непроницаемую физиономию и не удержалась. – Заплатить не забудь, папочка.

Йан недобро глянул мне в лицо и отвернулся.

Глава 4

Адрес, который мне сообщили, привёл меня в небольшую деревеньку под Питером. Собственно, до города рукой подать, с дороги уже видны новые городские кварталы. А здесь за заборами цвела сирень, стрекотали насекомые и чирикали птички.

Я вообще-то с природой очень на «вы». Предпочитаю каменные джунгли. Мне в них как-то спокойнее. Каждый раз, когда после травмы меня отправляли на реабилитацию в какое-нибудь красивое тихое место, где травка, муравьишки, слепни, жучки-паучки и прочая нечисть, я обычно сбегала оттуда и залегала до конца отпуска в съёмной квартирке в каком-нибудь мегаполисе.

Нужный мне дом был окружён высоким забором с воротами и калиткой. Я нажала одинокую кнопку звонка и стала терпеливо ждать.

Когда калитка открылась, я упёрлась взглядом в чей-то загорелый прокачанный торс. Высоченный, под два метра, темноволосый парень посмотрел на меня сверху вниз:

– Тебе чего, девочка? – и смачно хрустнул уже обгрызенным зелёным яблоком, которое держал в руке.

– Мне Шокера.

– А, – не особо удивился верзила. – Нету дома его. Что передать?

– Он мне лично нужен.

Парень откусил от яблока последнее, швырнул огрызок в траву и вытер руку о джинсы. Потом привстал на цыпочки и заглянул мне за спину. Что уж он там хотел увидеть, я так и не поняла, но верзила удовлетворённо кивнул:

– Ну, пошли. Подождёшь. Шокер скоро вернётся.

На последних словах в его голосе зазвучал явный гатрийский акцент.

Мы прошли через совершенно пустой дворик между калиткой и входной дверью в дом.

Сам дом был не очень-то новый, но построен не как наш обычный деревенский дом. Я бы сказала, что строил его гатриец. Очень уж похож он был на их простые дешёвые домики. Не терем садовода, а скорее одноэтажный коттедж с плоской крышей.

И точно, внутри всё выглядело, как довольно просторная городская квартира. После небольшой пустой прихожей – просторный холл с диваном, огромным телевизором, обеденным столом и шестью стульями вокруг. А из холла уже арка в коридор, идущий из конца в конец. Все жилые комнаты выходят на противоположную сторону. Типичная гатрийская планировка для малобюджетного жилья.

В холле на диване сидел, развалившись, симпатичный худощавый блондин в засаленных джинсах и грубом вязаном свитере. Он был занят игрой в планшете и покосился на меня безо всякого интереса.

– Это к Шокеру, – вздохнул темноволосый верзила.

– Садись вон в уголок, подожди, – кивнул блондин на пластиковое кресло с плоской подушкой, стоящее у самого окна.

Я послушно села, сняв рюкзак и поставив его сбоку у кресла.

Темноволосый прошёл в коридор, потом там что-то уронил, погремел и вернулся обратно с бутербродом, напоминающим двойной чизбургер.

Блондин равнодушно посмотрел на это чудо кулинарного искусства и фыркнул:

– Самое время! Только аппетит перебьёшь.

– Мой аппетит перебить невозможно, – гордо сказал верзила и, посмотрев за окно, добавил. – А вот и Шокер приехал.

Я тоже взглянула туда. Интересно же на живую легенду поглазеть.

Во дворик заехал мотоцикл и остановился у самого крыльца. Мужчина в джинсах и косухе, не слезая с сидения, снял шлем и повесил его на руль. Потом наклонился, сунул руку куда-то вниз, испачкался, другой рукой полез за спину в капсулу багажника, выудил тряпку, долго вытирал руки, задумчиво поглядывая вниз на колесо.

Потом он бросил тряпку на прежнее место и, наконец-то, поднял голову. Обыкновенное лицо, правильное, спокойное, пройдёт мимо – ни за что не запомнишь. На вид – за тридцать. Острый нос, острый же подбородок. Брови тяжеловаты. Или нахмурился? Волосы совсем короткие, русые с рыжинкой, и брился, лентяй, дня два назад, что, впрочем, при его-то косухе смотрелось вполне в тему.

Мужчина слез с мотоцикла.

Сложён он был здорово: длинные крепкие ноги, широкие плечи. Вот, когда есть на что посмотреть, то я отдаю должное. Хотя, тут дело вкуса, конечно. Кому-то нравятся мускулы попухлее, а мне вот так, чтобы ничего лишнего, но ущипнуть было бы за что.

Мотоциклист присел на корточки перед колесом, протянул было руку, но передумал пачкаться ещё раз, встал и пошёл в дом.

– Опять суши не привёз? – печально спросил верзила, когда Шокер появился на пороге холла.

– Обойдёшься, – вздохнул тот. Голос оказался приятный, но глуховатый. И чем-то неуловимо знакомый. – У меня бюджет не рассчитан на то, чтобы тебя каждую неделю суши кормить.

– Ну да, ещё скажи, что я их один ем, – фыркнул темноволосый, грустно посмотрел на свой бутерброд и принялся за еду.

– Лис, у меня что-то с передним амортизатором, – сказал Шокер. – Глянешь?

– Гляну, – отозвался блондин. – А тебя тут привет с родины ждёт.

– Где? – нахмурился Шокер.

Блондин молча мотнул головой в мою сторону.

Шокер развернулся. Усталые светло-серые глаза внимательно оглядели меня, ни одна чёрточка его худого лица не дрогнула.

– В чём дело? – спокойно спросил он.

– Меня прислал командор.

Шокер чуть сжал губы и слегка прищурился.

– Хорошо. Пройдём ко мне.

Он пошёл вглубь дома, и я, вскочив с кресла, направилась следом.

Шокер открыл одну из дверей и придержал её, пока я входила. Потом плотно закрыл её изнутри.

Всё время, с тех пор, как он вошёл в дом и заговорил, меня не оставляло мучительное состояние, когда смотришь на человека, и он кажется тебе знакомым, но ты никак не можешь вспомнить, где его видел.

Комнатка была спартанская. Узкая койка вдоль стены, компьютерный стол с ноутбуком в углу, два стула и узкий шкаф у двери. Ничего не говорило о том, что в комнате живут. Ни одной шмотки на поверхности, ни забытой чашки, ни книжки или какой-нибудь пустяковины. Комната-муляж.

– Я слушаю, – сказал Шокер и повернулся ко мне. Сесть не предложил и сам не присел.

– Командор Йан прикрепил меня к вашей группе для завершения операции. Я проводник.

Шокер пару раз хлопнул рыжеватыми ресницами, кашлянул и ничего не ответил.

– Что-то не так? – уточнила я.

Он промолчал, отвернулся от меня, подошёл к небольшому окну. Окно выходило в палисадник, и в раскрытые створки лезли ветки сирени. Шокер отдёрнул занавеску, высунулся наружу, отвёл ветки, закрыл окно и наглухо задёрнул занавеску. Затем повернулся ко мне. Его взгляд всё так же ничего не выражал, кроме хронической усталости.

И тут я наконец поняла, кого напоминает мне этот человек. Того самого парня, который спас меня от смерти в слоях. Если уж честно, то сходство-то не ах какое явное. Да, что-то в походке, в посадке головы… Ничего конкретного. Всё смутно. Но я знала, что измениться за десять лет до неузнаваемости для мужчины проще простого. Что-то такое жизнь с ними делает.

– Командор всё ещё здесь? – проговорил Шокер.

– Понятия не имею. Возможно.

Шокер выудил из кармана косухи телефон, пошкрябал длинным тонким пальцем по экрану, приложил гаджет к уху и замер.

Динамик у телефона был отрегулирован нормально. Будь на моём месте кто-то другой, он ничего бы не услышал. Но я прекрасно слышала длинные гудки на том конце линии. Значит, командор Йан всё ещё не покинул изнанку.

– Курьер-командор, – отозвался, наконец, Йан на гатрийском. – Слушаю тебя, Шокер.

Голос распознать было уже труднее, но всё равно, моему слуху это было по силам.

– Йан… Ты прислал мне человека… – начал Шокер на том же языке.

– Да?

Шокер произнёс длинную фразу на гортанном звучном наречии. Это был древний мёртвый язык, от которого произошли все современные языки на поверхности, и в первую очередь гатрийский. Всё равно, что для нас латынь. Я этого языка не знала, да и у гатрийцев мало кто мог на нём два слова связать. Изучали его только в паре элитных заведений для золотой молодёжи.

– Ты просил проводника, – заявил Йан на гатрийском. – Хорошего проводника. Ты его получил.

Шокер резко бросил несколько непонятных слов.

– Ты получил лучшее, Шокер, – отрезал Йан. – Я дал тебе Апрель.

Шокер вскинул глаза на меня. Я прикинулась девочкой-ромашкой и просто пожала плечами.

Шокер нервно потёр лоб и произнёс что-то уже совсем другим тоном. Я бы сказала, что он извинялся за горячность.

– Я понимаю, что напряжение велико, а ситуация у вас непростая, – ответил Йан. – Но мне не нравятся твои капризы… Чтобы я этого впредь не слышал! Через полчаса я покину изнанку. Если есть вопросы – задавай. Если нет – жду доклада об успешно выполненной операции.

– Вопросов нет, – сказал Шокер на гатрийском. И надо сказать, его гатрийское произношение было чистейшим. – О результате доложу через курьера.

Он сбросил вызов и несколько секунд молча смотрел в никуда. Потом повернулся ко мне:

– Твои полномочия подтверждены, Апрель.

И русский его тоже был безупречен. Даже такой слухач, как я, не мог бы определить, какой язык для Шокера неродной. Вот и пойми, права я или мне всё-таки мерещится.

– Мне показалось, ты требовал у командора замены.

Шокер упрямо сжал губы:

– Что там полагается делать, когда кажется?.. Короче, осваивайся в доме. Не могу сказать точно, в какой момент твои способности нам понадобятся, но будь готова, этот момент может наступить очень неожиданно.

Я кивнула.

– Что-то ещё? – устало уточнил он.

Я не очень-то люблю глупо выглядеть, но, с другой стороны, вроде и не из трусливых. Если что-то не срастается, лучше пять минут позора, чем мучительные раздумья и сомненья. Поэтому я спросила:

– Ты меня не помнишь?

Он задумался, склонив голову к плечу.

– Нет. А должен?

– Ты же меня из слоёв вытащил.

Шокер нахмурил лоб, встряхнул головой и отмахнулся:

– Путаешь ты что-то.

– Десять лет назад, итоговые испытания на курьерских курсах… Инструктор уронил вагончик с курсантами в срединные слои… Ты ведь был среди спасателей.

Шокер покачал головой:

– Ты ошиблась. Меня там не было.

– Не может быть! – запальчиво возразила я и подошла к нему совсем близко.

Я прекрасно помнила, как острый раскалённый осколок камня полоснул моего спасителя по лбу и глубоко рассёк кожу. Должен был остаться шрам. Но шрама не было. Высокий лоб Шокера был чист и гладок.

– В чём дело? – с раздражением уточнил он. – Я слышал об этом случае с курсантами, но я не имею к нему никакого отношения.

Похож, всё равно похож. Да, уже не мальчишка, но ведь похож. Хотя… Тот парень был с изнанки. Он знал песенку Винни-Пуха и все на свете анекдоты, и уж точно ему негде было бы выучить древне-гатрийский.

– Извини, обозналась, – коротко вздохнула я. – Похож ты очень на одного человека.

Шокер укоризненно вскинул брови, но вежливо ответил:

– Ничего страшного. Мало ли похожих людей?

Я уставилась в его глаза. Он спокойно смотрел в мои, и ни один мускул на лице не дрогнул.

– У тебя всё? – проговорил он с лёгкой досадой. – Нам вместе работать, так что лучше пойдём, познакомлю с ребятами.

Он подошёл к двери и снова галантно открыл её передо мной.

– На первый взгляд мы живём дружной такой общагой, но мы всё-таки специальное служебное подразделение, поэтому мой приказ тут – закон для всех. И для прикомандированных помощников тоже, – сообщил мне Шокер, пока вёл меня по коридору обратно в холл.

Когда мы вошли, кроме уже знакомых мне блондина с планшетом и темноволосого верзилы с бутербродом, на диване сидела девушка в мужской рубашке, завязанной узлом на животе, и широкой цветастой юбке. Её тёмные волосы были как-то беспорядочно окрашены местами в рыжий цвет. Длинные пряди занавешивали лицо, доходя почти до подбородка. Чёлкой назвать это было сложно, больше похоже на вертикальные жалюзи.

Шокер вошёл вслед за мной и бодро хлопнул в ладоши:

– Группа, внимание! Немного официоза!

Все поднялись на ноги. И я ощутила себя лилипутом в стране великанов. Я ещё у калитки поняла, что верзила просто огромный, потом выяснилось, что Шокер тоже длинный, лишь немногим пониже, но вот и жилистый блондин оказался ростом с Шокера, а крашенная девица, хоть и не доросла до парней, по сравнению со мной выглядела просто баскетболисткой.

Шокер встал между нами и, чуть касаясь ладонью моего плеча, другой рукой указал на девушку:

– Это Лали. Она замещает меня, когда я вне зоны досягаемости, и она у нас отвечает за сбор информации об объектах.

Лали легонько кивнула головой и соизволила смахнуть с глаз волосы. Глаза у неё оказались восхитительного бирюзового цвета, а взгляд надменно-отрешённый.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18