Натали Якобсон.

Рианон



скачать книгу бесплатно

– Спас жизнь – это громко сказано, – поправила его Рианон, она не любила быть обязанной кому-то, а тем более такому странному типу.

– Ты хочешь сказать, что солдаты короля тебя ни чуть не испугали? – попробовал отшутиться он.

– Какого еще короля? – невольно Рианон вспылила, и тут же не стало вокруг никакого холода, ей стоило труда сдержать жар и огненную струю, разбежавшуюся в миг по всем ее венам. Так других согревает выпитое вино, но ее это опасно распаляло. Она устало прислонилась к стволу дерева. Удивительно ли, что упоминание о самозванцах и регентах выводит из себя единственного законного наследника? Эту истину она никому не сможет объяснить, не потеряв при этом головы.

– Я же не серьезно, – ее спутник вдруг понял, что перегнул через край и рванулся назад, к ней, – только не огорчайся.

Его худые руки попытались коснуться ее плечей, но Рианон отшатнулась. Уж слишком подозрительно его пальцы светились в темноте и уж слишком тонкими и цепкими они были. Руки человека не бывают такими, в этом она была уверена.

– Нам стоит продолжить путь.

– Да, конечно, – она кивнула и попыталась оттолкнуть от себя его ладони. Она заметила, как перекривилось вдруг от боли его лицо, и сам он поскорее наклонился так, чтобы глаза его остались скрыты полями шляпы. Конечно же, она его обожгла. И теперь он старался спрятать ожог и от нее, и от себя самого, хотя на длинной мертвенно-белой кисти уже расплывалось зудящее пятно. Понимал ли он, что это она его обожгла одним своим прикосновением. Люди обычно не понимали. Редко кто догадывался, что находиться рядом с ней опасно. И мало кто готов поверить в то, что хрупкая принцесса способна испепелить любого, а потом сама может в недоумении стоять и смотреть, а что же, собственного говоря, приключилось и почему недавний собеседник корчиться теперь в муках у ее ног. Она один раз так пыталась помочь фрейлине, которая укололась шипом розы, всего-то и нужно было перетянуть ей рану своим ажурным платком. Рианон так и собиралась сделать, а вместо этого испепелила нежную женскую руку одним только касанием своих ногтей. Той девушки больше не было при дворе, ее отослали, фрейлина, вынужденная прикрывать свою опаленную руку перчаткой всегда, даже на балу, никому оказалась не нужна. А виновата во всем этом была она, Рианон. И ту розу с куста фрейлина тоже срывала для нее. Никто не догадался, разве только жертва, но даже та вряд ли поверила. Жертвы как раз редко что-то подозревали, а Рианон обжигала многих. Не то, чтобы совесть ее особенно мучила, когда ей удавалось запалить одежду на нерадивом страже или волосы на подслушивающем господские разговоры лакее, или вызвать сполох огня в камине, когда дискуссии в тронном зале достигали предела. Она жалела лишь о том, что ее крошечный талант слишком ничтожен для того, чтобы завоевать целое королевство. Сделать маленькие пакости да, но отстоять собственные права на трон – этого при помощи пары зажженных чудом свечей она просто не сможет. Да, если она вдруг вернется, то все канделябры вспыхнут, когда она войдет в зал и пламя примется шептать что-то в камине, но вряд ли будет достаточно даже самого небесного огня, чтобы все ее враги были мертвы, все непокорные покорились, а уже занятый самовольным регентом трон оказался свободен.

Хотя перспектива пройтись по улицам Лорета с огненной волной и покорить всех себе ее очень даже прельщала. И иметь бы еще армию демонов за спиной, подвластных только ей, и могучих сторонников и неиссякаемую силу. Пусть даже колдовскую силу. Чтобы вернуть назад свое, все методы хороши.

Да, она об этом мечтала. К чему лицемерить или быть не в меру благородной, если другие живущие в ее стране от благородства давно отказались. Хорошо было бы одолеть их тем же оружием, какое не раз пускали в ход они. Если б только она могла, если б только ее крошечный дар со временем разгорелся так, что стал бы достаточным для любого подвига. А захватить назад такое мощное королевство как Лорет, это было не просто подвигом и даже не темой достойной для того, чтобы народ слагал об этом свои сказания и легенды. Вернуть Лорет назад это было все равно, что перевернуть весь мир.

Если бы только какой-то могущественный демон предположил ей в этом свою помощь, то она бы на все согласилась. А перед ней стоял только худенький шутовской призрак. Его можно было сравнить с мелким бесом, духом-шутником или просто проказливым привидением. Скорее всего сейчас он заведет ее на болото и это и будет конец их маленького ночного приключения.

– Ну что идем? – он явно нервничал и подгонял ее куда.

– Мы что опаздываем на бал? – раздраженно спросила она, ведь он оторвал ее от сложных размышлений, сколько раз она выстраивала в уме собственную стратегию и каждый раз зря. Легче просто было следить за танцем опадающей листвы и ни о чем не думать. – Ты спешишь затащить меня на ночной шабаш или любой другой праздник проклятых, где все ждут человека в качестве угощения, а приведешь его ты.

– Ну да, там у многих праздник… в свое роде, – уклончиво ответил он, – но нас это не касается. У фей, например, балы бывают каждый день, только нас туда никто не приглашал.

– Говори только за себя, – Рианон окинула пренебрежительным взглядом его нескладную долговязую фигуру. Сама она могла похвастаться тем, что сложена хорошо, даже слишком хорошо, ее статность часто привлекала к себе внимание и женщин и мужчин. Во всяком случае, танцевать с ней мечтали и те и другие, ну и не только танцевать. Жаль, что настоящие балы с быстрыми танцами в замке случались довольно редко. Гораздо чаще это было неспешное движение под вялую музыку менестрелей, еще и отягощенное сковывающим стан тяжелым платьем. И партнеры чаще всего были не теми, кого выбирала она сама. Замок вообще в последнее время стал тюрьмой. Там все выбирали за нее, начиная от пажа несшего ее шлейф и кончая даже женихом. Поэтому теперь она уже было не в замке. Свежий воздух и запахи леса должны были ее взбодрить, ведь это был аромат свободы, но у Рианон почему-то мурашки пробежали по коже. Все в этом уголке леса было как-то не так, не говоря уже о весьма необычном провожатом.

И все-таки она продолжала идти за ним, опасливо оглядываясь по сторонам. Все вокруг почему-то излишне настораживало, а подозрительнее всего была маячившая впереди долговязая и чересчур проворная фигура. Хотя, наверное, глупо было бояться. Кому что, а ей-то уж точно нечего терять. Она и так все уже потеряла. Целое королевство. Все теперь было чужим. Остается радоваться только тому, что голова все еще на плечах, пошутил как-то игравший под окном ее башни менестрель. У него самого тоже был только ветер в карманах и арфа, и он часами засиживался под ее башней, особенно во время заката. Да, ее голова действительно все еще была на плечах, и возможно этому стоило радоваться, но совесть не позволяла. Какая польза в этой сохранившейся голове, если больше нет совсем ничего.

– Считаешь, будет гораздо лучше, когда местные обитатели лишат тебя разума?

Голос не прозвучал, скорее всего, она его себе просто вообразила. Откуда кому-то взяться в ночном лесу. А тут вдруг этот писклявый женский голосок, будто на ближайшей коряге расположилась крошечная фея.

И все-таки в сказанном был смысл. По рассказам бардов и часто прибывающих к воротам замка коробейников Рианон знала, что встреча с волшебным народцем способна свести человека с ума. В это можно было поверить. В замке даже самое безобидное заклинание имело силу лишить разума любую придворную даму или кавалера. Такое часто случалось. Таким образом кто-то лишался врага, но иногда были и случайные жертвы. Это самое плохое в колдовстве никогда не знаешь, какие силы можешь вызвать, и против кого они обратятся. Вдруг против тебя самого.

Но как все происходит, когда встречаешь представителя волшебной расы. Неужели один их вид или один разговор с ними способен лишить разума человеческое создание.

Не хотелось бы встретить такое существо, которое сведет тебя с ума, даже этого не заметив. Или все-таки стоило рискнуть и проверить, действительно ли все так, как рассказывают.

Рианон внимательно огляделась по сторонам. Кругом только палая листва, пни, да голые ветви, сплетающиеся над головой затейливым кружевом так, что почти не видно неба. Никого вверху, никого внизу, никто не сидит на ветках и не прячется за пнями. Кругом никакого движения, никакого пусть даже отдаленного намека на то, что рядом кто-то есть и все-таки ощущения не могли ее обманывать. Рядом кипела жизнь. И не важно, что кругом тишина. Даже звуки целой цивилизации не смогли бы возбудить ее так, как то, что она почувствовала.

– Идем, идем, уже почти пришли, – то и дело подгонял ее спутник. Он так сказал уже раз сто наверное, будто и сам верил, что он его слов зависит то, как быстро они дойдут.

– Что это? – когда лесной пейзаж перед ними начал сменяться пещерной тьмой Рианон забеспокоилась.

– Всего лишь заброшенные рудники, – беспечно пояснил спутник, уже поспешно спускавшийся вниз по каким-то каменистым ступенькам, образовавшимся прямо во мгле пещеры. – Разве тебе не хотелось бы найти там внизу золото? Ты же сказала, что тебе хотелось бы поверить в удачу.

– Стой, мы так не договаривались, – ей не хотелось спускаться с ним на дно какой-то всеми забытой шахты, но выбора вроде не было, сама дорогу назад она уже не найдет, а зеленый колпак провожатого уже скрывался за поворотом каменистой лестницы. Вот дело-то, кажется совсем недавно еще это была шляпа с бубенцами, а не колпак.

– Ну, идешь или нет, – донеслось до нее из глубин земли, куда уводили осыпающиеся ступеньки. Рианон в последний раз обернулась назад, там, позади, остались лес и свобода, а впереди уходила вниз непроглядная темнота, и туда ей нужно было пойти. Она боялась ступить на лестницу, высеченную в пещере, а когда все же ступила тьма стала и вовсе непроглядной. Казалось, что что-то позади нее сомкнулось, и путь назад отрезан.

– Эй, – окликнула она своего проводника, но ее голос затерялся в ответвлениях пещеры. Никто ей не откликнулся, только эхо, но не совсем такое, каким оно бывает обычно, а какое-то многотональное и многоголосое, будто смеялись в ответ тысячи крошечных существ.

Рианон ощупью начала продвигаться вперед, надеясь еще отыскать своего проводника, но его будто и след простыл. Только остался валяться на одной из ступеней его зеленый, светящийся единственным бубенцом на острие колпак. Рианон наклонилась и подняла его, и вдруг мир вокруг нее преобразился.

Это все еще была пещера, но уже не такая узкая и тесная. Высеченная в камне лесенка осталась далеко позади, а впереди не было никаких рудников или штолен, только огромная овальной формы зала, окруженная со всех сторон неровными стенами пещер. И Рианон стояла в самом ее центре. Странно, но вокруг уже не было темно. Девушка подняла голову и огляделась по сторонам. Своды потолка были ей не видны, и там, наверху, вовсе не было источника сета, сияние исходило отовсюду, из самих недр земли и в то же время ниоткуда. Рианон даже не попыталась поднять шапку, слетевшую с головы, и волосы свободно упали ей на плечи. Что-то в ее одежде тоже неуловимо менялось, вместо жесткой мужской одежды она чувствовала теперь касание парчи к своей коже, и о чудо, позади нее бирюзовой струйкой вился длинный шлейф.

– Взгляни в зеркало дорогая, – раздался голос ее недавнего провожатого, хотя его самого так и не было видно.

– Здесь нет зеркала, – возмутилась Рианон, но все-таки огляделась по сторонам в поисках того странного существа, которое завело ее сюда. Оно ведь могло где-то прятаться. Но над ее головой витала лишь струйка серебристого дымка. Иногда казалось, что в нем проступают очертание лица. Дымок клубился то там, то здесь, заставляя ее без конца оборачиваться, чтобы не выпустить его из поля зрения.

Когда она обернулась за ним в очередной раз, то взгляд ее наткнулся на зеркало. Она изумленно застыла. Дама, отражение которой она могла увидеть в полный рост напротив себя, была одета куда богаче и элегантнее, чем та принцесса, какую она помнила. Бирюзовое платье с тугим корсажем выгодно обтягивало ее фигуру, струилось от тонкой талии облаками переливающейся парчи и, казалось, не кончалось вообще, потому что лежащей на полу шлейф тянулся бесконечно.

– Сделать его чуть короче? – участливо спросил все тот же голос. И с чего это некто о ней так печется. Рианон обернулась, чтобы внимательнее рассмотреть и шлейф сам скользящий по полу показался ей живой змейкой.

А потом она заметила в стенах еще несколько зеркал и была поражена, но совсем не потому, что они в совершенстве копировали и множили ее отражение. Привлекало внимание другое. Зеркала были великолепными, но не ровными, в амальгаму и рамы будто врос гранит, камешки неровно смыкались по краям то там, то здесь и казались неотъемлемой частью этих странных сияющих зеркал. Ведь не выросли же они прямо из стен? Но тогда почему они даже не висят вплотную к стенам, а будто произрастают из них, подобно грибку или другим паразитирующим наростам. И их становится все больше и больше, в какую сторону ни посмотри. Из-за такого количества углублений с зеркалами зала казалась уже не овальной, а многоугольной.

– Прекрасно выглядите, ваше высочество, – заметил все тот же бестелый голос, и Рианон заметила, что в ее распущенных волосах уже сверкает диадема и длинные пряди собираются в изысканную прическу, будто кто-то невидимый укладывает их и закалывает на макушке крошечными бриллиантами.

– Великолепно, – продолжал восторгаться голос, – клянусь, вы самая прекрасная леди из всех, что могли оказаться здесь, и не подоспей мы вовремя, такую очаровательную голову могли бы срубить.

– Что? – она произнесла вопрос одними губами, но серебристый дымок над ней заколыхался, принял неясные очертания, свился тонким колечком вокруг ее головы и снова распался на мириады сверкающих брызг. И все равно даже если на миг он раздваивался или исчезал, то выглядел, как одно живое существо.

– Я ведь тебя узнала, – заметила она в сторону роящихся серебристых пылинок, из которых состоял дымок. Пусть форма теперь была и не та, но голос ее недавнего провожатого откликнулся на ее реплику густым как дым смехом.

– Лучше присмотрись к себе, – посоветовал он.

Она так и сделала, с удовольствием отметив, что нынешний наряд нравится ей гораздо больше, чем все то, что она носила при дворе и совсем не потому, что он был роскошнее, парча, как будто нежно согревала кожу, при этом совсем не возбуждая огненную лавину в ее венах. Наоборот ткань будто притушила ее внутренний огонь. Было так приятно ощущать текстуру драгоценной материи. И цвет как раз был ее любимый голубой. Нежный как утреннее небо, как вода, как лед… возможно, ее так привлекал именно этот оттенок, потому что он кидал вызов стихии огня, бушующей в ее крови. Цвет моря и льдистых глыб. Он шел к ее глазам. Может он и выбран не случайно. Во всяком случае, лучше чем в этом платье Рианон себя никогда еще не чувствовала. Ее только удивила кайма золотого кружева облачком бегущая по полушариям грудей. Почему с голубизной должен сочетаться этот золотой солнечный цвет. Ведь там где солнце там и огонь, даже если это тонкий лучик.

– Но ведь ты же королевской крови, цвет королей золото, – вкрадчиво напомнил голос, и уже по тону было ясно, что он лжет, пытаясь отвлечь ее внимание от чего-то более важного. От чего-то, о чем она пока еще не знала.

– Почему я не вижу тебя? – Рианон осмотрелась по сторонам в поисках несуществующего собеседника. – И откуда звучит твой голос, если не видно тебя самого? Ты за одним из зеркал?

Она уже наблюдала при дворе за иллюзиями, производимыми с помощью зеркал, но здесь было что-то другое, и назвать это просто фокусом она уже не решалась. Она не ощущала рядом присутствия живого тела, не в пещерной зале, ни за альковами зеркал. Только серебристый дымок колыхался над ее головой, истончался, снова собирался в тучку, иногда вибрировал, а голос, казалось, исходил именно от него.

В ответ ей, конечно же, прозвучал только легкий смех, как тихий звон бубенца на зеленом колпаке, который она все еще сжимала в руках.

– Я ведь угадала кто ты, – заявила Рианон, чтобы немного урезонить его. Ей захотелось высказать свое предположение вслух, чтобы он и вовсе перестал играть в прятки, но тут вдруг она резко вспомнила, что даже не знает, как его назвать. Он так и не представился, ни имени, ни титула, ни положения в обществе, будь он хотя бы придворным шутом или если б она точно могла обозвать его духом, но она не могла. Она ведь просто не успела спросить, как его зовут.

– Как твое имя? – она быстро оглядывалась, тщетно пытаясь поймать взглядом все время ускользающий дымок. Казалось, что теперь он уже обволакивал ее со всех сторон, стелился мерцающим облаком над головой и источал тихий ядовито насмешливый звон бубенцов.

– Дай мне имя! – то ли попросил, то ли потребовал он.

– Но… – она крепче сжала руками зеленый колпак и еще раз резко повернула голову, стараясь сфокусировать взгляд на дымке. Он пребывал в постоянном движении и создавалось ощущение, что голос, доносящийся из него, звучит со всех концов залы.

– Смелей же, принцесса, назови меня как-нибудь, – начал подзадоривать он. – Я же, в конце концов, твой личный демон.

– Что? – она уже нервно мяла похолодевшими пальцами ткань колпака, ей хотелось думать, что на этот раз он шутит, но по интонации было не похоже. Даже бубенцы на миг замолчали. – Как ты сказал?

Она уже слышала о чем-то подобном, даже больше видела остекленевшие глаза и трупы, синие от потери крови, со вскрытыми венами, с мертвыми губами, казалось, все еще готовыми прошептать запретное имя того, кто вырвал их из привычной человеческой жизни, чтобы дать миг блеска, а потом погубить.

– Только не делай вид, что для тебя это пустой звук, – собеседник будто прочел ее мысли.

Рианон с деланным пренебрежением передернула обнаженными плечами, но картины ужасных преждевременных смертей тех, кто успел прославиться, все еще стояли у нее в памяти. Один из таких людей даже стал придворным поэтом, ему пожаловали титул, даровали имение, сделали желанным гостям на всех званых пирах, другой бы крестьянский парень радовался до слез, что его из грязи за талант произвели чуть ли не в принцы, а этот только стоял в углу с горящими глазами, много пил, смотреть не хотел на женщин, а однажды признался, что есть тот, кто вечно смотрит из пустоты на него и даже больше владеет им. Его личный демон – спутник всех гениальных и прославленных. После такого признания наутро его обнаружили мертвым. Это случилось давно, когда еще был жив отец Рианон, король Лоретта, а она помнила до сих пор. И даже смерть отца не произвела на него такого страшного впечатления, как та преждевременная смерть. После нее что-то темное и жуткое как бы поселилось в замке и оставалось там до тех пор, пока труп не сожгли на главной замковой площади. Рианон передернулась от страха и отвращения, чтобы не выдать всех своих чувств, ейоставалось только сделать вид, что она ни о чем не догадывается.

– Что это значит? – как ни в чем не бывало спросила она.

– А разве ты никогда не слышала про личного демона, принцесса? – он будто все уже знал и смеялся над ее недоверием. Он как будто смотрел на нее изнутри нее самой, но ведь так не может быть. У нее нет никакого таланта, за который на нее можно обрушить такую напасть, как черного спутника. Разве только огонь. Пламя внутри, из-за которого принцессы опасались.

– Не называй меня так, – она оглядела зеркала, будто не вставленные, а выросшие меж пещерных простенков, тщетно ища его отражение.

– Здесь нас никто не слышит, – попытался успокоить ее голос, но Рианон почему-то до сих пор казалось, что эти зеркала, будто произросшие из осыпающихся стен могут служить окном во внешний мир.

– Но ведь есть еще и другой мир, – напомнил голос, когда она заметила крошечных необычного вида насекомых ползших по обрывкам золоченой рамы, видневшимся из песчаника и камня. Как странно, подумала Рианон, куски зеркала растут прямо из пещерного камня, будто неразделимо связаны с ним, а по ту их сторону вполне могут веселиться заточенные там представители волшебного народца. Или вовсе не заточенные, а так же как и она заглянувшие сквозь окно в чужой мир. Ей почудилось, что она слышит смех, звон бокалов и музыку. По ту сторону одно из зеркал до нее как будто долетело веселье пира.

– Они тоже поют и бражничают и кидают друг другу вызовы совсем как люди, но они вовсе не люди.

– А можно как-нибудь будет на них взглянуть? Хоть одним глазком? – она знала, какой это риск. Но мир даже еще не приоткрывшийся, а только отразившийся за толщей одного из зеркал тут же неодолимо потянул ее к себе. Ведь ничего плохого может и не случиться, если она всего только раз посмотрит на них. Хотя это и есть мечта всех людей, чтобы прикосновение к запретному осталось для них без последствий. Таких людей, которым это удалось, если верить слухам, пока что не было, но кто знает, может ей одной повезет. Надо же как дно мгновение близости фей может затуманить разум смертного. Она тут же забыла практически обо всем, о прошлом, полном бед, об опасности, которая грозит ей до сих пор и даже о серебристом дымке окутавшем уже ее плечи.

– Я проведу тебя хоть по всем мирам и покажу все, что ты захочешь увидеть, но вначале дай мне имя, – вкрадчиво попросил голос, и сверкающий дымок уже обретший очертания юношеской головы склонился прямо у ее уху. – Назови меня, как хочешь, как в голову придет.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15

Поделиться ссылкой на выделенное