Наталья Павлищева.

10 мифов о князе Владимире



скачать книгу бесплатно

На болгарский были переведены книги, прежде всего церковные, тексты, необходимые для богослужений и прочее… Великий Преслав стал настоящей столицей, соперничавшей с самим Константинополем! Симеон мечтал объединить Болгарию и Византию, сначала сам сватая византийскую царевну, а потом пытаясь выгодно женить сыновей, но ничего не вышло. Вернее, его сын Петр женился на внучке византийского императора Марии, в крещении Ирине, и та много сделала для развития культуры в Болгарии, но сам Петр противостоять Византии уже не смог.

Сыновья Симеона оказались слабыми, они довольно быстро растеряли набранную отцом мощь, потом «помог» киевский князь Святослав Игоревич, захвативший Преслав и основательно его разоривший за год пребывания.

Ко времени крещения князя Владимира, который тоже приложил усилия к низвержению болгарского царства, мечта царя Симеона исполнилась, но наполовину – Болгария объединилась с Византией, попросту став ее провинцией.

Но культура-то осталась. Культура, близкая к русской, с тем же языком и некоторыми похожими традициями. Главное – Болгария имела опыт крещения и всю необходимую литературу и инфраструктуру церкви.

Если вспомнить, что одна из последних жен князя Владимира была болгаркой, именно она родила любимых сыновей князя Бориса и Глеба, становятся понятны и имена этих отпрысков княжеского рода. Борис назван, несомненно, в честь болгарского царя Бориса, а Глеб в память о брате князя Святослава Игоревича, которого тот казнил по легенде именно в Преславе, когда обнаружил, что младший брат принял христианство.

Когда родились эти сыновья, летописи неизвестно, справочники дают расплывчатую дату – около 887 года, причем сразу четырех младших сыновей Владимира – Бориса, Глеба, Позвизда и Судислава.

О судьбе Позвизда не известно практически ничего, а об остальных братьях, как и Ярополке, Изяславе, Ярославе, Мстиславе, Святославе и Вышеславе, мы еще поговорим.


Вся эта длинная историческая справка была нужна для одного утверждения: константинопольский патриарх прислал на Русь митрополита и создал Киевскую митрополию и несколько епархий (в Новгороде, Переяславле и др.), но книги для богослужения и, весьма вероятно, священники были болгарскими. Логично, в таком случае исчезал языковой барьер, что весьма серьезно, срабатывал принцип «болгары крестились, и ничего, значит, и мы не погибнем».

Это очень важно.

Формально вера принесена из Константинополя, но по сути – из Болгарии. В этом мало заслуги самих болгар, скорее, греческих священников, проповедовавших и служивших в Болгарии и пришедших на Русь. Считается, что константинопольский патриарх прислал священников из Византии. Почему никто не задается вопросом: откуда он их разом столько взял – знающих русский язык?

Принять другую веру, слушая проповеди на незнакомом языке, НЕВОЗМОЖНО. Русы попросту не поняли бы, о чем идет речь. Почему-то об этом забывают. И проповедь через переводчика в лучшем случае вежливо выслушают, а то и просто пошлют подальше, поскольку дел и без этих проповедей много.

Психологи утверждают, что доверительно беседовать с человеком можно только находясь с ним глазами на одном уровне, то есть присаживаясь перед ребенком на корточки или вставая на ступеньку перед баскетболистом.

Глаза должны быть на уровне других глаз.

Так и в речи. Невозможно душевно объяснить человеку суть Христовой жертвы, если он не понимает твоего языка.

Где константинопольский патриарх взял хотя бы десяток священников, свободно владеющих старославянским? А вот в Болгарии за сотню лет христианства такие накопились. Не оттуда ли пришли вместе с текстами, написанными кириллицей, эти проповедники? Может, в том числе поэтому ими не увешали окрестные березы?


Есть два очень существенных, основополагающих отличия западной христианской церкви от восточной. Неизвестно, знал ли о них, понимал ли князь Владимир, когда вспоминал об отказе от услуг Адальберта и его начальников. Возможно, не знал (интересно, знала ли княгиня Ольга?), но интуитивно выбрал нужный вариант.

Не за красоту богослужения, разве мало таковой было в католических храмах? Не за щедрые посулы, а именно за основополагающую разницу, о которой я сейчас напомню, нужно было предпочесть греческий вариант христианства.

Дело не в движении руки справа налево или слева направо при крестном знамении, то, о чем сейчас будет сказано, не главное, но лично для меня оно очень важно. О себе судите сами.

Начнем с главы Римско-католической церкви папы римского. Избранный анклавом кардиналов Церкви, он по определению становится НЕПОГРЕШИМЫМ. Мало того, что прощаются все прежние вольные или невольные, крупные или мелкие грехи и грешки, так еще и любое действие (наверное, и мысли) в будущем объявляется верным в последней инстанции. Папа наместник Бога на Земле, Ватиканский престол не зря называется престолом Святого Петра.

Если с прошлыми грехами еще можно согласиться, ведь кардинал, прежде чем стать папой, не единожды исповедуется и получает отпущение совершенных грехов, то как быть с будущими? Не стоит подробно рассказывать, что среди пап были такие грешники, которых и ад-то принял бы с опаской. Мздоимство, пожалуй, самый легкий из папских грехов, были и распутство, содомия, пьянство, убийства, ограбления, отравления… Проще перечислить, чего не было. И при этом непогрешимость.

Этот догмат документально был закреплен в конце XIX века (там еще было автоматическое предание анафеме за несогласие с таким догматом!), но по сути своей существовал и в X веке тоже. То есть Римско-католическая церковь утверждала, что человек, избранный нередко далеко не честным путем ограниченным числом людей, абсолютно непогрешим. Мотивировалось это тем, что если Господь допустил такое избрание, значит, оно верно. Вполне в духе многочисленных нынешних пороков, объявляющих себя очередными Спасителями, Господь же допускает их существование, никто еще не был поражен в темечко во время эфира или большого собрания им верующих.

Не будем обсуждать данный вопрос, дальше додумаете сами…

Второе. Как звучит формула официальных церемоний, будь то ЗАГС, суд или еще что-то? «Властью, данной мне…» (дальше подставьте сами). Даже если эти слова не произносятся, они подразумеваются. Некоторые смягчают, произнося «от имени…». Суть не меняется, человек от имени власти (пусть даже народной) озвучивает свое решение. Можно возразить, что ничего страшного в этом нет, люди сами принесли заявление в ЗАГС, а работник всего лишь произносит формулу, объявляющую, что их обоюдное желание стать супругами зарегистрировано официально. В ЗАГСе действительно ничего страшного. И даже в суде обычно так. Но только не в церкви.

В других организациях представители власти выступают именно как представители власти (сейчас считается, что народа). В Римской империи наместники выступали от имени императора, например, вряд ли император Тиберий знал, что творится в Иудее, от его имени выступал проклятый многими Понтий Пилат.

В церкви такое НЕВОЗМОЖНО. Выступать от имени Господа – это же грех из грехов. А как же? Помните формулу православного венчания: «Венчается раба божия… рабу божию…». То есть сам Господь венчает их, а не священник, устами которого (а не властью данной) произносятся слова обряда.

Это очень важный момент, о котором почему-то редко вспоминают.

О рабах несколько позже…

Знал ли о такой разнице князь Владимир? Едва ли, однако выбор сделал правильный.

Кстати, на Ватиканском соборе 1870 года, том самом, который упоминался выше, было постановлено не только о непогрешимости понтифика, но и о предании анафеме всех, кто с этим не согласен!

Для сомневающихся цитата:

«…определяем, что Римский епископ, когда говорит с кафедры, то есть когда, выполняя обязанности пастыря и учителя всех христиан, своей высшей апостольской властью определяет, какого учения в вопросах веры или нравственного поведения должна держаться вся Церковь, – в силу божеского содействия, обещанного ему в Св. Петре, обладает тою же безошибочностью по делам веры и морали, какою по воле божественного Искупителя должна обладать Церковь Его, когда определяет учение, относящееся к вере или нравственному поведению, а посему таковые Римского епископа определения являются неподлежащими отмене сами по себе, а не по решению Церкви. Кто же – да не допустит Бог! – дерзнет против сего нашего определения возражать, да будет анафема».

Выделено и подчеркнуто мной.

Так что, дорогие православные сограждане, если вы не считаете, что в Ватиканском дворце на престоле Святого Петра сидели, сидят и сидеть будут исключительно прижизненные святые (невзирая на их довольно-таки грязную репутацию в веках), то вы уже преданы анафеме католической церковью. Вот так! Большинство католиков об этом и не подозревают, как и большинство православных.


Еще одна крамольная мысль по поводу выбора именно константинопольского варианта христианства.

Представляю, какое количество всяких всякостей будет высказано, но не могу не изложить такое размышление (или измышление, тут уж как кому покажется).

Есть одна хитрость, о ней если и упоминают, то крайне редко. А стоило бы. Меркантильные интересы следует учитывать даже в таком серьезном деле, как выбор веры. Сейчас это может показаться не столь важным, но в X веке таковым было, поверьте. Военная демократия уже заканчивалась, а до цивильной было еще ой как далеко…


Давайте вспомним о том, кто такой сам Владимир. Подробно об этом в главе «Предки», а пока главное – его отец князь Святослав Игоревич, а мать, согласно официальной версии, простая экономка княгини Ольги. И звали его из-за этого «робичичем», весьма обидное прозвище для княжича, судя по всему, если уж он Рогнеде такого «обзывания» не простил. И о Рогнеде позже, но суть ясна – «робичич» он, и все тут!

Сыну рабыни престол «не светил», на Руси хотя и пригласили (опять же согласно официальной версии) Рюрика, но тот все же благородных кровей.

Есть еще версия, что «робичич» означало «нехристь», мол, Рогнеда не желала связывать свою судьбу с некрещеным князем. Однако сама Рогнеда крещеной не была, как и все Полоцкое княжество. Ярополк, как пишут летописи, тоже, он, как и его отец Святослав, не желал быть поднятым на смех дружиной. Так что с робичичем-нехристем, пожалуй, неувязочка. Скорее всего, означало то, что читается – сын рабыни.

Конечно, Владимир своего добился, не по-хорошему, так силой и насилием, но чувствовать себя уверенно даже при всеобщей любви не мог. Дружина дружиной, однако подрастал сын старшего брата Владимира Святополк, позже прозванный Окаянным (а в западных хрониках он Охаянный, что, согласитесь, несколько меняет смысл), даже признание его собственным сыном не гарантировало спокойствия. В любую минуту Святополк мог вспомнить о своих законных правах на киевский престол.

При чем здесь выбор веры?

Что на западе, что на востоке уже установилось наследование власти, и только Византия признавала узурпацию, причем константинопольские узурпаторы кем только не бывали! К власти приходили и полководцы, пользующиеся особой любовью императриц, и даже конюхи! Далеко не всегда самые умные, но обычно самые ловкие и пронырливые.

И никто не спрашивал об их родословной, не интересовался папой или мамой.

Мать Константина Великого, основателя Константинополя и, собственно, самой Византии, Елена была дочерью трактирщика; супруга императора Романа красавица-императрица Феофано (будущая теща князя Владимира), приведшая к власти полководца Иоанна Цимисхия, до замужества танцевала на столах в кабаке своего папаши, император Василий Македонянин был конюхом у предыдущего императора Михаила Пьяницы; Константин VI был ослеплен и свергнут собственной матерью императрицей Ириной, которую, в свою очередь, сверг и отправил в монастырь ее казначей Никифор…

И так далее…

Можно возразить, что не происхождение делает человека способным править разумно. Несмотря на все убийства, отравления, ослепления и прочие безобразия на троне, Византия процветала. Но сейчас важно не это, а то, что любые перестановки и свержения константинопольскую церковь устраивали, если не задевали ее собственные интересы. Это главное – церковь была готова признать всех конюхов, танцовщиц кабаков и прочих, если поток золотых монет в церковные закрома не иссякал. Ни происхождение, ни личные качества претендента роли не играли.

Кроме того, Западная церковь добивалась (и позже добилась) права утверждать любого из правителей на его троне, то есть без одобрения папы римского ни один наследник королем стать не мог. Не мог жениться или развестись (король Генрих VIII в Англии даже отделился от Римской церкви, создав Англиканскую, чтобы иметь возможность развестись с нелюбимой женой Екатериной Арагонской и жениться на любимой Анне Болейн; правда, потом ее казнил, чтобы жениться на следующей, а потом на следующей и еще… и так сменил восемь жен, последняя его пережила).

Конечно, все это во времена князя Владимира было в зачаточном состоянии, но надо же думать и о потомках…


Смею утверждать, что в выборе между западным и византийским вариантом христианства не последнюю роль сыграло именно непротивление византийского духовенства любым переменам на престоле.

Вообще-то так и должно быть, власть духовная не должна вмешиваться в дела власти официальной, разве что воспитывая ее представителей, но Рим уже показывал совсем иной пример. Папы римские желали довлеть над всем и вся.

На чем основывалось это требование? В Западной римской империи считали, что Святой Петр основал Римскую церковь, потому и Ватиканский престол называется престолом Святого Петра. Не будем сейчас спорить о том, бывал ли вообще Святой Петр в Риме и мог ли что-то основать там, не о Ватикане речь.

Для князя Владимира куда удобней был византийский вариант христианства с меньшим вмешательством в дела власти и признанием любого достойным трона, чем римский вариант с идеей непогрешимости папы и его полновластием даже над монархами.

Итак, само описание выбора веры, данное в «Повести…», просто коробит (что лишний раз доказывает, что понятия «хорошо-плохо» со временем основательно изменяются), но князь Владимир все же выбирал.


А теперь вернемся к водопроводу, не зря же он упомянут в начале главы.

Разные мифы по-разному рассказывают о том, где и как крестился сам князь Владимир. Не мог же он остаться язычником, загнав киевлян в Днепр, в самом деле?

Есть три варианта крещения будущего святого – в Киеве, в Василеве или в Корсуни.

Первые два как-то легко задвинули на задний план и официально признали и возвеличили третий. Правда, сделали это, подвергнув миф и факты основательной цензуре. Чтобы понять, что это так, надо вспомнить о Корсуни.

Это бывший Херсонес, ныне небольшой район Севастополя, а когда-то была вполне боеспособная крепость со своим правителем. Вот там якобы князюшка и крестился, поскольку, дожидаясь приезда невесты – царевны Анны Византийской, ослеп (короста на глаза пала), потом по ее совету спешно крестился и прямо в купели прозрел.

Чудеса в действии!

Все красиво, даже с коростой и слепотой можно смириться, чего не бывает в нашем мире… Но я все про Корсунь.

Несчастную Корсунь.

Крещение князя заслонило собой осаду города, а о ней стоило бы поговорить.

Итак, уже крещеный или еще нет, князь Владимир зачем-то осадил Корсунь. Считать достойным поводом желание обладать красивой дочкой правителя в расчет брать не будем, это уж полный бред – гнать дружину за тысячи верст, чтобы облапать чью-то дочку, какой бы та ни была… Даже князь с его тогдашней репутацией на это был едва ли способен, а если способен, то поделом ему слепота!

Жители в городе заперлись и сдаваться не собирались. Владимир тоже, он окружил Корсунь плотным кольцом и объявил, что простоит хоть три года, пока все корсуняне не вымрут. Объяснил бы кто, зачем? Тащиться из Киева в Крым, рискуя вернуться к занятому престолу (на это желающих всегда хватало), рисковать дружиной, терпеть массу трудностей и создавать их другим, и все ради чего? Уйди князь от города завтра, послезавтра о нем и не вспомнят, Корсунь жила хорошо и без голубоглазого демона с его воинами.

Но вот осадил…

Наскоком стены не взять, и князь решил перехитрить – его дружинники стали на время землекопами. Они носили землю и утрамбовывали ее в большой вал вдоль крепостной стены города, чтобы, когда тот вырастет до нужных размеров, попросту спрыгнуть внутрь. Платил ли князь сверхурочные и за освоение новой профессии, неизвестно, скорее всего обещал, что в городе все и получат. Дружинники обещаниям верили и работали заступами как проклятые.

Но и горожане взяли в руки заступы. Они сделали подкоп под этот вал и по ночам таскали из него землю, складывая в центре города. Время работало на князя Владимира и против него. С одной стороны, снаружи крепостных стен земли все равно больше, Корсунь рисковала оказаться погребенной под слоем земли, как Помпеи под пеплом Везувия. С другой – сколько дружинники могли работать землекопами? Они люди терпеливые, но в бою и на пирах, а вот чтоб с заступом в руках…

Спасение прилетело откуда не ждали – с той стороны крепостной стены, то бишь с внутренней. Нашелся в Корсуни подлюка, который запиской сообщил князю Владимиру, что прямо позади его стана есть славное местечко, где проходят водопроводные трубы, подающие воду в город. Достаточно их нарушить, чтобы город остался без воды.

Вот тут-то и случилось, князь воскликнул (в запале чего не скажешь!), мол, если так, то крещусь!

Это нормально?! А как же всякие там делегаты, послы, размышления и прочая философская чушь?

Оказалось достаточно указать на место водопровода, и участь Руси была решена. Дружинники нашли трубы, перекрыли их, и немного погодя Корсунь пала. Можно представить, что сделали осаждавшие с жителями. Наверняка потребовали оплатить каждый перемещенный кубометр земли, не считая морального ущерба за работу, несвойственную носителям мечей.

Князь, кстати, тоже отыгрался – изнасиловал дочь правителя Корсуни на глазах у отца, после чего убил того.

Слово не воробей, пришлось клятву, произнесенную в пылу радости от чьего-то предательства, выполнять. Князь крестился. О временной слепоте мы уже знаем.

Все равно непонятно. Ну, крестился бы сам, кстати, варяги крестились по десятку раз, получая при этом щедрые дары от проповедников, возвращались домой, крест выбрасывали или переплавляли, славили своих богов, потом при случае снова крестились, и так по кругу. Почему бы не подзаработать, если платят?

Но Владимир решил крестить всю Русь.

Соплеменники-то в чем провинились?

Вот вам и выбор веры. Никакой философии, один сплошной водопровод…

Кстати, подлюка, предавший собственных соседей, еще пригодился в Киеве. Запомните его имя – Анастас Корсунянин. Мы с ним встретимся еще не раз.

Как бы ни ругали князя Владимира за насаждение новой веры, но православие (пусть и под названием правоверия) Русь приняла. Да, противилась, да, не гладко и даже не бескровно, но приняла.

А вот почему – в следующей главе.

Миф 3. Крещение Руси

Князь Владимир назван Святым равноапостольным за крещение Руси (за что же еще, других христианских заслуг и добродетелей за ним не наблюдалось).


Первыми крестили киевлян (вот они – издержки столичной прописки!).

Рассказ о крещении скопом в Днепре – миф чистейшей воды от первого слова до последнего.

Неужели вы верите, что вчерашние язычники, чьи предки приносили дары Велесу и Перуну испокон веку, которые с этим родились и прожили 10–20–50–70… лет своей сознательной или не очень жизни, по приказу князя стройными рядами отправились на берег Днепра, окунулись в воду и сразу стали христианами?

Не спорю, они могли внять призыву князя «кто не со мной, тот против меня» и прийти на берег. Даже в воду окунуться и крестик на шею надеть, но не веру сменить!


Первых христиан в буквальном смысле слова выжигали каленым железом. За одно подозрение, что человек посещает тайные собрания верующих в воскресение Христа, его могли подвергнуть немыслимым пыткам, истязать и казнить самым изощренным способом. Сколько было отказавшихся от веры при виде раскаленных щипцов или прочих ужасов, мы не знаем, конечно, в памяти остались имена только тех, кто выдержал, не испугался, не отрекся.

Это правильно, их и нужно помнить. Конечно, известны далеко не все, но сохранившиеся имена – это имена святых мучеников. Мы помним, например, совсем юных девочек Веру, Надежду и Любовь, которых подвергли страшным истязаниям на глазах у их матери Софии. София похоронила погибших малышек и умерла на их могиле.

Но почему же несколько столетий спустя христиане также каленым железом выжигали веру язычников?

Почему так быстро забыли, что веру НЕЛЬЗЯ насаждать? В нее НЕЛЬЗЯ загонять ни княжьим словом, ни каким другим. Что НЕЛЬЗЯ просто взять и крестить в новую веру, человек от этого НЕ станет верить. А исполнение внешней обрядности еще ни одну душу в новую веру не обращало и от своей родной не отвращало.

Веру можно только принести, о ней рассказать, можно только проповедовать.

И все-таки слово князя, как бы его ни любили (не зря же Красным Солнышком прозвали), не столь сильно против тысячелетней веры предков.

Дружина князя, как бы ни была она сильна и как бы ни уверовала в Корсуни, когда крестилась, не справится с остальным народом.

Можно было загнать в Днепр киевлян, там давным-давно жила смесь кого попало, и чужая вера не казалась чем-то необычным и опасным. Можно основательно пожечь Новгород и насильно крестить тех, кто не смог или не захотел уйти из города.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21

Поделиться ссылкой на выделенное