Наталья Журкина.

Иллюзии любви



скачать книгу бесплатно

Глава 1

Это невозможно! Нет! Нет! – в сотый раз я повторяла эти слова, пытаясь отогнать от себя навязчивое видение, которое беспрестанно прокручивалось в моей голове, заставляя бежать куда-то, не разбирая дороги. Ноги уносили меня прочь от дома, который в одну секунду стал для меня чужим и страшным местом.

А ведь всего несколько минут назад (хотя мне показалось, что прошла целая вечность) я летела на крыльях любви в уютное гнёздышко, созданное своими руками, в котором надеялась счастливо прожить всю жизнь с моим возлюбленным.

Я отпросилась с работы пораньше, чтобы приготовить сюрприз моему любимому и отметить ту важную новость, которой весь день мечтала с ним поделиться. Праздничный ужин в романтической обстановке, ароматические свечи, шампанское должны были стать приятным дополнением к чудесному известию.

Положив пакет с купленной провизией на столик в прихожей, я бросила взгляд в зеркало, висевшее у входа. Оттуда на меня смотрела самая счастливая в мире женщина с сияющими глазами и лучезарной улыбкой. Несколько секунд я любовалась этой светлой радостью. Вдруг моего слуха коснулась тихая музыка, донесшаяся из глубины квартиры.

«Ну вот, сюрприза не получится, – на секунду огорчилась я, – но ничего, значит, проведем вместе больше времени».

Захотелось пошутить, тихо подкрасться к двери, а потом неожиданно выскочить и напугать. Такие детские выходки, игры и шутки делают нашу совместную жизнь шумной, весёлой и разнообразной. Хотя со стороны такие дурачества двух взрослых людей кажутся, наверное, глупыми. Ну и пусть.

На цыпочках я приблизилась к закрытой двери, предвкушая удовольствие от своей шалости.

Бесшумно приоткрыв дверь и заглянув внутрь комнаты, освещенной неярким светом ночника, я застыла на ее пороге, словно парализованная. Мое сердце тоже замерло.

На нашей огромной кровати, покрытой белыми накрахмаленными простынями, лежали два обнажённых тела. Вернее, они не лежали, а двигались, соприкасались, сплетались, будто исполняя какой-то замысловатый танец под негромко звучащую музыку. По загорелой мускулистой спине мужчины стекал пот, женщина тихо стонала. Ее лицо выражало блаженство и муку, оно пугало какой-то дикой, почти дьявольской красотой и в то же время завораживало так, что невозможно было отвести от него взгляда. Глаза красавицы были закрыты, а тени от ее бесконечных ресниц падали на белые, почти бескровные щеки. Длинные волосы черными змеями расползались по белоснежной подушке.

«По моей подушке! – вдруг обожгла меня мысль, выводя из оцепенения. – Кто это? Что они делают в моём доме?»

Растеряно переводила я взгляд с кровати на мебель, занавески, предметы вокруг, пытаясь понять, действительно ли я в своем доме, не ошиблась ли я квартирой. Моё ошеломленное сознание отказывалось узнавать лежащего передо мной мужчину. И тут он повернул ко мне своё разгорячённое, ничего не видящее лицо…

«Это невозможно! Нет! Нет!» – взорвалось в моём мозгу, ослепив ужасом.

Я пятилась от двери спальни, хватаясь за стены, словно искала в них опору. Дрожащими руками открыла замок на входной двери и бросилась бежать, боясь, что кто-нибудь попытается вернуть меня назад.

Не знаю, сколько продолжалось моё бегство. Мелькали дома и деревья, какие-то люди обращали ко мне испуганные лица, чьи-то руки тянулись ко мне, пытаясь остановить, но я неслась вперед, не замедляя бега. Рыдания душили меня, сотрясая мое тело. И только когда уже не было ни сил, ни слёз, я обнаружила себя сидящей на скамейке в каком-то старом запущенном парке. Вокруг было тихо. Во мне тоже стояла тишина. Я чувствовала себя полностью опустошённой и безразличной ко всему. Ничего не хотелось: ни думать, ни говорить, ни плакать, ни принимать решение,… ни жить.

Так я просидела несколько часов или лишь несколько минут. Время остановило свое движение. Где-то вдали спешили по своим делам люди, автомобили развозили по домам пассажиров, звенели веселые детские голоса, но здесь, в моем мире, царила пустота и безмолвие.

Неожиданно что-то ударило меня по плечу. Очнувшись, я оглянулась и увидела в ярко-зеленой траве желтый мячик. Он лежал там веселый и дерзкий, явно насмехаясь надо мной и моей бедой, не веря в мою печаль.

Я посмотрела вокруг. Сквозь юную зелень ветвей проглядывало ласковое солнце. Играя изумрудными листочками, дрожа и искрясь, оно наполняло пространство светом и жизнью. Весело чирикали птицы, перелетая с ветки на ветку. Вместе с солнечным светом и пением птиц в мой мир постепенно возвращались звуки и краски. С удивлением обнаружила я в себе способность воспринимать эти чудесные явления жизни.

Рядом со мной на скамейку уселась бабочка-капустница, напомнив о детстве.

Память в одно мгновение перенесла меня в такой же ясный июньский день двадцать лет назад. Также сияло солнце, голубое небо весело играло облаками. Зелёные листья взволнованно трепетали от дуновения легкого ветерка. Воздух был наполнен свежестью и надеждой на счастье. Белые бабочки порхали с цветка на цветок, а мы с подружками бегали за ними, смеялись и были абсолютно счастливы. Детское счастье беззаботно, так как дети точно знают, что всё в мире прекрасно и гармонично, что не может быть горя и зла там, где светит солнце и летают бабочки. А несчастье – только иллюзия, фантазия взрослого ума.

Эти мысли, воспоминания, а больше красота летнего дня успокоили мои чувства и заставили обратиться мыслями к моему будущему. И не только моему. Ведь теперь я никогда не буду одинока, со мной всегда будет мой ребенок. Мысль о нем окончательно привела меня в чувство.

«Я не имею права раскисать, я должна думать не только о себе, но и моем ребенке! – сказала я себе строго, а затем обратилась к жившему внутри меня маленькому существу. – Ничего не бойся, любовь моя, я сумею позаботиться о тебе, защитить от любого зла и горя».

Я заставила себя снова войти в тот теперь ненавистный дом, подняться на свой этаж и подойти к вселявшей в меня ужас квартире. Несколько секунд я стояла перед дверью, не в силах открыть её. Я знала, что больше никогда не смогу без душевного трепета входить сюда, никогда не смогу забыть то, что увидела здесь так недавно и так давно. И никогда не смогу ещё раз полюбить мужчину, который так жестоко растоптал мою любовь и доверие к нему. Но сейчас я должна была вернуться ради будущего моего ребёнка.

Вошла, стараясь не смотреть в сторону спальни, прошла в гостиную, закрыла дверь на щеколду, не раздеваясь, легла на диван и сразу провалилась в сон.

Так заканчивалось ночное видение, которое Милана записала в свой дневник в одно летнее утро сразу по пробуждению. Ее удивила и испугала его исключительная реалистичность и сила испытанных в нем эмоций. Но кроме них в сновидении ничего общего с ее жизнью не было.

«Какой ужасный сон! – думала она, принимая утренний душ. – Если бы это был мой муж, то я бы умерла от стресса. Какой кошмар! Увидеть собственного мужа в постели с любовницей! – продолжала возмущаться Милана, закутываясь в белое пушистое полотенце и направляясь в свою комнату, – но до чего же хорош этот стервец! Тело, лицо, попка. Само совершенство. А какая эротическая сцена! Голливуд отдыхает. Да, старушка, – сочувственно обратилась она к себе, отбрасывая полотенце и разглядывая в зеркале свое обнаженное тело, – видимо, слишком давно у тебя не было секса. Вот и снятся тебе эротические триллеры».

Повертевшись перед зеркалом, девушка осталась довольна осмотром. В свои тридцать три Милана была счастливой обладательницей стройной фигуры, нежной кожи и копны темно-рыжих волос. И хотя она выглядела на свой возраст, Милана была молода и красива. Все в себе и своей жизни устраивало девушку. Она была довольна лицом и фигурой, не слишком интересной, но хорошо оплачиваемой работой, родственниками, с которыми она до сих пор проживала под одной крышей и, главное, отношениями с любимым человеком, длившимися без малого тринадцать лет.

Единственное, что ее не устраивало и хотелось очень поменять – так это ее фамилия. Причем, имя Милана ей очень нравилось, она была благодарна родителям за него, но фамилия Квочкина с детства доставляла ей множество горьких моментов.

«Подсуропил мне папуля, – возмущалась она, находя еще один повод для неприязни к родителю, – всю жизнь мне испоганил своей фамилией!»

Действительно, квочкой ее дразнили и в детском саду, и в школе. Она даже плакала от такой жизненной несправедливости: ну почему она – умница и красавица – всего-навсего Квочкина, а какая-то двоечница из параллельного класса носит шикарную фамилию Золотарева.

Милана надеялась хотя бы в университете избавиться от обидного прозвища, да не тут-то было! Она даже не подозревала, что среди преподавателей встречается такое большое количество тугоухих, слабовидящих и просто косноязычных людей.

Чего только не вытворяли они с ее несчастной фамилией во время перекличек: Курочкина был самым мягким и, в общем-то закономерным вариантом, но Кочкина, Квачкина, Клячкина, Крячкина, Конячкина и еще масса всяких производных совершенно не поддавались объяснению.

А тут еще кто-то из однокурсников увидел, как в университетской библиотеке она серьезно и сосредоточенно копошится над книгами и конспектами и нашел это зрелище очень смешным, а сходство с озабоченной наседкой просто потрясающим. Так Милана стала не обычной квочкой, а книжной. Милана старалась не обижаться, но иногда игнорировать прозвище было ужасно трудно.

К тридцати годам девушка привыкла философски относиться к шуткам и насмешливым взглядам людей, впервые слышавших «Милана Квочкина», но все-таки в тайне надеялась поменять свою фамилию на более благозвучную при замужестве. Примеряла фамилии всех знакомых парней к своему имени, безжалостно отвергая кандидатов, имевших, с ее точки зрения, недостаточно красивые. Но, увы, желание бедняжки до сих пор не осуществилось и не по ее вине.

Будучи студенткой, Милана познакомилась с симпатичным молодым человеком, учившимся на том же факультете, но в параллельной группе. Его звали Алексей Соколов. Вместе они слушали лекции, вместе готовились к семинарам в университетской библиотеке. Привычка проводить время вдвоем переросла в крепкую дружбу, дружба постепенно сменилась взаимной симпатией, а три года назад произошло событие, ставшее поворотным моментом в их отношениях.

Был пасмурный октябрьский день. С грустного неба, предчувствующего приближение зимы, лил хмурый осенний дождь. Москвичи, как всегда, спешили, стараясь обходить стороной лужи и не заляпаться грязью. Спешила и Милана. Сегодня после работы ей предстояло мероприятие, отменить которое она не могла.

У ее лучшего друга Лёшки был день рождения, и она была приглашена в гости. Выскочив из офиса, девушка метнулась к киоску с цветами и купила букет для именинника, подарок был приобретен заранее – дорогой крем для бритья и любимый Лёшкин парфюм. Она так хорошо узнала его за годы их дружбы, что могла бы с закрытыми глазами выбрать все, что его может порадовать.

К восьми Милана была у него. Сидя на кухне, в тепле и уюте Лешкиной однокомнатной квартирки на Соколе, где аппетитно пахло заправленными майонезом салатами из ближайшего гастронома и запекавшимся в духовке куском маринованной в вине и специях свинины, выпив несколько бокалов сухого красного вина, она отогрелась и повеселела. Милана уже не сожалела о том, что завтра придется невыспавшейся тащиться на работу через всю Москву, что пропустит очередную серию любимого бразильского сериала, в котором шикарные загорелые мужчины и женщины красиво страдают в роскошных интерьерах и экзотических пейзажах.

Гостей было трое, включая ее. Все однокашники, знавшие друг друга сто лет. Сначала пили и ели, как полагается на всех русских днях рождениях, потом пели под гитару любимые студенческие песни, вспоминали о счастливой юности.

Лешка был в ударе. Обычно сдержанный и серьезный, в компании старых товарищей он расслабился и ничуть не смущаясь, сыпал анекдотами и смешными историями из своей жизни. Милана смеялась до слез, восхищаясь чувством юмора друга. Но усталость после трудового дня и вино сделали свое дело. Незаметно для себя, девушка уснула, положив голову на спинку небольшого кухонного диванчика.

Когда она открыла глаза, в квартире было тихо. Несколько минут она не могла понять, где очутилась и почему спит сидя. Шея ныла от неудобной позы. Милана попыталась ее размять, но стало только хуже. Охая и вздыхая, девушка поднялась и отправилась на поиски хозяина квартиры. Свежий и удивительно красивый, он как раз выходил из душа в одном полотенце, небрежно повязанном вокруг тонкой талии.

– Ага! Ты уже проснулась! – воскликнул парень радостно, его золотисто-карие глаза смеялись. – А я хотел перенести тебя на кровать.

Заметив же несчастное выражение лица подруги, он тут же прервал себя и обеспокоенно нахмурился:

– Почему ты стонешь? Тебе больно?

В его голосе прозвучало столь неподдельное волнение, что Милане стало очень приятно. Безумно захотелось уткнуться носом в его сильное надежное плечо, ощутить тепло его кожи, вдохнуть запах чистого мужского тела, но она не осмелилась, вдруг оробев от проснувшегося в ней необычного желания.

– Еще бы! – хныкнула она, словно маленькая, смущенно отводя взгляд, – шею отлежала, теперь болит.

И тут же услышала нежное, ласковое, заботливое, сметающее все ее сомнения и страхи:

– Бедняжка! Иди ко мне. Я помогу…

Лёшка потянулся к ней и бережно прижал к своей груди, согревая, утешая, успокаивая. Его сильные уверенные руки пробежались по ее длинным волосам, ласково коснулись шеи, невесомо скользнули по щеке, губам, и вдруг, – Милана не поняла, когда это случилось, – их сменили его губы, такие теплые, мягкие, желанные.

«Боже! Как хорошо!» – вихрем пронеслась в голове Миланы последняя осознанная мысль, после чего она погрузилась в бесконечную негу наслаждения.

Утром в переполненном вагоне метро Милана думала о самой прекрасной ночи в ее жизни и о том, что таких ночей у них могло бы быть уже очень много.

Ну почему она так долго не могла понять, что Алексей не только друг, но и бесподобный мужчина?

«Где были раньше мои глаза? О чем думал мой глупый мозг?» – негодовала она на себя, жалея о потерянном времени.

Алексей разделял ее досаду, восхищаясь красотой и женским очарованием Милы. Наверстывая упущенное, они стали встречаться, проводя вместе все свободные вечера и ночи, хотя о совместной жизни пока речь не заходила. Им было хорошо вдвоем, они подходили друг другу духовно, интеллектуально и физически, и Милане казалось, что дело идет к свадьбе.

Однако год назад Алексею предложили весьма перспективную работу в Италии, важную для его дальнейшей карьеры и их будущей жизни. Он согласился, взяв слово с огорченной подруги приезжать к нему так часто, как позволит ей работа и деньги.

Милана отпустила его, уверенная в том, что скоро он вызовет ее к себе насовсем. Не сможет Лешка прожить долго вдали от нее. И вот уже на Рождество они провели в Риме чудесную неделю, полную любви и нежности. А летом совершили путешествие на автомобиле по Италии.

После этой волшебной поездки, воспоминания о которой согревали сердце влюбленной девушки и хоть как-то скрашивали печаль разлуки, пара почти каждый день разговаривала по Скайпу, благословляя чудеса современной техники, дающей возможность современным Ромео и Джульеттам стать ближе.

Но виртуального общения было явно недостаточно, поэтому они снова планировали встречу. Милана собиралась навестить своего друга во время летнего отпуска, надеясь обсудить с ним совместное будущее. Предвкушая свидание с милым другом и новые впечатления от путешествия, девушка пребывала в отличнейшем настроении, которое не смог испортить даже ее странный и неприятный сон. Весело напевая, она оделась и, попрощавшись с домашними, отправилась на работу.

Лишь на секунду ей стало не по себе, когда в зеркале прихожей мелькнуло ее счастливое лицо с веселой улыбкой. Точно такое лицо глядело на нее из зеркала в сегодняшнем ночном кошмаре.

* * *

Раннее утро в новой постели было делом привычным и приятным. Константин со вкусом зевнул, потянулся, разминая затекшие во сне мышцы, и, осторожно перевернувшись на живот, взглянул на лежащую рядом с ним девушку. Пышные огненно-рыжие волосы скрывали ее лицо.

Мужчина осторожно приподнял несколько вьющихся прядей и заглянул под них.

«Хорошенькая! – подумал он с удовольствием, любуясь бело-розовой щечкой и тонкими, почти детскими, ключицами, – повезло мне вчера. Лет восемнадцать, не больше, и уже такая опытная! Как бы теперь удрать незаметно?»

Оглядев незнакомое помещение в поисках путей эвакуации, Константин ничего примечательного не увидел. Комната, оклеенная выцветшими розовыми обоями, не могла претендовать на красоту и уют.

Старый диван, застеленный мятыми простынями какого-то мышиного цвета, некогда белый компьютерный стол, с которого так давно не вытирали пыль и кофейные разводы, что цвет его лишь угадывался, на нем допотопный компьютер. Над столом висело несколько книжных полок, заваленных дисками, под столом мечтали о мойке несколько грязных кружек.

Жить в этом или даже просто находиться здесь дольше молодому человеку было неприятно. Константин не привык к грязи и беспорядку.

К счастью, дверь в коридор оказалась открытой, и за ней не наблюдалось никакого движения. Мужчина бесшумно соскользнул с кровати и, собрав с пола брошенные ночью как попало вещи, скрылся за дверью, аккуратно прикрыв ее за собой.

Продолжать знакомство в его планы не входило.

Вчера это было прекрасно, а сегодня, возможно, его ожидает новое приятное знакомство. Константин любил разнообразие, и создавать долгосрочные отношения, а тем более, хранить верность считал выше своих возможностей. Однажды он уже совершил ошибку, встречаясь с девушкой больше года. В результате стал отцом абсолютно не нужного ему ребенка. Теперь вот его иногда мучает совесть, что пацан растет без отца, но жить с его матерью Константин не мог.

Каждая новая знакомая казалась любвеобильному мужчине прекраснее предыдущей, и останавливаться он не собирался. При одной мысли о том, что придется прожить с одной и той же женщиной всю жизнь, его охватывала паника, и на душе становилось тревожно.

«Да и как можно выбрать единственную на всю жизнь? – удивлялся новоявленный донжуан, высматривая подружку на вечер. – Ведь на свете столько красоток! К тому же девушки могут обидеться, если я откажу им».

А девушкам нравились его мускулистая фигура и мужественное лицо. Чуть раскосые зеленые глаза смотрели уверенно и серьезно, губы улыбались нечасто, но загадочно. Сильные руки и крепкие плечи придавали его внешности надежность и видимость той опоры, которую подсознательно ищет каждая.

Константин не был многословен, но говорил всегда то, что хотела услышать выбранная им дама, гордая и счастливая этим предпочтением.

Вчера в ночном клубе он увидел стройную рыжеволосую красавицу в облегающих ее длинные ноги джинсах и подчеркивающем все достоинства фигуры открытом топе и подумал, что никого лучше не встречал.

Познакомились легко и стремительно. Танцевали, смеялись, пили коктейли, и как-то очень естественно из клуба перебрались в небольшую съемную квартирку новой знакомой. Рыжая бестия оправдала все надежды Константина, секс с ней оказался ярким и безудержно страстным. Но ночь прошла, и наступило утро.

Константин вышел из квартиры ночной подружки и неспешно зашагал к метро; машину он вчера оставил на стоянке ночного клуба, не рискнув сесть за руль после пяти коктейлей. Адрес девушки и ее имя молодой человек даже не пытался запомнить, он знал, что никогда больше сюда не вернется.

На улицах в этот ранний час было еще малолюдно. Дворники с азиатской внешностью спешили убрать ночной мусор, владельцы собак уже вывели своих питомцев на прогулку. Начиналось короткое московское лето, но тепло не спешило в столицу.

Константин зябко передернул плечами, пожалев, что не надел куртку. Свитер почти не защищал от утренней прохлады, но на настроении мужчины это не отражалось. Он любил пьянящее чувство свободы и испытывал его всякий раз, покидая свою случайную спутницу.

Веселье, молодость, музыка и секс – что может быть прекраснее подобного сочетания?

Метро быстро доставило его на станцию «Войковская», где Константин проживал в большом сталинском доме с арками и колоннами вместе с матерью и сестрой. Открыв дверь в квартиру, он уже в прихожей почувствовал бодрящий аромат утреннего кофе и горячих булочек с корицей. Значит, мама уже встала и приготовила завтрак.

Ему нравились и эти привычные домашние запахи, и мамины хлопоты по хозяйству, и радость от встречи с двумя любимыми им женщинами – матерью и сестрой.

Сегодня сестра спешила, он столкнулся с ней на пороге, получив торопливый поцелуй в щеку и быстрое «пока». Но и этой короткой встречи было довольно, чтобы вызвать добродушную улыбку на его лице.

Из кухни доносился шум воды – мама мыла посуду. Константин разулся, аккуратно поставил ботинки в шкафчик для обуви и прошел в свою комнату. Сняв одежду, он бросил ее в корзину для грязного белья, достал из комода чистую футболку и джинсы и отправился в душ, чтобы смыть с себя запахи прошлой ночи.

Стоя под прохладными струями воды, он еще помнил какое-то время прикосновения рыжих волос к своей разгоряченной коже, жаркие поцелуи их обладательницы на своих губах. Но по мере того, как вода смывала чужие запахи с его тела, память освобождалась от воспоминаний. Вытираясь большим махровым полотенцем, мужчина весело напевал: «У любви как у пташки крылья, ее нельзя никак поймать…».



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2