Наталья Бентанга.

Принцип Солнца



скачать книгу бесплатно

“Удачно” приземлившись, Дима отметил, что остался жив, но потерял способность двигаться. Проанализировав ситуацию, он оценил вероятность своего спасения на 50 %, обрадовался этой довольно высокой вероятности и переключился на анализ прожитой им жизни. Он лежал, словно зародыш в материнской утробе, смотрел внутренним взором на звездное небо и слушал божественную музыку, льющуюся с высоты. Его состояние напоминало сладкую дрему, которая предшествует сну от усталости. Боль он почувствует только несколько часов спустя…

У небесного куратора Дмитрия, бога Аполлона – властителя жизни и смерти, были свои методы помощи умирающим. Он считал, что введение дипропилтриптамина или диэтиламида лизергиновой кислоты[9]9
  Диэтиламид лизергиновой кислоты (ЛСД-25) и дипропилтриптамин (ДПТ) – психоделические вещества, которые активизируют биографические, перинатальные и трансперсональные области психики.


[Закрыть]
, уменьшает физическую боль, ослабляет панику, нивелирует страх и увеличивает осознанность. “В конце концов, процесс смерти – это, скорее, приключение в сфере сознания, а не конец света. “Сознание преодолевает ограничения пространства и времени. Оно исследует собственное биологическое и духовное прошлое, путешествует во Вселенной, общается с богами и демонами. Оно становится ведущей характеристикой действительности, которая превращается в бесконечные приключения…”[10]10
  Станислав Гроф, чешско-американский трансперсональный психолог.


[Закрыть]
(Аполлон.)

В предрассветной мгле, ранним утром следующего дня, монахи отправились на поиски героя… Уже во второй половине дня они заметили сломанные ограждения на дороге и внизу, на площадке перевернутый искореженный автомобиль. Потом в течение двух часов люди вытаскивали из машины бесчувственное тело, разжимая домкратом зажатые Димкины ноги…

“Ну, слава богу, кажется, живой”, – обрадовался Ганс, прислушавшись к дыханию.

“Ну, наконец-то! – обрадовался Дима, услышав человеческий голос. Он попытался что-то объяснить, но почему-то не смог ничего сказать. – Если я еще минут пять промолчу, они подумают, что я просто отдыхаю, и уйдут. А я ведь не сплю, ведь со мной что-то случилось… И почему он говорит по-немецки? Что, черт возьми, происходит?!”

Так как везти Дмитрия до ближайшего госпиталя было опасно, Ганс привез его в монастырь…

Когда Дмитрий в следующий раз пришел в себя, ему сначала показалось, что он находится в Тибете, но потом горы стали зыбкими… И он оказался в каком-то городе, в отеле… Кажется, в Марокко.

С ним был Вадим, вместе с которым они путешествовали, и три симпатичные девчонки. Они пили, трахались, в общем-то неплохо все было. Потом пошли в ресторан, ужинать.

В ресторане, к их столику подошел мальчишка неизвестной национальности лет семи-восьми, одетый в лохмотья, и заявил на каком-то тарабарском языке, что он, собственно, пришел к Дмитрию, сказать, что он его сын, и что он “получился” два часа назад, в номере отеля. Ребята за столом смеялись – никто не понимал, о чем говорит мальчик.

– Слушай, пацан, вот тебе десять долларов, и вали отсюда; не мешай нам ужинать, – пытался спровадить непрошеного гостя Вадим. – Димон, чего он к тебе привязался? Ты, понимаешь, что он говорит?

Дима хотел сказать, что не понимает, хотя все понял, но не смог ничего сказать.

Официант попытался вывести мальчика из ресторана, но это чудовище вонзило длинные свои острые ногти в тело героя так глубоко, что Димка заорал бы, если мог. На его спасение в зале ресторана появился седовласый араб в белой одежде, что-то сказал бьющемуся в истерике мальчику, и тот наконец-то оторвался от Дмитрия. Светлая футболка покрылась алыми пятнами крови. Араб взял мальчика за руку и вывел его из ресторана.

– Может быть, он узнал в тебе своего отца? – пошутил Вадим.

– Дим, а у тебя дети есть? – поинтересовалась одна из девушек.

В ресторане был полумрак, и никто не обратил внимания на пятна крови на Димкиной одежде. Вадим с девчонками решили пойти развлекаться дальше, в какой-нибудь ночной клуб.

Когда вышли на улицу, араб с мальчиком сидели на тротуаре возле ресторана. Араб спокойно сказал: – Дмитрий, мы тебя ждем.

– Вы идите в машину, я сейчас, – Диме не хотелось, чтобы ребята были свидетелями этого разговора.

– Садись, посиди с нами. (Седовласый араб.)

Дмитрий сел на землю.

– Этот ребенок – твоя похоть, Дмитрий. Это твой ребенок. Тебе придется взять его с собой. Я уже стар, о мальчике кто-то должен заботиться. Теперь он всегда будет рядом с тобой… (Седовласый араб.)

– У него есть хотя бы документы? – спросил Дима.

– Зачем ребенку документы? Ты умой его, он похож на тебя, как две капли воды. (Араб.)

Дмитрий вернулся с мальчиком в отель. Вымыл его, накормил, уложил спать.

Уже почти рассвело, когда в комнату постучал Вадим: – Димон, ты спишь?

– Тише, разбудишь ребенка, – попросил сидящий на полу Дима.

– Какого ребенка?! – Вадим вошел в номер.

Дима посмотрел на кровать, куда вечером уложил мальчика. Кровать была пуста.

– Димон, ты не болен? – поинтересовался Вадим.

– А мы сейчас его вылечим! – в Димкин номер ворвались девчонки. Они стали раздевать его и смеяться. Девушки были очень сексапильными, только вот что-то происходило с их ногами. Длинные стройные ноги сохли прямо на глазах, и покрывались темными пятнами…

– А что это у них с ногами? – испуганно спросил Димка.

– А… это? А что ты хотел, они же того, не совсем живые… (Вадим.)

Дмитрий попытался вырваться из рук этих златокудрых чудовищ с трупными пятнами на ногах, но не тут-то было. Девицы обладали недюжинной силой: они кричали, визжали, кусались, а потом и вовсе превратились в настоящих гарпий – хищных крылатых чудищ, с птичьими телами и кривыми когтями…

“Пол, кто это такие?! Эти дамочки с птичьими телами и когтями на лапах?” (Внутренний вопрос героя к богу.)

“Сирин и Алконост? Это райские птицы из средневековых русских легенд. Сирин грустит и тоскует о Рае, а Алконост радуется грядущему блаженству. Это образ человеческой души, в которой уживаются добро и зло. В твоем случае – два Сирина и Алконост”. (Ответ бога.)

Каким-то чудом Димке удалось вырваться из объятий чудовищ. Он выбежал на улицу и побежал по незнакомому городу. Он бежал и бежал, по узким улочкам, сворачивая в переулки… Неожиданно герой оказался на широкой дороге, освещенной фонарями. Эта дорога вывела его к мечети.

“Могу ли я войти в мечеть? – подумал Дима, – ведь я не мусульманин. Могу ли я попросить защиты у другого, неизвестного и неведомого мне бога?” – Пока Дима размышлял о различиях христианства и мусульманства, мечеть растворилась в воздухе, и он опять потерял сознание.


Когда он очнулся вновь, то лежал на холодном каменном полу. Сзади были ряды деревянных скамеек, впереди – распятый на кресте Иисус Христос. “Значит, это католический костел, – решил Дима. – Это у католиков Иисус до сих пор висит на кресте…”

– Господи, я никогда не верил в тебя, прости меня, – прошептал герой.

– С какой такой радости, Господь должен прощать тебя, нечестивец?! – спросила по-английски какая-то препротивная старуха. Дима понял ее, хотя почти и не знал английского языка. – Пошел вон из храма Господня!

– Иисус Христос – не только ваш, он и наш бог, – попытался объяснить Дима.

– Я сказала: вон!! Иначе я вызову полицию, и они упекут тебя, пьяного, за решетку! – старуха так неистовствовала, что Дима был весь забрызган ее слюной. Он схватился за нагрудный карман и понял, что у него нет с собой паспорта. А в какой стране он находится, было не понятно…

Когда он вышел на улицу, шел дождь. Во дворе, за храмом, Дима увидел каменное надгробие с крестом, одиноко стоявшее под дождем. Он опустился на колени, прислонился головой к холодному камню. – Куда же мне идти? Если я ни во что не верю, никого не люблю, если у меня нет ни дома, ни семьи, и на этой земле никто меня не ждет?

– Он гладил мокрый безымянный камень, и вдруг в голову пришла страшная мысль: “А вдруг этот камень стоит на моей могиле? Что же я поехал в Марокко… и умер?!”

Надо было встать, куда-то бежать, кого-то найти, чтобы узнать: где же все-таки он находится? Но он не мог… Он стал, словно этот камень: неподвижным и тяжелым. “Но если я не могу бежать и говорить, стало быть, я действительно умер!?”


В следующий раз Дмитрий очнулся в каком-то большом здании под огромным куполом. – Люди, – обрадовался герой и огляделся вокруг. Он лежал босиком на сухом ковре в мечети. Мечеть была пуста.

– Господи, не прогоняй меня, – попросил Дима. Тишина была ему ответом. Он наконец-то согрелся и задремал.


(Москва)

Ночью на 22 ноября содержание Олиных снов неожиданно изменилось. Пошла вторая неделя, когда Солнце гостило в созвездии змееносца – неделя Стрельца-змееносца. В эту ночь героине приснился греческий бог врачевания Асклепий, сын Аполлона, лечивший больных змеиным ядом. И Белый Ястреб склевал надоевшего своим жужжанием Жирного Овода.

В ночь на 23 ноября Смелый Мангуст прогнал из прекрасного фруктового сада Трусливого Суслика… 23 ноября Оля узнала о Димкином падении в горах.

– Оля, Димка разбился, – позвонил Владимир Николаевич.

– Нет, – сказала Оля. – Нет!!! Только не это…

Ольга Владимировна, была в то время на работе, в своем кабинете финансового директора, который она делила с главным бухгалтером фирмы. Елена Васильевной была ее единственной подругой. Ольга так сказала это “нет”, что Лена поняла: случилось что-то страшное. Она встала, закрыла дверь на ключ и попросила секретаря никого с ними не соединять, если только это не налоговая инспекция.

– Оля, нам позвонили из монастыря и сказали, что он при смерти, чтобы мы приезжали прощаться… (Владимир Николаевич.)

– Дядь Володь, вы дома? Я сейчас к вам приеду. Ничего не предпринимайте! – Ольга положила мобильный телефон на стол и закрыла лицо руками. Когда она открыла глаза, что-то случилось с окружающей действительностью: та стала черно-белой. – Господи, какая же я все-таки дура! Ведь я должна была догадаться!

– Что случилось? – спросила Лена.

Больше всего Ольге хотелось сейчас завыть громким голосом, спрятаться куда-нибудь в укромное место, никого не видеть, ничего не знать, чтобы ей хоть чуточку, хоть самую малость, стало легче! “Господи!!! Зачем мне все эти победы на любовном фронте, зачем мне такое немыслимое количество шмоток и украшений, зачем нужна вся эта мишура, если вот он разбился, и его не будет… Зачем мне все это тогда?!”

“Стоять!” – приказала гордая королева планете, которая бешено кружилась у нее под ногами, и своим мыслям, которые кружились вместе с Землей. – Лен, я сейчас возьму все деньги, которые есть в сейфе, – сказала Оля вслух спокойным голосом. – Чтобы Вася не устраивал истерик, сними завтра такую же сумму с моего личного счета…

– Я сделаю все, что нужно. Ты можешь сказать, что случилось?! (Лена.)

– Димка мой разбился в горах. Подробностей – я не знаю. Васе ничего не говори… Я поехала к Владимиру Николаевичу. – Оля набрала Сашин номер.

– Слушаю тебя, непреступная красавица. (Сашка.)

– Саш, ты мне срочно нужен. (Оля.)

– Что случилось, Ольга Владимировна? – через минуту улыбающийся Сашка уже стучался в бухгалтерию. – Но я никуда не поеду, пока не пообедаю, имейте это в виду…

– Случилось! – открыла дверь Лена. – И ты зря радуешься!

– Что же ты делаешь, демон жизни и смерти?! – вопрошала Оля Аполлона, пока ехала в машине, еле сдерживая слезы.

– Да он не насмерть разбился, – спокойно сказал сидящий на заднем сиденье автомобиля всезнающий бог.

Ольга развернулась и пристально посмотрела на него. Бог солнечного света был потрясающе красив. Представьте себе, милые женщины, что все мужчины, которые вам нравились когда-то и нравятся сейчас, и даже те, которые понравятся в будущем, с восхищением и любовью смотрят на вас.

– И не надо испепелять меня своим взглядом, – сказал Аполлон.

Оля закрыла лицо руками и шепотом спросила уже не бога, но друга: – Что же мне делать, Пол?

– Вот это другое дело. Тебе надо принять правильное решение. Если ты хочешь продолжить свой путь, тебе придется оставить на берегу все, что у тебя есть: успешную карьеру обеспеченную жизнь жены “олигарха” Васи, свой большой дом, свои грандиозные амбиции и ощущение безопасности. Ты потеряешь почву под ногами, и тебе придется довериться великой силе любви… И никаких гарантий, как ты понимаешь. Придется пойти на риск, полагаясь лишь на собственное мужество и веру. Но у тебя нет выбора, – сказал златокудрый губитель и прорицатель, улыбаясь.

На самом деле, мы всегда знаем, что нужно делать. “Я говорю сейчас не о ком-то, я говорю о тебе”[11]11
  Раджниш Ошо, индийский мистик.


[Закрыть]
.

– Ой, Оля-я-я, – слезами и причитаниями встретила ее Димкина мама.

– Хорошо, Ольга, что ты приехала. Не знаю, то ли Димку лететь спасать, то ли мать… Зин, ну, что, неотложку-то вызывать? (Владимир Николаевич.)

– Господи, сыночек мой, за что-о-о?! (Зинаида Алексеевна.)

– Теть Зин, перестаньте! Не надо никакой неотложки – не до нее сейчас. Дядь Володь, дайте ей какой-нибудь успокоительное… Пойдемте на кухню.

Саш, проходи, проходи, не стесняйся. Теть Зин, успокойтесь, бога ради! Возьмите себя в руки, займитесь чем-нибудь. Сашку, вон, накормите! Дядь Володь, давайте по порядку: кто звонил, когда звонил и что сказал? Только без эмоций… (Оля.)

– Звонил какой-то китаец. Сказал, что Димка разбился два дня назад, в сознание не приходил, и они просят приехать родственников… прощаться. (Владимир Николаевич.)

Зинаида Алексеевна опять заголосила.

– Ну, что за глупости?! – возмутилась Оля. – Он же живой?

– Вроде живой пока… (Вл. Ник.)

– Теть Зин, он – живой, слышите? Что вы раньше времени его хороните?! Перестаньте немедленно причитать! Дядь Володь, вы адрес монастыря записали? (Оля.)

– Записал. Вот. (Вл. Ник.)

– Замечательно. Тысяча триста километров от Лхасы… Господи, где это?! Я, надеюсь, жена его бывшая не полетит? (Оля.)

– Конечно, не полетит! Тут даже думать нечего. (Вл. Ник.)

– Ну, значит, я полечу. А тебе, Саш, придется лететь со мной, как верному оруженосцу; я без тебя там не справлюсь. (Оля.)

Сашка чуть не подавился котлетами, которые все-таки смогла разогреть ему Зинаида Алексеевна. – Я-то полечу без проблем, я в Тибете не был. Тем более, за чужой счет… А что ты Васе скажешь, подруга моя боевая?

– Если полетишь, мне нужен номер твоего загранпаспорта. Срочно. (Оля.)

– Он у меня дома… У Ленки в бухгалтерии есть все номера. (Саша.)

– Звони Ленке! – Ольга уже звонила в туристическое агентство. – Ларис, привет. Это Оля Королева. Мне нужно как можно быстрее, лучше сегодня же вечером, два билета в Тибет, в Лхасу. Мне и Сашке, охраннику моему. И не ставь, пожалуйста, Васю в известность…

– В Лхасу нет прямых рейсов, – объяснила Лариса. – Надо лететь через Катманду.

– Через Катманду – значит, через Катманду. Катманду же, вроде, в Непале? Ларис, мне нужно попасть в Лхасу! Обратно пока не надо… (Оля.)

– Ты безвозвратно, что ли? А когда любовь к охраннику закончится, что будешь делать? И, кстати, сейчас не лучшее время для путешествия в Тибет. (Лариса.)

– Я просто не знаю, когда вернусь; у меня там беда с другом… (Оля.)

– Понятно. Как только закажу билеты, свяжусь с тобой. (Лариса.)

– Спасибо. Только, бога ради, быстрее! (Оля.)

– Оля, если ты серьезно собралась на край света, тебе интересно будет узнать, – сказал Сашка, который уже залез в интернет, – что там холодно, надо тащить на себе спальные мешки, и еще баллоны с кислородом, потому что там дышать нечем… И вообще это путешествие не для слабонервных!

– Саш, технические моменты нашей экспедиции в Тибет – это твои проблемы, поэтому я и беру тебя с собой. (Оля.)

– Ты ограничиваешь меня во времени! Я не успею так быстро собраться! Мне надо дня три… Там еще и жрать нечего! Значит, шашлыка не будет. Так я так и думал! (Саша.)

– Я думаю, что все можно будет купить в Лхасе… (Оля.)

– А я вот не уверен, что там вообще что-то будет можно купить! (Саша.)

– Ближайший вылет на Катманду сегодня, в 23.50, – это перезвонила Лариса. – Выкупать?

– Конечно, выкупай! (Оля.)

– Билеты привезут в аэропорт. Рейс Катманду-Лхаса – на следующий день, так что успеете купить все необходимое. (Лариса.)

– Спасибо большое. (Оля.)

– Во сколько у нас самолет?! Я должен отвезти тебя домой, заехать к другу, который, по счастливому стечению обстоятельств, тоже увлекается экстремальным туризмом, забрать у него все необходимое; потом собраться в условиях грандиозного домашнего скандала, забрать тебя… И когда я все это успею?! – возмущался Саша женской алогичностью.

– Саш, помолчи немного, ты меня сбиваешь с курса! (Оля.)

– Я тебя сбиваю?! (Саша.)

– Так, все, поехали. Теть Зин, не плакать и не переживать. Ждать, верить и молиться. Дядь Володь, что это? Что вы мне суете? Нет, я не возьму, у меня есть деньги! (Оля.)

– Дочка, а иконку Николая Угодника? (Зинаида Алексеевна, всхлипывая.)

– Николая Угодника – возьму. Давайте! (Оля.)

– Оля, а что скажет твой “олигарх”? (Вл. Ник.)

– Что-нибудь, наверное, скажет. Дядь Володь, помните, вы мне сказали, что мы – одна семья, чтобы ни случилось. У нас все будет хорошо, потому что не может быть по-другому! – Оля обняла Димкиных родителей и шепнула: “Внуков тут без меня берегите, и глупости из головы выбросьте. Не может он умереть, сына не увидев!”

– Оль, мы опоздаем на самолет… Хотя, и к лучшему, что опоздаем… (Саша.)

– Поехали, поехали. Все, дядь Володь, теть Зин, пока-пока; я вам позвоню… (Оля.)

Саша поехал к другу за вещами, а Ольга – на такси, домой. У нее осталось три часа на сборы. – Дети, родители! Всем привет! – громко крикнула героиня.

– Мамуля, привет! А я мультики смотрю! – Алька чмокнула Ольгу и убежала дальше смотреть свои мультики.

– А Алешка где? – поинтересовалась мама Оля.

– Только из школы вернулся, переодевается у себя наверху. (Владимир Иванович.)

Алешка уже спускался вниз по лестнице, когда услышал, что приехала мама. Но Аполлон, которого он “достал” в последнее время своими вопросами по поводу Дмитрия, схватил его за руку и затянул за портьеру. – Стой и слушай.

Алешка хотел было возмутиться, что подслушивать не хорошо, но Аполлон закрыл ему рот.

– Оля, что это ты сегодня так рано? – удивилась Татьяна Алексеевна. – А Вася где?

– Это хороший вопрос… Лен, – Ольга опять позвонила на работу, – а где мой Вася, ты не знаешь?

– Поехал на какие-то переговоры, просил тебе передать, что дома будет поздно. (Лена.)

– Замечательно! (Оля.)

– А ты-то где? (Лена.)

– А я вот как раз дома. Лен, ты, запиши, пожалуйста, все телефоны Владимира Николаевича… (Оля.)

– У меня есть все его телефоны. Что с Димкой? (Лена.)

– Опять разбился, сволочь! – в сердцах сказала Оля. – Я сейчас вещи соберу, и полечу к нему сегодня ночью, в Тибет… (Оля.)

Алешка услышал эту фразу, сказанную мамой.

– Куда?! Одна полетишь?! (Лена.)

– Нет, с Сашкой. (Оля.)

– Господи, Оля, а может быть… – Лена попыталась спасти брак подруги.

– Нет, Лен, не может быть. В ближайшие дни, ты будь, пожалуйста, всегда на связи. Мне потребуется твоя помощь… (Оля.)

– А как же дела здесь, на работе? (Лена.)

– Теперь это твои проблемы. У меня сейчас только одно дело! (Оля.)

– Но, почему?! Кто он такой, черт возьми, что ты из-за него должна рушить всю свою жизнь!? – возмутилась Лена.

– Он – Алешкин отец, – очень тихо ответила Ольга.

Для Алешки не случился гром среди ясного неба – он об этом догадывался…

– Ты хотел знать правду? – спросил Аполлон. – Ты ее слышал.

– Пап, помоги мне, пожалуйста, собраться. Альке пока ничего говорить не надо, а то она Васе меня “сдаст”. (Оля.)

– Дочка, – вздохнула Татьяна Алексеевна и схватилась за сердце, поняв какие тучи сгустились над головой ее непутевой дочери.

– Татьян, не вздыхай, не вздыхай, – обнял жену Владимир Иванович. – Надо – значит надо. Давай-ка, я тебе валерьянки накапаю… Тибет – прекрасная страна на краю света! Там сейчас замечательная погода: холодно, скользко, опасно и звезды над головой… Что случилось-то?!

– Этот горе-путешественник свалился в пропасть. Лежит теперь без сознания в монастыре. (Оля.)

– Хорошо, что Саша с тобой поедет, одна ты там не справишься. Обязательно купите баллоны с кислородом или специальные таблетки, если есть. Горная болезнь не лечится, имей это в виду. И купи себе по дороге костюм полярника, что ли… и ботинки! (Влад. Ив.)

– Пап, вот тебе ключи от моего сейфа в кабинете, мне могут понадобиться деньги. Вот Ленкин телефон. Переведете мне тогда. (Оля.)

– Как там Зинаида-то? (Татьяна Алексеевна.)

– Плохо. Голосит, как на похоронах. (Оля.)

– Может нам их к себе пригласить, взять детей и уехать на дачу, пока ты в Тибете будешь? (Влад. Ив.)

– Это было бы замечательно! Они бы с детьми возились, отвлеклись, может быть… (Оля.)

– Володя, ну, где мы там будем жить?! Как Алеша будет ходить в школу? – возмущалась Татьяна Алексеевна.

– А то у нас там жить негде? (Влад. Ив.)

– Зимой?! (Тат. Алекс.)

– И прекрасно. Печку натопим, баньку организуем, чай горячий… Красота! Татьян, ты не о том думаешь. Нам надо Димкиных родителей к себе забрать, потому что они одни в четырех стенах с ума сойдут. Не можем же мы их сюда к Василию переселить? А на даче – мы будем все вместе; и снег чистить нам с Владимиром Николаевичем сподручнее; а Алексея по очереди будем в школу возить… (Влад. Ив.)

– Оля, Оля… А Васе-то что ты скажешь?! (Тат. Алекс.)

– Скажу, что надо помочь Владимиру Николаевичу Позвоню ему из аэропорта… (Оля.)

– Мам, ты поедешь к дяде Диме в Тибет? – спросил Алешка, выйдя из своего укрытия.

– Ты Василию только не говори, и Альке пока тоже, – попросила сына Ольга.

– А мне с тобой можно? (Алешка.)

– Ой, Алеш… Если Дмитрий увидит меня, он, наверное, сойдет с ума; а вот если он увидит тебя, – Оля обняла сына и погладила его по рыжим волосам. Она вдруг подумала, что надо обязательно взять с собой Алешкины фотографии. – Если он увидит тебя, то он, точно, умрет, а потом и воскреснет, может быть… Алеш, помоги мне собраться в Тибет. Ты, наверное, лучше знаешь, что может понадобиться в горах?



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15