Наталья Александрова.

Колокольчики династии Минь



скачать книгу бесплатно

И позвонила Лариске, чтобы позвать в свидетельницы. С Ларкой они не виделись года два. Поначалу она приезжала летом к родителям, потом перестала. Мать ее на Ирины вопросы отмалчивалась, говорила, что все хорошо, и Лариса ездит в отпуск на море. Ира не очень и настаивала, знала только, что Ларка в Питере, и вроде бы работа у нее очень хорошая, и в личной жизни все замечательно.

И вот позвонила, чтобы пригласить в свидетельницы. Все-таки с первого класса дружили, за одной партой сидели, тем более что больше все равно некого.

Лариска ответила холодно, от приглашения отказалась, сказала, что занята очень и вообще уезжает в командировку. Ира все поняла – не хочет общаться. Можно было бы догадаться, что не все у Ларки так хорошо, как говорила ее мамаша, потому и не хочет она встречаться со старой подружкой. Однако Ире некогда было раздумывать – свадьба на носу, да еще УЗИ скоро, там скажут, мальчик или девочка будет.

Свидетелем пришел некий Леха, Вадим представил его как своего сотрудника и друга. Леха был рыжий, плохо подстриженный и даже не в костюме, а в какой-то трикотажной кофте. При нем была подружка, которую и взяли в свидетельницы. Девица была здоровенная, как лошадь, и все время громко смеялась.

Вадима часто не бывало дома, он говорил, что работает допоздна, иногда встречается с друзьями. Она неважно себя чувствовала и была только рада, что в квартире тихо и чисто. Потом родился Димка, и Ирина полностью окунулась в материнство. Это было такое чудо – крошечное существо, которое зрело в ней, и вот получилось.

Не сразу она поняла, что Вадим к ребенку совершенно равнодушен. Понятно, первое время многие отцы боятся взять в руки теплый кулечек. Но потом… потом так и не наступило – Вадим все больше и больше времени проводил вне дома.

Ребенок плохо спал ночью, и Вадим стал пропадать и ночами, мотивируя это тем, что ему нужно как следует высыпаться, он должен работать, чтобы их содержать. С деньгами проблем не было, на ребенка вполне хватало. И на жизнь тоже, Вадим даже купил жене машину, которая долго стояла во дворе, потому что не было у Иры времени окончить курсы.

Потом она осмелилась спросить, где это он ночует. И получила резкую отповедь – живешь на всем готовом, содержу тебя и твоего спиногрыза, так какого тебе рожна еще надо?

Остро резануло ее это «твоего спиногрыза», как будто это не его сын, а чужой.

Потом рыжий Леха привез как-то Вадима домой, вдребезги пьяного, и вся рубашка заляпана была чужой губной помадой. Ни слова не говоря, он свалил приятеля на диван и ушел. Ночка была та еще, Ира металась между мужем и орущим ребенком.

Наутро Вадим мотал головой, неразборчиво мычал и требовал похмелиться, Ира ушла гулять с ребенком, чтобы не видеть безобразия, что устроил он в ванной.

Так прошло года два. Димка рос и пошел уже в садик, только все время болел, так что о работе для Ирины не было и речи. Они с Вадимом жили как чужие, то есть он вел себя так, как будто нет у него ни жены, ни ребенка.

Потом наступил кризис, дела у него пошли хуже, и скоро он перестал давать ей денег на жизнь.

И на все просьбы посылал матом.

Она давно уже поняла, что мать была совершенно права, что никакой счастливой жизни у них с Вадимом никогда не будет, но деться было некуда, и она терпела. А потом он начал ее бить. Сначала от случая к случаю, потом все чаще. Придет с работы злющий как черт, и любой пустяк его спровоцирует.

Потом пришло письмо из ее города от двоюродной тетки. Письмо было самое обычное, на конверте был нарисован заяц с морковкой под елкой. Тетка писала, что ее мать умерла. Покончила с собой, отравилась снотворным. У нее, дескать, начали дрожать руки, и больной умер на операционном столе. Родственники обратились в прокуратуру, больница, конечно, мать прикрыла, но все же пришлось ей уволиться, хоть скандал удалось погасить. Но мать совсем сдала, руки ее почти не слушались, тут и призвали на помощь тетку.

Ухаживала она за матерью недолго, та уж заговариваться начала, и доктор знакомый сказал, что болезнь эта психическая, за матерью, дескать, кое-какие странности они давно замечали. В общем, мать все же врач, так что вовремя сообразила, что ничего хорошего впереди не ждет, и отравилась.

На Ирин потрясенный звонок тетка ответила, что уже и похоронили и что мать строго-настрого запретила сообщать дочери о своей болезни. У нее, мол, все вроде бы хорошо, так пускай и дальше живет счастливо. Знала бы она…

Ирина тогда впала в отчаяние и впервые заговорила с Вадимом о разводе. За то и получила. Он ударил ее, Димка уже все понимал, бросился к ней и попал под горячую руку.

Много ли надо ребенку? Глядя на сына, лежавшего на полу, Ирина испытала нечеловеческий ужас.

На этот раз все обошлось только парой синяков, Димка ничего себе не сломал, ничего не повредил, даже не сильно плакал. Но когда Ирина увидела лицо Вадима, то поняла, что это конец. Это было не лицо, а какая-то ужасная маска. Если бы не Димка, он бы ее убил, поняла она. А потом и сына.

Дождавшись, когда утром муж уйдет на работу, Ирина второпях собрала самые необходимые вещи и увезла сына в свой родной город. Тетка, которая жила теперь в их квартире, встретила ее не слишком любезно, но согласилась побыть с Димкой пару месяцев, пока Ира свою жизнь не упорядочит. Так и выразилась, и денег, конечно, потребовала на ребенка да за свои услуги.

Перед отъездом Ира сняла все деньги с карточки и правильно сделала, потому что когда вернулась, то обнаружила, что карточка заблокирована. Машину муж купил на свое имя, она ездила на ней по доверенности, так что тут рассчитывать было не на что.

Она заложила обручальное кольцо и серьги, отнесла в магазин неношеные сапоги и сняла комнату у бабы Шуры, заплатив за два месяца вперед. И подала заявление о разводе, сказав по телефону мужу, что ждет только денег на ребенка. И услышала в ответ такое… В переводе на нормальный язык это звучало так: она не получит от него ни гроша и может убираться на все четыре стороны со своим ребенком. А развод – пожалуйста, хоть завтра, как пришла к нему голой, так и уйдет, и так столько лет кормил дармоедку. И еще кое-какие слова добавил.

Ира послушала и пошла к адвокату на консультацию. Тот сказал ей, чтобы она не сомневалась – закон всегда на стороне матери с ребенком, алименты ей обеспечены.

Как видно, адвокат не слишком разобрался в ее ситуации, потому что Вадим поставил себе целью не давать ей ни гроша. Его адвокат был не чета тому, в консультации. Этот сразу видно, что прохиндей, и секретарша в суде сказала, что берет он за свои услуги деньги огромные. На адвоката Вадим денег не жалеет, а на ребенка собственного и гроша не даст. И никогда Ира ничего с него не получит, несмотря на закон. Потому что, как выяснилось, у него все записано на подставных лиц – и фирма, и квартира, только машину Ирину он на себя купил.

Ирина села на кровати и вдруг ясно поняла свое положение. Голова прошла, и в ней появились здравые мысли. До сих пор она на что-то надеялась, в закон верила, в справедливость, но вот сейчас поняла, что ничего не добьется, по судам бегая. Нахлебалась уже унижения выше крыши, а толку – чуть. Даже того меньше. Она провела рукой по лицу и поняла, что ужасно выглядит – тушь размазалась по щекам черными потеками, помада смылась. С таким лицом даже на кухню выйти нельзя, собака Сима испугается.

Ирина открыла сумку, при этом что-то звякнуло внутри. От неожиданности она выронила сумку, и содержимое рассыпалось по не слишком чистому полу. Собирая мелочи, Ирина взяла в руку сверток золотистого шелка.

Ткань развернулась сама собой, и в руке оказался тяжелый колокольчик тусклого металла. К языку колокольчика была привязана такая же золотистая ленточка. По ободу колокольчика шли какие-то знаки, которые Ирина определила как иероглифы. Значит, китайский колокольчик. Но как он попал в ее сумку? Неужели Вадим подсунул? Или этот его прохиндей-адвокат?

Но зачем? Мелькнула дикая мысль, что это какой-то прибор, с помощью которого они теперь все будут о Ирине знать. Есть же какие-то подслушивающие устройства…

С опаской она встряхнула колокольчик, и он отозвался нежным звоном. И слушая этот звон, Ирина вспомнила Димку, своего дорогого сыночка. И представила, как бежит он по тропинке в лесу, запихивая в рот попадающие по пути ягоды черники, и наклоняется, увидев огромный белый гриб. Или на речке кидает камушки, чтобы они отскакивали от воды, он называет их блинчики, Ира в детстве тоже так делала. Когда получается больше трех блинчиков, Димка счастливо смеется щербатым ртом – нижний правый зуб у него выпал недавно.

Как же она соскучилась по нему! И что она делает вдали от него, в этом огромном, равнодушном городе, так и не ставшем ей родным? Нужно ехать к Димке, быть рядом с ним, защищать его от всех бед и несчастий. Ведь у него никого нет, кроме нее. Ничего, она будет работать, проживут они и вдвоем. На суд она вообще не пойдет – хватит с нее оскорблений и ругани. Все равно с этого монстра, ее бывшего, ничего не получишь. А это даже и к лучшему, что Димка с таким папочкой общаться не будет, от таких людей нужно подальше держаться.

Колокольчик снова зазвенел мелодично. Ирина прислушалась к нежному звону и поняла, что на ее истерзанную душу снизошло спокойствие. Она приняла решение – жить для сына. И вдруг появились у нее силы. И надежда. Все будет у них хорошо, все наладится, она все преодолеет.

– Ирка, ты жива там? – Это соседка стучала в дверь. – Опять тебя бортанули? Поешь хоть, у меня борщ свежий, только сварила… Или не будешь?

– Буду! – Ирина решительно поднялась с продавленного дивана, осознав, что ужасно хочется есть.


Во времена правления императора Цзи-Фу в городе Тайшане провинции Шаньдун жил молодой повеса по имени Лю Сюань. Он был беден, но отличался смелостью и находчивостью. Дни свои он проводил в кутежах и попойках, не думая о завтрашнем дне. В городе, где он жил, был большой дом, принадлежавший одному знатному господину. Однако дом этот был заброшен, поскольку в нем завелась нечистая сила, и никто не хотел в нем жить.

Прошло много времени, нежилой дом сильно обветшал, его двор зарос бурьяном и сорняками, и даже среди белого дня никто не решался туда входить.

Как-то Лю Сюань устроил с друзьями попойку. Было выпито немало вина, когда один из сотрапезников сказал:

– Найдется ли среди нас смельчак, который осмелится провести ночь в заброшенном доме? Если бы такой смельчак нашелся, я бы устроил для него богатый пир!

Лю Сюань к тому времени был уже сильно навеселе. Услышав слова приятеля, он вскочил и сказал:

– Что же в этом трудного? Я хоть сейчас отправлюсь в этот дом! Прямо сейчас и пойду!

Товарищи стали его отговаривать:

– Говорят, в этом доме завелась нечистая сила, в него и днем-то никто не заходит!

– Я ничуть не боюсь нечистой силы! – хвастливо заявил Лю Сюань. – Ничуть не боюсь и докажу вам это!

Он взял циновку, одеяло, связку свечей и отправился к заброшенному дому. Друзья проводили его до самых ворот, пытаясь отговорить. Видя, что он настроен решительно и ни за что не передумает, они сказали напоследок:

– Мы подождем тебя здесь. Если тебя все же что-то испугает – кричи, мы придем на помощь.

– Я не таков, чтобы испугаться какого-нибудь привидения, – отвечал друзьям Лю, – если же кто-то все же появится в доме, будь то демон или лиса-оборотень, я постараюсь что-нибудь захватить вам в доказательство.

С этими словами он вошел в ворота заброшенного дома.

Войдя в ворота, он увидел запущенный сад, заросший высоким бурьяном, пыреем и лопухами чуть ли не в человеческий рост. Тропинки, которые прежде были в саду, давно уже заросли и найти их среди сорняков было трудно. Среди этого запустения виднелось несколько полуразрушенных строений.

В ту ночь светила полная луна, и ее бледный обманчивый свет заливал все вокруг.

В этом неверном свете Лю нашел дверь главного здания, вошел внутрь и по полусгнившей лестнице поднялся на верхний этаж, на залитую лунным светом просторную террасу, где он и решил устроиться на ночлег.

Луна светила ярко. Лю полюбовался ее светом. Ничего страшного или странного не происходило, и его начало клонить в сон. Посмеявшись про себя над пустыми слухами, которые распространяют досужие люди об этом доме, Лю расстелил на террасе свою циновку, подложил под голову сложенное одеяло и улегся.

Он долго любовался созвездиями, усыпавшими небо, как драгоценные камни наряд придворной дамы. Скоро глаза его начали слипаться, и он уже почти заснул, как вдруг в нижнем этаже дома послышались какие-то шаги и голоса.

Сон тут же слетел с Лю Сюаня. Он вскочил со своей циновки и подкрался к краю террасы, откуда мог, оставаясь незамеченным, видеть нижнее помещение.

Видит – в комнату вошла какая-то служанка с фонарем в виде лотоса в руке. Оглядевшись, она кого-то позвала:

– Можете входить, госпожа, здесь никого нет!

Тут же в комнату вошла девушка изумительной красоты в платье из красного шелка. Лицо ее было прекрасно, как цветок только что распустившейся розы, походка грациозна, как поступь лани, голос нежен и звонок, как горный ручеек.

Сердце Лю Сюаня замерло от восхищения, дыхание его перехватило. Он застыл, любуясь красавицей. Ему казалось, что никогда в жизни он не лицезрел подобной красоты.

Красавица же вышла на середину комнаты, оглянулась и проговорила своим мелодичным голосом:

– Где же остальные мои сестры?

– Они еще не пришли, госпожа! – ответила ей служанка. – Вам придется немного подождать.

– Как это неприятно, – проговорила красавица, ударяя по руке красным шелковым веером, – как это неприятно – ждать в таком запущенном доме, где нет никого, кроме змей и скорпионов! Не дай бог, здесь еще и оборотни водятся. Говорят, они часто поселяются в таких заброшенных домах!

Лю Сюань хотел уже выйти из своего убежища, показаться красавице и предложить ей свое общество, но в это время у входа в дом снова послышались чьи-то шаги.

Скрипнула дверь, и в комнату вошла еще одна служанка с фонарем в руке. Увидев девушку в красном платье, она поклонилась ей, обернулась и позвала кого-то:

– Входите, госпожа, ваша первая сестра уже здесь и ждет вас!

Не успел отзвучать ее голос, как в комнату впорхнула еще одна красавица, в платье из темно-зеленого переливчатого шелка. При виде ее Лю Сюань едва слышно ахнул: красота ее затмила красоту сестры, как взошедшее солнце затмевает своим золотым светом серебристое сияние луны.

– Здравствуй, сестра! – прозвучал нежный голос новой красавицы. – Надеюсь, тебе не очень долго пришлось ждать меня. Я спешила как могла!

– Здравствуй, Вторая! – отозвалась девушка в красном. – Я ждала тебя недолго, но двух наших младших сестер пока нет. Они, как всегда, опаздывают!

– Третья стража еще не наступила, так что у нас еще есть время.

Не успела Вторая договорить эти слова, как послышался крик ночной птицы, а затем раздались легкие шаги, и в дом вошла третья служанка с зажженным фонарем в руке. Поклонившись двум красавицам, она выглянула за дверь и позвала кого-то:

– Извольте войти, госпожа, ваши старшие сестры уже пришли и ждут вас!

Едва прозвучали эти слова, как в комнату вошла третья красавица, облаченная в шелковое платье чудесного синего цвета.

Лю Сюань просто не верил своим глазам: эта третья девушка была еще прекраснее первых двух. Казалось, что сама весна легкими шагами вошла в этот заброшенный дом, или же все весенние цветы отдали красавице свою красоту.

– Здравствуйте, сестрички! – проговорила третья красавица нежным голоском. – Давно ли вы ждете меня?

– Не так уж давно, Третья! – отвечала ей девушка в зеленом платье. – Все равно нашей четвертой сестры пока еще нет.

– Четвертая всегда заставляет себя ждать, такой уж у нее характер! – недовольно произнесла девушка в красном. – Чтобы не терять время, давайте, сестры, пока поговорим о том, что нам предстоит сделать.

– Что мы можем сделать? – вздохнула Вторая. – Генерал схвачен и завтра на рассвете будет казнен, как мятежник.

– Боги отвернулись от нас! – вскрикнула Третья.

– Но колокольчики еще у нас, значит, еще не все потеряно! – возразила Первая.

– Что мы можем сделать? Мы – всего лишь слабые женщины…

– Если генерал будет казнен, нам останется только одно: спрятать колокольчики в надежном месте, чтобы они не попали в дурные руки и чтобы мы могли использовать их в новом перерождении, когда судьба будет к нам более благоприятна.

– Это тоже будет непросто, сестра! Ты ведь знаешь, что слуги Черного Даоса идут по нашим следам. И с ними наша тетушка. Трудно нам будет спрятать от них колокольчики.

– Но где же Четвертая? Скоро уже наступит третья стража, а ее все нет!

И тут из угла донесся тихий голос:

– Я здесь, сестрички! Я давно уже здесь, я слушаю и смотрю, и я знаю, что здесь есть чужой!

Тут же на середину помещения выбежала лиса. Она завертелась на месте, словно пытаясь поймать собственный хвост. Поднялся столб пыли, который на мгновение скрыл лису, когда же пыль улеглась, лисы не было, а на ее месте стояла девушка в платье из золотистого шелка, столь прекрасная, что перед ней померкли остальные сестры.

При виде ее красоты у Лю Сюаня перехватило дыхание, как будто чья-то рука сдавило его горло.

– Ты, как всегда, ведешь себя неподобающим образом, Четвертая! – недовольно воскликнула девушка в красном платье.

– Я, как всегда, поступаю предусмотрительно, Первая! – ответила ей младшая сестра. – Я пришла сюда раньше вас, затаилась и видела, как в этот дом пробрался посторонний человек.

– Посторонний? – недоверчиво переспросила Первая. – Где же он?

– Он прячется на верхнем этаже и следит за нами! – И Четвертая показала на то место, где притаился Лю Сюань.

Молодой человек ахнул, попятился, но прогнивший пол провалился под ним, он упал на первый этаж и потерял сознание.


Лена Карташова пришла в сестринскую за десять минут до начала смены, переоделась в больничную униформу и отправилась на пост. Светы Тюлькиной, которую она должна была сменить, на посту не было. Лена нашла ее в реанимации – Света меняла капельницу у нового больного. Тот лежал, не подавая признаков жизни, спеленатый бинтами, оплетенный трубками и проводами.

– Что с ним? – равнодушно спросила Лена, за три года работы в больнице она научилась спокойно воспринимать любые человеческие несчастья.

Если каждому больному сочувствовать, никаких нервов не хватит, они у нее не железные.

– Сегодня привезли, в метро под поезд упал. В коме. Еще удивительно, что жив. Но вряд ли выкарабкается. Его так искалечило – вообще непонятно, как сумели до нас довезти.

Заметив прочерк на месте имени, Лена удивленно взглянула на Тюлькину.

Та ответила на незаданный вопрос:

– Да, документов при нем не было, так что ничего не знаем – кто такой, как зовут. Да и зачем – ясно, что недолго ему осталось. Хотя родственники, наверное, искать будут…

«Не мои проблемы», – подумала Лена.

Света закончила работу, переоделась и ушла.

Карташова обошла отделение.

Больные спали, только старик в шестой палате смотрел больными запавшими глазами, при появлении сестры что-то забормотал, поднялся на локте.

– Спите, спите! – Лена поправила сбившееся одеяло и вернулась на пост.

Проверила мониторы, достала из стола книжку в ярком глянцевом переплете и начала читать.

Наступила тяжелая, вязкая больничная ночная тишина, нарушаемая только негромким гудением люминесцентных ламп да тяжелым дыханием, доносящимся из первой палаты.

Через час строчки стали расплываться перед глазами, двоиться.

Лена встала, прошлась, чтобы отогнать сон.

Вдруг дверь отделения с негромким скрипом приоткрылась.

Лена повернулась и увидела в дверях сутулого человека в белом несвежем халате, накинутом поверх куртки. На голове у незнакомца был темный капюшон, из-под которого пристально смотрели странные белесые глаза.

– Вы кто? – удивленно, негромко спросила Карташова, стараясь не спугнуть тишину. – Вы зачем?

– Помогите, сестричка! – едва слышно прошелестел голос из-под капюшона – и незнакомец покачнулся, схватился за притолоку, чтобы не упасть. – Помогите, мне плохо…

Лена шагнула навстречу, поддержала незнакомца за локоть, заглянула под капюшон – но не разглядела ничего, кроме тускло светящихся белесых глаз. А незнакомец неожиданно схватил ее за руку. Его руки были холодными и твердыми, как железо.

– Вы что? Вы почему? – забормотала Лена, пытаясь высвободиться – и вдруг почувствовала укол в предплечье и только после этого увидела в руке незнакомца одноразовый шприц.

– Что… – ахнула девушка, но не успела договорить – в глазах у нее потемнело, больничный коридор поплыл и растаял в глухой пульсирующей темноте.

Человек в капюшоне подхватил ее под руки, не дав упасть, доволок до поста, осторожно усадил на стул, опустил лицом на раскрытую книгу. Теперь со стороны казалось, что дежурная медсестра просто заснула за чтением.

Взглянув на нее со стороны, человек в капюшоне сорвал со стены листок, где были отмечены номера палат и имена пациентов. Найдя среди них прочерк на месте фамилии, удовлетворенно кивнул и направился вперед по коридору.

В палате реанимации увидел безжизненное тело – бинты, трубки, провода. Склонился над ним.

Глаза пациента были закрыты.

Рядом с кроватью ритмично работал включенный в сеть громоздкий механизм – прибор искусственного дыхания. По голубоватому экрану пробегала светящаяся синусоида, показывая, что человек на кровати пока еще жив.

– Думаешь, ушел от меня? – прошипел человек в капюшоне. – Думаешь, я тебя не достану? Пока ты жив, ты нигде от меня не скроешься! Нигде – даже в коме!

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18