Наталья Александрова.

Гоните ваши денежки



скачать книгу бесплатно

© Александрова Н. Н., 2017

© ООО «Издательство «Э», 2017

* * *

– В этой витрине перед вами монеты, имевшие хождение в некоторых странах Африки, Юго-Восточной Азии и на небольших островах Тихого океана. – Пожилой экскурсовод снял очки и протер их носовым платком.

– Монеты? Разве это монеты? – удивился любознательный школьник и перевел глаза с отца на экскурсовода. – Это же обычные ракушки!

– Совершенно верно, молодой человек. – Экскурсовод водрузил очки на место. – Это раковины моллюска «Змеиная голова», иначе их называют каури. Но это не совсем обычные ракушки. Как я уже сказал, они широко использовались в качестве монет. Об этом говорит даже латинское название каури – Cypraea moneta. В прежние времена этими ракушками расплачивались в лавках Судана и Занзибара, Таиланда и даже некоторых провинций Китая. Сорок раковин каури, нанизанных на шнурок, составляли более крупную денежную единицу – «связку», пятьдесят связок – «голову».

– Однако немалые кошельки приходилось носить с собой тамошним домохозяйкам, – вмешался еще один посетитель, мужчина приятной, но незапоминающейся наружности.

– Совершенно верно! – подтвердил экскурсовод. – Отправляясь за покупками, нужно было нести целый мешок денег. Но это еще довольно удобно. Вот в Новой Зеландии деньги были каменными, каждая, даже мелкая монета весила несколько килограммов, а крупные «купюры» бывали и по центнеру.

– А каменные монеты в вашем музее есть? – не унимался пятиклассник.

– Нет, они заняли бы слишком много места.

– Хорошо, что сейчас не чеканят такие тяжелые монеты, – успокоился неприметный мужчина.

– А здесь вы ошибаетесь. – Экскурсовод тонко улыбнулся. – Несколько лет назад банк Канады выпустил монету номиналом в один миллион долларов. Эта монета весит сто килограммов. Изготовлена она из чистого золота в единственном экземпляре.

– В вашей коллекции ее нет?

– Нет, к сожалению. Я же сказал: она в единственном экземпляре. А теперь перейдем к следующей витрине, где нас ждут средневековые китайские монеты династии Хань и монеты империи Чингисхана.


В Петербурге много музеев. Есть всемирно известные, как Эрмитаж и Русский музей, есть менее известные, но довольно популярные, например, музей городского электротранспорта с историческими трамваями и троллейбусами или железнодорожный музей с самой большой в Европе детской железной дорогой. Есть музеи совсем скромные по размерам, но тоже популярные, к примеру, музей водки. Или вот этот – частный музей нумизматики с солидной коллекцией монет разных стран и эпох. Коллекция собрана владельцем музея господином Осетровским.

Мужчина с приятной, но незапоминающейся наружностью отстал от группы и внимательно осмотрел зал. Запомнил расположение дверей и окон, отметил датчики электронной сигнализации и камеры видеонаблюдения. Он сделал несколько пометок в блокноте и догнал группу в тот момент, когда экскурсовод подошел к очередной витрине.

– Здесь вы видите монеты государства Маньчжоу-Го, – вещал экскурсовод. – Это государство существовало чуть больше десяти лет на китайской территории, оккупированной Японией во время Второй мировой войны.

На монетах отчеканен профиль правителя Маньчжоу-Го, последнего императора Китая Пу И.

– Что вы говорите? Профиль Пу И? – заинтересовался неприметный мужчина. – Надо же, как интересно! Наверное, это очень редкие и ценные монеты?

– Я бы так не сказал. – Экскурсовод пожал плечами: как многие профессионалы, он не любил дилетантов. – У нас есть куда более ценные экземпляры. Кстати, вот в этой витрине хранятся самые ценные экспонаты нашего музея. Этим монетам более двух тысяч лет. Это греческие тетрадрахмы второго века до нашей эры, римские таланты и самая редкая монета – лидийский статир шестого века до нашей эры. Предполагается, что это самая древняя монета в мире. – Экскурсовод с благоговением показал указкой на хорошо сохранившуюся монету с головой льва.

– Наверное, она очень ценная? – Мужчина с незапоминающейся внешностью уважительно смотрел на витрину.

– Конечно, – усмехнулся экскурсовод. – По прошлогоднему лондонскому каталогу она оценивается в триста тысяч фунтов стерлингов.

Кто-то в группе присвистнул.

– А вы не опасаетесь выставлять ее в музее?

– Нет, ничуть. Здесь отличная охранная система. – Экскурсовод кивнул на датчики на стенах. – Эти датчики реагируют и на движение, на изменение температуры в помещении. Кроме того, по ночам наш музей охраняют специально обученные собаки.

– Собаки? – снова оживился любопытный посетитель. – Но вы только что сказали, что здесь установлены датчики движения. Они должны реагировать на собак.

– Собак не допускают в залы главной экспозиции, они обходят остальные помещения и прилегающую к музею территорию. Впрочем, наша сегодняшняя экскурсия посвящена не системам охраны, а нумизматическому собранию музея. Сейчас мы подойдем к витрине, где представлены монеты Российской империи…


Мужчина приятной, но незапоминающейся наружности аккуратно припарковал машину во дворе дома, где имелись собственная стоянка и шлагбаум на въезде. У подъезда он вежливо придержал дверь молодой маме с коляской. В коляске спал очаровательный двухмесячный ребенок, а спереди, держась за ручку, болтал ногами еще один, постарше. Мамаша благодарно улыбнулась.

Из закутка выглянула консьержка:

– Доброго денечка, Леонид Петрович!

– И вам того же, – приветливо отозвался он.

Из лифта навстречу выплыла представительная дама с французским бульдогом.

– Ах, Леонид, – обрадовалась она, – передайте Лолочке, что я раздобыла телефон изумительного собачьего портного! Имейте в виду: там очередь на месяц вперед. Мы с Аленом уже записались.

Полное имя бульдога было Ален Делон, и можно только гадать, что общего хозяйке удалось найти между французским актером, в молодости потрясающим красавцем, и своим кривоногим любимцем.

– Обязательно передам, – ответил он с поклоном. – Хорошей вам прогулки.

«Какой приятный мужчина!» – не мог не подумать каждый, кто встретился ему на пути.

Леня Маркиз ответственно относился к собственной репутации, а потому считал, что с соседями следует жить в мире. То же касалось и сослуживцев.

Правда, судьба его сложилась так, что в делах служебных он был сам себе хозяин и ни от кого не зависел. Из сотрудников или, скорее, компаньонов у него имелась только Лола, верная боевая подруга.

У Леонида Маркова, известного в узких кругах как Леня Маркиз, была редкая по нашим временам профессия: он был мошенником. Но не просто мошенником, а мошенником экстра-класса. Он не обманывал людей на улицах, как какие-нибудь наперсточники, не шатался по квартирам, втюхивая доверчивым старушкам негодные медицинские приборы. Леня не обижал пенсионеров, а также вдов, сирот и бюджетников, справедливо полагая, что заработаешь на них всего ничего, зато огребешь по самое мама не горюй. Операции Маркиза были остроумны и изящны, он долго их готовил и почти никогда не проигрывал.

Именно благодаря своему дарованию Леня Маркиз приобрел широкую известность в узких кругах. Времена на наших глазах изменились, нравы смягчились. Теперь стало очевидно, что не в каждом деле нужна грубая сила. Иногда, и довольно часто, требуются тонкий подход и полная конфиденциальность. Как, скажем, быстро и без шума вернуть украденную ценную вещь? Или компрометирующие фотографии? Или незаметно встретиться с известным человеком и передать ему или ей кое-что важное, не предназначенное для посторонних ушей? Вовсе ни к чему в любой из этих ситуаций оповещать полицию или собственную службу безопасности, даже если она имеется. Гораздо разумнее найти ловкого и неболтливого человека, который выполнит заказ и не станет особенно переживать, если пришлось переступить закон.

Таким человеком и был Леня Маркиз. Только в одном он хранил твердость – никакого насилия и как можно меньше криминала. Да, виртуозный мошенник Леня был убежденным противником насилия, будь то драка депутатов Думы или ссора малышей в песочнице из-за пластмассового совочка.

В свое время Леонид Марков окончил цирковое училище, в стенах которого приобрел ловкость рук и множество знакомых. Леня был человеком везучим и умным, а еще умел отлично чувствовать опасность, благодаря чему ему долгое время удавалось не общаться с полицией и прочими не слишком приятными людьми в форме.


Стоило Леониду открыть дверь собственной квартиры, как к нему тотчас явился засвидетельствовать почтение огромный угольно-черный котище с белой манишкой.

– Аскольдик, – умилился Леня, – мой дорогой!

Кот был назван в честь старого Лениного учителя и друга, ныне уже покойного. Маркиз кота обожал. Еще в квартире вместе с ним и Лолой жили песик древней мексиканской породы чихуахуа и говорящий попугай по кличке Перришон. Песик был Лолин, а попугай считался у них общим.

Лола появилась в Лениной жизни пару лет назад и с тех пор не уставала повторять, как ему с ней повезло. Его партнерша была актрисой, и не только по профессии. Она играла всегда и везде: дома на кухне, в кафе, куда любила водить своего песика, на улице – всюду, но не на сцене. На сцене она, конечно, тоже играла, но раньше, до знакомства с Маркизом. О, в те золотые годы все отдавали должное ее несомненному таланту: и режиссеры, и собратья по сцене, даже известный театральный критик Пеликанский выразился о ней однажды весьма комплиментарно. Сколько раз в сердцах Лола поминала партнеру, что ради него бросила сцену!

Обычно Леня на такие провокации не реагировал. И все же, когда Лоле удавалось вывести его из себя (надо сказать, это происходило довольно часто, поскольку Лола, как всякая уважающая себя женщина, могла из ничего соорудить три вещи – шляпку, салат и скандал), так вот, всякий раз, теряя душевное равновесие, Маркиз заявлял, что все ее слова – ложь. Само собой, она талантливая актриса, но и ужасная лентяйка, а театр бросила потому, что осточертели зависть коллег, грязные гримуборные и приставания критика Пеликанского.

Назвав таким образом вещи своими именами, Леня тотчас бросался наутек. Разумеется, у него была отличная реакция, но когда этой реакции противостоял бурный Лолин темперамент, никогда точно нельзя было сказать, кто победит.

В остальном компаньоны сосуществовали мирно, хотя Лола была капризной, рассеянной и обожала поспать по утрам.

Однако как только Маркиз объявлял начало очередной операции, она становилась послушной и исполнительной. К числу ее несомненных достоинств принадлежали виртуозное умение гримироваться и обладание целым шкафом одежды, подходящей к самым разным случаям. Словом, в спокойные минуты Леня готов был признать, что с помощницей ему действительно повезло. Говорить об этом вслух, правда, зарекался: Лолка возгордится, задерет нос, и тогда ее вообще в оглобли не ввести.

Сейчас Леня прислушался. В квартире было тихо: кот двигался неслышно, попугай был заперт в клетке, а песика Лолка, очевидно, взяла с собой. Утром Маркиз поручил ей кое-что разведать, а сам отправился в музей нумизматики.

Он сварил кофе, но выпить его решил не на кухне, куда немедленно явятся хвостатые и пернатые любимцы и затребуют внеочередного кормления, а у себя.

С первым глотком он вышел в Интернет и занялся историей государства Маньчжоу-Го. Все верно: существовало такое всего десять лет, и правил им император Пу И.

Да, Леня знал, что Лолка назвала своего песика именем последнего китайского императора. Какое отношение мексиканская храмовая порода чихуахуа имеет к китайскому императору, она объяснить не могла, что не мешало ей, само собой, обожать песика. Как выяснилось, настоящего Пу И после капитуляции Японии наши войска взяли в плен, а потом отдали китайцам. Бывший император долго сидел в тюрьме, вышел и работал садовником. Такая судьба.

«И нисколько не похож», – подумал Леня, разглядывая фотографии императора-садовника.

Нет, но до чего же Лолка взбалмошная особа! Вот где ее носит? Он, Леня, свою часть задания честно выполнил – побывал в музее, изучил тамошние порядки, узнал все о системе охраны и расположении камер. А где эта актриса погорелого театра? Небось сидит со своим китайским императором в кафе и потчует его ореховыми трубочками. Ветеринар же запретил!


За три дня до описываемых событий в комнате Маркиза раздался звонок. Мелодия, которую издавал мобильный телефон, сомнений не оставляла: звонил потенциальный заказчик.

Телефоны у Лени не задерживались – он вполне осознанно предпочитал их менять, причем всякий раз регистрировал на подставное лицо.

«На всякий случай», – говорил он, когда Лола фыркала и дергала плечом.

Ехидная Лолка немедленно объявляла, что у него мания преследования, но Маркиз только отмахивался. Он действительно был осторожен, и заказы брал не просто так, а только по солидной рекомендации. Было в городе несколько людей, мнению которых он доверял. А то ведь можно так нарваться…

Система, конечно, давала сбои, но крайне редко.

– Слушаю! – сказал Леня в трубку вполне любезно, но не более того.

– Мне дал ваш телефон… – Мужской голос назвал фамилию, и Леня удовлетворенно кивнул: все правильно, этот человек из тех, кто может рекомендовать. – Дело конфиденциальное и срочное. Не исключаю, что оно покажется вам чрезмерно сложным.

Леня нахмурился: он не любил, когда посторонние обсуждали его квалификацию. В самом деле, если клиент считает, что он не справится с задачей, зачем тогда обращаться? А если таким образом его пытаются спровоцировать, тогда это как-то несерьезно.

– Я готов вас выслушать, – отрывисто сказал он, – назначайте время и место встречи.

– Вы свободны в любое время? – уточнил заказчик.

Леня снова нахмурил брови. Надо же, недоверчивый какой попался клиент. Ход его мысли ясен: если Леня ухватится за предложение, стало быть, он не востребован и дела его идут плохо.

Леня Маркиз считал, что он в своей профессии достиг многого, дела его идут вполне успешно, и он обеспечен настолько, что может сам выбирать заказчиков. Вот и Лолка все время ноет, что они много работают и она совершенно запустила себя, не говоря уже о том, что Пу И скучает. Это как раз полное вранье, поскольку с Пу И Леня проводил едва ли не больше времени, чем она. Да пока эту засоню утром поднимешь, собака сто раз описается!

Но без работы Леня ужасно скучал.

– При нашей профессии, – говорил он в те редкие минуты, когда Лолка совсем распоясывалась, – на пенсию не уходят. Чуть расслабишься, одному клиенту откажешь, другому – глядишь, и не нужен ты больше никому, все к конкурентам переметнулись.

– Ты же утверждаешь, что у тебя нет конкурентов, – ехидно отвечала на это Лола. – Ты же в своей профессии лучший!

– Но клиенты этого не знают, пока не свяжутся со мной. – Маркиз был тверд.

Лола отступала еще и потому, что без работы Ленька становился удивительно противным. Он ворчал, капризничал и придирался по пустякам.

Как назло, уже две недели не было никаких звонков. Леня уже начал подумывать сделать какое-нибудь доброе дело задаром – чтобы потренироваться и не потерять квалификацию. Слов нет, звонок потенциального клиента оказался весьма кстати.

– Так когда вам будет удобно? – поинтересовались в трубке.

– Вы же говорили, что дело срочное, – сухо напомнил Маркиз.

– Разумеется. Тогда сделаем так: завтра днем, нет, пожалуй, часов в пять подъезжайте к Архиерейскому саду.

– Это бывший Пионерский, что ли? – уточнил Леня.

– Он самый, на Петроградской. Там есть пруд и летнее кафе на берегу. Спросите Антона Ивановича. Это я.

– Буду, – коротко ответил Леня и отключился.

Пока шел этот разговор, явился кот Аскольд и уселся на колени к хозяину.

– Аскольдик, что ты об этом думаешь? – Леня почесал кота за ухом.

Вопрос был задан, конечно, не всерьез. Хоть Леня и признавал за котом необычайный ум, все же в делах он привык не слышать ничьих советов и принимать решения самостоятельно. Кот понимал расклад сил правильно, поэтому не обиделся и отреагировал, как всегда, многозначительно. Он устроился удобнее и замурлыкал о том, что наступило лето, и жизнь прекрасна, и вообще все замечательно…

Их обоих, Маркиза и кота, разбудила Лола, вернувшись из парикмахерской. Она была очень сердита: ее постоянный мастер Маргарита оказалась в отпуске, пришлось пойти к другой, а та сделала все не так. И краску взяла другую, и уложила плохо, и челка не на ту сторону.

– По-моему, тебе идет, – пробормотал Леня, приоткрыв один глаз.

На самом деле он вообще не заметил изменений в прическе боевой подруги. Но Лола уже завелась и теперь искала, на ком бы сорвать злость. Песика она никогда бы не обидела, кот Аскольд мигом сообразил, что хозяйка не в духе, и взлетел на шкаф. Ругаться же с попугаем было чревато: характер у наглой птицы был скандальный, да еще она набралась где-то таких выражений, что Лолины уши вмиг увядали, как цветы, которые забыли поставить в воду. А еще она боялась, что такое услышит Пу И.

Оставались только компаньон и соратник.

– Что-то ты, Ленечка, стареть стал, – притворно вздохнула Лола. – Спишь днем, как пенсионер. Делать, что ли, совсем нечего?

– Угу, – Леня сладко потянулся, – застоялся я без работы. Но это ненадолго – завтра встречаюсь с клиентом.

– Снова?

Лола на глазах впадала в меланхолию.

– Спокойно! – Леня закружил ее по комнате. – Я еды в китайском ресторане купил, сейчас будем обедать. Думаешь, я не знаю, что ты после парикмахерской всегда есть хочешь?

– До еды ли мне. – В Лолином голосе зазвенели слезы. – В зеркало на себя смотреть не могу!

– Курица в кисло-сладком соусе, запеченные баклажаны с орехами, дикий рис, – соблазнял Леня. – И еще мороженое – твое любимое, фисташковое.

– Если только фисташковое, – слабо улыбнулась Лола.

– Лед тронулся! – возликовал Маркиз.


Старожилы Петроградской стороны знают, что давным-давно никаких больших домов в этих краях не было. Здесь теснились бревенчатые домики с уютными палисадниками и огородами, а дальше шли большие огороды, где выращивали овощи и зелень на продажу. С тех пор улицы в том углу и называются: Большая Зеленина, Малая Зеленина и Глухая Зеленина. А еще здесь была усадьба архиерея, а при ней огромный фруктовый сад.

В саду росли яблони нескольких сортов, само собой, груши и сливы, так что весной небо гудело от пчел, которые роились над деревьями. В пруду плескалась рыба, а в центре на островке жили лебеди.

После некоторых исторических событий, когда оказалось, что архиереи больше не нужны, усадьба разрушилась. Сад зарос, плодовые деревья высохли и вымерзли. Выжили только дубы и липы – этих ничто не возьмет.

Перед войной поговаривали, что в саду водятся привидения. Якобы сторож с Бармалеевой улицы как-то ночью слышал в кустах подозрительную возню и неприличный заливистый смех. Но и это не все: отсмеявшись, на тропинку вышла высокая фигура в белом, подлетела к сторожу и схватила за шею. Бедняга протрезвел со страха и бросился бежать. Очнулся, а кошелька-то нет, видно, нечистая сила позарилась.

Соседи ахали, жена ругалась: пропил, дескать, паразит всю получку, а нечистая сила совершенно ни при чем.

Пошаливали в саду и правда прилично, но скорее все же шпана, а не привидения.

В блокаду дубы и липы срубили на дрова, и сад зарос совсем безобразно – крапивой в человеческий рост, лебедой и лопухами. Осенью на кустах зрели ядовитые красные ягоды, называемые волчьими.

Уже в 1960-е годы сад решили привести в порядок. Даже в газетах написали, что вместо старого парка, рассадника всевозможных безобразий, теперь будет новый, который отдадут детям и назовут Пионерским.

Сказано – сделано. Выкорчевали старые деревья, посадили березы и ели, проложили дорожки, а между дорожками обустроили газоны и клумбы.

Архиерейский пруд чистили больше недели. На дне обнаружились залежи пустых бутылок и граненых стаканов, а также весьма подозрительные кости и станковый пулемет «Максим» в хорошей сохранности – только почистить, смазать и можно ставить на крышу.

О пулемете в газетах не писали, однако знающие люди рассказывали.

Лебединый домик давно развалился, и лебеди больше не прилетали, наверное, нашли более уютное обиталище. Зато появились утки, а на деревьях теперь гнездовались разные мелкие представители семейства пернатых.

Как и полагается, в парке сделали закрытый павильон, где работали кружки – шахматный, судомодельный и мягкой игрушки. Еще была открытая эстрада, на которой выступали пионерские ансамбли – тонкие трогательные голоса выводили «То березка, то рябина» или еще что-то о дощечке и лесенке.

Наконец, здесь была мемориальная аллея пионеров-героев – усаженная тополями дорожка, где через равные промежутки висели портреты знаменитых пионеров, начиная, как водится, с Павлика Морозова. Это теперь насчет Павлика существуют некоторые сомнения, и уже не все уверены, что стоит считать героем мальчика, предавшего собственного отца, а раньше сомнениям не было места.

Аллея заканчивалась круглой площадкой с трибуной, над которой реяли флаги. Перед трибуной разбили клумбу в виде пятиконечной звезды. Цвели здесь всегда одни и те же ярко-алые цветы, называемые по науке сальвией, или шалфеем декоративным, а в народе именуемые партийцами.

После перестройки парк захирел. В самом деле, какая уж тут аллея пионеров-героев, когда самой пионерской организации больше не существует.


Леня Маркиз здесь не бывал по самой очевидной причине – детей у него не было и пока не предвиделось. Слышал, конечно, краем уха, что Пионерский парк снова переименовали в Архиерейский и провели реконструкцию.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5

Поделиться ссылкой на выделенное