Наташа Шторм.

Контракт со зверем



скачать книгу бесплатно

Любое использование материала данной книги, полностью или частично, без разрешения правообладателя запрещается.


© Наташа Шторм, 2017

© ООО «Издательство АСТ», 2018

Пролог

Шурка с утра заглядывал через забор. Обычно Нюша вставала рано. Но вчера за ней приехала мать. Неужели увезёт в Москву? И это в середине лета! Весёлая деревенская жизнь подходила к концу, по крайней мере, для неё. Мальчик тяжело вздохнул и прижался спиной к штакетнику. Теперь и его жизнь превратится в настоящий ад. Городских тут не жаловали.

Нежная рука дотронулась до рыжих волос.

– Нюша! – Паренёк широко улыбнулся, демонстрируя отсутствие центральных зубов.

Белокурая девочка отодвинула доску и оказалась в огороде соседки.

– Чего ты так вырядилась? И туфли нацепила…

– Уезжаю я, Шурка. Вчера весь вечер маму уговаривала. Она и слушать не хочет. Говорит, что хватит навоз месить. А кто его тут месит?

– А как же речка?

– Прощай, речка, прощай, Шурка. Не знаю, увидимся ли на следующий год.

– Увидимся, обязательно увидимся.

– Тебе хорошо, – девочка вздохнула, – у тебя тут бабка живёт, родная. А у меня так, седьмая вода на киселе.

Мальчик достал из кармана деревянный кулончик в виде сердечка.

– Это тебе. Сам сделал.

Перевернув украшение, Нюша улыбнулась: «На Щастье!»

Обняв друга, она поспешила в свой двор.

– Я люблю тебя, Шурка. Я никогда тебя не забуду!

– Я тоже люблю тебя, Нюша!

Глава 1

– И за что я тебе деньги плачу?

Начальник службы безопасности Егор Воронцов, который решал все щекотливые вопросы «First Free Industrial Corporation Тitanium», а заодно и личные проблемы своего шефа, молчал, понимая, что вопрос риторический.

– Я спрашиваю, за что, твою мать?

Воронцов ждал, что за безобидным началом последует истинно русское продолжение, но квинтэссенции так и не последовало. Новый психолог, которому хозяин платил фантастические деньги, отрабатывал их на «пять». А может, таблетки помогли? Как бы то ни было, шеф держал себя в руках, хотя по сурово сведенным бровям было видно, что даётся это ему с трудом.

Александр Мажаров встал из-за стола и обошёл по периметру просторный кабинет. Вдох-выдох, вдох-выдох! И так десять раз. А теперь очень медленный вдох и быстрый выдох. Чёрт! Сегодня ничего не помогало! Через панорамные окна открывался чудесный вид на ночной Нью-Йорк. Город не спал. Он никогда не спал. А вот мужчина просто валился с ног от усталости. Телефон на столе издал мелодичную трель. Это стало последней каплей, и все еженедельные сеансы полетели псу под хвост. Мажаров подскочил к вибрирующему аппарату и раздражённо нажал на громкую связь.

– Малыш! – промурлыкала трубка. – Я жду тебя уже час у «Дэниел». Я вся продрогла и промокла просто до трусиков. Если ты не появишься через пять минут…

Мажаров вскипел.

– Да пошла ты! Забудь этот номер!

Дорогущий «Diamond Crypto Smartphone» отлетел в угол, но не разбился.

Воронцов улыбнулся. Новая пассия Александра Сергеевича, очередная длинноногая моделька с таким романтичным именем Анабель, только что пополнила список «бывших». Впрочем, если шеф когда и решит к ней вернуться, маленькое колечко с брюлликом утрясёт все недоразумения. Малышка Бель ничем не отличалась от своих необременённых мозгами предшественниц. И, проведя пару ночей в постели босса, так и не поняла, что хозяин не терпел подобного фривольного обращения.

Мажаров опять впился цепким взглядом во-всех-делах-помощника и глубоко вздохнул.

Слава богу, начинает приходить в себя. Егор знал, что шеф вспыльчивый, но адекватный. Сейчас он успокоится и поймёт, что в возникшей ситуации его, Воронцова, вины нет.

– Слушаю твои предложения.

Начальник службы безопасности положил на стол объёмную папку.

– Это все потенциальные поставщики, от крупных компаний до мелких фирм. Листы лежат в порядке возможного сотрудничества, от максимально выгодного до маловероятного. Все плюсы и минусы расписаны весьма подробно.

Мажаров бегло просмотрел папку.

– Это всё ерунда. Не годится! Мне нужен контракт с японцами. «Хьюббити» пользуется непревзойдённым авторитетом. Мне нужна именно их электроника. Кроме того, ты же сам говорил, что вскоре они выпустят на рынок нечто особенное…

Воронцов пожал плечами.

– Идея бестопливных двигателей будоражила умы учёных уже давно. Солнечные батареи, ветряные мельницы… Но дать возможность кораблям перерабатывать энергию самого моря!

– Так неужели мы ничего не можем сделать?

Воронцов вытащил из шкафа очередную папку.

– Господин Кимура большой чудак. У него свои жизненные принципы. Дела он ведёт только с безупречными партнёрами и солидными компаниями.

– Это понятно. Но чем ему не подходит «Титан»? Наша репутация на рынке безупречна.

– Да, шеф, но вот ваша…

Мажаров сел в кожаное кресло и устало закрыл глаза. Ну не повезло ему встретить ту, единственную, так что же теперь, принять целибат?

– Если вы женитесь немедленно, думаю, мы всё утрясём. Господин Кимура увидит, что вы солидный, мудрый отец семейства, а не прожигающий жизнь плейбой. А потом – разводитесь на здоровье.

Легко сказать, женись. На ком? Александр задумался. Глупые девицы с кукольными личиками, бродившие за ним толпами, не годились. Как он сможет представить одну из них японцу, помешанному на культе семьи? Он только усугубит свою и так небезупречную репутацию. А девушки из разряда приличных никогда не пойдут на подобную аферу.

– Сколько у нас времени?

Воронцов пожал плечами.

– Месяц, от силы полтора. И то, если никто не подсуетится раньше.

Мажаров хищно улыбнулся.

– Давай поделим обязанности. Пока я буду жениться, ты сделаешь всё, чтобы за время моего вынужденного отсутствия никто не перехватил этот чёртов контракт.

– Отсутствия?

– Да. Лечу в Россию. Найти жену на пару-тройку месяцев легче именно там. Оплачу услуги, куплю шмоток, квартиру, в конце концов, и тихонько разведусь. Никакой потом шумихи, никакого шантажа, никаких разоблачений и объяснений с прессой. Если всё пойдёт гладко, господин Кимура даже не узнает о моём разводе.

– Логично.

– Заказывай билеты на ближайший рейс.

Глава 2

Я совершенно вымоталась, возвращаясь с участка в поликлинику. Можно было бы сразу поехать домой, но моя любимая пациентка Вера Львовна, которую за глаза все, начиная от главного врача и заканчивая пожилой санитаркой, звали не иначе как Львица на пенсии, соизволила пожелать измерить давление. Делать столь ответственную процедуру она доверяла только мне, и то с помощью принесённого из дома допотопного аппарата «Рива-роччи», где как в термометре бегал ртутный столбик. Ни медсестра, ни другие участковые терапевты на столь почётную роль не годились. Вера Львовна строчила жалобы в Минздрав по любому пустяку, требуя немедленных проверок, штрафов и казни виновных. Я обладала ангельским терпением, поэтому мне и передали сумасшедшую пенсионерку не с моего участка как переходящий вымпел. Иногда мне казалось, что зловредная старуха с маникюром в треть моей зарплаты просто поставила себе цель извести меня, а иногда я искренне сочувствовала ей, как одинокому и глубоко несчастному человеку.

Вбежав в корпус, я поймала на себе растерянный взгляд регистраторши Леночки и помчалась к кабинету. Вера Львовна сидела на жёсткой кушетке с неизменной картонной коробкой, в которой лежал злополучный тонометр, и демонстративно поглядывала на часы.

– А я уж думала, милочка, что вы на работу не явитесь. До конца смены осталось пять минут.

Я улыбнулась, стараясь попасть ключом в замочную скважину.

– Хоть пять минут, да наши! Вызовов было много.

Толкнув дверь, я таки попала в свой кабинет и щёлкнула выключателем. Пенсионерка достала аппарат, поставила его на стол и закатала рукав модной блузки. Да, деньги у старушки водились, и она ни в чём себе не отказывала. Тщательно вымыв руки, надев белый халат и застегнув его на все пуговицы, я села за стол и раскатала манжету.

– Расслабьтесь, Верочка Львовна, дышите спокойно, думайте о приятном.

Нагнетая воздух резиновой грушей, я выслушивала тоны в старенький фонендоскоп.

– Сто тридцать на восемьдесят. Вполне годится. С таким давлением можно если не в космос, то в санаторий какой…

Как вдове бывшего директора завода и крупного партийного работника старушке полагались бесплатные путёвки, но она их попросту игнорировала. А зря. Львица даже представить себе не могла, что двадцать один день вместе с ней будет отдыхать весь огромный коллектив нашей районной поликлиники.

– На восемьдесят, говоришь? – Пенсионерка принялась обмахиваться кокетливым веером. – Что-то многовато. Тебе не кажется? Выпиши-ка мне анализы на завтра. Кровь, моча и всё такое!

Я скрипнула зубами.

– Но, Верочка Львовна! Вы же всё сдавали неделю назад. Для вашего возраста у вас прекрасные показатели.

– Ты так считаешь? – Она застегнула перламутровую пуговку на рукаве и обидчиво поджала губки.

– А хотите, я вас послушаю, ну… сердце, лёгкие?

Старушка ожила и кинулась за ширму раздеваться.

Телефон в кармане брюк, поставленный на вибро, просто разрывался. Отойдя к раковине, я тихонько вытащила его и посмотрела на экран. Сын. Наверное, опять не нашёл, чем перекусить, а пожарить картошку или яичницу ума не хватило. Подсчитав, что двухсот рублей, которые лежали в моём кошельке, вполне хватит на хлеб, пачку недорогих сосисок и пакет молока, я нажала «отбой». Подождёт. В конце концов, мать не на гулянке.

– Милочка! Я долго буду ждать, или ты заморозить меня решила?

– Уже бегу, Верочка Львовна.

Выписав витамины и шаркнув ножкой, я проводила беспокойную пациентку и осталась одна. Идти домой сил уже не было. Если бы не Ромка, переночевала бы тут, в своём кабинете, на обтянутой клеёнкой кушетке. Телефон опять сотряс карман.

– Да, сынок! Я скоро буду дома. Пожарь яичницу и садись за уроки.

– С вами говорит не сынок. Моя фамилия Блинов. Боюсь, у вашего сына крупные неприятности. Так что немедленно подъезжайте…

Хриплый баритон продиктовал адрес, и я машинально записала его в блокнот. Перед глазами всё плыло. Что с Ромкой? Жив ли? Я постоянно набирала номер сына, но трубку никто не брал. Возле металлического забора стояли такси. Прыгнув в первую машину, я протянула блокнот. Язык не слушался. Водитель изучил адрес.

– Двести рублей.

– Да, только быстрее, пожалуйста.

Ещё издали я увидела, что на противоположной стороне в неестественно выдвинутых на встречку позах стояли две машины. Гоночный «Феррари» своего мужа я узнала сразу, а вот название огромного чёрного танка с содранным боком оставалось загадкой. Я не разбиралась в иномарках, хотя шесть лет прожила с первоклассным водителем. Рядом с авто стоял мой Ромка, живой и невредимый, а над ним возвышался огромный бритоголовый детина в строгом костюме. Маленький негодяй! Опять взял машину отца! Злость на сына плавно перешла на мужчину. Подумаешь, тачку поцарапал! Мог бы это сразу сказать, а не пугать по телефону.

– Остановитесь здесь. – Я вытащила из кошелька две банкноты по сто рублей.

– Тут нельзя.

– Включи аварийку. Мне нужно выйти. Там мой сын. – Я указала рукой в сторону аварии.

Водитель затормозил.

– Ну и попала ты, мать, на бабки!

Я выскочила из машины и, перебежав две полосы в неположенном месте, оказалась возле Романа.

– Цел?

Мой сын прятал глаза. Неужто осознал? Бритоголовый сурово посмотрел на меня, как будто это я разделалась с его машиной.

– И это всё, что вас интересует в данной ситуации, мамаша?

Я пожала плечами.

– То есть вы считаете в порядке вещей, что шестнадцатилетний пацан носится по городу на спортивной тачке со скоростью больше ста километров, не смотрит ни на знаки, ни на светофоры… Эта машина, – он ткнул пальцем в царапину, – покинула салон всего три часа назад. Завтра мне шефа встречать. Что я ему скажу?

Я прекрасно понимала возмущение мужчины.

– Царапина не такая уж глубокая. Слава богу, вмятин нет. Сколько?

Мужчина, кажется Блинов, почесал квадратный подбородок.

– Если к знакомым, штук в двести уложимся. Вот только знакомых мастеров в этом городе у меня нет.

– Сколько?

– Ма, это реально дёшево.

Я отвесила сыну звонкую оплеуху. Да я за год таких денег не заработаю с учётом того, что нужно питаться, кормить маленького шалопая и оплачивать кредиты и коммунальные услуги.

– Деньги я достану. Вот мой паспорт и водительское удостоверение. Можете забрать в качестве залога.

Блинов внимательно пролистал паспорт.

– Понятно. Данилова Анна Игоревна. Прописка местная. Кем работаете?

– Терапевтом в районной поликлинике.

– Понятно, бюджетница. – Он криво усмехнулся. – А муж есть?

– Погиб десять лет назад.

– Понятно.

– Да что вам всё понятно?

Мужчина вернул мои документы.

– Понятно, что час от часу не легче. Где же вы деньги возьмёте, уважаемая?

Я гордо вскинула подбородок.

– Найду.

Обменявшись расписками, мы погрузились в машины и разъехались. Я ненавидела авто во всех их проявлениях. Одно из них сделало меня вдовой в двадцать шесть лет, а другое только что пробило огромную брешь в семейном бюджете, который постоянно требовал всё новых вливаний. Тем не менее я села за руль проклятого «Феррари» и дала по газам.

– Ма! Да всё будет нормально. Я телефон дяди Паши дал. Он и не такие «бэхи» на ноги ставил.

Я молчала, кусая губы, чтобы не разреветься прямо за рулём, туго соображая, где взять такую сумму. Кредит отпадал сразу. На мне уже висело три. Занять было не у кого. Все подружки работали со мной в одной поликлинике и тоже едва сводили концы с концами. Оставалась одна надежда – найти своего блудного родителя.


Мы с отцом не общались лет двадцать, а если быть абсолютно точной, двадцать два года. Именно тогда, в разгар девяностых, он бросил нас с мамой и умчался в Америку. Первое время мы ждали, живя на широкую ногу, ни в чём себе не отказывая. Мама привыкла шить платья у лучших портних и ходить к лучшим парикмахерам. Точнее, это они, портнихи, парикмахерши и маникюрши, приходили в нашу огромную квартиру на Патриарших. Мы не питались деликатесами, но продукты в холодильнике водились всегда и самого высокого качества: мясо с рынка, молочко и творог из села, хлебушек из лучшей пекарни. Но деньги таяли, а папаша и не думал возвращаться. Вскоре он позвонил и сообщил, что встретил другую женщину, любовь всей своей жизни, и теперь его дом в Нью-Йорке. Мама не знала что делать. Она никогда не работала, наивно думая, что деньги в тумбочке размножаются почкованием.

Я же решила хотя бы выжить, а это было нелегко. Московская квартира оказалась ведомственной. Мать проплакала до утра, собирая вещи. А потом поезд увез нас на Кавказ, где в крохотном городке мои дед с бабкой обитали в добротной трёшке. Дедушка в прошлом был тоже государственным мужем, но, в отличие от своего недальновидного зятя, умудрился перевести жильё в собственность. Маме пришлось умерить свои аппетиты. Она держалась мужественно.

Мои родственники покинули этот мир быстро, один за другим. Сначала бабушка, а следом за ней и дед. Вот так мы и остались без средств к существованию. В пятнадцать лет я пошла работать. Моя «половая» жизнь охватывала три подъезда пятиэтажки и небольшой магазин, который я мыла по ночам. Деньги не бог весть какие, но на продукты хватало. Но, видимо, судьбе показалось мало всего того, что она уже вылила мне на голову. В довершение всех неприятностей заболела мама. Нервный срыв привёл к инсульту. И это в пятьдесят! Сейчас я плохо понимаю, как умудрилась тогда закончить школу и поступить в институт. Я виртуозно колола внутривенные, ставила капельницы, кормила маму с ложечки, мыла, переворачивала, сдавала сессии и подрабатывала санитаркой в военном госпитале. Там я и познакомилась с Максом, который выздоравливал после пневмонии. И завертелось. После демобилизации он переехал ко мне. Мы тихонько расписались и зажили душа в душу. Хотя кому я вру?


Мы с Ромкой припарковались во дворе и поднялись на третий этаж.

– Ключи.

– Что?

– Ключи от гаража. Быстро!

Ромка нехотя достал из кармана увесистый ключ, который я тут же прицепила на свою связку.

– Завтра отгоню машину. И если ты… ещё… хоть раз…

Сын выставил руки вперёд, словно защищаясь от меня.

– Клянусь самым дорогим.

Я устало уселась на пуфик, стягивая кроссовки. Ноги просто гудели.

– Никогда ничем не клянись. Судьба этого не простит.

Мой маленький мужчина уже возился на кухне.

– Ма! А поесть чё?

– Пожарь яичницу! Я ничего не купила.

Добравшись до большой комнаты, я упала на диван, захватив телефонный аппарат. Номер я знала наизусть. Через три гудка трубку сняли.

– Хелло!

В горле пересохло и противно засосало под ложечкой.

– Папа, здравствуй. Это я.

Странно, что за столько лет отец так и не сменил номер. Молчание.

– Здравствуй, Аня. Только, пожалуйста, говори по-английски. Твоя мачеха любит подслушивать.

– Как ты, папа?

– Как слышишь, пока жив. А ты? У тебя всё в порядке? Впрочем, о чём это я? Если бы было так, ты б не позвонила.

– Ты прав. Я всегда была слишком гордой, чтобы просить тебя о чём-то. Но сейчас дело касается твоего внука.

Отец закашлял.

– Внука? У меня есть внук?

– Да. И ему шестнадцать.

– И ты замужем? Счастлива?

Я тяжело вздохнула.

– Мой муж погиб. Мама, дедушка, бабушка… Никого не осталось. Мы с Ромкой живём вдвоём. Как-то так.

Опять кашель. Я попыталась определить. Сухой, надрывный, с одышкой.

– Астма?

– Нет, Аня. Рак. Четвёртая стадия. Лежу весь в трубках и проводках.

Я почувствовала, что на глаза навернулись слёзы.

– Папочка! Прости меня! Прости, что не позвонила раньше, прости дуру. Могу ли я что-нибудь сделать для тебя?

Отец усмехнулся.

– Ничего. Думаю, мне осталось немного. Ты даже долететь не успеешь. Так что у тебя стряслось?

Я попыталась взять себя в руки.

– Ничего серьёзного. Так, хотела посоветоваться насчёт образования у вас в Америке.

– Это правильно. – Он снова закашлял. – Я завещание составил. Ты получишь хорошие деньги, дочка. Хеллен тоже в накладе не останется. Оспаривать ничего не будет. Мой внук сможет учиться в лучшем университете мира. Прости меня, малышка, за всё прости. Я оставил вас с мамой в трудные времена, но теперь умру счастливым, зная, что у меня есть внук и что я смогу хоть частично искупить свою вину.

– Папочка! Не проси прощения. Я люблю тебя. Поговори со мной ещё немного!

– Прощай, детка. Я тоже тебя люблю. – Кашель.

В трубке раздались короткие гудки. Я уткнулась в подушку и разрыдалась в голос. Когда же подняла глаза, увидела Ромку. В одной руке он держал тарелку с глазуньей, а в другой кружку с чаем.

– Мам! Что с тобой? Я тебе поесть принёс. Это ты из-за денег?

Я покачала головой.

– Нет, сынок. Твой американский дед умирает, а я даже не могу увидеться с ним.

Роман оставил ужин на журнальном столике и обнял меня.

– Мам! Ты только не плачь! Я скоро школу окончу, выучусь на финансиста и такую жизнь тебе устрою, как в сказке.

Я и так жила, как в сказке: чем дальше, тем страшнее.

Глава 3

Я прыгала по коридору, пытаясь одновременно попасть и в кроссовку, и в рукава куртки, когда в сумке задребезжал телефон. Мне пришлось высыпать всё её содержимое, прежде чем обнаружилось, что миниатюрное устройство пищало в застёгнутом кармашке.

– Алло! Анна Игоревна? Это Евгений Блинов. Помните?

– Здравствуйте, Женя!

– Я это… шефа еду встречать. Хочу узнать, вы договорились насчёт денег? Я машину сделал, все чеки могу показать. Вот только деньги пришлось с корпоративной карты снять. Боюсь, как бы шеф не узнал.

Я смахнула всю мелочёвку в сумку.

– Нет, не нашла. Но я готова встретиться с вашим начальником. Мы можем составить документы под залог моей квартиры, оговорить сроки.

Мужчина помолчал.

– Даже не знаю. Шеф весьма специфичный человек.

– Да ладно вам. Не съест же он меня, в конце концов. Не хочу, чтобы у вас были неприятности.

– Хорошо. Я поговорю с ним.

– Вот и договорились. Я сейчас на участок. А с двух у меня приём в поликлинике. Если бы к часу. Я подъеду в любое место.

– Замётано. Я перезвоню.

Уже собираясь выйти, я заметила заспанного Ромку, который мялся у двери комнаты.

– Ты в школу идти собираешься?

Сын взъерошил волосы.

– У нас первые два урока физра. А так – собираюсь.

– Учти. Со следующего года будешь ходить на физру как миленький. Пора мужиком становиться.

– Ну, мам!

Я поклялась, что больше не выпишу сыну ни одной липовой справки. Слава богу, все свои болячки он уже перерос. Больше никаких поблажек!


Около двенадцати позвонил Евгений.

– Анна Игоревна! Я поговорил с шефом. Ровно в час он будет обедать в ресторане «Континенталь». Знаете, где это?

Ещё бы не знать. Современный жилой комплекс с прекрасной инфраструктурой для городской элиты. Когда-то меня даже приглашали работать в новый медицинский центр. Но от дома было далеко, да и на кого я старушек своих оставлю? Одна Вера Львовна чего стоила.

– Только, пожалуйста, не опаздывайте. Шеф этого не любит.

Я посмотрела на часы. Пожалуй, опять придётся взять такси, иначе не успею.

За две минуты до назначенного срока я вломилась в ресторан и быстро подошла к единственному занятому столику.

Нет, я не могла ошибиться. Примерно так я и представляла грозного начальника несчастного Евгения. Широкоплечий, в меру накачанный, в дорогущем деловом костюме, он производил впечатление хозяина жизни. Для полноты картины не хватало дюжины телохранителей и парочки девиц на коленях.

– Госпожа Данилова?

Я усмехнулась. Да уж, госпожа, ничего не скажешь. Мои поношенные кроссовки, старенькая ветровка и полинявшие от времени джинсы не давали ни малейшего повода усомниться в правильности обращения. Выравнивая дыхание, я только кивнула.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4

Поделиться ссылкой на выделенное