Сергей Михайлов.

Иуда Искариот: предатель или святой?



скачать книгу бесплатно


13. На Тайной вечере Иисус прямо заявляет Иуде, что тот – предатель, и торопит его поскорее завершить задуманное.


При сём и Иуда, предающий Его, сказал: не я ли, Равви? Иисус говорит ему: ты сказал (Мф. 26:25).


Тогда Иисус сказал ему: что делаешь, делай скорее (Ин. 13:27).


14. Иуда выполнил задуманное и предал Иисуса.


Иуда, один из двенадцати, пришёл, и с ним множество народа с мечами и кольями, от первосвященников и старейшин народных. Предающий же Его дал им знак, сказав: Кого я поцелую, Тот и есть, возьмите Его. И тотчас подошед к Иисусу, сказал: радуйся, Равви! И поцеловал Его. Иисус же сказал ему: друг, для чего ты пришёл? Тогда подошли, и возложили руки на Иисуса, и взяли Его (Мф. 26:47-50; см. также 14:43-46, Лк. 22:47-48, Ин. 18:3).


15. Иуда возвращает деньги первосвященникам и кончает жизнь самоубийством.


Тогда Иуда, предавший Его, увидев, что Он осуждён, и раскаявшись, возвратил тридцать сребренников первосвященникам и старейшинам, говоря: согрешил я, предав Кровь невинную. Они же сказали ему: что нам до того? смотри сам. И бросив сребренники в храме, он вышел, пошёл и удавился (Мф. 27:3-5).

Два аспекта «дела» Иуды

Итак, мы определили базовое, или стратегическое, направление нашего исследования, основанное на либеральном подходе к «делу» Иуды Искариота; далее, мы подвергли анализу (весьма, правда, краткому и неполному) основные источники информации о двенадцатом апостоле на предмет их достоверности и исторической значимости, в качестве каковых приняли новозаветные (и в первую очередь – евангельские) свидетельства; определили позиции евангелистов по отношению к «предателю»; сформулировали пять основных постулатов, которым будем неукоснительно следовать в нашем исследовании; представили фрагменты евангельских текстов, имеющих отношение к содеянному Иудой. Теперь нам предстоит определить, какие же основные аспекты «дела» Иуды должны быть подвергнуты исследованию.

Таких аспектов два.

Первый аспект носит общественный характер и направлен на определение смысла деяния Иуды в контексте его влияния на становление христианства и на ход мировой истории в целом. Если исходить из положения, что в св. Писании нет ничего случайного и что каждое событие, каждое оброненное тем или иным участником священной истории слово несёт в себе глубокий, непреходящий смысл, то необходимо признать, что на Иуду возложена какая-то особая миссия, органично вплетающаяся в весь ход евангельских событий. Что это за миссия? Выполнил ли он её? Кем она на Иуду возложена, кем спланирована? Каково её место в великой миссии Иисуса? Как соотносятся обе миссии? Не противоречат ли друг другу?.. Подобных вопросов можно было бы задать великое множество, однако куда сложнее получить ответы на них. Одна из главных задач нашего исследования как раз и состоит в том, чтобы раскрыть эту проблему во всей её полноте, пролить свет на миссию Иуды, определить её смысл, её место в истории зарождающегося христианства.

Второй аспект носит личный характер и имеет своей целью выявление внутренних мотивов «предательства» Иуды, душевное, эмоциональное, психологическое состояние двенадцатого апостола, его аргументацию содеянного.

Что двигало им – корысть, зависть, жажда мести, какая-то тайная, никому неведомая страсть, идейные разногласия с Учителем, сатана, вошедший в него, или, может быть, мотивы более сложного порядка? Может быть, любовь? Самоотверженность, доведённая до крайней степени аскетизма? Или сомнение в божественности Учителя? Ожидание ещё одного, самого важного чуда, который должен был совершить Иисус, чтобы спасти свою жизнь и доказать всем (и Иуде в том числе), что он – Сын Божий, Мессия? И, самое главное, зло содеял Иуда или добро?

Совершенно очевидно, что оба аспекта тесно взаимосвязаны.

Миссия Иуды

1.

Мы подошли к очень важному моменту евангельской истории: нахождению смысла миссии Иуды, определению значения содеянного им для всех последующих событий, выявлению того влияния, которое оказало «предательство» на результаты миссии самого Учителя.

Представим на минуту, что никакого «предательства» не было. Не было сговора с первосвященниками, не было тридцати серебренников, ареста в Гефсиманском саду, судилища над Иисусом, его бичевания, позора, страданий. Не было смерти на кресте. Чем бы в этом случае закончилось служение Иисуса? Можно предположить, что маленькая община так и продолжала бы странствовать по земле древнего Израиля, проповедовать Царство Божие, исцелять больных и страждущих, наставлять грешников на путь истины и добра, вселять в несчастных соплеменников надежду на грядущее Спасение. Год, два, десять, двадцать лет – сколько бы ещё продолжалось служение Иисуса и его учеников? Скольким бы гонениям подверглись они со стороны римских или иудейских властей? Какие бы ещё чудеса сотворил стареющий Иисус? Никому это знать не дано. Может быть, Иисус дожил бы до глубокой старости и закончил бы свои земные дни в тихом селении, где-нибудь в родной Галилее или в той же Вифании, возле неразлучных, верных, согбенных годами и тяготами жизни сестёр, Марии и Марфы. А двенадцать убелённых сединами старцев, щуря подслеповатые глаза – то ли от яркого полуденного солнца и едкой пыли, принесённой сухим жарким ветром из-за Иордана, то ли от слёз, сдержать которые не было ни сил, ни желания, – двенадцать дряхлых апостолов окружили бы смертное ложе Учителя и молча, чтобы не нарушать зыбкую тишину, прощались бы с ним, каждый по-своему…

Может быть, какой-нибудь летописец той эпохи (Иосиф Флавий?) упомянул бы вскользь в своих эпохальных трудах о безвестном пророке, каких в ту пору бродило по земле древнего Израиля великое множество, причислив его, скажем, к сумрачно-таинственной секте ессеев (как сделал это, кстати, Э. Шюре); но прошло бы десять, двадцать, тридцать лет – и даже имя этого нищего чудака и бродяги истёрлось бы из памяти людской, навсегда исчезло бы для последующих поколений. Что же говорить о судьбе целого учения! Да что учения – о судьбах мира, всей истории человечества!

Да, таким тихим, незаметным, бесславным мог бы стать конец земного служения Учителя – если бы не Иуда Искариот. Не будь Иуды и его «предательства», не будь Голгофы, страстей Господних и смерти на кресте, не воскрес бы Иисус из мёртвых, не поразил бы легковерные сердца своих соплеменников величайшим чудом из чудес – чудом, совершить которое по силам было лишь Сыну Божьему, но никак не простому смертному!5959
  Одно дело – воскрешение другого человека (например, Лазаря), совсем иное – само-воскрешение, или воскресение. И то, и другое есть чудо, однако, если первое действие всё же можно приписать каким-либо уникальным чудотворным (экстрасенсорным, парапсихологическим и т.д.) способностям воскрешающего, мощному воздействию его биополя на тело умершего, то в отношении второго никакая рационализация невозможна: здесь вмешательство божественной силы очевидно. Самовоскресив себя, Иисус на деле доказывает свою божественную сущность.


[Закрыть]
Но главное в ином: воскреснув из мёртвых, Иисус тем самым указал человечеству единственный путь к Спасению, путь для тех, кто искренне уверует в него – путь рождения свыше через раскаяние, смерть и полное очищения от греха.

Весь ход евангельских событий показывает, что без активного вмешательства Иуды великая миссия Иисуса оказалась бы на грани срыва. Может быть, был бы найден иной способ завершить её должным образом, однако вряд ли бы удалось достигнуть того же результата: время было бы упущено и – как знать! – не безвозвратно ли? Кроме того, пророчества Иисуса были весьма конкретны и даже указывали точную дату его смерти (Мф. 26:1-2) – следовательно, они должны были исполниться, иначе вера в Иисуса навсегда была бы подорвана: пророк, чьи пророчества не сбываются, достоин носить только одно имя – лжец.

Иуда был нужен Иисусу. Не соверши Иуда «предательства», в корне изменился бы изначальный смысл миссии самого Иисуса, более того, миссия потеряла бы своё непреходящее значение для всей грядущей истории человечества. В Евангелии нет случайных событий, как нет случайных персонажей или оброненных впустую слов – всё здесь наполнено самым глубоким смыслом, порой настолько глубоким, что поверхностному, брошенному вскользь взгляду он недоступен, а событиям даются ложные, весьма далёкие от истины оценки.

Знал ли Иисус о «страшной» миссии своего ученика? Не только знал, но и сам избрал его из числа своих приверженцев, как и других одиннадцать, во время странствий по земле древнего Израиля, чему есть свидетельства всех четырёх евангелистов6060
  См. Мф. 4:18-22, 9-9; Мк. 1:16-20; Лк. 5:1-11, 5:27-28, 6:13-16; Ин. 1:35-44.


[Закрыть]
. Знал Иисус, что только Иуда, единственный из двенадцати, сможет исполнить задуманное: «…не двенадцать ли вас избрал Я? но один из вас диавол… Ибо знал Он предателя Своего» (Ин. 6:70, 13:11).

Но главное в другом: «если бы не любил Иуду Господь, то не избрал бы его»6161
  Мережковский Д. Иисус Неизвестный. С. 428.


[Закрыть]
.

2.

Здесь скептик, тяготеющий к атеизму (или даже «нигилизму»), мог бы задать весьма каверзный, хотя и справедливый вопрос: а не кажется ли вам, господа, что эта ваша так называемая Благая Весть – не более чем хорошо разыгранный спектакль? Ведь совершенно очевидно, что Иисус пришёл в мир с уже готовым сценарием, и первым его делом был отбор действующих лиц на главные роли готовящейся трагедии. Каждому из учеников было отведено в сценарии своё место, и на каждое место подбирался именно тот «типаж», который был угоден мудрому Режиссёру. Однако Иуде было предуготовлено место особенное – место «злодея». Иисус разыграл всё словно по нотам – и не просчитался: никто из актёров не подвёл его. Порой он выполнял даже роль суфлёра! – Ведь все его пророчества о собственном распятии и последующем воскресении, прямые указания Иуде накануне своего ареста, предсказание Петру о его троекратном отречении иначе как обычными суфлёрскими подсказками не назовёшь! Не дай Бог, если актёр по забывчивости что-нибудь напутает. Нет, лучше прибегнуть к прозрачным, слишком порой откровенным намёкам, чем подвергать риску столь грандиозное предприятие, как спасение всего человечества! Риск здесь совершенно недопустим. Надо отдать должное Иуде – он сыграл свою роль великолепно. И неважно, что игра та была самой жизнью, да и весь спектакль игрался «вживую».

Далее, мысль о Боге-сценаристе, Боге-режиссёре, которым появление Сына Человеческого в мире было заранее просчитано и предопределено, прекрасно иллюстрируют следующие слова Иисуса:


Впрочем Сын Человеческий идёт, как писано о Нём; но горе тому человеку, которым Сын Человеческий предастся: лучше было бы этому человеку не родиться (Мф. 26:24; см. также Мк. 14:21; Лк. 22:22).


Этой фразой6262
  В этой полной смысла и значения фразе говорится, в частности, о горе, которое постигнет предателя за содеянное им. Откуда ждать ему возмездия? От Бога? Нет, не это имел в виду Иисус, не Бог должен стать причиной страданий Иуды – а человечество, проклявшее «злодея» на веки вечные. Поистине, «лучше было бы этому человеку не родиться», ибо праведен и страшен гнев людской! Однако часто – слишком часто! – несправедлив… «Самый несчастный из людей – он. Мог ли его покинуть Иисус? ». (Там же. С. 407).


[Закрыть]
вносится ещё один штрих в «дело Иуды». Да, Иуда предаёт Учителя, однако (как здесь уместно это оброненное вскользь слово «впрочем»!) действия его предначертаны Богом, заведомо заложены в сценарий в качестве необходимого сюжетного элемента. «Сын Человеческий идёт, как писано о Нём», и Иуда уже не может, даже если бы и хотел, что-либо изменить в этом неумолимом шествии. Иное дело, что Иуде неведомо предначертанное свыше, как неведомы ему и истинные намерения Бога-режиссёра – потому следует допустить, что Иуда в какой-то мере добровольно избирает свой путь «предателя», – однако (повторим ещё раз) и этот путь, и «добрая воля» Иуды, и весь дальнейший ход трагедии заранее известны Богу-режиссёру и им же направляемы. Фактически Иуда несвободен в своём выборе, поскольку его действиями руководит воля высшего порядка – воля Бога.

3.

В качестве ответа нашему оппоненту напомним ему один из наиболее важных постулатов христианства: человек, созданный по образу и подобию Божию, есть существо свободное – таковым, согласно Писанию, сотворил его Господь Бог. Человек сам волен выбирать свой путь, в соответствии с принятым решением и собственным волеизъявлением; при этом, заметим, вся полнота ответственности за сделанный выбор ложится исключительно на него.

То же применимо и к Иуде: он сознательно идёт на «предательство», свободно, хотя и одолевают его сомнения и душевные муки, осуществляет свой выбор, по своей воле делает решающий шаг, столь необходимый для успешного завершения миссии Иисуса. За что – непонятый, униженный, растоптанный – и держит ответ перед судом поколений, на века заработав позорное клеймо «предатель!»

Поэтому не следует умалять роль Иуды, как не следует взваливать ответственность за содеянное им на Иисуса или Бога-Отца – а ведь именно к такому выводу, вольно или невольно, приходят наши оппоненты-скептики. В этом случае вся вина за смерть Иисуса ложится на его Отца, который оказывается по отношению к собственному Сыну слишком жесток и «бесчеловечен»: он не только посылает его на верную гибель, но и вынуждает лично подготовить её, включая набор главных исполнителей и формирование «общественного мнения». Очевидно, что при таком подходе Бог-Отец, а вместе с ним и его «сообщник» Иисус приобретают в глазах неискушённого читателя весьма неприглядный вид.

Да, Иисус пришёл в мир по воле своего Отца и действует в соответствии с божественным планом, целью которого является освобождение человечества от греха и установление в конечном итоге Царства Божьего на земле. Да, главные «исполнители», они же апостолы, были избраны Иисусом в соответствии с волей Отца («они были Твои, и Ты дал их Мне», Ин. 17:6), причём каждому из них предстояло сыграть важную роль в истории зарождающегося христианства, внести свой индивидуальный вклад в святое дело, ради которого пришёл на землю их Учитель. Однако они не были актёрами на подмостках вселенской сцены, ведомыми исключительно творческим замыслом прозорливого Режиссёра, не были бездумными, покорными, послушными марионетками, управляемыми манипуляциями божественных пальцев, и воля их не была парализована волей Бога-Отца или Бога-Сына – каждый из них жил, действовал и служил общему делу в соответствии с зовом сердца, в меру своего понимания миссии Иисуса и любви к своему Учителю. Каждый из них соответствовал той роли, на которую был избран, каждый исполнил то, что должен был исполнить согласно божественному замыслу, – однако каждый из них сознательно выбирал свою жизненную стезю, и выбор тот был проявлением свободного волевого акта.

Иуда Искариот не был исключением: он до конца прошёл избранный им самим же путь и тем самым оправдал оказанное Учителем великое доверие.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4