Сергей Михайлов.

Иуда Искариот: предатель или святой?



скачать книгу бесплатно

5.

Лука. Лука, «последователь Павла» (по Иринею), не входил в число ближайших двенадцати сподвижников Иисуса, однако мы не исключаем возможности, что он мог быть свидетелем отдельных моментов жизни Учителя и писать своё жизнеописание Иисуса, так сказать, «с натуры»: как знать, не был ли он в числе тех «других» семидесяти учеников, посланных Иисусом на служение, о которых сам же Лука и упоминает (10:1)?

Заметим, что Лука считается также и автором Деяний апостолов. «Оба эти произведения принадлежат перу одного и того же автора… Дух, которым проникнуты Деяния, тот же, что и в третьем Евангелии»2525
  Ренан Э. Евангелия. Второе поколение христианства. С. 168, 249.


[Закрыть]
.

Авторство Луки не отрицают ни Мережковский, ни Мень, ни Ренан. Так, Ренан считает, что «не имеется никаких серьёзных возражений против того, что Лука сам написал приписываемое ему Евангелие»2626
  Там же. С. 152.


[Закрыть]
. «Относительно Евангелия от Луки сомнения невозможны. Это в точном смысле слова сочинение, основанное на документах, ему предшествующих. Творил человек, который выбирает, устраняет, сочетает. Автор этого Евангелия, конечно, одно лицо с тем, который писал и Деяния апостолов, а автор Деяний, по-видимому, спутник апостола Павла – название совершенно подходящее к Луке»2727
  Ренан Э. Жизнь Иисуса. С. 47.


[Закрыть]
.

При этом Ренан не признаёт за третьим Евангелием высокой исторической ценности2828
  Там же. С. 60.


[Закрыть]
, считая его самым поздним из синоптических жизнеописаний Иисуса2929
  Там же. С. 47.


[Закрыть]
.

«Многие места у Луки буквально совпадают с Марком, а вследствие этого с Матфеем. Лука, несомненно, пользовался текстом Марка, мало отличавшимся от дошедшего до нас. Он, можно сказать, включил его почти целиком в своё Евангелие… Лука занимает по отношению к Марку то же положение, как и Матфей. И тот и другой расширили текст Марка дополнениями, заимствованными из документов, в большей или меньшей степени получившими своё начало в еврейском Евангелии. Многочисленные дополнения, внесённые Лукой в текст Марка и которых нет у Матфея, очевидно, взяты Лукой, по большей части, из устного предания»3030
  Ренан Э. Евангелия. Второе поколение христианства. С. 155, 157.


[Закрыть]
. «Таким образом, – заключает Ренан, – Евангелие от Луки является Евангелием изменённым, дополненным и далеко ушедшим по легендарному пути»3131
  Там же. С. 167.


[Закрыть]
.

Так же и Штраус не считает Евангелие от Луки исторически достоверным. «Об авторе Евангелия от Луки мы знаем по его же собственному предисловию, что он писал довольно поздно и, будучи писателем второстепенным, обрабатывал лишь старые источники»3232
  Штраус Д. Ф. Жизнь Иисуса. С. 74.


[Закрыть]
, – утверждает историк. Более того, он подвергает сомнению и связь евангелиста с ап. Павлом – связь, которую, как правило, признаёт большинство исследователей. «Близость третьего евангелия к Павлу, как и близость второго евангелия к Петру, оказывается, по-видимому, проблематичной… Очевидно, он не является спутником кого-либо из апостолов, за какового автор третьего евангелия принимался уже с давних времен»3333
  Там же. С. 68.


[Закрыть]
.

6.

Иоанн. Из свидетельства Иринея следует, что евангелист Иоанн и был тем любимым учеником Иисуса, «который возлежал у Его груди», то есть он вполне мог быть очевидцем интересующих нас событий. Свидетельство Иринея ставит под сомнение Мережковский, который полагает, что четвёртое Евангелие написано не апостолом Иоанном, а неким Пресвитером Иоанном из Эфеса: «Кто он такой, мы не знаем наверное, но очень вероятно, наш «Евангелист Иоанн» – только не Апостол, сын Заведеев, «ученик, которого любил Иисус», а кто-то другой, – чудно с ним сросшийся двойник его, близнец, телом его отброшенная, но уже от него неотделимая тень»3434
  Мережковский Д. Иисус Неизвестный. С. 46.


[Закрыть]
. Однако Мережковский не отрицает правомерности и традиционно-догматического подхода к авторству четвёртого Евангелия.

Прот. А. Мень в целом разделяет эту позицию. «Четвертое Евангелие носит имя Иоанна. По преданию им был не кто иной, как Иоанн, сын Зеведея… Согласно малоазийскому преданию, апостол написал свое Евангелие в 90-х годах»3535
  Мень А. В. Сын Человеческий. С. 271, 272.


[Закрыть]
. При этом Мень, так же как и Мережковский (оба, по-видимому, пользовались в своих исследованиях одними источниками и потому порой делают схожие выводы), допускает мысль о существовании двух разных Иоаннов. «Одна особенность четвертого Евангелия говорит против принадлежности его сыну Зеведееву. Об Иоанне там сказано в таких почтительных тонах, так подчеркивается любовь, которую проявлял к нему Иисус, что трудно отождествить автора с самим апостолом. Наводят на размышление и старинные иконы ап. Иоанна. В отличие от синоптиков, он всюду изображен диктующим, а не пишущим… Недавно Рэймонд Браун выдвинул гипотезу, согласно которой четвертое Евангелие есть запись рассказов и проповедей апостола. Позднее она прошла несколько этапов обработки, сохранив при этом неповрежденной основу Иоаннова предания. Кем были осуществлены эти записи и редакция текста, установить пока невозможно. Впрочем, не исключено, что завершил их некто Иоанн, живший тогда в Эфесе. Его называли пресвитером, старцем. Быть может, и Послания Иоанна, автор которых тоже называет себя «пресвитером», написаны этим человеком. Гипотезе о «пресвитере» не противоречат слова Послания, указывающие на непосредственное участие автора в евангельских событиях. Ведь, по свидетельству Папия, пресвитер Иоанн был одним из учеников, «видевших Господа», хотя и не входивших в состав Двенадцати… Знаменательно, что в Эфесе почитали гробницы обоих Иоаннов – апостола и пресвитера»3636
  Там же. С. 273.


[Закрыть]
. Последний факт отмечает и Мережковский, ссылаясь на Дионисия Александрийского (III век)3737
  Мережковский Д. Иисус Неизвестный. С. 62.


[Закрыть]
.

Ренан именует автора четвёртого Евангелия не иначе как «мнимым апостолом»3838
  Ренан Э. Жизнь Иисуса. С. 24.


[Закрыть]
, отвергая мысль, что «четвёртое Евангелие могло принадлежать перу бывшего рыбаря из Галилеи»3939
  Там же. С. 52.


[Закрыть]
. Французский историк конкретизирует свою позицию: «Предположение о том, что это произведение написано Иоанном, сыном Зеведеевым, никогда не разделялось мною вполне, но иногда я питал к нему все-таки некоторую слабость. В настоящее время я устраняю его совершенно, как невероятное… Четвёртое Евангелие не есть произведение апостола Иоанна. Оно приписано ему кем-либо из его учеников, около 100 г. от Р. X. Речи почти целиком выдуманы; но повествовательная часть заключает в себе драгоценные предания, отчасти восходящие ко временам апостола Иоанна»4040
  Там же. С. 22-23.


[Закрыть]
.

На основе анализа древнехристианских свидетельств о четвёртом Евангелии Штраус приходит к выводу, что «оно появилось лишь во второй половине II века»4141
  Штраус Д. Ф. Жизнь Иисуса. С. 86.


[Закрыть]
. Отсюда следует вывод о его невысокой исторической ценности и вольном обращении автора с историческим материалом: «Что касается Иоаннова евангелия, то мнение новейшей критики сводится к тому, что оно лишь мнимо обогатило евангельскую историю, ибо всё действительно историческое автор заимствовал из древнейших евангелий, а остальное совершенно самочинно и произвольно выдумал или переделал. С этим мнением нельзя не согласиться»4242
  Там же. С. 132.


[Закрыть]
. Ясно, что, согласно этой версии, четвёртый евангелист не мог принадлежать к числу учеников Иисуса и уж тем более не имел никакого отношения к апостолу Иоанну.

7.

Какие же выводы делают историки относительно происхождения и исторической ценности евангельских текстов? Вновь обратимся к двум наиболее критически настроенным исследователям, которых по праву можно отнести к представителям атеистической школы, – Давиду Штраусу и Эрнесту Ренану.

Согласно классификации Ренана, существовало три рода Евангелий. Во первых, это «Евангелия оригинальные, первоначально составленные единственно по устным преданиям, причем авторы не имели под рукой никаких ранее составленных текстов (по-моему, таких Евангелий было два: одно, написанное по-еврейски или скорее по-сирийски; в настоящее время оно утрачено, но много отрывков из этого Евангелия сохранено в переводах на греческий и латинский языки Клементием Александрийским, Оригеном, Евсевием, Епифанием, св. Иеронимом и др.; другое, написанное по-гречески – Евангелие св. Марка)». Ко второй группе Ренан относит Евангелия «отчасти оригинальные, отчасти заимствованные, составленный из комбинации прежде написанных текстов и устных преданий (такими являются: Евангелия, неправильно приписываемые апостолу Матфею и Евангелие, составленное Лукой)». И, наконец, в третью группу Ренан включает Евангелия, «составленные из вторых и третьих рук; составленные целиком по рукописям лицами, не имевшими никакой живой связи с преданием (таково Евангелие Маркиона и так называемые апокрифические Евангелия, заимствованные из канонических Евангелий путём расширения)»4343
  Ренан Э. Евангелия. Второе поколение христианства. С. 7.


[Закрыть]
.

Что касается канонических Евангелий, Ренан считает их «источниками мало надёжными, потому что из них нередко извлекаются доказательства в пользу двух противоположных мнений и потому что личность Иисуса в них изменяется соответственно догматическим взглядам их редакторов»4444
  Ренан Э. Жизнь Иисуса. С. 27.


[Закрыть]
.

Тем не менее, Ренан не отрицает исторической ценности синоптических текстов, полагая, что «весь остов жизни Иисуса построен синоптиками на двух подлинных документах: 1) изречениях Иисуса, собранных апостолом Матфеем, 2) на собрании притч и личных показаний, записанных Марком по воспоминаниям Петра»4545
  Там же. С. 49.


[Закрыть]
. Штраус, напротив, не считает их достоверными, указывая на то, что первые упоминания о них появились «лишь в середине II века, т. е. не менее ста лет после того времени, когда случились события, о которых они повествуют»4646
  Штраус Д. Ф. Жизнь Иисуса. С. 74.


[Закрыть]
.

Как бы то ни было, все авторы жизнеописаний Иисуса – и канонических, и апокрифических, и уже навсегда утерянных – «черпали из великого резервуара, которым являлось живое предание. Тем и объясняется, по-видимому, удивительный факт, что происхождение текстов, сделавшихся впоследствии наиболее важной частью христианского учения, темно и неясно… Материалом служило предание; а предание по своей сущности мягкий растяжимый материал»4747
  Ренан Э. Евангелия. Второе поколение христианства. С. 72, 67.


[Закрыть]
.

8.

История первых шагов христианства – тема поистине неисчерпаемая. Пристальное внимание, которое уделяли и продолжают уделять этой теме исследователи на протяжении двух тысячелетий, говорит лишь об одном: последнюю точку в этом «деле» ставить ещё рано. Да и вряд ли эта точка будет когда-нибудь поставлена.

Мы привели оценки и выводы лишь четырёх экспертов в области библеистики, принадлежащих к разным школам и направлениям – А. Меня, Дм. Мережковского, Э. Ренана, Д. Штрауса, – но даже на основании фрагментов трудов этой четвёрки можно вывести заключение о различии, порой диаметральном, во взглядах на происхождение, достоверность и историческую ценность евангельских текстов. Сколько людей, столько и мнений – гласит народная мудрость, и наш случай лишний раз подтверждает её правоту.

Ни один из евангелистов не выдерживает испытания на авторство новозаветных текстов, как не выдерживает испытания на достоверность и подлинность ни одно Евангелие. Мы не можем с уверенностью сказать, что Евангелие от Марка – самое древнее из четырёх канонических Евангелий, как не можем быть уверенны в том, что евангелисты Матфей и Иоанн входили в состав двенадцати избранных учеников Иисуса. Мы не знаем, был ли апостол Иоанн тем самым лицом, которого Папий именует «Пресвитером Иоанном», был ли составитель второго Евангелия тем самым Марком, который следовал за Петром и, по свидетельству Папия, «записал с точностью всё, что запомнил о сказанном и сделанном Христом». С тем же правом мы можем поставить под сомнение и близость евангелиста Луки к ап. Павлу. В итоге, у нас нет ни одного достоверного свидетельства, которое нельзя было бы опровергнуть, ни одного исторически подлинного документа, который мог бы лечь в основу чёткой системы взглядов на взаимосвязь четырёх евангелистов с одноимёнными каноническими текстами. «В подобных случаях, – считает Ренан, – дозволительно обращаться к догадкам, при условии выставлять их тем, что они есть, т. е. только догадками. Тексты, не обладая историческими достоинствами, не дают нам уверенности; но они все-таки дают нечто. Не должно полагаться на них со слепым доверием, но не следует и несправедливо пренебрегать их свидетельствами. Надо стараться угадывать, что в них скрывается, никогда не обольщая себя уверенностью, что вы угадали правильно»4848
  Ренан Э. Жизнь Иисуса. С. 27.


[Закрыть]
.

Не следует забывать, что дошедшие до нас канонические новозаветные тексты не раз подвергались редакционным правкам, вносимым церковными цензорами в соответствии с Каноном. Зачастую из первоначальных редакций вымарывались целые фрагменты, дискредитирующие, по мнению Церкви, образ Иисуса и его учение. В результате мы имеем не первоначальный вариант Евангелий (имеются в виду четыре Евангелия, вошедшие в Канон; об апокрифах и речь не идёт), а отшлифованные, идеологически выверенные, «причёсанные» и «приглаженные», просеянные сквозь цензурное сито евангельские тексты. Как верно заметил Дм. Мережковский, «наше каноническое чтение перед подлинным – мутный опал перед алмазом чистейшей воды»4949
  Мережковский Д. Иисус Неизвестный. С. 619.


[Закрыть]
. К сожалению, многие древние подлинные манускрипты и свидетельства очевидцев той эпохи, способные пролить свет на евангельские события, безвозвратно для нас утеряны – либо умышленно уничтожены. «Было ли то… мы не знаем; знаем только, что могло быть»5050
  Там же. С. 645.


[Закрыть]
.

Таким образом, мы не располагаем достоверными историческими свидетельствами о деянии Иуды Искариота, двенадцатого апостола Иисуса. Штраус, например, склонен считать «весь рассказ об Иуде и его предательстве простым тенденциозно поэтическим вымыслом»5151
  Штраус Д. Ф. Жизнь Иисуса. С. 228. «Сторонники этого воззрения, – аргументирует исследователь свою мысль, – указывают на то, что ни Павел, ни автор Откровения Иоанн ни словом не упоминают о предателе: оба говорят просто о 12 учениках-апостолах, не сообщая ничего об исключении кого-либо из их числа (Откр. 21:14; 1 Кор. 15:5); а в рассказе Павла об учреждении евхаристии (1 Кор. 11:23), вопреки другим авторам, упоминающим по этому случаю о предательстве, говорится только о предании Иисуса властям, и говорится это в той самой форме, в какой Матфей (4:12) и Марк (1:14) говорят о взятии под стражу Крестителя, пленение которого не было последствием предательства».


[Закрыть]
. Однако целью нашего исследования не является установление исторической истины, нам важно понять, что толкнуло Иуду на «предательство» и было ли это действительно предательством, какое место отведено опальному ученику в евангельских событиях, какое влияние его деяние оказало на их развитие, на становление христианства в целом, на весь ход мировой истории. И уже не столь важно, имели ли место эти события в действительности и насколько они подлинны, какова в них доля «истории» и какова – «мистерии» (по Мережковскому).

Поэтому в нашем исследовании мы будем исходить из того положения, что именно перу Матфея, Марка, Луки и Иоанна принадлежат четыре канонические Евангелия и Деяния апостолов, то есть те свидетельства, из которых мы можем почерпнуть сведения о двенадцатом ученике Иисуса. И впредь будем обращаться к новозаветным источникам как к подлинным и внушающим доверие. В противном случае мы лишаемся той твёрдой, незыблемой почвы, надёжного фундамента, на котором только и можно возводить здание анализа «предательства» Иуды Симонова Искариота.

На чём основано настоящее исследование?

1.

Приведём пять постулатов, на основе которых будем впредь строить наше исследование. Итак:

1. В качестве свидетельских показаний в данном исследовании используются только свидетельства Матфея, Марка, Луки и Иоанна, авторов четырёх канонических Евангелий и Деяний апостолов, то есть тех учеников Иисуса, которые были (либо могли быть) очевидцами описываемых в их рассказах событий. В то же время, в качестве комментариев к евангелическим описаниям могут быть использованы мнения и оценки специалистов (учёных-библеистов, историков, отцов Церкви, писателей-беллетристов – назовем их экспертами), глубоко и досконально изучивших интересующие нас события.

2. Хотя авторство Матфея, Марка, Луки и Иоанна как биографов Иисуса многими учёными-библеистами ставится под сомнение, мы будем исходить из того положения, что именно их перу принадлежат все четыре канонических Евангелия, а также Деяния апостолов. Иными словами, авторство Евангелий не должно подвергаться сомнениям – иначе сомнению могут быть подвергнуты и сами свидетельства евангелистов. В этом случае ставится под сомнение вся история христианства, что недопустимо.

3. События, изложенные в Евангелиях и Деяниях апостолов, a priori следует считать достоверными и рассматривать в качестве фактов. Более того, даже если какое-либо событие указано хотя бы у одного из евангелистов, а остальные трое умалчивают о нём, оно тем не менее должно считаться достоверным.

4. Напротив, суждения евангелистов и их оценка этих событий не могут быть признаны объективными и потому нуждаются в критическом осмыслении. В ряде случаев они не только субъективны и предвзяты, но и ошибочны. Однако следует признать искренность евангелистов в их намерениях передать в своих рассказах правду.

5. Все изречения Иисуса, цитируемые евангелистами, следует считать истинными и не должны подвергаться сомнениям.

2.

Под первыми тремя и последним постулатами наверняка подпишутся и сторонники консервативно-догматической точки зрения, однако четвёртый постулат, без сомнения, вызовет у них возражение. Если данное исследование базируется на позициях христианства и следует основным принципам и догматам христианского учения, – могли бы возразить они, – мы не вправе подвергать сомнению не только слова Иисуса, но и свидетельства авторов книг, составляющих св. Писание. То, что Библия является богодухновенной книгой, вряд ли может быть оспорено.

Ап. Павел свидетельствует:


И Он поставил одних Апостолами, других пророками, иных Евангелистами, иных пастырями и учителями, к совершению святых, на дело служения, для созидания тела Христова (Еф. 4:11-12).


Из чего следует, что Господь избрал евангелистов по собственной воле, т.е. «поставил» их нести людям свою Благую Весть. Совершенно очевидно, что мы не вправе усомниться в правильности божественного выбора: наверняка этот выбор был не случаен. Выполняя роль проводников Слова Божьего, авторы Евангелий зачастую и сами могли не знать всех фактов и перипетий излагаемых ими событий – тем более тексты Евангелий следует воспринимать не как личные творения последователей Иисуса, явно не свободные от субъективных и предвзятых оценок, а как откровения Духа Святого, истинность которых очевидна. Иоанн, например, утверждает, что Иуда «был вор», однако мы не должны требовать от него доказательств этого факта, так как его устами свидетельствует сам Господь Бог. Сам же Иоанн мог не быть свидетелем воровства Иуды, но, согласно положению о богодухновенности св. Писания, он получил это свидетельство путём божественного откровения от всеведущего и всезнающего Бога.

На первый взгляд кажется странным, что в Новый Завет не вошло Евангелие от Петра – ближайшего ученика Иисуса. Здесь может быть следующее объяснение: Евангелие от Петра не являлось богодухновенным, а было создано им самим, без участия Господа Бога. Оно – плод собственного творчества апостола, не более того. В число евангелистов Пётр Богом «поставлен» не был. И в то же время такой чести был удостоен Марк, ученик, помощник и «толмач» Петра.

Таким образом, суждения евангелистов и их оценки известных событий не могут быть критически переосмыслены в силу того, что это – не их собственные суждения и оценки, а откровения, вложенные в их сердца Духом Святым. И уж тем более мы не вправе считать их ошибочными.

Ни одно из библейских свидетельств не должно быть подвергнуто сомнению или отвержению – допускается лишь то или иное толкование священных текстов, но только при одном условии: каждое слово Библии должно быть признано истинным.

В случае, если мы подвергаем сомнению богодухновенность Библии и текстов, её составляющих, мы ставим под сомнение один из основных постулатов христианства, а также реальность описываемых в Евангелиях событий и историчность всего св. Писания в целом. Тем самым мы лишаем почвы как обвинение Иуды, так и его защиту.

3.

На данное возражение «партии консерваторов» может быть дан следующий ответ.

Не следует так уж умалять роль авторов библейских текстов. Они не были бездумными марионетками, писавшими под диктовку Господа Бога. Эти люди действительно избранники Божии – иначе они не были бы достойны стать авторами св. Писания, пророками, апостолами, учителями, святыми. Нельзя совсем не учитывать волю этих людей, их индивидуальные особенности, степень понимания описываемых ими событий. Да, Библия – книга богодухновенная (по крайней мере, Бог задумал её таковой), однако писалась она людьми. Да, Бог вложил в сердца своих избранников те или иные откровения, однако утверждать, что тексты дошедших до нас библейских писаний идентичны изначально заложенным в них божественным откровениям, вряд ли было бы правильным. Пропущенные сквозь тысячелетия и призму человеческих сердец, откровения Господа, особенно в деталях, наверняка обрели новое звучание, приобрели массу дополнительных штрихов – сохранив при этом, разумеется, основной смысловой стержень и главенствующую идею св. Писания.

Безусловно, мы не собираемся подвергать сомнению основные христианские догматы, в том числе и догмат о богодухновенности Библии, однако мы позволим себе понимать их диалектически, а не с позиций непримиримого ортодокса. Богодухновенность Библии вовсе не означает абсолютной точности её поздних переводов, особенно в описаниях второстепенных деталей или малозначащих событий. Достаточно сказать, что большинство современных канонических изданий Библии основаны на греческих переводах священных текстов с арамейского. Неудивительно поэтому, что такие центральные понятия Библии, как «Христос» и «Апостол», обрели в священных текстах греческое звучание.

Однако вряд ли подлежит сомнению, что перевод никогда в точности не соответствует оригиналу. Лингвистические особенности и нюансы обоих языков, часто приводящие к неоднозначности толкования, уровень квалификации того или иного «толковника», иные причины субъективного характера, а также историко-религиозные особенности обоих народов, еврейского и греческого, «Иерусалима» и «Афин», зачастую приводящие к неверному пониманию отдельных текстовых фрагментов, – всё это не могло не привести к тем или иным искажениям, в том числе и смысловым, оригинальных библейских текстов.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4