Михаил Клевачев.

Королева



скачать книгу бесплатно

– Муж мой – сказала она нежным голосом – Мой народ радуется Вам, Вы теперь его правитель и господин. Давайте вместе поприветствуем его!

– Да, конечно – ответил Людовик, встал и бросил в толпу несколько горстей с деньгами.

Свадебный поезд выехал за городские ворота. Поле за городской стеной было заполнено горожанами, здесь уже во всю шли народные гуляния. Поезд проследовал в загородный замок где уже всё было готово для пира.


Алеанора сидела за столом, установленным на возвышении, слева от неё сидел её муж Людовик. Огромный зал перед ними был полон гостей. Стоял весёлый гомон, гости были уже навеселе. На столах среди блюд горели свечи и плошки со вставленными в них льняными фитилями. Свечей и плошек было много, но всё равно в зале был полумрак, под потолком на балконе расположились музыканты. Перед столом Герцогини двое бродячих артистов ловко жонглировали факелами, третий играл на свиреле весёлую мелодию.

На улице давно стемнело, и свадебный пир был в полном разгаре. За спиной Людовика в паре шагов застыли двое монахов. Алеанора уже знала, что один из них полный, это аббат Сюжер, другой высокий с заострёнными чертами лица, с тонкими губами и пронзительным колючим взглядом отец Андриано. Советники и воспитатели принца, оба имели на Людовика большое влияние. Оба монах Герцогине не понравились с первого взгляда, особенно падре Андриано.

Алеанора внимательно посмотрела на принца: «А он ничего. Тонкие и благородные черты лица, он красив. Всего лишь три дня назад я впервые увидела его и беседовала с ним чуть-чуть, а теперь он мой муж. Полюблю ли я его, и полюбит ли он меня».

– Муж мой – сказала она мягким голосом – Не хотите ли попробовать вот этот паштет, или вот эти трюфеля, давайте я положу их Вам сама?

Принц ответил. Но Алеанора ничего не поняла, языком франков она владела очень плохо; и тут же над её ухом зазвучал голос монаха Андриано, на Окситанском.

– Благодарю Вас, но я не могу есть Вашу Аквитанскую еду.

Алеанора вспыхнула. Но виду не подала. Она обворожительно улыбнулась и сказала нежно.

– Не Вы один, многие люди не любят нашу кухню. Мы аквитанцы обожаем острые блюда и частенько злоупотребляем чесноком. Еда без чеснока кажется нам пресной. Но специально для Вас я приказала приготовить все эти блюда без чеснока и острых приправ. Так что прошу.

–И она положила на тарелку солидную порцию паштета. Людовик вопросительно посмотрел на Андриано, монах едва заметно кивнул, после чего принц попробовал паштет. Алеанору чуть не затрясло от гнева, но она опять сдержалась. «Мерзкие монахи, как пиявки вцепились в моего мужа. Ну мы ещё поглядим кто кого.»

В это время музыканты на балконе заиграли приглашение к Каролю или как его ещё называли открытый круг. На середину вышел дядя Алеаноры Рауль де Фай, большой любитель Кароля, он и возглавил Большой круг. Рауль затянул песню и повёл цепочку танцоров. Музыка то убыстрялась, то замедлялась, шествие то шло по кругу, то сворачивалось в спираль, то раскручивалось.

Весело смеялись кавалеры и дамы. Справа от Алеаноры сидела её сестра Аэлита, она пристально смотрела вглубь зала.

– Алеанора, кто это сидит вон там? – обратилась она к сестре.

– Где?

– Ну вон, за тем столом.

Алеанора посмотрела туда куда указывала сестра и увидела мужчину лет сорока пяти, одетого очень пёстро и безвкусно. Мужчина смотрел на Аэлиту влюблёнными глазами и время от времени широко улыбался. Улыбка у него получалась дурацкой и сам он смахивал на полного идиота.

– Не знаю – произнесла Алеанора.

– Какой красавец.

– Что?! Этот разряженный фазан?!

– Какой мужчина.

– Ты чего плетёшь Аэлита? Тебе всего тринадцать лет!

– Ну и что?

– Да это идиот! Посмотри на его лицо, кретин, который и читать то небось не умеет!

– Узнай кто он!

– Зачем?!

– Ну пожалуйста, сестрёнка! Ну что тебе трудно что ли?

Алеанора обратилась с вопросом к Людовику и услышала ответ, но опять больше половины слов не поняла. Но тут же как тень появился монах Андриано и всё перевёл на Окситанский.

– Это граф Рауль де Вермандуа, сенешаль Франции очень влиятельная персона и всё благодаря его удачной женитьбе. Жена Рауля де Вермандуа сестра Тибо II Великого, графа Шампании и сестра короля Англии Стефана.

– Слышала? – спросила сестру Алеанора.

– Да.

Пир тем временем шёл своим чередом. Громыхали кубки. Слуги бегом сновали между столами, подливая гостям вино и меняя блюда.

Прозвучал рожок приглашая гостей к Эстампи.

– Эстампи! Эстампи! – раздались голоса, а на середину зала уже вышла первая тройка, кавалер и по обе стороны от него две дамы – готовые начать любимый танец Эстампи. За ними последовали ещё три тройки. Танцоры встали лицом друг к другу так, что образовался большой четырёхугольник. Вокруг наступила тишина, а потом заиграла плавная минорная музыка, под звуки которой две тройки, стоящие напротив друг друга двинулись в центр. Дамы шли плавно, церемониальными грациозными шажками, поддерживая подолы своих платьев, за ними волочились роскошные тяжёлые шлейфы. Кавалер держал дам за руки, но так что они соприкасались с ним лишь кончиками пальцев. В центре тройки встретились, поравнявшись, а потом грациозно, под музыку обогнули одна тройка другую, после чего вернулись на свои места. Затем две другие тройки проделали тот же манёвр. Первая фигура танца была завершена и началась вторая.

– Как Вам нравятся наши аквитанские танцы? – обратилась Алеанора к Людовику – У Вас в Париже, наверное, танцуют по-другому?

– Мне не нравятся ни французские, ни аквитанские танцы! – ответил Людовик – Мир – это тлен, мы здесь временно в этом мире и мы должны постоянно думать о спасении души, а танцы, увеселения, это прямой путь к грехопадению. Надо жить телом на земле, а душой на небесах.

Алеанора обворожительно улыбнулась.

– Но мы же с Вами не монахи. Нам с Вами плотские утехи не воспрещены. Попробуйте вот этот салат, – и она положила на тарелку принца солидную порцию – Если он Вам не понравится я буду очень, очень и очень огорчена!

– Хорошо миледи, только чтобы Вас не огорчать!

И Людовик попробовал, а потом ещё и ещё.

– А Вы правы прекрасная Алеанора, это действительно очень вкусно.

– Ну вот и прекрасно. Я надеюсь мы станем красивой парой.

Музыканты тем временем заиграли Сарабанду, медленную и торжественную музыку. Шесть дам и шесть кавалеров неспешно и величественно пошли на встречу друг другу, остановились, протянули друг другу руки и едва касаясь пальчиками партнёров торжественно и плавно закружились под музыку.

Когда Сарабанда закончилась и в воздухе стихли последние ноты, в зал вбежали слуги с зажжёнными факелами. Полумрак тут же рассеялся и стало светло.

– Басданс с факелами! Басданс с факелами! – радостно закричали гости.

Взоры всех присутствующих были устремлены на молодожёнов.

– Чего они ждут от нас? – спросил Людовик.

– Супруг мой, по древней традиции мы должны возглавить Басданс. Надеюсь Вы умеете его танцевать?

– Да, в монастыре меня обучили.

– Ну вот и прекрасно, идёмте – и Алеанора поднялась с места увлекая за собой принца. Они торжественно вышли на середину зала, Людовик взял Герцогиню за руку, в левую руку ему вручили зажжённый факел. За ними тут же выстроились парами гости: кавалер правой рукой брал даму за руку, а в левую слуги давали ему зажжённый факел. Люди шутили и смеялись.

Зазвучала музыка и Алеанора с Людовиком двинулись вперёд, гости последовали за ними. Музыка то ускорялась, то замедлялась, и ей в такт Людовик с Алеанорой резко поворачивались то влево, то вправо, делая несколько шагов и опять крутой поворот. Дама должна была двигаться плавно, величаво и при крутых поворотах ни подол её юбок, ни её шлейф не должны были оторваться от пола. Та у которой юбка и шлейф не отрываются от пола – истинная и благородная дама, а та, у кого оторвались – выскочка. Дамам приходилось не просто управляться со своими многочисленными юбками и шлейфом, для этого требовалась виртуозная ловкость и сноровка. Алеаноре приходилось труднее всего с её герцогским шлейфом в восемь локтей, более длинным чем у остальных. Шаг, ещё шаг, резкий поворот и несколько женских подолов взлетело. Раздался сдавленный женский возглас оконфузившихся дам и весёлый смех. Ещё поворот и снова несколько подолов подлетело, опять смех. Людовик одной рукой держал руку Герцогини, в другой у него был факел, лицо его побледнело.

– Не волнуйтесь – улыбнувшись, сказала Алеанора – мой подол не оторвётся! Хватит топтаться по кругу, идёмте на улицу, в сад!

И она повела Людовика к выходу, двери распахнулись, и они под музыку выпорхнули из замка в сад. Остальные последовали за ними. Басданс закружился среди кустов и аллей. Ярко горели факела, гремела музыка, смеялись танцоры.

Наконец музыка стихла, и гости, не спеша стали возвращаться в замок, но не все. Некоторые пары затерялись среди кустов и беседок. Алеанора с Людовиком вернулись на свои места. Через некоторое время Алеанора услышала за своей спиной голос брата Андриано.

– Молодожёнам пора оставить гостей.

Людовик посмотрел на Алеанору, взял её за руку и решительно поднялся. Алеанора тоже встала, и они пошли к выходу. Послышались шутки двусмысленного содержания. Добрая половина гостей последовала за молодожёнами в предвкушении любимого зрелища.

Алеанора шла по коридору, держа за руку Людовика, а толпа гостей шла за ними. Шутки становились всё более и более непристойными. Юная Герцогиня шла не оглядываясь, уши у неё горели, внутри всё клокотало от гнева, но она шла, не спеша и величественно, не обращая внимание на уже откровенно похабные выкрики. Так они дошли до опочивальни. Алеанора вместе с Людовиком вошли в комнату, а потом резко, перед гостями захлопнула массивную дубовую дверь. Раздались возмущённые крики, гости стали стучать в дверь, но Алеанора уже задвинула массивный засов. Немного постояв у двери и повозмущавшись, гости вернулись в зал и продолжили пир.


*Вплоть до XVII века Герцогини и Королевы восходили на брачное ложе в сопровождении целой толпы свидетелей, которые смотрели как бедную девушку лишают девственности, ехидничали, давали советы, а на утро составляли документ о том, что такая то королева и вправду была невинна. Ребёнок, родившийся позднее считался законнорожденным, ну а свидетели потом сплетничали и смаковали подробности.


Алеанора стояла, прижавшись спиной к двери. Людовик стоял в дальнем углу и листал какую-то книгу. Девушка подождала, но Людовик не обращал на неё никакого внимания. Тогда она сама подошла к роскошной кровати и присела на край. Людовик продолжал читать, наконец он оторвался от книги и воскликнул.

– Дорогая Герцогиня, какой у Вас замечательный миссал!*


*Миссал – книга, содержащая тексты для проведения мессы: тексты песен, молитвы, благословения на все дни года.


– Что?!!

– Прекрасный переплёт, пергамент, а какой почерк!

И тут Алеанора заплакала, слёзы хлынули в три ручья. Она уткнулась в подушку и зарыдала. Людовик подошёл к ней и сел на кровать.

– Ну не надо, не надо плакать, пожалуйста – он погладил её по волосам, затем ещё и ещё.

Алеанора рыдала, а Людовик гладил её по волосам.

Глава 4. Мятеж


Неделю спустя Алеанора сидела на троне в огромном зале. Это огромное, роскошное помещение называлось Зал потерянных шагов, оно располагалось в замке, стоящем в городе Пуатье, столице графства Пуату. Рядом с Алеанорой на троне сидел Людовик. В зале было много народу, бароны и рыцари выходили по очереди к тону и произносили омаж* Людовику, как своему новому сюзерену*.


*Омаж – клятва которую произносит вассал своему господину, в которой клянётся ему в верности. Господин в свою очередь подтверждает его права на владение землёй и замком. При этом писали ещё и документ.

Сюзерен – господин.


Алеанора внимательно смотрела на своих вассалов и внутри у неё кипел гнев. По древнему обычаю после произнесения омажа, вассал должен был встать на колени и поцеловать сапог своего сюзерена, но сейчас бароны произносили слова клятвы и только кланялись, да и то еле-еле. А ведь всего лишь пару месяцев назад они произносили такую же клятву Алеаноре, и все как один целовали её туфельки. Всем своим видом бароны показывали, что её Алеанору, дочь их господина и повелителя Гильома X, они будут защищать и поддерживать как законную наследницу престола, если она конечно возьмётся за ум и перестанет вмешиваться в их дела, покушаться на их привилегии, но этого сопливого мальчишку франка они признают только на словах и только потому что он её муж и этот брак они не одобряют. Грубых, примитивных и заносчивых франков, они аквитанцы всегда призирали. «Ну что ж, хотя это откровенное хамство, но хамство вежливое. Такой омаж всё равно считается» – подумала Алеанора. Она внимательно оглядела своих вассалов, многие отсутствовали. Не было графа Ангулемского, не было Гильома де Лизе, кастеляна замка Тальмон. «А Людовик VI пожалуй прав, мятеж созрел. Даже Гильом де Лизе, которого отец подобрал из грязи, сделал кастеляном, поручил охранять замок Тальмон и тот предал.»

Последний вассал произнёс омаж, Людовик громким голосом сказал речь на Окситанском языке, сильно коверкая слова. Он поблагодарил баронов за верность и пригласил в пиршественный зал, где уже были накрыты столы.


На следующее утро Алеанора стояла у открытого окна и кормила птиц кроша хлеб на подоконник. В дверь постучали.

– Войди Изабель! – крикнула Герцогиня, догадавшись по стуку кто это.

Дверь тут же распахнулась и в комнату вошла Изабелла.

– Миледи, прискакал гонец от Гильома де Лизе и просит, чтобы Вы приняли его лично.

– Ни много ли он хочет?

– Я сказала ему тоже самое. Но он настаивает на аудиенции и будет говорить только с Вами.

– Ну чтож, давай послушаем что он скажет.

И Алеанора подобрав юбки направилась из комнаты. Она прошла по коридору и выйдя в зал для приёмов села на роскошный трон. Раскрылись двери и в зал ввели рыцаря. Он был бледен как полотно. Сделав несколько шагов, рыцарь упал на колени и заговорил дрожащим голосом.

– Великая Герцогиня, мой господин Гильом де Лизе приказал мне прибыть к Вам Ваше Величество и сказать Вам следующее, что он сожалеет, о том что не прибыл к Вам и не произнёс омаж Вашему мужу Людовику, по причине что он Гильом де Лизе призирает франкови призирает их на столько сильно, что это чувство перевешивает его преданность, любовь и уважение к Вам, и он надеется, что Вы простите его за это. – рыцарь побледнел ещё больше, сделал над собой усилие и вытащил из-за пазухи кожаный мешочек – Ещё мой господин Гильом де Лизе, приказал мне передать Вам это.

Наступила пауза, Алеанора молчала, её лицо окаменело, но внутри она негодовала. За её спиной стояла Изабелла и капитан её личной стражи, вдоль стен застыли воины. Наконец Герцогиня посмотрела на одного из них и едва заметно кивнула. Воин тут же сорвался с места и взял у гонца мешочек, развязал его и высыпал на руку содержимое, в воздухе тут же закружились птичьи пёрышки, в нутрии у Алеаноры всё забурлило от ярости. Она узнала эти пёрышки, черные пёрышки с алыми пятнами и белой каймой. Это были перья её охотничьих соколов, её любимых соколов, их подарил ей отец на день рожденье.

– Мессир Гильом де Лизе сказал что он уверен Вы не будете гневаться и просите ему что он охотится с Вашими соколами – сказал гонец.

Опять повисла пауза, Алеанора посмотрела на гонца и глаза её метали молнии, она спросила ледяным голосом.

– Сколько людей в замке Тальмон?

– Сто шестьдесят Ваше Величество. Ещё недавно было лвалцать пять, но мессир Гильом де Лизе увеличил гарнизон.

– А как в замке с продовольствием?

– Продуктов в избытке, мессир Гильом де Лизе подготовился к длительной осаде, припасов хватит на несколько месяцев. Ещё он укрепил стены.

Алеанора молчала, потом не поворачивая головы она обратилась к капитану своей стражи.

– Мессир Ролланд, бросьте этого человека в подземелье, в темницу!

– Слушаюсь Ваше Величество! – в следующий миг два воина сорвались с места, скрутили гонца и выволокли его из зала.

– Изабель, через две недели напомни мне об этом гонце и я решу, что с ним делать дальше.

– Слушаюсь Ваше Величество!

Герцогиня резко встала и подобрав свои юбки вышла из зала. Изабелла последовала за ней. Алеанора стремительно прошла по коридорам и вышла в просторную комнату. Посреди комнаты на табуретке сидел Людовик с медным горшком на голове. У него за спиной стоял его личный кауфер* и стриг принца «под горшок». Ещё два пажа стояли перед Людовиком и держали отполированный медный поднос, так чтобы принц наблюдал, как продвигается стрижка.


*Кауфер – в переводе с Французского на Французский парикмахер. В 12-ом веке стрижка «под горшок» считалась верхом красоты и очарования.


Алеанора мельком взглянула на кауфера и сделала знак, после чего он и пажи выскочили из комнаты.

– Мятеж – сказала Алеанора на Окситанском языке и Изабелла тут же перевела на Французский – Мой вассал Гильом де Лизе поднял против нас с тобой мятеж. Он прислал гонца который нагло заявил мне, Герцогине Аквитанской, прямо в лицо, что он призирает моего мужа.

– Что..о..о!!! Призирать меня, наследного принца Франции! – и Людовик схватился за кинжал на своём поясе. С лицом, перекошенным от ярости и медным горшком на голове он выглядел так комично, что Алеанора вдруг захохотала. Затряслась от смеха и Изабелла, зажимая рот и стараясь изо всех сил сдержаться.

– Что за смех! Я что смешон?

От этих слов девушки засмеялись ещё больше. Сотрясаясь от смеха Алеанора взяла отполированный медный поднос и показала Людовику его отражение. Теперь смеялись уже все трое, Изабелла больше не сдерживала себя и вовсю хохотала. Насмеявшись вдоволь Людовик присел на табуретку и вложил кинжал в ножны.

– И что нам теперь делать, выходку Гильома де Лизе нельзя оставлять без последствий – сказал Людовик.

– Надо немедленно, прямо сейчас двинуть войско, взять замок тальмон и проучить этого наглеца – воскликнула Алеанора.

– У меня под рукой тысяча шестьсот воинов, но нет осадных машин. А без них замок не взять. Мы увязнем под ним.

– Дорогой! – сказала Герцогиня ласково – Нам не потребуются осадные машины, мы возьмём замок без них, доверься мне. Тысячу твоих воинов оставим здесь, в Пуатье удерживать город, если что, с собой возьмём шестьсот всадников и я возьму ещё сотню своих, этого будет достаточно. До замка Тальмон двадцать лиг*, выступим в поход сегодня же и утром ударим по замку. Они вряд ли ждут от нас такой прыти, мы застигнем их врасплох!

– Надо посоветоваться с аббатом Сюжером и братом Андриано. А потом отстоять всенощную* и помолиться, чтобы Господь вразумил нас. И даровал нам победу.


*Лига – мера длины, равная четырём километрам.

Всенощная – молитва которая длится всю ночь.


– Дорогой, мы не можем ждать, у нас нет времени. Иначе завтра вся Аквитания запылает, как лесной пожар, мои вассалы взбунтуются. Вперёд мой принц, проучим наглеца, доверься мне и я принесу тебе победу, а потом мы с тобой вместе закажем благодарственный молебен и вместе помолимся!

– Ну хорошо, будь по Вашему!


Алеанора скакала на коне по лесной дороге. Была ночь, на небе светила полная Луна и лесную дорогу хорошо было видно. Справа от девушки трясся в седле Людовик, а за ними растянулась длинная кавалькада из семисот всадников. Герцогиня внимательно вглядывалась в окружающую обстановку. Эти места были ей хорошо знакомы, она частенько охотилась здесь вместе с отцом, когда они останавливались в замке Тальмон.

– Пора! – крикнула Алеанора и перевела коня на рысь, а потом на шаг. Людовик сделал тоже самое, перешли на рысь, а потом на шаг и остальные всадники. За спиной ещё слышался топот копыт, это подтягивался хвост колонны.

Они ехали шагом, и Алеанора продолжала прислушиваться и вглядываться в темноту. Наконец она натянула повод и остановила коня, колонна тоже стала останавливаться. Людовик вопросительно посмотрел на девушку.

– До замка рукой подать, не больше четверти лиги. Подождём – сказала она.

Повисла тишина. К ним подъехали аббат Сюжер и брат Андриано. Они осуждающе косились на Алеанору, им не нравилось, что она пошла в поход, да ещё надела боевые доспехи, да ещё скачет верхом в мужском седле.

На Алеаноре были белоснежные латы, белый шлем с алыми перьями и она была на белом коне. Рядом с ней были её подруги Агнесса и Изабелла, тоже в боевых доспехах. Девушки не обращали на монахов никакого внимания.

Молчание становилось всё более тягостным, позади слышалось лошадиное фырканье, лязг оружия и приглушённый говор людей. Наконец из темноты появилось два всадника, это были разведчики, посланные ранее вперёд. Они подъехали вплотную.

– Всё тихо миледи, мост поднят, на стенах замка ходят часовые с факелами. Караулы у них удвоены, но судя по всему замок спит, нападения сегодня они не ждут.

– Пошли! – сказала Алеанора Людовику и спрыгнула с коня. Принц подал знак и тоже спешился, за ним последовала сотня воинов. Девушка повела их в лес. Они шли по тропинке следуя за ней и вскоре вышли на большую поляну. Герцогиня огляделась, немного подумала и указала место – Здесь!

Застучали лопаты, и из земли появилась каменная плита, её отодвинули. Это был вход в подземелье, в глубину уходили каменные ступеньки. Пахнуло сыростью и застоявшимся воздухом. Без лишней суеты и разговоров франки стали спускаться по ступенькам, а Алеанора с Людовиком двинулись обратно к дороге.

Вернувшись к остальной колонне они оседлали коней и поехали вперёд по дороге. Вскоре лес кончился, перед ними было открытое пространство, а в трёхстах шагах высился замок. Мост через ров был поднят, на стенах можно было разглядеть часовых. Кавалькада остановилась.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7