Михаил Хазин.

Черный лебедь мирового кризиса



скачать книгу бесплатно

Первый из них – конфискационная реформа, аналогичная той, которую осуществил Ф. Рузвельт в 30-е годы прошлого века. Привязка доллара к золоту позволит руководству США в принудительном порядке осуществить обмен золота, принадлежащего частным лицам, на доллары по соответствующему фиксированному курсу.

Второй механизм – денежная реформа. Те доллары (как наличные, так и безналичные), которые принадлежат резидентам США, будут приниматься на контролируемой американцами территории без ограничений, а вот у нерезидентов возникнут проблемы. Банковские переводы в банки-резиденты США и обмен долларовых банкнот старого образца для иностранных граждан, возможно, будут ограничены, например, необходимостью проведения специальной проверки в рамках антитеррористической кампании. Такая операция (а совсем недавно США объявили о введении новых, т. н. розовых, долларов) позволит не только отсечь значительную часть долларовой денежной массы, но и даст США серьезный рычаг воздействия на все страны мира.

Однако этого недостаточно. Необходимо еще предотвратить процессы, которые могут объективно обрушить доллар уже после его привязки к золоту. С точки зрения денежных властей США, существует только одна угроза такому сценарию – обрушение рынка закладных на недвижимость, в перегретости которого никто не сомневается. И упомянутые выше заявления А. Гринспена и У. Пула можно объяснить только одним – этот рынок необходимо обрушить до начала описанного сценария, что, помимо всего, даст и формальный повод для быстрой девальвации доллара.

Альтернативы этому сценарию практически не видно – неизбежное падение доллара серьезно его скомпрометирует перед всем миром, и привязка к золоту – чуть ли не единственный шанс на его реабилитацию. Но у США есть еще одна проблема. Это падение собственно американской экономики, связанное с ее структурными перекосами. И это падение может сделать бессмысленным весь описанный выше сценарий. И тут возникает очень интересный аспект, связанный с тем, что мнение и позиции американского руководства не в полной мере отражают реально происходящие экономические процессы.

С точки зрения американского руководства, США находятся в сильно затянувшейся рецессии. Чисто монетарные методы стимулирования экономики (снижение учетной ставки) к успеху не привели, и их необходимо дополнить. В качестве образца для подражания была выбрана политика Р. Рейгана середины 80-х годов. Собственно говоря, критика бюджетной политики Буша-младшего А. Гринспеном была связана именно с опытом Рейгана. Дело в том, что в тот период экономика стимулировалась за счет бюджетных средств, что привело к резкому росту государственного долга, чрезвычайно высокой доходности государственных облигаций (достигающей 17 % годовых) и, как следствие, очень высокой учетной ставки ФРС. Платой за это было серьезное падение доллара – на 40 %.

Но в середине 80-х годов альтернативы доллару не было, а существование Советского Союза вынуждало все западные страны активно поддерживать американскую экономику.

Новые советники Буша-младшего (в отличие от прежних), по всей видимости, считают, что девальвация доллара даст достаточный запас для дальнейшего наращивания госдолга США, а победа в войне с Ираком вынудит всех старых и новых союзников вести себя «соответствующим образом». И здесь возникает главное отличие от ситуации 80-х.

Как уже говорилось, «рейганомика» неминуемо вызовет девальвацию доллара. Поскольку по описанным выше причинам растягивать ее невозможно, логичным выглядит сценарий объединения падения доллара, которое вызвано макроэкономическими причинами, и девальвации, связанной с резким ростом дефицита бюджета. Это позволит нормализовать платежный и внешнеторговый баланс и уменьшить дефицит бюджета. Последовательность действий в этой ситуации выглядит следующим образом: сначала развязывание войны в Ираке с соответствующим агрессивным PR-обеспечением, затем не менее агрессивное наращивание расходов бюджета и, наконец, в начале осени текущего года (а, может быть, с учетом речи У. Пула, и раньше) быстрая девальвация с последующей привязкой доллара к золоту. Отметим, что такие сроки хорошо коррелируют с уже объявленными сроками введения в оборот «розовых» долларов.

Что же не устраивает критиков этого плана? Во-первых, нет уверенности, что золота все-таки хватит. Во-вторых, реализация этого плана возможна только в том случае, если в Ираке все пройдет без сучка, без задоринки (чего уже явно не произошло). В-третьих, не исключено активное сопротивление многих стран, в первую очередь тех, кто пользуется в мире авторитетом и у кого накоплены значительные долларовые резервы. В-четвертых, снижение налогов сильно ударит по бюджету отдельных штатов. По этой причине Сенат США уже существенно урезал программу Буша-младшего по сокращению налогов. Не исключено, что в процессе реализации планов Буша-младшего эти возражения только усилятся. Однако все они носят вероятностный характер, поэтому нынешняя команда Буша-младшего сделала ставку на уверенное и агрессивное поведение.

И вот здесь вступает в силу последний аргумент, который, скорее всего, не до конца понимают (а скорее, вообще не понимают) в Вашингтоне. Все конкретные варианты описанной выше экономической политики, разумеется, многократно просчитаны на моделях американской экономики, которые имеются у различных экспертных и научных организаций США. Судя по всему, результаты получаются противоречивые, что и вызывает многочисленные разногласия в правящей верхушке. Но одно общее свойство у всех этих моделей есть. Все они макроэкономические и составлены исходя из неизменности отраслевой структуры американской экономики. Это естественное условие, поскольку последние десятилетия прошли в США под тотальной диктатурой либерально-монетарных принципов управления экономикой.

А вот модели, построенные на основе межотраслевого баланса, скорее всего (если они в принципе существуют) дадут совсем другой результат. Уже многократно описанные российскими авторами (в первую очередь М. Хазиным и О. Григорьевым) структурные диспропорции в американской экономике приведут к немедленным последствиям, как только ставки на финансовых рынках США пойдут вверх, что неминуемо случится при реализации уже задекларированной Бушем-младшим политики. В настоящее время, в условиях фактически отрицательной учетной ставки и, тем самым, очень низкого банковского процента, отрасли «новой» экономики могут пролонгировать и рефинансировать свои долги. После повышения ставок процессы выправления структурных перекосов пойдут в полную силу. Как уже неоднократно отмечалось, доля таких «структурно нежизнеспособных» производств и компаний достигает порядка 20 % ВВП, и их исчезновение придется как раз на тот период, когда доллар, привязанный к золоту, должен будет, по планам администрации Буша-младшего, прочно стабилизироваться.

После такого масштабного падения придется вновь девальвировать доллар, что неминуемо вызовет распад международных фьючерсных рынков, также возникнет ряд новых проблем. И нет никакой уверенности в том, что администрация Буша-младшего готова к таким последствиям своей политики.

Почему же Буш-младший, Гринспен и многие другие не видят такого варианта развития событий? Ответ на этот вопрос дала американо-английская агрессия в Ираке. Мы не будем сейчас тщательно разбирать ситуацию в этой стране и просчеты англо-американского командования. Однако отметим одну принципиальную вещь. Подавляющая часть допущенных ошибок, самыми крупными из которых стали недооценка сил противника, переоценка собственных сил и, наконец, абсолютно неверная оценка отношений режима С. Хусейна и населения Ирака, стали следствием полного отсутствия плюрализма в руководстве США.

Что такое «демократическое общество» на самом деле не очень понятно. В чистом виде его никто не видел, это некая утопия. С точки зрения государственной политики, «демократическое общество» – это клише, которое использует политическая верхушка США для разделения всех стран на свой-чужой. Как СССР был лидером «прогрессивного человечества», так и США является лидером «свободного», «демократического» мира. Например, в 80-е годы прошлого века к демократическим странам США относили Ирак под чутким руководством Саддама Хусейна.

Так что сами авторы этого понятия используют термин «демократия» в удобном для себя смысле. Однако в общечеловеческом смысле термин «демократия» подразумевает некоторые признаки, опираясь на которые можно говорить о более или менее демократических странах. В частности, реакция власти на неприятные для нее сигналы. В странах, где демократические механизмы развиты достаточно сильно, ответом на такой неприятный сигнал станет его обсуждение (более или менее публичное) и разработка соответствующей реакции. В странах с диктаторским режимом реакция зависит исключительно от личности диктатора – чем он умнее, тем более адекватным будет ответ. Воспоминания о Сталине и Берии тех, кто с ними работал, показывают, что сообщение правдивой информации, какой бы неприятной она ни была, влекло за собой лишь поощрение, а вот ложь, даже очень приятная, всегда была наказуема.

Тоталитарное же государство – в котором имеется правящий класс (бюрократия или группа олигархов), но нет людей лично заинтересованных в правде – реагирует на критику специфически. Оно начинает истреблять источник неприятного сигнала – принципиально игнорируя его содержание по существу. Так вот, то, что увидели люди всего мира за полторы недели войны в Ираке, показало лишь одно – США представляют собой тоталитарное государство, в котором средства массовой информации осуществляют самоцензуру, в которой руководство говорит своим гражданам прямую ложь и, наконец, которое, столкнувшись с источником неприятной, но правдивой информации, вместо того, чтобы разбираться с проблемами, начинает уничтожать источник информации. Как это и происходит сейчас в США, где лишают аккредитации канал «Аль-Джазира», где не пускают на церемонию награждения «Оскаром» противников войны, где военные власти целенаправленно воюют с журналистами.

А что насчет влияния этой ситуации на экономические вопросы? Экономические проблемы, поднятые нами, выглядят для США большей угрозой, чем Ирак и С. Хусейн. Структурные диспропорции не только приведут к существенному падению ВВП, но и полностью разрушат весь план быстрого вывода доллара и американской экономики из кризиса – поскольку после «привязки» доллара к золоту он снова начнет девальвироваться, уже по структурным причинам. И власти США принципиально отказываются эту тему обсуждать – при том, что все ее сторонники вынуждены ликвидировать сам источник этой информации. А таковыми источниками являются, например, все граждане Ирака или журналисты, находящиеся в Багдаде или Басре.

Но неудачи США в Ираке и отказ от объективной оценки ситуации (как военной, так и экономической) только ухудшают ситуацию, причем достаточно быстро. В этом смысле не исключено, что реализация описанного выше экономического сценария и его крушение произойдет раньше, чем ожидают и власти США, и все субъекты мировой экономики.

2 Мая
Новый прогноз

Предыдущий прогноз, сделанный в самом конце 2002 года и уточненный в начале Иракской войны, устарел. Да и в нем было четко оговорено, что он будет актуален только до середины года. Часть его предположений оправдались (например, о сговоре части военной верхушки Ирака с США), часть – нет. При этом следует отметить, что основная логика прогноза не реализовалась не потому, что описанные события невозможны в принципе, а потому, что события в этом году развивались значительно более медленно, чем в предыдущем.

Только вчера, 1 мая, доллар опустился ниже уровня 112 центов за евро (правда, до этого чуть «с разбега» не преодолел уровень 113). При этом есть все основания считать, что в рамках спекулятивных колебаний он поднимется еще где-то до 110. Средний уровень дефицита бюджета США в текущем финансовом году (с начала которого миновало 7 полных месяцев) составляет порядка 50 миллиардов долларов, то есть годовой дефицит выходит на уровень 6 % ВВП. Это в несколько раз превышает уровень, который А. Гринспен в своем выступлении перед Конгрессом в январе назвал критическим. Уровень первичных обращений безработных за пособием стабильно находится выше 400 000 в неделю, что считается признаком угнетенного рынка. С марта опустились ниже критической отметки 50 индексы ISM: и производственной активности, и активности в сфере услуг.

Но скорость падения американской экономики остается очень медленной. Фондовые индексы регулярно растут, в конце апреля индекс Доу-Джонса впервые в этом году достиг уровня 8500. И хотя затем он вновь упал, общее ощущение «замедленной съемки» остается. И настоящий прогноз посвящен как раз попытке объяснить это обстоятельство.

По моему мнению, причина этого лежит в том, что принципиальным и радикальным образом изменилось поведение американского государственного аппарата. Его высокий уровень и общая высокая культура менеджмента в США делают стратегическую направленность этого государства достаточно прогнозируемой. После выбора стратегической цели (которая обычно обсуждается достаточно публично), разрабатывается план ее достижения (который далеко не всегда обнародуют, а зачастую и просто держат в тайне), который неукоснительно исполняется.

Причем если в процессе реализации какой-нибудь тактической цели обнаруживаются непредвиденные проблемы, для их решения используются все возможности, «в огонь» бросаются все ресурсы, даже если при этом существенно уменьшаются шансы на достижение заявленной стратегической цели. Последним примером такого поведения являлись попытки США сколотить антииракскую коалицию, ради чего были серьезно ухудшены отношения со «старой» Европой и реально поставлена под угрозу вся американская «пятая колонна» в этом регионе (в частности, судьба нынешнего премьера Великобритании Т. Блэра и отдельных режимов в Восточной Европе).

По моему мнению, причины разногласий между Францией и Германией с одной стороны и США с другой лежат существенно более глубоко, чем война в Ираке. Узаконенная с 1944 года, после принятия Бреттон-Вудских соглашений, и только усилившаяся после их отмены в начале 70-х годов система доминирования доллара могла существовать исключительно в рамках некоторого консенсуса основных мировых экономических игроков, основой которого было обязательство США гарантировать стабильность мирового финансового обращения (на основе доллара) в обмен на возможность собирать эксклюзивную ренту со всех участников, в том или ином виде использующих доллар.

События последних месяцев показывают, что это свое обязательство США в нынешних условиях выполнить не в состоянии. И пытаясь сохранить собственную внутреннюю экономическую и политическую стабильность, они все чаще и чаще делают это за счет снижения стабильности мировой. В том числе и путем войны в Ираке. Отметим при этом, что никаких реальных целей США своей операцией так и не достигли.

Но вернемся к проблеме государственного управления. Описанная политика хоть и может создавать определенные сложности, в целом позволяет по максимуму использовать выучку среднего звена государственного аппарата, которое в каждый момент времени четко осознает, какой цели оно должно достичь, какие задачи решает в данный момент и какие ресурсы можно и нужно для этого задействовать.

При этом до принятия окончательного решения возможны многочисленные споры о правильности той или иной стратегии. Например, в США существовали серьезные разногласия между «командой Пауэлла» и «командой Рамсфельда» в части необходимости и уровня обеспечения операции в Ираке, которые прекратились сразу после принятия окончательного решения.

Однако в том случае, если стратегическая цель является сложно-достижимой, такой подход может привести к катастрофе, поскольку в процессе решения тактических задач можно растратить тот ресурс, который теоретически позволял бы достичь необходимого результата. Классическим примером является распад СССР, который произошел, в частности, вследствие того, что все экономические и административные ресурсы были использованы на реализацию мелких в государственном плане решений.

На данный момент главной проблемой, стоящей перед США, является поиск выхода из экономических проблем, уровень которых уже сегодня ставит под угрозу могущество этой страны. И в 2000 году начинаются разработки стратегических планов преодоления экономических сложностей. Первыми из них стали предвыборный план Буша-младшего по сокращению налогов и план монетарных властей по макроэкономическому стимулированию экономики (снижению учетных ставок). Оба эти плана были реализованы и показали свою несостоятельность. Воспользовавшись событиями 11 сентября 2001 года (или организовав эти события для того, чтобы получить такой повод), руководство США перешло к кейнсианским методам прямой государственной поддержки экономики. Ее масштаб (в 2002 году) достиг величин порядка 50 миллиардов долларов в месяц, что привело, в частности, к резкому увеличению бюджетного дефицита, однако позитивный эффект этой политики был заметен только в пределах 6–8 месяцев после ее начала.

Для дальнейшего стимулирования экономики весной – летом 2002 г. разрабатывается план войны в Ираке, целью которого является радикальное снижение мировых цен на нефть и, как следствие, сокращение издержек американских товаропроизводителей, однако к концу года становится понятно, что и эта цель в полном объеме недостижима.

К осени 2002 года относятся последние попытки стратегического планирования экономической политики. Президент Буш-младший говорит о новом плане сокращения налогов, и совершается попытка прозондировать почву на предмет быстрой девальвации доллара (в выступлениях А. Гринспена впервые упомянут в качестве позитивного фактора «золотой стандарт»). Однако в дальнейшем руководство США попыталось, пользуясь военным успехом в Ираке, поднять падающий доллар, что говорит об отказе и от этих планов (хотя не исключено, что они все-таки будут задействованы в случае непредсказуемого развития событий). Что касается налоговой реформы, то ее анализ продемонстрировал, что в своем первоначальном виде она полностью разрушает бюджетную систему отдельных штатов США, из-за чего Конгресс США в апреле прошлого года уменьшил ее объем более чем вдвое.

Начиная с 2003 года, никаких дискуссий о содержании стратегических планов преодоления экономических проблем в США не ведется, никакие подобные планы не реализуются. Предпринимаются только отдельные тактические действия, сводящиеся, в основном, к решению локальных проблем. Например, проблемы авиаперевозчиков, возникшие в связи с войной, решили, приняв программу поддержки объемом в 3 миллиарда долларов (неужели такие программы соответствуют принципам ВТО?).

Как уже говорилось, была предпринята попытка искусственно поднять курсы доллара и фондовые индексы, воспользовавшись войной в Ираке, однако и эта попытка не увенчалась успехом. Курс доллара уже вернулся на довоенный уровень, фондовый рынок упал относительно локальных максимумов, достигнутых в начале апреля.

Все вышесказанное позволяет сделать новый (по сравнению с ситуацией полугодовой давности) политэкономический прогноз развития ситуации в США.

По всей видимости, политическое руководство США в настоящий момент считает, что надежных методов вывода страны из экономического кризиса не существует и избежать его острой стадии практически невозможно. Только такое понимание ситуации могло заставить государственный аппарат США отказаться от обсуждения стратегических целей в области экономики.

Как следствие, стратегические экономические цели заменены на цели политические, главной из которой является обеспечение победы Буша-младшего на следующих президентских выборах. Соответственно, в экономике будут применяться только те тактические методы, последствия которых понятны и прогнозируемы. Иными словами, в настоящий момент основной задачей экономической политики руководства США является не решение реальных экономических проблем, а перенос их самых неприятных последствий на срок после выборов в ноябре 2004 года.

Разумеется, при таком подходе возникают некоторые резервы, которые теперь не используются при реализации стратегических планов, однако и на реальные результаты надеяться не приходится – остается лишь ждать, когда произойдет обвал. И не исключено, что отставка основных экономических стратегов – Буша-младшего в предыдущий период, П. О’Нила и Л. Линдси в декабре 2002 г. – частично связана именно с их нежеланием участвовать в такой сомнительной деятельности.

Чтобы не допустить обвальный спад в экономике, до выборов будет использован метод «затыкания дыр». Он заключается в том, что в находящийся в наиболее критической ситуации сектор экономики (авиаперевозки, фондовый рынок, рынок недвижимости и т. д.) будет производиться мощная денежная накачка. При этом будут использоваться как прямые бюджетные деньги, так и средства закрытых фондов Министерства финансов и ФРС, а также прямая денежная эмиссия.

В частности, скорее всего будут приложены максимальные усилия для того, чтобы не допустить обрушения рынка недвижимости (закладных) – последнего крупного рынка, поддерживающего высокую потребительскую активность в США. А поскольку это возможно только при низкой учетной ставке, не исключено, что администрация Буша-младшего откажется и от идеи перехода к «рейганомике» – то есть не будет повышать учетную ставку с целью усиления привлекательности облигаций Федерального казначейства. Поскольку финансировать государственные расходы все равно необходимо, не исключено, что странам Персидского залива и Европы будут предложены серьезные уступки (доступ к контрактам на восстановление Ирака, согласие на приход к гражданской власти в Ираке местной администрации или даже согласие на выполнение квот ОПЕК со стороны Ирака) в обмен на их согласие на массовую покупку долгосрочных облигаций Казначейства США.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10