Михаил Барщевский.

Счастливы неимущие (Евангелие от Матвея). Судебный процесс Березовский – Абрамович. Лондон, 2011/12



скачать книгу бесплатно

Однако есть и другие, более значительные примеры того, что господин Березовский просто придумал свой иск. Например, что такое запугивание могло произойти только после ареста Глушкова 7 декабря, потому что это было связано с тем, что Глушков будет дальше сидеть в тюрьме, «если ты не продашь акции». Но есть огромное количество доказательств того, что продажа доли в ОРТ была согласована в принципе хотя бы между господином Абрамовичем и господином Патаркацишвили в течение октября и ноября того года. Это согласование включало также соглашение по цене, которая в итоге была выплачена, а именно 150 миллионов. Более того, господин Березовский публично заявил о своем намерении продать долю в ОРТ в телефонном интервью с московской радиостанцией как раз утром того дня, когда был арестован господин Глушков. Поэтому любая встреча между господином Березовским и господином Абрамовичем не могла бы произойти.

Еще одна проблема с утверждениями господина Березовского. Эта проблема мучает его последние несколько недель, и его консультантов мучает. Проблема заключается в том, что между арестом Глушкова и подписанием договоров купли-продажи на акции ОРТ в конце декабря (когда господин Абрамович мог бы посетить господина Березовского на Кап д’Антиб) оба были в разных частях света. Господин Березовский сказал своим юристам, что этот визит на Кап д’Антиб состоялся 17 декабря 2000 года. А в своем основном свидетельском показании для этого слушания он сообщил, что этот визит состоялся через две недели после ареста господина Глушкова и за пару дней до Рождества. Затем господину Березовскому были представлены самые что ни на есть четкие доказательства, что сам он между 16 и 27 декабря был в США либо в самолете. Ему также представили доказательства, что господин Абрамович сражался в очень яркой громкой избирательной кампании за место губернатора Чукотки до 24 декабря.

А факты очень просты: господин Абрамович встретился с Березовским и Бадри в аэропорту Ле Бурже 6 декабря и полетел прямо в Москву. В паспорте у него есть печать, что он приехал в Россию и до 2 января Россию больше не покидал. Эта информация подтверждается российской пограничной службой из собственных архивных записей письмом, которое было представлено на наш запрос. А запись и регистрация вылета чартерного самолета Абрамовича, которым он всегда летал за границу, тоже показывает, что с 7 по 10 декабря он не вылетал из России. Господин Абрамович был в Москве с 6 декабря и до 10-го.

А правда заключается в том, что встреча на Кап д’Антиб – это просто выдумка, причем умышленная выдумка.

Если теперь обратиться к крупному уже обвинению относительно запугивания с целью получить акции «Сибнефти», то основная проблема здесь в том, что господин Березовский пытается преподнести агрессивные действия со стороны государства как агрессивные действия со стороны Абрамовича. Какому бы закону ни подчинялся деликт запугивания, в любом случае это должна быть угроза каких-то отрицательных действий со стороны господина Абрамовича против господина Березовского.

А те угрозы, которые вменяются господину Абрамовичу, они все связаны с действиями государства. Первая угроза, которая вменяется, – это что правительство экспроприирует доли, якобы имеющиеся у Бадри и у господина Березовского в «Сибнефти», если они их не продадут. А вторая угроза – что они будут держать Глушкова в тюрьме дольше необходимого. Эти вменяемые угрозы каким-то образом должны превратиться из предупреждений в угрозы со стороны господина Абрамовича. Во-первых, очевидная сложность состоит в том, что господин Абрамович не контролирует действия российского государства, в то же время господин Березовский утверждает, что Абрамович стал очень влиятельной фигурой в окружении Путина, что был другом генерального прокурора и что он был очень влиятельным человеком за кулисами в правительстве России. Но у господина Березовского нет никаких доказательств этого. Уж кто-кто, а господин Березовский прекрасно знает, что Путин очень самостоятельный человек. Все мы понимаем, что у господина Березовского достаточно резкое отношение и свое мнение относительно правительства Путина, но сказать, что Путин позволяет, чтобы им манипулировал какой-то богач, – это просто невероятно.

Если господин Абрамович пытался запугать, надавить на господина Березовского и на Бадри, чтобы те отказались от требований относительно акций «Сибнефти», почему он тогда согласился выплатить им огромную сумму, по их же собственным показаниям, не требуя от них какого-то документа, освобождающего его от дальнейших обязательств? Он, по их сюжету, давил на них, чтобы они освободили его от его собственных обязательств доверительного управления этими акциями. Но без такого документа об освобождении как он узнает, успешно он на них надавил или нет?

Мы считали, что российское право должно применяться к деликту. На самом деле вменяемая угроза была связана с действиями в России и законами в России, которые привели бы к ущербу активам в России (а именно акции «Сибнефти») или человеку в России (то есть Глушкову). То есть здесь должно применяться российское право. Господин Березовский говорит, что он не мог подать этот иск раньше, пока господин Глушков оставался в России, пока он был в тюрьме. Господин Глушков покинул Россию только в июле 2006 года. Совершенно очевидно, что этот фактор никак не влиял на поведение господина Березовского. Все это время, пока господин Глушков был в России, господин Березовский угрожал российскому правительству, нападал, раздражал их и в речах, и в интервью в прессе, словом, вел себя совсем не так, как должен был бы себя вести, если бы действительно боялся за Глушкова. Он публично объявил о том, что он будет подавать этот иск, за четыре года до того, как он это сделал. Это в любом случае, по его же собственной аргументации, могло бы быть опасно для господина Глушкова уже тогда.

Госпожа судья, первый момент, который нужно отметить в отношении претензии в части РУСАЛа, заключается в том, что этот вопрос нельзя рассматривать в отрыве от претензий по части «Сибнефти». В том числе потому, что вопрос о том, имели ли долю в РУСАЛе Патаркацишвили и Березовский, тесно связан с вопросом о том, была ли у них доля или право требования в отношении «Сибнефти». Господин Березовский утверждает, что, согласно соглашению 1995 года, было договорено, что если одна из сторон займется каким-либо другим бизнесом, помимо «Сибнефти», то другие смогут в таких же долях в этот бизнес тоже зайти. Господин Березовский также утверждает в своем исковом заявлении, что стороны в 1995 году якобы договорились совместно участвовать в первоначальном приобретении алюминиевых активов, которые в следующем году они слили с активами Олега Дерипаски. Это критически важный аргумент в правовой позиции противной стороны, когда они говорят о том, что было якобы согласовано в 1995 году. Вторая причина, по которой эти два момента – претензии по РУСАЛу и «Сибнефти» – тесно связаны друг с другом, заключается в том, что, как и в отношении «Сибнефти», господин Березовский не внес ни копейки в приобретение алюминиевых активов. Но я думаю, что в данном случае он не говорит уже о том, что он имел право ни за что, без денег участвовать в этой инвестиции, это было бы абсурдно. Он говорит другое: что его доля в цене приобретения алюминиевых активов должна была выплачиваться из его доли в доходах от «Сибнефти». Но я уже объяснял, почему господин Березовский на самом деле не имел права ни на какую долю и почему эти деньги, которые он получал, не имеют никакого отношения к «Сибнефти».

Я хотел бы очень кратко, лаконично рассказать относительно того, что вчера заявляла противная сторона по поводу ссылки в предварительном договоре на партнеров и о соответствующих документах, где говорилось о том, что Березовский и Патаркацишвили имеют некую долю или права требования, некий интерес. Ссылка на партнеров в предварительном договоре была включена только для того, чтобы решить такую ситуацию: группа Trans-World, возможно, стояла за господином Абрамовичем, а у господина Дерипаски с Черными были проблемы, и он не хотел, чтобы они (Черной и его коллеги. – Прим. ред.) под прикрытием господина Абрамовича снова зашли в алюминиевый бизнес. Договоренность эта была достигнута в контексте так называемых алюминиевых войн. И я думаю, что стороны согласны с тем, что доходность алюминиевой промышленности тогда значительно сократилась, она была практически нулевой в силу рэкета, насилия, бандитизма. Практика решения вопроса посредством номинального владения, трастовых структур, подставных лиц и так далее приводила к тому, что никто не мог быть уверен в том, с кем он имеет дело. Как господин Булыгин отмечает, никто не знал на самом деле, собирается Абрамович платить за эти активы или нет, из своих он денег будет платить или не из своих, если вообще будет платить. Господин Дерипаска не знал, покупает ли Абрамович эти активы для себя или на самом деле братья Черные и Trans-World Group стоят за ним.

В 2004 году возникли очередные проблемы, связанные с отмыванием денег. Эти проблемы стали невыносимыми для господина Патаркацишвили к тому времени. Дело в том, что сотрудник банка Clydesdale в Европе по соответствию законодательству, который принял в свое время средства от компании «Девония», был обманут. И он отказался принимать эти средства от «Девонии». Он говорил, что это решение принято в австралийской штаб-квартире банка. В результате от господина Березовского и Бадри банк потребовал закрыть их счета как можно скорее. У них ушло больше трех лет, прежде чем они нашли банк, который был готов принять эти средства на свои счета. А тогда эти средства были заморожены, потому что Березовский и Патаркацишвили не могли эти средства перевести из банка Clydesdale в какой-то другой банк, могли только бегать по банкоматам и вынимать на улице деньги, больше ничего. Это наверняка объясняет, почему так странно господин Патаркацишвили согласился получать свои комиссионные. Бадри внес очень большой вклад в успех алюминиевой сделки. У него были личные контакты с большинством участвующих лиц, у господина Абрамовича таких контактов не было. Бадри провел переговоры и согласовал массу разных контрактов и договоренностей. И самое важное, после приобретения и слияния активов господин Патаркацишвили сыграл значительную роль в прекращении войны банд и рэкета, которые к тому времени практически поставили на колени эту промышленность. И после того как прекратилась эта война, отрасль снова стала прибыльная во благо своих владельцев. Господин Абрамович дает показания, в которых заявляет, что в итоге он согласился выплатить Бадри комиссию в размере 585 миллионов долларов и что такая договоренность была достигнута в августе. Возникает опять знакомая нам проблема: как же эти деньги перевести на западный счет? В это время Бадри уже являлся изгнанником и жил в Европе. Господин Абрамович позже согласился с господином Патаркацишвили, что он, господин Абрамович, переведет второй транш акций РУСАЛа вместо комиссионных, и тогда Бадри сможет от своего имени продать их Олегу Дерипаске. И тогда доход от этой сделки может совершенно честно быть представлен в западные банки, которым можно будет сказать: «Вот, я получил такую цену за активы, которые я продал».

Из меморандума фирмы «Брайан Кейв», из нескольких меморандумов, которые вам вчера были показаны, госпожа судья, совершенно понятно, что господин Дерипаска был озабочен тем, что у господина Березовского может быть тоже какой-то интерес, или какое-то владение, или какая-то доля в активах, которые приобрел Дерипаска от Бадри. Ну понятно, что господин Дерипаска этим немножко был взволнован, потому что господин Березовский в прессе заявлял, что у него тоже есть какая-то доля, какой-то интерес в этих активах. Поэтому господин Дерипаска и его юристы подумали, что если он подпишет соглашение с одним только Бадри, то в какой-то момент господин Березовский может предъявить к ним какой-то иск. И в итоге эту проблему решили следующим образом: господин Патаркацишвили гарантировал, что он был единственным представленным бенефициарным собственником тех акций, которые он продавал. И господин Дерипаска сказал, что он имеет дело только с господином Абрамовичем и что бенефициарным владельцем акций, которые продаются, является только Бадри Патаркацишвили и больше никто. То есть Бадри совершенно был не заинтересован в РУСАЛе, его интересовал только второй транш, который был создан для него специально в тот момент, когда этот транш продавался. Мы утверждаем, что у господина Березовского никогда не было никаких акций РУСАЛа.

Госпожа судья, если вы хотите, чтобы я какой-то еще вопрос осветил, то пожалуйста. А так у меня все.

Судья Элизабет Глостер: Большое спасибо.

Михаил Ходорковский
Ценообразование в нефтяных компаниях

Для начала хочу заметить, что уровень налоговой нагрузки в расчете на 1 тонну нефти у всех ВИНК был достаточно одинаковым (от Сургута до «Сибнефти»), за этим внимательно следили в МНС, где нефтяные компании ежеквартально отчитывались именно по этому показателю. Компании имели лишь возможность переносить часть уплачиваемых налогов из региона в регион (например, из региона добычи в регион переработки или сбыта продукции). На такую политику МНС смотрело «сквозь пальцы».

Сургут большую часть налогов платил в регионе добычи, т. к. имел в своем составе только один завод («Кириши»), и то расположенный в порту. Т. е. основная часть продукции уходила на экспорт, и необходимости пополнять своими налогами бюджеты иных регионов не было. За такую политику Сургут поощрялся властями ХМАО с помощью налоговых субвенций (т. е., по сути, финансирование за счет бюджета части затрат компании).

Но в целом уровень налоговой нагрузки сохранялся на среднем уровне (есть очень подробные исследования на эту тему).

Ценовая политика компаний, собственно, и обеспечивала перераспределение доходов между добывающими, перерабатывающими, сбытовыми, ремонтными, геологическими и прочими подразделениями.

Вообще, после развала СССР в 1991 году было три этапа, когда принципы ценообразования менялись.

Сначала, после прекращения действия цен, устанавливаемых государством, руководство добывающих компаний попыталось «перетянуть» всю прибыль от реализации нефти и нефтепродуктов в «свою» пользу. Т. е., зная цены мирового и внутреннего рынка, они попытались «высчитать» из этих цен затраты НПЗ, сбытовых предприятий и экспортных комиссионеров, а оставшуюся сумму потребовать себе.

Увы, все оказалось совсем не так просто. В условиях высокой инфляции, низкого платежеспособного спроса внутри страны, ограниченных возможностей экспорта и высоких банковских ставок договориться о затратах каждого из «участников концессии» было нелегко. Началось «перетягивание одеяла». Затем подоспела проблема неплатежей, и поставки попросту перестали оплачиваться.

Казалось бы, не платят – не поставляй! Но и это невозможно. В нефтяной промышленности нет свободных емкостей, т. к. хранить огромные объемы огнеопасной продукции дорого и страшно (даже в США стратегический резерв, по-моему, не превышает 90 дней). В России все емкости заполнялись за одну-две недели. После этого – остановка производства, которая в зимних условиях означала разрушение производственных мощностей (и на НПЗ, и в добыче).

Результат – добыча с 1991 по 1996-й упала практически вдвое! Разговор пошел об импорте топлива в Россию!

Приход частных владельцев в отрасль привел к созданию реальной вертикальной интеграции без участия Госплана и Госснаба. Т. е. компании начали самостоятельно и жестко планировать объемы производства, транспортировки и поставок своей продукции.

Неизбежным следствием такого подхода стало планирование затрат и объемов капиталовложений, что, в свою очередь, привело к необходимости изменения подхода к ценообразованию. Компании стали рассчитывать цену на нефть, услуги по ее переработке и сбыту, чтобы они покрывали необходимые затраты и формировали прибыль, достаточную для инвестиций.

Затем производилась проверка – будет ли произведенная по таким ценам продукция иметь сбыт. Если нет – происходил выбор: или сокращение затрат, или отказ от какой-то части производства в пользу новых капиталовложений из заемных средств. Подход оказался успешным. Началось восстановление производства, и к 2003 году отрасль практически вышла на дореформенные показатели, сохраняя высокий потенциал для дальнейшего роста.

В результате избирательного и непредсказуемого толкования закона бизнес-практика ценообразования была сломана. Центр прибыли смещен в сторону предприятий добычи. Однако такая схема породила предсказуемые проблемы: другие сегменты ВИНК (переработка, сбыт, геологоразведка и освоение новых регионов и т. д.) оказались лишенными средств. Передача денег через внутренние займы породила претензии миноритариев и неразбериху.

Спустя шесть лет начался возврат к прежней схеме трансфертного ценообразования на базе соглашений с налоговыми инспекциями и предоставления индивидуальных льгот для работы в отдельных регионах и на отдельных месторождениях.

Похожим образом ведется ценообразование и в «Газпроме». Мировой опыт подсказывает!

Четверг, 6 октября 2011 г.
Перекрестный допрос Бориса Березовского (10:15)

Перекрестный допрос Бориса Березовского.

Судья Элизабет Глостер: Господин Березовский, если вы предпочитаете сидеть, я уверена, что вы бы предпочли сидеть, пожалуйста, садитесь. Если вы хотите стоять, конечно, если вам удобнее в какой-то момент встать, пожалуйста, вас никто не ограничивает.

Свидетель: Спасибо. Как раз был мой первой вопрос: могу ли я менять положение. Спасибо.

В. (Г-н Рабиновитц): Доброе утро, господин Березовский. Господин Березовский, прежде чем мы приступим к опросу, пожалуйста, подтвердите, что у вас нет с собой мобильного телефона или какого-то другого мобильного устройства.

О.: У меня только ручки, но хотелось бы получить бумагу, чтобы что-то записывать.

Г-н Рабиновитц: Спасибо большое, у господина Сампшна несколько вопросов.

О.: Несколько?

В. (Г-н Сампшн): Совсем чуть-чуть. Доброе утро, господин Березовский.

О.: Доброе утро.

В.: В 1995 году какое у вас было мнение относительно политической коррупции?

О.: Сейчас я мысленно вернусь в 1995 год. Безусловно, существовала коррупция в России, не в такой степени, как сейчас, намного меньше, но коррупция была.

В.: В ходе производства по этому делу вы отвергаете утверждение, что вы занимались коррупцией, что вы были коррумпированы. Значит, вы осуждаете коррумпированную практику?

О.: Я подтверждаю, что я не коррупционер, я никого не подкупал, но что касается того, что я знаю, коррупция существовала, я не знаю, как определить ее уровень.

В.: Господин Березовский, вы были за коррупцию или против?

О.: Ну конечно, против. Я всегда против коррупции.

В.: Представьте себе, что бизнесмен обращается к избранному государственному служащему и говорит: «Я буду поддерживать вашу предвыборную кампанию, а вы используйте свое служебное положение таким образом, чтобы это помогало моим бизнес-интересам и бизнес-интересам моих партнеров». А избранный государственный служащий говорит: «Да». Это коррупция, по-вашему, или нет?

О.: Да, это, безусловно, коррупционное поведение.

В.: Профессор Фортескью – ваш эксперт по современной России. Он говорит, что в начале и середине 90-х годов вы были одним из наиболее политически влиятельных олигархов России. Вы согласны с этим?

О.: Согласен.

В.: Профессор Фортескью приводит три причины, по которым вас можно рассматривать как одного из наиболее политически влиятельных олигархов. Во-первых, ваши отношения с так называемой семьей и советниками президента Ельцина. Второе – ваши тесные отношения с другими олигархами, и в-третьих, то, что вы контролировали СМИ. Согласны ли вы, что эти три фактора были основными причинами, которые позволяли вам оказывать политическое влияние?

О.: Мне кажется, что основные причины вообще здесь не обозначены. Самая большая причина – это мои интеллектуальные способности.

В.: А принадлежащие вам СМИ давали ли вам возможность оказывать политическое влияние?

О.: Безусловно. В то время это было очень важно в России.

В.: Справедливо ли отметить, что в России в середине 90-х годов бизнесмен вроде господина Абрамовича не имел никакой возможности построить для себя большой бизнес без политического влияния и без помощи и поддержки человека с таким политическим влиянием?

О.: Я вовсе так не считаю, это зависит от ума, от ловкости ума. По-моему, чтобы получить влияние, чтобы получить поддержку, нужно иметь умственные способности. У него их не было, поэтому и не получил такое влияние.

В.: Мог ли бизнесмен построить для себя крупный бизнес в России в середине 90-х годов без политического влияния или без помощи человека с таким политическим влиянием?

О.: Ну, может быть, вам известно, что я начал свой бизнес с «ЛогоВАЗа», с нуля. И без какого-либо политического влияния я построил, создал крупнейшую компанию, которая продавала машины, то есть дилерство автомобильное, даже еще во времена Советского Союза у меня не было никакого политического влияния, никакой политической поддержки, тем не менее это произошло и без…

В.: То есть вы не думали, что господин Абрамович сможет выполнить свой проект объединения этих двух компаний – «Ноябрьскнефтегаз» и Омский НПЗ – без вашего влияния?



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22