Мэтью Кирби.

Assassin's Creed. Последние потомки. Гробница хана



скачать книгу бесплатно

– Будьте готовы и помните, чему я вас учил, – сказал он.

Оуэн не думал, что он когда-либо забудет изнурительные упражнения, которые Гриффин заставлял их выполнять в течение последних нескольких недель, совершенствуя их в боевой подготовке и фриране[10]10
  Дисциплина, сходная с паркуром, созданная Себастьяном Фуканом.


[Закрыть]
.

Ассасин кивнул головой в сторону монитора.

– У нас будет три минуты.

– До чего? – спросил Хавьер.

Гриффин не ответил. Он напечатал команду, нажал клавишу ввода и направился к воротам склада. С лязганьем и дребезжанием ворота поднимались по мере того, как он крутил ручку.

Солнце постепенно садилось, но было еще не совсем темно. Как раз то время дня, когда господствуют серые тени, но детали все еще различимы. Гриффин подвел их к дверям соседнего склада, где стояла его машина, но не успел он открыть замок, как они увидели свет фар, быстро приближавшийся из-за угла дальнего ряда.

– Это?.. – спросил Оуэн.

– Машина останется здесь, – сказал Гриффин и побежал в противоположном направлении. – За мной!

Оуэн и Хавьер бросились за ним. Пробежав несколько сотен метров, Гриффин остановился, подпрыгнул, и, уцепившись за край, вскарабкался на крышу склада. Оуэн последовал за ним, все еще немного удивленный естественными способностями, которые он получил за то время, которое провел в воспоминаниях своего предка-ассасина. Дождавшись Хавьера, все трое беззвучно двинулись прямо по крыше.

– Что случится через три минуты? – спросил Хавьер.

– Уже через двадцать три секунды, – ответил Гриффин.

Оуэн оглянулся. Он увидел свет фар транспортного средства, приближающегося к их складу, и много других огней, стекающихся к этому месту со всех направлений, в том числе и с неба.

– Это вертолет, – сказал он.

– Я слышу, – сказал Гриффин. – Сидите тихо…

Позади них грянул разрушительный взрыв, обдав волной жара спину Оуэна и на мгновенье оглушив его. Внезапная вспышка света осветила крышу, по которой они бежали, а также крыши соседних рядов, где Оуэн заметил десяток фигур, медленно двигающихся к ним. На преследователях была черная военная форма и шлемы, которые давали им возможность находить и отслеживать сложные цели.

– Тамплиеры, – прошептал Оуэн, и все трое припали грудью к крыше.

– Похоже, Ротенбург был прав, – сказал Гриффин. – И они пришли подготовленными.

– Вы взорвали собственное убежище? – спросил Хавьер.

В небо поднимался столб густого дыма. Оуэн почувствовал запах горелого пластика.

– Стандартная процедура, – сказал Гриффин. – Не останется ничего, что могло бы им помочь в стремлении выследить Братство.

– Тогда они будут следить за нами, – сказал Оуэн.

– Нет.

Следуйте за мной.

Гриффин перепрыгнул на другую крышу и побежал.

Оуэн и Хавьер сделали то же самое, и, достигнув края крыши, троица спрыгнула на землю. Теперь они находились в темном пустом проходе напротив того места, откуда беглецы взобрались на крышу.

Гриффин закатал рукав и что-то сделал со своей Перчаткой.

– Достаньте оружие.

Оуэн перевел дыхание, открыл свой рюкзак и вытащил несколько метательных ножей и гранаты. Хавьер достал свой арбалет-пистолет. Ассасин поднял руку вверх, и из Перчатки вырвался электрический скрытый клинок длиной 15–18 сантиметров. Через секунду Гриффин спрятал его, но Оуэн все еще ощущал сильный запах меди, исходивший от него.

– Мы должны убедиться, что за нами не следят, а затем двигаться к месту встречи, – Гриффин посмотрел по сторонам. – Будьте начеку. Это не тренировка.

Они немного отдалились от места взрыва. Оуэн совершенствовал свое восприятие, как делал его предок, прислушиваясь ко всем окружающим звукам.

Они продвигались к концу прохода, проходя склад за складом. Вскоре все трое подошли к концу ряда и на расстоянии трех метров от себя увидели сетчатый забор.

Но до этого Оуэн что-то почувствовал.

Всеми своими рецепторами – слуховыми, обонятельными и осязательными – он ощущал явное присутствие агентов, готовящих им западню по обе стороны прохода. Гриффин и Хавьер не обладали таким уровнем восприятия, как Оуэн, но даже они, казалось, знали о присутствии агентов. Троица молча остановилась. Оуэн держал наготове пару электромагнитных гранат, Хавьер зарядил свой арбалет-пистолет, а Гриффин занял боевую позицию и затем кивнул.

Оуэн ринулся вперед, бросая гранаты в сторону противника, и хотя взрывы прозвучали бесшумно, эффект был оглушительным. Вопя и натыкаясь друг на друга, агенты тамплиеров пытались сбросить свои шлемы. Их оружие валялось на земле, а электронные устройства обуглились.

Их было восемь человек, по четыре с каждой стороны. Хавьер бросился за угол, метая дротики, заряженные нейротоксином, и один из них достиг цели. Гриффин нанес удар ближайшему агенту, поразив его электрическим зарядом своего скрытого клинка, б?льшим, чем у любого электрошокера, и сразу бросился еще на двоих.

Через несколько секунд половина тамплиеров лежала на земле. Но четверо все еще продолжали бой. Оуэн вытащил дымовую гранату, чтобы обеспечить Хавьеру и Гриффину прикрытие, но не смог совладать с механизмом. Его руки дрожали, и он смотрел на свои дрожащие пальцы, которыми не мог выдернуть чеку, с отдаленным осознанием того, что боится. Его тело охватил страх, в то время как ум оставался ясным.

– Оуэн! – закричал Хавьер.

Оуэн повернулся, и в то же время тяжелый удар чуть не сбил его с ног. Пошатнувшись, он по инерции сделал пару шагов вперед, прежде чем обернуться и увидеть лицо нападавшего. Это была женщина без шлема, в руках она держала кусок арматуры длиной с бейсбольную биту.

Это не тренировка.

Оуэн выпрямился, ему удалось уйти от ее удара, нанося ответный боковой в челюсть, но агент была быстрее и опытней. Ее острый локоть вонзился в лицо Оуэна, на миг ослепив его. Он ожидал завершающего удара арматурой, но подоспел Гриффин, и женщина рухнула наземь с дымящимся ожогом на шее, куда поразил ее клинок ассасина.

За спиной раздался глухой звук. Обернувшись, Оуэн увидел, что это Хавьер только что сразил другого агента выстрелом из своего арбалета. Оуэну, наконец, удалось активировать дымовую гранату, и в облаке, которое вырвалось из нее, Гриффин обезвредил последних двух тамплиеров.

– Скорее, – промолвил он, покашливая. – Скоро остальные заметят, что эти агенты исчезли.

Они перелезли через забор и бежали по пустырю, заваленному пустыми консервными банками и заросшему сорняками, стараясь не попадать под свет вертолета над головой, пока не достигли оживленной улицы. Спрятав оружие в рюкзаки, компания попыталась раствориться в толпе. Оуэн изображал сгорбленного, уставшего после долгого рабочего дня человека, взгляд его был понурым. Гриффин однажды упоминал о способности ассасина прятаться на виду, но ни Оуэн, ни Хавьер до конца не понимали, что это значило. Они даже не были настоящими ассасинами, несмотря на только что сделанное. Оуэн оставался с Гриффином только для того, чтобы помочь своим друзьям и узнать, что на самом деле случилось с его отцом.

Гриффин оглянулся.

– Мы возьмем такси.

– Такси? – переспросил Хавьер. – Ассасины берут такси?

– Именно, – сказал Гриффин. – Если хочешь спрятаться, прячься на виду.

Он свистнул, и через мгновение к тротуару подъехал белый седан с клетчатыми полосками по бокам. Троица разместилась на заднем сиденье, Гриффин объяснил водителю маршрут. Когда они тронулись, Оуэн обернулся и посмотрел на пустырь и дымящийся склад сквозь заднее стекло.

Руки его все еще тряслись, и он крепко сжал их в кулаки.

Что же с ним там произошло? Он леденел от мысли, что если бы у женщины вместо той арматуры был пистолет или нож, он, наверное, был бы уже мертв. Тренировки Гриффина, казалось, должны были помочь, но на деле вся эта ситуация становилась все тяжелее.

В течение первых нескольких дней и недель после симуляции бунтов в Нью-Йорке из-за призыва Оуэн был уверен в своих способностях и даже ощущал себя могущественным. Но теперь он задавался вопросом, не была ли эта уверенность в себе ложной. Возможно, это только отголоски воспоминаний его предка в голове Оуэна. Вариус был искусным ассасином, и, прожив в этих воспоминаниях, Оуэн тоже почувствовал, что у него есть способности. Но теперь, когда воспоминания Вариуса ему не помогали, Оуэн понял, что, наверное, у него нет могущества его предка. Он все еще был подростком, а те тамплиеры были отправлены, чтобы либо захватить его, либо убить.

Большую часть пути они молчали. Наконец Гриффин велел таксисту высадить их на углу, где они немного подождали, прежде чем поймать другую машину и направиться в пригород. Оуэн понял, что это все для того, чтобы убедиться в отсутствии преследования. И, похоже, сработало: огни вертолета тамплиеров постепенно исчезли из поля зрения.

Такси остановилось возле незнакомого дома на тихой улице. После того как машина отъехала, они двинулись пешком, следуя за Гриффином.

Хавьер повернулся к Оуэну:

– Ты в порядке?

– Да, – ответил Оуэн.

– Это было опасно, – сказал Хавьер.

– Ты хорошо поработал, – сказал Оуэн, немного завидуя самообладанию друга и мастерству, продемонстрированному Хавьером.

– Вы оба неплохо поработали, – похвалил Гриффин. – Но эти агенты были не лучшими. Обсудим подробнее, когда доберемся до места встречи.

Примерно через пару километров они дошли до конца микрорайона. Асфальт превратился в грязь и гравий, а городской пейзаж сменился деревенским. Еще через несколько километров пути по полям и пастбищам, окруженным дремучим лесом и холмами, очередной раз повернув, среди деревьев они увидели большой дом.

– Ого! – воскликнул Хавьер.

Дом, казалось, был заброшен уже сотню лет. Он был двух– или трехэтажным, обитым сайдингом и деревянными дощечками, и выглядел серым, растрескавшимся и обветренным. Крыльцо перед фасадом дома просело, на углу крыши возвышалась угловатая башенка с круглым, потемневшим от времени окошком, выглядевшим как глаз циклопа, и кованой железной коронкой на верхушке. Большинство окон и входная дверь были заколочены досками.

– Вот он, – сказал Гриффин.

Оуэн снова взглянул на дом.

– Это он?

– Что-то в духе семейки Аддамс, не так ли? – сказал Хавьер.

Оуэн согласился, но Гриффин не обратил на него внимания.

– Пошли.

Они направились прямо к входной двери по каменной дорожке, заросшей с обеих сторон сорной травой по колено. Это место вызывало у Оуэна мурашки по всему телу. Он не видел, чтобы внутри горел свет; не было никаких признаков Ребекки Крейн.

– Это место встречи? – спросил он.

– Да, – ответил Гриффин.

Они взошли на крыльцо, и растрескавшиеся деревянные ступени, забитые ржавыми гвоздями, заскрипели под их весом.

Оуэн вздрогнул.

– Но где…

И вдруг входная дверь открылась.

Хавьер взвизгнул, а Оуэн отскочил назад и чуть не свалился с крыльца.

– Гриффин, – произнесла женщина, стоявшая в темном проходе. – Я ждала вас.

– Ребекка, – сказал Гриффин. – Приятно, что ты снова в деле.

Видимо, дверь только казалась заколоченной. Женщина жестом пригласила их войти.

– Быстрее, внутрь.

Гриффин вошел первым, а Оуэн последовал за ним, оглядываясь на Хавьера. Попав в коридор, они убедились, что интерьер дома соответствует его внешнему виду. Выцветшие обои кусками свисали со стен, дверные проемы изгибались под причудливыми углами, а в воздухе стоял запах пыли и плесени. Лестница на второй этаж выглядела так, что Оуэн вряд ли стал бы по ней подниматься, а далее по коридору виднелась лишь кромешная тьма. С обеих сторон коридора они видели пустые комнаты; люстры, висевшие под потолком, были затянуты паутиной.

Ребекка закрыла входную дверь на электронный замок, который определенно не подходил к интерьеру дома, и Оуэн понял, что место было, вероятно, намного более безопасным, чем казалось на первый взгляд.

– Вы прибыли позже, чем я ожидала, – сказала она. – У вас возникли проблемы?

– Тамплиеры напали на нас, когда мы уходили, – ответил Гриффин. – Нам пришлось проделать долгий путь.

– Жаль, – сказала она. – Но, во всяком случае, теперь вы здесь.

– Что это за место? – спросил Оуэн.

Ребекка огляделась и посмотрела в потолок.

– Это место является тем, чем выглядит. В основном.

– Значит, это дом с привидениями? – спросил Хавьер.

Ребекка улыбнулась, ее улыбка была едва заметна в темноте.

– Здесь лишь те призраки, что скрыты у тебя в ДНК, Хавьер.

– Вы знаете мое имя?

– Конечно, мы знаем.

Оуэну не понравилось, как она это произнесла.

– Итак, каков план? – спросил Гриффин. – Гэвин сказал, что у тебя есть инструкции.

Ребекка кивнула.

– Сюда.

Она пошла по темному коридору. Все трое последовали за ней. Через некоторое время Ребекка остановилась и открыла дверь справа от них.

– Ступайте осторожно, – сказала она, очевидно, приглашая их спуститься. – Лестница ведет в подвал.

Гриффин пошел без каких-либо колебаний, Хавьер двинулся за ним. Оуэн нашарил руками перила, а затем медленно начал спускаться, отчаянно пытаясь разглядеть в темноте хоть что-то, чтобы ориентироваться. Осторожно, нащупывая ногой ступеньку за ступенькой, он двигался вниз. Гулкие шаги Гриффина эхом раздавались внизу, а наверху Ребекка закрыла дверь, ведущую на лестницу.

– Сейчас включится свет, – сказала она. – Закройте глаза.

Оуэн послушался, но даже сквозь веки увидел, как яркий свет наполняет помещение. Открыв глаза, он обнаружил, что состояние этой части дома существенно отличалось от того, что было наверху. Он увидел гладкие стены с серой панельной обшивкой, и в целом помещение почти идеально соответствовало представлению Оуэна о том, как должно выглядеть укрытие ассасина. Во всяком случае, это не склад.

В помещении было несколько компьютеров, большой стеклянный стол для совещаний и целая стена с оружием, одеждой и доспехами. В дальнем углу комнаты Оуэн заметил кресло с откидной спинкой, почти такое же, как то, которое использовал Монро с его Анимусом.

– Твоя работа? – спросил Гриффин, кивнув в его сторону. – Кресло?

– Нет, – ответила Ребекка. – Не совсем. Шон, новый техник из «Абстерго», достал процессор и чертежи в Мадриде, а я использовала их для создания этой машины.

– Шон? – спросил Хавьер.

– У нас есть друг, которого зовут так же, – сказал Оуэн.

– Да? – склонила голову Ребекка. У нее были короткие каштановые волосы и оливковая кожа; она напоминала Оуэну Наталью.

– Ваш друг тоже циничный эгоист, который думает, что он умнее всех?

– Гм, нет, – пробормотал Оуэн.

Ребекка пожала плечами.

– Тогда, должно быть, это другой парень.

Она повернулась к Гриффину:

– Ты еще помнишь, как управлять Анимусом?

– Конечно, – сказал Гриффин. – Но зачем? Ты не останешься?

– Нет. Я нужна в другом месте.

– Что может быть важнее этого? – спросил Гриффин. – Я о Трезубце Эдема. Одна из частей уже найдена. Вторая…

– Я знаю, – сказала Ребекка. – Но поверь, в мире сейчас творится чертовщина, а Братство слишком малочисленное. У меня есть приказ. Сейчас вы должны действовать самостоятельно. Это безопасное место, я обустроила его для вас. Все готово к использованию. Как думаешь, вы справитесь?

Прищурившись, Гриффин замолчал. Оуэн почувствовал напряжение, возникшее между двумя ассасинами. Гриффин выглядел неуравновешенным и рассерженным. По-видимому, в Братстве было не все так гладко. Но мгновенье спустя Гриффин кивнул и заметно расслабился.

– Хорошо, – сказал он. – Я знаю, что это не твой выбор.

– Это так, – ответила она. – И не Гэвина, и даже не Уильяма. Этот выбор заставили сделать тамплиеры, когда пятнадцать лет назад почти уничтожили нас.

– Для меня есть указания?

– Ротенбург говорит, что сейчас тамплиеры в поиске второго кинжала, который в последний раз видели в средневековом Китае. Нам нужно добраться до него первыми, – Ребекка повернулась и указала на Оуэна. – С помощью призраков из его ДНК.

Глава 3

Шон не мог дождаться, когда вернется в Анимус. Виктория решила ввести временные ограничения его занятий, и вчера вообще не позволила ему войти в симуляцию. Это было очень неприятно, но Шон выдержал целый день, и после завтрака он должен был вернуться в кольцо.

– Доброе утро, – борясь с зевотой, сказал Дэвид, входя в зал, который служил им местом отдыха. – Маффины еще не принесли?

Шон кивнул в сторону буфета.

– Сегодня бананово-ореховые.

Дэвид остановился в полушаге от холодильника.

– Неважно.

– Ты не любишь бананы? – спросил Шон.

– Мне не нравятся орехи, – ответил Дэвид, поправляя свои очки с толстыми стеклами в белой оправе, и направился к плитам.

Вошла его старшая сестра, Грейс. Ее темные, кудрявые волосы были собраны на затылке. Ей было пятнадцать, почти как Шону, и за последние несколько недель он узнал о ней больше, чем о ее тринадцатилетнем брате. Грейс и Дэвид почти никогда не оставались в Эйри надолго. По сути, их папа забирал их обоих домой на несколько дней, но потом они возвращались. Шон еще не спрашивал, в чем дело, но собирался как-нибудь это сделать.

Для него никогда не стоял вопрос, оставаться или нет. Компенсация за аварию, которая случилась несколько лет назад, едва покрыла больничные счета Шона, и его родители нуждались в деньгах «Абстерго». Уход за паралитиком стоил им более семидесяти тысяч долларов в год. Но даже несмотря на это Шон хотел бы остаться, просто для себя.

– Доброе утро, Грейс, – сказал он.

– Доброе утро, – она направилась за кофе. – Виктория собирается впустить тебя сегодня?

Шон поковырял омлет.

– Она сказала, что да.

– Где ты остановился? Томми вернулся из Лондона?

– Да. Я закончил с этим расследованием и вернулся в другой бунт.

– Томми Грэйлинг, похоже, любит бунты, – сказала она, садясь рядом с ним.

– Я бы так не сказал.

Грейс сделала глоток кофе и посмотрела на Шона поверх кружки.

– Значит, тебе нравятся бунты?

Шон улыбнулся.

– Мне правда нравится действие. Но в Нью-Йорке в девятнадцатом веке почти всегда происходили бунты.

– Ты сегодня видел Наталью? – спросил севший рядом Дэвид, держа в руках тарелку, на которой было больше бекона, чем яиц.

– Еще нет, – сказал Шон; он был бы не против повидать Наталью.

Он по-прежнему ощущал себя неловко и нервничал всякий раз, когда она входила в комнату. Он не должен был ничего говорить. Он должен был просто оставить все, что было между Томми и Аделиной, в симуляции. Но все было так запутано – кто есть кто, и что все это значит. Он даже не понимал, нравится ли ему Наталья, или это были ощущения Томми, влюбленного в ее предка.

– Почему же Виктория тебя ограничивает? – спросила Грейс.

– Она говорит, что я могу стать слишком зависимым от этого, – Шон отставил почти пустую тарелку.

– Как наркоман? – спросил Дэвид.

– Что-то в этом роде, – ответил Шон.

Но он не думал, что это возможно. Он и правда проводил почти целый день в симуляции, но это не делало его наркоманом. Как можно быть зависимым от воздуха?

– Ты ведь знаешь, что с тобой все в порядке, верно? – спросила Грейс. – И я не имею в виду симуляции.

Шон посмотрел в ее глубокие карие глаза. Ее голос прозвучал совершенно искренне, мало кто говорил так о таких вещах. Они знали о дискриминации инвалидов, и старались поддержать его, хотя легче от этого не становилось. Ему казалось, что Грейс это понимала.

Шон постучал по подлокотнику коляски.

– Мне кажется, что с этим что-то не в порядке.

– Я не это имела в виду, – сказала она. – Ты…

– Доброе утро, – сказала Наталья, входя в комнату.

– Доброе утро, – ответил Дэвид. – Не видел тебя прошлой ночью.

– Я плохо себя чувствовала.

Наталья схватила бублик и йогурт.

Фраза, которую Грейс собиралась сказать, как будто на мгновение повисла в воздухе, а затем развеялась, как пар от ее кофе. Шон был рад, что она не прозвучала.

– Все еще страдаешь от головных болей? – спросила Грейс у Натальи.

Она кивнула.

– А вы, ребята?

– Моя боль проходит через несколько часов, – сказала Грейс.

– Моя тоже, – сказал Шон. Сначала голова болела ужасно, но теперь было легче. В любом случае, это того стоило.

Наталья села за стол напротив Шона, и он почувствовал небольшое напряжение в районе живота. Если и была одна вещь, которую он хотел изменить для себя в Эйри, то это было его притяжение к ней.

– Ты нашла Частицу Эдема? – спросил Дэвид, жуя полоску бекона.

Сидевшие за столом притихли. Все знали, зачем они здесь. Все они знали, что случилось в симуляции нью-йоркских бунтов Монро, еще до того, как корпорация «Абстерго» нашла их, и они узнали свою историю. Все они знали, что будет поставлено на карту, если три части Трезубца Эдема найдут и объединят. Но подростки не часто говорили об этом. Это было немного похоже на разговор об инопланетянах или волшебниках.

– Еще нет, – спокойно сказала Наталья.

– Как продвигается симуляция в Китае? – спросила Грейс.

Наталья уставилась на бублик на тарелке.

– Тяжело. Там много смерти.

– Это было бы тяжело для любого, – сказал Шон, пытаясь подбодрить ее, но это прозвучало как-то пренебрежительно.

Наталья просто кивнула, не поднимая глаз.

Ему захотелось уйти немедленно, прежде чем ситуация стала еще более неудобной.

– Томми ждет, – сказал он. – Думаю, мне пора.

– Увидимся вечером, – сказала Грейс.

Дэвид кивнул ему. Шон выкатил инвалидное кресло из-за стола и направился к двери. Каждый раз, когда он уходил от группы таким образом, катясь в своем кресле, он чувствовал, что все они старались не смотреть, как он едет. Шону говорили, что ему это только кажется, но они всегда замолкали, когда он отъезжал от них. Как будто боялись говорить, пока он не ушел, как будто нужно подождать, с уважением или еще какими-то чувствами наблюдая за его передвижениями. Он ненавидел это и был рад поскорее добраться до двери. В этот момент Дэвид начал рассказывать о симуляции воспоминаний своего прадедушки, который был пилотом группы Таскиги[11]11
  Группа афроамериканских пилотов, участвовавших во Второй мировой войне.


[Закрыть]
во время Второй мировой войны.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6

Поделиться ссылкой на выделенное