Мэри Черри.

Серый волк



скачать книгу бесплатно

Он порылся в интернете с телефона, нашел номер Склифосовского. Собрался звонить, но вспомнил, что есть еще районная, и логичнее начать с нее. Быстро отыскав номер, он позвонил – занято. Ближайшие десять минут автопрозвона не изменили результат. Дима бросил это занятие, поняв, что все равно не знает, о чем их там спрашивать.

Велосипед! Твою же мать!

Дима ринулся вниз. Велик валялся у подъезда, там, где Дима его бросил. Н-да!

Он затащил его наверх и втолкнул в коридор Серегиной квартиры.

***

К своему огромному неудовольствию, Сергей обнаружил в своей квартире Диму. Тот вышел в коридор из кухни как-то боязливо, с трудом натягивая улыбку.

Дима явно не знал, подходящий ли это случай, для того, чтобы обнять своего друга интроверта, который не любил вообще никакие прикосновения. Он засунул руки в карманы поглубже, чтобы уберечь Серегу от возможного похлопывания по плечу.

– Здарова! Ну, ты как брат? Нормально все?

Во рту у Сергея была горечь, его подташнивало. Он поднял большой палец вверх.

– Фуф, ну и напугал ты меня, честно говоря. А я это … прикинь… я велик оставил на улице. Минут тридцать там провалялся, наверное. И главное, не стащили. Вот, что значит центр. У нас бы на Волгоградке церемониться не стали.

Сергей недоуменно посмотрел на велосипед, прислонившийся к стене пустого коридора.

– Да я это, думал заскочить к тебе. Мне Ирка фотку лайкнула, прикинь. Я хотел обсудить лично. Ну, все-таки знаешь, чтоб не сделать какую-нибудь тупость. А тут … «скорая», все дела. Менты даже! Ужас просто.

Сергей напрягся.

– Приходили из полиции?

– Да ты не волнуйся, – Дима шагнул было вперед, чтобы ободрить приятеля похлопыванием по спине, но вовремя взял себя в руки. – Он даже подниматься не стал. Это обалдеть. А вдруг тебя жена пыталась отравить. Даже не посмотрел!

Сергей успокоился. Он никогда не возмущался бездействием органов правозащиты.

Все также молча он пошел на кухню. Дима, не переставая говорить что-то, проследовал за ним. Сергей поставил чайник, вылил заварку, вымыл руки под кухонным краном и вытер их о похрустывающее голубое вафельное полотенце.

– Тут эта твоя соседка, Нина-как-там-ее, она скорую вызвала. А я ведь даже не знал. Ты же даже не… Я не понял, что это было, если честно. Серый ты это… У тебя депрессия что ли?

Эти сутки Дима не терял даром. Развалившись на Серегином диване, он внимательно изучал статьи о суициде, пользуясь Серегиным же ноутбуком, благо, пароля на нем не было (Сергей не держал в сохраненных картинках фотографии окровавленных жертв).

Сергею больше всего хотелось, чтобы Дима ушел или хотя бы замолчал. Но он не знал, как его выгнать. Голова отказывалась работать. Хотелось лечь.

– Слушай, надо ей сказать. Что с тобой все нормально. Старушенция реально переволновалась. Еще окочурится там.

– Какая старушенция?

– Ну, соседка твоя, эта… Блин, я забыл, как ее отчество?

– Ивановна, – хмуро подсказал Сергей.

– Ладно, пойду ей скажу.

Дима направился в сторону двери.

– Дим, ты скажи, что я сплю.

Дима успокоил его жестом руки – ну, понятно, братан, о чем речь.

Сергей понял, как ему избавиться от Димы.

Ему действительно хотелось спать.

– Слушай, Дим. Ты не обидишься? Я просто действительно очень спать хочу…

– Да, конечно, какие проблемы. Иди, спи. Я у тебя в компе пока посижу, – Дима уже взялся за дверную ручку.

– Э-э-э, да нет. Я вообще-то хотел побыть один, – Сергей не нравилась непонятливость приятеля.

Дима замялся. Обитатели фейсбука единогласно не рекомендовали оставлять суицидника в одиночестве.

– Слушай, Серег. Я понимаю, да. Но… Я ж все-таки волнуюсь.

Серега открыто улыбнулся Диме.

– Спасибо, брат.

Даже хлопнул его по плечу.

– Но я действительно хочу побыть один. Я тебе обещаю, голову в духовку совать не буду.

Про духовку Дима и забыл.

Он несколько секунд внимательно смотрел на Серегу. Инесса одна дома уже сутки. А друг выглядит вполне бодро и даже улыбается.

– Ну ок, – пожал он плечами.

Дима взял велосипед, развернул его, выходя, еще раз посмотрел на Серегу.

– Слушай, ты береги себя.

«Ну, до чего дебильная фраза», – заметил он мысленно.

Сергей улыбнулся еще раз.

– Хорошо. Спасибо, Дим.

Дима осторожно вывел велосипед из арки на Тверскую. Вдалеке слева виднелся Исторический музей. Верный друг уже перекинул ногу и собрался выехать на велосипедную дорожку, как некая неведомая сила заставила его повернуть обратно.

Нет. Нельзя его оставлять. Дима ведь даже не понял, что с Серегой произошло. Инесса простит его. Ну, то есть, наверное, не простит. Наверное, она уже сейчас дерет его с таким трудом выращенный бамбук. Но все-таки.

***

Кто-то стучал в дверь, как сумасшедший. Наверное, Нина Ивановна. Черт бы их всех побрал. Ну, им-то какое дело, что он тут собрался с собой делать. Прямо они жить без него не смогут.

Колотили все настойчивее.

Брякнул телефон.

От Димы.

«Открой. Забыл у тебя ключи».

Ну, конечно, как же.

Сергей швырнул в сторону раковины нож. Похоже, придется какое-то время повременить, пока они не успокоятся. И заодно придумать нормальный способ. Это ж надо было так напортачить с теми таблетками.

В дверном глазке маячила салатовая футболка Димы.

Сергей приоткрыл дверь, и футболка втиснулась внутрь квартиры.

Сергей смотрел на Диму с улыбкой.

– Где ключи-то забыл?

– Слушай, Серег, извини. Я понимаю, ты спать хочешь и все такое, но я реально не могу тебя оставить. Ну, я знаю, это глупо с моей стороны, но серьезно. Ты ведь мне даже не сказал, чего ты таблеток-то нажрался?

Сергей понял, что ему сейчас должно быть стыдно. Он потупил взор, виновато улыбнулся Диме.

– Да это… ну, глупая ситуация… Старая любовь.

– Да ладно, Серый! Придется тебе рассказать!

Сергей понял, что Дима вознамерился проявить все качества настоящего друга. Тот считал, что они повязаны многим. Все-таки редко кто сохраняет институтскую дружбу более трех лет, а они были не разлей вода уже почти десять лет. И это при том, что Дима даже не закончил институт, а Серега всегда был отличником, настоящим ботаном. Красный диплом и все такое. При этом Серега не был уродом. Он всегда прикрывал его на парах, когда тот просыпал будильник. Он всегда мирил его с Иркой, а когда Дима ее бросил, поддержал его всей душой. Он даже соглашался кормить его кошку, когда Дима уезжал. Короче, они были настоящие кореша. И теперь он должен не повести себя как скотина, бросив друга в беде, а выяснить, что это за такая любовь, из-за которой дружбан решил нажраться таблеток.

Сергею Дима был глубоко безразличен. Его совершенно не интересовало, что там у него происходит с его Леркой, или как там ее. Ему было до лампочки, на какие шиши он живет, и чем вообще занимается. Но он знал, что у маньяков не бывает близких друзей. А поскольку Сергей шел против «системы», он решил, что ему нужен близкий друг. Дима подходил идеально. Он был совершенно зациклен на себе и никогда не лез в дела Сереги. Сейчас он ему очень мешал, но видимо, так должно было быть. Они прошли в комнату.

Сергей отвел глаза в сторону, как бы не желая рассказывать, что пробудило новую волну любопытства у Димы.

– Так, чел, все. Ты мне никогда не рассказывал про своих. Давай, колись, что там за несчастная любовь такая.

– Помнишь Маринку?

– Это толстая такая. Да ладно?! Она? – удивлению Димы не было предела.

Сергею понравилась реакция Димы, и он уже собрался подтвердить, но побоялся, что Дима может с ней связаться в сети.

– Нет, ее подруга…

Дима был чуть разочарован.

– Но той же весовой категории.

Снова восторг Димы.

– Ну, в общем, мы встречались какое-то время. Ну так, непостоянно. И нам было так хорошо вместе…

«Сладкий ноябрь», «Кейт и Лео», «Римские каникулы», – Дима обожал эти фильмы, хотя вслух говорил, что обожает «Бойцовский клуб».

– И я ей сделал предложение. Она сказала, что подумает. А через месяц, как раз несколько дней назад, я узнал, что она выходит замуж.

Восторженное любопытство на лице Димы сменилось обидой. (Перебор).

– Ты сделал ей предложение? То есть замуж позвал?

– Э-э-э, – отступать было некуда. – Ну да. Но я…

– То есть я не то что про твоих девок не знал, я бы даже не знал про твою жену. Я так понимаю, ты бы меня и на свадьбу приглашать не собирался?

– Ой, ну Дим, ну какая свадьба…

– Какая? Ну, я не знаю какая. Какая у всех. ЗАГС, Красная площадь, тамада, торт.

– Дим, ну извини. Естественно, я бы тебя позвал. Я просто не хотел сглазить. Но видишь, все равно, все так получилось…

Диме стало стыдно.

– Блин, дружбан, прости. Я это… Не, но ты серьезно из-за этого таблеток нажрался? Из-за бабы?

– Слушай, я действительно… Ну, то есть мне казалось, что я действительно ее люблю. Это было глупо. Я знаю. Я, наверное, просто покрасоваться хотел.

– Покрасоваться? – в голосе Димы снова сквозила обида. – Нет, чувак. Ты не хотел покрасоваться. Ты реально хотел это сделать. Ты даже записку не оставил. Я всю квартиру обыскал.

Обыскал всю квартиру. Так.

– Ну, хорошо, ладно. Это был импульс. Я очень расстроился, и сделал такую дурость. Но ведь все же обошлось.

– Чудом.

– Ну да, чудом, – согласился Сергей. Он бы сейчас согласился на что угодно, лишь бы Дима ушел.

Дима немного помолчал. Они сидели в гостиной-кабинете. Дима на диване, а Серега на офисном стуле у компа.

– Я хочу, чтобы ты мне реально поклялся, что такого больше никогда не сделаешь.

– Клянусь.

– Нет, погоди.

Дима поднялся, посмотрел на книжные полки, потом взгляд его упал на завешенную платком икону, висевшую в красном углу.

– Это икона?

– Ну… да, вроде, – Сергей с опаской посмотрел на приятеля.

Дима встал на подлокотник дивана, собираясь снять тряпицу.

– Стой, ты что делаешь? – вскочил Сергей.

– Хочу снять тряпку, чтобы ты поклялся мне на иконе, – спокойно ответил Дима

– Что за бред? – холодно поинтересовался Сергей.

– Не бред. Бред – жрать таблетки из-за какой-то дуры, – справедливо заметил Дима.

– Дим, успокойся. Не буду я больше этого делать. Не трогай икону, я все равно не буду на ней клясться.

– Почему?

– Потому что, если я действительно решу уйти из этого мира, мне будет плевать на обещания, которые я в нем давал. Хоть на иконе, хоть – без, – спокойно, но твердо сказал Сергей.

Дима спустился с дивана. Не потому, что поверил Сереге. Его все-таки как-то смутило, что икона занавешена. Он не разбирался в религии. И мало ли, может, это что-то значит. Он вспомнил, как его обругала какая-то женщина за то, что он не снял кепку в храме. Он просто стоял в церкви и разглядывал фреску, которую как раз реставрировали. А она прямо как с цепи сорвалась. Он тогда быстро снял кепку и перекрестился, чтобы не бесить тетку. Мало ли сумасшедших.

– Ладно. Короче, я вчера почитал об этом обо всем. И думаю, что тебе надо сходить к психиатру, – со вздохом сказал Дима.

– Прямо вот сразу к психиатру? Может, все-таки к психологу? – уточнил Сергей.

– Нет. Именно к психиатру. Психолог – это не то. Я сам ходил к психологу одно время. Это скорее такое развлечение. А психиатр – врач, – строго объяснил Дима и добавил, оправдываясь, – не думай, что я тебя психом называю. Поход к психиатру, это не значит, что в психушку тебя положат. Просто опытный человек скажет, что с тобой, совет даст или витамины пропишет. Может, вообще, дело не в этой девке, а в чем-то другом.

Ой, Дима, ты и не представляешь, насколько ты прав.

– Ну, я не знаю. Как-то бессмысленно это. Из-за одной-то попытки, – неуверенно заметил Сергей, радуясь, что Дима забыл про икону.

– А нужна вторая? А если удачная получится? – с едкой иронией спросил Дима.

– Ну ладно, хорошо. Я подумаю, – Сергей снова сел на стул.

Дима также уселся на диван.

– Я там на форуме нашел одного психиатра. Вроде нормальный. Народ рекомендует. Я тебе скину на вотсап его контакты, – Дима стал листать экран смартфона.

– Ладно.

Сергей пропустил все это мимо ушей. Сообщение открыл, чтобы Дима видел, что оно прочитано. Какой к чертям психиатр? Доктор, вы знаете, у меня есть маленькая проблема. Я иногда, не очень часто, но бывает, убиваю людей. И как долго это у вас? Лет двенадцать, не больше. А, ну вот вам рецепт. Попробуйте это. И диету надо соблюдать. Исключите из рациона бананы, от них, вы знаете, все звереют.

Глава 4. А не псих ли вы, дяденька?

– Ты чего это убежал вчера, Сергей?

Самуил Аркадьевич зашел в кабинет, убирая в карман темно-синего пиджака телефон.

Сергей как раз закончил просмотр документов по одному делу, и теперь задумчиво потирал верхнюю губу, пытаясь понять, каким законом можно прикрыть не самую белоснежную схему одной крупной строительной организации.

Самуил Аркадьевич уселся в клиентское кресло через стол. Сергей в три движения собрал документы и убрал их в папку.

– Да что-то нехорошо себя почувствовал. Подозрительную шаурму съел.

– Ну, вот сколько раз я тебя предупреждал. Ты как помоечный кот, – пожурил его директор.

Сергей весело усмехнулся этому сравнению.

– А я тебя, между прочим, неслучайно ругаю, – складывая руки на животе, заметил Самуил Аркадьевич. – Ты упустил очень интересного клиента. Пришлось Владику его перепоручить.

– Я уж испугался, что для фирмы его потерял, – улыбнулся Сергей.

– Нет. Для себя. И мне не нравится, что ты упускаешь ценных клиентов. Да и вообще как-то расслабился. Как попал в этот кабинет, так и все, – директор внимательно посмотрел в лицо Сергею.

– Ну, зря вы так, Самуил Аркадьевич. Я сейчас пять дел веду одновременно. И за прошлый месяц ни одного проигранного.

– Это, конечно, замечательно. Но они к тебе не возвращаются.

– То есть как? Мы же выигрываем. Дело заканчивается, чего им возвращаться? – удивился Сергей.

– Слушай, Сереж. Вот ты хороший юрист, но паршивый бизнесмен. Все эти люди, так или иначе, нарушают законы. Если бы они платили все налоги, уже давно по миру бы пошли. Им нужно защищать свои интересы. И ты должен им объяснить, что только ты сможешь защитить их достойно.

Сергей был не дурак. И все это он прекрасно понимал. Но его совсем не тянуло возиться со всей этой ерундой.

– Да, Самуил Аркадьевич. Я постараюсь, – заверил он начальника.

– Вот и молодец. А то портфель отберу.

Оба засмеялись.

– А ты слышал про ребят из японского посольства?

Так назывались их конкуренты, которые занимали офис в здании напротив японского посольства.

– Нет, а что с ними? – изображая любопытство, спросил Сергей.

– О, да так ты все новости пропустил! Я думал, тебя уже просветили, – Самуил Аркадьевич махнул рукой и повернулся к Сергею боком, конфиденциально наклонив к нему голову.

– Их Витька съехал с катушек, – сказал он тихо.

– Как это? – не понял Сергей.

– А вот так. В прямом смысле. Посреди дня вбежал в кабинет Сансеича и стал ему доказывать, что номер на его машине совпадает с датой какой-то газетной статьи, ну и все в этом духе. Ну, Сансеич, ты же знаешь, без церемоний. Выкинул его из кабинета. Так Витька притащил из машины канистру, причем никто не видел, даже на ресепшене. Впрочем, ну ты знаешь, как у них ресепшн работает.

Они с Сергеем понимающе погримасничали.

– Ну и уже достал спички, чтобы все поджечь. Ну, слава богу, Иваныч увидел.

– Не сгорели?

– Нет, – с некоторым неудовольствием, но сохраняя выражение облегчения, ответил директор.

– И что с Вить… ктором? – теперь уже с искренним интересом спросил Сергей.

– В Алексеевскую отправили, которая бывшая Кащенко.

– Ого!

– Ну, а ты, что думал.

– Да, невеселая история. И что, его признали невменяемым? – Сергей перекладывал документы с места на место.

– Этого уж я не знаю, какой там у него диагноз. Но Сансеич не стал возбуждать дело. Ну, понятно, не из сострадания к Витьке, – со знанием дела заметил директор. – Там, если в суд залезть, такое вскроется.

Самуил Аркадьевич искренне верил, что у него в фирме не вскроется. Просто нечему вскрываться. Чисты, как дети. Себе в убыток, можно сказать, работают.

Вечером Сергей написал психиатру, контакты которого дал Дима.

Фейсбук почти мгновенно тренькнул в ответ.

Сеанс был назначен на завтра. И никаких скайпов. Только личное присутствие.

– Да, доктор прямо-таки нарасхват, – с недоброй иронией пробормотал Сергей, отпивая теплое молоко.

Когда он перебрался в Москву, он был уверен, что здесь есть все. Рай в самом полном смысле этого слова. И это почти соответствовало действительности. Кроме молока. Хотя ему и в деревне не слишком часто приходилось пить молоко, – у матери никогда не было денег. Но все же, это было чаще, чем в Москве. В этом славном бурлящем, шумящем, шипящем городе настоящего молока не было в принципе.

И все же, даже это подобие молока успокаивало. Давало ощущение спокойствия.

Глава 5. Психиатр

Светло-фисташковые стены вызывали желание уйти. И никогда не возвращаться. Хотя казенная краска давала надежду на то, что, возможно, психиатр настоящий, получивший еще советское образование, а не распечатавший себе диплом с помощью фотошопа, а затем арендовавший яркий офис с навесными потолками и кондиционером.

Евгений Валерьевич дописывал какие-то бумаги. На нем был белый, чуть потрепанный халат. Пластиковый стол, море бумаг. Никаких кушеток и гипнотических маятников.

– Добрый день! Присаживайтесь.

Психиатр указал сильно нервничающему Сергею на стул.

Сергею все это не нравилось. Казенщина какая-то. Да он же только и умеет, что бумаги заполнять. Ладно, к черту.

Он уселся на стул напротив психиатра, как неоднократно усаживались клиенты напротив него самого.

Психиатр сложил руки на столе и вопросительно поднял брови.

Сергей достал из внутреннего кармана пиджака белый конверт с двумя купюрами и положил на стол.

Евгений Валерьевич к нему даже не притронулся, но взгляд его потеплел.

– Итак, на что жалуетесь? – он водрузил на нос крошечные очки и продолжил свою писанину, периодически бросая взгляд поверх очков в толстую тетрадь.

– Да я, честно говоря, даже не знаю, как объяснить…

Я убиваю людей! Доктор, помогите!

– У меня какие-то перепады настроения бывают весной и осенью… И, ну как бы… Беспричинная агрессия.

Последние два слова Сергей сказал твердо и в упор посмотрел на врача, как будто собираясь к нему применить эту самую беспричинную агрессию.

Евгений Валерьевич вскинул на него взгляд поверху очков. Снял их, отложил в сторону вместе с бумагами, и на освободившийся клочок стола положил руки, касаясь пальцами друг друга.

– И в чем это проявляется? – серьезно спросил он.

– Да не в чем таком особенном, – замялся Сергей.

– Вам хочется кого-нибудь ударить? Без причины.

– Да, – твердо сказал Сергей.

– Но пока никого не ударили? – уточнил психиатр.

– Нет, – так же твердо ответил Сергей.

– Так. Понятно.

Евгений Валерьевич взял чистый бланк для рецепта и быстро что-то написал на нем каракулями.

Придавил печатью. Передал заполненный бланк Сергею через стол. Затем откинулся в кресле, снял очки и, зажмурившись, потер переносицу.

– По-одной-таблетке-три-раза-в-день-после-еды. Ну, в Алексеевскую, думаю, смысла особого нет ехать. Посмотрим на вас так. Пьете эти таблетки, стараетесь не загружать себя. Никаких серьезных книг, артхаусного кино, карьерных гонок. Займитесь спортом. Причем я бы вам рекомендовал не силовой спорт, а какие-нибудь восточные боевые искусства. Побольше ешьте и пейте воду. Постарайтесь исключить алкоголь. Вы курите?

– Да нет.

– Рекомендую бросить.

Евгений Валерьевич говорил жестко и строго. Ощущение было, что у Сергея опасное заболевание, которое еще можно вылечить, если принять меры.

– Простите… Я думал, что немотивированная агрессия довольно частое явление, и, ну, тут нет ничего серьезного, – осторожно поглаживая рецепт, спросил Сергей.

– А я что, говорю вам, что у вас что-то серьезное? – психиатр внимательно посмотрел на Сергея.

– Ну, нет, но просто и спорт, и ограничивать стрессы, и курить бросить.

– Совершенно верно, а что, если врач предлагает подобные меры, это означает, что пациент при смерти? – Евгений Валерьевич начинал сердиться.

– Нет, но какая-то, мне кажется, странная реакция на то, что я сказал, – бесстрашно заметил Сергей.

Евгений Валерьевич снова нацепил очки и пододвинул к себе бумаги для заполнения. Продолжив переписывать что-то из толстой тетради, он сказал:

– Дело не в том, чт? вы сказали, дело в том, как вы это сказали, – мягко проговорил он.

Тут он поднял поверх очков глаза на Сергея и по-доброму ему улыбнулся.

– Все будет хорошо.

Сказать, что остаток дня Сергей провел в недоумении, значит смазать краски. На самом деле, он был почти в панике. Он готов был поверить в чтение мыслей, телекинез, во что угодно. Он провел в кабинете врача три минуты. Ровно! А тот с ним говорил так, будто знает все. Но. Если бы он знал все, вряд ли бы он так ласково ему улыбался. Он бы либо испугался и не подал виду, либо под каким-нибудь предлогом вышел из кабинета и вызвал полицию. Хотя. Что бы он полиции сказал? А может, он знает даже, где тела, если он его так насквозь читает. И опять же, не стал бы он так мягко с ним беседовать.

Сергей собирался зайти к психиатру так, для очистки совести. На случай, если у него совсем того с головой, опытный врач сразу увидит. Но все равно, это не та реакция, которой он ожидал.

«Все будет хорошо».

Для кого? Для него? Вот уж, прямо скажем, сомнительно. Для него закрыт путь даже в чистилище. Его душу ожидают вечные страдания. И он бы рад прикинуться атеистом, и сказать, что после смерти ничего не остается. Но он верил. Верил в то, что душа его поплатится за то, что он делал. А тут его заверяют, что все будет хорошо.

Так может, это была дежурная фраза? Ну, конечно. Вот идиот романтичный. С чего он взял, что это было сказано лично. Он говорит это всем пациентам. Потому и хвалят его, потому и приносят каждый божий день по нескольку конвертиков с голубыми, а может и оранжевыми, купюрами.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7