Матвей Курилкин.

Сын лекаря. Переселение народов



скачать книгу бесплатно

В словах Мугнагена было разумное зерно, и я спорить не стал. Несколько сотен метров мы проползли на животе, пачкаясь в грязи и шепотом матерясь, а потом пораженно замерли. Сцена, которая развернулась у меня перед глазами, показалась мне сюрреалистической. Я не сразу сообразил, что именно происходит – по небольшой, заросшей осокой поляне с воплями метались какие-то карлики, то и дело падая под ударами мечей, которыми орудовали какие-то шестиногие крокодилы. Через секунду я сообразил, что те, кого я принял за карликов, таковыми не являются. Это как раз и есть те самые гоблины, о которых мне пришлось в последнее время столько слышать. Маленькие, едва по грудь взрослому человеку, с бледной, будто пепельной кожей, едва заметно отливающей зеленью, с большими раскосыми глазами, они никак не ассоциировались у меня с теми существами, которых я рисовал в своем воображении по рассказам орков. В глазах у большинства плескался ужас и отчаяние, набедренные повязки или юбки, сплетенные из какой-то травы и кожи ящериц или жаб, были истрепаны и покрыты брызгами крови. Большинство просто бестолково метались, некоторые неуклюже пытались отмахиваться дротиками от крокодилов, которые почти не обращали внимания на такие попытки. Присмотревшись повнимательнее, я сообразил, что это вовсе не крокодилы. Существа, которых я принял за этих рептилий, были, несомненно, разумны, хотя бы потому, что в верхней паре конечностей многие ящеры сжимали какую-то разновидность копья с длинным изогнутым наконечником. На ум пришло название «глефа», но я не был уверен, что не ошибаюсь. В любом случае это было неважно. Орудовали этим инструментом ящеры достаточно ловко, видно было, что пользоваться таким оружием им не привыкать. И это притом, что рептам, в принципе, хватало и собственного вооружения, данного природой. Те из ящеров, у кого не было глеф, размахивали лапами, увенчанными острыми когтями, одним ударом легко убивая субтильных гоблинов. Время от времени кто-то из ящеров поднимался вертикально, вставая на две нижние ноги, только для того, чтобы всем весом обрушиться на очередного гоблина. После этого обычно репты наклонялись, чтобы вырвать кусок-другой из беспомощной, но еще живой жертвы, и продолжали свою охоту. Отвратительное, жестокое зрелище, а уж когда я понял, что многие из гоблинов – дети, рука у меня сама потянулась к висящему на поясе арбалету. В себя я пришел, только когда сверху навалился тяжелый Лотар, прижав мне руки к туловищу:

– Мы им все равно ничем не поможем, Эрик. Ящеромордых тут слишком много, всех не перебьем, только сами зря пропадем. Давайте отсюда уходить, нечего на это смотреть!

Я понимал, что Лотар прав, но от этого становилось только противнее. Еще никогда я не чувствовал себя так гадостно. И я понимал, что Лотару самому тяжело даются эти слова. Бросив взгляд на других орков, я понял, что они сами с трудом сдерживаются от того, чтобы вступить в драку, у Эйка, вжимающегося в траву всего в паре локтей справа, даже костяшки побелели на руке, в которой он сжимал свой боевой нож.

И все же они сдерживались. Лотар считался главным в отряде – Кашиш потому и наделил его такими полномочиями, что кузнец был самым рассудительным в отряде. Остальные, в том числе и я, признавали справедливость такого решения и не оспаривали главенства Лотара, хотя в тот момент я впервые усомнился в этом.

Впрочем, среди тех, кто наблюдал за происходящим на поляне, был еще один разумный, которому на авторитет кузнеца было наплевать. Я еще раздумывал, не послать ли мне командира куда подальше, когда обстановка резко изменилась. Один за другим ящеры начали падать, в их крупных телах как по волшебству вырастали древки стрел. Некоторые из рептов после этого вставали, некоторые так и оставались лежать на траве, орошая топкую землю темной кровью. Постепенно, даже распаленные убийствами, рептилии сообразили, что наткнулись на неожиданное сопротивление. Один за другим они останавливались и начинали оглядываться в поисках смельчака, который не побоялся в одиночку напасть на такой крупный отряд. Мне тоже было очень интересно, кто этот стрелок. И первым лучника заметил именно я – просто потому, что успел заметить, откуда летят стрелы, и знал, куда смотреть. Стрелок удобно устроился на одной из берез, в изобилии росших на болоте, в нескольких десятках метров за нашими спинами, и рассмотреть с такого расстояния его лицо не представлялось возможным. В этом не было необходимости – маловероятно, что в радиусе трехсот километров кто-то еще, кроме моей неугомонной супруги, мог так хорошо обращаться с луком.

Огорчаться было некогда. Радоваться тоже. Репты оказались достаточно наблюдательными, так что уже через несколько секунд они, забыв о своих жертвах, дружно побежали в нашу сторону. Теперь прятаться не имело смысла, я поднялся в полный рост и принялся с бешеной скоростью стрелять из арбалета. Хотя, конечно, арбалет – не лук, даже такой скромный по размерам. После долгих тренировок я не мог делать более трех выстрелов в минуту. При той скорости, которую развили ящеры, я как раз и успевал выстрелить три раза, прежде чем рептилии окажутся рядом с нами. Зато я был не один. Орки, чуть замешкавшиеся вначале, быстро пришли в себя, и через полдюжины секунд их болты тоже полетели в сторону шестилапых убийц. К тому же, в отличие от легких стрел, каждый болт гарантированно укладывал на землю одного из нападавших – после такого, даже если оставались живы, ящеры уже не поднимались. Может быть, нам удалось бы справиться со всеми, если бы ящеры оказались чуть глупее, однако, заметив, что их расстреливает не один безумный лучник, а целый отряд, они не стали лезть на рожон. Один из рептов что-то громко зашипел, и нападавшие рассыпались, пригнулись, постаравшись скрыться в траве или за кустами. Прозвучал резкий, переливчатый свист, и Муганген, повернувшись к Лотару, выдохнул:

– Подмогу позвали! Надо уходить!

Колебаться никто не стал, все молча развернулись и побежали туда, откуда пришли. Остановившись на секунду под березой, на которой заметил лучницу, я вытянул руки, поймал жену и побежал догонять товарищей.

– Потом поговорим, – шепнул я на ходу.

– Обязательно, – коротко ответила Иштрилл, – особенно мне интересно, откуда ты так много знаешь об устройстве борделей.

Я одновременно испытывал облегчение и досаду. Облегчение, потому что, несмотря ни на что, рад был видеть жену. Потому что все странности в ее поведении, которые я заметил перед уходом, и чувство, что за мной наблюдают, получили объяснение. А досадно мне было оттого, что теперь стало непонятно, что нам делать с моей своенравной супругой. Попытку взять ее с собой к людям можно было бы расценить только как довольно оригинальный способ стать вдовцом. Сообразив, что для решения этого вопроса можно выбрать более подходящее время, я ускорился немного, стремясь догнать ушедших вперед орков. Лотару явно было, что сказать мне по поводу произошедшего, однако он пока ограничивался только сердитыми взглядами – берег дыхание.

Пробежав километра три и заметив, что погони за нами нет, мы перешли на шаг. Теперь у главы посольства появилась возможность высказаться, и он явно собирался ей воспользоваться в полной мере:

– Скажи мне, Эрик, как это понимать?! – гневно заговорил кузнец, слегка отдышавшись. – Вы что, специально решили сорвать поход? Почему твоя жена, которая должна была остаться дома, вдруг оказывается здесь, да еще ввязывает нас в драку с ящеромордыми?

– Нечего особо наседать на парня, Лотар, – неожиданно вступился за меня Эйк. – Сам же понимаешь, что он был не в курсе. Да и на девчонку не ругайся. Все она правильно сделала, мы ей благодарны должны быть. Если бы мы полюбовались расправой, а потом тихонько ушли, я бы себя уважать перестал. Гоблины, конечно, нам никто, но смотреть, как заживо жрут детей… – охотник зло сплюнул, а потом повернулся к эльфийке. – Хотя ты, Иштрилл, все равно плохая жена. Где это видано, чтобы баба вопреки слову мужа поступала? Да и вождя ты ослушалась.

– А он мне не вождь, – не задержалась с ответом девушка. – С чего я должна его слушаться? А то, что мужа ослушалась… Если он меня за это захочет наказать, я приму наказание.

– Знаю я, как он тебя наказывать будет, – расхохотался Эйк. – Сегодня ночью, небось, и услышим.

– Я бы на это не рассчитывал, – скептически усмехнулся Муганген. – За сегодняшнюю ночь нам стоит убраться отсюда как можно дальше. И вообще, стоит обсудить изменения наших планов. Короче, что делать теперь будем, братья? И сестра, конечно, – поправился он, взглянув на Иштрилл.

– Думаешь, они от нас не отстанут? – с тревогой спросил Лотар.

– Если то, что мне рассказывали охотники гоблинов, правда – не отстанут, – покачал головой травник. – Репты не прощают оскорблений. Могут преследовать «преступников» неделями. Тот гоблин говорил, что если за тобой начали охоту – не успокоятся, пока не сожрут твой труп. Да и наши старики рассказывали всякое. Говорят, однажды один отряд разведчиков привел за собой в деревню «хвост» из пары десятков таких тварей. Рептам у нас холодно, они так замерзли, что еле двигались, но все равно не прекращали преследования. Их тогда легко перебили, конечно…

– Это вдохновляет. Что ж нам теперь, возвращаться?

– Может, и стоило бы, да не получится, – печально вздохнула Иштрилл и указала рукой куда-то вперед.

Я пригляделся и тихонько выругался – если присмотреться, далеко впереди можно было заметить зеленые тела ящеров, мелькающие между деревьями. Остальные орки тоже не обрадовались.

– Как они ухитрились нас обогнать? – возмутился Гуричет, уже немолодой гончар и каменщик, отправившийся в поход, по своему собственному выражению, «потому, что надоело всю жизнь в одном месте камни топтать. Хочется и мир повидать».

– А это и не те, – ответил Муганген, до того внимательно рассматривавший приближающихся ящеров. – Другое племя, видите насечки на гребнях?

Никаких насечек я не видел, но предпочел поверить на слово. Пока нас не заметили, мы поменяли направление – теперь мы двигались на юго-запад, довольно сильно забирая вправо от изначально запланированного маршрута. Мы надеялись запутать следы, оставить погоню позади и вернуться к прежнему направлению. Как вскоре выяснилось – напрасно.

Как и предсказывал Муганген, в ту ночь на привал мы не останавливались, стремясь уйти как можно дальше. Весь день мы пробирались по болотистому, душному лесу, и стоило нам замедлить шаг, как вскоре чуткая Иштрилл начинала тревожно оглядываться, а потом мы замечали зеленые тела преследователей. Было неясно, те ли это ящеры, которым мы прервали обед на поляне, или те, которых встретили, когда убегали, а может, это была уже другая группа, но в покое нас оставлять не собирались. Репты не торопились, шли медленнее нас, но создавалось впечатление, что они вовсе не устают. Только однажды, во время первой попытки остановиться на отдых, мы оказались в прямой видимости от преследователей. Мы слишком увлеклись обсуждением дальнейших действий и пропустили тот момент, когда ящеры нас заметили – такая беспечность чуть не вышла нам боком. Увидев намеченные жертвы, репты, до того двигавшиеся на двух задних лапах, опустились на четвереньки и резко ускорились, стремясь поскорее напасть. В тот раз первым опасность заметил Лотар, он выстрелил, свалив вырвавшегося вперед крокодила. Столкновение прошло по такому же сценарию – сначала репты бежали изо всех сил, потом, после того как получили отпор, рассыпались и замедлились, стараясь уменьшить потери, а мы, услышав сигнальный визг, опустили арбалеты и луки и бросились убегать.

– Не стоит больше попадаться им на глаза, – на бегу сказал Лотар. – Болтов у нас много, но если мы будем ими так разбрасываться, надолго их не хватит. И можете считать меня трусом, но сходиться с ними на мечах я не собираюсь. По крайней мере, не один на один. Этой твари даже драться со мной не надо, достаточно один раз на меня плюхнуться, чтобы раздавить ко всем демонам.

Спорить никто не захотел – мне тоже вспомнился прием, с помощью которого репты давили гоблинов. Размеры рептилий, как и их скорость, оказались для меня неприятным сюрпризом. Почему-то по рассказам охотников мне представлялось, что их габариты не превышают человеческие, а на деле оказалось, что даже самые мелкие из ящеров были на голову выше меня.

К счастью, репты предпочитали все же передвигаться в основном на двух лапах, становясь на четвереньки, только когда видели нас в непосредственной близости. Похоже, долго поддерживать большую скорость они не могли – да и неудивительно. Чтобы разогнать такую тушу, требуется уйма энергии.

После второй стычки с рептами мы больше не останавливались и перестали чувствовать признаки погони только после наступления темноты. Отдыхать не стали, чтобы увеличить отрыв. Правда, поддерживать такую же скорость, как днем, мы тоже не могли. По влажному, болотистому лесу и так не просто передвигаться, а уж если ты при этом не видишь земли под ногами, поход превращается в настоящее мучение. К тому же возрастала опасность наступить на какую-нибудь ядовитую тварь – змеи здесь водились в изобилии, и если днем они и сами предпочитали убраться с дороги, то ночью спали. А если на тебя спящего кто-то наступает, твоей естественной реакцией будет укусить неосторожного любителя ночных прогулок. По крайней мере, если ты змея.

Утро мы встретили с раздражением. Особенно я – мне вдруг пришло в голову, что с тех пор, как началась война с эльфами, мое времяпрепровождение не отличается разнообразием. Последние месяцы я только и делаю, что убегаю или прячусь, причем разнообразие тех, от кого я убегаю или прячусь, со временем только растет. Довольно удручающая тенденция.

Где-то до полудня мы двигались относительно спокойно, а потом вновь заметили преследователей. Пришлось снова ускориться, хотя внимание у усталых беглецов было уже не такое острое, как накануне. Следить за окружающей обстановкой становилось все сложнее. Неудивительно, что мы слишком поздно заметили изменения ландшафта. Мы слишком сильно углубились в болото – деревья поредели, местность просматривалась все дальше, и поначалу нас это радовало, потому что путь выбирать стало легче, пока в какой-то момент впереди идущий Эйк не остановился и не начал яростно материться. Причину ругани я понял сразу, как только поравнялся с охотником. Впереди начиналось настоящее болото – черная вода, перемежаемая островками ярко-зеленой осоки, редкие островки, на которых даже встречались кривые деревца, и такой пейзаж, кажется, уходит за горизонт. Хуже того, оказалось, что мы шли по подобию мыса, далеко выдающегося в болото, и повернуть в сторону теперь возможности не было. Либо возвращаться назад, либо пытаться перебраться на тот берег. Где-то впереди, на самой границе видимости виднелась полоска деревьев, но было ясно – добраться до нее быстро не получится. И уж тем более не тогда, когда на пятки наступает сотня рептов, для которых болото – дом родной.

– Я туда не полезу. Прорываемся обратно? – спокойно поинтересовался Эйк.

– Какой смысл? Видел, сколько их там? Ну, убьем мы пару десятков, ну, может, полсотни, – пожал плечами Лотар. – Остальные нас сожрут. Нам вроде как не погибнуть с честью нужно, а до людей добраться.

– А тогда что делать? Здесь не спрячешься. Будем переть дальше по болоту – увязнем, и нас возьмут вообще без потерь.

– Ну почему, можно попытаться, – вмешался я в разговор. – В смысле спрятаться.

– Что конкретно предлагаешь? – вмешался Аган, приятель Эйка. В разговорах он всегда поддерживал собрата по профессии.

– Предлагаю сойти с твердого и зарыться в грязь. А дышать будем через тростник. Я читал – так все делают, когда от кого-то прячутся. – Уточнять, что читал такое я не в этом мире, и у авторов, которые сами ничем подобным никогда не занимались, я, понятное дело, не стал.

– Зарываться в грязь, как какая-нибудь жаба?! – возмутился Эйк. Охотник набрал воздуха в грудь, видимо, собираясь высказать свое отношение к такой идее, но был грубо прерван шаманом:

– Ой, ну вот не надо из себя дурака-то строить, гордый ты наш. Жить захочешь – и в дерьмо полезешь, и еще причмокивать будешь, понял меня? Духи не любят гордецов, а вот хитрецов, наоборот, уважают. Парень дело говорит, может и выгореть, если предки помогут. – И, первым сойдя с твердого, Квотар осторожно прощупывая топкую почву, побрел в сторону от того направления, куда мы шли раньше, по дороге срывая стебли тростника.

Шамана орки уважали, потому остальные последовали за ним без споров.

Мы с Иштрилл шли последними и успели увидеть появление рептов. По тому, как они двигались – цепью, растянувшись, стало ясно, что ящеры специально гнали нас в ловушку.


Лежать на спине, погрузившись в болото, было невыносимо, и прежде всего оттого, что я ничего не видел. Неизвестность угнетала. Казалось, вот сейчас в меня вонзятся когти какого-нибудь ящера, потом меня выдернут из жидкой грязи, которая забивается в нос, и начнут пожирать заживо. Банальность, но в тот момент время будто остановилось. Терпеть с каждым мгновением становилось все сложнее. Дышать было тяжело, быстро стало холодно – несмотря на жару, вода в болоте оказалась холодная настолько, что скоро руки и ноги начали неметь. Не знаю, сколько длилась эта пытка. Не думаю, что очень долго. Мне пришлось вынырнуть. То ли я выбрал не слишком удачный стебель, то ли слишком сильно сжал губы, но тонкая трубка, диаметра которой и так не хватало для дыхания, треснула, и в легкие хлынула грязь. Я все же сдержался и смог не выскочить из болота с плеском и шумом. Лицо поднимал медленно-медленно, и когда почувствовал, что нос и губы поднялись над водой, осторожно вдохнул. Открыл глаза, моргнул несколько раз, прогоняя воду, посмотрел на солнце, и невольно проникся уважением к собственной стойкости. Судя по положению светила, с тех пор, как мы забрались в воду, прошло не меньше часа. Вокруг было очень тихо, и я не совладал с любопытством и нетерпением, начал очень медленно поворачивать голову. Не помогло. Лежа на спине, головой к берегу, я по-прежнему видел только небо и болото вокруг. И тогда я решил перевернуться на живот. Я был очень осторожен и настолько сосредоточен на том, чтобы не выдать себя плеском, что не сразу понял, что смотрю прямо в глаза репта. Моей первой реакцией было вскочить и закричать, я судорожно дернулся, все же заставив грязь, в которой лежал, чавкнуть. И снова замер. Ящер не двигался. Услышав плеск, он сделал еще несколько шагов в мою сторону, но по-прежнему выглядел неуверенно, хотя смотрел прямо на меня. Постояв еще несколько секунд, репт развернулся и довольно быстро побрел в противоположную сторону, ловко распределяя свой вес на все шесть конечностей.

Такое поведение было загадкой. Почему ящер не напал? Решил меня пожалеть? Глупости. Он меня просто не увидел. Должно быть, мозг в стрессовой ситуации действительно работает лучше, я почти сразу догадался о причинах такого странного поведения. Эти разумные рептилии видят не так, как люди, орки и эльфы. У них инфракрасное зрение. Температура моего тела за час неподвижности в холодной трясине снизилась, лицо было покрыто грязью, и потому почти не выделялось на фоне остального болота. Даже жаль, что у них, судя по всему, отличный слух – совсем об осторожности забыть не получится.

Я уже спокойнее повернулся на живот и окинул взглядом панораму. Ящеры никуда не делись – они так и рыскали по болоту, прочесывая окрестности, целая группа ушла далеко вперед – туда, куда могли бы отправиться мы, если бы решили перейти на другой берег. С такого расстояния было уже плохо видно, но, похоже, они прощупывали дно слегами, пытаясь нас найти. К счастью, по сторонам от нашего предполагаемого маршрута искали не столь тщательно, хотя я бы не решился сейчас выходить из воды. Я осмотрелся, пересчитывая одиноко торчащие куски тростника. Все вроде бы на месте… кроме одного! Одна палочка на моих глазах качнулась и всплыла, а через минуту на поверхности воды появились пузыри.

Омерзительное ощущение – стремиться куда-то изо всех сил, бояться, что не успеешь, и при этом не иметь возможности двигаться быстрее. Я не помнил, кто именно из моих товарищей пережидал погоню в том месте, но это было не важно. Он забрался как-то уж слишком глубоко, так что я при всем желании не мог добраться до того места быстро – шустро передвигаться в вязкой грязи было непросто, особенно если учесть, что я по-прежнему боялся выдать себя. В непосредственной близости в данный момент никого не было, но ящеры по-прежнему рыскали в прямой видимости и могли услышать шум. К тому моменту, когда я добрался до того места, пузыри исчезли, но на поверхности так никто и не появился. Нырнув несколько раз, я наконец нащупал чье-то слабо шевелящееся тело и потянул наверх. Орк, которого я так и не узнал из-за корки грязи, покрывающей лицо, закашлялся, отхаркивая воду пополам с илом и тиной. Я тревожно посмотрел в сторону берега – к счастью, ящеры были слишком далеко, ближайшие как раз что-то обсуждали и не обратили внимания на шум.

– Ты чего? – шепотом спросил я орка, не давая ему стереть с лица слой грязи.

– Ничего, – шепотом же ответил тот. – Трубочку выпустил изо рта.

– А чего не всплыл? Застрял?

– Не, я это, чтоб других не подводить. Да чего ты меня за руки хватаешь, дай морду утереть!



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6

Поделиться ссылкой на выделенное