Марина Рубцова.

Дыхание волка. 1 книга из серии «Волки»



скачать книгу бесплатно

– В прошлый раз она никого не убила, – напомнил я Соне.

Нам удалось спасти человека, на которого она напала. Хотя для этого пришлось принять его в стаю, когда его тело начало меняться.

– Но могла, – волчица вздернула бровь.

– В этот раз все будет по-другому! – твердо заявил я и, встав из-за стола, подошел к окну.

Раздвинув пальцами металлические полоски жалюзи, посмотрел в щелочку. На улице как обычно резвился молодняк – самые юные члены стаи: дети и подростки. С ними занимается Эйдан, натаскивает, тренирует, учит самоконтролю, чтобы они могли сдерживать инстинкты и не нападать на людей.

– Я сейчас же поговорю с Евой. Она больше не будет оплакивать дочь. Пора положить этому конец! – решительно сказал я и отправился на поиски волчицы.

– Она в столовой! – бросил вдогонку Эйдан.

– И потактичнее, Дарен! – добавила Соня.

Палящие лучи дневного солнца ударили в лицо, стоило только выйти на улицу. Я зажмурился и продолжил ход по направлению к столовой. Прошел мимо щенков, подмигнув им. Детеныши оборотней способны принимать форму волка с пяти лет, они каждый день резвятся под окнами, обретая ипостась волчат.

Когда-нибудь и у нас со Снежаной будут такие. Эта мысль настолько меня воодушевила, что я не заметил, как один из них ухватился лапами за мою ногу и повис на ней. Я нагнулся и, сняв щенка со ступни, игриво произнес:

– Эй, малыш! Ты хочешь, чтобы тебя приласкали? – Я почесал его за ушком, а выпрямившись, увидел Еву, выходящую из столовой. – Ева! Постой. Нужно поговорить.

Отпустив кроху, подошел к волчице. Она убрала за ухо прядь темных густых волос и неуверенно подняла на меня взгляд. Эта женщина выглядела потрясающе. Несмотря на свои тридцать восемь лет, ее можно было запросто спутать с двадцатилетней. И здесь не только волчьи гены, она и до обращения была довольно привлекательной. А еще она очень похожа на Снежану.

– Ты опять ходила туда? – спросил я, скрестив руки на груди.

Она поджала губы и кивнула.

– Зачем ты себя мучаешь, Ева?

– Затем, что заслужила эти мучения. Я виновата в ее смерти. И мне придется жить с этой болью вечно. Доченька моя…

Ее брови сошлись на переносице, а нижняя челюсть затряслась от непрошеных слез. Я провел рукой по мягким волосам волчицы и, притянув к себе, прижал к груди.

– Ты ни в чем не виновата. Поверь мне, – убеждал ее, понимая, что, возможно, поступил неправильно, скрыв от нее правду.

Теперь, когда Ева стала оборотнем, она переживает весь ужас того дня снова и снова. И каждое полнолуние, то есть примерно раз в месяц, следуя за инстинктами, идет по следу собственной злости. И раз за разом пытается кого-то убить, чувствуя силу, дарующую полной луной.

Видя ее страдания из месяца в месяц, я задавался вопросом: «А правильно ли поступил, скрывая от нее дочь?» Может, если бы она знала, что девочка жива, перестала бы обвинять себя в ее смерти?

Нет, я все сделал верно. Ведь, знай Ева правду, давно бы отыскала Снежану и выдала бы себя при первой возможности.

Увы, материнский инстинкт у самок очень обострен. Они не смогут обманывать свое дитя. Я, как вожак стаи, должен следить за тем, чтобы о нас знало как можно меньше людей. Иначе не выжить. Поэтому семнадцать лет молчал. Но теперь, когда уже так близок к тому, чтобы отметить свою пару и забрать ее в стаю, нет смысла скрывать от Евы дочь. Пришло время открыть правду.

– Пойдем, я хочу тебе кое в чем признаться. – Я приобнял женщину за плечи, и повел в сторону реки.

Почувствовал, как она успокоилась, будто знала, о чем собираюсь рассказать. Пройдя несколько метров по выложенной из светлого камня дорожке, мы вошли вглубь леса. Деревья встретили нас шумом листвы, будто нашептывая слова колыбельной. Это успокаивало и позволяло собрать мысли воедино, а также ощутить полную свободу. Именно поэтому мы, волки, так любим бегать по лесу.

Дойдя до реки, мы остановились. Я развернул Еву к себе и заглянул в глаза.

– Твоя дочь, – начал я, – она жива.

– Что? – глаза Евы округлились, а зрачки расширились, затемняя и без того черный цвет. – Этого не может быть. – Женщина недоверчиво смотрела на меня. – Кристофер убил ее.

– Не убил. И больше он не сможет угрожать ни тебе, ни твоей дочери. Кристофер мертв.

– Не может быть, – практически не размыкая губ, прошептала она.

– Может. Кстати, ее зовут Снежана. Я отдал девочку в надежные руки. Чтобы защитить. И поверь, не было и дня, чтобы я не наблюдал за ней. Я стал ее тенью, постоянно дыша ей в спину. У нее все хорошо. Скоро вы встретитесь. Потерпи еще совсем чуть-чуть. Обещаю, вы снова будете вместе.

– Спасибо тебе, Альфа! – воскликнула она, склонив передо мной голову.

– Не нужно, – я приподнял ее лицо за подбородок. – Многие годы я скрывал правду от тебя, думая, что так будет лучше. Но, когда Снежане исполнится восемнадцать, можно больше не волноваться о ее безопасности. Ведь когда мы станем одним целым, я сумею почувствовать грозящую моей паре опасность.

– Паре?

– Ты не ослышалась. Она – моя пара. Я почувствовал это в тот день.

– Замечательно, – улыбнулась Ева, и взяла меня за руку. – Спасибо, Дарен. За то, что подарил мне надежду. Я буду только рада вашему союзу. Ты лучшее, что может с ней случиться.

Я кивнул и отпустил Еву. Когда ее стройная фигура скрылась из вида, разделся и, обратившись в волка, пробежался по лесу. Уловив запах Сони, кинулся за ней. А когда нагнал, вырвался вперед. Мы почти всегда бегали вместе, частенько к нам присоединялся Эйдан. Но сейчас его запаха я не чувствовал.

«Где твой брат?» – спросил про себя, сбавляя скорость.

Волки из одной стаи могут мысленно общаться друг с другом даже на расстоянии тридцати километров.

«В городе. Сказал, дела», – отозвалась она и, набросившись на меня сзади, повалила на траву на лопатки.

Шершавым теплым языком провела по моей морде. Я мотнул головой, избавляясь от нежеланного прикосновения.

«Больше так не делай!» – велел я.

Мне никогда это не нравилось.

«Но это ведь просто знак внимания. Ничего особенного», – отмахнулась она и перекинулась.

Я вместе с Соней принял человеческую форму. Теперь меня прижимала к земле симпатичная длинноволосая блондинка. Скинув ее с себя, я перевернулся на бок и подпер голову рукой. Едко улыбаясь, спросил:

– В поселок ты пойдешь голой?

– Я обратилась не для того, чтобы пойти в поселок, – двусмысленность в ее словах насторожила.

Соня медленно провела ладонью по моей татуировке на бицепсе и перевела взгляд на лицо. Рука медленно опустилась к паху.

– Плохая идея! – помотал головой я, перехватив тонкое запястье. И, возмущенный поступком беты, поднялся.

– Почему ты всегда отталкиваешь меня? – Соня, встав, замерла передо мной.

– Потому что у меня есть пара, ты же знаешь. И скоро я приведу ее в стаю.

Двойняшки знали о Снежане, о моей связи с ней. Я ничего от них не скрывал.

– Она даже не волк! Она может не принять тебя!

– Примет. Еще как примет! – уверенно произнес я.

– Ты не можешь быть так уверен в этом! – в голубых глазах плескался гнев. – А знаешь что, Дарен Хайт? Мне надоело слушать твой бред о возвышенных чувствах к истинной паре! Людям не место среди волков! И то, что она твоя нареченная, ничего не значит! Мы не должны открывать людям правду о нашем существовании. Так было испокон веков! И не тебе решать, будет она жить с нами или нет! У стаи есть право голоса. Может, созовем совет и спросим мнения стаи?

– Ты хорошо подумала, прежде чем задать этот вопрос? – я вздернул бровь.

Стая не пойдет против своего вожака, разве что кто-то не поднимет бунт.

Соня поджала губы, поняв, что сморозила глупость, а потом обреченно зарычала. И, обернувшись белой волчицей, бросилась в сторону поселения.

Я ощущал злость, бурлящую ядовитым потоком в ее теле. Но что я могу сделать? Позволить себе спариваться с одинокими самками не мог, ведь волки, которые находят истинную пару, остаются верными ей до конца жизни. Я нашел Снежану слишком рано, когда ей был всего годик, поэтому все это время воздерживался. Если у волка есть пара, спать с другими по нашим законам дозволено лишь в том случае, если нареченная по каким-то причинам не может дать потомство. То есть секс без удовольствия. Только ради выводка щенят. А измены среди связанных пар недопустимы.

Дойдя до входа в поселок, поднял вещи, которые оставил тут, и, одевшись, отправился к дому охотника. До безумия хотелось увидеть свою пару.

Глава 3

Снежана

Меня разбудил звонок телефона. Я открыла глаза и резко подскочила в постели. Окинула комнату взглядом в поисках раздражающего устройства. Мимолетом глянула на настенные часы. Ё-моё, уже одиннадцать! Я живо откинула пододеяльник и, схватив со стола смартфон, увидела фото Егора. Прокашлявшись, провела пальцем по дисплею и ответила:

– Да, Егор!

– Снега, привет! Спишь что ли еще?

– Уже нет, – улыбнувшись, вернулась в постель.

Завалилась на подушку, мечтательно разглядывая неровный белый потолок.

– Давай, просыпайся. Гулять пойдем. Вчера ты так быстро сбежала. Я всю ночь о тебе думал.

Ох, как меня обрадовали его слова!

– Я тоже о тебе думала. А куда пойдем?

– В кино, потом в парк аттракционов. Хочешь?

– Хочу, – довольно растянулись мои губы.

Собралась я быстро. Надела джинсы и белую легкую майку. Волосы распустила. Через час за мной заехал Егор, и мы отправились в кинотеатр. Я смутно помню, о чем был фильм, потому что практически все полтора часа мы процеловались в вип-ложе. А потом гуляли по площади на пути в парк аттракционов. Егор держал меня за руку, прикосновения вызывали бурю эмоций. А ведь я даже не знаю, что такое любовь. Может, влюбилась?

Вскоре внимание привлекла яркая вывеска: «Только сегодня бесплатные татуировки всем желающим!» Мне всегда нравились татушки. Не знаю, может, потому что я сама рисую, и мне это интересно? Несмотря на протест отца, твердо решила, что, когда исполнится восемнадцать, я все-таки наколю себе что-нибудь! И сейчас не хотела упускать возможность сделать тату бесплатно. Что ж, видимо, судьба!

Через пять минут мы с Егором уже сидели в салоне и разглядывали каталоги. Перелистывая страницы, я поняла, что мне не нравится ни один рисунок. Обреченно вздохнув, обратилась к мастеру:

– А можно я сама нарисую эскиз?

– Без проблем, – скривив рот и пожав плечами, буркнул здоровый татуированный мужчина в бандане с черепками.

Сам он полностью был покрыт краской и вызывал не очень приятное впечатление. Зачем уж так себя уродовать? Тренировался на себе разве что.

Он дал мне белоснежный листок бумаги и маркер. Я привычными движениями принялась выводить черты волчьей морды, добавила несколько абстрактных линий. И во-а-ля, эскиз готов!

– Где будем колоть? – спросил мастер, взяв листок и бросив на рисунок безразличный взгляд.

– Под лопаткой. Точно такого же размера, как на рисунке.

– Понял. Проходите за ширму и раздевайтесь.

Я стискивала зубы, пока мастер вгонял мне под кожу краску. Что уж говорить, было ужасно больно. Но оно того стоило. Закончив рисунок, мужчина наложил повязку и рассказал, как ухаживать за татуировкой. Выслушав рекомендации, я поблагодарила здоровяка и вышла из-за ширмы. Удивилась, не застав Егора в кресле. Решив, что он отошел подышать, отправилась на улицу. И оказалась права. Правда, то, что увидела, совсем мне не понравилось. Мой парень стоял в обнимку с какой-то девицей! Я замерла позади него, скрестив руки на груди и поджав губы. Блондинка сделала невинное личико, глянув на меня. Егор, видимо понял, что что-то не так и, выпустив девку из объятий, развернулся.

– Снега! Быстро же ты, – разволновался он. Казалось, на лбу даже выступили капельки пота. – Это не то, что ты думаешь!

– Не то, что я думаю? Избитая фраза, – хмыкнула я. – Мог бы что-нибудь пооригинальней придумать. Я даже знаю, что ты скажешь дальше. Что она твоя сестра, и вы здесь случайно встретились? Как это мило.

Возмущению не было предела. Как он мог?! Я поймала на себе взгляд этой кошелки и «выплюнула» ей в лицо:

– Че смотришь, курица?!

Та открыла рот от возмущения, но так ничего и не сказала.

Собрав всю волю в кулак, я зарядила кулаком Егору в глаз и, развернувшись, ушла.

Домой вернулась сердитая и нервная. Как дура, думала, что у нас все серьезно, а он при первой же возможности, грубо говоря, полез под юбку другой. Хотел поиграть со мной? Использовать и выкинуть?! А-а-а-а! Как же меня злила эта ситуация! Но реветь не хотелось. Еще чего! Кто он такой, чтобы из-за него плакать? Да пошел он в ж… куда подальше! Я довольно улыбнулась, вспомнив, как дала ему в глаз. Не скоро он меня забудет.

Немного постояв на веранде, успокоилась и только тогда вошла в дом. Не хотелось, чтобы папа заметил мой гнев. А то пристанет с расспросами, а мне сейчас это меньше всего нужно.

Толкнув дверь, вошла.

– Даю тебе четыре дня, – услышала незнакомый голос.

Отец был не один. Спиной ко мне стоял мужчина с длинными, почти до плеч, русыми волосами, одетый в черную обтягивающую майку и бежевые джинсы.

Признаюсь, его v-образная широкая спина произвела на меня впечатление. А абстрактная татуировка на бицепсе приковывала взгляд. Вздернув бровь, я кашлянула, незнакомец обернулся.

– Здравствуйте, – негромко произнесла я и несмело посмотрела в глаза мужчине.

– Добрый вечер, – отозвался он, едва заметно улыбнувшись.

Казалось, я зависла надолго, потому что глубина его янтарных глаз не отпускала. От него исходил какой-то животный магнетизм, которому не удавалось противиться. За такого мужчину можно и душу продать. А такие, как Егор, пусть идут лесом. Интересно, откуда у папы такие друзья? Надо будет спросить на досуге.

В голове одна за другой начали вспыхивать красочные картинки. Вот он подходит ко мне и обнимает своими большими, мускулистыми руками. Я прижимаюсь щекой к крепкой груди и чувствую его тепло и стук сердца. Потом наши губы сплетаются в поцелуе, его щетина карябает мне кожу, но меня это не волнует…

Я слегка мотнула головой, прогоняя навязчивые мысли, не понятно откуда взявшиеся. Отмерев, быстро скрылась в своей комнате, упала на кровать лицом вниз. О, Вселенная, что это было?! Честно сказать, рядом с таким красавцем я чувствовала себя уродиной, хотя, вроде как, у меня вполне симпатичная внешность.

В раздумьях, не заметила, как уснула.

Иду по переулку. Кругом ни души: ни людей, ни животных. Сердце пробирает тоска. Что-то не так. С беспокойством оборачиваюсь. Никого. Но почему мне кажется, что я здесь не одна? Слышу чье-то дыхание за спиной, снова резко оборачиваюсь. И опять никого… Тревога уходит, и откуда-то в меня вселяется уверенность в том, что когда мне исполнится восемнадцать, все круто изменится. А вот лучшему или нет, не знаю…

Я открыла глаза, скинула пододеяльник, которым, видимо, накрыл меня папа. Сев в постели, бросила взгляд на часы и поняла, что еще только девять вечера, хотя проспала я достаточно долго. Протяжно урчащий желудок погнал меня на кухню. Перекусив, решила поговорить с отцом. Расспросить о том странном мужчине, появление которого пробудило во мне непонятные чувства, ранее не познанные. На что он дает отцу четыре дня? У папы проблемы, о которых он не хочет говорить? Нет, так не пойдет!

– Пап, о чем говорил тот мужчина? – спросила я, замерев на пороге его комнаты. – У тебя проблемы?

– Нет. С чего ты взяла? – отец оторвал взгляд от телевизора и как-то нервно улыбнулся.

Видно, же, что напряжен, как струна. Чуть затронешь – и лопнет.

– Он сказал, что дает тебе четыре дня. – Я подперла косяк плечом. – На что?

– Ну-у, я задолжал ему денег.

– Ах, вот в чем дело! А я уж испугалась.

Я подошла к нему, обняла. Он прижал меня к себе, а потом произнес, отстранившись:

– Снеж, а теперь давай поговорим о твоей татуировке, – в голосе как всегда просквозила нежность.

Папа похлопал ладонью по мягкой обивке дивана, приглашая присесть. Я покорно опустилась рядом и, облизнув губы, приготовилась выслушивать нотации.

– Ты могла бы мне сказать, – ласково произнес отец. – Поверь, не стоит бояться того, что я могу не позволить тебе делать то, что ты хочешь.

– Ты, правда, не сердишься?

– Нет, – он улыбнулся. – Просто я хочу, чтобы ты делилась со мной своими мыслями, желаниями, мечтами… А давай посмотрим, что там у тебя. Не пора ли снимать повязку?

В уме прикинула, сколько прошло часов с того момента, как ушла из тату-салона. Мастер сказал убрать ее через три-четыре часа.

– Кажется, пора.

Я повернулась к отцу спиной, он осторожно оторвал пленку и охнул.

– Что? – я повернула к нему голову.

– Почему волк?

– Не знаю. Просто захотелось.

Ладно, иди, промой, обработай и возвращайся. Поговорим.

Реакция папы насторожила меня. И уже после всех процедур я сидела с ним на кухне.

– Снежана, скорее всего нам придется уехать из города, – начал он.

– Уехать? Но зачем? – я непонимающе смотрела на него, нахмурив брови. – Это из-за того мужчины? Ты должен ему крупную сумму, поэтому хочешь уехать?! – я повысила голос, желая добиться правды.

Как он может вот так взять и перечеркнуть одним махом все мои планы и нашу жизнь?!

– Подожди-подожди, – остановил меня папа. – Ты не о том думаешь. Просто мне предложили работу. Я решил принять предложение, чтобы немного заработать на твое обучение. Ты же должна учиться, а что я могу дать тебе сейчас? Моей пенсии едва хватает нам на жизнь.

– А-а-а, ну так бы и сказал сразу, – выдохнула я.

– Я и собирался, но ты мне и слова не дала вставить, – улыбнулся отец. – В общем, собери вещи, мы завтра уезжаем.

– Хорошо.

Папа встал из-за стола и вышел из кухни. Я некоторое время смотрела на дверной проем, а потом пошла в свою комнату.

Ночь была не спокойной. То ли потому, что придется уехать, то ли причина в другом. Я не разобралась. Проснулась около трех и подошла к окну, взглянула на небо. Неожиданно одна звездочка сорвалась с небосвода и полетела вниз, оставляя после себя огненный след. И я по привычке загадала желание… Чтобы папа встретил хорошую женщину…

Глава 4

Дарен

Долгие годы, присматривая за своей парой, я прокручивал в голове лишь один день. День нашей встречи. Теперь, когда до совершеннолетия Снежаны осталось всего каких-то четыре дня, терпение начало подводить. Дьявол, как это мучительно! Как идиот считаю часы, которые разделяют нас! Но скоро этому придет конец, мы воссоединимся. Она примет меня, в этом я не сомневался. Главное, чтобы Сергей не наделал глупостей, ведь он обещал заботиться о девочке, а потом отпустить ее со мной.

Я решил прогуляться до дома охотника, напомнить ему о нашем уговоре. Тот спокойно отреагировал на мое появление.

– Ну, здравствуй, Сергей! Не ждал меня так рано? – спросил я, переступив порог дома.

– Если честно, то нет, – растерялся он. – Чего ты хочешь?

– Я пришел напомнить тебе о нашем уговоре. Когда Снежане исполнится восемнадцать, я заберу ее в стаю. Там ей будет хорошо. Поверь, она сама захочет пойти со мной, когда мы встретимся. А ты сможешь навещать ее у нас в Залесье.

– Спасибо. Я так к ней привязался. Она стала мне родной.

– Понимаю. И благодарен тебе за то, что ты вырастил ее.

Спустя минуту молчания охотник решился на вопрос:

– Что происходит с моей девочкой, Дарен? Ты можешь мне объяснить? Она постоянно рисует волков, словно мания какая-то. Почему Снежана все это делает? Ты же не говорил с ней, нет? Она не знает о вас?

– Она делает это неосознанно. Потому что она – моя пара. Снежана что-то ощущает, но пока не понимает что. А когда я ее отмечу, чувства у нее обострятся. Она больше не сможет жить без меня, как и я без нее.

– Как отметишь? – разволновался охотник. – Что ты собираешься с ней делать? Я тебе не позволю!

Морщины на его лице стали более глубокими от того, как он хмурился, но мне было плевать на его гнев. У нас был уговор!

Потянув носом воздух, уловил соблазнительный аромат моей пары и понял, что Снежана за дверью. Я чувствовал ее раздражение и то, как она пытается успокоиться перед тем, как войти.

– Тише, твоя дочь за дверью, – произнес я и продолжил: – Даю тебе четыре дня.

Дверь отворилась, и в прихожую вошла Снежа. Я спиной чувствовал, как она разглядывала мое тело. Сделал вид, что не замечаю. Она кашлянула, призывая обернуться. Наконец-то мы встретились лицом к лицу! Из глубины ее обворожительных черных глаз сочилась нежность, хотя еще минуту назад Снежана была не в настроении. Этот взгляд невозможно забыть, стоит хоть раз увидеть.

Мои ноздри вновь расширились. Я на миг опустил веки, ощущая непреодолимое влечение к этой девушке. Ее запах притягивал, инстинкт соединения оборотня со своей парой скулил во мне. Я тосковал о том моменте, когда мы, наконец, соединимся, став единым целым. Как щенок, который скучает по матери. И чем ближе было полнолуние, тем сильнее ощущалась потребность в совокуплении со своей парой.

Черт! Видеть Снежану так близко, ощущать ее запах с расстояния пяти шагов, видеть, как она смотрит на меня, не понимая своих чувств… Это невыносимо! Встреча лишь усугубила положение! Если раньше, вдали от моей пары, я хоть как-то сдерживался, то теперь просто не могу. Волк внутри меня всполошился, требуя высвободить его сущность. Пришлось поскорее попрощаться с Сергеем и уйти, чтобы не дразнить зверя.

Добравшись до Залесья, скинул одежду, обернулся волком и ринулся вглубь леса. Хотел сбросить напряжение и избавиться от картинок, что рисовал воспаленный мозг. Бег частенько помогал с этим справиться, но не сейчас. Мысли о моей паре никак не хотели покидать голову. Ее запах так отчетливо витал в воздухе, словно она сейчас была здесь, со мной. Разум изводил меня, играл со мной. Я был на пределе! Наверное, в аду было бы лучше, чем здесь, когда каждый мускул в теле напрягается, стоит вспомнить пленительный запах Снежаны. Вид обнаженного тела моей пары снова и снова всплывал в голове, насилуя мозг.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6